Найти свет в сумерках

Майя Кладова
Найти свет в сумерках

Глава 16

C Артемом, другом сестры Марианны, мы созвонились на следующий день.

– Да не вопрос, можем и проследить, – хохоча, ответил молодой человек. – Заодно узнаю, с кем это моя девушка встречается, – добавил он, видимо, имея в виду Жозефину.

Мы с Марианной изучили карту парка, где они договорились встретиться с покупателем картин, нашли расположенный недалеко от места встречи выход на проспект и решили, что припарковаться Артему лучше там. Потом я отправила принскрин экрана своему завтрашнему водителю и получила от него «ок». Взамен он прислал номер своей машины. Номер меня порадовал сочетанием цифр: «два, два, пять». Как дата моего рождения, двадцать второе мая.

«Будем надеяться, что это хороший знак», – подумала я.

Деньги за слежку Артем брать наотрез отказался.

Из дома я вышла на час раньше Марианны, доехала до парка и увидела машину Артема. Я шмыгнула на заднее сиденье, поздоровавшись, и сразу предложила кофе с бутербродами. Так мы провели около часа, болтая о последних городских новостях.

Без десяти десять перед нами притормозило такси, из него в сопровождении нанятого охранника вышла Марианна с большим пакетом в руке и стала ждать возле входа. Еще через пять минут из другого такси показалась длинноногая девушка с платиновыми волосами в высоких сапогах на шпильках и красном пальто.

– Ээээх, – протянул Артем при виде девушки, и его возглас показался мне почему-то грустным.

– Это Жозефина? – уточнила я.

– Она, – сказал мечтательно Артем.

Жозефина и Марианна с охранником двинулись к входу в парк, потом вдруг резко остановились. Жозефина вытащила из сумочки телефон, стала что-то говорить и оглядываться по сторонам. Потом все трое вместо того, чтобы войти в ворота, двинулись вдоль забора.

– Это что? Куда они идут? – взволнованно пробормотала я.

– За ними ехать? – уточнил Артем.

– Давай через полминуты, чтоб это не выглядело подозрительно.

Троица свернула за угол, и мы медленно поехали. За поворотом мы увидели, как вся группа подошла к припаркованному такси и села в него.

Артем притормозил, но не убирая руки с руля, стал смотреть на такси. Я тоже сидела в напряжении.

Прошло около десяти минут, троица вышла из машины. Теперь у Марианны не было в руках большого пакета, но ее куртка смешно выпирала на животе, и я поняла, что моя знакомая повесила на шею небольшую сумку, в которую положила деньги за картины.

Оглядываясь по сторонам, троица пошла через дорогу к кафе. Их лица были немного растерянными. Что ж, все понятно, покупатель картин поменял место встречи, чтобы обезопасить себя. В машине воротить такие дела куда надежнее.

Тем временем в конце проспекта загорелся зеленый свет, и такси двинулось вперед.

– Едем? – спросил Артем.

– Да – твердо ответила я, напрягая взгляд и стараясь не упустить из виду машину, за которой я организовала слежку.

Через пять минут, когда такси стояло перед перекрестком в потоке машин, ожидающих разрешающего сигнала светофора, дверь неожиданно открылась, и из нее вышел тот самый «Элвис» – так я уже мысленно нарекла мужчину с прической, как у звезды середины прошлого века. Элвис хлопнул дверью такси и направился вдоль пересекающей проспект улицы. На его плече висела большая черная матерчатая сумка. Руки он держал в карманах.

– Ну здрасьте, – недовольно буркнул Артем.

Тут мы увидели, что Элвис подошел к другому припаркованному такси и сел в него.

Ругаясь себе под нос, Артем включил поворотник и свернул на эту же улицу. За нами недовольно просигналили другие автомобилисты.

– Да знаю я, знаю, – с досадой промычал Артем.

– Артем, спасибо, – пискнула я, – Непонятно, зачем он пересел в другое такси.

– Да все понятно, – пробормотал мой новый знакомый, – следы заметает.

В последующие двадцать минут Элвис еще два раза сменил такси. Артем каждый раз ругался какими-то обрывками слов, видимо, стараясь беречь мои уши.

– Сколько он такси-то навызывал себе? – ворчал он, но крепко держал руль, стараясь не упускать из виду перемещения Элвиса.

Вскоре мы повернули на шоссе и почти сразу же притормозили. Перед нами виднелась огромная пробка.

Артем достал свой телефон, понажимал кнопки, изучил экран и сказал: «Все, приехали. Впереди авария».

Я снова посмотрела в переднее стекло. Пробка не двигалась. Такси, в котором ехал Элвис, тоже стояло.

«Интересно, он будет сидеть, пока не будет возможности проехать? – подумала я, – наверняка где-то впереди его ждет очередное такси. Или какая-нибудь частная машина с замазанными номерами…

Мы посидели около пятнадцати минут. Вдруг дверь такси открылась, из нее вышел Элвис и как-то зло пошел к пешеходному переходу.

– Ну дальше мои профессиональные навыки бессильны, – извиняющимся тоном сказал Артем, – он, похоже, поедет назад, та полоса свободна. Наверное, вызвал другое такси.

– Артем спасибо тебе, – поспешно проговорила я, натянула шапку до глаз, спрятав волосы, и тоже выбежала из машины.

Дорогу я перебегала на мигающий «зеленый», ругая себя. Смотря вправо, не едет ли на меня машина, я вскочила на тротуар и чуть не упала, врезавшись прямо в спину Элвиса. От толчка он подался вперед, и из его рук выпал телефон.

– Ой, извините, пожалуйста, – испуганно воскликнула я, подняла с земли его телефон, потерла его об куртку и протянула ему.

Элвис с каким-то прищуром внимательно глянул в мое лицо, как будто просканировав, потом достал из своего кармана платок, развернул его, взял рукой в платке свой телефон, завернул его и положил в карман. Затем сверкнул на меня глазами и что-то зло пробормотал. Все это длилось несколько секунд, но у меня было ощущение, что за это короткое время я как будто побывала на средневековом месте казни особо опасных преступников. Я стояла в оцепенении, бормоча извинения, а саму меня пронизывал холодный ужас. Зато теперь я была полностью уверена, что именно этого мужчину я видела в машине с Ксенией.

Хлопок дверцы автомобиля привел меня в чувства. Я помотала головой, поняла, что Элвис сел в какую-то заляпанную грязью машину с неразличимыми номерами. Автомобиль помчался вперед, а я поняла, что на этом мою слежку можно считать законченной.

На противоположной стороне шоссе вдруг началось движение, и машины медленно поехали вперед. Я собралась позвонить Артему, чтобы он где-нибудь притормозил и подождал меня, стала рыться в кармане в поисках телефона. И вдруг увидела на земле белый кусок бумаги. Подняв его, я поняла, что это магазинный чек. Возможно, он выпал из кармана Элвиса, когда он вытаскивал платок.

Я напрягла зрение.

«ООО «Усадьба», – было напечатано на чеке. Ниже шел короткий перечень купленных в магазине товаров.

«Минеральная вода – две штуки, хлебцы с помидорами и базиликом – две штуки», – прочитала я.

«Хлебцы с помидорами и базиликом», – пробормотала я вслух.

Такие хлебцы любила есть Ксения. А медсестра в больнице ее за это ругала.

«Он что, купил их для Ксении? – не верилось мне, – хотя это логично. Если она и ним ехала в одной машине, значит, он прекрасно знает, где она. А если он ей что-то покупает, значит, она точно пребывает где-то добровольно. Значит, я все равно не могу пойти в полицию, пока сама не поговорю с Ксенией».

Я достала телефон и загрузила карту. Мое местоположение меня не обрадовало: если верить экрану, я стояла за пределами города, а именно на юге Ленинградской области, и до ближайшей остановки автобуса в город мне нужно было идти около двух километров. Артем, должно быть, уже уехал далеко вперед, и где-то остановиться в ожидании меня он не мог: впереди был въезд на кольцевую автодорогу. С неба начинали лететь крупные капли осеннего дождя.

Вздохнув с горечью, я надвинула до глаз свою шапку, натянула капюшон и пошла к виднеющейся вдали остановке. Идти я старалась как можно менее изящно, мужским размашистым шагом, чтобы предупредить возможные приставания из проезжающих по шоссе машин.

Думать ни о чем не хотелось: хотелось поскорее добраться до своего дома, выпить горячего чаю и завернуться в одеяло.

Ехать до дома пришлось только с одной пересадкой, что меня обрадовало: могло быть и хуже.

Глава 17

Увидев через три часа светящееся окно своей комнаты в осенних сумерках, я несказанно обрадовалась, и тут же с досадой простонала: дома меня ждала собака, которую нужно еще вывести погулять.

Я открыла дверь, и навстречу мне вышла Марианна.

– Майка, ну куда ты пропала? – причитала моя подруга, снимая с меня мокрую куртку, – я уже волнуюсь, думаю, что этот Элвис мог с тобой сделать. С Рыжиком я погуляла, чего собака будет мучиться и терпеть.

– Ой, спасибо, – обрадовалась я, понимая, что уже сейчас могу исполнить свою мечту в виде чая.

– Я борщ сварила, еще горячий, – прокричала с кухни Марианна.

Не веря своей удаче, я прошла на голос: над кастрюлей поднимался ароматный пар.

«И все-таки есть от нее польза», – с удовлетворением подумала я, грея руки под струей горячей воды из-под крана.

– А где ты научилась готовить борщ? – спросила я, облизывая ложку.

– Ну ты тоже скажешь, – удивилась Марианна, – у меня же трое младших дома. Я им и за няньку, и за кухарку была.

– Как же они теперь без тебя?

– Ничего, пусть Клепка принимает эстафету. Ей уже легче будет только за двумя младшими смотреть. И готовить постепенно научится.

– А как вообще тебя мама отпустила в чужой город?

– Да я по-тихому сбежала, записку оставила. Ну а отсюда уже с родителями Жозефинка общалась, я пока не готова слушать их крики по телефону. Да там все нормально, как раз был первый день отпуска папы, они за месяц привыкнут без меня.

Наевшись и помыв посуду, я устроилась на своем диване с пледом. Рыжик лениво помахал мне хвостом со своей лежанки, а Марианна устроилась на полу и принялась чертить что-то в блокноте.

 

– Что рисуешь, бизнес-план? – спросила я с блаженной улыбкой, чувствуя, как согреваются мои ноги.

– Само собой, – озадаченно буркнула Марианна, – надо все продумать.

– Ты отдала сестре деньги? – спросила я.

– Нет, конечно, – изумленно протянула Марианна.

– В смысле? – подскочила я на диване, – ты хочешь сказать, что они у меня дома?

– Да нет, успокойся. Они в надежном месте.

– А они вообще не фальшивые? – подозрительно спросила я.

– Не-не, я проверяла, у меня с собой специальный аппарат был, – деловито пробормотала подруга.

– Ну ты даешь… – только и оставалось ответить мне. – А ты уверена, что хочешь заниматься танцами?.. Может, тебе куда-то в бизнес лучше пойти?

– Майя, ты что, не понимаешь, что такое мечта? – укоризненно посмотрела на меня Марианна.

– Ну ладно, ладно…

Я замолчала и стала думать о том, есть ли у меня самой мечта. Стыдно было признаться себе, но ее не было. Однако я не чувствовала от этого себя несчастной. Мне казалось, у меня было все, что нужно девушке в моем возрасте: любимая семья, лучшая подруга, вот это теплое место под одеялом в нашей новой квартире, качели в бабушкином саду под шепчущими ветвями старых яблонь…

«А может, нужно было пожить так, как Марианна, чтобы появилась мечта?.. – подумалось мне, – в старом деревенском доме за сотни километров от городских удобств и развлечений, вместе с тремя сестрами и младшим братом, служа младшим няней».

Мне стало жаль Марианну, но тут же я себе напомнила, что она в данный момент не испытывает неудобств и ее путь к мечте, мягко говоря, не приемлем для меня. А если прямо сказать, он вообще уголовно наказуемый. А я вообще-то получаюсь в каком-то роде соучастницей.

«Скорее бы она уже переехала в свою квартиру, для покупки которой она сейчас черкает цифры в своем блокноте, – подумала я. – И скорее бы уже решилось все с Ксенией, она бы нашлась живая и здоровая и уехала в Севастополь. Ну или не уехала и ждала бы своем детдоме Дена. Скорее бы отправился к себе Андрей, который свел с ума мою подругу Лерку».

Я почувствовала какую-то фальшь в своих размышлениях. Хочу ли я этого всего, что перечислила?.. А главное, что мне делать: искать Ксению или все пустить на самотек? Знает ли она, с кем связалась? Тот, кто ее подвозил, занимается незаконным бизнесом: покупает и продает картины нелегальным способом. А еще он может быть замешан в странной смерти Бориса Тикко… или он и Ксения. Тогда и о такой же странной смерти ее матери не нужно забывать…

Я открыла поисковик и набрала «ООО Усадьба». Переключилась на карту и увидела кружок на юге Ленинградской области. Справа от этого кружка пестрели квадратики загородных участков и домов, простирающиеся до извилистой голубой ленты реки. Слева была дорога.

«Майя, Майя, когда ты уже угомонишься, – проворчала я про себя и стала думать, как проехать к этому самому магазину, учрежденному ООО «Усадьба». Конечно, могло быть так, что Элвис просто проезжал мимо и зашел в этот магазин купить воду и хлебцы. Но других вариантов, где искать Ксению, у меня все равно не было. Слежка за Элвисом сорвалась, встречаться с ним Марианна и ее сестра больше не будут.

В прихожей хлопнула дверь: похоже, пришел Димка с учебы.

Марианна взволнованно закрыла блокнот, засунула его себе в рюкзак, распустила волосы и поспешила к двери.

– Дима, добрый день! Как хорошо, что вы пришли, я как раз борщ сварила! – ворковала Марианна в прихожей, а я улыбалась, представляя лицо брата при этой «ненавязчивой» заботе.

– Я сыт, спасибо, – пробубнил Димка и пошел в ванную.

– Нет, вы попробуйте, вот Майя сказала, что она никогда в жизни не ела такого борща, – не унималась Марианна возле двери ванной.

Я поспешила в прихожую, чтобы дать брату возможность спокойно посетить туалет и раздеться.

– Марианна, а напиши мне, пожалуйста, рецепт борща, – попросила я.

– Конечно, сейчас. Дима, видите, Майя даже рецепт просит! – сказала раздосадованная Марианна и пошла в мою комнату.

Брат осторожно выглянул из ванной и увидел меня.

– Когда? – недовольно процедил он мне, указывая в сторону моей комнаты.

– Скоро, скоро, – заверила я, кивая и махая рукой.

Димка пошел в свою комнату, а я подумала, что если брат знал о моем некотором участии в делах Марианны и вообще об этих делах, то сегодня же выгнал бы из дома нас обеих.

Я вздохнула и пошла выслушивать подробности приготовления кулинарного шедевра своей временной соседки.

Глава 18

На следующий день я положила в рюкзак термос с горячим чаем, бутерброды и зонт. Добираться мне пришлось на электричке, а потом еще на автобусе.

Выйдя на остановке, я пошла туда, куда указывал навигатор в моем телефоне, и вскоре остановилась перед закрытыми воротами. Дальше был коттеджный поселок. Слева стояла будка охранника. Калитка тоже была закрыта и оснащена электронным замком.

– Извините, а вы не знаете, где здесь магазин «Усадьба»? – спросила я проходящего мимо пожилого мужчину.

– Дак вон он, магазин этот, за воротами, – удивился мужчина. – Но он только для проживающих в поселке, так просто в него не попасть. Или вы из поселка?

– Я… нет… спасибо, – пробормотала я.

Я в досаде перешла дорогу на противоположную сторону и села на скамейку на остановке, глядя на зеленую черепичную крышу стоящего за воротами домика с вывеской «Усадьба».

– Ну вот и все. Пора успокоиться, – сказала я себе, – дальше дороги нет.

Глотнув горячего чая из термоса, я немного взбодрилась и согрелась.

«С другой стороны, теперь я почти точно знаю, что Элвис зашел в этот магазин не по пути домой. Если магазин находится на закрытой территории, значит, именно в этом коттеджном поселке есть его дом», – не унимался мой мозг, противясь моей апатии.

– Только как мне туда попасть? – спросила я себя.

На другой стороне я увидела, как открылись ворота поселка, и туда въехала машина доставки из строительного супермаркета. Охранник вышел из будки, проверил документы у водителя, отошел, машина поехала дальше.

Остановился мой автобус, я села и продолжила разглядывать крыши домов поселка за высоким забором.

Подошел кондуктор, я оплатила проезд и задумалась, положа под щеку руку. Тут меня осенило. Я набрала номер Артема.

– Артем, привет! – поспешно поздоровалась я, – слушай, а ты случайно не доставляешь продукты в коттеджный поселок «Берег»?

– Это где? – озадаченно спросил Артем.

Я назвала адрес.

– Нее, – промычал Артем, – туда не езжу. А зачем тебе туда?

– Да здесь магазин с вкусными сухариками, я недавно была тут в гостях. А теперь не попасть, магазин этот на закрытой территории поселка, – стала вдохновенно врать я.

– Сухарики? – озадаченно спросил Артем, – давай я в нашем гипермаркете поищу, как они называются?

– Да нет, у вас их точно нет, это такие хрустящие хлебцы, я везде уже смотрела – продолжала я морочить голову Артему.

– Мда… – задумчиво промычал Артем, и на этот раз мне послушалась какая-то ирония в интонации.

Как не помнить Артему о моей недавней слежке за непонятным и странным мужчиной? Конечно, ему трудно поверить в историю с какими-то хлебцами. Тут я услышала, что в трубке прозвучал автомобильный гудок, и мне стало стыдно, что я отвлекаю человека от работы.

– Ладно, извини, спасибо, пока, – скороговоркой сказала я и отключилась.

Приехав домой, я окунулась с головой в уборку, а вечером пошла гулять с Рыжиком.

Вернувшись, я обнаружила на мобильном два пропущенных вызова от Артема. Сердце забилось чаще.

– Артем, ты звонил? – спросила я, стараясь, чтобы голос звучал как можно равнодушнее.

– А, да, у нас Ярик ездит в этот поселок, который тебе нужен. Могу тебе прислать его телефон.

– Здорово! Спасибо тебе! – обрадовалась я.

– Только это… он, наверное, бесплатно не согласится везти.

– Хорошо, конечно, я заплачу, у меня есть немного денег.

– Ладно, сейчас пришлю его номер, – ответил Артем с досадой, – ты только это… осторожнее будь, что-то мне кажется, не в сухариках дело.

– Буду, спасибо тебе, Артем! Очень жду! – поспешила попрощаться я, пока Артем не передумал.

С Ярославом я созвонилась через пять минут, и мы договорились встретиться на следующий день возле железнодорожной станции.

Складывалось все удачно: я смогу попасть внутрь поселка «Берег» в машине доставки из супермаркета. Ярослав не стал выспрашивать, зачем мне это нужно, только озвучил сумму: тысяча рублей. Я согласилась, мысленно пересчитав свои запасы из заработанных за переводы денег. Чтобы заплатить Ярику, приходилось пока отказаться от покупки нового телефона: имеющийся у меня уже порядочно «глючил».

Только вот что я буду делать, когда окажусь в поселке, я пока не представляла.

«Можно распечатать фото Элвиса Пресли, показать его людям в магазине. Сказать, что я ищу своего родственника, – размышляла я, стоя под душем. – Но тогда в магазине возникнут вопросы, как я вообще попала на закрытую территорию поселка. Или вообще позвонят этому Элвису, он придет и узнает во мне девушку, толкнувшую его на шоссе. Зрительная память у него должна быть хорошая, раз он занимается картинами…»

Ходить по поселку и пытаться заглянуть за заборы – тоже так себе вариант.

– Майя, ты на выходные едешь с нами к бабушке? – спросила меня мама, когда я вышла из ванной.

– Вряд ли… – ответила я, – куда я дену Рыжика? Зевс ведь не ладит с собаками.

– И что, ты теперь вообще не будешь туда ездить? Хозяйка собаки так и не нашлась? – вступил в расспросы папа, оторвавшись от прибивания плинтуса.

– Пока не нашлась, но я к этому уже близка, – заверила я, – да вы не волнуйтесь, мне не страшно одной ночевать. Тем более, что я не одна, со мной Марианна.

– Это еще больше пугает, – вставил свое слово брат, проходивший мимо.

Я вздохнула.

– Обещаю, что к следующим выходным разберусь с Рыжиком.

– Только радикально с ним уж не разбирайся, – заволновался папа, – мы уж как-нибудь привыкнем и Зевса приучим постепенно. Если совсем некуда его деть, пусть у нас живет.

– Спасибо, пап, – улыбнулась я. Признаться, к Рыжику я уже сильно привязалась, – тогда если на следующей неделе не найду его хозяйку, то буду вас просить его оставить.

Рыжик повилял хвостом, когда я вошла в комнату, я погладила его по голове.

И тут мне пришла здравая мысль. Ведь собаки могут находить людей по запаху. У меня есть кисточка Ксении, которая несколько дней лежала под простыней в больнице. Которая пахнет Ксенией, раз Рыжик когда-то пошел за мной.

«Как отнесется Ярослав к тому, что я еще и собаку возьму в машину? – подумала я. – Наверное, отрицательно. А если дам ему еще тысячу? Может, и положительно. Ну а телефон у меня пока кое-как работает».

– Нужно попробовать, – сказала я вслух, а Рыжик снова повилял хвостом.

Глава 19

Пятничное утро радовало хорошей для ноября погодой: светило солнце, на голубом небе плыли пушистые облака. Мы с Рыжиком прогулялись до магазина для животных, и я купила ему намордник. Пес такую обновку, естественно не одобрил.

– Рыжик, потерпи, ну что нам делать, – уговаривала его я, – зато покатаю тебя на автобусе и на электричке. Тебе понравится.

Пес недобро посмотрел на меня и ничего не ответил.

– Ну не обижайся, – попросила я его. – Потом приедем, и я дам тебе косточку.

Рыжик облизнулся, преданно посмотрел мне в глаза и повилял хвостом. Консенсус был достигнут.

Дома я надела джинсы, достала теплые зимние ботинки: неизвестно, сколько придется мне скитаться по поселку. Удобная короткая куртка, шапка. Я проверила свой рюкзак: вроде бы ничего не забыла. Уже выходя из квартиры, я прихватила из папиной коробки с принадлежностями для ремонта защитную тонкую клеенку, чтобы постелить ее в машину под Рыжика.

И в автобусе, и в электричке Рыжик вел себя очень беспокойно, у меня даже мелькнула мысль, не думает ли он, что я хочу отвезти его подальше, чтобы избавиться от него. Я гладила пса и обнимала, но взгляд его был напряженным. В машине Ярослава, на удивление, он почти успокоился, хоть ловил на себе недовольные взгляды нашего водителя. Дополнительная тысяча рублей помогла Ярославу смириться, что я буду с собакой.

– Когда будем подъезжать, сядете на пол, чтобы вас охрана поселка не видела в окна машины, – инструктировал Ярослав, – высажу тебя в малолюдном месте, сама оттуда дойдешь до магазина за своими сухарями. Встречаемся на том же месте через полчаса. Жду пять минут. Если не появитесь, то я уезжаю. А, и учти: если тебя поймают, то я знать не знаю ни тебя, ни твою собаку. Понятно?

– Понятно, – кивнула я, спускаясь на пол машины и увлекая за собой Рыжика.

Через пять минут мы, пригнувшись, вылезли возле густых кустов. Ярик поехал по своему адресу, а я огляделась. Вокруг были высокие заборы с торчащими крышами. Размеры и вид этих крыш говорили о том, что здесь каждый хозяин как будто старался переплюнуть соседа. Мне понравилось, что вдоль проездов был довольно широкий тротуар с ограждением, что редко встретишь в обычных дачных поселках.

 

– Ну что, Рыжик, – сказала я, снимая со своего спутника намордник. – Давай попробуем тебя в роли собаки-следопыта.

Я достала пакет с кисточкой Ксении, развернула его, положила кисточку на ладонь и поднесла к морде Рыжика. Он принюхался, заскулил и повилял хвостом.

– Ищи, Рыжик, где Ксюша, – сказала, вдохнув, я. – У нас с тобой тридцать минут.

Пес огляделся и нерешительно пошел вперед, оглядываясь на меня. Я последовала за ним. Рыжик остановился и стал вертеть головой, принюхиваясь. Потом опустил голову, понюхал желтую траву на тротуаре. Снова постоял и пошел обратно.

Так мы бродили около двадцати минут. Рыжик то уверенно бежал в выбранном направлении, то останавливался, вертел мордой и устремлялся назад. Я старалась не отставать. Вдруг он остановился у одной из калиток и заскулил. Я подняла глаза: перед нами была ничем не примечательная калитка. Над высоким забором была видна крыша двухэтажного дома из темно-бежевого кирпича. За поворотом послышался звук машины, я инстинктивно спряталась за дерево. Машина проехала мимо, а Рыжик залаял. Через несколько секунд в окне появилась голова с распущенными светлыми волосами.

– Винсик… – сказали сверху, – Винсик! – закричал этот же голос. Собака заскулила и стала еще громче лаять. Через несколько секунд начали подниматься вверх ворота возле калитки. Оттуда выбежала девушка, и я сразу узнала Ксению. Девушка кинулась к собаке, а Рыжик бросился в ее объятия. Он лизал Ксении щеки, махал хвостом, скулил и радостно лаял. Я почувствовала легкий укол ревности, но быстро подавила его в себе и приготовилась выйти из-за дерева, чтобы заговорить с Ксенией.

– Ксюша, это что за дела? – услышала я голос. В калитке показался невысокий мужчина с лысиной.

– Дядя Саша, это Винсик, мой самый лучший друг! Он меня нашел! – радостно воскликнула Ксения, – помните, вы разрешили его отвезти в детский дом, где я договорилась, что за ним будут смотреть. А он убежал и меня все равно нашел!

Мужчина напряженно посмотрел по сторонам.

– Как он мог тебя найти? Заходи быстро!

– Дядя Саша, я без него не пойду! – воскликнула Ксения, – он мой самый лучший друг. Он меня сам нашел, вы же мне рассказывали, какая у вас в детстве была умная собака, мой Винсик тоже умница! Пожалуйста, разрешите его взять! Я со Львом Семеновичем сама поговорю, когда он приедет.

– Хорошо, только заходи быстро и не кричи, – раздраженно сказал мужчина, снова огляделся и щелкнул брелоком в сторону открытых ворот паркинга.

Ксения увлекла оглядывающегося Рыжика на участок, мужчина шагнул следом. Калитка закрылась. Ворота паркинга тоже почти опустились вниз, и вдруг я, повинуясь какому-то необъяснимому порыву, бросилась на землю перед опускающимися воротами и прокатилась внутрь.

Запахло бензином. Я огляделась. В темноте можно было различить дверь. Я осторожно прошла к ней, открыла и оказалась в просторной прихожей, за которой виднелся большой холл дома. Услышав звук шагов, я вжалась в угол за висящей на вешалке одеждой. К двери кто-то прошел, прозвенел связкой ключей, дверь закрыли на замок. Назад у меня пути не было.

– Лев Семенович нам головы оторвет, – услышала я недовольный мужской голос почти рядом с собой, и меня с ног до головы прошиб пот.

– Не оторвет, дядя Саша, честно, – ответила Ксения, – смотрите, какой он милый!

Мужчина прошел в холл, ворча, а я выдохнула. Голоса удалялись куда-то вглубь дома, зато с улицы я услышала звук подъезжающей машины.

Я выбралась из своего укрытия и осторожно прошла в просторное помещение. Обстановка впечатляла: вокруг была расставлена антикварная мебель, на стенах висели картины в позолоченных рамах. Но спрятаться здесь было решительно негде.

– Он все ест, представляете, даже макароны – услышала я восторженный голос Ксении где-то слева и поняла, что там находится кухня. Тут я послышался звук поднимающихся ворот паркинга.

– Вот сейчас нам эти макароны на уши накрутят, – проворчал дядя Саша, и я поняла, что он идет в холл.

Справа была широкая лестница, ведущая наверх. Я поспешно стянула с ног кроссовки, и, оглядываясь на кухню, побежала наверх. На втором этаже виднелась открытая дверь. Предварительно заглянув за нее, я подумала, что здесь, скорее всего, обитает Ксения. Я забежала и оглянулась. Здесь стояли кровать, туалетный столик и шкаф. Возле окна расположился мольберт. На мольберте я увидела картину: дворик в центре Петербурга. Немного обрушенные стены, арка, в арке виднеется еще один такой же дом. Я сразу узнала место, где недавно встретила Ксению, когда возвращалась из кафе. Сама картина была какой-то мрачноватой: было видно, что изображен конец светового дня, сумерки. Но надо было признаться, что что-то было в этом виде завораживающее.

С трудом заставив себя оторвать взгляд от мольберта, я вспомнила, что мне лучше пока где-то укрыться, а потом поговорить с Ксенией наедине. Я осторожно открыла дверцу шкафа. Внутри висел длинный банный халат, за него я и спряталась.

Рейтинг@Mail.ru