Всё о моих демонах

Майкл Мар
Всё о моих демонах

– Я слышала об этом. Пойдём, поваляемся?

– Пошли.

Поднявшись на второй этаж, мы ложимся на кровать. Она кладёт свою голову мне на плечо и мы удивительно быстро засыпаем.

Мне даже ничего толком не приснилось, когда я проснулся ещё до рассвета. Очень хотелось пить. Я поднялся с кровати и посмотрел на Дженни. Она очень мила, когда спит, а её длинные волосы раскиданные по подушке выглядят просто сказочно.

Стараясь не шуметь, я спустился вниз по лестнице без перилл и допил воду прямо из бутылки. Организм требовал сна, но я настолько устал, что не смогу так сразу заснуть. Наткнувшись на сигареты оставшиеся на полу, решил, что ещё одна меня не убьёт, закурил и нетвёрдой походкой направился по коридору.

Когда я зашёл в ванную комнату и включил свет, то в большом круглом зеркале увидел отражение когда-то мне знакомого лица. Молодой человек, двадцати девяти лет, с густыми тёмными волосами, в меру худой но с чётко-выраженным нижним прессом и острыми скулами. Его тёмно-зелёные глаза ещё не привыкли к свету и немного сощурены, а лицо покрыто лёгкой щетиной. Он давно не был на пляже, поэтому лицо выглядит, гораздо загорелее тела. Ему следовало бы это исправить, если не на пляже, то хотя бы в солярии.

Я подхожу вплотную к зеркалу и произношу вслух:

– Зачем тебе это всё нужно? Зачем ты всё это делаешь?

– Потому, что ты тот ещё красавчик, Джейсон. – отвечает моё отражение в зеркале, плавно превращаясь в Мистера Похоть.

– Скажи мне, зачем? Зачем я это всё делаю? – я снова задаю вопрос, но на этот раз смотря демону прямо в огненно-красные глаза.

– Просто это сильнее тебя. Твой личный наркотик, от которого не существует реабилитационного центра.

– А как же те места, в которых лечат от сексуальной зависимости?

– Если бы было всё так просто. – Мистер Похоть ухмыляется и смуглая кожа на его обнажённой ключице непроизвольно натягивается. Сегодня он без головного убора и через его густые слегка кудрявые волосы просматриваются небольшие чёрные рожки. – У тебя может и есть сексуальная зависимость, но не она заставляет делать то, что не даёт тебе покоя.

– Тогда что со мной не так?

– Мы так часто это с тобой обсуждали, что тебе пора уже свыкнуться с правдой. Ты ничего не сможешь изменить.

– Но скажи мне ещё раз, умоляю. Может на этот раз пойму.

– Бесполезно. – демон закатил глаза и провёл языком по верхней губе.

– И всё же. – я никак не унимался.

– Ладно. Как хочешь, Джейсон. – не только демоны видят когда я им лгу. Точно так же происходит и наоборот. Ему нравилась эта тема. – Тебе важен не сам секс. Даже всё равно, что это будет за девушка. И даже не количество. Для тебя единственным важным, является то, как быстро и как искусно ты её сможешь сломать. Причём, чем задача сложнее, тем игра для тебя более захватывающая. Наверное из-за этого тебя притягивает к недоступным женщинам. Манипуляция и контроль – вот, что тебе от них нужно. Словно ты маленький мальчик, а они твоя коллекция кукол.

– Мальчики не играют в куклы. – не соглашаюсь я.

– Ты необычный мальчик, Джейсон. Ты весьма уникальный образец человеческой особи. Хотя знаешь, возможно скоро, от тебя даже не останется ничего человеческого. Замечаешь? Ты меняешься. С тобой что-то происходит.

– Возможно, если бы не постоянно являющиеся ко мне демоны, то был бы в полном порядке! – я огрызнулся ему.

– Возможно не стоило их звать? – парировал демон.

– Я и не звал. Вы явились ко мне, когда я ещё был ребёнком. Вы сами вторглись в мою жизнь!

– Да, сладкий. Как обычно, ты ни в чём не виноват. И кстати, ты сегодня был хорош. Просто на высоте. Я наблюдал за тобой и этой девчонкой. Она умеет показать класс.

– И не сомневался, что ты не удержишься.

– Спокойной ночи, красавчик. – демон целует зеркало, мгновенно исчезает и я снова вижу своё лицо в отражении.

– И тебе, озабоченный. – отвечаю в никуда, тушу свет и покидаю комнату.

Глава 6
Утренний кофе

Проснувшись утром, я не удивился тому, что не обнаружил Дженни рядом с собой. Вместо неё на подушке осталась записка, в которой написано, что я был хорош как и всегда, и что она будет рада встретиться на выходных. В этом плане Дженни идеальная любовница. Она не остается с тобой на всю ночь и не ждёт завтрака в постель, с последующей прогулкой в парке. У неё семья, поэтому как примерная хранительница домашнего очага, она должна попасть домой, до того как дети встанут в школу, а муж заметит её отсутствие.

Позавтракав на скорую руку и всё ещё пытаясь проснуться, проверяю почту, новости за последние двенадцать часов, принимаю запросы в друзья в социальных сетях. Около года назад я завёл несколько ненастоящих аккаунтов в фейсбуке, под личностью горячих девочек и модных мальчиков. Это помогает находить мне нужные контакты, а так же распространять определённую информацию, не выдавая свою настоящую личность. Знали бы вы, чего только мне ни приходит в личные сообщения. Поверьте, предложения полететь на частном самолёте в Дубаи с неким Мухамедом или купить моё личное нижнее бельё, это ещё лишь вершина айсберга. Причём такого рода сообщения получают не только мои вымышленные женские аккаунты, если вы понимаете о чём я.

Из стереосистемы доносится чилаут версия “Nothing else matters”, а по телевизору, без звука идёт утренний выпуск новостей. Показывают нарезки, с какой-то очередной войны в Южной Африке. Слишком рано для печальных картинок и я переключаю на VH1.

Проходя мимо большого зеркала в одних чёрных боксерах, я мельком смотрю на своё отражение и вспоминаю, что давно не был в тренажёрном зале. Конечно, можно было сделать упражнения на плечи и пресс дома, но утром я настолько ленив, что предпочитаю сварить ещё одну чашку кофе и решаю постараться заехать в зал вечером.

Сидя за большим мраморным кухонным столом, вооружившись компьютером, кофе, сигаретой и не напрягающей меня музыкой я составляю план на ближайшее будущее.

И так, есть девушка Сара, которую изнасиловали и заткнули рот пачкой денег. С ней я виделся на прошлой неделе. Пожалуй, её стоит поставить в приоритете. Она обладает огромным желанием мести, а так же нужной суммой и информацией.

Я беру папку с документами, которые я получил от неё и начинаю подробно изучать. Так, Бад Хирш, пятидесяти двух лет, женат, имеет двоих детей, владелец одной из крупнейших компаний по недвижимости и застройкам в штате. Дальше написан примерный распорядок дня, магазины и рестораны, которые он любит посещать и прочее. Для начала пойдёт. Нужно узнать с кем он дружит и с кем он враждует. А так же нужно удостовериться в правдивость слов Сары. Ибо на моём пути уже случались такие подставы, которые потом оказывались просто происками конкурентов.

Я откладываю папку с документами в сторону и помечаю в компьютере порядок действий.

Так, сегодня состоится слушание по делу о том убийце, из-за которого мне пришлось навестить доктора Хаймса. Работа, конечно, вышла аморальная, зато высокооплачиваемая. Почему то у меня даже не возникает сомнений, что доктор не нарушит своего слова и сделает так, как ему было велено. Иначе это повернётся ох как круто для всех нас.

По делу об этом малолетнем маньяке ко мне обратился один знакомый адвокат. Он пытался и сам решить проблему с доктором, но решил не рисковать своим именем и передать решение вопроса мне. Адвокат он великолепный и с семьёй Борнео работает уже очень много лет. Отлично справляется с различными проблемами находящимися далеко за рамками закона. Его даже льстиво прозвали “адвокат дьявола”. Но и великим, порой нужна помощь от людей вроде меня.

Само дело было однозначным. Ранним утром, молодой Луиджи, проник в дом, к семье Паркеров, и пока они спали, он связал их. Как указано в рапорте, около трёх суток он пытал и насиловал семью. Всех. Жену, мужа и двух девочек подростков. Чтобы они не умерли раньше времени, он накачивал их наркотиками, а так же кормил. Причём перед обедом, Луиджи полностью одевал их и усаживал за семейный стол. Вот только из еды на столе была только их собака, пароды английский дог. В конце концов, он всех обезглавил и насадил головы на камин, расположенный в гостиной. Как многие маньяки-психопаты, он был аккуратен, педантичен и нигде не оставил своих следов. Его бы не поймали, если бы он сам не принял слишком большую дозу наркотиков и не вырубился в доме. Тревогу подняли родственники семьи, заявив в полицию, что те не отвечают на звонки. На четвёртые сутки полицейские проникли в дом аккурат в тот момент, когда у убийцы уже началась передозировка. На удивление он выжил и в настоящий момент прибывает в полном здравии. На вопрос адвоката, зачем он это сделал, Луиджи ответил, что ему было просто скучно и не предвещалось никаких стоящих вечеринок, поэтому он решил устроить свою.

Всё это конечно ужасно и место таким зверям как Луи в клетке или на электрическом стуле. Но моя задача, состояла в том, что бы его признали невменяемым. А не оправдать его полностью. Какая разница, поджарят его на электрическом стуле или продержат всю жизнь за решеткой в психушке. Людей, которых он убил всё равно не вернуть. Ладно, посмотрим, что покажет сегодняшнее слушание.

Так, теперь шоу. В одном из писем от телекомпании, которое я нашёл у себя в почте, было сказано, что руководитель проекта полёта на Марс, будет рад встретиться со мной на этих выходных в Амстердаме, в отеле De L'Europe, для обсуждения возможного сотрудничества. Так же к письму прилагались разные графики и статистика телеканала.

Хорошо, что Амстердам. Это один из немногих европейских городов, в котором мне комфортно находиться в любое время года. Например, я готов лететь куда угодно, но только не в Париж. Как по мне, это один из самых фальшивых городов. А последнее десятилетие ещё и самый грязный. А в Амстердаме я люблю просто гулять или сидеть на набережной канала и не спеша пить вино разглядывая прохожих, гадая какая у них судьба и о чём они думают, неспешно шагая по брусчатой мостовой. А так же это тот город, в котором ты не чувствуешь себя одиноким. Ты как будто в одной большой дружной компании, где тебя одаривают хмельными улыбками и прохожие, готовы с радостью разделить стаканчик другой в баре. В общем, в этом городе есть душа, и ты не прочь остаться там подольше.

 

А на Шона ляжет поиск инвесторов. Я, конечно, не очень уверен в нём, когда речь заходит о деньгах. Но у меня нет выбора, я не могу разорваться. Дело в том, что Шон, промотал солидное состояние своего отца. Тот дал в распоряжение Шона, довольно крупную сумму на открытие рекламного агентства. На аренду помещения, а так, же покупку служебных машин и прочего ушла лишь малая сумма, а вот остальное было просто растрачено в пыль. Точнее сказать, он вынюхал все деньги. На этом всё и закончилось. Они не разговаривали пару лет, но потом как-то помирились на рождественском ужине. И Шон стал работать в одном из множества журналов своего отца. Это не отнимало у него много времени и приносило хоть и небольшой, но стабильный заработок. Хотя при условии, что все его счета оплачивались его отцом, он никогда ни в чём не нуждался.

Я кидаю сообщение Шону, чтобы тот набрал меня как проснётся, а сам иду в душ.

Боже, как же я ненавижу утро. Пока не опрокину в себя пару чашек кофе, и не наступит хотя бы полдень, я бесполезное существо, передвигающееся со скорости улитки и мыслящее примерно так же. И когда меня будят с утра, я всегда слышу один и тот же вопрос – “Ты ещё спишь?”. Да! Я всё ещё сплю! Это вы все ложитесь не позже полуночи и вам совсем неинтересно, почему я лёг так поздно. Когда вы просыпаетесь и идёте на свои скучные работы, я только ложусь, а точнее вырубаюсь. И это если повезёт сразу уснуть. От моей бессонницы не помогает ни один препарат. Помогает только уработаться настолько, чтобы организм сам нажал на клавишу выключения.

С этими мыслями я провожу в душе минут двадцать. Из которых, две минуты у меня уходит на мытьё головы и тела, а остальное время я просто стою под струёй воды и рассуждаю о вселенских проблемах, пока не начинает звонить телефон.

– Привет чувак, что хотел? – доносится из трубки сонный голос Шона

– Привет, погоди, я поставлю на громкую связь

– Зачем? С тобой кто-то ещё?

– Нет, я просто только что из душа, у меня мокрые руки.

– Только ради всех святых, не включай видеосвязь. Ещё слишком рано, что бы я видел твоё тощее тело.

– Обойдёшься. Как у тебя с планами? Сильно занят?

– Нет вроде. В редакцию мне только после обеда.

– Отлично! Тогда приводи себя в порядок и заезжай ко мне.

– Старик, давай попозже. Ещё рано.

– Шон, мне на этой неделе лететь в Амстердам. А ещё куча срочных дел кроме этого. Давай, поднимайся и вали ко мне. Поехали, посидим на променаде.

– Чёрт с тобой. Но ты настоящий садист.

– Да пошёл ты, сладкий

Мы сидим с Шоном, в кафе на набережной и лениво пьём холодный чай. Мимо нашего столика проходит около сотни человек в минуту. Никто особо никуда не торопится и стоит такой гул, что хочется взять пульт и убавить громкость.

Несмотря на то, что на улице жарко, на мне опять чёрная рубашка, но на сей раз с закатанными рукавами, лёгкие джинсы, коричневые ботинки, а на лице плотно сидят чёрные очки, которые я ни за что не сниму.

На Шоне, голубая обтягивающая рубашка, подчёркивающая его накаченный торс, джинсы и белоснежные кеды. На нём так же солнцезащитные очки, но с розовыми стёклами. Пижон.

– Ну как там миссис Райс? Вы провели с ней глубокий анализ? В особо жёсткой форме я надеюсь?

– Не твоё дело старик. Ты же знаешь, не люблю я об этом. Но если ты не можешь без этого, то да, я отлично провёл время, папочка. И обещаю, она не будет жить с нами.

– Вот и хорошо, мой мальчик. Но я, правда за тебя переживаю. Пойми, не хочется увидеть как-нибудь фотографию твоей оторванной головы на предпоследней странице ежедневной газеты. А если ты когда-нибудь попадёшься с ней, её муж тебе это обеспечит. Ты оцениваешь риски?

– Без рисков не стоит жить. Без них не чувствуешь разницы между проигрышем и победой. Лишь они порой дают чувство реальности.

– В общем, будь аккуратнее. – говорит он, а его глаза оценивающе буравят попку роллерши, что стоит и с кем-то разговаривает по телефону недалеко от нас. – Ладно, проехали. Выкладывай, какой у нас план по шоу.

– Всё сводится к тому, что бы повыгоднее себя продать. А потом за вырученные средства ещё более выгодно, что-то купить. Причём не суть что продавать и что покупать, машины, дома, украшения, людей, чау-чау, мысли. Просто людей заводит больше сам процесс покупки-продажи, чем сам продукт.

– Ты это сейчас к чему?

– Не суть. Так, минутное озарение, продолжай, что ты там говорил?

– Спрашиваю, какой у нас план? Ты что-нибудь нарыл на этого голландца?

– Честно говоря, немного. Он кому то хорошо платит, что бы о нём знали, как можно меньше. И так, Лукас Ван Дэйк, сорок три года, телец, атлетического телосложения, женат, две дочери подростка, сам он из потомственной семьи инженеров и архитекторов, окончил университет по специальности космической инженерии с отличием. Католик, судим не был, любит блюз, – я зачитываю пометки с телефона, которые успел составить пока был дома.

– Мда, совсем не густо, – резюмирует Шон, – а кто у нас в Голландии? Может, помогут?

– Да понимаешь в чём штука, он же голландец, а то, что у нас является противозаконным или аморальным, у них уже давно стало нормальной традицией. Так что, боюсь, пройдёт всё без тузов в рукаве. Мне кажется, будет интеллектуальная баталия. В плане кто тоньше сострит и кто больше цитат из книжек знает. Больше чем уверен, из других каналов к нему приходили пышногрудые блондинки, с акульими зубами. Но судя по всему ему подобные персоны не интересны, что кстати говоря, очень удачно для нас.

– Да, для нашей дружбы было бы огромной проблемой, если б ты был пышногрудой блондинкой. – Шон глубоко вздыхает и начинает смеяться.

– Усмири свои фантазии.

– Расслабься, у тебя слишком плоская задница.

– Уже. Ладно, вернёмся. Это всё, что касается моей поездки. Тебя же друг мой, ждёт забег по толстосумам. Богатеньким, старым и не очень, умным и не совсем, дядям и тётям. Как? Осилишь?

– Ох. Я это так ненавижу. Может лучше наоборот? Я в Амстердам, а ты тут? – говорит Шон и немного приспускает очки, что бы я увидел его умоляющие глаза.

– Ну уж нет. Ты недавно уже съездил. Спасибо. Осталось что бы трахнул ещё и его дочь к примеру. Клянусь, я тебя тогда своими руками задушил бы.

– Да достал ты уже. Мы же проехали эту тему. – Он снова надевает очки и отворачивается.

– Очень надеюсь. В любом случае, ты остаешься тут и ищешь деньги. Плюс, с именем твоего отца, тебе это удастся гораздо лучше, чем мне.

– А-а-а, прости, я же забыл, что ты милый провинциальный мальчик без прошлого.

– Зато надеюсь с весьма перспективным будущем, если наш проект выгорит.

– Студия прислала тебе все данные? С чем мне к ним ходить? И сколько просить?

– Да, уже всё у тебя на почте. Включая спонсорские пакеты. И главное запомни, мы не просим, мы предлагаем им шанс войти в историю.

– Ага. Особенно, если окажется, что там и вправду обитают марсиане, которые потом прилетят на нашу планету. Кстати, ты не думал об этом?

– О чём? – спрашиваю я, глубже усаживаясь в кресло.

– Ну а что, если там и вправду кто-то обитает. И вдруг это какие-то злобные существа, которые прилетят в отместку на нашу планету и начнут всё тут уничтожать. Может не стоит им никуда лететь? Этим астронавтам.

– Знаешь, во-первых, ты смотришь слишком много фантастики. А во вторых, честно говоря, я и не особо расстроюсь, если то, что ты говоришь, окажется правдой. Мне настолько всё надоело. Точнее все. Мне порой кажется, что лучше бы они все исчезли. Раз, и нет никого. Сидишь себе и кайфуешь.

Договорив эту фразу до конца, я начинаю осматривать променад. А точнее, людей, которые идут вдоль него. Туристы из Европы и Китая, фотографирующие всё подряд включая мусорные контейнеры. Танцоры, которые собирают вокруг себя зрителей и отвлекают тех, пока их напарники шустро орудуют по карманам зевак. Девочки сёрферши катаются на роликах в таких коротких шортиках, что забываешь обо всём на свете и в первую очередь о жене или девушки, если таковые имеются. Недалеко, в соседнем здании наверху, я замечаю группу из мужчин в костюмах и двух строителей. Сделав пару расчётов, я предполагаю, что это новые владельцы здания, которые хотят открыть тут новый ультрамодный клуб. Не совсем подходящее место, как по мне. Но потом рядом откроется ещё один и ещё. И уже не будет здесь такого духа беззаботности и вечного лета. Весь этот дешёвый гламур, который следует за открытием новых клубов, ресторанов и бутиков одежды, никого не пощадит и в конце концов поглотит нас всех.

Собрав воедино этот разбросанный пазл из людей и вещей, отчаянно хочется, что бы все персонажи сменились. Нет, у меня нет к ним ненависти, совсем нет. Но и любви тоже. У меня к ним полное безразличие и это удручает. Должен быть хоть какой-то интерес к тому, что тебя окружает. А я в них вижу только инструменты или просто бесполезную серую массу. Примерно с одинаковыми амбициями и судьбами.

– Знаешь, – начинает Шон, – мы с тобой знакомы давно, но меня не перестаёт удивлять твоя циничность по отношению к людям. Что они такого сделали? Почему ты не боишься никого потерять?

– Наверно потому что мне некого терять. Разве, что по твоей роже я бы иногда скучал. Ну, знаешь, в те моменты, когда мне хочется по ней зарядить.

– Только не лицо! Это же продукт, – надменно жеманничает Шон, на манер модели.

– А люди, нет, ничего не сделали. В том то и дело, они никогда ничего не делали. Всю дорогу, мой девиз был – помоги себе сам и ни на кого не надейся. И как видишь, мне это похоже помогает. Не вредит уж точно.

– Тебе помогли твои мозги и железные нервы. Ну и то, что ты похоже больной псих.

– А сам то? – улыбаясь говорю ему и отпиваю свой чай.

– Я недавно проверялся. Доктор сказал, что у меня немного занижена самооценка.

– Уволь его тогда. – удивительно, мне абсолютно не хочется курить. Может, стоит почаще сюда выбираться?

– Уже. Кстати, о докторах, во сколько сегодняшнее слушание?

– Должно скоро закончиться. А чего так переживаешь?

– Понимаешь, Джейсон, всё же от нашей работы зависело решение врача. Чёрт его знает, вдруг в нём проснётся Гиппократ, и он его признает вменяемым или ещё что-нибудь случится.

– Шон, зайка, можешь не переживать. Нам всё равно ничего не изменить. Если всё сложится плохо, и его признают вменяемым и посадят на стул, то примерно по пути к машине, мимо нас проедет тонированный “Кадиллак” и находящиеся в нём люди, лишат нас жизни за пару секунд. Если же всё сложится хорошо, и его признают поехавшим психом, которому нужны таблетки и психушка, мы станем с тобой на пятьдесят тысяч богаче.

– Всё же маловат гонорар для такого дела. Особенно если брать во внимание риск быть пристреленным прямо на улице.

– Пойми, у мафии с очень старой историей, лучше взять меньше или даже вообще ничего, но обратись ты к ним с любой просьбой, она будет исполнена. И я тебе говорю отнюдь не по опыту, который основывается только лишь на фильмах. Ты разве забыл, как они помогли найти того типа в той богом забытой итальянской деревушке? Скажи, кому бы это ещё было по силам?

– Да, я до сих пор в шоке, как это им удалось.

– Не имей счёт на Кайманах, а имей друзей банкиров там. Знаешь поговорку?

– Сам придумал?

– Нет, девушка твоя рассказала. – я смеюсь и успеваю увернуться от шуточного удара Шона, – Кстати, всё забыл спросить, а откуда, ты нарыл всю эту информацию о докторе?

– Про его детскую травму, от его школьного психолога. Несколько сотен решили дело. Старик уже был на пенсии и дела у него идут паршиво. Он мне просто отдал его медицинскую карту. А про маленькое производство наркотиков, по чистой случайности на одной из тусовок. Вначале мне показалось это лажей, но я проследил за ним и всё подтвердилось. Никогда бы не подумал. Они же вроде хорошо зарабатывают.

– Алчность. Всему виной алчность в этом мире. Человеку недостаточно иметь то, чем он просто владеет. Он себя всегда хочет видеть выше других. Больше всех потреблять и больше всех тратить. Это что-то вроде красной задницы у бабуина.

– Это система. И глупо рвать все шаблоны, что бы выделится. Это ни к чему не приведёт.

– Я и не говорю о системе. Я о том, что люди не живут, они просто соревнуются. В деньгах, славе, отметках “мне нравится” в соцсетях, в количестве сексуальных партнёров и всё такое.

– Скажешь, это абсолютно тебя не волнует? Хочешь сказать, ты не ставишь на свою воображаемую полку награды за выполненные дела?

 

– Но я, же не соревнуюсь. Мне хватает это для самого себя. Ты знаешь, маленькие радости, что бы порадовать своё самолюбие. Я же не бегаю по улице и не кричу об этом.

– Может, ты стесняешься? – Шон уже откровенно насмехается надо мной.

– Может, пошёл ты?

– Да, умоляю, сделай мне одолжение. Я уже поджарился на этом солнце.

– У тебя слишком серый цвет лица. Это не по-калифорнийски.

– Мне нравится прикидываться ньюйоркцем. У меня здорово выходит акцент. – бегло произносит Шон, имитируя нью-йоркский акцент.

– Да, тебе это точно пригодится. Когда пару латиноамериканских ребят, здорово отделают тебя в каком-нибудь гетто.

– Я не езжу в гетто. Если ты про наркотики, гетто ездит ко мне само.

– В стиле – “Я не люблю наркотики, наркотики любят меня?”, – цитирую я строчку из песни Мэрлина Мэнсона

– Да-да. Оно самое.

– Шон, постарайся не подвести нас. Я на счёт денег. Без них, проекта не будет. Подними все связи, какие найдёшь. И не постесняйся попросить отца.

– Я постараюсь. Но на счёт отца, сразу говорю, что ничего не выйдет. После всей этой истории с рекламным агентством, мы договорились не поднимать тему об инвестициях. Даже под любой самый надёжный проект. Прости чувак, но я не хочу опять остаться на улице, случись что.

– Чёрт с тобой, папенькин сыночек. Тогда подключай свои силы и обаяние. Потому, что, у меня нет сил на всё это. Я чувствую себя смертельно уставшим. Я даже во сне настолько уставший, что никак не могу выспаться.

– Может тебе отдохнуть? Съезди там куда-нибудь, поваляйся на пляже, побудь туристом с фотоаппаратом и всё такое.

– Когда-нибудь, обязательно. В правильное место и с правильной компанией. Но не сейчас. Слишком много поставлено на карту. Слишком.

– Как знаешь.

– Слушай, ещё одно. Пока тебя не было, появился один клиент. Точнее клиентка.

– И что ей нужно? – спрашивает Шон, одновременно выпуская сигаретный дым изо рта, – заставить мужа, который не изменяет ей – изменить? Что-то из этой оперы? Как обычно?

– Да нет, в этот раз всё гораздо печальнее. И серьёзнее.

Придвинувшись поближе к Шону, я подробно рассказываю ему историю Сары. Я удивляюсь, когда подмечаю, что пересказанная мною история совершенно не произвела на него никакого впечатления. Закончив, я пристально смотрю на него и жду хоть какой-то реакции. Но он только лишь откидывается в кресле и говорит:

– И? Что ты предлагаешь?

– Чувак, ты ничего не хочешь мне рассказать? Я, конечно, понимаю, что не открыл тебе тайну мироздания, но ты слишком, – я пытаюсь подобрать подходящее слово, – спокойно воспринял эту историю.

– Есть такое. Понимаешь Джейсон, я уже слышал эту историю.

– Да? Ты встречался с ней уже? С этой девушкой.

– Нет. Но мой друг был свидетелем происходящего.

– И кто он? Я вроде знаю всех твоих друзей.

– Этого ты не знаешь. Он из далёкого прошлого. И не так давно он мне рассказывал, то, что ты сейчас описал. В точности всё было так.

– Ок. Тогда ты уже много знаешь и можешь рассказать, кто это делает и где, а главное зачем.

– Джейсон, выслушай меня пожалуйста очень внимательно. – начал Шон, весьма драматично, – Да, действительно, я знаю, кто это делает, зачем и где. А так же я точно знаю, что нам с тобой в это лучше не вмешиваться. Выражусь более точно, нам нужно держаться от этого как можно дальше. И просто забыть про это.

– И с чего такие страхи?

– С того, что все эти твои мафиози, политики средней руки и прочее, невинные дети по сравнению с людьми, с которыми не посчастливилось встретиться этой девушке.

– И кто там такие страшные? Владельцы строительных компаний, дантисты и владельцы казино? Что за чушь ты несёшь?

– Джей, спокойнее. Да, там и правда люди разных профессий и должностей. Но их объединяют совсем не деньги. Это скажем, некое сообщество людей. С общими идеями, целями и прочее. И уверяю тебя, нам действительно с ними лучше не связываться. А про эту историю забыть. Я твой лучший друг, а так же компаньон, поэтому моя задача, облагоразумить тебя. Просто доверься своему единственному другу. Хорошо?

Я смотрю на Шона, и всё моё волнение, которое я даже не пытаюсь скрыть, даёт ему понять, что я очень заинтригован. И самое интересное, что он это всё замечает, но своим молчанием, показывает, что мне лучше больше ни о чём не спрашивать, иначе кроме лжи, я от него ничего не получу. Мы смотрим так друг на друга некоторое время, затем я спрашиваю:

– Хорошо, и что ты мне прикажешь делать с девушкой? Согласись, это не совсем честно. Плюс клиент есть клиент. Мы и так обычно помогаем действительно дерьмовым людям. А тут есть шанс побыть рыцарями.

– А ты теперь лига справедливости? Тебе какое дело до неё? Ты её видел всего лишь один раз в жизни. Я знаю, что ты не берёшь с таких как она предоплату. Просто скажи, что заказ выполнить невозможно. Кстати, через кого она тебя нашла?

– Она не сказала. Но подожди. А как ты считаешь, ей не грозит опасность?

– Ну, если её выпустили оттуда, то скорее всего нет. Не переживай ты так. Нашей репутации это точно не повредит.

– А…– начал, было я, но Шон прервал меня.

– А совесть ты можешь засунуть себе в задницу. Так как она лишь поможет нажить себе врагов. И мне в том числе. А это совсем не входит в наши планы, парень. Есть люди, которых можно смело послать в задницу, но те люди, явно не из их числа.

– Ты хоть в курсе насколько ты меня заинтриговал?

– Ещё бы. Ты наверно готов отсосать у меня, лишь бы я тебе всё рассказал. Но прости, друг, не могу. Не сейчас. Возможно, когда-нибудь ты всё узнаешь. Но не сейчас.

– Вот ты подонок. Я же не засну. Я начну копать и узнаю. Ты же меня знаешь.

– Знаю и уже проклинаю себя. Ок, давай так, я уже примерно накидал у себя в голове список людей, к кому я пойду на счёт нашего проекта на Марс. И несколько из этих людей, принадлежат, так казать к этому клубу. Я постараюсь аккуратно спросить, у своего друга, можно ли рассказать тебе в общих чертах. Но сразу говорю, не пытайся узнать, что-то сам. Не накликай на себя беду. Я буду в тебе очень разочарован.

– Боже, какие страсти. Договорились. Чёрт с тобой и твоими тайными масонами или кто они там. Давай уже рассчитываться и нам пора в офис. Через час туда приедет Кевин. Он должен подписать контракт.

– О! Нашего мальчика снова кто-то купил?

– Именно. И мы, кстати, на этом неплохо заработали.

– Все же я люблю нашу работу.

– Вот увидишь, настанет день, и эта специальность будет преподаваться в университетах, – говорю я, мечтательно закидываю руки за голову и смотрю на тёмно- синее небо.

– Да? И как она будет называться? Специалист по связям с идиотами?

– Скорее, менеджер по работе с человеческим фактором.

Рейтинг@Mail.ru