Всё о моих демонах

Майкл Мар
Всё о моих демонах

– М-м-м, но погоди. Ты же вроде как-то упоминал, что тебе приходилось с подобным сталкиваться. Когда тебя просили инсценировать чьё-то самоубийство.

– Серьёзно? Не помню, что бы говорил тебе что-то конкретное. – Я и правда не помню, что бы рассказывал Шону о МакДугле. Может, был пьян?

– Вроде говорил. Так у тебя нет идей? Может, сможем кого-нибудь подставить?

– Ага. Вот этих двух. Что на кровати лежат. Причём на почве ревности. Не неси чушь, друг, мы себя только самих подставим. Дай мне подумать.

Я беру у него ещё одну сигарету, выхожу из комнаты и возвращаюсь к тому месту, где сидит Мэй. На секунду закрываю глаза и представляю, как это всё выглядит со стороны. Молодая измученная девушка с безумным взглядом и полуобморочном состоянии. Разбитая и вся в мусоре квартира с чудовищным запахом. Два обезображенных трупа, одетых словно на подиум и как кульминация всего этого сюрреалистического и маниакального бреда, двое мужчин, одетых в смокинги. Маэстро, включите, пожалуйста, музыку. Желательно что-то из Майкла Наймана. Только не громко.

– Так, я перебрал всевозможные варианты. Безумные и очень безумные, – произношу я, после пятиминутного молчания, – и абсолютно уверен, что единственный верный, это вызвать полицию.

– Но ведь…

– Шон, послушай меня и поразмысли здраво. Убивать мы её не будем. Подставлять никого тоже. Вызывать какое-то подкрепление, среди наших должников, тоже слишком опасно. Это не просто убийство по случайности. Дать ей исчезнуть, нельзя. Ты же не хочешь, что бы эта ебанутая, разгуливала по городу и пачками валила всех красивых девушек? Да, я уверен именно на это у неё бзик. И к тому же, наша машина, уже полчаса стоит напротив дома. Ты думаешь, соседи не скажут полиции номерные знаки твоей тачки, а так же забудут описать два красивых мужских фоторобота в смокингах? Ещё как опишут.

– Но нам, же кранты тогда. Имидж. Ты сам всегда говорил, что это единственное, ради чего стоит жить.

– Жить. Да. Но не гнить в тюрьме. – Да уж, попади я в тюрьму, имиджу бы точно пришёл конец. – Но вообще, если всё грамотно обыграть, мы можем стать с тобой очень богатыми и знаменитыми. Знаменитыми даже не обязательно и нежелательно, а вот богатыми, да. К тому же, тёлки к нам сами штабелями повалят, лишь бы устроиться работать в агентство, где когда-то работала Мэй.

– Почему? Ты про ненормальных психопаток?

– Нет, деревянная твоя голова. Сам прикинь. Её посадят. Это факт. Но смертная казнь, мне кажется ей не грозит. У неё крыша напрочь поехала. Отправят её в психлечебницу, там более менее она очнётся. Да даже если и нет. Наймём литературного раба. Он от её лица напишет книгу. Мемуары “От модели до убийцы – один шаг”, потом по нему снимут фильм, потом ещё и мюзикл поставят на Бродвее. А там и до Опры недалеко или кто там сейчас. Того и гляди, выпустят из психушки и будет гастролировать, автографы раздавать. И как ты думаешь, неужели никто не вспомнит из какого агентства Мэй? Ещё как вспомнят. А люди, как ты и сам хорошо знаешь, сумасшедшие. Им неважно, почему человек знаменит. Главное, что знаменит.

– Ты гений. Больной на всю голову, даже похлеще её, – он кивает в сторону Мэй, – но всё-таки гений.

– Говори мне это почаще. И вызови полицию, пожалуйста.

– А что им сказать?

– Правду. В кой-то веке, можно сказать правду. И это будет правильнее всего.

Я лишь мельком взглянул на Мэй и решил, что прятаться в провонявшем доме, больше нет смысла и вышел на улицу. Солнце уже опустилось за ближайшие дома и небо покрылось алыми красками заката. Я снова закурил и посмотрел на улицу. Проведя глазами по домам, случайным прохожим и машинам, мой взгляд зацепился за знакомую фигуру. Фигуру, которой тут не должно было быть. Снова этот усатый маньяк, на синем ауди, опёршись на машину, буравил меня взглядом. Точнее, он был в очках, но смотрел прямо на меня. Если бы за моей спиной, в доме ужасов, не было определённых обстоятельств, я бы подошёл к нему и узнал, зачем он меня преследует. Но сейчас, так рисковать нельзя. Кто знает, что у него на уме.

Но вдруг, словно прочитав мои мысли, он сам двинулся в мою сторону весьма решительной походкой. Чем ближе он подходил, тем я больше был готов, в случае чего, отразить любую его атаку. Но совершенно неожиданно, он остановился, резко развернулся и быстрым шагом вернулся к своей машине. Тут я уже не на шутку испугался. Зачем он вернулся? Достать биту? Нож? Пистолет? Но не оправдав, ни одной моей догадки, он сел в машину и уехал прочь. Я сначала не понимал, что его заставило изменить своё решение, но когда повернулся назад, увидел, как Шон стоит в проёме двери и вопросительно смотрит на меня.

– Это сейчас, что было?

– Понятия не имею.

– И не знаешь кто это?

– Нет. Но очень хочу это узнать.

Глава 15
Бал зверей

Мы с Шоном снова едем по шоссе. Вечер уже плотно забрал город в свои объятия и даже запах стал другим, более тяжёлым и наэлектризованным. Фонари хайвея чётко обозначают наш путь, а в машине, из колонок доносится “Trough the glass” – Stone Sour. Настроение, после увиденного в доме, нельзя назвать подавленным, скорее задумчивое и немного нервное. Хочется ехать так всю ночь, курить в окно и думать о случившихся событиях. Но реальность такова, что через пятнадцать минут мы приедем на место назначения. На этот чёртов благотворительный бал и мне придётся рвать рот на улыбки, нести чушь, быть ненавязчивым и поверхностным, а так же постараться не напиться. Во всяком случае, не сильно, хотя не факт, ведь выдерживать этот ад на земле без хорошей анестезии практически невозможно. Тем более если учесть всё, что случилось несколькими часами ранее.

– Ты как? – спрашивает Шон, вырывая меня из собственных мыслей

– Перманентно. Хочется понять хоть какой-то смысл в том, что я делаю.

– Ты же знаешь, сегодня будут важные нам люди, если ты договоришься о встрече, считай контракт у нас в кармане.

– Да я не о сегодня. Я в целом. Зачем мне это? Знаешь, часто посещают мысли, просто взять и свалить. Куда-нибудь в Тибет, например или где все эти отшельники. Просто исчезнуть и растворится, прежде всего, от себя же. От прошлого. Обнулить жизнь. Начать с первого уровня.

– Началось… – Шон, закатывает глаза и сворачивает с шоссе на узкую, извилистую дорогу, – Старик, ну сколько можно один и тот же монолог уже в который раз? Ты сваливал и ничем это хорошим не закончилось.

– Да. Но знаешь, лучше просто сказать это вслух, понять, что это глупая затея и забыть об этом. Чем держать это наедине со своим сознанием, потом однажды встать в пять утра, отчаянно посмотреть в окно и принять решение, как это уже бывало.

– Хорошо. Валяй. Но в следующий раз. Мы уже приехали. Пожалуйста, будь хорошим мальчиком, включи своё обаяние, как ты это умеешь и сделай магию.

– Чёрт. Я не готов, – говорю я, отчётливо осознавая своё состояние, – мне нужен бар или сон. А лучше всё вместе взятое.

– Что с тобой? – Шон, заглушил двигатель и повернулся ко мне. – Когда полиция допрашивала нас, ты держался молодцом. Я кстати удивился, что нас так быстро отпустили. Думал, продержат до утра.

– Перестань, они только посмотрели на неё и всё поняли. Этот город полон сумасшедших. Их только не замечают. Так как, пока они не начинают гоняться за людьми с топором или обливать моделей серной кислотой, они вполне себе типичные жители этого города. А держался я так, потому, что адреналин зашкаливал. Кстати, хорошо бы тут сегодня побыстрее закончить. Нам с утра нужно грамотно прессе всё припадать. Я про историю с Мэй.

– Да. Точно. Ну, это зависит и от тебя.

– Нет, чувак. Я съездил в Амстердам, сделал своё дело и вернулся с победой. Сегодня твоя очередь, я максимум как группа поддержки. Считай, что я твой плюс один. Ты забрал меня на лимузине, а я в мехах и готов влиться в сливки общества.

– Правда, лучше бы тёлку пригласил.

– Уже поздно. Давай, пойдём. – Говорю я и открываю дверь.

– Окей, только погоди, у меня где-то завалялись духи. Не хочу, что бы от меня пахло мертвечиной.

– Ладно, догоняй. – Какой же Шон наивный. Они и не учуют этот запах. Невозможно унюхать то, чем пахнешь сам.

Я прохожу от парковки до самых ступеней лестницы особняка, где сегодня проходит благотворительный бал, успеваю лишь подкурить и краем глаза, замечаю его. Человека, которого мне сейчас меньше всего хотелось бы видеть. Его присутствие на сегодняшней вечеринке, обозначало, что настроение у меня будет не оптимистичное, а скорее приближённое к суицидальному. И только я заканчиваю эту мысль, как он замечает меня. Его взгляд тут же стекленеет, а гигантские кулаки непроизвольно сжимаются. Двухметровая фигура Питера Райса, надвигается на меня спешным шагом, словно грозовая туча на маленький белый парусник в открытом море. Возле меня ни одного знакомого, так что деться мне собственно некуда. Да и незачем если честно. Сомневаюсь, что историю со штурмом его дома, он уже успел забыть.

– И ты здесь? – довольно злобно спрашивает Питер.

– Хотел спросить у тебя тоже самое. – отвечаю я.

– Я почётный член этого фонда, что бы ты знал! А какого чёрта, тут делаешь ты?

– Я просто почётный член. – У меня какая-то поразительная способность острить в присутствие этого человека. Может нам объединиться в дуэт и ездить по стране с гастролями?

– Что? – переспросил Питер.

– Проехали, завтра поймёшь.

– Проклятый юнец, как ты ещё живой ходишь по этой земле?

– Знаешь, порой я и сам не знаю. Может на том свете просто поставили ставки на меня?

– Валил бы ты лучше отсюда, – произнёс он и при этом сильно стиснул зубы.

– Послушай, чего ты так злишься? Ты сам во всём виноват, и мы это выяснили… втроём…ты, я и …твоя жена. Скорее всего, потом, вы продолжили выяснять это тоже втроём. Ты, твоя жена и ваш семейный психолог. Такие как вы, точно должны его иметь. Я прав? Пожалуйста, скажи мне, что я прав.

 

– Не твоего ума дело. Поверь, если бы тогда за тебя не вступились, ты был бы уже покойник.

– Поздно. Я уже давно труп. И все старания спасти меня тщетны.

Оставив его в полном недоумении, я лениво поднимаюсь по лестнице и вдруг слышу, как наверху меня окликают по имени. Присмотревшись, я вижу жену Питера, Дженни. Она в роскошном бирюзовом платье, а её уши украшают большие серьги с бриллиантами. Быстро оценив обстановку, я понимаю, что скандал здесь и сейчас мне ни к чему, так что, незаметно подмигнув ей и улыбнувшись, я прохожу мимо неё в особняк, не дав ей сказать и слова. А самому, мне говорить нечего и совсем нет желания, если честно.

– Джейсон, радость ты моя, – говорю я сам себе еле слышным шепотом, – умоляю, не умри сегодня. И пусть этот безумный день поскорее закончится.

Мы приехали как раз к тому моменту, когда бал шёл полным ходом. На вскидку, было чуть больше сотни гостей и ровно в два раза больше обслуги. Влившись в толпу роскошно одетых и знаменитых людей города, я направился прямиком в бар, откуда и решил вести наблюдение, а так же попросил у бармена хорошую дозу анестезии, в виде шотландского виски. Подумал секунду и попросил его не добавлять лёд. Джина, детка, где интересно ты сейчас?

– Ты видел его? – спросил у меня только что прибывший Шон.

– Тут много их. Кого именно.

– Питера Райса. Он тут, с Дженни.

– Да. Но не переживай, всё в порядке. Лучше возьми себе выпить.

– Ты уверен? А если Дженни подойдёт к тебе сейчас? – Шон, не был в курсе той истории в доме Райсов. Иначе, пришлось бы рассказать о МакДугле. А это мне строго запрещено последним.

– Не подойдёт. Не кипишуй. Лучше намечай цели для последующей атаки. Тут и правда много акул. Словно мы у берегов Австралии.

– Ну смотри. Я же о тебе пекусь. – Сказал Шон и заказал то же, что и я.

Вечеринка шла своим ходом, а мы меж тем высматривали потенциальных жертв для нашей с Шоном охоты. Я налегал на виски, словно завтра объявят сухой закон, а Шон не сводил взгляда с молоденьких хостес в чёрных коротких платьях. Охота на инвесторов, как-то не шла.

Спустя какое-то время, мы поймали волну вечеринки, пожимали руки знакомым, совершенно не искренне радовались новым знакомствам, меняли пустые бокалы на новые, пока я не поймал себя на мысли, что я совершенно не понимаю, о чём со мной говорят и мне вдруг стало резко душно. Я сказал Шону, что б тот начинал работать сам, а я при случае, поймаю кого-нибудь у бара. Он лишь хмыкнул на это и сказал, что единственное, что я могу там поймать, так это зелёную фею. Я в очередной раз напомнил ему об Амстердаме, и он ушёл в толпу.

Я решил подышать свежим воздухом и вышел на небольшую террасу, что была за баром. С террасы открывался чудесный вид с холмов на город. Мерцающий свет от зданий, фонарных столбов и фар машин причудливо помигивал своими огоньками, словно приветствуя меня. Когда я уже представлял, как бы выглядел город, если его подсветить огромными прожекторами, телефон, что лежал в кармане начал судорожно вибрировать. Впервые задолго, я был рад ответить на звонок:

– И как поживает моя сестрёнка? – спросил я.

– Лучше всех, братец, – ответила моя сестра, Ким. – Цвету и пахну. А что на счёт тебя?

– А я воняю и выживаю. Хотя, на мне сейчас красивый смокинг, а в руках скотч, которому лет больше чем мне.

– Всё пытаешься выдать себя за голливудского бездельника?

– Нет. Просто это своего рода камуфляж. Иные, слишком раздражают публику, которая в данную минуту вокруг меня.

– Я тебя там не отвлекаю? – спросила она и я услышал, как чиркнула её зажигалка.

– Ты меня спасаешь. Очередной благотворительный бал, тема которого даже никому не интересна. Единственная причина, почему они тут – выгулять очередное платье жены или выгулять любовницу. Или сразу и то и другое.

– Если есть ад на земле, то это “город ангелов”. – Замечает Ким.

– Бери выше. Это ад, после ада. Зато у нас есть океан.

– А у нас…

– У вас в Чикаго есть ужасная погода, отличная пицца и повышенная преступность.

– Зато тут красиво и уютно.

– Не спорю, – я соглашаюсь с сестрой, потому, что сам так считаю.

– Не буду задавать раздражающий тебя вопрос – “Что у тебя нового”, но скажи, ты вообще, как?

– Это ещё более раздражающий вопрос. Пытаюсь привести жизнь в порядок, но с каждым днём становится только хуже. Правда, это издевательство какое-то. И всё происходит исключительно со мной в главной роли.

– Да, наш малыш, Джейсон, как обычно опора Земли. Дорогой, с самого детства, с тобой постоянно происходят вещи, которые не случаются с обыкновенными людьми. Ты уже давно должен был привыкнуть.

– Согласен. Это закаляет. Но хочется иногда получить небольшой отпуск.

– Так в чём проблема? Приезжай ко мне? Оторвёмся. Или полетели куда-нибудь отдохнём.

– В отпуск с сестрой? В нашем возрасте? Это попахивает либо отчаянием, либо инцестом.

– Ты помешан на чужом мнении. Так нельзя. – Я даже представляю, как она мотает головой из стороны в сторону и поджимает губки, как она это обычно любит делать.

– Сила привычки. А вот оторваться у тебя, это уже идея. Можем даже оторваться с Тарой. Как она? – я вспоминаю о подруге Ким, с которой отлично провёл уикенд, когда однажды навещал сестру. В постели она ненормальная на всю голову, в моём вкусе.

– Так, ты уже оторвался. Хорош тебе. Хотя, врать не буду, она о тебе тоже спрашивала. Я даже подумала, живи вы в одном городе, из вас бы получилась отличная пара.

– Из нас бы получилась отвратительная пара. Оба карьериста с раздутым чувством собственного величия. Издеваешься?

– В том и дело. Вы так похожи. – Не отступает Ким.

– Именно, Ким, именно. Пойми, такие пары, всегда будут невероятными, только при условии интрижек. Стоит им сойтись по серьезному, пиши-пропало. Они либо уничтожат друг друга, либо разочаруются.

– Ну не знаю.

– Поверь мне. А у тебя как там с этим? Ты же мне не звонишь, чтобы на свадьбу пригласить?

– Фу! Съешь свои слова. Никаких свадеб. Я никому не обязана.

– А мне навязываешь.

– Не навязываю. Просто предположила, – а теперь слышу, как она расхаживает по помещению. Никогда не могла сидеть на месте ровно, если разговаривает. – У меня, ничего особенного. Вялотекущая шизофрения. Но иногда и я отрываюсь. Хорошенько отрываюсь.

– Никаких подробностей. Не хочу знать личную жизнь сестры.

– О, Джейсон. Ты был бы сильно удивлён. Даже шокирован.

– Ким, знаешь…

– Знаю, тебя ничем нельзя удивить. Бла, бла, бла.

– Точно. Но всё равно, оставь своё грязное бельё себе.

– Хорошо, слушай…

Только она успевает начать новую тему разговора, как я интуитивно оборачиваюсь в сторону зала, где проходит основная часть вечеринки и сквозь толпу, замечаю девушку. Нет, этого не может быть. Что ей делать в Лос-Анджелесе. Точнее даже если и так, что ей делать на этом балу?

– Ким. Прости. Мне нужно срочно бежать. Я перезвоню тебе.

Я не даю ей со мной попрощаться, убираю телефон в карман и начинаю пробираться сквозь толпу вглубь зала, где только что как мне кажется, увидел Джину. Ту самую Джину из Амстердама. Как назло, людей стало ещё больше, а непонятно откуда взявшее множество официантов окончательно перегородили мой путь. Может мне просто показалось? Джина красивая девушка. Но мы же всё-таки в Лос-Анджелесе. Тут все красивые. Даже бездомные.

Обойдя с другого края толпу людей, я наконец добираюсь до того места, где видел девушку, но оглядевшись вокруг, не нахожу её. Наверное показалось. Может, я скучаю по ней? Да нет, глупость какая-то.

Зато, пока я оглядывался по сторонам, то увидел другую, не менее интересную мне фигуру. Это был не кто иной, как Бад Хирш. Моя цель в деле Сары. О нём мне хотелось узнать побольше. Особенно потому, какой материал я обнаружил на той ручке. Он, в компании двух незнакомых мне мужчин, поднимался по одной из двух полукруглых, мраморных лестниц, что шли на второй этаж. Для вида, я взял с подноса проходившего мимо официанта бокал с шампанским и стараясь как можно непринуждённее, стал подниматься по лестнице вслед за компанией мужчин.

Когда я поднялся на второй этаж и огляделся по сторонам, то увидел, как они свернули направо, в коридор поменьше. Неспешной и бесшумной походкой, я направился за ними, убедился, что телефон стоит на беззвучном и завернул за угол.

За углом меня ждал неожиданный сюрприз, в виде двух широкоплечих, лысых охранников с перекрещенными на уровне пояса руками. Вывод, что они именно охранники, я сделал по их внешности, а так же наушникам, которые были точно не от плеера. Но Бад, в сопровождении мужчин, уже заходил в одну из дверей, вход в которую преграждали стражи. Мне нужно туда попасть. Я уверен, они не в туалет пошли. Так, импровизируем.

– Сэр, простите, это запретная зона, – один из охранников выставил руку вперёд, чем преградил мне дальнейший путь.

– Да, да, я знаю. Всё только для тех, кто знает, что там, – сказал я заплетающимся языком, хотя если честно, играть, мне особо не пришлось. Я как обычно не заметил, как напился.

– Простите, сэр, но я не могу вас пропустить.

– Да прекрати, парень, – сказал я, размахивая бокалом, – я же знаю, там можно перекинуться в картишки. Мне хочется поиграть на хороших ставках. Я знаю людей, что там.

– Тут нет картишек. Боюсь, вы перепутали.

– Серьёзно? – так, всё интереснее. – Странно, а мне сказали, что для своих тут всё есть. Может тогда там девушки, какие есть? Ну, вы понимаете меня парни. Девчонки в волчьих масках. Арррр.

На этот раз, охранники переглянулись между собой, и тот, что пониже, кивком головы подал знак другому. Он открыл деревянную дверь, что они охраняли и зашёл внутрь. Я по-прежнему улыбался хмельной улыбкой и размышлял, что мне ответить, если они попросят пароль или спросят, кто меня привёл.

Ожидание не заняло много времени и дверь снова открылась. Из неё вышел охранник, а так же ещё один мужчина, которого я не знал. Но, что было ещё интереснее, когда они выходили и дверь была широко раскрыта, за их спинами, в большой комнате с картинами и гербами на стенах, мне удалось узнать если и не половину из того списка с ручки, то одну треть точно. Они, сгруппировавшись в несколько небольших групп, разговаривали на повышенных тонах и о чём-то спорили. Моё чутьё, на полную мощность подняло тревогу, а внутренний голос сказал, что входить мне в помещение, точно не стоит.

– Я могу вам чем-нибудь помочь? – спросил вышедший ко мне мужчина.

– Эм-м-м, – я никак не мог найти причину, что бы смыться.

– Вы, как мне передали, упоминали про девушек волчиц. И я подумал…

– Волчиц? Каких нахер волчиц? – я омерзительным образом осушил шампанское до дна и выронил бокал на пол. Его осколки разлетелись по полу и привлекли внимание некоторых, кто находился в той комнате. – Мне тёлка нужна. И сортир. Я не трахаю животных.

– Вы уверены, сэр? – спросил мужчина и провернул кольцо на указательном пальце правой руки. Без сомнения, на кольце была идентичная гравировка, как на документах, что я видел сегодня днём. Колесо-штурвал.

– За столько бабок, сколько я отвалил этой хреновой благотворительности, могли бы и шлюх подогнать. – Джейсон, вали! Театр в другом месте покажешь. – Ладно, парни, у вас тут сосисочная вечеринка как я погляжу.

На этих словах, я развернулся и быстрым, змееобразным шагом ушёл туда, откуда пришёл, быстро спустился по лестнице и начал искать Шона. Он околачивался возле пары потенциальных инвесторов и видимо искрометно шутил.

– Нет, вы представляете себе? Она действительно это сделала, перед всеми зрителями и…

– Шон, – я натянуто улыбнулся его собеседникам и прошептал ему на ухо, – нам срочно нужно сваливать.

– Погоди, – он отвернулся от мужчин и процедил сквозь зубы, – они почти у меня в кармане, я их весь вечер обрабатывал.

– Плевать, уходим! Немедленно!

– Но…

– Потом объясню, – я оборачиваюсь к мужчинам и извиняющимся тоном говорю, – простите господа, я вынужден забрать вас у него. Его жена рожает.

– О, конечно! Желаю удачи! – произнёс один из них.

– Рад был познакомиться, я свяжусь с вами в понедельник, – сказал Шон, когда я уже за рукав выводил его из зала.

Когда мы оказались на улице, я начал ещё сильнее торопить его, и мы чуть ли не бегом спустились с лестницы. Направившись прямиком к машине, Шон, без устали спрашивал, в чём дело. Я не отвечал ему, по причине того, что не знал, что можно ему сказать, а что нет. Про ручку, говорить пока точно не стоит. Я уже слышал его мнение на счёт Сары и был уверен, что он будет опять меня уговаривать бросить это дело.

– Поехали скорее, – сказал я ему, когда мы уже сели в машину и он завёл мотор.

– Да в чём дело то? – в очередной раз спросил он и начал огибать большой фонтан, что находился между парковкой и высокой лестницей, ведущей в дом.

 

– В этом, – произнёс я, указывая пальцем в сторону сбегающих вниз двух охранников, с которыми я познакомился пару минут назад.

Рейтинг@Mail.ru