Вершина

Матвей Алексеевич Воробьёв
Вершина

– После обществознания всех собирают на классном часу. Классная сказала всем! – Лида сообщила перед уроков. Она была доверенным лицом и передавала все сообщения. Её донесение вызвало всеобщее негодование. Всё-таки никому не охота после 8 урока еще слушать инструктаж по экзаменам.

– Толку сейчас, а потом времени нет что ли? – Слава первый крикнул, – Вы как хотите, но я и общество не особо люблю, если что-то важное буркнут, потом узнаю. Если что, мне стало плохо. Аривидерчи!

– А если отмечать будут? – кто-то может и услышал Лиду.

– Вообще ***. Вон Сорокчук пусть за меня распишется.

Он просто ушёл. Кто-то смотрел на него, как на триумфатора, многие тоже хотели уйти. Кто хотел повторить за ним, но не пошёл, задался вопросом: «А что потом будет?». Но никто не спросил: «Что будет сейчас?» Он, как свободная птица, на два часа раньше освободился из оков Мордора, но никто не поддался соблазну. И не зря. Пока Слава шёл около жителей Шира (то были второклассники), его заметил учитель обществознания. Уловки с плохим самочувствием распались, пришлось возвращаться в кузницы. Класс воодушевился тем фактом, что следопыта вернули, и началась плановая промывка мозгов, именуемая «обществознанием». Что-то там про гражданство и гражданина. Мясо, лежавшее на партах (всех, кроме первых), томилось на peep прожарку.

– Отпустите, пожалуйста, ради праздника? – Слава уж совсем расклеился. Что вкинуть придумал, а что делать – нет.

– Это что за праздник, 15 апреля?

– День Рождения Пугачёвой! – Алфёров Никита скинул, случайно вспомнив.

– Ну, раз вы поклонники примадонны, отвечайте по теме и идите.

– К этому нас жизнь не готовила,– Слава сел в ожидании четвёртого десятка минут урока. Возможно, где-то прозвенел Big Ben, но здесь только звонок. «Как важно, серьёзно подготовиться. Вот чёрт! Придётся на автобусе ехать на тренировку из-за этого оратора искусства я опаздываю!» – подумала Сашка.

– Кургин, погнали на автобусе до зала.

– Я не пойду. Сегодня днюха у Машки, она, конечно, не Алла Борисовна, но уважить надо.

– Ладно, так накинь, пожалуйста, десятку мелочью.

Получив недостающие медяки на билет, Саша отправился на автобусную остановку близлежащую. Там он, отсчитывая секунды, проворней синхронного пловца дождался и сел не в красный двухэтажный, но в большой и серый автобус. Отдал деньги кондукторше («Что-то она молода для такой работы,»– подумал Сашка), взялся за поручень и поехал стоя. Водитель со скрежетом сдёрнул с места свою клячу. Автобус ехал не так быстро, дорога не позволяла. За окнами проносились витрины магазинов, дома: частные и не очень.На пути светофоры были зелёными, что странно для человека, который не хотел опоздать. Водитель что-то тоже впал в эйфорию и, зазевавшись, наскочил на колею, что не могло не сказаться на пассажирах. Кто сидел, тот просто покачнулись, но кто стоял, те согнулись в полтора наклона Пизанской башни. Саша практически упал на кондукторшу, но успел ухватиться за соседнее сиденье. Салон оправился быстро, явление не такое уж и редкое.

– Прошу прощения, я не хотел вас сталкивать с места. Извините, – сказал Саша кондуктору. Но что-то после его слов в реакции девушки было не так. Она оцепенела. Побледнела. Глаза – два попрыгунчика за 10 рублей из автомата конфет. Взгляд полный страха перед гильетиной и отчаяния после кражи шинели (Гоголь). Она качала поднимать руку с указательным пальцем наперевес и уставилась на Сашу. Люди, конечно же, обратили внимание на это.

– Это. Это… Это ты! Ты был там! – задыхаясь, кричала девушка. А кондукторши кричать умеют.

– Что вы имеете в виду? – Саша недоумевал, к чему это резкое внимание к его персоне. Кондукторша стала смотреть чуть правее него и кивнула кому-то. Это был следователь Павлов. Что он тут делает? Петька потерял ключи от служебной, пришлось в общественном транспорте добираться до управления. Войдя в автобус за 2 остановки до Саши, он встретил и узнал в кондукторше потерпевшую давно закрытого дела. Улик больше не нашлось, свидетелей нет. Она ничего не вспомнила. Теперь, когда она оборачивалась к нему и кивала, он должен подойти.

– Так что тут у нас?

– Это он! Он был там! Я его по голосу узнала. Там было темно, но он говорил! Он был там!. И эти двое… Что? Боже, я вспоминаю! – она рухнула на свободное сиденье.

– Итак, граждане, на свои места, пожалуйста, – он вытащил удостоверение, – а вы, молодой человек, выйдите на следующей вместе со мной. Вы, – обратился к кондукторше Павлов,– ко мне в ближайшие дни зайдите.

– Да, хорошо.

У публики проявился неподдельный интерес, но они ничего не понимали, так как Саша и Павлов вышли на первой же остановке.

– Итак, парень. Фамилия, имя, отчество? – Следователь посмотрел на парня, который в это время снимал капюшон. В глаза Родиона Сергеевича бросилась серая шапка.

– Виконт Александр Сергеевич

– Ну смотри, Пушкин, ты явялешься свидетелем преступления. Надеюсь, понимаешь, о чём я?

До Саши только сейчас дошло, что кондукторша возможно та, которая в переулке лежала.

– Да.

– Я понимаю, что ты не являешься одним из нападавших, но почему ничего не предпринял?

– Они были очевидно сильнее меня, а отхватывать в тот вечер совсем не хотелось. Тем более это я медиков вызвал.

– Дак почему в отделение не обратился?

– А толку? Я их не знаю, первый раз слышу. Всё, что знаю, это то, как они сначала весело шли, а потом свернули в темноту.

– Ты подошёл к ним. О чём был разговор?

– Я попросил их предохраняться и оставил розу.

– Зачем?

– Не знаю, как-то само собой вышло.

– Ты понимаешь, что если бы ты сразу объявился, то она может и вспомнила бы чего. Кто они, где были, например. Вот теперь где их ищи? Месяц прошёл. А я больше чем уверен, что твоё голос послужил стрессовой ситуацией, и теперь она что-то помнит. Целый месяц работала и жила под чужим именем. Ты понимаешь, кто ты? Ты тот, из-за кого Курск утонул, из-за кого Беслан все помнят. Ты тот, кто сносит.. Да впрочем, неважно. Где был «Человек», когда её били? Ты ушёл! Получить по морде, да не обязан, но будь мужчиной! Смысла нет к делу пришивать. Нихера ты не знаешь! А может они тебе денег дали за молчание? А? Я не удивлён, если взял, подонок.

Закончив свой «спич», Павлов просто развернулся, ударил по железной стойке рекламного баннера и пошёл. Вроде бы мало дел, которые эмоционально привязывали бы его, но он думал ни о Саше, ни об этих двух, только о своей дочери. Павлов представил её на месте жертвы. Она беззащитна. И такой же как Сашка пройдёт мимо, положит мнимую розу. Даже не попытается помочь! Куда исчезло сострадание? Почему своя шкура не терпит мелочей ради других?

В таких размышлениях, кляня всё и всех, следователь вернулся в управление, ругнул Петьку, хоть тот и держал в руке потерянные ключи. Поднял вверх дном всё в поисках дела об изнасиловании. Заперся в своём кабинете, закинул ногу на стол и прямо в форме уснул. В обед. На рабочем месте. Никогда такого не было. Но вечер в кругу семьи прошёл штатно. На следующий день он встретился с потерпевшей. Оказалось, это Татьяна Пургина 1995 года рождения. В городе оказалась проездом. Училась в медицинском и, возвращаясь домой, осталась у знакомых в этом городе. Ну а дальше по классике. Документы и все вещи у них, квартира оказалась съёмной, а от знакомых остались только воспоминания, так как Татьяна знала только их имена. Если подумать, так себе знакомые. Лучше бы потратилась на гостиницу. А теперь из какого-то фонда ей выделили сумму для отправки домой, но родную Гатчину.

Глава IX

На следующей неделе Павлова откомандировали в соседний город, по населению превышающий Сычёв раз в 10. Там случился какой-то переполох на свадьбе у местного миллионера. Молодожёны ехали в машине, вдруг она разогналась и через некоторое время резко свернула вправо, слетев с набережной в реку. Гости и охрана успели подъехать, одна из подруг невесты бросилась в реку, вытащила тело жениха, но уже мёртвое, а сама невеста всплыла. Оказалось, что она с подругой были синхронистками, так что хорошо управлялись с водной стихией. Полиция и соответствующие инстанции подняли машину. У неё было прострелено правое переднее колесо. Изучив дела, следователь Павлов отправился в комнату оперов.

– Итак, я Павлов Родион Сергеевич. Меня прикрепили ведущим к этому дело. Кто-то может мне сказать, какие уже проводились следственные мероприятия?

– Мы просмотрели партнёров, знакомых убитого. Никто, вроде как, зуб на него не имел.

– Тем не менее, кто-то стрелял. Калибр пули?

– Соответствует пистолету, который имеется у каждого охранника убитого.

– Но судя по всему, это не охрана. Она ехала сзади. И не прохожие. Попасть с такой скорости в колесо!

– Может, случайно попали? Стреляли в машину, чтобы припугнуть.

– Нет, для этого есть момент получше. Например, когда все выходили из ЗАГСа. Народу больше, скрыться легче. Тем более вы говорите, врагов у него не было. Найти охранников с утеренным пистолетом. Мне нужен адрес обеих синхронисток.

Он вышел из комнаты и в коридоре наткнулся на Петьку.

– А ты здесь откуда?

– Родион Сергеевич, я как узнал, что вам сюда направили, так сразу за вами.

– Ладно, иди грей машину, скоро буду.

Через несколько минут ему передали бумажку с адресами. Он вышел на улицу, сел в машину и приказал Петьке ехать в Шафутинский переулок. Там жила подруга невесты Доронина Елена Семеновна 1990 года рождения. В 14 лет поступила в спортивную школу на плавание, где и встретила нынешнюю подругу. Вместе ушли в организацию олимпийского резерва на синхронисток, участвовали в олимпиадах, где-то побеждали.

– Родион Сергеевич, это здесь? – они заворачивали в какой-то переулок с частными домами, но посреди фермеров новой индустрии стоял многоэтажный дом. Они подъехали, вышли, разузнали у бабулек нужный подъезд и квартиру. Идя по подъезду, можно было сказать, что это хороший дом: всё выкрашено, мусора нет, ступеньки в плитке, в плафонах ни одной украденной лампочки. Нужная дверь «из стали Золотых ворот Сан-Франциско», звонок. Звонок, птичья трель, открылась дверь.

 

– Здравствуйте, – поздоровался Родион Сергеевич, показывая удостоверение, – я следователь Павлов, а это мой помощник. Можно задать несколько вопросов по делу убийства мужа вашей подруги?

– Да, входите, – девушка провела их в гостиную, шикарно обставленную медалями и грамотами. Если это было настоящее золото, то можно понять, куда делся весь золотой запас Советской России.

– А разве это был не несчастный случай? – Доронина разливала чай.

– А откуда вам известно, что это несчастный случай?

– Ну же сама видела, как машина в реку улетела, потом полиция сказала, что были неисправности или же водитель не справился с управлением.

– Ну, если при каждой неисправности влетает пуля в колесо, то да – это несчастный случай!

– Пуля? – удивилась девушка.

– Вы лучше скажите, какие у вас были отношения с подругой.

– Ой, мы с Дашкой ещё со спортивной школы вместе. И на синхронное плавание вместе ушли, и по соревнованиям в паре выступаем. Она бы без меня пропала. Если бы я не исправляла её ошибки и не была с неё в паре, то она не стала бы чемпионкой.

Другие книги автора

Все книги автора
Рейтинг@Mail.ru