Ключи к Тайнику

Мария Карташева
Ключи к Тайнику

Глава 1

Полгода назад

Вывалившись в неудобной длинной дублёнке из автобуса, Лиза огляделась. Она стояла на краю какой-то затерянной в снегах деревни, вокруг метались зимние вихри, трещали ветки деревьев, и свет горел только в домике, что примостился внизу. Согласно сбивчивым объяснениям не очень трезвого водителя такси, Данила вышел именно здесь. Лиза огляделась в поисках спуска и увидела чуть поодаль подобие дорожки, прорубленной в высоком насте. Кое-как дотащив модный чемодан, у которого уже давно замёрзли и не крутились колёсики, Лиза с ужасом посмотрела на круто вьющуюся вниз полосу тропы. Она сделала первый неуверенный шаг, поставила позади себя чемодан и сразу же поскользнулась. Девушка упала на свой багаж, и окрестности окрасились истошным женским визгом. Лиза летела на чемодане, как на санках, ледяной ветер резал глаза, снег набивался в рот и ноздри. Остановилась она только тогда, когда во весь опор влетела в мягкий, недавно собранный сугроб у порога дома. Лиза барахталась в снегу, когда на него упал прямоугольник света, и на пороге появился изумлённый Данила.

– Лиза? – промолвил он, глядя на пытающуюся встать девушку.

– Нет, – Лиза крепко выругалась, – летучий голландец любви. Лиза, кто ещё?! Только я умею так вляпываться.

Лиза встала, но, сделав следующий шаг, запнулась за ручку многострадального багажа и упала прямо в объятия Данилы.

– Откуда ты здесь? – всё ещё не веря в происходящее, промолвил Данила.

– С этой, – Лиза снова перешла на лексикон сапожника, – горки.

– Ничего не понимаю.

– Всё просто. Если бы я тебя не нашла и не сказала, что я тебя люблю, то, наверное, мне казалось, что я в жизни что-то не сделала. Я не знаю, питаешь ли ты ко мне хоть какие-то чувства, но переночую я явно у тебя.

– Я очень рад, что ты здесь. Но ведь я твоей маме оставил номер телефона… Я надеялся, что ты мне позвонишь.

– Сюрприз! – саркастично заметила Лиза. – С мамой я потом разберусь, она дала только адрес. Можно я войду в дом. Я уже себя всю отморозила.

Данила с Лизой скрылись за дверью деревянной избы, перед окном начали мелькать тени, потом стало видно, что мужчина обнял девушку, что-то ей сказал и прижал к себе. Морозная ночь закружила их пристанище в танце белых покрывал, ветер завыл песню о своих путешествиях, и под сенью этого ночного представления никто не заметил непрошеного гостя, который наблюдал за избушкой из-под прикрытия стоя́щего неподалёку леска.

Убедившись, что его точно не увидят, наблюдатель развернул снегоход и с выключенными фарами уехал вглубь леса, уверенный в том, что следы точно заметёт сильная метель. Человек пересёк широкое, полностью заваленное ночной мглой поле, выехал на дорогу и по обочине добрался до небольшой деревушки. Здесь он остановился возле единственного жилого домишки, откуда из трубы валил дым и, отряхнувшись от снега, вошёл внутрь.

– Она приехала. – с порога сказал мужчина.

– Проходи, грейся. – отозвался высокий женский голос. – Если бы ты знал, как мне надоело собирать всё воедино. Но у нас одна цель и мы должны всё завершить вовремя.

***

Сейчас в Карельске.

Штормовое предупреждение распугало жителей и разогнало по домам, все местные знали, если объявляют красный уровень опасности, то это не шутки: лучше убраться, запереть наглухо окна и не высовываться. Даже тем, кто припозднился, лучше было искать укрытие, нежели двигаться к дому, потому что по дороге могло случиться всё что угодно, от упавшей на голову вывески до удара молнии.

– Светлана Ивановна, давайте где-нибудь спрячемся. – вытирая мокрое лицо, вторила молодая девушка, глядя в спину упорно идущей вперёд пожилой даме.

– Неля, не трусь. Нам до дому осталось всего ничего. Где ты предлагаешь сидеть? Под деревом, что ли? – пытаясь поймать полы дождевика, гаркнула женщина, даже не поворачиваясь к своей спутнице.

– Далась вам эта дача. – процедила сквозь зубы девушка.

– Да, далась. Мне, Неля, дались с таким трудом купленные парники, а сейчас ветер все двери разломает, дождь побьёт посадки. Вам молодым не понять, вот Виталик жаловался, что ты совсем готовить перестала.

– Начинается. – раздосадовано сказала девушка.

Женщины вышли на открытую местность, и ветер утащил с собой её последние слова. Дальше спутницы шли молча, пытаясь противостоять разгневанной стихии. Вдруг Неля чуть ли не влетела в спину резко остановившейся женщины.

– Светлана Ивановна, что вы? – спросила она, обходя её сбоку.

– Нель, чё-то не пойму, что там впереди? – недоверчиво спросила женщина.

Неподалёку, там, где тропинка упиралась в потрескавшуюся асфальтированную дорогу, возле столба с фонарём стояла женская фигура. Одна её рука была примотана колючей проволокой к шершавому бетонному основанию, вторая крепилась к деревянному обрубку, торчавшему из земли, ранее служившему опорой для электрических проводов. Безвольное тело было замотано в намокшую белую тряпку, полы которой барахтались вместе с ветром в набежавшей под ноги луже, мокрые волосы девушки свисали жидкими прядями, полностью закрывая её лицо.

– Что это, Светлана Ивановна? – дрожащим голосом спросила Неля.

– Не ной. Быстро звони участковому. – строго сказала женщина. – Он на соседней улице живёт. А мы с тобой пока просто здесь постоим. – напряжённо вглядываясь в темноту, сказала женщина.

***

Когда машина Стефани въехала в Карельск, была глубокая ночь. Ветер рвал в клочья натянутую до предела струну тишины, ломал ветки, разбрасывая их по улицам, плескал высокими волнами на пирс, гонял в высоте неба чёрный смог грозовых туч.

– Где мы можем их найти? – спросила Стеф притихшую Софью.

– Мне пришло гневное сообщение от арендодателя, так что оттуда они съехали. Наверное, в общежитии. – бесцветным голосом отозвалась Соня. – По крайней мере, они перебрались жить туда.

– Адрес знаешь?

Софья молча набрала адрес на навигаторе, включила маршрут и снова откинулась в кресле, глядя на мечущиеся перед капотом вихревые потоки дождя.

– Как ты? – уже не первый раз за поездку спросила Стефани.

– Плохо. Странно. И очень непонятно.

– Пройдёт. – ответила Стеф и припарковалась возле серого здания общаги. – Сюда? – кивком спросила она.

– Да. На второй этаж. И ещё придётся преодолеть преграду в виде вахтёрши. – растянув уголки губ, сказала Софья.

– Ничего. Преграды мы умеем либо преодолевать, либо обходить.

Стефани втащила тяжелое тело большого внедорожника на парковку, заглушила двигатель и, повернувшись к Софье, сказала:

– Такая у нас работа. Я была против, чтобы тебя брали без опыта, без протекций, кроме той, что ты знакомая Ко́лина. Но он настоял. А я знала, что такой момент рано или поздно наступит. Теперь придётся идти до конца и если ты наивно думаешь, что сможешь сбежать после того, как всё закончиться, я тебя разочарую. Я и сама пыталась. – туманно сказала она и вышла из машины.

Ветер моментально вцепился в её короткую чёрную куртку, широкие тёмные штаны, раскачивал тяжёлый хвост тёмных волос, торчащий из люверса бейсболки. Стеф взяла из багажника небольшой, но объёмный рюкзак и направилась к входу в общежитие. А Софья подумала о том, что для неё было странным то, что до этого момента абсолютно чужой человек стал заботиться о ней. Стефани привезла ей сменную одежду, даже завезла в какой-то мотель, чтобы Софья могла привести себя в порядок и принять душ, потом они молча пообедали и двинулись в путь. И Соня поймала себя на мысли, что она даже не спрашивала Стеф, куда они едут, она просто знала, что возвращается в Карельск.

К тому времени, как Софья добрела до входа в общежитие, вахтёрша уже гостеприимно раскрывала всегда запертые на ночь вторые двери.

– Может помощь какая нужна?

– Нет, Вероника Степановна, спасибо. – слегка улыбнувшись, сказала Стеф. – Отдыхайте.

Пройдя мимо расплывающейся в улыбке женщины, девушки устремились наверх.

– Вы знаете какие-то волшебные слова? – спросила Софья.

– Иногда вежливость тождественна свободно конвертируемой валюте. – ответила Стефани и остановилась перед дверью. – Сюда?

– Да, здесь Егор живёт, – проговорила Софья и поправилась, – полковник Малинин.

Стефани через плечо мельком взглянула на девушку и, на секунду задержав на ней оценивающий взгляд, постучала в дверь.

– Ну кто там? – через тонкую створку послышался недовольный голос Малинина.

Когда мужчина раскрыл дверь, Стефани, не дожидаясь приглашения, вошла внутрь, быстро нашла выключатель, пристроила сумку на стул и глянула на Малинина. Он несколько секунд сонно созерцал её, затем смахнул ладонью дремоту с лица, утопил зевок в кулаке и удивлённо произнёс:

– Стефани?

– Привет, Егор.

– Я даже не знаю, удивляться или нет тому, что произошло и как ты здесь оказалась. – Егор перевёл взгляд в коридор и заметил всё ещё стоявшую в сумраке коридора Софью. – Соня?

– Давайте уже закончим вечер встреч. – сказала Стефани. – Потом будем обниматься, объясняться и вытирать счастливые слёзы. Сейчас, как я понимаю, у нас есть одна общая проблема, – Стефани стянула куртку и, пристроив её на спинку стула, продолжила, – кто-то, кроме тебя, ещё участвует в расследовании?

Малинин жестом пригласил Софью войти внутрь и, прикрыв за ней дверь, повернулся к Стефани.

– Стеф, прошло пятнадцать лет с нашей последней встречи, и я даже ничего о тебе не слышал, а теперь ты заходишь и с порога начинаешь допрос. Не крутовато?

– В самый раз, Егор. Насколько я знаю, времени до ритуала ям в обрез, так что некогда размениваться на сантименты. На все вопросы я тебе отвечу потом за стаканом отборного вискаря, а пока, чтобы не возникало лишних вопросов, я тебе скажу, что я являюсь одним из соучредителей института метафизики. – Стеф взглянула в упор на Малинина. – И тебе решать, будешь ли ты дальше упорно отказываться от любой сторонней помощи, или мы все вместе примемся за работу. Этот противник не просто силён. Ямы, как тебе объяснить… Они другие. Это нужно понять и принять, иначе если ты будешь идти проторенной дорогой и расценивать их, как обычных чокнутых последователей некоего культа, то до октября будет крайне много жертв. А потом они утопят это место в крови.

 

В этот момент в дверь постучали. Малинин, всё ещё находясь под впечатлением от неожиданной встречи, нажал на ручку и взглянул на взъерошенного Мамыкина.

– У тебя телефон выключен, – хриплым от недавнего, резко прерванного сна сказал криминалист. – Многолюдно у тебя. – заглядывая внутрь, проговорил криминалист.

– Что случилось?

– Труп!

– Понятно. Напомни, а мы в Карельске на каждый труп выезжаем? – зло гаркнул Малинин.

– Нет, но если это труп девушки, примотанный к столбу колючей проволокой, то местные решили, что нам будет полезно поприсутствовать.

Малинин медленно перевёл взгляд на Стефани, та встала, снова натянула куртку и сказала:

– Ко мне в машину поместятся, кроме Софьи, ещё три человека.

– Значит, ко мне остальные. – буркнул Малинин. – Поехали. Хорошо, что отъезд Дениса до утра отложили.

– Мне вообще-то там делать нечего. – криминалист передёрнул плечами. – Такая буря, что и следов-то никаких не осталось, наверное.

– Ну вот на месте и проверишь. Рудик, собери остальных, мне с девушками нужно организационные вопросы решить.

– Считай, что я после уменьшительно-ласкательного Рудик уже ничего не слышал. – проворчал Мамыкин и побрёл по коридору обратно.

Малинин аккуратно прикрыл дверь и с плохо скрываемой злостью проговорил:

– А я что приглашал тебя на место происшествия?

– Мне не требуется твоё приглашение или содействие. А вот тебе оно необходимо. Все мои визиты согласованы даже не с твоим начальством. И поверь, мной крутить так же, как Софьей, у тебя не получится. Я в этой жизни наяву видела такое, что тебе, Егор, даже в страшном сне по грифом секретно не привидится. И мои документы открывают дорогу к любым расследованиям. – Стефани полезла в карман и вытащила оттуда корочку, затянутую в чёрную кожу, – я внештатный консультант «МАБОРП» – Международной ассоциации по борьбе с оккультными и ритуальными преступлениями.

– Чего? – уставший мозг Малинина начал потихоньку просыпаться, но чуждая верованиям и воззрениям полковника информация воспринималась крайне тяжело.

– В интернете посмотришь. – отрезала Стефани. – Поехали!

Резко поднявшись со стула, Стефани вышла в коридор, Софья немного задержалась, потом глянула на Малинина и тоже потянулась на выход.

– Вот так, Малинин, тебя ещё никогда не размазывали. – пробурчал себе под нос мужчина, оставшись один. – Старею, наверное.

Прибыв на место происшествия, следственная группа пробралась через полицейских Карельска, старавшихся не смотреть в сторону прикованного к столбам тела. Буря с каждой минутой только усиливалась, дождь шёл стеной и в тёмной неразберихе ночи уже ничего не было видно, исключая места, высвечиваемые фонарями. В машине Малинина подбежал местный участковый и дробно постучал в боковое стекло:

– Здравствуйте. Вы Малинин? – громко спросил мужчина, стараясь перекричать рёв бури.

– Я. Что у вас здесь?

– Хрень какая-то, простите, ерунда. У меня там в своём доме сидят две очевидицы, – путаясь в словах, ответил человек. – Они нашли. Я возвращался здесь домой, точнее, на дачу, кое-что забрать надо было. По этой дороге, часов в шесть это было, сегодня короткий день и часть работы с собой взял, ну и на дачу по дороге заехал. – видимо, оправдывая раннее возвращение кричал участковый. – Здесь точно никого не было. А они шли часов в восемь, Светлана Ивановна с Нелей пошли парники закрывать. Неля – это невестка её. Они в доме.

Малинин на этой фразе покачал головой и обернулся на сидевшую на заднем сиденье Унге.

– Я тебя очень прошу, займись ими и найди для жаждущего работы участкового занятие.

– Да, Егор Николаевич. Немедленно. – Унге поморщилась, взглянув в окно, натянула на голову капюшон от непромокаемой куртки и, двумя руками выталкивая дверь, вышла наружу. – Следователь Унге Алес, – представилась она местному представителю закона, – пойдёмте со мной. Расскажите, что произошло.

Малинин глянул на сидящего рядом Дениса.

– Ну что, пойдём тело поближе осматривать или отсюда и так всё видно?

– Сарказм, Егор Николаевич, младший брат гнева. – спокойно заметил Медикамент. – В этих экстремальных условиях я не уверен, что там есть на что смотреть. Мамыкин, – Денис развернулся в криминалисту, – давай в две руки съёмку сделаем, экспресс-осмотр, а остальное в морге. Сейчас даже протокол не заполнить, даже если машину рядом поставить. Не против, Егор?

– Не против. Детально всё отснять нужно только.

– Спасибо, что подсказали, товарищ полковник. – едко заметил Мамыкин и, зачем-то натянув тоненькую шапочку, полез из машины. Он еле успел перехватить рвущуюся из рук дверь, зло захлопнул её и потопал к столбу.

– Гневается. – заметил Медикамент.

– Денис, ты как? – спросил Малинин, приглядываясь к сидящему рядом мужчине.

– Нормально. С огоньком. Моя сестра замужем за моим лучшим другом, заметьте, в прошлом лучшим. Он отец моих племянников, зять моих родителей. И он оказался просто каким-то архаичным чудовищем автохтонного разлива. Да, кстати, разве меня не нужно отстранить от следствия?

– Иди, Денис. – кратко заметил Малинин. – Работай. Нас по итогу всех нужно отстранить.

– То есть слинять не получилось? – пробормотал Медикамент и со вздохом отправился на улицу.

Малинин увидел, что из машины Стеф уже вышли Лашников, Варя и сама владелица автомобиля. Дождавшись, пока они пройдут мимо него, Егор несколько секунд смотрел в сторону пассажирского сиденья соседнего автомобиля, видел проглядывающий абрис лица Софьи и понимал, что не может себя даже заставить подойти к девушке. Для Малинина было очевидно, что он её предал, усомнился. И вообще, в идеалистическом представлении Малинина о взаимоотношениях женщины и мужчины, его поведение относительно Софьи возглавляло список недопустимостей.

Покинув наконец уютное логово машины, Малинин, справляясь с непогодой, потопал к месту, где, по его мнению, скопилось слишком много лишних и раздражающих людей. Он как-то пропустил момент, когда подъехала ещё одна машина, которую он раньше не видел, и сейчас вокруг трупа было хаотичное движение: люди расставляли аппаратуру, несколько человек делали съёмку со всех сторон, иные устанавливали дополнительные фонари.

– Денис, что здесь происходит? – рявкнул Малинин, зацепившись за один из удлинителей и чуть не получив осветительным прибором по голове.

– Не знаю. – пожал плечами Медикамент, пытаясь рассмотреть тело. – Но мне удобно, света много и зонтик обещали. Может, у нас выросло бюджетирование и нам выделили волонтёров?

– Знаю я это бюджетирование. – рявкнул Малинин. – Кто у вас отвечает за этот балаган? – спросил он мужчину, стоявшего к ним спиной и раскручивающего штатив.

– Я, Егор Николаевич. – молодой человек повернулся к нему и протянул руку. – Ну и Стеф, конечно. Я, если что, в меньшей степени.

– У меня сегодня день встреч, что ли? – заметил Малинин, пожимая руку Даниле. – Ты-то здесь откуда?

– Егор, давай место происшествия осмотрим и я всё расскажу. Правда, времени и так очень мало, а работы много.

– Здравствуйте, Егор Николаевич. – рядом послышался знакомый девичий голос.

Малинин молча повернулся к возникшей рядом девушке и со вздохом проговорил:

– Я прямо совсем сильно где-то по жизни накосячил?

– Не знаю, Егор Николаевич, – перекрикивая порывы непогоды, сказала Лиза, – но когда-то вы спасли меня, теперь мы пришли на помощь вам.

– Спасибо. Колдунов Вуду или ещё каких-нибудь прихватили? А то нам для балагана только их не хватало.

– Зря иронизируете. Я теперь на другой стороне. – Лиза пожала Малинину руку. – Я рада вас видеть. Побегу работать.

Малинин стоял в отдалении, смотрел на водоворот людей на месте происшествия, которое всегда считал своим, и внутри него закипала тихая злоба. Подойдя к дежурившему полицейскому, он показал удостоверение и проговорил:

– Всех, кто без наличия вот такого волшебного документа, немедленно задержать. Если понимаешь, что людей не хватает, вызывай подкрепление.

– Но…, – попытался возразить лейтенант.

– Или можешь писать рапорт об увольнении.

– Егор Николаевич, у меня другое распоряжение от начальника РУВД. Здесь только те, кто есть в списке о специальном допуске. – стоя навытяжку в водовороте хлещущего ветра, проговорил мужчина.

– А меня кто-нибудь уведомил об этом списке?

– Вам должны были сбросить заверенную копию в месседж.

– Я провалился в бездну и очнулся в дурдоме. – рявкнул Малинин и пошёл обратно к трупу, вокруг которого крутилось несколько человек.

– Денис, что у тебя? – намеренно игнорируя всех, кроме членов своей команды, спросил Малинин.

– Во-первых, вот!

Денис аккуратно отодвинул со лба девушки висящие мокрые волосы, и Малинин поморщился. На успевшей стать словно прорезиненной коже чем-то острым была вырезана цифра один.

– Егор Николаевич, вы помните наш разговор о пятнадцати девах? – рядом с Егором возникла Лиза.

Малинин перевёл на неё пустой взгляд, покопался в памяти и отыскал фрагменты беседы, когда они прятали Лизу на съёмной квартире, а она вещала про ритуалы.

– Ну?!

– Ритуал начался. Это первая жертва. – Лиза поплотнее натянула на лоб козырёк бейсболки, прятавшейся под капюшоном.

– А! Ну тогда я всё сразу понял. Только тогда, Елизавета, ты говорила, что Красуцкий шаманит с девами. А сейчас совсем другой вариант. – Малинин чувствовал, что злость перерастает в стучащую в висках головную боль.

– Просто тогда Лиза была мало осведомлена, – Софья стояла рядом с непокрытой головой, в лёгкой насквозь промокшей одежде, – ей казалось, что те убийства подходят под этот ритуал, но всё совсем не так.

– Ты промокла. – тихо заметил Малинин.

– Это к делу не относится. – равнодушно отозвалась Софья. – И самый первый вопрос, который сейчас нужно рассмотреть – почему первое убийство произошло здесь.

– А второй – действительно ли она первая! – к ним подошла Стеф и повернулась к Денису, – вы могли бы ещё раз показать лоб жертвы.

Медикамент пожал плечами, снова отодвинул растрёпанные ветром волосы и Стефани показала на расположение цифры.

– Логично было бы начертить символ посередине лба, но единица сдвинута вправо и можно предположить, что оставлено место для ещё одной цифры от нуля до пятёрки.

– А ещё можно предположить, что в такую хреновую погоду, преступнику было недосуг по сантиметрам лоб измерять. – прокричал Малинин.

– Егор Николаевич, – рядом с ними возник один из дежуривших пэпээсников, – сейчас будет усиление ветра и, вполне возможно, наводнение. На заливе волны уже около двух метров, а здесь недалеко река, начальство срочно сказало эвакуироваться. Потом и выехать не сможем. Видите, здесь даже сегодня в дачных домах-то никто не остался, все знают, место опасное в шторм.

– Я понял. Давайте сворачиваться. – Егор посмотрел на Дениса. – Куда? В морг?

– Не, давай в общагу возьмём, там сподручнее. – рявкнул Денис.

– Здесь тебе не камеди клаб, – отрезал Малинин.

– А я и не шучу. Новый хозяин морга сказал, что у него не балаган и есть свои специалисты, мне нужны допуски. И он имеет полное право меня не пускать.

– Я закончил, давайте её снимать. – трясясь от холода, синими губами проговорил Мамыкин. – А то я тоже перееду в морг в холодильник.

– Не смешно. – Малинин глянул на Софью, которая помогла Даниле и Лизе упаковывать аппаратуру, и развернулся к Денису. – Мы не можем труп отдать в местный морг.

– Они нам вариант полевого предложили. – поморщился Медикамент.

– Удиви меня.

– На окраине пустующее здание поликлиники. Там также есть кабинеты для работы. – разговаривая с Малининым, Денис пытался аккуратно разогнуть скалящуюся шипами проволоку.

– У них что, морг есть?

– Нет, там столовка. Но они её в аренду сдавали раньше, и арендатор под свои нужды там большой мясной холодильник поставил. – мужчине наконец удалось распутать тугой узел проволоки, и он начал снимать с руки девушки страшное украшение. – Так, поддержать её нужно. Мужики, – крикнул он в коротком перерыве между выстрелами грома и воем ветра. – Держать нужно. Сюда идите. – Медикамент сунул Малинину перчатки. – Надень и держи её под мышки. Давайте, хоть видимость неприкосновенности трупа и улик сделаем. – обречённо заметил он.

– Со второй рукой что? – спросил Малинин, подхватывая труп.

 

– Прибита гвоздём, сейчас освободим.

– Гвоздь, пожалуйста, сохраните. – заметила Стеф, проходя мимо к машине с тяжёлым чемоданом в руке.

Мамыкин даже застыл от такого дерзкого замечания, в его глазах загорелся фитиль запала и если бы не окружающие декорации в виде разбушевавшейся стихии, то здесь бы сейчас летало другое торнадо.

– Спасибо, что сказали, а то я совсем разучился улики собирать. – прошипел он и стал осматривать посиневшее место на руке, куда вошёл гвоздь.

– Так мы ещё не развлекались. – ощущая тяжесть мёртвого тела, сказал Егор.

– «Специальная» не приедет. В районе ЧС. – проговорил дежурный, подходя к ним с рацией. – Ключи от поликлиники туда подвезут. Нужно торопиться.

– Ловко нас спихнули подальше. – дёрнул шеей Егор. – Участкового, свидетелей и Унге не забудьте. Где мы труп повезём?

– Давайте в моей машине, – Данила, натянув перчатки, взял половину тяжести тела на себя. – У меня пикап.

Насилу освободив труп и неся его на толстой брезентовой накидке по раскисшей дороге, мужчины поднялись к стоящей неподалёку машине Данилы. Медикамент запрыгнул внутрь, помог откинуть заднюю дверцу, подхватил подобие носилок и потащил на себя.

– Езжай аккуратно, – сказал он, – я здесь поеду, чтобы тело совсем не размотало.

– Опасно! – проговорил Данила.

– Я, как с вами связался, с этим словом теперь живу. – отрезал Денис и принялся заворачивать труп в брезент.

– Я с тобой. – сказал Малинин и кинул ключи от своей машины появившемуся Лашникову. – Ты где был?

– Пробежался по окрестностям. Есть что рассказать. – ответил мужчина.

– На месте расскажешь. А то мы скоро утонем здесь. – Малинин с опаской покосился на разрезаемое молниями тёмное пространство, полностью растворённое в месиве холодной, льющейся сверху воды.

Разместившись по машинам, скорбный караван осторожно тронулся в путь. Впереди ехал полицейский экипаж, потом шли машины Стеф и Малинина и замыкал шествие Данила.

– Ты чего такой суровый? – крикнул Данила, придерживая ногами запечатанный в брезент труп.

– Мне кажется, что до этого момента была белая полоса. – рявкнул Егор.

Объехав по ухабистой объездной дороге городок, процессия укатилась за десяток километров, поблуждала между несколькими, расселёнными и смотрящими пустыми глазницами окон, домов и вскоре остановилась возле двухэтажного здания с покосившимся козырьком. Дежурный уже возился возле неподдающегося замка, ветер безжалостно трепал режущее своими стонами по нервам железо крыши, и где-то надсадно хлопала ставня, грозясь просыпать на землю битое стекло.

– Обстановочка на пять баллов! На хороший хоррор тянет. – сказал Малинин, оглядываясь вокруг.

Пространство и правда выглядело зловеще. Густую тьму резали ломанные линии неподалёку стоящих пустых изб, во дворах между многоэтажками скрипели раскачивающиеся от ветра детские качели, неподалёку, вслед за движением бури, моталась калитка, проходя проём с хлопающим звуком и ещё казалось, что где-то вдалеке кто-то стонет.

– Как думаешь, здесь приведения водятся? – спросил Егор, чтобы хоть как-то разрядить обстановку.

– Даже если нет, то теперь точно переедут к этому балагану поближе. Эти, – Денис кивнул в сторону разгружавшихся Стеф, Данилы и остальных, – экзорцисты недоделанные, как чума. Наверняка чьи-то неуспокоенные души с собой в качестве сувенира таскают.

– Ну пока что, видимо, придётся потерпеть. – пожал плечами Егор. – Любую прилипчивую болячку нужно либо удалять с корнем, либо просто переболеть.

Наконец попав в давно покинутое и предоставленное самому себе здание, люди огляделись, дежурный, следуя телефонным сонным указаниям бывшего пьяненького завхоза, еле нашёл щиток и, включив рубильник, вернулся обратно.

– Ну, так сказать, не везде проводка осталась цела. Но что касается столовки и холодильника, там в порядке. Этот, который здесь арендовал, по совести всё сделал. Я поеду? – со слабой надеждой спросил он.

– Спасибо. – выдохнул Малинин. – дальше сами разберёмся.

– Вас-то сюда послали, потому что здесь не топит. Даже если в город вода подойдёт, то здесь пригорок.

– Ну мы оценили заботу. – тяжело глянув на мужчину в форме, сказал Малинин и попрощался.

Денис с Мамыкиным осторожно спустились в цокольный этаж по лестнице, где остались целыми две лампочки, дарившими скудное освещение и, остановившись на пороге просторного помещения, переглянулись.

– Когда меня позвали в команду Малинина, я наивно думал, что буду работать в хорошо оборудованной кримлаборатории. – скептически заметил криминалист, поджимая губы.

– Ну, это ты просто плохо знаешь Малинина. – заметил Денис. – Он умеет находить не только самые тухлые дела, но ещё и места им под стать. Чтобы весело было не только ему, но и всем окружающим. Он вообще не жадный, особенно, что касается работы. Ладно, пошли что-нибудь придумаем, где нам лучше устроиться.

На первом этаже по пустым кабинетам бродили люди, открывали закрытые двери, осматривались, Лашников быстро пробежался по всему зданию и запер все окна, чтобы и без того неприятную обстановку не дополнял пугающий звук хлопающих рам.

– Нам нужны добровольцы, перенести труп в столовую, – сказал Медикамент и задумался, – я так-то по жизни не отличался этичностью, но с вами скоро превращусь в сварливую циничную бабку.

– Тогда тебе пол придётся поменять. – заметил Мамыкин.

Мамыкин, Данила, Лашников и Медикамент потянулись на выход, Малинин оглядел притихших женщин и проговорил:

– Балаган, а не следствие.

– Не волнуйся, Егор, – сказала Стеф, – я здесь ненадолго.

– Где-то я уже это слышал. – скептически отозвался Малинин.

Тьма за слабоосвещёнными окнами сгущалась ещё больше, ветер спиралью скручивал всё попадавшееся на его пути, дождь лил ещё сильнее, но по радио, говорившему с помехами, сообщили, что шторм ещё даже не вышел на свой пик.

– Отсчёт начался. Первая стихия и первая жертва. – проговорил человек, прятавшийся в чреве покинутых построек и наблюдая за развёртыванием временного штаба по текущему следствию.

– Ну что ж, впереди у нас много работы. – отозвался женский голос. – Пойдём, на сегодня мы закончили.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10 
Рейтинг@Mail.ru