Кольт в декольте

Марина Серова
Кольт в декольте

– А как ты догадалась? – Лариса удивленно вскинула на меня глаза.

– Элементарно, – усмехнулась я, – следила за твоими действиями. Попав в спальню, ты носилась и открывала все, что только можно. Один шкаф раз десять, каждое отделение, а тумбочки даже не коснулась. Значит, там что-то, что не принадлежит тебе, запертое на ключ, и что не стоит показывать посторонним, в отличие от белья, которое ты разбросала по всей комнате.

– Ой, верно. Мне так стыдно, – зарделась Неделькина, глядя на учиненный в спальне кавардак. – У меня привычка такая. Я сейчас все уберу.

– Мне это по барабану вообще-то, – пожала я плечами. – Хочешь, можешь хоть мебель топором порубить.

– Ну, за мебель меня Степан убьет, – покачала головой Лариса. – Она сделана на заказ из натурального дерева.

– Ключи от сейфа есть? – спросила я.

– От отделения с деньгами, – честно ответила Лариса.

– От оружия, значит, нет, – разочарованно пробормотала я.

– Нет, – подтвердила Неделькина с готовностью. – Но тебе зачем? У тебя же есть оружие.

– Иногда одного ствола может оказаться мало, и всегда приятно знать, что рядом есть запасной, – пояснила я.

– Там их три, – с гордостью призналась Лариса, – и еще патроны.

– Жаль, что их не достать, – вздохнула я и пошла спать.

В постели я долго ворочалась, мысленно выделяя основные версии, к проверке которых намеревалась приступить завтра.

Первая версия – это попытка захвата предприятия некой группой с целью распилить на металл, а на месте предприятия устроить какой-нибудь рынок или еще какую хрень.

Начинать нужно с фирм, заготавливающих и перепродающих металл. Через нее можно выйти на заказчиков травли семьи Неделькиных. Когда эта версия исчерпает себя, не грех взяться за проверку конкурентов. В газете написано, что «ЗМК-Тарасовский» – единственное в своем роде предприятие, но на самом деле по стране их наверняка полно, и хоть одно такого же профиля в области обязательно найдется. Это я могла гарантировать.

Еще интересный вопрос, как Степан завладел промышленным гигантом? Что, если наезды связаны с этим моментом? Этот вопрос я перенесла в начало своего списка. Какие-то ответы есть у Ларисы, что-то можно узнать на заводе у всезнающих рабочих, затем выслушать версию самого владельца.

Из спальни по коридору на кухню прокралась Лариса. Было слышно, как она открыла холодильник и принялась греметь посудой. Возилась она там минут двадцать, а после так же тихо прокралась обратно.

Тем временем мои мысли перекинулись к неизвестному, напавшему на Ларису. Действовал он, конечно, профессионально. Чего стоило только выбраться незаметно из квартиры на седьмом этаже. Однако смущала некоторая грубоватость. Наверно, это все-таки инсценировка, чтобы подставить Степана.

Не в силах терпеть до утра, я позвонила одному своему знакомому хакеру по кличке Юзер. Ему было под сорок, но я была уверена, что в этот поздний час он не спит, а режется в какую-нибудь стрелялку или бродилку.

– Да, Охотник. Что, не спится и решил не давать спать другим? – ехидно спросил Юзер после двух томительных минут ожидания. – Я, блин, до пятьдесят четвертого уровня в баталиях дошел, а ты тут звонишь и сбиваешь мне темп. Я уже с ног валюсь и не могу начать заново. Мне-то, в отличие от тебя, завтра на работу.

Общались мы с ним исключительно виртуально, в целях безопасности, разумеется. А для пущей конспирации я еще дополнительно выбрала себе роль мужчины, частного детектива по кличке Охотник. Юзеру было интересно со мной работать, и он никогда о деньгах даже не заикался. Просил только подробнее рассказывать о передрягах, в которые я попадала. Я с радостью давала волю фантазии, перемешивая кусочки реальных историй с красочным вымыслом, полным погонь, драк и перестрелок. А от пары дел Юзеру обломился приличный куш по меркам его зарплаты инженера-конструктора с тарасовского оборонного предприятия.

– Привет, Юзер, – ответила я, подключив к сотовому модулятор голоса, настроенный выдавать мужской баритон. – Как, располагаешь временем немного поработать? – Сама я умела имитировать чужие голоса, но в основном женские, а мужские только по нескольку фраз. Потом возникал риск посадить голос и разговаривать несколько недель шепотом. Поэтому я заказала у своего поставщика спецаппаратуры этот модулятор, подключаемый к сотовому вместо микрофона. Результаты полевых испытаний показались мне удовлетворительными, и теперь при каждом удобном случае я применяла новинку. Зачем утруждать свои голосовые связки?

– Смотря что за работа, – уклончиво ответил Юзер.

– Я что, когда-нибудь тянул тебя в уголовщину? – строго спросила я.

– Нет, но мы танцевали на тонкой грани, – вздохнул Юзер.

– Ничего противозаконного, – пообещала я. – Из списка фирм по заготовке и перепродаже металлолома выбери штук пять самых крупных и проверь, не стоит ли в их ближайших планах разграбление «ЗМК-Тарасовский».

– Что, думаешь, они так прямо и написали, что планируем разграбить то-то и то-то, и разместили это на своем сайте? – язвительно спросил Юзер. – У этих варваров и офиса-то, наверно, нет. Живут в вагончиках и перемещаются, как саранча, уничтожая все на своем пути. Гады! Наш завод тоже хотели порезать, но Министерство обороны вступилось.

– Юзер, зря не болтай, ладно? – попросила я. – Например, ЗАО «Металлист» – у них в Грачеве современный офис, в каждом кабинете по три компьютера, а начальники участков, разбросанных по области, каждый имеет по ноутбуку. Бабки там крутятся сумасшедшие, поэтому компьютеризация для них не роскошь. Уверен, и в других компаниях так же.

– Охотник, откуда знаешь? – удивился Юзер.

– Приходилось пересекаться как-то с этим «Металлистом», – туманно намекнула я.

– А, ясно, тогда вопросов нет, – бросил Юзер, – сделаем.

– Дальше. Проверь, какие предприятия в стране выпускают продукцию, аналогичную продукции «ЗМК-Тарасовский». Как найдешь, проверь их контракты за год, тендеры, в которых они участвовали.

– Ищешь конкурентов? – догадался Юзер.

– Верно подмечено, – похвалила я и продолжила: – Следующая твоя задача определить, как Степан Богданович Неделькин стал единоличным владельцем «ЗМК-Тарасовский». Узнай, кому все принадлежало раньше. Можешь даже сделать подборку газетных статей на эту тему, если найдешь что-то любопытное.

– Это все или, может, луну с неба достать? – хихикнул Юзер, издеваясь. – Ну ты, блин, навалил на меня. За неделю не разгребешься.

– Делай поэтапно, – велела я. – Что хорошо идет, то в первую очередь и сразу сбрасывай мне. Потом сочтемся. Ты меня знаешь.

– Ладно, дай мне двадцать четыре часа, – попросил Юзер, – на работе пока особых завалов не наблюдается. Возьмусь прямо с утра, а там посмотрим.

Мы попрощались, и я уснула довольная, с чувством выполненного долга.

Глава 3

В шесть часов, оставив у двери квартиры Неделькиной датчик движения, я отправилась на утреннюю пробежку. Пробежав десять километров, я размялась на спортивной площадке, сделала комплекс силовых упражнений, а затем отправилась в обратный путь. Перед подъездом я дождалась, когда к дверям подойдет кто-нибудь. Подошла женщина с ключом, чем-то напоминающая Франкенштейна, и я просочилась в коридор вместе с ней.

Странная женщина была одета в тонкую сиреневую кофту, мешковатую юбку почти до пят, из-под которой выглядывали ноги в коричневых хлопчатобумажных чулках, втиснутые в туфли, больше смахивающие на обшарпанные колодки для пыток времен инквизиции. Ее черные волосы подстригал еще тот мастер, прическа походила больше на горшок и была абсолютно не женственная. Да и сама дама не выглядела представительницей слабого пола. Скорее медведеподобный сгорбленный мужик с массивными надбровными дугами и свирепым лицом боксера-тяжеловеса.

Вчерашний охранник еще не сменился. Однако или из-за бессонной ночи, или по причине плохого зрения, заметив меня за женщиной-монстром, он хмуро окликнул:

– А вы к кому?

Я сделала вид, что не замечаю его, стараясь шагать в ногу с «Франкенштейном», но охранник, выбравшись из-за конторки, быстро меня настиг.

– Немедленно остановитесь и объясните, куда вы направляетесь, – послышался его требовательный голос сзади, а пальцы вцепились мне в плечо.

– Да как вы смеете прикасаться ко мне! – воскликнула я высокомерно. – Я подруга Ларисы Неделькиной. Она меня пригласила к себе, и если вы не пропустите, то будете иметь большие неприятности.

«Франкенштейн», уловив суть разговора, резко обернулась ко мне.

– Так мы сейчас позвоним вашей подруге и все выясним, – проворчал охранник, делая попытки оттащить меня к конторке.

– Ладно, хватит выпендриваться, Сашка, – неожиданно рыкнула на охранника странная женщина, – а ну, пропусти! Я ее сама провожу.

– Но-но, не положено, – заикнулся было охранник.

– Ты лучше меня не нервируй, – грозно предупредила монстр и, ухватив меня за плечо, рывком выдернула из рук охранника и запихнула в лифт. Я не знала, что и думать. Тетка втиснулась следом, заполнив собой все пространство лифта, вдавила кнопку с цифрой «семь» и, когда лифт тронулся, спросила надсаженным, грубым, немного даже утробным голосом:

– Спортсменка, что ли?

– Да, спортсменка.

– И в каком виде? – тут же поинтересовалась спутница.

– Самбо, карате, джиу-джитсу и так, по мелочам, многоборье, бег на длинные дистанции.

– Профессионал? – В глазах «Франкенштейна» промелькнул намек на уважение.

– Ну, как сказать, – пожала я плечами, – до соревнований дело не дошло.

– А я мастер спорта по метанию молота, – доверительно сообщила великанша.

– О, вот это да, – выразила я свое восхищение. Дверцы лифта открылись, и я поспешила к знакомой двери. Спутница ринулась за мной.

– Да не стоит меня провожать, – бросила я, открывая дверь отмычкой, – до свидания, идите по своим делам.

– Да мне не тяжело, – рыкнула она, надвигаясь на меня. В ее фигуре обозначилась угроза. Как-то мне все это начинало не нравиться. Чего она хочет? Шагнув в открытую дверь, я уловила движение сбоку и, повернувшись, хотела захлопнуть дверь. Однако великанша уже с ревом протиснулась внутрь наполовину, а ее лапища вцепилась в ворот расстегнутой олимпийки.

 

– О, черт побери! – выругалась я, с одной стороны прилагая все усилия, чтобы удержать дверь и не дать чудовищу прорваться.

– Что вы тут делаете? – истерично завопила Неделькина, появляясь в коридоре. – Немедленно прекратите!

– Беги, я ее сейчас вырублю, – прохрипела я клиентке.

– Да я тебе шею как куренку сверну, – зловеще пообещала «Франкенштейн».

Внезапно случилось немыслимое – Неделькина пришла на помощь врагу, отталкивая меня от двери.

– Да ты свихнулась! – обиженно воскликнула я.

– Это вы обе свихнулись! – заорала в ответ Лариса и, обращаясь к практически ворвавшейся в квартиру великанше, добавила: – Альбина Германовна, успокойтесь! Что вы воете, как мамонт?

– Это воровка и бандитка, пробиралась в вашу квартиру, – ткнула она мне в лицо пальцем. – Врет, что твоя подруга, а я вижу ее впервые и дверь она не ключом открыла.

– Женя – моя новая телохранительница! – закричала на нее Лариса негодующе.

Великанша замерла, осмысливая услышанное. Я же спокойно смерила взглядом чудо-домработницу Неделькиной. Надо же такое откопать!

– Телохранительница, – пробормотала она, морща лоб. – Откуда она взялась?

– Родила, блин, – процедила Неделькина, – что за дурацкие вопросы. С сегодняшнего дня Евгения Максимовна работает на меня и будет жить здесь.

– Вот, значит, как… – протянула Альбина Германовна, входя и закрывая за собой дверь. – Степан Богданович знает?

– Нет, он в тюрьме, – зло сказала Лариса.

– Как? – выдохнула домработница и, пошатнувшись, схватилась за грудь.

Я отскочила, чтобы меня не придавило. Однако Альбина Германовна не упала. Следующий вопрос ее был более меркантильным:

– Но вы, Лариса, мне в конце недели ведь заплатите за работу? Муж-то вам, верно, оставил какие-то деньги?

– Да, конечно, заплачу. Только приготовьте что-нибудь, есть очень хочется, – жалобно попросила Лариса.

– Сейчас, – буркнула домработница и прошла на кухню.

– Слушай, Лариса, я приняла ее за психопатку. Не думала, что твой муж мог такую нанять, – прошептала я, прикрыв дверь гостиной.

– Вот и прикинь, как мне с ней, – вздохнула Неделькина, скорбно воздев глаза к потолку, – пасет меня, жалуется мужу, а он еще предлагает, когда его нет, гулять с ней. Да от нас на улице все с криком разбегались бы и в обморок падали. Видела бы ты, как она смеется, – Лариса опасливо покосилась на дверь.

– Она что, умеет? – хихикнула я.

– Лучше этого не видеть, – кивнула Лариса серьезно.

Мы расположились на диване, и я позвонила в следственное управление УВД Тарасова старшему следователю Вячеславу Юрьевичу Земляному, моему хорошему знакомому.

Заслышав мой голос, Земляной насторожился:

– Что, какие-то проблемы? Вы, Евгения Максимовна, обычно просто так не звоните, чтобы справиться о здоровье.

– Хотела спросить. Серегин с профессиональной точки зрения – способный? – ответила я вопросом на вопрос.

– Серегин? Да, башковитый, но зеленый и горячий. А что это вас интересует? Неужели вы на него что-то раскопали? Я этого не переживу!

– Успокойтесь, ничего криминального я на него не имею, – спокойно сказала я. – Ответьте, вы что, специально на него дело Неделькиной спихнули, чтобы если пойдут наезды, то вы тут ни при чем.

– Ну что вы говорите? – укорил меня Земляной. – Дело Неделькиной – это и не дело, а шелуха. Там и расследовать-то нечего. Все ясно. Серегин мне рассказывал, поэтому я могу заявлять уверенно.

– И что же вам ясно? Просветите, пожалуйста, – попросила я.

– Вы что, защищаете Степана? – весело спросил Земляной.

– Нет, его жену, – бросила я сухо.

– Ладно. Дело в следующем, – начал Земляной. – Муж Неделькиной после нападения на жену заявил, что его в это время выманил из дома неизвестный, представившись начальником производства. Мы проверили звонки на его мобильный – ничего подобного не было. Начальник производства ни сном ни духом о звонке. Второе – на Ларису Неделькину напал высокий мужчина спортивного телосложения в маске. Муж Неделькиной тоже высокий, спортивного телосложения. Шокированная женщина просто с перепугу не опознала своего мужа. Главное же – Степан Богданович застраховал свою жену на кругленькую сумму накануне покушения. В квартире не обнаружили никаких отпечатков и следов, кроме следов Ларисы и Степана и их домработницы. Когда у Степана не вышло задуманное – его спугнули охранники, – он ушел через окно, благо есть опыт. Он ведь занимался альпинизмом.

– Да, доказательства железные, – с сарказмом проговорила я и привела свои доводы.

– Вы можете говорить что угодно, – упрямо возразил Земляной, – только Степан врал, когда говорил про звонок начальника производства. Факт бесспорный. Остальное лишь подтверждает его виновность. Если вы, Евгения Максимовна, обнаружите доказательства его невиновности, то милости прошу ко мне, я вас выслушаю.

– А вы не могли бы помочь мне встретиться со Степаном? – осторожно спросила я. – Понимаю, что это не положено, но ведь нетрудно сделать исключение.

– Подумаю, что можно сделать, – пробурчал недовольно следователь, – перезвоню позже.

Мы попрощались, и я, шикнув на порывавшуюся что-то спросить Неделькину, перезвонила Алене с телефонной станции. Девушка была передо мной в долгу за спасение брата, и я надеялась, что она мне поможет. Голос у Алены был кислый – уже знала, что от нее нужна помощь, но не демонстрировала рвения по этому поводу.

– Говори, кого нужно распечатать, а лирику оставим для другого случая.

– Тут все несколько иначе, – произнесла я, думая, как бы ей объяснить все получше. – Один человек утверждает, что ему звонили. Однако милиция проверила звонки и ничего не нашла. Звонок нигде не зафиксирован.

– Значит, этот человек врал, – буркнула Алена.

– Допустим на секунду, что он говорил правду, и тогда куда мог подеваться звонок? – спросила я.

– Его могли удалить из базы данных, – просто ответила Алена. – Или какой-нибудь хакер влез в нашу систему и похозяйничал, или работа одного из наших операторов. Когда и во сколько был звонок?

– В понедельник, тринадцатого числа, около десяти, – сказала я, сверяясь с электронной записной книжкой, куда заносила данные по делу.

– Это тебе надо со Светкой Банкиной поговорить, – в голосе Алены промелькнула тревога, – только ничего с ней не делай.

– Я что, зверь? – обиженно спросила я и, не дождавшись ответа, потребовала пригласить Банкину к телефону.

– Она приболела и уже второй день дома сидит, – сообщила Алена.

– Домашний адрес и телефон, – скомандовала я. Алена где-то порылась и обрадованно воскликнула: – А, вот он! – Она продиктовала адрес, домашний телефон и, на всякий случай, номер сотового. Записав все на электронную страничку, я поблагодарила Алену за полученную информацию и, сбросив звонок, повернулась к Неделькиной. Та вся извертелась от любопытства.

– Ну, что там? Кому ты звонила? Они что-то знают?

– Я стараюсь вытащить твоего мужа из тюрьмы, – спокойно пояснила я, одновременно набирая номер сотового оператора.

Трубку подняли быстро. Гнусавый женский голос поинтересовался, кто звонит.

– Майор УФСБ Синицына, управление «К», – представилась я, подпуская в голос металла. – Для несведущих поясню: управление «К» занимается борьбой с преступлениями в сфере информационных технологий. – Гнусавая не нашлась, что сказать, а я продолжала, усиливая давление: – Учинение помех при свершении правосудия – серьезное преступление. За это можно схлопотать довольно длительный срок. Зачем вы в понедельник стерли из базы данных звонок?

– Я, я… мне приказали… – растерянно выпалила Банкина.

– Кто же вам мог приказать? – ядовито спросила я.

– Пришел человек из военной контрразведки, – призналась испуганная женщина, – он велел мне это сделать в интересах национальной безопасности и сказал, что если я не соглашусь, то меня устранят.

В конце фразы оператор чуть не разрыдалась.

– Спокойно, – велела я. – Вас никто не устранит. Этот «разведчик» показывал вам какие-то документы?

– Да, удостоверение, – ответила Банкина, всхлипывая. – Там все было написано. Спецподразделение военной разведки СМЕРШ. Фамилию его я не запомнила.

– Это смешно, – заметила я.

– Что смешно? – не поняла Банкина.

– СМЕРШ перестал существовать еще во времена Советского Союза. Историю надо знать, голубушка, – просветила я оператора.

– Ой, ну откуда я могла знать? Я этим не интересуюсь, – стала оправдываться Банкина. – Так он что, мошенник? А я из-за него ночи не сплю! Чуть с ума не сошла. Сижу дома, боюсь на улицу выйти. Ведь в фильмах показывают, что всех, кто что-то знает, потом устраняют.

– Да, здесь есть рациональное зерно, – согласилась я. – Из дома никуда не выходите. Я пришлю к вам милицию. Если вдруг появится ваш «разведчик», то не вздумайте открывать ему. Когда приедет милиция, я вам перезвоню, и только в этом случае открывайте. Вы вообще дома одна?

– Да, муж на работе. А вы сами-то точно из ФСБ? – с сомнением спросила Банкина.

– Вы убедитесь в этом, когда к дому понаедет милицейских машин, – пообещала я и продиктовала номер сотового, по которому она в экстренной ситуации могла перезвонить мне.

– Что она сказала? – вцепилась в меня Неделькина, как только разговор закончился.

– Могу обрадовать – твой муж не покушался на тебя, – ответила я, мягко стряхивая ее руку с плеча.

– У-у. Ну, это я и сама знаю. А больше ничего? – Ларису явно не удовлетворило услышанное.

– Подожди, мне срочно нужно позвонить, – пробормотала я и вновь набрала номер Земляного.

Следователь недовольно сообщил, что ничего еще не делал, только чаю успел попить, и в будущем посоветовал тренировать выдержку, а не звонить через каждые пять минут.

– Я не насчет встречи, – бросила я нетерпеливо. – У меня информация, подтверждающая алиби Неделькина. – Я рассказала о разговоре с оператором со станции сотовой связи.

– Ну, пусть приходит к нам, я скажу Серегину, – начал Земляной.

– Нет, у меня уверенность, что если она отправится к вам сама, то не дойдет, – перебила я его. – Не могли бы вы сами за ней приехать или кого-нибудь послать.

– И на чем ваша уверенность основана? – недоверчиво поинтересовался следователь.

– Сегодня я получу эту информацию и передам вам, а пока не хотелось бы спешить с голословными обвинениями. Здесь затронуты очень высокопоставленные лица, – виртуозно соврала я, чтобы избежать дальнейших вопросов. Главное – добиться поставленной цели, чтобы Банкина со стопроцентной гарантией добралась до следователя, так сказать, перестраховка.

– Что-то мне все это не нравится, – заметил Земляной.

«А когда тебе что-то нравилось?» – мысленно спросила я, вслух же сказала:

– Не волнуйтесь, у меня предчувствие, что дело благополучно разрешится, а вам даже медаль вручат.

– Посмертно, наверно, – заметил Земляной. – Ладно, скажу, чтобы Серегин съездил.

– Скажите, – согласилась я.

В комнату с пылесосом на изготовку вошла домработница и, не обращая на нас внимания, занялась уборкой.

– А еда, я есть хочу, – жалобно запищала Неделькина, стараясь перекрыть шум пылесоса.

– Варится, – недружелюбно буркнула Альбина Германовна, горбясь над ковром, как Квазимодо.

По предложению Ларисы мы переместились в кабинет мужа, и оттуда я позвонила на «ЗМК-Тарасовский», интересуясь, как бы мне переговорить с начальником производства Зубаревым Даниилом Сергеевичем. Мне показалось, что секретарша не совсем откровенна. Пришлось представиться сотрудницей ФСБ. Мгновенно секретаршу словно подменили. Сведения из нее посыпались как из рога изобилия. На самом деле уже два дня никто не знал, где находится начальник производства. На заводе аврал. Дома жена в истерике, а он будто сквозь землю провалился. Звонили на сотовый – никто не отвечает. Сегодня жена начальника производства отнесла заявление в милицию о его пропаже.

«Занятные, однако, дела творятся», – подумала я, слушая торопливый, сбивчивый рассказ секретарши. Я попросила ее продиктовать домашний телефон Зубарева, а также подробно описать его внешность: возраст на вид, национальная принадлежность, общее впечатление о лице и облике, на кого похож, волосы и тому подобное. Когда секретарша упомянула, что он полный и похож на Карлсона, а лицо красное, я поинтересовалась, как Даниил Сергеевич относился к спиртному.

– Ну, выпивал иногда. Бывало, что от него на работе даже пахло, – неохотно призналась она, – но пьяным его никогда не видела.

 

– Спасибо, до свидания, – бросила я в трубку, нажала отбой и быстро поменяла сим-карту. Банкиной для экстренной связи я дала номер, зарегистрированный на подставное имя, чтобы в случае возникновения неприятностей милиция не связала меня с ними.

– Пропал Зубарев, – задумчиво проговорила Неделькина, слышавшая разговор с секретаршей, – а муж про него часто говорил.

– И что он говорил? – сразу спросила я, в уме просчитывая свои дальнейшие действия.

– Говорил, что сука, ой, – Лариса ойкнула и покраснела, – я не хотела ругаться нехорошими словами. Извини.

– Ничего страшного, я постараюсь вынести это и не сойти с ума, – вяло пошутила я.

– Ну, он говорил, что Зубарев – никудышный руководитель и его пора убирать, – улыбнувшись, произнесла Неделькина. – Чуть какая проблема, он сразу звонит Степе – Богданыч, у нас беда! – сам ничего решить не может. Степа даже прозвал его Бедоносцем.

– Ясненько. Можно твой сотовый? – попросила я.

– Ой, – Лариса с испуганным выражением прикрыла болтавшийся на шее аппарат ладонями, будто я насильно собиралась его отнять.

– Мне срочно нужно позвонить, а по моему могут позвонить мне самой, – терпеливо пояснила я, сдерживаясь от грубости.

– Да, конечно, бери, – опомнилась Лариса, – просто я обычно его никому не даю.

Позвонила я Земляному. Тот удивился:

– Опять вы?

– Я, Вячеслав Юрьевич. Знаете, что Зубарев пропал?

Вопрос заставил следователя задуматься.

– Что за Зубарев? А, этот, из дела Неделькиной! И куда он пропал?

– А я почем знаю? – удивленно буркнула я. – Но, согласитесь, странно все совпало. Сначала он заявляет вам, что Степану Неделькину он не звонил, а потом пропадает. У его жены ваши сегодня приняли заявление?

– До нас оно еще не дошло, – проговорил следователь и добавил: – Да, это странно. Но, может, он еще найдется.

– Серегин выехал к Банкиной? – прервала я грезы Земляного.

– Да, выехал. Я видел, как он брал машину, – ответил следователь.

В этот момент зазвонил мой сотовый. Выключив сотовый Неделькиной, я сунула его в руки хозяйки и схватила свой.

– Я слушаю, что случилось?

– Пришел «разведчик», – шепотом сообщила Банкина.

– Я надеюсь, вы его не пустили! – воскликнула я, чувствуя, как по спине побежали мурашки.

– Нет. Я сказала, что пошла за ключами, чтобы дверь открыть, а сама на кухню и быстрее вам звонить, – прошептала Банкина. – Что мне делать? Я боюсь!

– У вас дверь железная? – спросила я.

– Да!

– Двойная?

– Нет.

– А куда открывается – внутрь или наружу?

– Наружу. – По голосу Банкиной я поняла, что она близка к истерике. – А что плохого, если наружу? – спросила оператор и заскулила.

Я не стала говорить, что хорошего мало, а уверенным, спокойным голосом приказала:

– Возьмите настольную лампу и вырвите у нее шнур.

– Как? – ахнула Банкина.

– Придавите настольную лампу ногой к полу и изо всех сил потяните за шнур обеими руками, – пояснила я.

Было слышно, как Банкина где-то там возится. Затем вдруг неясные шумы прорезал ее истерический голос:

– Он что-то делает с замком!

– Вставьте немедленно в замочную скважину ключ! – заорала я, подпрыгивая на диване. Мои нервы были напряжены до предела.

Наблюдавшая за мной Неделькина побледнела.

– Ключ и был в замке, – прорыдала в трубку Банкина. – Он открывает другой, верхний! Что мне делать?

– Скажите ему через дверь, что уже вызвали милицию, – велела я. – Только не становитесь напротив двери, стойте сбоку.

– Я вызвала милицию! Уходите! Они сейчас приедут! – послышался в трубке отдаленный крик, смешанный с плачем. Затем голос возник прямо в трубке. – Он все равно не уходит! Верхний замок открыл. Бьет по нижнему.

– Ты шнур выдернула из лампы? – прокричала я.

– Да, но что мне с ним делать? – В трубке пошел сплошной рев.

– Заткнись! – гаркнула я во все горло. – Возьми и разведи два оголенных проводка в стороны, держи шнур так, чтобы их не касаться, а вилку включи в розетку.

– Я боюсь, – запричитала Банкина.

– А не боишься, что он выпустит тебе кишки? Делай! – рявкнула я. – Когда этот хрен начнет копошиться, прислоняй оголенные концы провода к замочной скважине.

Снова послышались рыдания.

Конец был внезапным и резким. Сначала треск, вскрик Банкиной, следом выстрелы, и телефонная трубка затихла в моей руке.

– Абонент временно недоступен или отключен, – сообщил голос с телефонной станции.

– Вот дерьмо! – с досадой крикнула я. Позвонила Земляному, но тот еще ничего не знал. Ехать на квартиру Банкиной теперь было бесполезно, и я решила ждать новостей от милиции.

– Ее убили, да? – прошептала потрясенная Лариса.

– Еще неизвестно, – ответила я.

– Вы чего тут орали, словно вас режут? – скалясь, спросила Альбина Германовна. Она вошла в кабинет и затащила за собой пылесос. Ответа не было. Видя наши хмурые лица, она сказала более дружелюбно: – Я еды там наложила, идите поешьте.

На завтрак был куриный суп с вермишелью, яйца с беконом и яблочный сок. Выглядело и пахло все аппетитно или мне просто есть хотелось, не знаю. Но так или иначе, очутившись за столом, я бодро подвинула к себе тарелку с супом, схватила ложку и хлеб и вопросительно посмотрела на Ларису. Та, присев на стул, с брезгливым видом смотрела себе в тарелку.

– Ненавижу яичницу, – процедила она сквозь зубы, наткнувшись на мой взгляд. – Она знает и специально это делает.

Заглянувшая на кухню Альбина Германовна, хмурясь, пробубнила:

– Я яйца пожарила. Они очень полезные. Витамин А и куча природного белка. Мы перед соревнованиями каждый день по дюжине съедали.

– Результат налицо, – чуть слышно буркнула Лариса, а громко горячо поблагодарила домработницу за вкусный завтрак.

– Вещи какие отнести постирать? – спросила великанша.

– Спасибо. Сегодня ничего, – ответила Лариса подчеркнуто вежливо.

– Пойду тогда цветы поливать, – сообщила домработница.

– Ты эту фигню будешь? – спросила Лариса, указывая на яичницу. Сама она ела суп и сказала, что в случае моего отказа яичница полетит в мусорку.

– От двойной дозы белка я никогда не отказываюсь, – проговорила я.

Лариса придвинула мне свою тарелку. Я взяла второй ломоть хлеба, посыпала яичницу зеленью, занесла над ней вилку, но замерла, остановленная музыкой из мобильного телефона. Звонил Земляной. Оператор сотовой связи Банкина живой и невредимой доставлена в следственное управление. После того как она шарахнула убийцу током, он стал палить прямо по двери. Спасло женщину то, что, испугавшись вспышки короткого замыкания, она отскочила, оступилась и упала. Подъехавший в момент стрельбы к дому Серегин задержать преступника не сумел. Прочесывание района тоже пока результатов не дало.

– Ну что, теперь понятно, что не Неделькин пытался убить свою жену, а его кто-то подставляет? – спросила я у следователя.

– Понятно, да не совсем. Он мог кого-нибудь нанять для этого, – поразил меня Земляной своим упрямством.

– Хорошо, допустим, Степан нанял кого-то, – примирительно сказала я, – но зачем ему приказывать убивать оператора сотовой связи, которая может подтвердить его алиби, что ему действительно звонили перед покушением и выманили из дома?

– И откуда такие умные берутся? – язвительно спросил Земляной. – Интересно, аж жуть.

– Мне вот интересно, зачем вы невиновного человека в СИЗО держите? – поинтересовалась я в свою очередь. – У Степана столько денег, что просто смешно предполагать, что он решился на убийство жены из-за страховки, которую еще с ума сойдешь, прежде чем получишь.

– Я в органах почти тридцать лет и уж как-нибудь разберусь, кто прав, а кто виноват, – заверил меня Земляной с неприязнью.

– Извините, если чем обидела. Я хотела только помочь, – заговорила я в свое оправдание. – Понимаю, что у вас работа не сахар и все на вас давят.

Постепенно я сменила тему и спросила о начальнике производства. Земляной заявил, что они, конечно, будут работать в этом направлении, но в данный момент все занимаются сбежавшим киллером, а Серегин допрашивает Банкину.

– Понятно. Заняты делами по самые уши, – констатировала я, а про себя подумала, что на исчезновение Зубарева просто махнули рукой.

– Кстати, в вашу Банкину стреляли какими-то необычными пулями, – сообщил мне неожиданно Земляной, – прошили насквозь стальную дверь и вошли в бетон. Эксперты до сих пор их не могут извлечь. Пригласили слесарей с кувалдами. Те начали долбить стену.

Рейтинг@Mail.ru