Death Can Dance

Макс Вальтер
Death Can Dance

Глава 2

Арена.

Человек, которого я вывел из боя одним точным ударом, оказался вполне хорошим и дружелюбным. В тот же вечер, после того, как мы убрались на тренировочных площадках, он подошёл ко мне и попросил научить его этому приёму. Его звали Грот и это, скорее была кличка, чем имя. Всё потому, что стоило ему добраться до еды, как она исчезала в нём, будто в бездонной пропасти. Но обо всём этом я уже узнал гораздо позже.

Следующий день моего пребывания в этом непонятном мире сопровождался мрачным и серьёзным настроением. Одного из наших ожидал бой на арене.

Это был его четвёртый выход и теперь, если он проиграет, его могут убить. Первые три боя, по правилам той же арены, дают некий иммунитет, но вот дальше, либо будешь победителем, либо трупом. Исключения бывают, но они очень-очень редкие.

Всё бы ничего, но вот противник нашему бойцу по кличке Гром, достался весьма опасный. Его звали Ярг и он считался будущим чемпионом арены. О нём говорили с уважением и страхом.

До обеда мы занимались со старшим учеником, оба наших инструктора готовили к бою Грома. Дарий в своё время выкупил их и освободил от выступлений перед жаждущей крови толпой, специально для этих целей. И за свою карьеру им удалось воспитать несколько звёзд арены, которые впоследствии получили вольную и сейчас работали на других господ. После обеда, в котором не участвовал Гром, все отправились отдыхать, а меня подозвал к себе Скам.

– Сегодня ты посетишь арену, – сказал он, – Ты должен знать, ради чего всё это. Выходи на улицу, сейчас за вами приедут.

Я послушно направился на выход и встал снаружи, облокотившись спиной к каменному забору. Буквально через пару минут ко мне присоединился Гром.

Он был облачён в кожаные доспехи, которые прошли уже не через одну схватку. Чтобы тебе выдали новые, их нужно ещё заслужить. А так, зная, что боец сегодня умрёт, никто не будет портить дорогие, новенькие доспехи.

Вскоре появился Дарий и буквально тут же, подъехала повозка. Эта была уже более современной, на кованых осях и даже какое-то подобие мягкой подвески имелось. Два больших дивана смотрели друг на друга, на один из них сел Дарий, а нас усадили напротив, спиной к извозчику.

Арена была построена за городом. Огромная, словно Колизей из моего мира, она возвышалась посреди полей. Не знаю, какова её вместимость, но народу было столько, что не на каждом футбольном матче увидишь.

Нас провели через боковой вход, где лестница спустила нас в подвальные помещения. Здесь уже сновали и суетились люди. На сегодня было назначено десять схваток, поэтому и народу в узких коридорах толкалось не мало.

Дарий передал Грома какому-то человеку, а меня взял с собой наверх, чтобы я смог лицезреть всё происходящее.

До начала представления оставалось всего ничего. По арене бегали рабы, граблями выравнивая песок перед схваткой. Люди заполнили стадион и шум стоял такой, что невозможно было разобрать то, что говорили совсем рядом.

– Смотри туда, – указал пальцем на верхнюю ложу Дарий, – видишь того человека?

– Да, – спокойно ответил я.

– Это Император, он правитель всех земель, начиная от большого моря на востоке и заканчивая дикими землями на западе. Он управляет всеми королевствами на этой территории. От его слова зависит, будешь ты жить или умрёшь.

Я попытался рассмотреть маленькую фигурку человека на ВИП-ложе, но без оптики это было невозможно. Знал бы ты, Дарий, скольких императоров и королей я положил в гроб, в своей прошлой жизни. Далеко не всё зависит от таких вот правителей, чаще всего вершителями судеб являются именно такие, как я.

Естественно, вслух я об этом не произнёс ни слова и лишь молча кивнул в ответ.

Над ареной раздался звук горнов, а затем разлетелся голос, усиленный медным громкоговорителем.

– Господа и дамы, сегодня на ваш суд, на арену выйдут бойцы, чтобы блеснуть перед вами своей храбростью и отвагой. Они с великой честью прольют здесь свою кровь, в надежде, заслужить ваше почтение и славу. Поприветствуйте же их!

Арена взорвалась криками зрителей, а на неё с четырёх сторон начали выбегать бойцы, размахивая руками и призывая выкрикивать их имена.

– Как вы знаете, – продолжил голос ведущего, едва крики стали затихать, – Этот год объявлен турниром одиночных схваток, но это не значит, что мы не приготовили вам других развлечений. Сегодняшний день, это открытие турнира и по окончании боёв вы сможете увидеть театральное представление. Не расходитесь, дамы и господа. А мы начинаем!

Снова раздался звук горнов, который перекрыли крики людей, заполнивших амфитеатр. Бойцы лёгкой трусцой стали покидать арену, и на ней остались лишь двое.

Начался танец смерти. Оба соперника принялись ходить по кругу, с каждым разом сближаясь и размахивая оружием. Люди притихли в ожидании схватки и они её получили.

В полной тишине раздался звон встретившегося оружия, который тут же подхватил рёв зрителей. А бойцы начали сверкать мечами, осыпая друг друга градом ударов. Они расходились в стороны, чтобы в следующее мгновение снова броситься в атаку. В один из таких моментов, гладиатор с длинными волосами оступился и его противник тут же воспользовался этим. Он нанёс ему колющий удар в горло, пробив его насквозь. Тело поверженного забилось в агонии, кровь разлилась вокруг него большой лужей, а арена просто взорвалась от человеческого крика.

Народ ликовал и практически пребывал в экстазе от восторга и вида смерти. Где-то недалеко вспыхнула драка, видимо зрителей захлестнул избыток адреналина, но стражники, которые дежурили в проходе, быстро их угомонили.

Дарий в это время смотрел на меня, а я слишком поздно понял, что он хотел во мне увидеть.

– Ты очень странный юноша, – услышал я его голос.

– Вам виднее, господин, – спокойно ответил я.

– Это точно, – усмехнулся тот и снова обратил свой взор на арену.

Все последующие бои проходили примерно одинаково. С переменным успехом бойцы колотили мечами, некоторые выступали с копьём или булавой. Но суть схваток не менялась. Какое-то время они гремели железом, устраивая шоу, расходились в стороны, поднимая руки вверх и призывая зрителей покричать, затем снова сходились в поединке. По некоторым было сразу заметно, что они сильнее, но те не спешили закончить бой за один или два удара. В общем, делали шоу.

Но всё изменилось, когда на песок вышел Гром, против которого должен драться некий Ярг.

Когда Ярг появился на арене, я думал, что окончательно оглохну. Зрители кричали так, будто до этого они всего лишь разминались. А я с удивлением рассматривал этого великого воина.

Подросток, скорее всего мой ровесник, может даже чуточку младше, или старше. Он вышел голым по пояс, а в руках держал два кинжала со слегка загнутыми лезвиями. В отличие от нашего Грома, который был ростом почти два метра, широкоплеч и облачён в кожаный доспех, Ярг смотрелся как-то нелепо.

Худощавый, макушкой едва доставал Грому до подбородка, а голый торс делал его ещё более несерьёзным.

Однако стоило ему начать двигаться, как я тут же понял, Гром обречён. Каждый выпад Ярга оставлял после себя кровавый след на теле нашего бойца. Этот юнец, мог бы разделаться с ним в одно точное движение, но он не спешил, он делал шоу.

Гром махнул мечом и, казалось, что вот сейчас горло Ярга разверзнется и из него хлынет кровь. Зрители ахнули и затаили дыхание, а подросток, змеиным движением скользнул под удар и оставил на руке, держащей меч, очередную рану. По толпе прошёлся вздох облегчения.

Ярг резал нашего бойца безжалостно, превращая его в окровавленный кусок мяса. И Гром не выдержал. Сделав несколько шагов, он, словно споткнувшись, упал лицом в песок. Зрители взревели, а Ярг уселся на Грома верхом, взял его за волосы и оторвал лицо от песка, чтобы приставить свой кинжал к горлу. После чего он замер и поднял свой взгляд на ВИП ложу. Люди принялись кричать: "Смерть! Смерть! Смерть!", но Ярг никак не реагировал на эти крики.

Император поднялся со своего места и подошёл к краю своего балкона, вытянув руку вперёд. Что он показал, я не смог рассмотреть, но видимо это был большой палец, направленный вниз, потому что Ярг тут же, очень медленно вскрыл горло поверженному противнику. Гром забился в агонии, а толпа взревела так, что казалось сам камень начал вибрировать от этого возгласа.

Победитель встал рядом с телом Грома и отбил низкий поклон на все четыре стороны, после чего поцеловал окровавленные пальцы и сделал бросающий жест, отправляя зрителям воздушные поцелуи.

– Нам пора, – мрачно ответил Дарий.

Я кивнул и сглотнул ком, подступивший к горлу. Даже для моей, закалённой психики, этот бой показался слишком… Вот так, просто слишком и всё. Других слов у меня не нашлось.

– Ты всё рассмотрел? – спросил меня мой хозяин.

– Думаю да, – спокойно ответил я.

– Уверен? – посмотрел мне прямо в глаза Дарий.

– Что вы хотите услышать? – выдержав его взгляд, ответил я вопросом на вопрос.

– Иногда мне кажется, что я разговариваю со взрослым человеком, – внезапно сменил тему тот. – Я присматриваюсь к тебе и не понимаю… Передо мной юнец, который и женщины ещё не пробовал, но твои глаза смотрят так, будто ты глубокий старик.

– Простите, я вас не понимаю, – отвёл я взгляд в сторону.

– Если ты посмотришь мне прямо в глаза при ком-либо ещё, я вздёрну тебя на собственном балконе, – резко, в очередной раз сменил своё поведение Дарий. – У тебя ровно тридцать дней.

– Да, господин, – ответил я.

– На тридцать первый день, ты выйдешь на арену, – продолжил тот, – и ты либо принесёшь мне деньги, либо умрёшь.

– Да, господин, – снова односложно ответил я.

Дома была странная тишина. Хотя, чего я ждал? Время уже под вечер.

Я не пошёл в казармы, остался на улице. Мне было необходимо сейчас проанализировать всё, что случилось за последние сутки.

 

Я попал в другой мир ‒ это сто процентов. В том, моём мире, у меня был доступ практически к любой информации и если я проявлял к чему-либо интерес, то почти тут же получал на него ответ. Но никогда и ничего подобного в своей жизни я не слышал. Люди постоянно исчезают и я один из тех, кто им в этом помогает.

Но факт на лицо, это явно не розыгрыш, таких ресурсов нет ни у кого. Город настоящий, это не графика, смерть на арене тоже не театральная постановка, уж в этом я понимаю.

И главный на сегодня вопрос: как я сюда попал, есть ли выход и что со всем этим делать?

Ладно, из хороших новостей: я начал жизнь заново, условия более чем приемлемые, но скоро всё это может закончиться. Или нет? Ведь по своей сути, мало что изменилось в моей жизни. Те же офицеры стали хозяевами, а я всё тот же убийца и в обоих случаях, бежать – означает смерть. У меня, для выживания здесь, есть всё необходимое, помноженное на молодость тела. Сколько мне, тринадцать, пятнадцать лет? Около того. Дарий дал ясно понять, что я всё ещё девственник, значит, точно не больше.

Выходит, сейчас у меня сильный гормональный подъём – переходный возраст. Я могу спать по четыре – пять часов в сутки, а остальное время пойдёт в тренировку. С чего начинать, я знаю.

Правда завтра всё тело будет болеть, но это хорошо, значит, изменения пойдут в правильную сторону. А по очагам боли выясним, куда нагрузки не хватило, лишь бы у этого тела сердце выдержало.

Интересно, который час? Нужно сверить внутренние часы.

Я поднялся со скамейки, на которой сидел ещё утром, за завтраком и отправился в казарму. Довольно сильное здание для того, чтобы в нём жила кучка рабов. Кирпичное, с толстыми стенами, вот только полное отсутствие окон. Физически, сами проёмы имеются, но вот рам и стёкол нет, от слова совсем. Хотя имеют место быть ставни, деревянные, вполне добротно сделанные, но их закрывают разве что в дождь.

Наши койки тоже сколочены из досок, но они все строганные и покрыты маслом. Матрасы отсутствуют, конечно, как и одеяла, но и на полу не спишь. Ощущение такое, что здесь всегда лето, на улице светло, но по ощущению, сейчас уже вечер.

Насекомые дают о себе знать всю ночь, но тело местное и словно не чувствует дискомфорта от таких условий. Тоже, кстати, плюс.

Ребята занимались кто чем: две пары всё ещё отрабатывали удары, неподалёку, в углу площадки. За собой они потом обязательно уберут, я такое вчера видел. Все площадки здесь выглядят идеально, как собственно и дом, и сам город.

Рабы каждый день делают уборку, как внутри, так и снаружи дома. Скам строго за этим следит, точно так же, как и любой другой управляющий, в соседних домах.

– Эй, Влад, – окликнул меня один из парней на площадке, – Скам велел его найти, как только ты появишься.

– А где он сейчас? – поинтересовался я.

– Известно где, – ответил тот и опёрся о деревянный меч, – перед хозяином, на отчёте. Да ты к дому подойди, он скоро выйти должен.

– А времени сейчас сколько? – поинтересовался я.

– Почти вторая четверть заканчивается, – ответил он.

Я молча кивнул в знак благодарности и направился к дому хозяина.

Тот конечно выглядел намного добротнее, здесь уже присутствовали привычные для взора окна с остеклением и двери в проёмах тоже были на своих местах.

Я остановился у входа в сад хозяина, чтобы дождаться Скама. Вход на эту территорию мне строго запрещён, пока этого не пожелает хозяин. Свободно перемещаться здесь имеет право только управляющий и это Скам.

Он появился почти сразу, едва я подошёл. А интересно, если бы я просидел на скамейке чуть дольше, ребята стали бы меня предупреждать? Скорее всего да, сомневаюсь, что им нужны проблемы.

– Пошли за мной, – Скам прошёл мимо меня и поманил за собой взмахом руки.

Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Шли не долго, до женских казарм.

Видимо эти здания были типовыми постройками, потому как от наших, почти не отличались. Ну разве что тем, что здесь была выстроена огромная летняя кухня. Именно с неё блюда разносились всюду, и нам и хозяину, и для рабов в поле, тоже отсюда возили.

– Садись за стол, – указал он мне на скамью, – Гретта, – крикнул он в сторону женских казарм, – Накорми парня и подай мне кофе.

С этими словами он сел напротив и внимательно посмотрел на меня.

– Рассказывай, – неопределённо спросил он, или даже приказал, но как-то устало, что ли.

– Что именно ты хочешь от меня услышать? – переспросил я.

– Он быстро его убил? – Скам задал тот вопрос, о котором я просто не думал.

Ну погиб на арене человек, это же норма, там сегодня девять из двадцати умерло. Я даже не знал этого Грома, ну здоровый, ну сильный, а кто он и что из себя представлял?

– Нет, – ответил я, спокойно, будто мы сейчас о сломанной ветке говорили, – он изрезал его всего. Гром упал на арене от потери крови, даже в тот момент, когда Ярг перерезал ему горло, она почти не текла.

– Сколько тебе дал хозяин? – внезапно сменил тему тот.

– Тридцать дней, – ответил я и кивком поблагодарил Гретту, которая принесла ужин.

– Ты что-то сказал ему? – вдруг удивился тот.

– Да, я отвечал на его вопросы, – пожал я плечами и принялся за еду.

Скам всё это время молча пил кофе. А голодный, растущий организм, был ему за это благодарен и просто накинулся на содержимое тарелок. И достались мне не объедки, а нормальный, хоть и остывший ужин.

– Это очень странно, – продолжил разговор Скам, после того, как я отодвинул тарелки, – Обычно на бои он отдаёт нас позже. Сколько он за тебя заплатил?

– Один золотой и бесплатный вход на арену, – честно ответил я.

– С тобой явно что-то не так, – кивнул сам себе Скам и встал из-за стола. – С завтрашнего дня начнёшь тренировки. На сегодня с тобой всё.

– Хорошо, – ответил я и снова направился к своим.

Грот стоял в проходе, подпирал косяк и посматривал на небо. Вокруг начинали спускаться сумерки, но пока всё ещё было относительно светло. Интересно, где мы? Хотя бы понять территориально, относительно экватора и материка.

– Ну как? – вместо "здрасьте", сразу спросил Грот, как только я появился на его глаза.

– Ты об арене? – уточнил я, хотя, в общем-то, понял, в чём вопрос.

В таком маленьком мире, как коллектив, есть свои наболевшие вопросы. Мы раньше тоже интересовались судьбами парней, которые уходили с острова. И нам всегда честно отвечали, справился ли он с первым заданием, жив, или он изначально уходил в один конец?

– Он был слишком слабым соперником, против Ярга, – ответил я.

– Мы все это знали, – согласился со мной Грот. – Сколько тебе дал хозяин?

– Похоже, вас всех волнуют одни и те же вопросы, – усмехнулся я, – тридцать дней.

– Значит, до лета доживёшь, – задумчиво произнёс тот, а я попытался скрыть своё удивление.

– Считаешь, что дольше не протяну? – задал я наводящий вопрос.

– Это всё от удачи зависит, – махнул тот. – Жеребьёвка та же, да и арена не так проста, как может показаться. Вот недавно, в первой четверти года, случай был: выставили серьёзного бойца, против новичка. Ставки, один против тысячи на победу ветерана делали, и знаешь, что произошло?

– Откуда же мне это знать? – пожал я плечами.

– На осколок меча она наступил, да так сильно ногу распорол, что молодому только добить и осталось, – с важным видом заявил тот. – Так что в нашем деле ни в чём нельзя быть уверенным. Все под Богами ходим.

– Это да, – с улыбкой кивнул я.

Вот и первые легенды местные пошли. Таких везде хватает, в нашем детском доме каких только не было: и плохих, и хороших, в общем ̶ на все случаи жизни.

– Скажи, как долго можно тренироваться? – поинтересовался я.

– Хоть до посинения, но в середине второй четверти подъём, – ответил тот.

– Сейчас конец второй – начало третьей? – поинтересовался я.

– Третья скоро закончится, – кивнул тот.

Я тоже кивнул в ответ и повернулся в сторону тренировочной площадки. По идее у меня ещё есть время на занятия и, пожалуй, не стоит тратить его на пустые разговоры.

Глава 3

Будни.

Всю следующую неделю я занимался, как заведённый, тело болело так, словно я никогда не нагружал себя физическим трудом. С утра начинались тренировки с общим составом, а вечером я переходил на индивидуальные занятия. Поначалу, ребята посмеивались и говорили, что такими темпами, я скорее здесь умру, не добравшись до арены.

Но вот к концу второй недели, ко мне присоединился Грот. Он увидел, как я отработал спарринг, с другим новичком, который занимался только на общих тренировках.

Учитель поставил его против меня сразу после обеда.

– Влад, Крит, на песок, – указал он шестом на середину площадки, – Покажите, чему вы научились.

Крит вышел с кривой улыбкой превосходства. Как же, он скачет здесь уже третий месяц, хозяин дал ему девяносто дней, а я простой сопляк, который только полторы недели как начал занятия. К тому же он был ещё и старше, не на много, но в таком возрасте, даже три года имеют сильное преимущество.

В руках у нас были деревянные мечи ‒ самое распространённое оружие, как здесь, так и на арене. Противник стоял и небрежно крутил свой при помощи кисти, всем своим видом показывая своё превосходство. Я вышел спокойно и встал напротив, сразу приняв боевую стойку. Все они разработаны не просто так, из стойки намного быстрее можно начать атаку и отбивать выпады врага.

Крит бросился внезапно, вот только что он двигался по кругу, загребая песок кончиком меча, как вдруг атаковал с фланга. Но этот манёвр, только ему одному казался удачным, я же легко увёл его с траектории атаки поворотом корпуса и подшагом чуть вправо. Боец провалился и заработал очень болезненный удар по ногам сзади.

Теперь он начал воспринимать меня более серьёзно, подобрался, решил перестать выпендриваться и встал в стойку. Однако начал злиться, это было заметно по его глазам и плевку в сторону.

Следующий выпад сделал я. Слегка качнул корпус в правую сторону, сам при этом нанёс укол в рёбра с неудобной, левой стороны. Удар прошёл, но не сильный, хотя должно быть достаточно больной, потому как Крит сморщился. Вот только следующий мой удар нарвался на защиту, а соперник сделал шаг навстречу и сильно толкнул всем корпусом.

Я упал на спину, тут же ушёл в кувырок и быстро оказался на ногах, а Крит, увидев моё падение, сделал ошибку и опустил руки, за что тут же был наказан коротким ударом деревянным мечом в челюсть. Это очень сильно его разозлило, и он бросился на меня, забыв обо всём, чему его учили. Я только этого и ждал.

Пропустив противника мимо себя, я с разворота заехал мечом по его затылку, тот сделал ещё пару шагов по инерции и упал лицом в песок.

– Бой окончен, – тут же остановил схватку учитель, – Молодец Влад, иди на место. Вот так наказывают за пренебрежение противником, – обратился он ко всем ученикам, – Не важно, в который раз вы выйдете на арену, но никогда и ни при каких обстоятельствах нельзя терять контроль. Вы всё видели, Крит был мёртв трижды, но так ничего и не понял. Будь это не учебное оружие, сейчас его голова летела бы в клетку львам. Грот, Тиль, приведите товарища в чувства и продолжим занятия.

Все тут же зашевелились, нас вновь выстроили на площадке и пошла отработка связки ударов по воздуху.

Как всегда, после ужина я взял полчаса отдыха и продолжил уже один, как это делал не раз. Вот только спустя несколько минут занятий, ко мне подошёл Грот.

– Не против? – кивнул он подбородком на меня.

– Места хватит, подходи, – ответил я, не прекращая растяжку.

Тот посмотрел на меня и принялся повторять всё, что я делаю.

Так пролетела ещё неделя, меня никто больше не высмеивал и не трогал, хотя и желающих точно так же заниматься, не прибавилось. Только Грот упорно продолжал приходить каждый вечер.

Ну а чего добру пропадать, мы вместе начали в паре отрабатывать различные приёмы рукопашного боя. Гроту очень это нравилось, особенно то, как я ловко отбирал у него меч голыми руками. К концу первого, парного занятия он уже сам умел это делать не хуже, чем я. Я продолжал наращивать нагрузку, особое внимание уделяя именно растяжке. Чем эластичнее станет это тело, тем проще будет впоследствии. Во время отработки блоков с последующей контратакой, мы часто беседовали с Гротом. Я всё больше узнавал о мире, а он, с не меньшей охотой рассказывал.

Так, первый вопрос, который возник в моей голове и жил там до недавнего времени, получил ответ. А ситуация была следующая.

Я закончил свою тренировку, убрал за собой, разровнял песок, ополоснулся водой из деревянной бочки и отправился спать. В тот момент, когда я вошёл в казарму, оба учителя играли в нарды, в дальнем углу за столиком. Сбоку на стене тускло горел свет, выхватывая из темноты силуэты топчанов и самих игроков.

 

– Закончил? – просил один из них.

– Угу, – односложно ответил я.

– Ложись, мы только тебя ждём, – произнёс тот и, дождавшись, когда я завалюсь на кровать, с тихим скрипом выкрутил лампочку.

В моей голове по началу это даже не отложилось, только засыпая, я понял то, что сделал Молот.

Вот во время парных занятий, я и выведал об этом чуде у Грота. Оказывается, такое было всегда, сколько он себя помнит. Провода и свет имелись вот в таких, богатых домах, как наш. Но то, как всё это работает, ему было неизвестно, а на мой вопрос он пожал плечами и спросил: "Да какая разница?"

Так потихоньку я выведал то, как называется город, в котором мы живём и носил он название: "Эллон", а империя называлась Эллодия.

О Ярге тоже кое-что удалось выяснить. Он не простой гладиатор, точнее не такой, как мы. В его обучение вкладывает деньги очень влиятельная организация. Они не первый раз занимаются подобными вещами, и каждый такой боец, впоследствии, приносит им очень круглую сумму. Плюс ко всему, если ему удастся дожить до конца лета, по-нашему – это конец года, то, есть вероятность, что он получит неплохую работу в этом клане. Скорее всего, ему придётся убивать людей в интересах организации, или для тех, кто платит за это деньги. После данной информации, я уже совсем иначе стал воспринимать этого бойца.

Да, из всех тех десяти схваток, его была самая лучшая, не только по зрелищности, но и по мастерству. Зато хотя бы понятно, откуда оно взялось и чего стоит ожидать от такого гладиатора.

До истечения срока, который отвёл мне Дарий, оставалось три дня, когда меня вызвал к себе Скам.

– Через три дня выйдет время твоего иммунитета, – без прелюдий начал он разговор.

– Я об этом помню, – ответил я и посмотрел на Скама.

– Хозяин ставит против тебя Грота, – всё же ему удалось меня ошарашить. – Ты можешь проиграть этот бой и остаться жив.

– Какой по счёту выход у Грота? – кажется, понимая уже в чём тут дело, спросил я.

– Пятый, – ответил тот, не сводя с меня своего взгляда.

– Скам, говори, что собирался, я не совсем тебя понимаю, – глядя ему в глаза я попытался вытянуть из него прямой ответ, или просьбу.

– Решай сам, – покачал головой тот, – здесь я тебе не советник. Грот может умереть в любом следующем бою, а ты будешь иметь одно поражение.

– Есть разница в том, сколько раз я проиграю, или в любом случае третий выход на арену, крайний для иммунитета? – я попытался как можно точнее сформулировать свой вопрос.

– Четвёртый выход, может стать последним для гладиатора, – ответил Скам.

– Хорошо, я могу продолжить занятия? – я понял, что Скам хотел сказать только это.

– Да, продолжай, – махнул он рукой и, развернувшись, направился к женской казарме, скоро должен быть обед.

Я вернулся в строй и продолжил отрабатывать выпад копьём.

Вскоре объявили перерыв, и мы все дружно отправились в тень деревьев, за стол. Если судить по временам года, то у нас сейчас апрель, но погода здесь почти не меняется, днём жара, градусов под сорок, вечером температура немного падает, до двадцати пяти, плюс – минус. И так тоже было всегда, сколько люди себя помнили.

– Чего он сказал? – спросил Грот усевшись на лавку рядом со мной.

– Через три дня мы с тобой встретимся на арене, Грот, – честно ответил я.

– Это не очень хорошо, – тяжело вздохнул тот, – Если Император укажет пальцем вниз, не думай, бей.

– Как-нибудь разберусь, – усмехнулся я, – Что на обед, не знаешь?

– Соня вроде про рыбу говорила, – ответил тот.

Грот дважды в неделю бегал в женские казармы, встречался там с одной из рабынь. Уж не знаю, на сколько у них всё было серьёзно, но каждый раз он возвращался очень довольным. Вчера у них как раз было свидание, а Грот всегда выведывал у неё меню на ближайшие дни.

Вечером, когда он в очередной раз пришёл ко мне на площадку, я не стал его прогонять, но занимался всё же особняком. Теперь мы соперники и как бы друг к другу не относились, ни к чему показывать ему то, что может мне помочь. Видимо он и сам всё это прекрасно понимал и приблизительно через полчаса ушёл на другой конец площадки.

Нет, общаться после этого мы не перестали, и отношения не перешли в разряд "натянутые", словно и не произошло ничего. Вот только тренировок совместных больше не было.

Три дня пролетели быстро, за постоянной работой не замечаешь, как уходит время. Хотя не сказать, что тратилось оно впустую.

Скам появился вечером, после того, как общая тренировка была закончена, и мы даже успели поужинать. К своей индивидуальной я ещё не приступил, а праздно валялся в тени деревьев на травке.

Управляющий остановился у моей головы и посмотрел сверху вниз.

– Прошли со мной, – сказал он и развернулся.

Я подскочил и отправился за Скамом, на этот раз он повёл меня в сторону склада. Там находилось наше оружие и доспехи, и доступ к этому месту имел только управляющий. Всё же хозяин боялся давать в наши руки опасные игрушки. Кто знает, что может забрести в рабские головы?

Любое восстание, конечно же, подавят в считанные минуты, но Дарию от этого будет не легче, если его найдут с перерезанным горлом. И в этом вопросе я с ним полностью согласен.

– Выбирай оружие и доспехи, – сделал приглашающий жест Скам, отомкнув замок на железной, кованой двери, – Смотри только то, что в ближе ко входу, новое тебе никто не даст.

Я кивком показал, что понял и вошёл внутрь. Полумрак, силуэты оружия и больше ничего не видно. Сделав шаг вперёд, я головой стукнул что-то лёгкое, на поверку оказалось – лампочка. Заученным движением повернул её по резьбе и дело пошло веселей, после того, как свет выхватил из темноты внутреннее убранство помещения.

Мечи, копья короткие и длинные, несколько булав и даже кистень. Шлемы стояли в ряд на полке, а под ними покоились кожаные доспехи с приклёпанными поверх металлическими пластинами.

От прямого попадания они не спасут, но если пропустить меч вскользь, то послужат очень даже хорошо. Пренебрегать таким не стоит. Грот – достойный противник, к тому же у него есть опыт арены, да и от меня он на тренировках не сильно отставал.

Я примерил несколько доспехов, подобрав те, что более или менее сидели плотно на моём тощем, подростковом теле. Затем примерился к мечам, попробовал копьё, даже булаву пару раз в руке крутанул. Нет, последняя слишком для меня тяжела.

В итоге выбрал себе средней длины копьё, с широким, обоюдоострым наконечником в форме лепестка. Мечом Грот владеет лучше меня, но, когда в моих руках шест, я достаю его чаще.

– Куда ты всё это понёс? – усмехнулся Скам заступив мне дорогу на выход, – Оставь это. Доспехи тебе подадут утром, а оружие получишь, когда прибудешь на арену.

Я послушно сложил в стороне свои вещи и показал, что именно я себе выбрал. Скам записал всё перечисленное, переложил всё на табуретку и вытолкал меня из оружейной.

– Завтра спи дольше, – начал он раздавать мне советы. – Тебя не будут будить и останешься без завтрака. Если выйдешь с арены победителем, тебя накормят, хотя в твоём случае, всё равно еду получишь. Но обед проигравшего сильно отличается. Всё, иди, я пошлю за тобой, когда придёт время.

Очередным кивком я показал, что понял и направился в сторону казарм. Тренировки сегодня не будет, перед боем действительно лучше отдохнуть.

Проходя мимо площадок, я увидел Грота, который продолжал упорно потеть, но одёргивать его и что-то советовать я не стал. Видимо он сам понял, что сегодня лучше отдохнуть и вскоре появился в казармах. Он подошёл к моему лежаку и сел на тот, что стоял рядом.

– Как бы не вышло завтра на арене, я рад, что судьба свела меня с тобой, – произнёс он, – Одно никак не пойму, откуда такой заморыш как ты, столько всего знает о схватках?

– В книгах прочитал, – не подумав ляпнул я.

– Ты умеешь читать эти закорючки? – округлил глаза тот, будто я сейчас ему мир обрушил, – Но как? Почему ты стал рабом?

– Так распорядилась судьба, – неопределённо ответил я, и так уже слишком много вырвалось из моего рта, как бы теперь на мою голову вопросы не посыпались.

– Понимаю, – вздохнул тот, видимо что-то домыслив самостоятельно, – Я слышал о таких историях, но никогда не верил. Быть из знатных, которые за долги попадают в рабство тяжело. Наверное, в тысячу раз тяжелее, чем быть им рождённым.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15 
Рейтинг@Mail.ru