Майдан Революции

Лютик Бухлов
Майдан Революции

Люди обедают, только обедают, а в это время слагается их счастье и разбиваются их жизни.

А. Чехов

Действующие лица

Яша Грановский, бизнесмен в сфере недвижимости и схем оптимизации, 40 лет.

Диана Грановская, жена Яши, экзальтированная феминистка на полном содержании мужа, 36 лет.

Андрей Краснов, схемщик-теоретик, циничный поклонник совка, 40 лет.

Светлана Краснова, жена Андрея, жизнерадостная домохозяйка, 42 года.

Виталий Нетудыхата, секретарь куратора СБУ в Администрации президента Украины, друг Краснова, 37 лет.

Алексей Кошулинский (Каша), начальник управления в Фонде госимущества, двоюродный брат Грановского, 45 лет.

Женя Бондаренко, любовник Дианы, драпокур на ее содержании, менеджер СТО, 28 лет.

Бондарь, позывной Сергея Бондаренко. Брат Жени, сотник Майдана, 25 лет.

Юля Бондаренко, жена Сергея Бондаренко, образованная аспирантка Киево-Могилянской академии, 24 года.

Кайзер, позывной Романа Михнюка. Брат Дианы Грановской. Националист, боевик «Правого вектора», студент Киево-Могилянской академии из Львова, 22 года.

Комерс, обедневший коммерсант.

Президент Украины.

Чесноков Владимир Петрович, специальный представитель президента Российской Федерации.

Клювов Андрей Петрович, глава Администрации президента Украины.

Первое, второе действия и первая картина третьего действия происходят в феврале 2014 года, в кульминацию Евромайдана, заключительная вторая картина третьего действия – 24 августа 2014 года, в День независимости Украины. Место действия – Киев. В сценах застолья всегда рюмки и бокалы наполняет Андрей Краснов, кромеуказанных исключений.

Действие первое

Картина первая

Февраль 2014 года. Недорогой ресторан украинской кухни. Первая половина дня. Фон новостей с Майдана по телевизору. Слышны возгласы «Банду геть!» Стол накрыт для самостоятельного распития кофе (кофейник, сервиз, сливки, сахар, круасаны, вода, счет в книжке). Яша и Андрей пьют кофе.

Яша. Теперь ему не отвертеться! Весь запад Украины поднялся. Администрации, оружие и все теперь с Майданом. По миллиону выходит.

Андрей. Та ладно. Еще Россия свое слово не сказала.

Яша (добавляя сливки в кофе). Какое там слово? США, Евросоюз против него.

Андрей. Может быть, но думаю, что всё еще впереди. Вспомни «оранжевую революцию». Теперь всё может быть жестче. Тогда стольких трупов не было. А сейчас заруба вон какая.

Яша. Ничего, побежит семья под крышу к Путину.

Андрей. Ага, и свое заберет вместе с русскими.

Яша. Пусть забирают. А то продохнуть с их коррупционными схемами невозможно – всё в семью!

Андрей. Кто бы говорил? Мы все в этих схемах с развала совка сидим.

Яша. Нечего ему было всё под себя так выгребать.

Андрей. Ой, все и везде вертикали лояльности строят, а они требуют денег.

Яша. О чем ты говоришь? Что, в Штатах вертикаль от ларьков до президента по сбору денег выстроена?

Андрей. Там то же самое – только по-другому работает.

Яша. Не надо ля-ля. Там средний класс и низы живут себе без коррупции.



Андрей. Ага, живут, за наш счет: что весь мир ворует и через офшоры туда вывозит. Они схемами наверху деньги пакуют, а низам и так хватает.

Яша. Заметь, не жадничают. Дают и людям пожить.

Андрей. Ладно, ты-то здесь при чем?

Яша. Я тоже средний класс.

Андрей (с иронией). Ну да, фасадный корпус известного на весь совок завода в собственность вывести. Причесать и в аренду супермаркету сдать! Вот это бизнес!

Яша (тоже с иронией). Называется корпоратизация и реструктуризация недвижимости.

Андрей. При совке такое называлось «кража в особо крупных размерах».

Яша (оправдательно). Ремонты, а всё остальное поделать-организовать за свои кровные?

Андрей (с иронией). Ну да, с предыдущей кражи. Всё, не смеши.

Яша. Так оно всё в упадке стоит. Не я всё прокакал.

Андрей. Вон Каша идет. Дави его, чтоб быстрее экспертизу «покращень» отдавал, а то еще полгода этот гормыдор вносить в статут будем.

Появляется Кошулинский.

Андрей. Дядя Лёша, кофе, чай или коньку по пятьдесят?

Кошулинский. Здорово, хлопцы. Видели, что творится? Город притих, пробок нет. Из Госимущества к вам за 15 минут долетел. Гаишники тормозили. Даже ксива не помогла, багажник смотрели. Посты усилены. С автоматами. Что творится, ай-яй-яй!

Яша (с иронией). Так у тебя на лице написано, что ты госчиновник.

Кошулинский. Спецом спускался по Трехсвятительской, но там вроде тихо, а на Владимирской под СБУ вообще как вымерло. Что они там борются?

Яша. Мы с Андрюхой ночью на Майдан ездили глянуть, народ озлобился, если начнут отжимать Майдан – уже не разбегутся. Будет куча трупов. Баррикады усиливают всем, чем можно.

Андрей. Сегодня тоже поедем, интересно, такие события – прямо Октябрьская социалистическая какая-то. Сейчас самый пик. Спустимся пешком со стороны проулка Шевченко, с Малоподвальной от квартала СБУ. Там тихо.

Кошулинский. Носит вас себе на голову. Еще подстрелят. Говорят, русские снайперов прислали.

Андрей. Да ладно, такое раз в жизни увидишь. И русским нет смысла своих марать – весь мир хай подымет. А под СБУ нас не тронут, побоятся и те и другие.

Кошулинский (сопереживающе). Нефиг вам делать, парни. Вам-то это зачем? Вы-то при чем там?

Яша. Как? Мы с народом. На той неделе завозили на Майдан продуктов. Колбасы, сыра, сала, майонезу, хлеба. Пусть эту свору семейную если не разгонят, то испугают. Может, красть меньше будут.

Андрей. Не-не-не. Ты меня к донорам Майдана не путай. Я из исторического интереса туда наведываюсь. Там как Бандеру на Киевраде повесили – для меня это всё, путь в никуда.

Яша. Бандера ничего. Главное – воодушевление народа против коррупции. Задолбались жить как в России – надо как в Европе.

Андрей. Главное не воодушевление, а кто этот весь протест возглавит. Что-то я там действительно радетелей народных не вижу. Агентура западная и дурилки картонные олигархов – кто это всё проплачивает?

Яша. Та народу пофиг, кто платит, главное, чтобы по дороге. Смена произойдет, новые выйдут, поприличней, возглавят.

Андрей (смеется). Ага, «мени подзвоныв президент». Помнишь, как Сеня с трибуны? Там вся верхушка Майдана двуличная.

Яша (улыбаясь). Ну прикол. Леша, прикинь, приехали в начале февраля ночью, стоим, смотрим. На Майдане людей мало, разошлись спать по округе. И тут выходит Сеня с важной новостью и так воодушевленно: «Мени подзвоныв президент». Перемога! Народ аж притих от удивления. Это ж надо быть таким двуличным: попытку слива за перемогу выдать. И «Слава Украине! Героям слава!». Народ молчал. Я тогда понял, что сметут и этих приспособленцев.

Андрей. Не сметут. Им Бандеру напарят. Патриоты – они люди простые. Националисты – они Родину любят. Вслепую, правда. Их всегда используют. Будут Ленинов сносить и улицы переименовывать, пока главари паковать будут. Уже сносят.

Кошулинский. Правильно делают.

Андрей. О, и этот туда же. Историю вытаптывать.

Кошулинский. Нам этот совок русский незачем.

Андрей (иронично). Хрущёв, Брежнев, Черненко и Андропов в придачу – это же такие исконно русские совки. А Щербицкого с 3 миллионами членов-украинцев в КПУ вообще из Мордвы завезли. Не смешите.

Кошулинский (зло). Да. Можно и так сказать. После голодомора.

Андрей (улыбаясь). Ага, а во всем причина – кровожадный Сталин. Вы хоть в причинно-следственных связях разберитесь. Без примитивизма, со списанием на кровожадность личности. Завезли – и они столько построили, что мы через четверть века распилить не можем. Кстати, чего у нас там?

Кошулинский. Чего у нас там? Та всё подписано, осталось визу зампредседателя подмахнуть – и гей. Только вот он со всем этим Майданом в отпуск пошел. А теперь выйдет ли, не знаю.

Яша. Блин, ну как-то надо поднапрячь. Денег-то он взял.

Кошулинский. Слушай, там таких ходоков за ним – пол-Майдана и пол-Украины.

Яша. Ну мы хоть денег отсыпаем, а эти семейные – так, на халяву петляют.

Кошулинский. Ну вот победишь на Майдане и тоже халявы захочешь.

Яша. Нет, я за то, чтобы каждый своё получал. Там, где халява, всегда вопросы возникают. Надо пример с Коломойского брать: он всегда раздаст и еще юридически обставится – чтоб при сменке власти не сразу отжали.

Кошулинский. Не знаю, буду видеть его на выходных. Спрошу.

Появляется Диана.

Диана. Привет, пока вы тут сидите, там эти твари такое творят. Ужас. Ночью четверых возле Майдана выхватили, избили – на них лица нет. А на углу Владимирской и Большой Житомирской журналиста убили, за то, что снимал титушек.

Яша. Капец, Дианочка, садись.

Диана. По центру везде банды титушек промышляют. Всех, кто хоть какое-то отношение к Майдану имеет, избивают. Некоторых даже ломают, в багажник и вывозят куда-то. Говорят, убийства идут.

 

Яша. Капец, по беспределу пошли.

Андрей. А я говорил, что будет жестче, чем в 2004-м.

Диана (подкалывая). Ой, ты говорил, ты говорил. Все мастаки говорить, а как за дело – так все в кусты.

Кошулинский. И что там на Майдане сейчас? Новостям не доверяю.

Диана. На Майдане страшно. Если еще пару дней назад был подъем, то сейчас самые стойкие остались. Остальные по норам расползаются. Но всё равно людей много. Просто так не сдадутся. Готовятся к худшему.

Яша. Всё, я тебе запрещаю туда ездить, только с нами.

Диана (с насмешкой). С кем «с вами»? Поехать, поглазеть, поржать, как вы, и обратно в кафе философию разводить?

Яша. Там становится совсем опасно.

Диана. Да, опасно. Это тебе не приехать втихаря, полазить, денег сунуть и уехать, набравшись впечатлений.

Андрей. Ну покатаешься, пока там тебе по голове не дадут. Притом не важно кто. Ты-то там при чем? Ты-то какое отношение к этому протесту имеешь? Тебе что, плохо живется?

Диана. Может, я тоже хочу бизнесом заниматься, чтоб никто свое жало коррупционное в него не засовывал. Может, я тоже хочу человеком себя чувствовать, а не Яшиной куклой.

Андрей (иронично). Ну вот, пожалуйста, и в твой дом, Яша, тоже пришел протест от бизнесвумен.

Диана. Ничего смешного не вижу. Каждый человек имеет право на самореализацию. А эти твари раком всю страну поставили. А сейчас еще и честных людей убивают-избивают – на куски рвут.

Андрей. Ну власть просто так не дается. Ее обычно, Дианочка, захватывают. Притом силой.

Диана. Майдан справедливости хочет, а не власти. Они людей не выдергивают и не избивают.

Андрей. Та да. А волынского губернатора кто избил и к сцене приковал? Ни за что ни про что. Ты ж сама с Волыни. Что, ты не знаешь, что он и месяца в губернаторах не проходил. Все испугались, кто десятилетиями паковал, а его поставили только за то, что мемориал восстановил, потому как с офицерской семьи. А его крайним сделали – избитого по сцене таскали! Не избиваю-ют. За что?

Диана (оправдательно). Правильно. Ничего. Чтоб к этой банде даже никто рядом не подходил.

Андрей (иронично). Ну все керманычи Майдана на должностях жирных-то не побывали раньше. Ага, да. Они там с коррупцией боролись, тихо так, на свой карман. Ну, кроме боксера, тот просто еще не успел. Побороться.

Яша. Ой, ну ты всегда всё опошлишь. Главное, что они с народом! А если и дорвутся до корыта, то паковать будут с оглядкой.

Андрей. «С оглядкой» на кого? На новых хозяев? Мазепинщина извечная какая-то.

Яша. Ну а как новых, честных людей привести?

Андрей. Историю не затаптывайте! А то каждый «новый» историю под себя переписывает и «попэрэдников» поносит. По новой власти за ее первую неделю всегда видно, что будет. Бандеру на Администрации повесили! А к чему ведет Бандера, на несколько ходов вперед не задумывались? Национализм – это всегда перманентный конфликт с соседями, и не только с русскими. Историю учите!

Кошулинский. Главное – порядочных, честных привести, систему отбора выстроить. И всё будет!

Андрей. Да нет никаких честных людей! Историю учите! Ортодоксальную, мировую! Власть на противовесах, на противоречиях, на качелях балансирует. И честность человека тоже. Страхом и угрозой наказания управляется – прежде всего, а не честностью. Выгодой! Дай денег приличных вскользь, и самый честный так переобуваться начнет – только удивишься!

Диана. Ну всё, нет сил моих больше эту белиберду слушать. Люди там за вас и будущее свою кровь проливают. Историю сейчас делают, а не думают-рассусоливают в ресторане.

Андрей. Вот именно: «не думают и делают». Это самоубийство называется, когда «не думают и делают».

Диана. Ну и сиди со своей бандой! (Обращаясь к Яше.) Яша, мне надо брата спрятать, а то он в розыске, там ему из Оболонского суда повестка пришла по «Правому вектору». А то его эти твари за Майдан еще угрохают. Его с друзьями на даче у нас в Пуще поселю? Пока всё не утихнет? Он всё равно на Майдане, он, может, там и жить не будет – так, место вещи оставить и укрыться, если что?

Яша. Конечно, конечно. На вот, я тебе денег «насыплю», помоги людям. (Достает из кармана пачку и где-то треть дает.)

Диана (довольная). Ну ладно, я поехала. А вы тут сидите, стратеги. О, Нетудыхата! (Иронично.) И ты приехал! Прямо Анти-майдан какой-то!

Андрей. Ну ладно, едь! А то разозлимся и сольем твоего революционера и тебя вместе с ним! Шучу.

Диана. Не сольете, ты вредный, но честный! И как ты потом без Яши?

Андрей (с улыбкой). Ладно, иди, иди уже.

Появляется Нетудыхата, ставит рядом борсетку на стол, чтоб видеть.

Нетудыхата (стоя). Привет, пацаны. Что вы всё заговоры плетете? Что творится? Какой бардак везде! Дианочка, куда ты?

Диана. Ну всё, я поехала, спешу.

Уходит.

Кошулинский (встает из-за стола). Всё, я тоже погнал. (Нетудыхате.) У нас всё по плану. Ты там, если что, маякни, вдруг по нашим делам чего-то не то.

Нетудыхата. Маякну. Главное, чтобы мне маякнули, а то видишь, что творится. Будь.

Кошулинский уходит.

Нетудыхата (садится за стол и наливает себе кофе). Что, пацаны, всё у нас нормально с ним?

Яша. Та вроде да, только тормозит чуть-чуть. Но всё вроде путем. Визу замголовы ждем.

Нетудыхата. Сегодня папа (показывает глазами наверх) семью собирал, разнос устроил и сказал, что всех раком поставит и свернет «через колено» всю эту «песню соловьиную» на майдане. Сказал, чтоб сопли не жевали, а потребовал жестких мер и посадок. Вы видели, что на Западной делается? Ментов и конторы палят, оружие позахватывали. Говорят, если «банда» останется, то отделяться будут. И, главное, кто говорит? Какие-то радикалы и кто с папой паковал еще пару лет назад. Просто сюрреализм какой-то: одних на других народ сменить хочет, но через свою кровь.

Яша. Старые-новые теперь демократично начнут паковать. Это тоже прогресс. Своего рода уступка. Постепенное цивилизационное развитие.

Андрей (подкалывая). На украинской мове.

Яша. Да, и на украинской мове.

Нетудыхата. Тут сейчас или Белоруссия произойдет – всех раком поставят. Или сепаратистский замес начнется. Вопрос только, кто отделяться будет: запад или восток?

Яша. Та не поставит он уже раком. Нет мощи, да и поддержки нет. Русскоязычный восток по шахтерским копанкам они сами в бомжей загнали, а комерсы восточные также хотят от семейной вертикали петлянуть. За него даже за деньги никто особо не выходит. Так, бандота-гопота и чуть людей с вертикали. Опоры нет. Если Майдан разгонит – крови прольет.

Нетудыхата. Ну да, крови-то он особо не хочет. Он же там церкви, монастыри финансирует. Но, с другой стороны, его уже вкрай достали. Со всех сторон давят. Чего, ему дарить всё, что ли? И кому? Таким, как он сам?

Андрей. Так и что? Говорит, что задавит?

Нетудыхата. Да. Говорит, главное – верхушку Майдана скомпрометировать и на свою сторону перетянуть. Сейчас соглашения готовят, уступки – лишь бы подписали. А они ёрзают. Но каждый свою игру ведет. Да еще посольства тянут каждый на себя. Думаю, решится всё на этой неделе.

Андрей. Главное, чтоб крови поменьше. Плохо, что он бизнес от себя отвернул своим «всё в семью». Сюрреализм, кто на его схемах сидел, и те против – процент не устраивает, хотят больше. Вон видел, как Диана бегает. Где она и где Майдан?

Яша. Блин, пацаны. У меня еще геморрой такой, хотел с вами, как с самыми близкими, посоветоваться.

Нетудыхата. Чего там уже еще? Опять чего-то отжимать начали?

Яша. Да нет. За Диану. Эсэмэски у нее какие-то, больше где-то, чем дома, похолодела как-то, наигранная какая-то стала. Чуйка у меня, что завелся у нее кто-то. Она же, видите, такая экзальтированная барышня, очень чувственная. Блин, аж сердце заболело.

Андрей. Ой, слушай, не парься, куда она от тебя денется? Ты для нее всё. Максимум погуляет и придет. Чего тебе, жалко, что ли? Ты ж не половой гигант.

Яша. Нет. Не хочу. Вот не хочу. Это ты со своим бесчувственным рациональным мышлением, а я не могу. Такой холод от нее какой-то идет. Как будто избегает меня. Только когда что-то надо. Такая язвительная стала. И притом не по-доброму как-то. Не знаю, что делать.

Нетудыхата. Так давай пробьем, хотя бы телефон на соединения – там сразу видно, какой самый близкий круг общения. А ты дома диктофон поставь на голосовое включение – потом послушаешь, о чем болтает.

Андрей. Вот человеческие противоречия: и куда это приведет? Семью развалишь.

Яша. Та ладно, если бы просто погуляла, но охладела она как-то. Там большее. И какое-то презрение появляется. Обидно, главное, и за что? Я же везде и всё для нее. На ручках держу. Дианочка – это, Дианочка – то. Боюсь упустить. Может, дую на холодное? Надо проверить. Помогите.

Андрей. Ну давай поставлю ей на машину трекер-маячок, посмотрим ее маршруты. Виталик, возьми попроси соединения – быстрее всего покажет.

Нетудыхата. Ну давай. Если так тяжко другу. Благо сейчас как раз по Администрации эта тема через меня проходит.

Нетудыхата берет телефон, печатает что-то и звонит.

Нетудыхата. Алло. Привет. А я тебе там скинул цифры. Да, впиши куда-нибудь. Нет, только контакты. Не, печатать не надо, на флешку скинешь. Что у нас по нашим? Есть? Да? Ну заеду через часик. Хорошо, куплю-подвезу. Ага. Будь.

Яша. Что? Получится?

Нетудыхата. Да, сегодня заберу. Это всё фигня. Вот что с нами будет? Такое нездоровое назревает! Будем мы катиться с этой революцией и дна не увидим.

Андрей. Та не парься, у тебя же не статусная должность, пропетляешь. Тебя не видно, не слышно. Эти новые если зайдут – те же старые. Тебе всегда место найдется.

Нетудыхата. Да, надо же кому-то говно выгребать, чтобы не пачкаться. Я не за себя, я в общем боюсь. Куда мы сползаем уже четверть века? В Сомали какое-то?

Андрей (иронично). Народ хочет сказки. Как в Европе. Вон и Яша туда же. Свобода подразумевает ответственность! (Задумчиво.) «А вынести этого противоречия Михаил Самуэлевич не мог, потому как имел вспыльчивый характер», – как сказал классик.

Нетудыхата. Ничего народ не учит. Была ж уже «помаранчева». Сменились кураторы страны, да и только. Будет прикольно, как голый казак Гаврилюк в костюмчик с синим отливом переобуется. Но, с другой стороны, страшно. Это же еще большая пропасть.

Яша. Та не сгущайте. Каждая революция – это подвижка сознания.

Андрей. Да если она подкреплена ростом образованности. Но кураторам нужна для управляемости тупость. И последние четверть века мы ее только наращиваем.

Нетудыхата (смотрит сообщение на телефоне). Всё, рад был видеть. Маяки (показывает на телефон). Я поехал.

Яша. Давай, будь. Мы тоже идём. Не забудь за меня, пожалуйста.

Уходят, оплачивая счет. Занавес.

Рейтинг@Mail.ru