Ну держитесь, инопланетяне…

Любовь Кигимская
Ну держитесь, инопланетяне…

Все персонажи в моей книге являются вымышленными и любое совпадение с реально живущими или когда-либо жившими людьми случайно.

Глава 1. Гроза

Аполлинария Ивановна

Старушка восьмидесяти пяти лет копалась на грядках на своем дачном участке. Старушка для своих лет очень хорошо справлялась. На участке были ровно посажены грядки с морковкой, луком, укропом, перцем, петрушкой… Так же на участке находилась беседка, теплица, банька, и другие мелкие постройки. Старушку звали Аполлинария Ивановна или тетя Поля. Она была совестью всего близлежайшего окружения дачников. На ее участке был порядок. Она жила на даче с первых теплых весенних дней и до поздней осени. А ее соседи приезжали набегами, они старались равняться на старушку. Характер у старушки был еще тот. За мягкостью тона, шутками и улыбками тетя Поля могла так отчитать, что становилось неуютно. Но все соседи относились с уважением за ее трудолюбие и не злобливость.

В один из дождливых дней, небо было раскроено молниями. Погода сошла с ума, лило как из ведра, сверкало, гремело… Но старушка, закаленная в трудностях жизни и не привыкшая склоняться перед какой-то грозой, с зонтом в руках, накрывала рассаду огурцов. Она боялась, что ветер и сильный ливень поломает хрупкие стебли. Так было уже не раз и не два, когда не думая о своем здоровье она спасала урожай. В очередной раз, когда сверкнула молния, сразу раздался оглушительный треск. Вдруг все завертелось со страшной скоростью. Тетя Поля упала на колени, а потом на бок, она старалась удержаться. Водоворот из дождя и ветра подхватил её вместе с участком и поднимал все выше и выше.

Старх

Старх смотрел на лежащее перед ним существо и размышлял. Вот уже семь дней это существо, а вернее женщина, старая женщина, лежала на медицинском столе-лежаке. Он не решался отдать приказ, чтобы ее препарировать, потому что жизнь еще теплилась в ней. Они ошиблись в расчетах и вместо густонаселенной местности, как изначально планировали, кусок почвы вместе с этой женщиной вырвали где-то на берегу реки. Помешала сильная гроза: «чтоб она была не ладна». Вдруг женщина очнулась и произнесла непонятные звуки, чуть слышно:

– Пить, дайте пить – потом снова отключилась.

Вот тогда Старх принял решение. Он вызвал медика Юрана и приказал ему срочно разобраться, что требуется для поддержания организма этого существа.

– Юран, эта женщина борется за жизнь уже семь дней, попробуй восстановить ее функции. А если не получится, то посмотреть, что внутри, мы успеем.

– Хорошо, Старх. Я попробую. Но посмотри сам, это очень слабое существо и старое, очень мягкое тело и какие-то следы на ногах, кровоподтеки.

– Попробуй Юран.

Юран

Юран взял анализы крови и удивился, состав был схож с их кровью, а вот тело, ну уж очень мягкое. Он осторожно ввел капельницу в вену и стал капать раствор, который восстанавливает организм. Этот раствор был чудесным, он избавлял от болезней и старости, продлял жизнь до ста пятидесяти лет. «Как подействует на существо с чужой планеты? Буду надеяться, что поможет» – думал Юран. В раствор он подмешал снотворное, чтобы существо не проснулось. Три дня непрерывного введения лекарств дали удивительные результаты. Женщина молодела, морщины разгладились, но вот тело так и осталось мягким. Юран недоумевал, как же так, ведь состав крови одинаковый, а результат не такой как хотелось бы.

«Странное существо» – думал Юран, когда существо принесли в медкомнату. Он в первую очередь освободил существо от мокрой одежды, снял все, что было на ней, выбросил в утилизатор. Обтер тело раствором. Теперь существо лежало на лежанке без одежды и тело выглядело беззащитным.

В комнату быстрым шагом вошел Старх.

– Что скажешь, Юран? Живое еще существо?

– Да, Старх, жива. И посмотри какие изменения.

– Хм… Она стала выглядеть моложе. Да и тело немного стало другим.

Он притронулся к существу и поразился податливости и мягкости тела.

– Хорошо, продолжай лечение, а когда придет в себя, сразу позови меня.

– Как скажешь, Старх.

Аполлинария Ивановна

Аполлинария Ивановна проснулась с чувством необычайной легкости во всем теле. Она потянулась, зевнула и открыла глаза. Помещение было не знакомое, кругом какие-то непривычные предметы и очень голубые стены.

Она повернула голову и встретилась с глазами человека. Со странными огромными стрекозиными глазами. Он тоже смотрел с изумлением.

– Сладенький мой, а я где? – спросила Аполлинария Ивановна.

Странный человек заморгал большими глазами и кинулся прочь в дверь.

Аполлинария Ивановна встала со странной мягкой лежанки. Шаги давались очень легко, а вот мысли путались в голове. Аполлинарии Ивановне казалось, что она все еще спит. Она обошла комнату, заглянула в небольшую дверь. «О, туалет» – подумала Аполлинария Ивановна. Туалет был без унитаза, но с дыркой в полу. Потом она подошла к подобию раковины и крана, стена сразу стала зеркальной.

– Это что я? Я? – удивленно рассматривала себя Аполлинария Ивановна.

Тело молодое, голое… Голое!!! Испытала шок, но разглядывать себя не перестала. Лицо и тело почти без морщин и обрюзглости, а вот волосы по-прежнему седые полностью. И вес меньше вроде стал и ноги не отечные, без лопнувших вен и красноты на щиколотках.

Аполлинария покрутилась перед зеркалом и случайно провела рукой у крана, потекла вода. Сразу захотелось сильно пить, но она побоялась, вдруг вода не чистая. Она сначала понюхала воду, потом лизнула мокрую ладошку. «Вода, как вода». Умылась тщательно и стала искать во что бы завернуться или надеть на себя. Но ничего не нашла. Аполлинария Ивановна вышла обратно в ту же комнату и увидела двоих мужчин странно одетых, с огромными глазами, как у стрекоз.

– Миленькие, а я где? Мне бы одежонку какую, – спросила Аполлинария Ивановна и замерла в ожидании.

Старх

Когда за Стархом прибежал Юран с восторженными воплями «очнулась», они вдвоем быстрым шагом пошли в медкомнату. Зашли в комнату и остановились с ужасом осознавая, что существо пропало. Но тут раздался шум из туалетной комнаты и оба облегченно выдохнули. Ведь они не знали возможностей существ с той голубой планеты, откуда был взят целый участок почвы и существо. Вдруг она может ходить сквозь стены или телепортироваться. Через некоторое время дверь открылась и вышла женщина. Старх поразился, что тело стало очень изящным, очень похожим на тела их женщин, только более округлое, с пышными грудями и бедрами. А вот глаза были маленькими, но очень выразительными, голубого цвета. Волосы тоже удивили, они были белыми, таких волос у их женщин не было. Хотя и женщин на планете мало осталось, на каждых десять мужчин одна женщина.

Женщина произнесла:

– Миленькие, а я где? Мне бы одежонку какую.

Старх переглянулся с Юраном.

– Сходи за лингвистом, пусть придет с приборами. И принеси халат, ведь одежду, которая была на ней мы утилизировали.

Старх внимательно рассматривал женщину. «Красивая, даже к таким маленьким глазам можно привыкнуть. Это ее не портит. Интересно, сможем мы понимать её речь?»

Орах

Лингвист Орах пришел быстро, он был уже в курсе, что есть существо с чужой планеты. Любопытство подгоняло. Зайдя в комнату, он присвистнул, смешно сдвинув нижнюю челюсть вперед. Необычное существо, изящное и в то же время немного отталкивающее.

Вернулся с халатом Юран. Женщина взяла халат, сказала:

– Вот спасибо, родненький – быстро одела на себя и села на лежанку.

– Миленькие, а я где? – снова спросила она.

Орах осторожно приблизился к ней и надел на шею цепочку с кулоном, а на ухо прикрепил клипсу с таким же голубым камнем. Спросил медленно растягивая слова:

– Кто ты?

– Так Аполлинария Ивановна я. Миленький, а я где? – спросила она, глядя на Юрана.

Все трое мужчин переглянулись, такое обращение было принято только между женщиной и ее мужчинами в «беллус керкулус – милом круге». Она что приняла Юрана в свой «милый круг»?!

А женщина продолжала:

– Такая гроза была сильная, у меня всю рассаду чуть не поломало, я с зонтом лазила, чтобы укрыть огуречник. Ой, боже мой, а сколько я тут? У меня же не политы грядки, поди засохло все.

– Ты на корабле, мы находимся уже далеко от твоей планеты. Наша миссия была рассчитана на изъятие проб грунта и нескольких существ, но была гроза и наш корабль немного сместился. Попала только ты и грунт. Меня зовут Старх – пилот корабля, это Орах – лингвист, это Юран – медик.

Аполлинария Ивановна сидела притихшая, потом вдруг встала и сказала:

– Возвращайте меня, у меня там урожай погибнет, ухаживать за участком некому. Сноха не может, внучке некогда, а правнуки еще маленькие. Давайте, разворачивайте свой корабль.

– Нет, это невозможно, мы уже набрали скорость и летим к нашей планете. Ты как чувствуешь себя Аполлинария Ивановна? – с трудом выговорил Старх незнакомое имя.

– Да ничего, нормально, только пить хочу и есть. А сколько я тут дней?

– Сегодня уже тридцать дней – ответил Юран.

Женщина с ужасом посмотрела на инопланетян, как это она тридцать дней уже не поливала свои грядки? Ох, и сноха ее потеряла, наверное, звонила уже сколько раз, а может уже и приехали на дачу, а ее там нет. И все высохло. Ягоды, наверное, уже перезрели, как раз ведь виктория должна была поспеть. Закрыв ладошками глаза Аполлинария Ивановна громко расплакалась.

Орах, Старх и Юран просто замерли, у них на планете, если женщина плачет, то это самое плохое, что может случится в жизни мужчин всей планеты. Они переглянулись и Старх приблизился к женщине:

– Хочешь посмотреть на участок где мы тебя нашли?

Аполлинария Ивановна перестала всхлипывать и закивала. Она встала и все вместе они пошли к выходу из помещения. Но пройдя несколько шагов она ойкнула и приподняла одну ногу. Только теперь они поняли, что она не одета, ноги ничем не защищены.

 

– Аполлинария Ивановна, нам нужно вернуться, ты должна одеться. Потом мы пойдем смотреть твой участок – сказал Старх.

Юран побежал на склад за одеждой и обувью, Старх ушел поговорить с главнокомандующим корабля, а Орах остался с женщиной. Он внимательно разглядывал существо. Аполлинария Ивановна все бормотала про не политые грядки и что ее потеряли.

Орах пытался её успокоить и расспросить, но женщина была занята своими мыслями.

Анверх

Главнокомандующий был недоволен. Он сидел в аппаратной комнате, смотрел в визорный глазок на удаляющуюся планету и злился.

«Будь неладна, это гроза. Она спутала все планы. Придется отчитываться перед правительством планеты. Задание выполнено не так, как хотелось бы» – думал главнокомандующий полетом.

Вначале все шло по плану. Они подлетели к голубой планете, как всегда в режиме невидимости. Облетели планету, разглядели материки. Поняли, что на планете есть живые существа. На первый взгляд, не только живые, но и разумные. Было видно, что построены здания, что есть какие-то механизмы. Все говорило о разумности существ. Он, как главнокомандующий принял решение изъять квадрат почвы вместе с существами и квадратным зданием небольшого размера. Туда входили и выходили существа. Заходили с небольшими емкостями в руках, а выходили с большими пакетами или коробками. Или же катили непонятные конструкции к механизмам, стоящим в рядах перед зданием. Все пакеты выгружали из хрупких конструкций в механизмы, садились в них и уезжали.

«Похоже на наши диски для передвижения на нашей планете, но непонятно как управляются, – подумал тогда Анверх. Он решил изъять это здание.

Для изъятия объекта необходимо было спуститься ниже к планете. Когда корабль снизился, небо потемнело. Началась гроза. Молния сверкала так близко к кораблю, что пришлось немного отклониться от намеченной цели. Когда гроза стала затихать, вернулись на прежнее место. Уже включили режим подъема почвы… и в этот момент снова ударила молния.

В итоге на борт подняли маленькое строение, с какими-то растениями и грядками. Еще там было одно живое существо. Главнокомандующий сходил посмотреть. Существо было еще живое, но как будто без сознания.

«Скорее всего не выживет. Может не подходит наш воздух или сила тяжести другая, – думал Анверх, разглядывая существо. – Похоже на женщину, но очень неприятную на вид. Тело белое, рыхлое, мягкое. Да, скорее всего существо не удастся довести до планеты. Как же не вовремя началась эта гроза, ведь можно было попытаться поднять тот объект. Но нужно в первую очередь думать о безопасности корабля».

С такими мыслями главнокомандующий ушел к себе и решил, что не будет думать об этом. Приказал следить за существом и накрыть куполом, поднятый участок почвы.

Глава 2. К неизвестной планете

Аполлинария Ивановна

Корабль был огромный многоярусный, с помещениями для людей и для роботов-уборщиков/ремонтников. Перемещаться можно было на лифтах, которые могли скользить по окружности или вверх и вниз. Когда главнокомандующий дал разрешение на вольное перемещение инопланетянки, вся их небольшая компания спустилась на нижний ярус.

Аполлинария Ивановна увидела свой дачный участок в целости и сохранности, со всеми постройками и грядками. Когда они все вместе зашли на участок, Аполлинария Ивановна тут же начала командовать:

– Родненький, ты тут не наступай, тут растет петрушка. А это цветочки. По дорожкам только ходите. У меня был кот Барсик, так все соседи удивлялись, он никогда по грядкам не ходил, только по дорожкам.

Юран пристыженно стоял на дорожке и боялся наступать дальше, его сравнили с неразумным котом. Мужчины немного понаблюдали за инопланетянкой, осмелели и решили ходить следом. А Аполлинария Ивановна причитала, что уже и ягоды созрели и огурчики выросли, хорошо хоть почва не сухая. Она сорвала 4 огурца, пополоскала их в бочке с водой и с удовольствием захрустела. Протянула и мужчинам по огурцу. Они несмело взяли и с видимым отвращением откусили по маленькому кусочку. Но огурец на вкус понравился и скоро все четверо весело хрустели. Потом Аполлинария Ивановна набрала в тарелку клубнику:

– Вот клубника, созрела уже. Вкусная, ешьте – тоже угостила стрекозоглазых.

Цвет ягод был красный, а на их планете все, что красное, считается ядовитым, они дружно отказались. Увидев, что женщина увлеченно занимается своими делами, они оставили Аполлинарию Ивановну на ее участке, тем более что в домике у нее одежда была и еда привычная для ее организма. А у них тоже были свои обязанности.

Старх

Участок перенесенный с другой планеты находился под куполом. Там была установлена постоянная температура и поддерживалась влажность. Через некоторое время, после того как, Аполлинарию оставили одну, Старха вызвал главнокомандующий полетом. Он приказал следить за инопланетной женщиной.

– Срочно узнай, что там происходит. Из-под купола чувствуется какой-то запах гари.

Старх со всех ног бросился к лифтам. Когда он добрался до нижнего яруса и зашёл под купол, то сначала ничего не мог понять. Столько едкого дыма было под куполом.

Аполлинария Ивановна лежала у входа в маленькое помещение, снова раздетая, без сознания.

Он вызвал робота очистить воздух, а сам поднял женщину на руки и понес в медкомнату. Старх держал мягкое тело женщины на руках и думал, что более мягкими на их планете были только гусеницы-джу, которые в конце лета закукливаются, всю зиму спят, а весной становятся крылатыми феями. Их век одно лето. Может Аполлинария Ивановна тоже относится к какому-то из таких видов. Потом он вспомнил, что нашли они ее очень старой. На их планете никто не выглядел старым, тем более женщины. Старх торопился, бежал до медкомнаты на предельной скорости, ему очень хотелось быстрее помочь женщине.

В медкомнате Старх аккуратно положил женщину на лежанку, а Юран поставил снова капельницу. Юран сочувственно посмотрел на женщину, она ведь их приняла в свой милый круг и вот ей снова плохо. Хоть бы она выжила.

Аполлинария Ивановна

Аполлинария Ивановна пришла в себя утром следующего дня, огляделась, удивилась что снова находится в медкомнате, пошла в туалет. С удивлением снова посмотрела в зеркало. «Да сбросила я много лет». Из зеркала на нее смотрела Аполлинария лет тридцати. «Фигурка как точеная – вспомнила она, как говорили про нее в этом возрасте, – только вот голова осталась седой». Она вспомнила вдруг, что она уже давно не на своей планете и там далеко-далеко остались все её родные и могилки родных. Заплакала навзрыд, горько-горько. Наверное, ее уже считают умершей и ставят в церкви свечки. Как же хочется увидеть хоть издалека своих родных. А еще посетить могилы матери отца и обоих сыновей, попрощаться с ними. Слезы катились градом, она плакала безутешно, горько.

Дверь распахнулась, она вздрогнула от неожиданности, повернула голову и увидела испуганного Юрана.

– Что случилось Аполлинария Ивановна?

– Ничего миленький, просто вспомнила, что на земле меня потеряли и что я их больше не увижу – всхлипывая, сказала Аполлинария Ивановна.

– Не плачь Аполлинария Ивановна, твой участок очистили от дыма, – начал рассказывать Юран.

В комнату в это время вошли Орах и Старх.

– Что тут происходит?

– Аполлинария Ивановна расстраивается, что не может вернуться на свою планету, – сказал Юран.

– Аполлинария Ивановна, ты расскажи, что произошло с тобой на участке, почему было столько дыма? – спросил Старх.

– Так я баньку решила протопить, помыться, а то месяц ведь немытая.

– Пойдем расскажешь, что и как ты делаешь, чтобы больше не было недоразумений, – сказал Юран и протянул халат и обувь.

Линд

В этот раз к ним присоединился еще один мужчина, он был ниже ростом, крепкий и глаза были чуть меньше размером, чем у остальных. Его представил Старх:

– Аполлинария Ивановна, познакомься, это наш лесовник Линд. Он посмотрит на твои растения. Ты не против?

– Ну что ты, родненький, конечно нет. Я все расскажу, покажу и научу.

Лесовник покосился на Старха, он удивился, почему эта инопланетянка называет Старха «родненьким». Но еще большее удивление вызвало то, что никто из троих мужчин не удивился такому обращению.

Под куполом Аполлинария Ивановна снова заохала и заахала. Стала собирать огурцы, угощать мужчин и сетовать, что листочки подсыхают. Линд стал ходить следом и расспрашивать, как и что растет, как называется, а Аполлинария Ивановна стала рассказывать:

– Смотри, вот это клубничка, это ягода, вкуснющая, у меня так ее внучатки любят. – Она остановилась, замолчала, из глаз скатилась слезинка. Линд был потрясен, женщина плачет, он начал озираться в поисках своих коллег, но они ушли, не предупредив, видимо, чтобы не мешать общению. Он не знал, что ему делать. А Аполлинария Ивановна смахнула слезинки и продолжила рассказывать:

– А это укроп, его в суп кладут, и в салат, это приправа. Ой, – вдруг всполошилась она, – у меня же холодильник разморозился наверное.

И бегом побежала в домик. Линд пошел следом. Холодильник разморозился, продукты в нем пропали. Аполлинария Ивановна, причитала, что теперь у нее ни молочка, ни сметанки нет, и яйца, наверное, протухли. Линд вызвал робота-утилизатора, они вместе почистили холодильник, а потом он позвал электронщика, чтобы тот разобрался с непонятным агрегатом. Аполлинария Ивановна, вышла снова на участок и стала наводить порядок. Уже день был на исходе, а она все причитала над грядками и рассказывала-рассказывала про каждое растение, куст и дерево. Линд уже устал, несмотря на то что он мужчина, а Аполлинария Ивановна даже не присела ни на минуту.

Пришел Старх и сказал, что он просит Аполлинарию Ивановну пойти спать, что ей приготовили комнату с очистителем тела и туалетом, чтобы она снова не стала «топить баньку». Аполлинария Ивановна приговаривала «сейчас, сейчас», но никак не могла завершить накопившиеся дела. Старх наблюдал за женщиной. Несмотря на то, что она была такой мягкой телом, но видимо очень прочной, раз столько времени не уставая работала.

Старх

Женщины их планеты были изнежены вниманием мужчин, они впускали в свой милый круг только двоих мужчин, остальные могли быть рядом в свободное время, но без разрешения женщины они не могли заходить в её дом. А секс мог быть у женщины с любым мужчиной, который ей понравится в этот день. Он вспомнил случай, когда шел по магазинным рядам и его увидела красавица Элиз. Она его поманила к себе пальчиком. Он пошел за ней. Он взрослый уже мужчина, забыв о том куда шел, таскался весь день за Элиз и надеялся, что она его пригласит к себе. Она, ухмылялась и ходила-бродила, покупая всякую всячину. Потом обняла его за шею, стала оседать, он подхватил ее на руки и нес на руках до дома. На входе она спустилась с его рук, зашла в дом, но его не позвала. Старх целый час стоял у дверей и ждал. Когда он уже решил уходить, его позвали в дом.

Старх вошел в комнату, увидел, что мужчина ласкает голое тело Элиз. Старх напрягся. Это считалось унижением для мужчины. Не допускалось наблюдать за женщиной и мужчиной во время секса. Но Элиз оттолкнула своего мужчину и сказала, чтобы он вышел, а Старха снова поманила пальчиком. Он запомнил этот день на всю жизнь. Элиз так и не сказала ему ни одного слова и не спросила, как его зовут. Но он ласкал ее и наслаждался сам. Он облизал все ее тело, грудь и промежность. Как же он был возбужден. Его половой орган был напряжен и очень болел, но он знал, что не может даже прикоснуться им к женщине, пока она сама не попросит об этом. Элиз потянула его на себя, когда он думал, что уже не сдержится и изольётся. Он вошел в ее плоть, Элиз застонала от наслаждения, а он после нескольких движений, быстро вынул орган из Элиз и излился на простыни. Элиз тут же оттолкнула его. Она позвала мужчину, который до Старха ее ласкал, а Старху указала пальчиком на дверь. С тех пор в жизни Старха не было ни одной женщины. Он хранил память о том дне.

Сейчас, наблюдая за Аполлинарией Ивановной он вдруг вспомнил тот день в подробностях и его половой орган стал увеличиваться. Он усмирил плоть силой воли и снова позвал женщину. Она с сожалением посмотрела на грядки, но пошла с ним. Вдруг остановилась, сказала:

– Подожди, родненький, я возьму с собой огурчиков и ягод, а то не ела весь день.

Старху стало стыдно, что он не подумал о женщине, о еде и одежде для нее. А она приняла его в милый круг, называет «родненький, миленький». Старха так не называла еще ни одна женщина. «Надо позаботиться о еде, одежде и комнате для Аполлинарии Ивановны» – думал Старх, ведя ее к лифту.

 
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13 
Рейтинг@Mail.ru