Мне не страшно теперь умирать

Любовь Дмитриевна Бурнашева
Мне не страшно теперь умирать

– Тебе куда, дочка? – Лиля молча показала рукой по направлению дороги. – Садись, довезу если по дороге. Далеко собралась?

Водитель ещё что-то спрашивал, но она, как только села в машину сразу заснула. Двое суток без сна и еды её подкосили.

– Просыпайся, – Водитель дотронулся до руки, – Пойдём, дочка, поедим. – Машина остановилась возле придорожного кафе.

– Нет, спасибо, – Она тихо ответила.

– У тебя денег наверно нет?

Лиля пожала плечами и спускаясь вниз с кабины фуры, она не заметила, как водитель засунул ей несколько купюр в карман кофты. Чувствуя, что ей становилась всё хуже Лиля присела на скамейку возле террасы. Перед глазами появился яркий слепящий свет, он бил в глаза как прожектор, слепил, проникая в голову и отражаясь, он кружил там в голове, и вырываясь обратно из глаз, возвращался в свет прожектора. Лиля закрывала лицо руками, зажмуривала глаза, но свет оставался внутри и кружась, светил разрывая голову. Звуки стали резче, она слышала даже шорох песка, гоняемый ветром. Рядом остановилась машина. Смех и разговоры людей, вышедших из неё, били по ушам. Она пыталась заткнуть уши пальцами, но звуки становилось резче, звучали криками в голове.

– Я знаю её, – Девушка говорила шепотом, а Лиле казалось, что ей орут прямо на ухо – Это жена того певца. Что-то она плохо выглядит. А остальные где интересно? – Они прошли мимо.

Свет из белого постепенно стал меняться, сначала в блестящий, сверкающий тысячами маленьких ярких точек, потом стал серебристым и наконец начал таять. Зрение к ней вернулось. В голове теперь звенело от шума и голода. Возле Лили присела девушка:

– Здравствуйте, я вас знаю, вы Лиля, – Девушка приветливо улыбалась. – Можно узнать, что вы тут делаете, так далеко от города? Вы на выступление едите? – Завалила вопросами. Лиля только покачала головой. – А куда вы едите? – Лиля махнула рукой вдоль дороги. – А вы одна? – Она кивнула. – А поехали с нами? Мы в туже сторону едем, подвезем вас. Меня Света зовут.

Лиля ещё раз кивнула. К ним подошли три парня. Света представила их:

– Мы группа, тоже поём, но только на улицах, по городам путешествуем, куда пригласят, там и выступаем.

Лиля села на заднем сиденье машины, выпила предложенной воды и сразу же уснула.

– Выглядит она чего-то плохо, наркоманка наверно, – Один из парней стал её разглядывать. – А почему она одна путешествует?

– Не наркоманка, – Заступилась Света – Наверно с мужем поругалась, может побил. Он у неё какой-то нервный. Я раз была у них на концерте, он на сцене ей в любви признавался, а за кулисами ругал за что-то. Псих какой-то. Может она сбежала от него. Пусть поспит, потом спросим куда она едет. Поехали.

Машина остановилась возле большого здания, стоящего рядом с дорогой и окруженное с трёх сторон густым лесом.

– Лиля, мы приехали, – Света потянула её за руку – Это гостиница моей тётки. Тут дальнобойщики отдыхают. Пойдёмте.

Лиля огляделась – на стоянке, рядом со зданием было много больших машин, а по краям стоянки и возле входа в гостиницу ярко освещая территорию стояли фонари, и они были причудливой формы в виде подсвечников с тремя свечами. Свежий лесной воздух помог прийти в себя, Лиля вздрогнула от холодного ветра и засунула руки в карманы, в одном что-то зашуршало, зажав это в руке она вытащила и удивленно посмотрела. На ладони лежало несколько купюр. Лиля попыталась вспомнить откуда они, но голова снова закружилась. Парни её поддержали и осторожно завели в холл, посадили на стул. К ним тут же подбежала хозяйка постоялого двора. Татьяна, невысокая, дородная женщина радостно встретила гостей, её голос эхом разносился по просторному холлу гостиницы. Лиля с трудом переносила её громкий голос.

– Тетя, познакомься, это Лиля. Она жена, – Лиля схватила Свету за руку, оборвав её на полуслове.

– Здравствуйте, можно мне комнату, – Она протянула деньги хозяйке, – Правда документов у меня с собой нет.

– С вами что-то случилось? Вас обокрали? – Голос Татьяны бил по ушам.

– Нет, так получилось, – С трудом проговорила, она не смогла сказать неправду, – Мне не здоровиться, я хотела бы прилечь.

– Света, отведи гостью наверх, там угловая комната свободна и ужин ей отнеси, а то я смотрю бледная да худая, краше в гроб кладут, – С жалостью, пристально посмотрела в глаза Лиле. – Не беспокойтесь, мы всех принимаем. Деньги убери, потом рассчитаешься. Света, веди гостью, а то она на ногах еле стоит.

Комната была небольшая. Прямоугольная с одним окном. Возле стены стояла большая кровать, посередине комнаты стол и несколько стульев. Лиля открыла окно, всматривалась в небо.

– Я вам ужин принесла, – Света, постучав в дверь, зашла в комнату, – Может вашему мужу сообщить, что вы здесь. Или сами позвоните. А может вам врача вызвать?

– Спасибо, Света, ничего не нужно. Я тебя попрошу мужу моему ничего не сообщать, всему свое время, – Лиля повернулась, посмотрела в глаза и Свете стало неуютно под пристальным взглядом странных светящихся глаз, – Даже если встретишь его, не говори обо мне.

– Хорошо, это не моё дело. – Света уже выходила из комнаты, когда Лиля окликнула её.

– Света, спасибо тебе, – Тихо сказала – Принеси мне, пожалуйста, тетрадь и ручку. – И снова отвернулась, пристально вглядываясь вдаль.

Через несколько минут Света вернулась, положила на стол тетрадь:

– Вы бы поели, остынет. И отдыхать легли.

Лиля села и дрожащими руками стала что-то быстро писать, потом протянула написанный текст девушке.

– Это мне? – Не веря своим глазам, – Это нам ваша песня? Спасибо, – Она подбежала, обняла Лилю, – Я побегу парням покажу?

– Беги, – Устало ответила.

Света поцеловала в Лилю щеку и смеясь убежала. Когда шаги затихли, Лиля снова подошла и стала всматриваться в темноту над лесом, шептала слова, плакала. Ветер шелестел над соснами и разгонял случайно забредшие в эту сторону тучки. Сегодня Лиле нужно было чистое звёздное небо. Но к рассвету ей стало хуже, и она без сил упала на кровать. Утром Света зашла узнать, как прошла ночь и застала Лилю без сознания, прибежавшая на её крики Татьяна быстро привела Лилю в чувство, напоила её каким-то отваром, заставила лежать в постели, а Свету ухаживать за ней, и та, болтая без умолку поила Лилю горячим бульоном:

– Нам так понравились слова, парни уже музыку подобрали, мы потом тебе покажем. Вот еще ложечку бульона скушай. А мы любим путешествовать, на площадях выступаем. Я видела по телевизору фестиваль, ты там такая крутая. Я тебя обожаю, а вот муж твой, хоть и хорошо поет, но мне кажется он тебя недостоин. Разве можно в таком состоянии жену отпускать.

Она еще долго болтала, и Лиля уснула под её голос. Ей приснился Слава, он присел рядом, гладил её по волосам и тихо пел.

Шестая глава

Нож выпал из рук. Он швырнул овощи на стол. Злость и бессилие мешали сосредоточиться. Хотелось все раскидать, разломать, прекрасно понимая, что это не поможет успокоиться. Он смотрел со злостью на мясо, будто оно тоже виновато в его несчастье.

– Слава, – Сверху спускался Роман, – Я договорился, к вечеру будут видео с камер. Постарайся взять себя в руки. Отойди, – Он отодвинул Славу от стола – Я сам приготовлю, посиди, выпей чай.

– Рома, а если она к нему ушла, – Слава устало вздохнул. – Может он приехал за ней? Забрал её у меня?

– Ага и она без документов к нему побежала, – Грустно пошутил Роман, – Владимир на гастролях на другом конце страны, я уже посмотрел. И как бы она поехала к нему, на машине, без прав и денег? Ты вспоминай, может она говорила, что её тревожит? В прошлый раз она ушла, оставила тебе стихи, может и сейчас тоже написала? Поищи по комнатам. – Роман показал рукой на телефон, – Ты в её телефоне посмотри, может она переписывалась с ним. Будешь знать точно, продолжают они общаться или нет.

Слава знал, что тревожило Лилю. Говорит об этом он не хотел, не его это тайна. Пересиливая неловкое чувство, стал просматривать записи в телефоне. Ни звонком и смс, вызывающих подозрения он не нашел. Зашел в почту:

– Тут сообщения от Владимира, – Закричал, вскочил, но тут же сел назад, – Но она их не даже открывала, посмотри, – Слава протянул его Роману, – Она не читала их.

– Открой, узнаем, что он ей пишет, – Роман сел рядом.

– Нет, пока не буду. Лиля вернется, ей не понравиться это. Если она их не читала, значит это ей не интересно.

Он прошел по всему дому, но не нашел ничего, никаких подсказок, записок. Опять сел в кресло, посмотрел на свой портрет, вспомнил как предложил дописать его, чтобы она была нарисована рядом с ним. Вспомнил как она со слезами на глазах на это отреагировала. Тоска безвыходности навалилось на него.

Ближе к вечеру прислали видео с камер.

– Вот смотри, – Роман открыл видео – Она выехала из города, в машине одна. Вот это видео с заправки. Машину поставила на стоянку и пошла к дороге. Остановила фуру, водитель помог ей сесть. Номера машины не видно. Больше ничего не нашли. – Роман посмотрел на Славу, но тот не знал, как реагировать на увиденное. – Вспомни, может у нее родственники в том направлении живут?

– Нет, у нее никого нет. Зачем она туда поехала? А если водитель маньяк? Он с ней всё что угодно может сделать. Она такая слабенькая, отпор не сможет дать, – Слава вскочил, – Поехали туда. Может найдем свидетелей. Надо искать её. Я на мотоцикле поеду, ты следом.

– На моей машине вместе поедем, вашу надо забирать, ты куда мотоцикл потом денешь?

Отрешенно глядя в одну точку, Слава сидел на переднем сиденье автомобиля и только крепко сжатые кулаки и временами скрипевшие зубы выдавали в нем нетерпение и злость. К заправке они подъехали уже вечером. Еще раз пересмотрели камеры, установленные на здании, ничего нового не нашли. Работники не смогли вспомнить Лилю.

– Рома, поедем дальше по дороге, до следующей заправки, может эта фура там заправлялась? – Слава всё заметнее начинал нервничать.

 

Он заглянул в свою машину, осмотрел весь салон, но ничего кроме ключей от машины не нашел. Понял, что она не собиралась возвращаться, оставив машину открытой и с ключами.

Поздно вечером подъехали к придорожному кафе. Возле него стояло несколько машин похожих на ту, на которой уехала Лиля.

– Вы видели вот эту девушку? – Слава показал фото работнику кафе. Тот внимательно посмотрел и отрицательно покачал головой, – А можно ваши камеры посмотреть, возможно вы её не заметили?

Роман пошел договариваться с хозяином кафе, а Слава вышел на улицу. Он ходил вокруг машин, высматривая в кабинах Лилю.

– Мужик, чего надо? – окликнул его из кабины водитель.

– Я жену ищу, она уехала на похожей машине, – Он протянул ему фото, – Может видели её?

– Видел, я её вез, – Он отдал фото назад.

– Где она? – Слава стал заглядывать за плечо водителя – С вами?

– Нет, она вышла здесь. Я хотел ее накормить, но она отказалась. Потом на лавочке сидела. Говорит, дальше надо ехать, торопилась. А с кем уехала не видел. Выглядела больной. Ты зачем её в таком состоянии отпустил?

– Я не отпускал, сама уехала, – От услышанного у него опустились руки.

– Слава иди сюда, – Из кафе махал рукой Роман, – Она тут была.

– Я знаю, я водителя нашел.

На видео они увидели –«Лиля вышла из машины, с трудом дошла до лавочки. Сидела обхватив голову руками, было видно, что ей очень плохо. К ней подошла девушка, они разговаривали. Девушка помогла ей сесть к ним в машину, и они уехали.»

– Номера не видно на машине, грязные, а что там дальше по трассе? – Роман спросил у хозяина.

– Они свернули налево, тут на камерах видно часть дороги, – Хозяин посмотрел на карту, – До ближайшего города восемьсот километров, есть по трассе несколько деревень.

– Слава, надо в полицию сообщить, возможно они смогут разглядеть номер автомобиля. Пусть они ищут. Поехали домой. Сами мы её не сможем найти. – Роман потянул Славу к выходу.

Тот нехотя согласился. На обратном пути Слава пересел в свою машину. Он держал руль как руки любимой, чувствуя её тепло на руле. Немного успокоился, что она жива и дальнобойщик с ней ничего не сделал. Поставив машину в гараж, он не стал заходить в дом, пустота и тишина дома его пугала и сразу поехал в полицию.

– Рома, поедем со мной, я сейчас один не смогу в дом зайти, – Слава, выйдя из полиции, устало посмотрел на Романа. – Я с ума сойду от тишины, без нее.

– Хорошо, поехали. Я попробую найти друга из того города. Может поможет в поисках. И по интернету сейчас всё скинем. Так даже быстрее поиски пойдут, чем пока наша полиция зашевелиться.

Дом, глядя пустыми черными глазами-окнами, встретил их звенящей тишиной. Слава прошёл по дому и включил свет сразу по всем комнатам. Взял гитару, сел в кресло и стал тихо петь. Фрем лег возле него и положил ему на ногу свою морду, а Роман пошёл разогревать приготовленный им обед:

– Слава иди поужинаем, или скорее всего это уже будет ранний завтрак, – Он поставил на стол блюдо и бутылку коньяка, – Нужно поесть, слышишь? Силы и здоровье тебе ещё пригодиться.

Слава взял бокал в руки и замер. Вокруг дома загудело, по стенам застучало и зашуршало. Слава выбежал во двор и его накрыло потоком ветра, он закружил вокруг, образуя воронку. Она увеличивалась, ускорялась, поднимая песок и листья наверх, обламывая ветки с деревьев. Роман выбежал следом и остановился в проеме двери, удерживая рвущуюся к хозяину собаку за ошейник. Он увидел, что на Славу обрушился смерч, и прикрыв ладонью глаза от песка, он мысленно закрыл друга куполом, так чтобы воронка смерча, не задевая стоящего в центре Славу кружила вокруг. Воронка стала шире, смерч поднялся вверх и извиваясь змеей улетел. Слава забежал в дом, по лестнице залетел на второй этаж. Роман побежал за ним следом. Слава стоял в комнате возле окна и смотрел вослед улетающему смерчу.

– Что это было? – Роман задыхаясь зашел в комнату.

– Это её ветер. Она его ждала, это третья волна. Он ищет её. – Слава пытался рассмотреть куда полетел ураган, – Я не смогу тебе всего объяснить, это и для меня загадка. В Лиле очень много тайн.

Слава уже закрывал окно, но что-то толкнуло его обратно. Ветер влетел в комнату, прошелестел по полу и из-под стола вынес листок прямо к ногам. Слава поднял его:

– Это от неё, я знал, что просто так она не могла уйти, – Он сел на пол и стал читать вслух:

Уронит ночь печальный свой наряд,

Обнимет сном, – он не дает покоя,

Тоска в мой дом войдет и дверь закроет,

Я буду запивать ее вином.

Мерцанье звезд молчанием ответит,

Мой сон уходит тайнами маня,

Там на границе ночи и рассвета,

Услышу в тишине твои слова:

– У каждого своя мечта,

Открой окно и посмотри на звезды,

Любовь у каждого своя,

Ей в сердце дверь открой, еще не поздно,

И душу настежь распахни – найди слова,

Молитва – у каждого своя.

Накинет ночь на плечи свой наряд,

Тоска уйдет, хмель заберет с собою,

Я двери, окна для любви накрою,

И для молитвы подберу слова.

Она – у каждого своя.

– Ты что-нибудь понял? – Роман опустился рядом на пол.

– Да. Я ругал её за песню для Владимира. Последнее, что я от неё услышал, это –«молитва у каждого своя,» – Слава прислонился к стене спиной. – Скоро рассвет. Ты иди ложись спать. Я здесь останусь. Буду искать слова, моя помощь сейчас ей нужна.

Роман вышел из комнаты, а Слава поднялся, встал возле окна, так как всегда стояла Лиля. Он смотрел на бледные предрассветные звезды и молился. Вспомнил икону в соборе. Молился как умел, находил слова в глубине души и шептал их обращаясь в небо, вкладывая в каждое слово всю свою любовь, тоску и боль. Небо стало светлее, край солнца показался над городом. В нескольких метров от окна на ветку села птица, запела тихо, посматривая маленькими круглыми глазками. Он слушал её жалобный плач, сам не в силах был сдержать свои слёзы.

Тяжело ступая он вышел из комнаты. Из подвала слышалась тихая музыка. Слава заглянул туда, увидел, что Роман спит на диване, зашел и укрыл его пледом, потом вернулся на кухню. На столе так и остался стоять их уже давно остывший завтрак. Подержал в руках бокал с уже выветрившимся коньяком и прикрыв глаза, сразу провалился в сон.

«Он нёс на руках её неподвижное тело. Лестница была высокой, уходящей в облака. Нёс и молил вернуться к нему. Рядом летела, сопровождая их белая маленькая птица, пела и песня была похожа на плачь ребенка.»

В комнату тяжело дыша, зашла хозяйка гостиницы, присела рядом:

– Как вы себя чувствуете? – Заботливо заглядывая в лицо, спросила Лилю, – Может врача вызвать? Или родным сообщить?

– Спасибо, не нужно, – Слабо улыбаясь, ответила Лиля, – Уже всё хорошо. Я завтра уеду. – Она с усилием поднялась и присела на край кровати.

– Куда ты собралась? На тебя смотреть страшно, вся бледная, – От неожиданности Татьяна перешла на – «ты,» – Тебя вон как качает, никуда не отпущу. Как выздоровеешь, так и поедешь.

– Она с нами поедет, – В дверях стояла Света, – Мы послезавтра выезжаем, опять по ближайшим городам круг сделаем и заедем в город, где Лиля живет.

– Ты откуда знаешь, где она живет? – Татьяна повернулась к племяннице, – Или вы были раньше знакомы? Что от меня скрываете?

– Ничего не скрываем – Света обиженно надула губы, – Просто поговорили. Документы поедем восстанавливать.

– Делайте, что хотите, – Махнула рукой Татьяна, – Лиля если нормально себя чувствуешь, спускайся вниз через час, поужинаешь с нами. Света пошли, поможешь мне, – И уже стоя в дверях обернулась, – Что ты всё в окно высматриваешь?

– Красиво у вас, – Лиля поднялась, держась за стену, дошла до окна, – Очень красиво.

Всматриваясь вдаль, она искала ответы на свои вопросы: – «Стоит ли мне тут остаться и подвергнуть опасности этот дом и его гостеприимных хозяев или нужно дальше бежать? Хватит ли у меня сил отвести беду? Но я чувствую тут чью-то поддержку. Кто-то мне помогает, но скрывает это от меня. Надо узнать кто это.»

Ветер пролетел мимо и ударил в дверь. Проследив за ним взглядом, Лиля вышла в коридор. Легкий сквозняк витал под ногами, ведя вниз, в холл гостиницы. Тонкой струйкой пролетел по полу и осел, обвив ножки старого кресла, стоявшего в углу. Оно манило, мерцая зелеными огоньками, пробегавшими по краю кресла. Лиля устало села в него. Тепло и покой охватил её, как руки любимого. Такое же кресло стояло у них дома.

– Откуда оно у вас? – Спросила проходившую мимо хозяйку.

– Уже и не вспомню, – Задумалась Татьяна, – Стоит, мешает. Все хочу его выбросить, да руки не доходят. Иди за стол, ужинать будем.

Лиля провела ладонью по подлокотнику.

– Не выбрасывайте его, оно вам доход принесет, очень даже хороший, – Нехотя поднялась с кресла Лиля.

– Какой доход с него, старое да обшарпанное? Разве дальнобойщиков садить в него и фотографировать? – Татьяна засмеялась, – Или сказать им, что оно желание исполняет?

– Тетя, может Лиля права, – Заступилась Света, – Не выбрасывайте, оно много места не занимает.

– Ладно, старьевщицы, садитесь за стол, ужин остынет.

После ужина Лиля снова села в кресло. К вечеру возле гостиницы стали останавливаться машины, некоторые водители заходили поужинать, некоторые на ночевку. Проходя мимо Лили, они пытались рассмотреть сидевшую в кресле девушку, но ничего кроме фигуры не было видно, лицо её было в тени. К вечеру возле гостиницы, освещая дорогу, стоянку и само здание, зажглись фонари в подсвечниках и из-за их света казалось, что ночь нагнулась над зданием и окружавшим его лесом и закутала все непроглядным мраком. Лиля выглянула в окно, поняла, что отсюда ей уже выхода нет и пожелав всем спокойной ночи, пошла в комнату.

– Лиля, – Вослед прокричала Света, – Я завтра тебя разбужу, пойдем погуляем по лесу, грибов пособираем, тут их много.

Медленно поднимаясь по лестнице, она кивнула Свете. Сквозняк вытек из-под кресла и путаясь под ногами сопровождал Лилю до комнаты, там он растекся белым туманом по полу, заколыхался от её шагов. Лиля прошлась по комнате, потом легла на пол и закуталась в туман как в одеяло. Ближе к полуночи из щелей в полу попытались выползти тёмные тени. Лиля, подогнув ноги села на полу и стала ждать. Глаза изнутри стали загораться зелеными огоньками, они горели все ярче и ярче. Тени боролись с туманом, ползли по стенам до потолка и падали вниз утопая, растворяясь в белом дыму. Лиля не обращала внимание на зловещий шепот, он не представлял ей угрозу. Наступала предрассветная, давящая тяжестью тишина. Издалека послышался нарастая с каждой секундой громкий шум. Грохот и гул смерча приближался, сметая и ломая всё на своем пути. Лиля, вытянувшись поднялась. Подняла руки и закружилась, не касаясь ногами пола. Туман разлетелся и облепил стены комнаты. Вращение нарастало. Смерч достиг дома и поднявшись над ним, рухнул вниз. Прекратив кружиться, Лиля опустилась на пол, и волна воздуха, вращавшаяся вокруг неё воронкой, закрыла дом куполом из белого тумана. Глаза светили зеленым огнем, вырывавшимися из них лучами, тело засветилось изнутри, стало прозрачным и только внизу живота был виден черный комочек, который бился как сердце. Смерч кружил вокруг дома, ломал деревья, срывая тэны с машин. Воронка сужалась. Собрав последние силы, она оттолкнула смерч, чувствуя, что ей кто-то в этом помог. Последний порыв ветра отбросил её на стену, но туман смягчил удар и мягко опустил на пол. Проваливаясь в темноту, она услышала зловещий хохот улетающих теней и тихий шепот на ухо: – «Расплата.»

Постояльцы проснулись от грохота и ударов ветра. Все выбежали в коридор, а сама хозяйка стояла посередине холла, смотрела на потолок, почему-то подняв вверх руки, потом закрыла руками лицо. Света с друзьями, подбежали к ней:

– Надо на улицу бежать, тетя быстрее, – Кричала Света, – Дом сейчас обрушиться на нас. Все на улицу.

Резко наступила тишина. Люди еще не веря, что ураган ушел, стали выходить из здания. Сверху на землю подали мусор и ветки. Водители пошли проверять машины. Татьяна, осматривая дом стояла перед гостиницей.

– Ой, ветер все стекла побил, сколько мусора принес, – Причитая пошла вокруг дома, осматривая какой ущерб нанес ураган.

За гостиницей лежали вырванные деревья, словно кто-то большой косой выкосил просеку.

– Света, у Лили окно открыто или выбито? Посмотри – Татьяна показала на второй этаж рукой, – А она где? Сбегай-ка к ней в комнату. Может с ней что случилось? – И сама побежала следом за племянницей.

Дверь была приоткрыта. Света толкнула ее. Возле стены лежала Лиля. Кровь тонкой струйкой вытекала из-под неё.

«Доброе утро, песня моя, моя маленькая девочка. Опять пишу тебе, не зная читаешь ли ты мои письма, но очень надеюсь, верю – читаешь. И сегодня ночью ты мне приснилась: – Идешь по полю в белом платье, манишь меня за собой, улыбаешься. Вот только глаза у тебя зеленого, изумрудного цвета. Сверкают как камни. От тоски по тебе начинаю сходить с ума. От неизвестности злость и бессилие. Ты мне везде мерещишься, на концертах ищу тебя. Помнишь я рассказывал тебе, как искал тебя в зрительном зале, твои глаза. Сейчас все повторяется. Постоянно высматриваю тебя в зале, за кулисами, жду, надеюсь, а вдруг сейчас придешь. Нет тебя. В какую сторону бежать искать тебя? Что сделать и кому молиться, чтобы вернулась ко мне? Дай мне знак. Знай, моя птичка, я люблю тебя, жду тебя, ищу тебя.»

 

«Доброй ночи, моя королева. Уже сентябрь заканчивается. Месяц тебя нет. Нет со мной тебя целый месяц! Столько ночей без тебя. Где мне взять силы? Весь наш город и соседние обклеили листовками о тебе. Все больницы обыскали. Ты сквозь землю провалилась? Или ты к себе на другую планету улетела? Или уехала в другую страну с неизвестным языком, на котором ты мне что-то говорила, хотя я знаю это были слова любви. Утром просыпаясь жду вечера, чтобы во сне тебя увидеть. Ты только во сне со мной. Каждую ночь прилетаешь белой птицей. Голос твой слышу, руки твои гладят меня. Я не хочу просыпаться. Но пока я жив, ты тоже жива, и пока мне не докажут обратное – я буду искать тебя каждый день.»

«Почему ты сегодня плакала надо мной? Слезы твои стекали по моему лицу. Я проснулся – оно мокрое, мои слезы смешались с твоими. Тебе плохо? Отдай мне все свои печали и боль. Я сильный, я все выдержу, а ты такая маленькая, сил у тебя мало. Я всегда с тобой. Я думаю о тебе всё время. Любимая вернись ко мне, я молю тебя, прошу, приказываю – вернись. Я заказал твой портрет. Повешу его рядом с моим над камином. Долго выбирал фото для портрета. Почему так мало твоих фотографий? Когда ты вернешься ко мне, в наш дом, я буду каждый день тебя фотографировать.»

.

– Есть новости? – Роман вошел в дом, отряхивая куртку от дождя, – Вторую неделю идет не переставая. Скорее бы зима, грязи хоть не будет. Что пишут под твоими письмами?

– Все одно и тоже, сочувствуют, листовки расклеивают, – Слава поднял голову от экрана компьютера, – Читают мои письма, пересылают. Но вот одна, – Слава снова наклонил голову, всматриваясь в экран, – Зовут её «Свет Луны,» немного грубовато пишет, меня обвиняет. Странная девушка. Новостей никаких. Как сквозь землю провалилась. Два месяца! Два! Рома как можно без документов, без выхода в интернет, без денег, как и где можно прятаться? У меня мозги кипят от всей информации, которую мне скидывают.

– У меня тоже, информации много, а результата нет, – Роман сел рядом, – Собирайся, надо ехать.

– Может отменим концерт, я устал. – Слава закрыл глаза рукой, – Ничего не хочу. Жить не хочу.

– Слава, – Роман положил руку на его плечо, – Посмотри на меня, Лиля найдется. Верь в это. И ты должен петь, она помогла тебе вернуться на сцену, да и нам тоже. А если забросишь выступать, что ты ей скажешь, когда она вернется? Я устал? Ты обязан продолжать петь, ради нее. Собирайся, нас ждут. И ещё, нужна новая песня, специально для Лили. Пиши, мы поможем. Возможно услышит, даст знак какой.

-Темно, почему темно? Я умерла? Но почему болит живот, внизу живота? Голова кружиться, значит жива. Почему темно? Такие ночи не бывают. – Лиля протянула руку вперед ладонью, – Прозрачный квадрат висит над полом. Это окно. Зачем его закрыли такими плотными шторами? Тяжело дышать. Надо открыть его, – Сползла с кровати и шатаясь пошла туда, где казалось было окно.

– Это кто вам разрешил вставать, – Громкий мужской голос остановил её, – Быстро назад в постель. Давайте, я вам помогу. Нельзя вам ещё вставать. Все что нужно медсестры сделают. Ложитесь, – Доктор помог лечь, – Как вы себя чувствуете?

–У меня тут болит, – Показала рукой на живот.

– К сожалению, мы не смогли сохранить, – Голос врача стал ласковым – Вы потеряли ребенка. Мне очень жаль. Но вас мы смогли спасти. Вы не переживайте, срок был маленький. Вы ещё сможете иметь детей.

– Ребенка? – Смогла сказать только одно слово, и ледяная волна поднялась снизу и окатила сердце, потом еще одна и еще одна, сердце стало остывать и замерло. Белая маленькая птица летела в небеса, плача детским голосом.

– Опять темно, – Она протерла глаза рукой, – Надо свет включить, тут рядом светильник стоит, – Потянулась рукой и нажала на кнопку, но увидела только маленькую красную точку в темноте.

– Лиля, ты проснулась, как хорошо, – Раздался голос Светы, – Мы так за тебя испугались, – Света села рядом на кровать и погладила Лилю по руке, – Тётя тут в коридоре, с врачом разговаривает. Как ты? Как себя чувствуешь?

– Хорошо, только душно, открой окно, – Показала рукой в сторону окна.

– Очнулись, очень хорошо, – Уже знакомый голос доктора раздался рядом, – Родственники на выход, я осмотрю пациентку, потом зайдете. Ну как вы? Напугали вы нас вчера. Но уже всё позади, сейчас всё в порядке. Что болит у вас, жалуйтесь.

– Ничего не болит. Только почему темно, откройте шторы пожалуйста, – Опять протянула руку в сторону окна.

– Темно? – Переспросил врач, – Вы ничего не видите? Скажите сколько я пальцев показываю?

– Вроде два, – В темноте мелькнуло две красные палочки.

– Правильно, два, я ничего не понимаю. Если вы не видите, то как вы увидели мои пальцы, на окно показываете и светильник включили? – Удивился врач, – Давайте, осмотрю ваши глаза. Интересно, какой цвет глаз у вас, я первый раз такие вижу, – Он наклонился, пальцами прикасаясь к лицу, – Ладно, загадки потом, вам пока вставать нельзя, я приглашу коллегу, он ваши глаза осмотрит, – Уже выходя из палаты, оглянулся, – Интересный случай. Разберемся. Родственники можете заходить.

– Вот она наша красавица, – Голос Татьяны прогремел на всю палату, – Как ты нас напугала, дочка. Лежишь, в крови. Пока скорую дождались, думали все, помрешь. А ветер то какой был, чуть дом не снес. И тебя видать зацепило порывом, да стукнуло об стенку.

– Тетя, тише, мы потом все расскажем, – Света села на стул рядом с кроватью, – Лиле отдыхать надо.

– Нужно документы заполнить, – В палату заглянула медсестра.

– Иду, – Татьяна поднялась, и тут же наклонилась к Лиле, – Я тебя им представила племянницей. У тебя же нет документов, по Светкиным записала. Они её не знают, – Махнула рукой в сторону племянницы. – Не переживай, все хорошо будет. Тут тебе фрукты, сок, – Она поставила на тумбочку пакет, – Поешь. Фрукты я помыла. Я потом зайду, – И вышла следом за медсестрой.

– Света, открой окно, задыхаюсь.

–Там ветер сильный, перевернет тут всё, – Света посмотрела в окно, подошла и нерешительно взялась за ручку.

Ветер бил ударами, порывами по стенам больницы, нырял вниз, подхватывал мусор, ветки, траву и швырял наверх, снова нырял.

– Открой, немного, – Лиля привстала, собираясь подняться с кровати, – Открой, не бойся.

– Хорошо, открою, только лежи, – Она потянула за ручку, чуть приоткрыла, собираясь бороться с ветром, но он сразу утих, будто и не было секунду назад урагана.

– Выйди, пожалуйста, – Попросила Лиля, – Я очень устала.

– Хорошо, мы завтра придем. Мы тут в городе у родни остановились. Я тебе новости хотела рассказать, – Поцеловала в щеку и выбежала из палаты.

Ветер ласковым котенком подлез под руку, потерся, теплом пролетел по волосам, лицу. Она закрыла глаза – образы поплыли картинками. «Владимир сидел на краю сцены с гитарой, пел её песню. Тоска была в его глазах. Он уже всё знал. Собирался ехать искать.» Она махнула головой отгоняя видение, ей нужно другое.

Опять закружил вокруг туман – «Слава растерянный, злой. От бессилия и гнева ходит по дому, еле сдерживая себя, чтобы не сокрушить всё на своем пути.» Собрала все свои последние силы – окутала его своей любовью, нежностью, сняла злость.

– Спасибо, – Погладила по воздуху ладонью. – Ты приглядывай за ним, – И провалилась снова в темноту, на этот раз в спокойный сон.

«Добрый вечер, моя девочка. Я сегодня был в морге, на опознании. За эти три месяца, я видел столько мёртвых молодых девушек. За свою жизнь столько не видел. Ехал туда, сердце останавливалось. Это не ты, для меня это счастье. Мне жаль тех чья эта дочь, жена. Никому не пожелаешь такого горя. В морге дыхание останавливается, дышать невозможно. Сегодня пошел первый снег, ты любишь такую погоду. Наверно стоишь сейчас возле окна и любуешься. Вспоминаешь ли обо мне? Любишь ли меня как раньше? Знаю, верю – любишь. Это ты мне каждую ночь во сне говоришь. Прости что на секунду засомневался.»

Рейтинг@Mail.ru