Мне не страшно теперь умирать

Любовь Дмитриевна Бурнашева
Мне не страшно теперь умирать

– Если так будет лучше для него и для вас, я согласна, – Отвела взгляд и тяжело вздохнула.

– Спасибо, я очень рад. Но мы сделаем так, будто я с тобой не разговаривал, а то он меня ругать будет. К тому же мы о тебе беспокоимся, ты остаешься одна в доме и мало ли что может случиться, а так на наших глазах все время будешь. Я сейчас ему намекну, чтобы поговорил с тобой. Я пойду, мы ещё не закончили репетировать. А Фрема на время нашего отсутствия можно увозить к нам, или моя жена будет сюда приходить его кормить.

Она кивнула. Ещё какое-то время слышалась музыка, потом голоса уходивших парней и стук захлопнувшейся калитки. Слава, проводив парней, зашел в дом и не найдя там Лили, вышел во двор.

– Ты замерзнешь, моя королева, – Он зашел в беседку и присел рядом. – А этот оболтус опять на руки к тебе пытается залезть, – Он потрепал по голове собаку, убирая длинную челку с его глаз, – Большой стал, а все на ручки лезет. – Он обнял Лилю прижал к себе, закурил и стал смотреть на небо, думая о чем-то.

Дождь не успев начаться, уже заканчивался и его капли всё реже и реже стучали по крыше. Обнажая звездное небо ветер потихоньку разгонял тучи.

– Смотри, звезда падает, – Слава, удивился как ребенок. – Я желание успел загадать. Сказать какое?

– Нет, не надо, не сбудется, – Почему-то серьезно смотрела на него, – Никому не говори.

– Хорошо, милая, я никому не расскажу. – Он немного помолчал, собираясь с мыслями, – Нам, моя радость, надо поговорить. Мне не нравиться расставания с тобой и то что ты спишь ночью в кресле. К тому же я очень скучаю, когда тебя нет рядом. Я безумно тебя люблю и каждое расставание с тобой мне все труднее дается, я ни о чем думать не могу кроме тебя. Моя русалка, что если ты будешь на выступлениях с нами? Мне будет спокойнее за тебя. Ты увидишь меня на сцене. Увидишь, как зрители принимают нас, твои песни. Послушаешь как я пою. Там на сцене совсем по-другому звучит мой голос. Поедем, родная, с нами? Пожалуйста.

Лиля не любила толпы народа, не любила, когда громко кричат, свистят. Крики толпы наводили на неё неосознанный ужас, даже в радостно кричавшей толпе ей казалось, что люди кричат от жуткой боли или страха, ей мерещились искаженные болью и ужасом гримасы страдающих людей. Слава знал о том, что она не любит большое скопление народа, но почему даже не догадывался, он думал, что она боится, что её могут там задавить, что там громко кричат, а она не любит громкие звуки и волнуясь ждал ответа.

– Хорошо, давай попробуем – Обреченно вздохнув, согласилась.

Слава, подхватив Лилю на руки, закружил по саду, радуясь, что теперь они чаще будут вместе, а Фрем привыкшей к таким выходкам хозяина, с громким лаем радостно скакал вокруг них.

– Я забыл предупредить тебя, – Помогая накрывать на стол к ужину, сказал Слава, – Завтра к нам в гости придет знаменитый певец, он в нашем городе на гастролях. Позвонил сегодня вечером, – На её удивленный взгляд ответил. – Он хочет, чтобы ты написала ему текст для песни, – Лиля продолжала молча смотреть на него. Он умел читать её по глазам, – Я предлагал ему, то что у тебя уже написано, но он хочет новое, ещё никем не читанное, не ношенное, как он выразился. Ты не против? Или отказать ему, если ты не хочешь с ним встречаться?

– Нет не против, я знала, что он придет. Не ждала так скоро.

Подойдя к темному окну, она рукой провела по стеклу, оставив на нем замысловатые линии и всматриваясь в них, резко закрыла штору. Впервые за последние несколько месяцев в их доме было тихо. Слава смотрел, не отрываясь в глаза любимой, в которых отражались пляшущие огоньки от зажженных свечей и камина. Фрем, грея спину завалился на полу возле камина, поглядывая на хозяйку, готовый в любую минуту подскочить, если ему вдруг предложат лакомство. Лиля чувствовала себя сегодня счастливой, ей не мерещились тени прошлого и будущего. Только за задернутой шторой мелькала тень, то ли ветка, то ли птица.

Гость приехал рано утром. Его лицо, из-за ослепительно белого костюма, казалось смуглым.

– Доброе утро, леди, – С высокомерным видом взял её руку, поднес к губам и не поцеловав отпустил, – Я к вам с визитом, – И не дожидаясь приглашения, стуча тростью по полу, прошел в дом. – Надеюсь мне представляться не нужно? – Все так же высокомерно произнес и сел на диван.

Лиля молча смотрела на него, наклонив голову на бок. Её морозило, и она едва заметно дрожащими руками закуталась в шаль, зачем-то оглянулась на закрывшуюся дверь, потом прижалась к Славе.

– Лиля, познакомься, это Денис, я говорил тебе про него – Слава представил гостя, – А это, моя Лиля.

– Мне нужен текст. Я слышал ваши песни, – Он смотрел на Славу, не обращая внимание на прижавшуюся к нему маленькую девушку, с накинутым на плечи старушечьим платком, – Мне некоторые понравились. И мне нужно что-то похожее или что-то непохожее. Можно несколько текстов на выбор.

Слава достал коньяк, сел напротив гостя, и налил его в бокалы. Лиля заварила свежий чай, и подойдя к гостю с чашкой чая в руке, вдруг замерла возле него, посмотрела в окно, не глядя поставила чашку перед Денисом и прошла мимо. С утра опять зарядил мелкий дождь и ветер кидал капли россыпью на окно. Гость разместился на диване, закинул ногу на ногу и не спрашивая разрешения, закурил. Слава занервничал и глядя на него тоже закурил, они молча смотрели на Лилю, ждали ответа, но она, отвернувшись от них опустила голову, вжала её в плечи и держась руками за подоконник, к чему-то прислушивалась. В чуть приоткрытое окно ветер принес ей туман издалека и зашумел, зашептал вокруг. Тенью за окном пролетела ворона, села на ветку напротив окна и вертя головой уставилась черными, блестящими глазами на Лилю. Отряхиваясь от дождя и взъерошив перья, она громко закаркала. Лиля резко повернулась к гостю. В глазах мелькнули зелёные огоньки. В один миг она оказалась рядом с Денисом и нависнув над ним, заглянула сверху в его глаза. Шаль, накинутая на плечи, раскрылась вдоль тела и её концы напоминали крылья странной птицы. Денис вжался в диван, испуганно смотрел на неё снизу, не имея сил отвести взгляд погружаясь в её глаза как в омут.

– Рядом с тобой две. Белая, черная. Обе по судьбе идут. Нужно делать выбор. – Сказала низким голосом, наклоняясь всё ниже, – Белая любит тебя искренно. До конца будет любить. До конца пойдет за тобой. Ей ничего не надо, – Повернув по-птичьи голову налево, не отводя от него взгляд, продолжила, – Черная любит деньги, не тебя. – Хрипло засмеялась, – Будет с тобой только из-за них. Будет толкать тебя к ним. Ещё выше поднимешься. До небес. – Наклонилась ещё ниже, заглянула в самую душу, прошептала, – Но, если они узнают друг о друге, будешь один до конца дней. Один. Душа твоя будет страдать, выть от тоски. Почернеет от горя. Сгорит, истлеет в тоске. Ничего не сможешь изменить. Делай выбор.

Она откинула голову назад, закрыла глаза и закашлялась от сигаретного дыма. Взмахнув крыльями шали, закуталась в неё и медленно пошла по лестнице на второй этаж. Денис сидел в оцепенении. Придя в себя, схватил бокал с коньяком и выпил залпом.

– Это что такое было? – Запинаясь он проговорил, – И откуда она знает, это, и что у меня две девушки, блондинка и брюнетка? Что тут вообще такое произошло? Она колдунья у вас? Или кто?

Слава, сам находясь в некотором удивлении, поднялся и пошел следом за Лилей, сказав гостю:

– Подождите, я сейчас приду.

Лиля сидела за столом в кабинете и что-то быстро писала на тетрадном листке.

– Лиля, ты моя волшебница, – Слава вошёл в кабинет и прикрыл за собой двери, – Ты такая умница, что поставила его на место, – Он смотрел на неё с восхищением, – Всю спесь с него сбила. Как ты узнала про его девушек? Он тебя колдуньей обозвал.

Лиля, не глядя на Славу, протянула листок с текстом:

– Передай это ему, скажи, когда он придет к нам в следующий раз, пусть приведет с собой свой выбор. Это нужно. Ты не читай, если он сам захочет, то тебе прочитает.

– С тобой все в порядке? – Слава наклонился и увидев слезы в глазах, присел рядом, – Что с тобой, моя девочка, тебе тяжело это далось? Моя маленькая, да тебя всю трясет. Ты полежи, я его провожу и приду к тебе. Я больше никого не буду приглашать в дом без твоего разрешения. Ты прости меня. Моя любимая, прости.

– Нет все в порядке. Просто так и должно быть. Уже ничего не изменишь. Ты иди, он ждет. – Она погладила его по лицу, – Иди.

Гость взял листок, пробежал глазами по тексту, радостно спросил:

– Ты читал? – Слава отрицательно помотал головой. – Так слушай:

В жизни нет ничего невозможного,

Все сбывается, только поверь мне,

Нам во снах наших сказка является

Наяву, не забудь, открыть дверь ей.

Мечтай, мечтай – иди по облакам.

Мечтай, дай волю своим мечтам.

Мечтай – гори, но не сгорай.

Мечтай – это твой потерянный рай.

Пусть дорога твоя безнадежная.

И нет сил, чтоб с нее свернуть.

В жизни нет ничего невозможного,

Нужно верить в мечты и рискнуть…

Ты, пойми, что есть кто-то на свете -

Кто в мечты твои свято верит....

Посидели немного молча. Слава гордился Лилей, смеясь в душе над гостем, но ему не давали покоя её слезы и взгляд полный какой-то тоски или страха. Ещё раз перечитали стихи. Денис поблагодарил и стал собираться. Проводив гостя до машины, Слава передал ему слова, сказанные Лилей, тот удивился:

– Я к вам вроде больше не собирался. Но, если подумать, то, – Немного помолчал, вспоминая её бездонные, затягивающие в омут глаза, – Во всяком случае, теперь я знаю странности вашей жены, возможно, ещё приеду. Она точно у вас колдунья, мне стало легче после её слов, я теперь знаю какой выбор сделаю. Спасибо ей передайте.

Слава вдруг задумался, что ему уже не раз говорили, что она его жена. Как-то об этом он сам не думал, и Лиля ни разу не намекала ему о женитьбе. Постоял возле ворот, зашел во двор, выпустил из вольера собаку и докурив сигарету, он всё хорошо обдумал и принял решение.

 

Лиля впервые в своей жизни попала за кулисы. Они приехали за долго до начала выступления. На сцене все суетились, кричали, расставляли аппаратуру. Слава был хозяином, командовал и распоряжался на сцене только он и все слушали его. Он доверил Лилю девушке, и та суетилась вокруг, посадила в кресло за кулисами, так чтобы ей отсюда было видно сцену и немного зал. Все происходившее для Лили казалось хаосом. Перед самым началом концерта Слава подошел к ней и сел рядом:

– Как ты, милая? Не шумно? Так всегда у нас бывает. Скоро начнем, увидишь меня во всей красе, – Он засмеялся. – Увидишь, как меня фанатки любят. Будешь меня ревновать? Но ты помни, я тебя люблю, и все песни петь буду только для тебя. И ещё, ничему не удивляйся, я для тебя сюрприз приготовил.

Концерт шел уже с полчаса. Лиля сидела в том же кресле, рядом поставили столик с бутылкой шампанского, бокал, фрукты и большой букет белых роз. Увидев музыкантов на сцене, Лиля смотрела на них с восторгом и удивлением. Раньше она не замечала в них столько энергии. Группа была как единое целое, как один организм, и каждый чувствовал другого, они общались на сцене между собой без слов, жестами, взглядами. Слава пел раскованно, непринужденно, взглядом, движениями донося текст песен до зрителей и заряжая своей энергетикой и музыкой зал. Лиля не знала его таким. От него исходила бешенная энергия и заряд эмоций, которые он передавал зрителям. Он открылся с другой стороны и вновь покорил её сердце. Лиля вспомнила своё видение, улыбнулась. Слава время от времени смотрел в её сторону, показывая, что поет для неё, а она не узнавала свои стихи в его песнях, на репетициях слышалось всё по-другому. Чья-то рука коснулась плеча и Лиля, вздрогнув, оглянулась.

– Лиля, вам нужно со мной пойти, – Прошептала ей на ухо девушка, – Нам нужно вас подготовить. Это распоряжение Вячеслава.

Она завела Лилю в комнату, где тут же подбежали ещё две девушки, не спрашивая стали раздевать и примерять на неё платья. Оставив на ней длинное светло-голубое платье, занялись прической и макияжем. Лиля не любила, когда чужие люди прикасались к ней. С трудом перенося их прикосновения, сдерживала в себе вихрь, готовый вырваться и разметать всех вокруг. К их счастью закончили очень быстро, и девушка опять повела её на место. Она шла впереди Лили, и дойдя до начала сцены оглянулась, чтобы оценить свою работу, но от удивления раскрыла глаза и замерла на месте. Выпрямленные ими волосы, вернулись в прежнее состояние, закрутились в легкие кудри, а яркий макияж, почти исчез и только глаза Лили сверкали ярко-зелеными огнями. Слава подбежал, взял Лилю за руку и сказал:

– Доверься мне, – Вывел её на сцену, и взяв в руки микрофон, произнес – Я хочу вам представить, дорогие зрители, эта девушка, во-первых, моя невеста, во-вторых автор наших песен.

Лиля не почувствовала стеснения, неожиданно ей понравилось стоять на сцене, рядом со Славой. Свет прожектора светил ей прямо в глаза, и она не видела зрителей. На их крики и аплодисменты улыбнулась и помахала в зал рукой. Слава, взяв её за обе руки, встал перед ней на одно колено:

– Сегодня необычный день – сказал он. – Лиля, милая, ты выйдешь за меня замуж? – Он протянул ей кольцо.

Зал взревел. Зал кричал:

– Да, да, да!

Неожиданно раздался звонкий женский голос, перекрикивая всех:

– Да, скажи уже ему – Дааа!

Лиля засмеялась и кивнула. Зал взревел еще больше. Слава надел кольцо на её дрожащий палец. Поднявшись, обнял, а Лиля прошептала:

– Я не могу идти, ноги не слушаются.

– Не бойся, – Он поднял Лилю на руки и под аплодисменты унёс за кулисы, – Ты такая красивая, я люблю тебя безумно, люблю, – Целуя, шептал, не в силах отпустить, – Ты моя навсегда, навеки.

– Слава, пошли быстрее, – Роман подбежал к ним, – Да поставь ты Лилю на пол, потом нацелуетесь. Зрители ждут. Пошли.

Посадив Лилю в кресло, Слава налил в бокал шампанского и подал его Лиле, выдернул одну розу из букета, опять встал на колено, вручил цветок и только тогда подгоняемый Романом побежал на сцену. Шампанское в бокале играло пузырьками. Она поднесла его к глазам и посмотрев через него на сцену, зажмурилась, встряхнула головой, пытаясь отогнать нахлынувшие на неё видения. Тени вселились в зрителей, корчили гримасы, тянулись к музыкантам, их хриплый шепот заглушая музыку окружил Лилю и потянул во тьму:

– Ты помнишь, как мы смотрим в души, ты помнишь, как кого куда?

– «Там свет горит, то ярко, то чуть видно,

В греховной черноте порою спрятаны сердца,

Лампадою святой горит огонь невинный,

Мы отправляем их на суд великого творца.

И к нам то ангелы, то демоны приходят,

И говорят кого, куда и как забрать,

Указ дают, когда конец для них подходит,

И в муках или без нам эту душу забирать.»

– Ты помнишь? Мы Ангелы смерти, а ты кто? Ты нам ….

Настраиваясь на борьбу Лиля резко встряхнула волосами, закрыла глаза и вдруг почувствовала от кого-то помощь, оглянулась внутренним зрением по сторонам, и увидела, как прошла волна, отгоняющая тени от зрителей и от неё. Она посмотрела в ту сторону откуда пришло спасение. Роман стоял на краю сцены и играл на гитаре один, мелодия было завораживающая, она увлекала за собой зрителей, и Роман в такт ей махал головой, волосы разлетались, волны от них вырывали и раскидывали тени по стенам, они с шипением стекали вниз и исчезали. Слава стоял позади и непонимающе смотрел на играющего соло в неподходящем для песни месте Романа, но сделал вид, что так и должно быть, тоже взял гитару в руки и подыграл ему. Зрители были в восторге от такого слаженного дуэта. Дальше концерт шёл уже без сюрпризов.

После концерта Слава и музыканты раздавали автографы, фотографировались со зрителями.

Помолвку и выступление отмечали в соседнем ресторане. Даже здесь люди подходили, просили автографы и спрашивали про новые песни. Слава отшучивался и кивая на Лилю:

– А новые песни, это вы к нашей королеве, когда у неё будет вдохновение, тогда и новые песни будут. – Он обнял её и прижимая к себе, прошептал, – Ты теперь жена моя, как же я рад, что ты согласилась, моя русалка. – Он вдруг повернулся к Роману, – Рома, а я не понял это что за импровизация была, куда тебя вдруг понесло?

– А не знаю, – Нараспев протянул Роман лениво потягиваясь, – Захотелось так, а то смотрю все скучные какие-то. Расшевелить хотел.

– Хорошо получилось, мне понравилось, – Слава повернулся к Лиле, – А тебе как, понравилось?

Но Лиля только пожала плечами, и ничего не ответила.

На улице пошел мелкий дождь, переходя на мокрый снег. Ветер забавлялся кидал его на окна ресторана, бросал под ноги редких прохожих. Лиля, держа в руках бокал, смотрела в окно отрешенным взглядом. Славе всегда хотелось в этот момент спросить у неё, –«Что ты там видишь?» но не решался отвлекать её. Она долго могла смотреть в одно место не отводя взгляд, только в глазах мелькали странные светло-зелёные огоньки. Слава разговорами старался отвлечь от неё людей и не хотел, чтобы другие знали о её странностях. Нет, он не стеснялся этого, он любил её такой, со всеми тайнами, видениями, просто хотел уберечь от обсуждений. Её состояние так же неожиданно прошло, как и появилось и посмотрев в её глаза, он понял, – надо домой.

–Ты устала сегодня, поделишься впечатлениями? – спросил Слава, помогая сесть в такси. – Ты мне так и не ответила, как тебе концерт? Понравился? А как я пел?

–Ты мой певец был бесподобен, я в огромном восторге от тебя и твоего голоса. Тебя все любят, я так рада за тебя. Но я люблю тебя больше всех взятых вместе зрителей. – Она говорила тихо, чтобы никто больше не слышал.

– Милая, а мне нужна только твоя любовь. – Так же наклонившись к ней прошептал Слава, – Ты это знаешь. Придем домой, я это тебе докажу, и уже в качестве твоего будущего мужа, – Нежно поцеловал её, не стесняясь водителя такси, который украдкой подсматривал за ними в зеркало заднего вида.

Город сверкал на стеклах автомобиля в каплях дождя ночными огнями. Дождь одолел мокрый снег и шел злорадно осыпая землю, заливая и растаивая оставшиеся на земле снежинки.

– Просыпайся, моя красавица, моя невеста, нам пора в загс, – Слава принес завтрак, поставил его на столик, а сам присел рядом, наклонился над Лилей, – Вставай соня моя, счастье мое. Нам ещё с днем свадьбы надо определиться и где мы будем отмечать? В каком ресторане ты хочешь? Какую ты свадьбу хочешь? Я все для тебя сделаю, лишь бы ты была со мной, любила меня, большего мне не нужно. Только люби меня, – Покрывая её поцелуями, Слава нырнул к ней под одеяло.

Дрожь от его поцелуев пробежала по её телу и передалась ему. Вдыхая аромат её волос и кожи, он тонул в её затуманенных желанием глазах, она вплела свои пальцы в его волосы и прижимая голову к себе сама целовала его жгучими поцелуями, что-то шепча. Слава пытался расслышать её слова, но её нежные и в тоже время настойчивые поцелуи снова уносили его, голова кружилась, и кровь бурлила вместе с телом такими же быстрыми, непрерывными движениями, что и их тела. В который раз они побывали в своем мире любви, где все дозволено, можно не торопясь наслаждаться удивительным чувством обладания любимым. Слава не мог налюбоваться ей, казалось её глаза сверкают зелеными звездами и кожа, нежная, прохладная даже после горячего, страстного объятия, светиться искорками. Еще не отойдя от испытанного и дыхание еще было сбивчивым, а Слава спросил Лилю:

– Милая, что ты шептала, мне показалось что на каком-то непонятном языке, или мне показалось? – Целуя её провел губами по шее, приподнялся и заглянул в глаза.

– Я не помню, я ничего кроме тебя, твоих рук, поцелуев, ничего не помню, – Лиля прижалась к нему, все еще дрожа всем телом, гладила его постепенно успокаиваясь.

Дождь опять пошел вперемешку со снегом. Но на этот раз в борьбе победил снег, вытесняя, вымораживая капли дождя, превращая их еще там, где-то высоко в небе в снежинки, и летел вниз, отбеливая черную землю, стволы деревьев, наполняя воздух невероятной, внеземной свежестью.

Лиля посмотрела в окно, улыбнулась:

– Я в загсе тебе скажу где у нас будет свадьба и когда.

Он не стал спорить, знал, если она без сомнений о чём-то говорит, значит так надо.

В загсе женщина регистратор подала им листы:

– Заполняйте, – Сама продолжила заниматься своими делами, не посмотрев на них.

Они протянули ей уже заполненные. Опять не глядя на них стала смотреть в календарь:

– На какое число вас записать?

– Двадцать восьмое декабря, нам нужен этот день, – Сказала Лиля.

– У нас все тут занято, – Недовольно пробормотала женщина.

Слава достал два билета на ближайший концерт и протянул регистраторше, и только тут она подняла на них глаза:

– Ой, это вы, какая радость. Я так люблю ваши песни, – Радостно воскликнула, – На какое число вы хотите? Все для вас сделаем.

– На двадцать восьмое, – сказал Слава.

– Хорошо, хорошо, – Пропела она. – Будем рады вас видеть, – И спрятала билеты в ящик стола.

Смеясь они выбежали из загса. Слава увидел киоск с цветами, выбрал ярко-красные розы и с поклоном подал Лиле. Она так же в ответ смеясь, поклонилась.

– Пойдем в кафе, в котором мы были на первом свидании? – спросила Лиля, Слава кивнул в ответ, – Тогда лови такси.

Они сидели в кафе за тем же столиком. Так же напротив друг друга, и он так же держал её за руку. Лиля смотрела мимо Славы остановившемся взглядом куда-то в окно, за пелену идущего стеной снега.

– Число есть. Теперь нужно определиться с рестораном. Где мы, моя радость, будем праздновать? – Он внимательно смотрел в её глаза, – Лиля. Какую ты хочешь свадьбу?

– Мы будет праздновать на турбазе, у озера. Там вы дадите несколько концертов. – Ответила, продолжая смотреть в одну точку, – Совместим всё сразу, свадьбу, новый год и ваши выступления. – Потом перевела взгляд на Славу, засмеялась, – Нам же надо на свадьбу заработать. И я не хочу, чтобы в загсе было много народа. Не хочу журналистов и фанатов, не хочу чужих людей.

– Как скажешь, я с тобой согласен. Это только наш с тобой праздник. И гостей мы пригласим сразу на турбазу. На лыжах покатаемся. Парни будут рады, давно они семьями никуда не выбирались. Прямо сегодня займемся поисками подходящего места. Умница моя, ты как всегда права.

Третья глава.

Черная полупрозрачная птица влетела в приоткрытую форточку, и зацепившись как пойманная за крыло летучая мышь забилась по стеклу. Лиля открыла глаза, тень перестала биться, сползла вниз и растекаясь по углам, заползла в щели. Она увидела в окно, как над домом в предрассветно-бледном, морозном небе молча кружила огромная похожая на грозовую тучу стая ворон. Лиля оглянулась на спящего Славу, тихо вышла из комнаты и выходя из дома во двор, накинула на плечи шаль, Фрем хотел выйти вместе с ней, но Лиля перед его мордой закрыла дверь, и он заскулил и поскреб по двери лапой. Мороз сразу окутал её, но она, не замечая холод вглядывалась в глубину сада, где расползлась стелющаяся понизу черным туманом тень, а её тихий, хриплый шепот слышался со всех сторон. Было тихо, будто в этом мире всё спит или умерло и только шёпот напоминал скрип вымороженного сильным холодом сухого снега под чьими-то ногами. Вороны сделав несколько кругов над домом, опустились и молча сели на ветки деревьев. Не обращая на них внимание, Лиля присела на ступеньку крыльца и наблюдала за тенью светящимися глазами, а та подползала всё ближе, вытягиваясь в высоту, шёпотом густым как морозный туман окружая Лилю и затягивая в себя звала за собой. Встряхнув волосами, Лиля посмотрела наверх. Несколько прозрачных облаков случайно зацепившись за ветер, мчавшийся на бешеной скорости неслись по небу. Лавиной с высоты он обрушился на сад, сбил ворон с веток на землю, закрутившись воронкой, собрал их всех, и закручиваясь смерчем полетел, унося внутри себя испуганных, бьющихся птиц. Тень уползая растворилась под снегом.

 

– Лиля, что это за шум был? – Из дома выбежал Слава, и увидев валяющиеся на снегу обломки веток, он оглядел её, – С тобой все в порядке? Что здесь случилось?

– Ничего страшного, просто ветер упал. – Сказала, устало опустив голову.

– Куда упал? Ты опять загадками, колдунья моя, разговариваешь. Ты почему раздетая вышла, заболеть хочешь? – Поднял Лилю и обнимая повел в дом, – Ты вся замерзла, разве можно так.

Фрем вырвавшись из дома стал с интересом обнюхивать валяющиеся ветки и глухо ворча прошел по всему двору.

Слава усадил Лилю в кресло, закутал в одеяло и подал чашку с горячим чаем.

– Согрелась? Я проснулся, Фрем меня мордой толкает, скулит, тебя рядом нет, на улице грохот стоит, будто рядом поезд пролетел, – Он сел на пол, одевая ей на ноги носки, – Ноги ледяные у тебя, разве можно в тапочках на мороз выходить? Лиля, песня моя, ты так больше меня не пугай.

– Я постараюсь, – С нежностью улыбнулась ему.

– Вот, вот, постараюсь. Я теперь за тобой всё время следить буду. До свадьбы неделя осталась, а она бегает раздетая и босиком по снегу, ты хочешь с температурой на свадьбе быть? – Продолжая ворчать, он поднялся, – Ни на минуту тебя оставить одну нельзя.

Слава сел напротив, и они молча смотрели друг на друга, разговаривая глазами, ему казалось, что он знает о ней всё, все её тайны, какое настроение, но как только становился в этом уверен, то снова происходило что-то, и загадок становиться ещё больше. Но в одном он был твёрдо уверен и знал, какая у них будет дальнейшая жизнь и свои творческие планы на будущее. Он мечтал написать песню о её удивительных глазах, в которых поселился весь его мир и смысл его жизни.

Как и предсказала Лиля, они быстро нашли дом отдыха на берегу озера, и их сразу пригласили выступать с концертами на все новогодние праздники ещё и на соседние турбазы. Слава и его друзья давно перестали удивляться способностям Лили, считали, что так и должно быть.

Снег шёл тихими крупными хлопьями, нежно оплетал пушистой ватой ветки деревьев, заполнил звенящий тишиной сад и эта тишина была видима глазу. Лиля всматривалась в неё, в шепот невесомых летящих снежинок, в их мелодию. Морозный туман окутал, нити слов кололи льдинками, проникая в самое сердце. В такой тишине ветра не было, и она сама с огромным трудом выползла из тумана упираясь в стены руками, поднялась и дошла до стола, чтобы записать, пропущенные сквозь душу слова. Стало легче. Перед глазами мелькали снежинками слова и прочитав текст она улыбнулась, – «Это будет подарок на свадьбу.»

Наступил день свадьбы и с утра в доме собралось много народу. На втором этаже в комнате поставили большое зеркало, и подруги помогали Лиле одеваться, делали ей прическу и макияж. Она, еле сдерживая в себе дрожь, закрыла глаза, чтобы спрятать свет от бушующего внутри вихря, думала – «Что-то будет, не смогут они в такой день нас в покой оставить, все ближе день расплаты. Что же на этот раз придумают?»

– Скоро они там её оденут? – Слава от нетерпения, ходил из угла в угол по гостиной, – Мы в загс опоздаем, а нам еще три часа за город ехать.

– Успеем, ты сядь, успокойся, – Роман дернул его за рукав, подавая бокал, – Выпей с нами.

Друзьями и гости сидели на кухне, в верхней одежде, готовые ехать в любую минуту. Кто-то из них уже произносил тост за молодых, но Слава оборвал речь на полуслове. По лестнице чуть приподнимая рукой край платья, спускалась невеста. Белоснежное платье было сшито по фигуре, узкое со шлейфом, фата была длинной и она, стесняясь открытых плеч, закутывалась в нее. Такой красивой Лилю Слава никогда ещё не видел и застыл с бокалом в руках. Роман забрал у него бокал и подтолкнул к невесте, тот обнял её и стал шептать ласковые слова. Лиля смотрела на него счастливыми, светящиеся любовью, русалочьими глазами.

– Слава, Лиля всё хватит вам шептаться, опаздываем, – Роман торопил их, подталкивая к двери, – Гости, все на выход! Все по машинам. Мы едем в загс, а все остальные сразу в дом отдыха, там все встретимся.

Слава накинул ей на плечи шубу, и подхватив на руки, донес до машины. Регистрироваться поехали таким же составом, как и на свои концерты, впятером.

Заснеженные ели и сосны, огромные сугробы вдоль дороги и синее высокое, холодное небо. Этот пейзаж за окном машины успокаивающе действовал на Лилю. После регистрации она была взволнована, её трясла мелкая дрожь, даже зубы стучали. Слава тоже разволновался:

– Как ты, милая? Прижмись ко мне. Ты замерзла или волнуешься? – Слава заглянул в глаза, – Я сам переволновался. Как хорошо, что никого из фанатов не было, а то так быстро из загса не получилось бы уйти.

– Я другую дату в интервью дал, – Роман повернулся к ним, – Вы же сами не хотели шумихи. Пусть потом узнают. Там шампанское за вашим сиденьем лежит, доставайте, выпьем. Нам ещё долго ехать, а поздравить вас мне очень хочется, – Роман достал бокалы, и предложил парням, – Давайте остановимся и поздравим молодоженов. Макс ты не пьешь, ты за рулем. Вот тут возле обочины останови.

Лиля открыла дверь и оставаясь сидеть в машине опустила ноги на дорогу. Парни стояли рядом, курили, смеясь переговаривались между собой. Яркое солнце слепило глаза, сверкало на снегу тысячами маленьких светлячков. Рядом с машиной упал сверху снег сугробом и Лиля, выйдя из машины, подняла голову. На ветку ели села большая ворона с иссиня-черным оперением, и хитро поглядывая черными глазами, закаркала хриплым голосом.

– Девочка моя, иди к нам, – Слава протянул руку.

Она сделала шаг и замерла. Мимо на большой скорости пролетела машина, раздался визг тормозов, потом задним ходом с гулким рёвом она подъехала к ним и резко, взвизгнув остановилась рядом. Из неё вышли трое молодых, пьяных парней.

– Кого мы видим, это же музыканты. Мы на вашем концерте недавно были. А вы что тут делаете? Выпьете с нами? – Они подошли, протягивая руки для приветствия.

– А это чья невеста? – Один высокий, крепкий парень, широко улыбаясь, шатаясь направился к Лиле, – Такая красавица должна ехать с нами. Зачем тебе эти старики сдались? Поехали развлекаться. – Попытался обнять Лилю. – Мы тебе сами первую брачную ночь устроим.

Роман, оттолкнув его от Лили, успел схватить Славу до того, как тот рванул к парням.

– Быстро в машину, – Он крикнул Лиле, удерживая Славу.

Лиля запрыгнула в салон и зажмурив глаза, закрыла лицо руками. Она сдерживала в себе бурю, – «Нельзя при людях показывать силу, нельзя. Что там происходит, как посмотреть? Увидят свет. Рома, Рома помоги нам. Нельзя помочь самой. Зачем они вселяются в простых людей? Они который раз сами нарушают договор, а мне не позволяют. Когда всё это закончиться.» Громкая музыка заглушала происходившую драку на дороге.

– Испугалась моя девочка? – Слава, потирая руки залез в машину, – Посмотри на меня, – Убирая её ладони от лица, – Открой глаза, милая, ты испугалась? Всё хорошо, никто тебя больше не обидит. Жаль шампанского не успели выпить, – Он смеясь прижал Лилю к себе. – А ты, – Он обратился к Роману, – Ты меня зачем в начале держал?

Рейтинг@Mail.ru