Монмартрская сирота

Луи Буссенар
Монмартрская сирота

Глава XXXIII

Как только Стальное Тело и супруги Дэрош покинули Fort Mac-Rae и скрылись из виду, Диана стала обдумывать план действий.

В ее распоряжении было несколько решительных людей, составляющих ее почетную свиту, но она тем не менее не решалась немедленно пуститься в погоню за беглецами, зная дьявольскую отвагу и изворотливость Стального Тела. Она решила дождаться прибытия своего отряда и в ожидании его поручила несравненному полковнику Сайрусу Диксону, которого за несколько часов до экспедиции извлекли в самом жалком виде из погреба, купить две смены свежих лошадей для всего отряда.

Через несколько часов отряд Дианы прибыл в Fort Mac-Rae и после короткого отдыха пустился вслед за беглецами.

Ночевка была устроена на том месте, где был первый привал Стального Тела и его друзей. Еще до рассвета Диана подняла своих людей, чтобы выиграть таким образом во времени.

– К четырем часам вечера они будут в наших руках! – воскликнула она, энергично взмахнув хлыстом.

Ее лошадь рванулась вперед, и отряд понесся вихрем за своей предводительницей.

Погоня была в полном разгаре, и чем меньше становилось расстояние между неприятельскими группами, тем сильнее разгоралось у Дианы желание увидеть Стальное Тело.

Она забыла обо всем в мире, и все ее желания и помыслы сосредоточились на одном: как можно скорее увидеть ковбоя.

Зачем?.. Она не отдавала себе в этом отчета. У нее было желание созерцать его мужественное лицо, любоваться его статной фигурой, слышать его страстную речь.

Лошади неслись стрелой.

– Вперед!.. Вперед!.. – вскрикивала время от времени Диана, припадая к развевающейся гриве своего скакуна.

Расстояние между преследуемыми и преследователями заметно уменьшалось – и наконец один из всадников Дианы, стрелок из Кентукки, заметил вдали небольшую группу беглецов.

– Вот они! Вот они!.. – радостно воскликнул он, протягивая руку в сторону гор.

– Сто долларов за дорогую весть! – приветствовала его открытие Королева Золота.

– Горы!.. Они успеют скрыться в горах! – вскричал всадник.

Диана пожала плечами.

– Их лошади выбились из сил, – сказала она. – Мы нагоним их прежде, чем они достигнут вершины. Смелей, смелей!.. Тысячу долларов тому, кто доставит мне Стальное Тело живым!..

– Ура! Да здравствует Королева Золота!

– Вперед!.. Вперед!..

Вскоре они наткнулись на труп пораженной столбняком лошади.

– Видите… Видите… Их лошади падают… Они в наших руках. Вперед, ковбои… Вперед!..

Бешеный галоп, короткий отдых лошадям – и снова энергичный возглас: «Вперед!»

Подъем становился все круче. Отряд двигался медленно, но все же быстрее беглецов.

Странно! Маленькая группа скрылась из виду за одним из поворотов и не появлялась больше на глаза.

Уж не перехитрил ли своих врагов этот дьявол в образе Стального Тела?

Но нет, Диана не даст себя перехитрить.

– Назначьте десять человек для надзора за тесниной! – распорядилась она. – Они должны присоединиться к отряду через четыре часа.

Короткая остановка, и отряд снова в пути.

Вот он добрался до крутого утеса и после долгих усилий благополучно перевалил через него, а спустя полчаса достиг вершины горы.

– Это крайне странно! – удивлялась вслух Диана. – Беглецов не видно, а между тем я могу поручиться чем угодно, что мы их не проглядели. Да и где бы они могли укрыться, когда здесь все видно как на ладони. Неужели они успели перевалить через горы? Вперед! Вперед!.. – еще раз скомандовала она, и отряд стал быстро спускаться вниз по другую сторону горы.

Спуск совершался очень быстро, но был необычайно крут, и всадники, спустившись с какого-нибудь уступа, искренне удивлялись, как их лошади и они сами не сломали себе шеи.

Лошади, предоставленные самим себе, осторожно двигались шаг за шагом и, постепенно упираясь то передними, то задними ногами, разбили до крови свои неподкованные копыта.

И лошадям, и всадникам требовался отдых. Решено было тут же расположиться лагерем.

Диана, взбешенная неудачей, приняла твердое решение возобновить преследование на рассвете с еще большей настойчивостью.

Неудача обескуражила бы всякую другую женщину, но не Диану. Далекая от мысли покориться обстоятельствам, она, едва подкрепив свои силы, отправилась бродить по живописной местности, обдумывая план действий на случай, если беглецам удастся ускользнуть из ее рук и добраться до ранчо Монмартр.

Совершенно машинально взгляд ее упал на возвышавшуюся перед ней гору с красноватым скатом, на верхушке которого там и сям виднелись отверстия, расположенные строго друг над другом.

Вид этой горы, на которую она сначала не обратила внимания, заставил внезапно сильнее забиться ее сердце.

Ей пришли вдруг на память рассказы, описания, изображения и легенды о фантастическом Воздушном Городе, где скрыты несметные сокровища древних индейских вождей.

У Дианы захватило дух, и от волнения она едва держалась на ногах.

О Боже! Неужели это та самая скалистая стена, неужели это те самые квадратные окна, те самые каменистые площадки, о которых говорилось в индейских сагах, за один вид которых она готова была отдать часть жизни!

Она целыми месяцами бродила в горах, ища все это, увы! тщетно, как и многие другие безумцы, одержимые той же мечтой. Неужели же это была не мечта? Неужели слепой случай привел ее туда, куда не ступала нога ни одного цивилизованного человека, кроме француза Дэроша?

Она не сомневалась теперь, что неосторожные слова, вырвавшиеся у Дэроша и подслушанные ее агентами, не бред человека, помешавшегося на химере…

Молодая женщина жадно оглядывала красновато-бурую гору, и на ее бледном красивом лице появилась торжествующая улыбка.

– Воздушный Город! – прошептала она, задыхаясь от волнения. – Я искала любимого человека и… набрела на сокровища!..

Глава XXXIV

Страсть к золоту одержала на мгновение верх над любовью.

Мысль о сокровищах отодвинула на задний план мечты о единственном человеке, которого она любила со всей пылкостью своей натуры.

В ней сказалась Королева Золота.

В одно мгновение она пережила самые разнообразные ощущения: изумление, тревогу, сомнения, бьющую ключом, опьяняющую радость.

Ей хотелось отдалиться от мира, замкнуться в самой себе и наслаждаться, упиваться своим счастьем.

Двумя мечтами была полна ее жизнь – о счастливой любви и о сокровищах.

И вот одна ее мечта близка к осуществлению. Перед ней Воздушный Город – тот легендарный город, который вот уже несколько веков тщетно ищут тысячи мечтателей.

Она несколько минут оставалась в забытьи.

Очнувшись, она задумалась над тем, как добыть сокровища.

Прежде всего она решила не посвящать в свою тайну никого, кроме самых доверенных людей.

Помимо полковника Диксона, в ее отряде было несколько человек, более или менее посвященных в тайну сокровищ.

Прежде всего, Корнелиус Фьельд, ее секретарь, который знал все секреты Дианы. Затем – агенты, следившие за Дэрошем и подслушавшие француза, когда он, вопреки советам Жо, громко выражал радость по поводу открытия сокровищ. Кое-что знали, наконец, и авантюристы, похитившие Элизу, ее родителей и старого негра.

Эти люди знали, однако, тайну лишь отчасти, в той степени, в какой они принимали в ней непосредственное участие, оставаясь в полном неведении относительно того, что касалось их друзей, и потому не могли бы ничего предпринять порознь. Все секреты сосредоточивались в руках Королевы Золота – и она одна могла обеспечить успех предприятия; ее сообщники это знали и согласились быть пайщиками Дианы.

Королева Золота поспешила поделиться открытием со своим секретарем Корнелиусом.

Это был человек небольшого роста, средних лет, чрезвычайно ловкий и не особенно разборчивый в средствах к достижению целей. Он занимал некогда довольно важный пост в департаменте полиции, но, будучи крайне самолюбивым, вошел в столкновение с начальством, подал в отставку и с тех пор был в услужении у частных лиц.

Час спустя уже была готова лестница, сколоченная по распоряжению Корнелиуса Фьельда из стволов высоких деревьев, вырубленных в близрастущем лесу. Ступени ее, для выигрыша во времени, сделаны были с помощью лассо.

Как только импровизированная лестница была готова, ее тотчас же приставили к скалистой, почти вертикальной стене, и Диана первой стала по ней взбираться. Мужской костюм, облегавший ее стройную фигуру, упрощал ей подъем, и всадники восхищались ловкостью и смелостью, с какими она взобралась на первую площадку. Вслед за ней поднялись Корнелиус и полковник Диксон.

Когда все трое были на площадке, Корнелиус осторожно втащил наверх лестницу и приставил ее ко второй площадке. Подъем совершился в том же порядке.

Чем выше, тем это становилось опаснее, и у стоявших внизу людей дух захватывало при мысли, что взбиравшимся достаточно сделать один неправильный шаг, чтобы полететь вниз и разбиться вдребезги.

Наконец, они достигли девятой площадки и были у цели. Их отделяло от людей, стоявших внизу, расстояние в семьдесят метров.

Как некогда Дэрош, Королева Золота проникла в первую комнату, высеченную в скале. Мужчины последовали за ней и застали ее погруженной в рассматривание бумаги, которую она только что вынула из маленького портфеля из змеиной кожи.

На листе красными штрихами был начерчен план.

– Ну что, господин полковник, – улыбаясь, сказал Корнелиус, – разве не удобнее было снять план, чем содрать его вместе с кожей со спины негра, как вы это предлагали?

– Да, но вы слишком долго провозились с вашей копией, – возразил полковник своим гнусливым голосом.

– Зато это было человечнее. Я напоил старика до потери сознания, и, уверяю вас, он не чувствовал ни малейшей боли, когда я оперировал над его черной кожей серной кислотой.

Диана, улыбаясь, слушала и в то же время внимательно разглядывала план. Наконец, она подняла голову и воскликнула с лихорадочной торопливостью:

 

– Готово, идем!

Корнелиус отвязал подвязанные им к лестнице смолистые сучья дерева, известного под названием «окошэ», вполне заменяющего индейцам факелы, и они двинулись в путь.

В подземелье отвратительно пахло летучими мышами, которые носились целыми тучами, спугнутые светом.

Впереди шел, освещая путь, Корнелиус. За ним с планом в руках двигалась Диана, а полковник Диксон заключал шествие, смешно пригибаясь при проходе через небольшие отверстия между двумя соседними комнатами.

План был превосходен.

В нем были помечены не только проходы, но и указаны отличительные признаки той или другой комнаты. Каждая из каменных клетей сообщалась тремя или даже четырьмя проходами с соседними, и потому без плана решительно нельзя было бы разобраться в этом лабиринте.

С сильно бьющимися сердцами, медленно двигались вперед Диана и ее спутники.

Наконец, они дошли до голой стены, где была изображена головакаймана и в которой Дэрош проделал клинообразную брешь при помощи динамитного патрона.

– Здесь находятся сокровища, – прошептала Диана задыхающимся голосом.

Ее сердце билось до боли, и руки дрожали.

Корнелиус поднес к стене факел, ища какого-нибудь отверстия или расщелины. Перед ним был сплошной гранит. После более внимательного осмотра он заметил, наконец, нору, ту самую, из которой Жо вытащил за хвост ракуна.

Нагнувшись, он разглядел в шероховатости гранита следы металлического порошка, которые Дэрош впопыхах забыл уничтожить.

Как и Дэрош, полковник всунул в нору руку и вытащил несколько зерен золотого песку.

Диана, снедаемая лихорадочным волнением, последовала примеру полковника и просунула туда же свою нежную маленькую ручку.

Ее пальцы нащупали золото… Песчинки металла прилипли к ее руке и забрались под ногти.

– Золото!.. Это золото! – воскликнула она, пьянея от восторга. – Нужно пройти туда во что бы то ни стало!

– Как бы уничтожить эту проклятую стену? – вскричал полковник, наэлектризованный видом золота.

– Это можно сделать лишь при помощи пушки или динамита, – ответил Корнелиус, стараясь сдержать волнение.

– Но ведь динамит можно достать не ближе чем в Fort Mac-Rae.

Диана нервно пожала плечами и обратилась к своему секретарю:

– Скажите, Корнелиус, сколько динамита в патроне винтовки?

– Ровно шесть грамм.

– Прекрасно. У каждого из наших всадников по тысяче патронов; не так ли?

Корнелиус утвердительно кивнул головой.

– Так как их пятьдесят человек, то всего, значит, имеется пять тысяч патронов. Считая по шесть грамм в патроне, мы располагаем тридцатью килограммами динамита… Итак, нужно выпотрошить патроны, и у нас будет столько динамита, что мы сможем взорвать целую шахту.

Полковник и Корнелиус с искренним восхищением смотрели на молодую женщину, которая так быстро придумала столь простой и легкий способ.

Они приветствовали ее план криками: «Браво!» – и, как американцы, понимая, что в данном случае «время – больше, чем деньги», поспешили привести его в исполнение.

С большими предосторожностями они спустились вниз, оставив Диану наедине с вековыми сокровищами.

Извлечение динамита из патронов продолжалось больше часа, и Диана дрожала от нетерпения.

За неимением подходящего сосуда динамит был помещен в дорожном одеяле, завязанном четырьмя узлами, и после неимоверных усилий благополучно доставлен к норе ракуна.

Достаточно было ничтожной искры, чтобы все трое были погребены в мрачной пещере, и потому полковник принял самые строгие предосторожности, стараясь держаться с факелом как можно дальше.

Корнелиус наполнил нору динамитом, ввел туда длинную шерстяную тряпку, пропитанную порохом, привязал к ней разорванное полосами одеяло и засыпал затем нору мелкими камешками и песком, плотно притоптав их сапогом.

Когда все было готово, Корнелиус слегка посыпал порохом свой импровизированный фитиль и, улыбаясь, обратился к Диане:

– Адская машина готова!

Они отошли от стены на значительное расстояние, после чего Диана поднесла к фитилю огонь.

Показались искры и легкое пламя, змейкой извивающееся по направлению к норе.

Через мгновение раздался оглушительный взрыв.

Глава XXXV

Дэрош и Стальное Тело вскочили на ноги, ошеломленные громом, потрясшим гору.

Ослепительный блеск прорезал окружавший их непроницаемый мрак, и одновременно посыпались с грохотом груды камней.

Им почудилось, будто перед ними поднялась, точно в феерии, стена. Они, оглушенные, подавленные, стояли, потеряв способность двигаться.

Затем их снова окружила непроницаемая тьма.

Спустя несколько минут совсем близко показался яркий свет, и послышались человеческие голоса.

Это были возгласы безумной радости.

Смех, восклицания, выражение восторга – все это смешивалось в нестройный гул.

– Миллионы!.. Целое царство золота!.. Это поразительно! Слитки!.. Золотой песок!.. Самородки!.. Еще!.. Еще!..

Стальное Тело, оглушенный ударом камня, не сознавал, что вокруг него делается; но Дэрош, успевший прийти в себя, понял происходящее.

Он сразу узнал эти пожелтевшие от времени ящики, на которые падал свет факелов.

В них заключались индейские сокровища – те сокровища, которые он нашел после столь тяжких трудов.

Он понял все.

Воздушный Город тянулся вдоль всего подземелья между обоими склонами горы.

Древние обитатели его сообщались, очевидно, с внешним миром двумя путями: с одной стороны горы – посредством квадратных отверстий, выходящих на площадки, а с другой – посредством пещеры, к которой вела головоломная тропинка, открытая Стальным Телом.

Между пещерой и помещением, где хранились сокровища, природа устроила тонкую гранитную стену, которая была уничтожена теперь действием взрыва.

Дэрош тотчас все понял.

Все его труды погибли… Все надежды рухнули… Его сокровища – ведь он первый открыл их – в чужих руках.

Гнев, бешенство, отчаяние овладели им, и он, бессильно сжав кулаки, крикнул незнакомцам:

– Негодяи!.. Мошенники!.. Воры!.. Оно вам не достанется!.. Нет, оно вам не достанется!..

Он хотел броситься на них с револьвером, но беспомощно упал на землю из-за отсутствия сил.

Три крика изумления и ярости раздались в ответ на его неблагоразумный протест, и в тот же миг из-за облаков не совсем еще рассеявшегося дыма к месту, где лежал Дэрош, бросились три фигуры.

Стальное Тело, Дэрош и г-жа Дэрош были силой опрокинуты наземь, прежде чем подумали о защите, и каждый из них почувствовал на груди колено врага.

– Диана!..

– Стальное Тело!..

Ковбой узнал Королеву Золота при свете факела.

Диана, сжимавшая в железных тисках г-жу Дэрош, тотчас же вскочила на ноги.

Стальное Тело чувствовал на виске холодное дуло револьвера, а над горлом Дэроша блестело лезвие ножа.

– Долой оружие!.. Не убивайте их!.. – скомандовала Диана тоном, которому трудно было не повиноваться.

Дэрош узнал Диану и ее друзей.

– Наши палачи!.. Проклятие!.. – хрипел он.

Полковник сжимал ему горло, тогда как Диана вязала ему руки носовым платком.

Стальное Тело, побежденный в первый раз в жизни, лежал без движения.

Победить его, впрочем, было на сей раз нетрудно. Не совсем зажившая рана, страшное напряжение сил во время бегства и только что полученный удар камнем по голове окончательно его обессилили.

Молодая женщина, тяжело дыша, смотрела на него сверкающим взглядом, в котором можно было одновременно прочесть и злобу, и ненависть, и любовь.

Лежа на спине со связанными руками и ногами, он сжимал в бессильной злобе кулаки и старался не смотреть на Диану.

Теперь он понял, что произошло, и первая мысль его была о Элизе, которой грозило новое горе.

– Диана, моя дорогая, – протянул отвратительным, гнусливым голосом полковник, – пощадить этих людей!.. Вы не подумали!.. Слишком много свидетелей… Понимаете?.. Ведь только мертвые умеют хранить тайны… Нужно их убить… Не так ли, Корнелиус?

– Да, – ответил секретарь глухим голосом. – Я такого же мнения.

– Слышите, Стальное Тело, я одна располагаю вашей жизнью.

– Располагайте, моя дорогая!

– Не шутите, а не то я размозжу вам голову.

– Размозжите, моя дорогая!

– Эти люди умрут до вас… и на ваших глазах!

– Я понимаю, что вам выгодно убить их после того, как вы воспользовались их имуществом. После грабежа – убийство… Это очень последовательно…

Он рассмеялся нервным презрительным смехом, оскорбившим молодую женщину, как пощечина.

– Еще раз советую вам, воздержитесь от насмешек!

– А вы воздержитесь от угроз! Уж не принимаете ли вы меня за ребенка?

– Ладно! Хотите спасти свою жизнь и жизнь своих друзей?

– Вы хотите устроить сделку?

– Пусть француз с ранчо Монмартр откажется от своих прав на сокровища!..

– Никогда! – прервал ее с яростной энергией Дэрош.

Она продолжала, точно не слышала этих слов:

– А вы откажитесь навсегда от знакомства с ним, с его женой и дочерью.

– Довольно! Я не принимаю условий… Я буду делать то, что мне захочется… Пойду туда, куда меня повлечет привязанность… Отдамся тому, кто заслужит мою любовь…

– Несчастный! Я хотела, чтобы ты загладил нанесенное мне оскорбление… Чтобы ты был моим… Чтобы ты располагал мной и моим золотом…

– Я требую прежде всего свободы для них и для себя… Без всяких условий…

– Да, чтобы ты отправился любезничать с маленькой француженкой… и вместе с ней смеялся надо мной!

– А почему бы и не так? – засмеялся он, чувствуя страстное желание подразнить ее.

– Вот как! Ты вынес себе и им смертный приговор! – вскрикнула она, сверкая глазами. – Умри же! Ты оскорбил меня и умрешь от моей руки!

С этими словами она, дрожа от бешенства, быстро схватила револьвер и, направив его на Стальное Тело, крикнула:

– Этого я беру на себя!.. С теми расправьтесь сами!

* * *

Не успел щелкнуть курок, как над ухом Дианы прозвучал гортанный смех, и она, полузадушенная чьими-то железными тисками, была опрокинута навзничь.

Полковник, поднявший нож над беззащитным Дэрошем, был сбит с ног и упал в беспамятстве, пораженный страшным ударом в затылок, а Корнелиус задыхался в чьих-то могучих объятиях.

– Э, черт возьми, мы кажется подоспели вовремя! Не правда ли, друг? – весело спросил кто-то у Стального Тела.

– Колибри!.. Дружок мой…

– Колибри!.. Мое дитя! – воскликнул Дэрош дрожащим голосом.

– Ну… Ну… Долой лапы… – гремел поблизости полунасмешливый, полусердитый голос. – Долой лапы!.. Или не будь я Жако Канадец, если ты не вздумаешь раскаиваться слишком поздно.

Одновременно прозвучал военный команчский клич, и Черный Орел, сваливший полковника Диксона ударом томагавка, стал поспешно развязывать путы, связывавшие по рукам и ногам Дэроша и Стальное Тело.

При свете факела он заметил лежащую неподвижно г-жу Дэрош.

– Моя сестра умерла? – спросил он, скрежеща зубами.

– Нет, вождь, – ответил Дэрош, дружески пожимая ему руки. – Мы спасены!.. Спасены вами!.. Мой добрый Жако!.. Моя дорогая малютка Колибри!.. А Элиза… Где Элиза?

– Вы ее скоро увидите.

Диана попыталась вырваться из державших ее рук, но маленькая индианка держала ее, как в тисках.

Жако удалось наконец связать Корнелиуса, предварительно его обезоружив.

Черный Орел осторожно приподнял г-жу Дэрош, не занимаясь больше полковником, который лежал неподвижно, точно труп.

Колибри с невыразимой ненавистью смотрела на Диану. Королева Золота не сдавалась и усиленно билась в руках дикарки.

– Не барахтайся, негодная тварь! – обратилась к ней индианка холодным тоном. – Не барахтайся, или я возьму нож и выколю тебе глаза, как твои бандиты сделали это бедному Жо.

Стальное Тело вдыхал воздух полной грудью. Он пожал руку Жако и поблагодарил его и Колибри за помощь, оказанную так кстати.

– Не забудь поблагодарить и Элизу, которая привела нас сюда, – ответила ему индианка.

– Элизу! – повторил Стальное Тело и низко опустил голову.

– Да, Элизу, который ты изменил из-за этой авантюристки и которая чуть не умерла с горя, – продолжала Колибри.

Дэрош был счастлив. Судьба одним махом вернула ему все: любимую дочь, сокровища, собственную свободу и свободу близким.

Его занимала мысль, как Черный Орел, Колибри и Канадец пробрались сюда без плана подземелья?

Как бы в ответ на его мысль, индейский вождь испустил призывный крик.

По этому сигналу со всех сторон с яркими факелами в руках показались вооруженные с ног до головы индейцы. Они образовали непрерывную цепь, начиная от первой комнатки вплоть до сокровищницы.

 

Диана, видя, что все погибло, спокойно отнеслась к своей участи, гордо и пренебрежительно глядя на врагов.

Она легко объяснила себе все происшедшее.

Многочисленные индейцы наводнили подземелье и мало-помалу, раздвигая свои ряды, добрались до сокровищницы.

Диана, Корнелиус и полковник, слишком увлеченные борьбой с беглецами, не заметили, как к ним подкрались враги.

Между тем г-жа Дэрош пришла в себя, и ее тотчас же стала бить сильная лихорадка.

Дэрош и Стальное Тело, как и она, нуждались в притоке свежего воздуха. Все страстно желали поскорей увидеть дневной свет и широкий простор голубого неба. Черный Орел подал знак, и отряд его двинулся к выходу.

Индейцы потащили полковника и Корнелиуса.

Диана, обезоруженная, связанная по рукам, шла впереди Колибри, гордо и презрительно подняв голову, не обращая внимания на конвоировавшую ее индианку.

Друзья выбрались на верхнюю площадку, радуясь дневному свету и свежему воздуху.

Индейцы соединили лестницами все площадки, стараясь изо всех сил сделать спуск удобным и безопасным.

Дэрош и его жена, рискуя свалиться вниз, наклонились над площадкой и искали взглядом Элизу. Молодая девушка заметила их и хотела что-то крикнуть, но из-за неожиданности их появления и счастья свидания у нее отнялся язык, и она безмолвно смотрела вверх, как очарованная.

Дэрош спустился первым, за ним следовала жена, а потом Черный Орел.

Когда они ступили на землю, индейцы, охранявшие Элизу, приветствовали их радостными, торжественными кликами.

Элиза как-то нервно, со страстной, почти болезненной нежностью бросилась на шею родителям и залилась счастливыми слезами:

– Папа!.. Мой дорогой папа!.. Милая мама!.. Родная!.. Неужели это не сон?.. Неужели вы опять со мной!..

Дэрош не мог сдержать волнения и рыдал, как дитя.

Г-жа Дэрош лепетала прерывающимся голосом имя Элизы, прижимала дочь к груди и, лаская ее, шептала:

– Еще!.. Моя пташка!.. Поцелуй меня еще раз!

Мертвенно-бледная Диана спокойно и решительно сошла на землю, сопровождаемая Колибри.

За ними спустились Жако и Стальное Тело, чувствовавший себя очень скверно в присутствии Элизы и Дианы. Затем вниз на лассо были спущены полковник и Корнелиус, после чего сошли уже и индейцы.

Элиза еще не заметила соперницы. Она отдалась вся счастью свидания и без конца обнимала и ласкала родителей.

У Дэроша вырвался радостный крик. Он увидел старого негра:

– Жо!.. Мой славный Жо!

– Муше Дэрош… Госпожа… Дорогая госпожа… Я, который услышал ваш голос…

И старик, сопровождаемый Фрэдом, упал в объятия супругов Дэрош.

– А вот тот, кто возвратил нам нашего дорогого Жо, – представила Элиза родителям Фрэда.

Дэрош горячо пожал ему руку.

В тот же момент Элиза побледнела, и у нее сильно забилось сердце. Она узнала Диану, котрую благодаря ее костюму приняла сначала за мужчину. Затем ее взгляд упал на Стальное Тело, стоявшего поодаль в сильном смущении.

Воспитанная в индейском духе и привыкшая с детства видеть применение страшной формулы Линча: «Око за око, зуб за зуб», Элиза, не задумываясь, решила отомстить своему злейшему врагу.

Она в мгновение ока схватила револьвер, прицелилась в Королеву Золота и воскликнула, сверкнув глазами, потемневшими от ненависти:

– Вот виновница наших несчастий… Смерть ей!

Диана смерила ее взглядом.

– Только трусы и подлецы убивают пленников! – ответила она ей.

Элиза опустила руку:

– На вас нельзя смотреть, как на честного врага… Вы совершили слишком много грязны поступков… Для достижения своих алчных целей, вы не были разборчивы в средствах… Вы отдали меня на поругание… Вы изуродовали Жо… Вы хотели замучить под пытками моих родителей… Вы собирались обокрасть их.

Из всех этих упреков лишь последний задел Диану.

– Я… воровка? – спросила она Элизу с негодованием.

– Да, воровка!.. Слышите ли, я повторяю: вы воровка!..

– Вы бессовестно злоупотребляете своей силой.

– Вы сами подали мне пример своим поведением в Золотом Поле. Знаете ли вы про существование в пустыне закона Линча? Вы по меньшей мере десять раз заслужили применение этого закона.

Диана все еще надеялась, что ее всадники придут к ней на помощь, и пыталась выиграть время, поддерживая своими бравурными выходками разговор с Элизой.

Молодая девушка ее разгадала.

– Не надейтесь на помощь, – прервала она ее. – Ваши сообщники далеко. Они сдались без боя нашим друзьям, индейцам, тем более что вы употребили все патроны на взрыв. Мы отпустили их на все четыре стороны с условием не возвращаться сюда под страхом скальпирования.

– Можете последовать за ними, – прибавила Элиза после краткой паузы.

Диана вздрогнула от радости и неожиданности, но тотчас же постаралась скрыть волнение.

– Вы даете мне свободу? – спросила она резко. – Без условий?.. Смотрите, чтобы вам не пришлось об этом жалеть… Я люблю мстить, как вам известно.

– Отомстить за оказанное вам добро. Это на вас похоже! Но вы мне теперь не страшны. Ни мне, ни моим близким!

– Я подписываюсь под тем, что сказала моя дочь, – вмешался в разговор Дэрош. – Несмотря на свою расточительность, вы страстно любите золото. Вы любите его так, что готовы из-за него обагрить руки кровью. Знайте же, что сокровища, которые вы надеетесь, быть может, вновь захватить, потеряны для вас навсегда. Там, – он протянул руку к вершине горы, – от тридцати до тридцати пяти тысяч килограмм золота на сумму от ста до ста пяти миллионов долларов. Там есть, кроме того, миллионов на двадцать драгоценных камней. Все это теперь же мы заберем с собой и увезем на мою ферму. Это сделать нетрудно. Каждый из нас может взять на седло по шестьдесят килограмм. Позже я постараюсь поместить сокровища в солидный банк. Вы можете навсегда распроститься со своей мечтой. Еще одно последнее слово. Вам сейчас подадут трех лошадей – для вас и для ваших спутников. Отправляйтесь подобру-поздорову и не встречайтесь на моем пути. Знайте, что я прощаю только раз.

Им привели трех лошадей. К одной из них привязали полковника Диксона, который еще не оправился от удара, нанесенного Черным Орлом; Корнелиус с трудом взобрался на другую; третью подали Диане, которая одним прыжком вскочила в седло.

Королева Золота пришпорила лошадь, и небольшая группа удалилась, подгоняемая грозным военным кличем команчей.

Диана, с налитыми кровью глазами, бледная как мертвец, до крови кусала губы.

– О, – шептала она, скрежеща зубами, – я отомщу… всем… Я отомщу так, что ад содрогнется от ужаса… Отомщу или умру!..

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21 
Рейтинг@Mail.ru