Охотница для оборотня

Лилия Орланд
Охотница для оборотня

ПРОЛОГ

Я умирала. Чувствовала, как жизнь вытекает из меня вместе с ручейком крови, становившимся всё тоньше и тоньше. Ощущала смертельный холод, и это не был холод снега, на котором лежало мое израненное тело. Я услышала шум и с усилием открыла глаза, поддавшись отчаянной надежде. Но легкий скрип снега, какой не мог произвести человек, и последовавший за ним волчий вой уничтожили мою надежду. Конечно, звери почуяли меня, истекающую кровью. Волки… По крайней мере, я не способна больше чувствовать боль. Я умру быстро. Надеюсь…

Я слышала, как они приближались. Все ближе и ближе. Вой послышался совсем рядом. Наверное, я бы вздрогнула от страха, если бы могла еще чувствовать свое тело. Если бы могла еще чувствовать страх. Мысленно усмехнулась. Надо мной склонился зверь, заслонив звезды. Звезды? Так вот почему темно, сейчас ночь. Волчья морда исчезла, вновь открыв мне небо. Я даже не пыталась удивляться, почему еще жива. Наверное, зверь где-то рядом, ждет остальную стаю.

Думаю, я потеряла сознание на какое-то время, потому что, когда вновь пришла в себя, я почувствовала, что меня куда-то волокут. Я не могла повернуть голову, чтобы посмотреть, но решила, что это волк.

– Да, подожди ты, глупое животное! Ты ж так ей последние кости переломаешь! – голос раздался внезапно, и я подумала, что наконец-то начался спасительный бред.

Почувствовала, меня отпустили, и некоторое время неподвижно лежала на снегу. Затем надо мной склонился человек, светя в лицо фонарём. Я непроизвольно зажмурилась.

– Фу ты! Жива еще! – в голосе человека слышалось облегчение. – Потерпи, милая, совсем немного осталось.

Он убрал источник света и приподнял меня, переложив на что-то более твердое. Я поняла, что это сани, лишь когда продолжилось движение. Меня куда-то долго везли. Я несколько раз теряла сознание. Затем осторожные руки вновь подняли меня и переложили на постель, покрытую шкурами. Судя по дыханию, в помещении находилось несколько человек.

– Ну и зачем ты притащил ее сюда? – рассерженно шептал женский голос.

– Они ушли, – ответил тот, кто принес меня.

– Собаки могли учуять, – не отставала женщина. – Или вернутся, добить раненых.

– Осталась только она. – он заметил, что я смотрю на них, и улыбнулся мне:

– Все будет хорошо, девочка, спи.

Я послушно закрыла глаза.

– Что ты собираешься делать? – зашипела женщина. – Нет! Ты не можешь!

– Я могу ей помочь, и я это сделаю. – он начал осторожно снимать с меня одежду. – Не мешай, Стелла.

Я слышала, как она выбежала, хлопнув дверью. Чувствовала прохладу воды, когда он промывал мои раны. Его дыхание касалось моего лица. Я слышала, как он шептал, почти пел, непонятные мне слова, все ускоряя ритм. А потом пришла боль. Нет, не так – БОЛЬ! Она поглотила мой разум, мои мысли, осталась лишь жестокая, испепеляющая боль. Она наполнила все тело огнем, жар которого сжигал последние крупицы жизни во мне.

«Все!» – подумала я перед тем, как провалиться в темноту.

ГЛАВА 1

Было тепло. Я с трудом открыла глаза и постаралась оглядеться. Я лежала в небольшом помещении. Бревенчатые стены, низкий потолок. Пахло землёй и хвоей. В открытой печурке потрескивал огонь, освещавший комнату, на плите стоял чугунок. На скамеечке у огня сидел человек. Он обернулся, почувствовав мой взгляд, и тут же поднялся и подошел ко мне.

– Как ты себя чувствуешь? – Спросил мужчина, приложив руку к моему лбу. – Все еще горячо, – пробормотал он.

– Я умерла? – Голос был хриплый и каркающий, первые слова дались тяжело, они царапали горло, будто отказываясь выходить наружу.

Арон поднялся и зачерпнул ковшом воду из деревянной бочки, дал мне напиться. Стало легче.

Я вспомнила страшную боль, пожиравшую мое тело, и подумала, что все-таки должна была умереть.

– Пошевели рукой. – Сказал он.

Я подвигала пальцами, затем подняла обе руки к лицу. Шрамов не было. Я попыталась приподняться. Это мне почти удалось, было на удивление легко, пока не начала кружиться голова. Я легла обратно и приподняла прикрывавшую меня шкуру, я была обнажена. Почувствовав смущение, решила пока больше не двигаться. Мужчина с улыбкой смотрел на меня.

– Что ты чувствуешь?

– Голод, – с изумлением ответила я. – Кажется, быка бы съела. Можно даже сырого.

Он засмеялся и подошел к печке. Когда он снял крышку с чугунка, комнату наполнил одуряющий аромат тушеного мяса. Я почувствовала, как зверски я голодна. Он поставил посудину на стол и сделал пригласительный жест, раскладывая мясо по мискам. Я завернулась в шкуру и подползла к столу, стоявшему в изножье постели. Ложек не было, пришлось есть руками. Но меня это нисколько не смущало, я выхватывала из миски горячие куски и жадно поглощала их. Он ел неспешно, внимательно разглядывая меня. Я же быстро опустошила миску и облизала пальцы. Невероятно, но я чувствовала себя просто превосходно, если не совершала резких движений. Покончив с едой, подняла глаза на мужчину. У него были каштановые, чуть волнистые волосы, тёплые янтарные глаза с множеством зелёных крапинок, лицо загорелое и обветренное. Одет он был в штаны и рубаху из выделанных шкур. Заметив, что я его разглядываю, мужчина улыбнулся. Я прислушалась к себе, он не вызывал страха, похоже, я ему доверяю. Улыбнулась в ответ.

– Меня зовут Арон. – Голос мне тоже понравился, густой, бархатистый. С такой внешностью и голосом, наверняка у него масса поклонниц. – А тебя?

Этот вопрос почему-то поставил меня в тупик и заставил задуматься. А как меня зовут? Я побродила по закоулкам своей памяти, там было по большей части пусто. Видимо, взгляд отражал мою растерянность.

– Ты не знаешь, как тебя зовут? – В его глазах было сочувствие. – Совсем не помнишь?

Я покачала головой.

– А откуда ты?

Я снова бросила внутренний взор на пустые лабиринты и пожала плечами.

– Так, ты не помнишь, кто ты такая, но понимаешь, что я говорю, – резюмировал он. – А что вообще ты помнишь?

Кровь, снег, волки… Я напряглась, вспоминать не хотелось, казалось, со мной произошло что-то страшное.

– Я помню волчий вой… Ты спас меня от зверей?

– Ну… – Он задумался, будто подыскивая ответ. Усмехнулся. – Можно сказать и так.

– Но я же… умирала…

Он нахмурился и внимательно посмотрел на меня, принимая какое-то решение.

– Наверное, ты сильно ударилась головой, поэтому было так больно.

– Я помню, кровь текла… Она была тёплой… – Я снова заглянула под шкуру, моя кожа оставалась целостной и гладкой, может, чуть бледной. – Где мои раны?

– Не было ран, ты просто ударилась головой. – Уже увереннее повторил он, терпеливо объясняя, словно маленькому ребёнку.

Мне показалось, или он отвёл глаза в сторону? Он что-то скрывает о том, что произошло со мной? Может, это он хотел меня убить? Глупости, я посмотрела на мужчину, он точно не убийца. К тому же он заботился обо мне, выходил… Может, я и правда ударилась головой? Это объясняет и то, почему она кружится при малейшем резком движении, и почему я ничего не помню. Я решила пока доверять Арону, но при первой же возможности выяснить, что именно со мной случилось.

– Там был ещё кто-нибудь?

Он покачал головой.

– Только ты.

– Где ты нашёл меня?

– В лесу.

Точно. Лес. Я помню… Снег и звёзды в просветах между деревьями… Что я делала одна в лесу? Могла я быть там с кем-то, кто бросил меня умирать? Он всех этих вопросов разболелась голова. Я поморщилась, и Арон тут же поднёс мне глиняную кружку с каким-то терпким отваром. Я не знала названия заваренных трав и того, пила ли я подобное раньше. Было очень странно ничего не знать ни о себе, ни о мире вокруг.

Глаза начали закрываться сами собой.

– Спи, – велел Арон, – тебе понадобятся силы.

Когда я проснулась, его не было. Подавив первый приступ паники, что он бросил меня одну неизвестно где, я решила выйти наружу и осмотреться. Может, мужчина где-то там, пошёл по какой-нибудь своей надобности. Аккуратно села, стараясь не совершать резких движений, я-то забыла, что со мной случилось, но тело помнило боль и требовало действовать с осторожностью. Свесила ноги с постели, расположенной достаточно высоко для моего роста. Пол был сложен из необструганных досок, если ходить по такому босиком, можно занозить ногу. Я откуда-то об этом знала. Но пугали меня вовсе не занозы. Как только пыталась наклониться вниз, чтобы спустить ноги на пол, начинала кружиться голова. Пришлось подождать, когда кружение успокоится, и совершить ещё одну попытку. Спустя время мне это всё-таки удалось, и босые ноги наконец-то коснулись шершавых досок. По полу гулял сквозняк и заставлял ёжиться. Я стянула с постели шкуру и укуталась в неё. Ну вот, теперь можно двигаться дальше. Как только я оттолкнулась от кровати, голова закружилась с новой силой, и ноги подогнулись. Падая, я попыталась ухватиться за стол, но неудачно, он упал вслед за мной, накрыв меня лавиной посуды…

Тёплый ветерок подул мне в лицо, и это было очень приятно. Я улыбнулась.

– Эй, – шептал ветерок, – проснись.

Я открыла глаза, и комната тут же ринулась в пляс. Я с силой сжала веки, но оранжевые пятна продолжали двигаться в каком-то нелепом, диком танце.

– Зачем ты встала? – Голос у Арона раздражённый. Ну разумеется, ему не понять, это же не он прикован к постели в незнакомом месте с незнакомым мужчиной и незнакомой собой.

Решила не оправдываться, просто отвернулась в другую сторону.

– Вот и правильно, – раздражение сменила усмешка, – поспи. Быстрее выздоровеешь, быстрее уйдём отсюда.

– А где мы сейчас? – Всё же не удержалась от вопроса, было тяжело ничего не знать, и я осторожно повернулась к нему вполоборота.

– В лесу. Спи.

Когда проснулась в следующий раз, заметила небольшое окошко, сквозь которое пробивались отражённые снегом солнечные лучи. За стеклом виднелись очертания деревьев. Значит, прежде я просыпалась ночью, поэтому окна не видела. Вставать самостоятельно больше не решалась, а мой спаситель снова отсутствовал, поэтому повернулась на бок и смотрела в окно. Что ж, Арон не обманул, мы действительно находимся в лесу. Видимо, избушка была частично вырыта в земле, поскольку окошко, изнутри располагавшееся примерно на уровне моей груди, снаружи чуть возвышалось над землёй, причём почти четверть проёма закрывал сугроб. Наверное, снег шёл ночью, поскольку на его поверхности практически не было следов, лишь птицы оставили после себя несколько коротких цепочек, обрывающихся местом взлёта.

 

Заняться мне было абсолютно нечем, вставать я боялась, размышлять мне тоже было не о чем, ввиду отсутствия воспоминаний, оставалось только глядеть на снег и ожидать своего спасителя.

Наконец заскрипела дверца, и вместе с облаком морозного воздуха вошёл он, румяный, довольный, здоровый – аж завидно стало, бросил у очага вязанку небольших, уже разделанных тушек и, на ходу снимая рукавицы, приблизился ко мне.

– Как себя чувствуешь? Голова болит? Кружится? – Засыпал вопросами. Впрочем, мне было приятно, значит, переживает.

– Не знаю, – улыбнулась, – я не вставала. Ждала тебя…

– Пить хочешь?

Прислушалась к себе, пить хотелось, как и противоположного.

– Кхм, Арон… – Как бы ему сказать об этом? – Мне нужно… в туалет…

Он как будто удивился естественным потребностям моего организма и заозирался по сторонам, в поисках чего-нибудь подходящего. Интересно, а он сам куда ходит? Наверное, на улицу.

– Вот, попробуй, – Арон поставил у кровати деревянную бадейку и выжидательно замер.

– Помоги мне встать, – я решила, что смущаться буду позже, а сейчас оперлась на его руку. Собственные ноги меня не слушались, голова закружилась, я покачнулась, и мужчина, поддерживая, прижал меня к себе. Я не сопротивлялась, его объятия оказались удивительно приятными. Тёплое, почти горячее тело, чуть терпковатый мужской запах, я вдохнула глубже, прижавшись лицом к его груди. Он не спешил размыкать кольцо рук, продолжая удерживать меня, а мне не хотелось вырываться. Я подняла голову, он смотрел на мои губы, его глаза потемнели. Вот же нашёл романтический момент! Я чуть отстранилась.

– Отвернись, – хрипло пробурчала я.

– Что? – Он заморгал, не сразу услышав вопрос. Его голос тоже осип.

– Отвернись, пожалуйста.

Он помотал головой, стряхивая наваждение, и отступил, продолжая придерживать меня руками. Наконец, убедившись, что я способна сама устоять на ногах, он сделал несколько шагов в сторону и повернулся к окну.

Я, держась одной рукой за кровать, сумела опуститься на бадейку. Тишину избушки прорезал дробный стук капель о деревянное дно. Вот же зараза! Я старалась закончить побыстрее, но, видимо, накопилось. Всё происходившее вгоняло меня в краску и представлялось совершенно неправильным, ну не должен незнакомый мужчина быть свидетелем таких интимных моментов. Но и выгнать его на улицу не могла, что если упаду и опрокину всё на себя. Это будет гораздо хуже. Наконец я иссякла, кряхтя, поднялась, завернулась в скинутую на время шкуру и присела на краешек постели. И что дальше делать? С этим?..

Арон молча повернулся, невозмутимо подхватил ведро и вышел за дверь. Вернулся он уже с пустыми руками, помог мне устроиться поудобнее, подал глиняную кружку с водой и принялся хлопотать над нашим обедом. Или ужином? Над категориями времени я задумалась впервые с момента пробуждения.

– Сколько я уже здесь?

– Четвёртый день.

– А сколько мы ещё здесь пробудем?

– Пока ты не сможешь идти.

– Куда?

Он повернулся ко мне и немного помедлил прежде, чем ответить.

– Пока не вспомнишь, кто ты такая, я бы хотел забрать тебя в свою деревню. Если ты согласна… – Он так пристально смотрел на меня, ожидая ответа, что я поняла, для него это важно.

– Идти далеко?

– С тобой путь займёт несколько дней.

– А без меня? – Я вдруг испугалась, что он устанет возиться со мной и вернётся домой, а я в лучшем случае останусь одна в затерянном среди леса домике, а в худшем… Даже не хотелось думать, что будет, если Арон попросит меня освободить избушку… Впрочем, я была уверена, что он не из тех, кто может так поступить.

– Я без тебя не уйду, – хмуро бросил он и снова вернулся к готовке. Я тоже не стала продолжать тему, и так получила гарантию безопасности. Пока этого достаточно, а дальше – посмотрим.

ГЛАВА 2

Вместо того чтобы думать о неопределённости будущего, я любовалась мужчиной. Он ловко орудовал ножом, нарезая мясо и коренья. Его руки были сильными и умелыми. Я вспомнила утренние объятия и вспыхнула, мне стало жарко лишь от одной мысли о том, что могло бы случиться дальше… Что если бы он меня поцеловал? Ведь он хотел этого? По крайней мере, мне так показалось…

Будто почувствовав мои мысли, он обернулся и наградил меня обжигающим взглядом. Я тут же опустила глаза. Мы так доглядимся. Сделав вид, что и не думала смотреть на него, я начала разглядывать сам домик. Или, скорее, хорошо обустроенную землянку. Стены и потолок были укреплены брёвнами, пол дощатый, на стенах развешаны пучки сухих трав, отдававшие помещению свой аромат. Мебели было совсем мало: широкая лежанка, на которой расположилась я, в изножье – стол из обструганных досок, возле него два табурета с четырьмя разномастными по толщине ножками, у очага – небольшая скамеечка, на которой сидел Арон, колдуя над зайчатиной. Я быстро отвела глаза от широкой спины мужчины и стала рассматривать полки, расположенные по обе стороны от печи, на одной стояла посуда, а на второй – плотницкие инструменты. В одной из стен вырезано маленькое окошко, которое я рассмотрела уже раньше. Взгляд то и дело возвращался к Арону, подкидывавшему в очаг короткие толстые ветки и задумчиво смотревшему на огонь.

Почти весь день мы оба провели в молчании, предаваясь каждый своим мыслям, причём я думала в основном о нём и нашей совместной ночёвке, которая всё приближалась, с каждым минувшим часом.

Зайчатина поспела уже к сумеркам. Мужчина помог мне устроиться за столом и положил на тарелку ароматные куски мяса. Готовил он, конечно, чудесно, интересно, могла бы я составить ему в этом конкуренцию?

Перед сном он ещё раз принёс мне деревянную бадейку с улицы. Так вот куда он её спрятал. Я запретила себе смущаться и сделала то, чего вновь потребовал организм…

Он долго ещё возился и обустраивал наш отдых, но наконец потушил фонарь. Огонь в очаге уже догорел и давал лишь слабые оранжевые отблески, не освещавшие комнатку, но наполнявшие её тенями и слабым потрескиванием.

– Где ты будешь спать? – Задала я волновавший меня вопрос, когда удлинившаяся тень Арона начала раздеваться. Несмотря на то, что я отвернулась в другую сторону, вполоборота всё же продолжала следить за ним.

– Там же, где и раньше, – голос звучал глухо, так как он стягивал рубашку через голову. И тут же добавил. – Здесь одна кровать.

Я лежала очень тихо и боялась шевельнуться, когда доски лежанки чуть скрипнули под тяжестью его тела. Он вытянулся рядом, соблюдая небольшую дистанцию между нами, но я всё же чувствовала его горячее дыхание на своём обнажённом плече. Уснуть, конечно же, не получалось. От неподвижности сводило то руку, то ногу, казалось, всё моё тело вышло из подчинения и требовало одного – развернуться к мужчине. Я сопротивлялась, сколько могла, но всё же, не выдержав, была вынуждена повернуться на другой бок. И тут же наткнулась на пристальный взгляд горящих жёлтыми отблесками глаз. Что? Я моргнула, и два жёлтых огонька исчезли. Наверное, показалось. Я облегчённо выдохнула, какая глупость начинает мерещиться в темноте. Арон дышал глубоко и ровно. Скорее всего, он уже спал и даже не подозревал о том, какая ерунда лезла мне в голову. А вдруг не спит? Я осторожно, стараясь не делать резких движений, приподнялась на локте и заглянула ему в лицо.

В тот же миг мужчина открыл глаза, я отшатнулась, но было слишком поздно. Он одним движением придвинулся ко мне и, сжав в объятьях, подмял под себя, нависая над моим лицом. Я не могла отвести от него взгляда, дыхание прерывалось… «Неужели он сделает это?..» – Мелькнуло в голове, когда его губы потянулись к моим. Лишь мгновение я боялась, что он будет грубым и напористым. Нежность его прикосновений лишила меня всяких страхов. Сначала он осторожно касался лишь контура моих губ, добившись, что они открылись ему навстречу, затем углубил поцелуй, увлекая меня, соблазняя, заставляя отвечать ему и подаваться навстречу.

Он медленно провёл рукой по моему телу, зацепив движением шкуру и спуская её вниз, к моим ногам. Угли в очаге практически догорели, и я перестала видеть его, лишь ощущала нежные прикосновения его рук на своей коже. Затем по проторенным руками тропинкам в исследование отправились губы. Я плавилась под его умелыми ласками, забыв, что я не знаю ничего ни о нём, ни о себе самой…

Когда он вошёл в меня, я тихонько вскрикнула от внезапного ощущения наполненности внутри и обвила его ногами, сильнее прижимая к себе, задавая темп его движениям. Я была так поглощена ощущениями, что не сразу заметила, как он остановился и настороженно замер.

– Что случилось? – Хриплым шёпотом спросила я.

– Снег скрипит, – он продолжал прислушиваться, но не спешил выходить из меня.

– Что? – Пелена удовольствия, которая заволокла моё сознание, мешала думать связно.

– Там кто-то есть, я пойду посмотрю. – Он резко вышел из меня, оставив ощущение пустоты и растерянности.

– Подожди, – я ухватила его за руку. Он накрыл мою ладонь своей и поднёс её к своим губам, быстро поцеловал, а затем бросил мне свою одежду.

– Надень это и спрячься под лежанкой. Ни одного звука, пока я не скажу, что можно. Поняла?

Несмотря на темноту, я чувствовала, что он смотрит мне в глаза, и потому кивнула. Я быстро натягивала на себя его штаны и рубашку, а Арон осторожно крался к двери, я лишь слышала его передвижения по лёгким поскрипываниям досок. Одевшись, я залезла под кровать и старалась прислушаться к тому, что делает мужчина. Но бешеный стук сердца и всё ещё учащённое после незавершённой близости дыхание не позволяли что-то толком разобрать, несмотря на то, что возле выхода явно происходила какая-то возня. Я хотела его окликнуть и спросить, что же всё-таки происходит, и кто может подкрадываться к избушке, но боялась ослушаться и привлечь внимание неведомого врага.

Дверь открылась, если она и скрипнула, то я этого не услышала, лишь почувствовав дуновение морозного воздуха, который мазнув по моим босым ногам, заставил всё тело покрыться мурашками. Я замерла в ужасе, который усугублялся ещё и тем, что я совсем ничего не видела. А звуки развернувшейся у порога землянки битвы, заставили меня сжаться в комок. Ведь там явно был какой-то зверь, он рычал, бросался на человека и рвал его плоть. Арон! Что же делать?! Могла ли я как-то помочь мужчине одержать победу в этой схватке не на жизнь, а на смерть? Несмотря на то, что я ничего не помнила о себе, вряд ли во мне были какие-то скрытые ресурсы, которые помогли бы и мне самой избежать смертельной опасности. Ведь наверняка, расправившись с Ароном, зверь примется и за меня…

Сначала я почувствовала запах крови и смрадное дыхание из пасти и только потом поняла, что звуки сражения стихли. Это конец… Зверь убил моего единственного защитника, и теперь настало моё время… Он медленно приближался, будто опасаясь меня спугнуть. Я старалась придумать хоть какой-то спасительный выход, найти пусть призрачный шанс…

В избушке царила непроглядная тьма, но распахнутая теперь настежь дверь манила яркими пятнами звёзд, сияющими сквозь чёрные ветви деревьев. Я начала медленно отползать от чудовища к другой стороне кровати. Он негромко рыкнул, выражая недовольство. Ну уж нет, тварь, без боя я тебе не дамся! Добравшись до края, я вскочила на ноги и бросилась наутёк. Глубокие сугробы, в которые я то и дело проваливалась по колено, мешали мне бежать, замедляя скорость. Я споткнулась о невидимый под снегом корень и упала. Рот и нос немедленно забились снегом, не давая вдохнуть. Да что же это такое! Я разозлилась на своё неуклюжее тело, и злость придала мне сил, помогла подняться на колени, убрать снег с лица и двинуться было дальше. Как вдруг я услышала предупреждающее рычание прямо за спиной. Ну всё. Теперь точно конец…

Я обернулась и увидела горевшие жёлтыми огоньками глаза огромного волка, остановившегося в считанных шагах от меня и сверлящего меня пристальным взглядом. Не разрывая зрительного контакта, он сделал движение мне навстречу. Ноги у меня подкосились, и я осела в сугроб прямо перед мордой настигшего свою добычу зверя. От ужаса я зажмурила глаза, не хочу видеть, как он будет рвать меня на части…

Но прошло мгновение, за ним другое, а я всё ещё была жива. Я приоткрыла глаза, волк по-прежнему стоял рядом и смотрел на меня. Убедившись, что я в сознании и вижу его, он ухватил зубами слишком длинный рукав надетой на меня рубашки и потянул за собой. От неожиданного движения я повторно уткнулась носом в снег, и он успел протащить меня лицом вниз несколько шагов прежде, чем я сумела найти опору свободной рукой и подняться на ноги. Не понимая, что происходит, и недоумевая, почему он не сожрал меня там же, где настиг, я шла за зверем. Он вёл меня за длинный рукав, будто собаку на поводке. От такого сравнения я хмыкнула, на мгновение забыв об ужасе. Ещё через несколько десятков шагов деревья расступились, и стало понятно, что волк привёл меня обратно к лесной избушке. Что ему нужно? Может, он хочет съесть сначала Арона, а меня оставить в живых, пока снова не проголодается? Это единственное объяснение, которое приходило в мою, измученную всеми ужасами ночи, голову, хотя оно и подразумевало слишком высокий интеллект зверя. Впрочем, откуда мне знать, насколько сообразительны монстры этого леса?

 

Волк затащил меня внутрь домика и потянул зубами за ручку, чтобы закрыть дверь изнутри. Я, пребывая в шоковом состоянии, не двигаясь, наблюдала за его действиями. Я старалась не давать оценки поступкам этого чудовища, зачем анализировать того, кто сожрёт тебя через несколько минут или даже часов. Я устало опустилась на кровать, в любом случае, сил бояться у меня уже не осталось.

Когда волк закрыл дверь, внутри избушки снова стало темно. Поэтому я не видела, что происходит, но снова слышала какую-то возню у порога, похожую на треск разрываемых тканей или хруст выворачиваемых суставов. Неужели он жрёт Арона? Из глаз потекли непрошенные слёзы. Вот как так могло случиться, что ночь, начавшаяся с акта любви, завершилась пожиранием обоих любовников свирепым зверем? Да, я не питала иллюзий относительно своей участи. Как только этот монстр покончит с моим спутником, он примется за меня. И я приготовилась к неминуемой смерти. Я не буду бояться, ведь однажды я уже умирала…

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17 
Рейтинг@Mail.ru