Обуздать зверя

Лили Рокс
Обуздать зверя

Наверное всё-таки была, ведь что-то держало меня в этих отношениях, иначе я давно бы разорвала их.

Макс не такой, как Александр. Он более мужественный и более снисходительный. Он сочетает в себе нечто такое, что делает его в моих глазах настоящим принцем на белом коне. И каково бы не было его прошлое, мне это неважно, я просто люблю этого человека. Может быть не так страстно и маниакально, как Александра, но это какая-то иная любовь, новое для меня чувство. Более осмысленное, пожалуй.

Когда Макс рядом, я просто чувствую себя в полной безопасности. Наверное у меня были похожие мимолетные моменты, когда я жила с Александром, но с ним всегда нужно было быть начеку, я жила как на пороховой бочке. Покой мне лишь снился.

Мой бывший был настолько непредсказуемым, что я сейчас совершенно не могу понять, как я выжила и не сломалась рядом с ним? Пройти через весь спектр унижений и не потерять веру в любовь – это что-то на грани безумия и идиотского мужество.

Хотя, всё-таки Александру удалось меня сломать, но лучше бы он это сделал гораздо раньше. И тогда все были бы счастливы. С Димочкой было бы все в в порядке, да и сам Саша сейчас не мотался бы по госпиталям, пытаясь восстановиться, а жил бы своей жизнью, а может, встретил бы свою любовь…

Это чисто моя вина, из-за моей слабости все зашло слишком далеко, и в итоге, пострадали все.

Несколько раз я пыталась рассказать Максу о своём горе, но что-то останавливало меня. Вот чувствую, что не надо, да и у него своих проблем хватает.

Наверное, я очень боюсь его потерять. Сейчас он единственный человек, который стоит между мной и пропастью, и не дает мне упасть. Если его не будет рядом, мне просто незачем будет жить. Получается, сейчас я живу только ради него, и моя жизнь принадлежит исключительно ему.

И вот сейчас, когда он сказал о каком-то сюрпризе, я напряглась. Почему? Просто Александр приучил меня, что сюрпризы не всегда приносят истинную радость, а только страдания.

Раздался звонок в дверь, Макс побежал открывать, а я укрылась одеялом с головой и зажмурилась. Не люблю сюрпризы…

Настоящий сюрприз

– Это был твой знак? – спросила я, вылезая из-под одеяла, когда Макс захлопнул дверь и вернулся в комнату.

Он нес в руках несколько больших плоских коробок. Пицца. Я облегченно выдохнула.

– Что? Какой знак? Ах э-э-этот знак! – он запрокинул голову и к моему удивлению просто громогласно расхохотался. – Прости, я же просто пошутил, не думал, что это так тебя заденет.

– Не люблю сюрпризы, если честно, – смущенно пробормотала я, – Не делай так больше, ладно? Только вот когда на крыше было – мне понравилось!

– Понял, – примирительно произнес Макс, – Если сюрпризы, то только романтические!

Мы сидели в постели и за обе щеки уплетали пиццу. Их было три – одна с морепродуктами, гигантские такие креветки колечками лежали на аппетитно поджаренном сыре, вторая – несколько видов сыра и зелень, Макс говорил, как они называются, а я не запомнила, да и зачем – сама я такую вряд ли смогла бы себе позволить, а он знает, что надо покупать. На третьей пицце были хрустящие длинные ломтики бекона и веточки какой-то травы. Можно лишь сказать, что это было просто невозможно вкусно, и мы страшно объелись, хотя не осилили даже половину.

– А теперь в магазин? – скромно улыбаясь, спросила я.

– Ага. Только не сразу, кое-что мы еще не сделали!

– И что же?

– Тебе нужно купить хоть сколько-нибудь приличной одежды – у тебя ведь одно платье, да и то, в таком нельзя появляться в приличном обществе!

Я протестовала как могла, пыталась доказать, что на старой квартире у меня полно вещей – целый шкаф! Но тщетно – мои доводы не производили на Макса ровно никакого впечатления, он упрямо повторял что-то о приличной одежде.

Наконец я устала спорить и замолчала. На самом деле, мне было безумно стыдно, что он будет тратить на меня деньги, хоть мы и находимся теперь в статусе любовников, как-то это не по моим принципам. Я почти всегда сама зарабатывала себе на жизнь и никогда не была вертихвосткой, которая ищет себе богатенького мужика, чтобы тот ее обеспечивал.

– Ладно, – согласилась наконец я, желая прервать бесконечный поток слов, надеюсь, что удастся на улице куда-то сбежать, а потом встретиться у квартиры и все…

Мы вышли на улицу, под еще не слишком палящие лучи солнца, хотя несмотря на утро, в воздухе ощущалась жара. Макс привел меня в небольшой магазин, кажется их называют “бутики”, давно не была в таких.

Вещи на вешалках, разумеется были шикарны, с этим не поспоришь, но вот ценников не было ни на одной из них. То ли не хотят клиентов пугать, то ли здесь закупаются те, кому все равно, сколько ноликов в его чеке. Скорее второе, и именно поэтому я чувствовала себя здесь максимально неуютно и даже как-то неловко.

Макс бегал между рядами одежды и по очереди подносил ко мне то один, то другой наряд, висящий на вешалке. Но сразу же откидывал одежду прочь, словно искал что-то конкретное, а может так и было. Я лишь глазела по сторонам.

– Оля, Оля! – он позвал откуда-то из лабиринта стоек с одеждой, я, чертыхаясь, двинулась туда, по пути чуть не уронила манекен женского пола с наклеенными на него ресницами и в синем строгом костюме.

– Я кое-что нашел, думаю, тебе будет очень к лицу, – Макс сжимал в руках за спиной какую-то вещь.

– Что это?

– Не скажу, нужно примерить, тебе понравится.

Он взял меня за руку и повел по направлению к примерочным, я покорно следовала за ним.

Мы зашли в одну из кабинок, она была не тесной, как в обычных магазинах, а просторной и стильной, внутри стоял маленький кожаный диванчик. Макс отложил одежду, которую присмотрел, на него и посмотрел мне в глаза.

В воздухе сверкнула искра, которую могли видеть только мы, но этого было более чем достаточно. Я запрыгнула на Макса, обвивая его руками и ногами, а он сделал несколько шагов и крепко прижал меня к стене.

Парень запечатал вздох, который собирался слететь с моих губ, сладким поцелуем. Я ответила на него, и наши языки сплелись в огненном танце страсти. Я вдыхала аромат дорогого мужского парфюма и была пьяна от любви и желания сильнее, чем от алкоголя.

И только теперь я поняла, что пила последний раз тогда, когда Казимир принес мне ящик водки. Я тогда чуть не умерла, но мне только того и хотелось. А после не брала в рот ни капли, надо же! Кажется, я поборола зависимость, кажется любовь действительно творит чудеса! Любовь…

Макс с металлическим грохотом расстегивал свой ремень, и я одной рукой помогала ему с этим справиться, ибо сил терпеть уже не было. Наконец он сбросил с себя штаны и вошел в меня резким жестким движением. Я зажала рот рукой и вцепилась в его волосы. Он уложил меня на диван, но мои бедра были навесу, обхваченные его руками. Макс двигался сам и то насаживал меня, то почти и вовсе снимал со своего члена. Я закусила губу и закатила глаза.

– Ты такая красивая во время секса! – шепнул он на ухо.

Я хрипло дышала и видела, как по его вискам катятся крупинки пота.

– Ох, Макс! Макс! – тихо, но в то же время во весь голос крикнула я. – Макс!

Мы кончили одновременно, и также одновременно содрогнулись в судорогах. Несколько секунд были наполнены молчанием, и только взгляд Макса говорил мне все, как, наверное, и мои глаза выражали всю ту бурю, что была во мне.

Я вскочила на ноги и крепко обняла его, а он зарылся лицом в мои волосы. Так мы и стояли, пока в кабинку кто-то не постучался.

– Ребята, у вас все в порядке?

– Да-да, мы почти закончили примерку!

Голос за дверью хмыкнул и удалился, я хихикнула.

– Ну вот что! – Макс обеими руками повернул меня к себе лицом, завязал глаза какой-то тряпицей и быстро надел вместо моей одежды что-то новое, затем развязал глаза и повернул к зеркалу.

Я тихо охнула.

– Макс…

На мне было легкое и совершенно простое белое платье, чуть ниже колена, на нем кружевами плелся затейливый узор. Макс заплел мои волосы в небрежную косу и осторожно опустил ее на мою грудь.

Я не узнала себя, потому что никогда не выглядела настолько прекрасно.

– Это что, я, Макс?

– Конечно же ты, глупышка! – он поцеловал меня в лоб.

Я оглядывала себя, а потом повернулась к Максу и хотела что-то сказать ему, но обалдела, слова застыли на моих губах.

– Выходи за меня замуж, – тихо сказал он. В его руках было изящное и совсем простое колечко с искусно нанесенной на него гравировкой.

По щекам покатились слезы, я ничего не могла сказать, и только закивала головой в знак согласия. Макс надел колечко мне на палец и снова поцеловал.

Он купил для меня это платье, продавщицы словно бы поняли Макса, и никто из них не произнес цену вслух. Он положил на стол несколько крупных купюр, и, сдается мне, там было даже больше, чем оно стоило.

Да, не знала я, что даже в таких магазинах дают чаевые. Хотя, может так не принято, а это был просто красивый жест?..

Мы шли по дорожке медленно, точно улитки, держались за руки и молчали. Я не знала, что теперь можно сказать и смогу ли я выразить вслух то, что творилось сейчас в голове. Наверное не смогу, впрочем и Макс тоже размышлял над этим, я знаю. Его взгляд был спокойным и немного меланхоличным, чуть замутненным, как будто он смотрел куда-то внутрь себя.

У меня заплетались ноги, хорошо так заплетались, в последний раз так было, когда я в очередной раз возвращалась домой из клуба и была пьяна. От этого воспоминания стало противно и как-то не по себе, и я тут же стала стараться ставить ноги ровнее, но получалось не очень – они все равно так и норовили подкашиваться, и я несколько раз едва-едва не падала в объятия Макса, а он неизменно меня подхватывал, целовал в щеку и улыбался.

Когда мы завернули за угол, Макс повертел головой в разные стороны, убедился, что рядом никого нет, и достал что-то из кармана. На его ладони лежали две странные на вид сигареты вытянутой формы, они были шершавыми на вид и какими-то зеленоватыми.

 

Я дотронулась до одной из них пальцем, и правда, шершавая. Разумеется, за свою насыщенную жизнь я видела не одну такую, но пробовать никогда не доводилось, ни разу.

Это были самокрутки с травой, однажды я даже заворачивала такие для своего бывшего – он порой укуривался почти в усмерть и лежал на диване, сходил с ума, видел галлюцинации и все такое. Меня передернуло.

После подобных укурок у меня были жесткие секс-марафоны с применением всевозможных БДСМ-штучек. Также Александр любил воспитывать меня. Этим словом он называл то бесконечное унижение, которому я подвергалась во время секса. Впрочем, вне секса я также могла подвергаться унижению.

Он почти убедил меня, что это нормально и что это должно нравится, ведь я люблю подчиняться мужчине. Люблю, когда мною помыкают и командуют. Мне вообще нравятся сильные и наглые самцы, берущие меня силой, но во всем должна быть мера…

Запах этой дряни окунул меня в прошлое, и у меня даже прослезились глаза. Словно меня с головой окунули в унитаз и нажали кнопку смыва… Александр проделывал со мной этот трюк… Не самый приятный, и уже точно, не возбуждающий экспириенс.

– Хочешь? – спросил Макс, прижимая меня одной ладонью к каменной стене. – Хочешь?

Его глаза разбегались в стороны, но это было заметно, если только смотреть прямо в лицо, чем я и занималась.

– Я снимаю стресс, а то мне стало о-о-очень плохо, – он выглядел довольно серьезно, но в глазах плясали черти и бесы всех мастей, так что я не могла отвести взгляд. – Ты тоже очень бледная!

Макс достал из кармана зажигалку и положил на ладонь рядом с травой.

– Да, буду, – сказала я и взяла с его руки неизведанное раньше вещество. – Где ты достал траву? Мой бывший друг заказывал из Мексики, ему транспортировка стоила дороже, чем сама трава!

– А, да у меня собственная плантация есть, – небрежно махнул рукой Макс.

– Что-о-о? – я поперхнулась, хотя пока так и не закурила.

– Не плантация, конечно, это я загнул, средних размеров теплица с травой, вот так, – парень многозначительно поднял брови и глубоко затянулся. При каждом вдохе его глаза все больше подергивались маревом, дымом летних костров, Макс отправлялся в свободный полет.

Я щелкнула зажигалкой и вдохнула сладковатый пряный и терпкий аромат, это было нечто действительно летнее, приносящее невероятный кайф. Еще одна затяжка. Казалось, что все проблемы отступили, да и не было вовсе никаких проблем, все было хорошо! Я выхожу за Макса, я его люблю, он любит меня! Мы живем!

В подворотне

Мне внезапно захотелось закричать – и я закричала, громко и счастливо. Кажется, я кружилась вокруг Макса и пела.

– Ты хиппи? – спросила я, когда действие травы немного спало. Не знаю, почему в голове возникла такая мысль, может быть, это известно траве, но отчего-то это казалось самым важным вопросом, без ответа на который, я бы просто не смогла жить дальше.

– Да! – крикнул Макс. Он собрал в руку свои волосы и стал прыгать как индеец.

– И у тебя столько денег, потому что ты продаешь траву, которую вырастил у себя в теплице? – я хохотала в голос, это казалось настолько же реальным, насколько и безумным.

– Да! Да! – глядя на меня, Макс тоже стал смеяться. – И я приведу тебя туда, научу за ней ухаживать, тебе понравится!

Я округлила глаза и несколько секунд молча смотрела на парня. Нифига себе.

– Я буду твоей женой, и ты научишь меня ухаживать за травой в теплице, которую ты продаешь и поэтому живешь в самой крутой квартире в центре города? – эти слова еще несколько раз прокрутились в голове. – Да ты же сумасшедший, самый настоящий!

– Так тебе что, не нравится? – его лицо мгновенно вытянулось, и Макс сразу стал выглядеть довольно жалко.

– Шутишь?! – заорала я. – Это же круто! Охренеть можно, я в восторге! Правда! Это самое заманчивое предложение!

Макс мигом просветлел.

– Я испугался, что ты уйдешь!

– Не на ту напал, – нахально заявила я и положила руки ему на плечи. – Ты самый странный, самый интересный человек, которого я встречала! Я никак не могу тебя разгадать! Я тебе верю, каждому слову, но боюсь, что это вдруг может оказаться неправдой. Это слишком круто и нереально! Макс, я тебя люблю!

– Ох, спасибо тебе! – на глазах парня блеснули слезы. – Надеюсь, тебе действительно понравится! И да, я выращиваю не только траву. Вернее, не только выращиваю, у меня есть и другая работа, еще интереснее!

– Да? – я искренне удивилась. Ни разу не видела, чтобы он хоть куда-то выходил из дома. Но может он работает удаленно, на компьютере?.. – И какая же?

– Я тебе обязательно все расскажу, но только чуть позже, хорошо?

– Хорошо. Макс, а ты ведь хороший?

– Что ты имеешь ввиду?

– Ну-у, добрый?

– Самый добрый! – заверил он и улыбнулся.

Макс наклонил ко мне голову и нежно поцеловал в лоб. А потом принялся покрывать поцелуями все мое лицо: сначала щеки, потом полураспахнутые губы, подбородок. Он спускался ниже и ниже – шея, ключицы. Я втянула носом воздух. Он расстегнул верхнюю пуговку на моей рубашке и поцеловал в грудь, я запрокинула голову. Нет сил терпеть, это слишком прекрасно! В штанах творился невообразимый пожар, и я медленно сходила с ума.

– Пойдем! – с этими словами Макс подтолкнул меня, и мы очутились в какой-то подворотне, где не было ни единой живой души. Ни-ко-го! Только мы, мы одни!

Он вновь прижал меня к стене, и кожу пронзил холод, но Макс был настолько разгорячен, что мне стало жарко. Пуговицу за пуговицей он расстегнул мою рубашку и прильнул к груди.

Я застонала, до крови прикусывая губы, сжимая голову Макса в своих руках.

Прекрасный языческий бог, ненасытный, сексуальный черт, дьявол во плоти и спустившийся ко мне ангел – вот кем был для меня Макс. Он. Всегда был. Всегда, но теперь особенно! Я была в полной эйфории, вызванной даже не столько травой, сколько вдыханием каждую секунду пьянящего аромата Макса. Пах даже не его парфюм, но сама его кожа.

Я снова сходила с ума. Я впилась в его губы своими, водила языком по его рту. Макс, не ожидавший от меня такой настойчивости, сначала даже ослабил хватку, но потом прижал меня еще сильнее, целовал меня так крепко, как никогда еще не целовал.

Парень слегка надавил мне на плечи, и я тут же проскользила по стене вниз – такой сильной была дрожь в ногах. Я очутилась лицом прямо напротив его бедер.

Мы вместе стали расстегивать ремень Макса, я – судорожно, он – с остервенением и почти уже неконтролируемым диким желанием.

Ремень поддался, а я с величайшим искушением медленно расстегивала его ширинку. Макс завывал, желая, чтобы все свершилось быстрее, но я была непоколебима. Я потратила целых полминуты на то, чтобы расстегнуть ее, спустить с парня штаны и взять его член рукой. Для Макса эти тридцать секунд показались целой вечностью.

– Ого, мистер, да вы хорошо возбуждены! – наигранным серьезным тоном произнесла я, лукаво глядя ему в лицо.

Я крепко сжала пальцами пенис, Макс инстинктивно дернулся, ведь руки мои были холодны как лед, и подался ближе ко мне. Его член был слегка с синеватым отливом, с хорошо выступающими на нем тонкими венками.

Опустившись на колени, я сжала губами член моего любимого мужчины, сначала только головку, а потом вводила все глубже и глубже. Я поводила им из стороны в сторону, словно у меня во рту была сейчас сладкая карамелька, петушок на палочке.

Макс отдался мне, как обычно я отдавала всю себя ему. И я могла делать совершенно все, что захочется! Теперь между нами не осталось ни единой, хоть самой маленькой преграды. Мы знаем друг друга от и до, по крайней мере если говорить о наших телах.

Я снова взглянула на Макса, его лицо было серьезно и сосредоточенно, как будто он пел в церковном хоре, а не стоял в темной подворотне, где я делала ему минет. И делала, судя по всему, мастерски, просто он очень хорошо умел держать себя в руках. Макса выдавала лишь до крови закушенная губа и глаза, которые так и метались под закрытыми веками.

Я сильно сдавила губы и чуть коснулась члена зубами, изо рта Макса вырвался непроизвольный полувздох-полустон. Я энергично двигала рукой и работала ртом, и он вынужден был прижаться к стене и откинуть назад голову. По вискам Макса стекали капли пота. Он тяжело дышал, а я – вместе с ним, но продолжала делать свое дело и не останавливалась.

– Да, черт возьми! – он выругался и обхватил руками мою голову, стал нажимать на нее.

Мы слились в едином бешеном ритме, стали одним целым, и вот Макс уже испытал оргазм. Его тело содрогнулось и на несколько мгновений обмякло. Я проглотила солоноватую на вкус жидкость и отерла последнюю капельку, стекающую с уголка рта. Вот это да!

Мы стояли так еще какое-то время, пока лица не обрели подобающую им осмысленность, пока сердце не стало биться с обычной среднестатистической скоростью человека, который только что не занимался любовью.

Макс зажег сигарету и с жадностью затянулся, а потом стал выпускать изо рта фигурные клубы сладкого дыма. Вторую сигарету он сунул мне в зубы.

Второй раз я вдохнула этот дивный аромат, и снова перед глазами поползла голубовато-белая дымка, застилающая не только взор, но и сам разум, позволяющая отвлечься и дающая ощущение такого всепоглощающего кайфа…

– А ты хороша, – произнес Макс и погладил меня по голове, – В который раз мне посчастливилось в этом убедиться!

– Конечно, это ведь моя работа! – не очень весело хмыкнула я.

– Нет, больше это не твоя работа, забудь это как страшный сон! Я не позволю! Никогда не позволю тебе зарабатывать на жизнь тем, чем ты занималась в прошлом. Теперь есть только ты и я. Мы. Ты – моя невеста, без пяти минут жена! И я люблю тебя, страшно люблю! Люблю твою душу и твое тело! – Макс наклонился и оставил на моих губах тень прекрасного легкого поцелуя. Я закрыла глаза.

Мы взялись за руки и наконец-то двинулись по направлению к магазину, в который Макс так настойчиво хотел меня отвести. Уж не знаю, что такого, там продавалось, но расхваливал он это с энтузиазмом человека, которому нужно впарить незадачливому клиенту курс по астрологии или какой-нибудь еще чуши.

Никогда я так не ходила по магазинам, чтобы большую часть времени в пути занимала не сама ходьба, а перерывы на покурить и потрахаться. Но это мне определенно нравилось, даже захотелось почаще выходить из дома.

Это был ничем не примечательный, но довольно уютный тупичок во дворе старенького дома. Чтобы попасть в магазин, надо было сначала набрать код на двери подъезда, войти внутрь, спуститься в полуподвальное помещение, а уже потом наконец открыть тяжелую деревянную дверь, которая приводила в сам магазин.

Макс довольно быстро все это проделал, так что создалось впечатление, что ходил он сюда не один раз, ну или просто хорошо подготовился. Я вошла вслед за ним. Здесь царил интимный полумрак. Стены освещались пыльно-неоновыми лампами, а прилавки… Чего тут только не было! Я присвистнула. Это был эротический магазин.

Здесь наверняка мог найти что-то по своему вкусу как скромный порядочный семьянин, желающий что-то новенькое приподнести своей жене в постель, так и заядлый садист.

Я медленно пошла вдоль длинного стеллажа, рассматривая все, что предлагал магазин. Кое-что висело на стенах, дорогие игрушки располагались под массивным толстым стеклом. Макс тихо о чем-то разговаривал с продавцом, наверное советовался о том, чего бы такого особенно крутого можно было здесь прикупить. Хотя он уже это знал, я уверена на все сто.

Я остановилась у витрины, на которой лежали разнообразные кожаные ремни и плетки, с одним или несколькими хвостами, на длинных и коротких палках, тонкие и широкие.

В голове завертелась одна мысль. Мне всегда нравился жесткий секс, в этом была моя слабость, но очень тонка была грань между насилием и пикантной жесткостью. И каждый на моей практике эту границу переходил, особенно мой бывший. Но Макс… Я думаю, что ему по силам справиться с таким!

Рейтинг@Mail.ru