Обуздать зверя

Лили Рокс
Обуздать зверя

Разбитое стекло

Не знаю, было это утро или вечер, недавно выпитый алкоголь давал о себе знать и не позволял бодрствовать, но теперь все было хорошо. Макс сидел на полу возле меня и крепко держал за руку. Осознав это обстоятельство, я резко дернулась и забилась в угол.

– Тише, тише, ты чего! Все в порядке, я тебя не обижу!

Я смотрела на него снизу вверх, и не очень-то верила. Дело в том, что почти каждый клиент говорил мне такое, если оставлял у себя на несколько дней. А потом неизменно изощренно насиловал вновь и вновь. И все же Макс был каким-то особенным, и ему хотелось верить, но слишком горьким был мой опыт.

– Ты опять хочешь секса? – вырвалось из меня против моей воли.

– Сейчас – нет, но даже если я захочу, без твоего согласия ничего между нами не произойдет. Ты же тоже этого не хочешь, верно?

Я помотала головой:

– А зачем же ты тогда привел меня к себе?

– Ну-у, – он замялся, – Мне вчера показалось, ты была не против. Я завтрак принес, вот он, на тумбочке.

Я отвернулась к стене, а Макс вышел из комнаты. Тупила я довольно долго, но есть все же хотелось. На металлическом подносе лежали фрукты, тосты, неведомый мне йогурт и чашка с кофе. Я сделала глоток, хоть напиток и остыл, но все равно был очень вкусным.

Я никак не могла разобраться в Максе. Он странный, не такой, как все остальные клиенты, совсем не такой. И вроде как не желает мне зла. Но это принять было еще сложнее, чем если бы он оказался очередным гадом. Что же ему от меня нужно тогда?.. Я в полной растерянности, в панике, в замешательстве…

Один день сменял другой, и Макс держал слово – он не прикасался ко мне, только неизменно приносил вкусную еду, разговаривал, рассказывал интересные истории. Я и не заметила, как стала участвовать в разговорах, что-то с расспрашивать и, что было еще удивительнее – рассказывать о себе.

Теперь я находила в себе силы ходить по квартире. Я изучила каждый ее уголок, каждую комнату, и не было в ней места, в которое мне был запрещен вход.

Все это время я не пила спиртного, для меня это было уже какое-то новое состояние. Но меня и не тянуло больше выпить. Словно я достигла своего лимита.

Однажды Макс пришел в мою комнату и поцеловал меня прямо в губы, со всей страстью, на какую только был способен. В этот же день я вышла из комнаты и долго стояла в зале, глядя на город с высоты птичьего полета. Я курила одну сигарету за другой, хотя, помнится, никогда не имела такой привычки. А потом, уж не знаю, что на меня нашло, я стала всем телом биться в оконное стекло.

По нему прошла трещина, руки были изрезаны в клочья, на лбу красовалась огромная ссадина. И вот во время очередного удара я так сильно ударилась головой, что потеряла сознание и стремительно стала падать на пол. В комнату ворвался Макс, он что-то кричал и успел подхватить меня на руки. Я помню вспышки белых халатов и оглушительный вой сирены.

В себя я пришла только в больнице, когда кто-то касался моей щеки своей колючей щетиной. Я с трудом продрала глаза и к своему ужасу увидела склонившегося над собой Казимира. Он шептал мне что-то на ухо, словно дьявол во плоти. Я готова была закричать, но он вовремя зажал мне рот рукой.

– Чш-ш-ш, – шикнул он. – Задержалась ты что-то у нашего общего друга Макса, другие клиенты очень сильно хотят тебя. Пора бы и вспомнить, кто устроил тебя на работу, пора бы и снова работать на меня.

– Нет, – твердо сказала я.

– Нет? Да твоего мнения никто не спрашивал, идиотка! Сейчас ты встаешь, и идешь со мной! – он со злобой принялся выдергивать из розеток приборы, к которым я все еще была подключена.

– Она никуда не пойдет! – послышался за его спиной голос Макса. – Слышишь, старый черт? Она – моя невеста! Она с тобой не пойдет!

Никогда Макс не казался мне таким мужественным и сильным, и никогда я не была так сильно рада видеть его рядом с собой.

С этими словами словами Макс нанес моему обидчику несколько хитроумных ударов и, кажется, сломал ему нос. А после выпер его из палаты и с грохотом захлопнул следом дверь.

– Сукин сын! – тихо произнес он и принялся подключать все датчики на их законное место.

Я во все глаза смотрела на него.

– Я твоя невеста?

– Да, – совершенно серьезно ответил он. – Ты для меня стала дороже всех на свете за то время, которое мы провели вместе. Раньше я ничего такого не планировал, но теперь не представляю своей жизни без тебя.

Он наклонился к самому моему лицу и прошептал в мои полураспахнутые от удивления губы:

– Я люблю тебя, Оля!

Я не смогла подавить то ли вздох, то ли стон, вырвавшийся из самой глубины души.

Приподнявшись на руках, еще морщась от боли – раны все еще саднили – я подняла голову и впилась поцелуем в губы Макса. Он обхватил мое лицо ладонями и опустил на кровать, продолжая целовать нежно и крепко. Казалось, что никто так еще меня не целовал. Никогда.

Макс с уловимым сожалением оторвался от меня и печально улыбнулся.

– Здесь дальше нельзя, все-таки больница. И, Оля, прости меня за все, я не должен был так поступать. Прости. Я пойму, если ты вдруг не захочешь больше меня видеть. Ты свободна. Казимир больше тебя не достанет, он будет за решеткой, я позаботился об этом.

Он медленно пошел к выходу и уже стал закрывать за собой дверь, как на меня вдруг что-то нашло. Я почувствовала себя самым счастливым человеком, уж счастливее самой себя за целую жизнь точно. Сердце заколотилось в груде, и стало сложно дышать.

Что он со мной сотворил? Почему рядом с ним я начинаю снова жить? Я словно заново рождаюсь… До встречи с ним я чувствовала себя оставленной и никому не нужной, получая от судьбы только удары и негатив. А тут он встретился на моем пути, и что-то изменилось…

В последнее время меня все чаще и чаще периодически атаковал один и тот же сон. В своем сне я видела себя стоящей на мосту и заканчивающей жизнь самоубийством, прыгая с него.

До встречи с Максом я полагала, что этот сон послан мне свыше. Что мне сама судьба намекает, что я тут задержалась, и что этот сон должен стать моей реальностью. И я действительно много раз размышляла закончить свою жизнь самоубийством, потому что не чувствовала себя любимой и нужной, не видя никакого смысла жизни.

И вот он, словно лучик света ворвался в мою жизнь, и в моей душе снова возродилась надежда…

– Макс! Стой!

Он замер в двери, не решаясь повернуться ко мне, замер в ожидании того, позову ли я его обратно или прогоню.

– Я-я-я, – я вдруг начала задыхаться, не соображая, что такого можно ему сказать, чтобы показать всю мою благодарность и передать то, что я чувствую. – Я не знаю, как это сказать, не учили меня такому, но я попробую. Ты мне нравишься, правда, очень-очень. Мне хотелось убить себя, потому что я думала, что ты, как и все прочие, меня просто используешь. Что ты даешь обещание, как это делали десятки других мужчин, но по факту – просто выбросишь, как только я стану не нужна. И я думала, что ты такой же, но теперь понимаю, что это не так! Мне очень сложно было научиться вновь верить людям, но тебе я верю, окончательно и бесповоротно. Я долго гнала от себя эту мысль, но я действительно хочу тебя, по-настоящему. И…

Я замялась и посмотрела на его спину.

– Я люблю тебя, Макс! Мне так не хотелось впутывать тебя в мою грязную жизнь, я просто…

С удивлением я поняла, что он плачет, его плечи подрагивали от рыданий.

Кое-как справившись с собой, он подошел ко мне, еще раз посмотрел в глаза и крепко-крепко обнял, а я впервые за долгое время не захотела оттолкнуть от себя человека и почувствовала такое огромное и такое простое счастье…

"Не больница, а проходной двор," – появилась мысль где-то на задворках сознания, но я тотчас же прогнала ее прочь, ведь со мной был Макс. Он не отпускал меня ни на секунду, то обнимая, то держа за руку, даже ночью. Медперсонал поголовно и явно неодобрительно косился на парня, но прогнать его не решались, впрочем, выгнать его было крайне сложно.

Примерно через неделю, а я потеряла счет дням, но впервые это было вовсе не из-за алкоголя или сволочных клиентов, мы вернулись домой. Домой!!!

– Все, что здесь есть, принадлежит и тебе, можешь пользоваться, можешь тратить деньги, сколько захочешь, – великодушно сообщил Макс, распахивая передо мной дверь. – Это твой дом. Надеюсь, ты не против?

Я энергично замотала головой в разные стороны.

– Но… как же так? Я не могу все это взять, у меня есть свои сбережения, может лучше… – я замялась.

Настала очередь Макса показывать отрицательный жест.

– Отказы в этом вопросе не принимаются! – весело поставил он точку.

Я довольно хорошо освоилась в квартире. Хоть она и не была очень большой, мест, в которых можно запутаться здесь имелось вдоволь. Стекло, видимо, заменили, пока мы жили в больнице. Ни я, ни Макс тактично не упоминали о происшедшем. Но все-таки он старался держаться ко мне поближе, и иногда я ловила в его глазах тревогу.

– Все хорошо? – спрашивал он по несколько раз на дню.

Я отвечала, что все прекрасно, но про себя гадала, вызван такой вопрос моей недавней попыткой суицида, если это можно было так назвать, или чем-то более серьезным.

За разговорами мы проводили целые длинные вечера, но я упорно умалчивала о своей самой главной боли, о пропаже Димы и моем бывшем муже-инвалиде, которого я еще недавно так сильно любила, а теперь… Даже не ненавижу. Просто ничего не чувствую. Словно пустота поселилась там, где раньше было отведено место моему бывшему Хозяину.

Макс тоже не особо рассказывал тайны своего сердца, мы говорили о многом, и вроде бы, ни о чем. И вот однажды он спросил:

– Ты любишь закаты?

– Не знаю, – я замялась, – Мне нечасто приходится смотреть в небо. Я все больше под ноги… А что?

– Мне нужно кое-что тебе показать, пошли!

Он стремительно вскочил с дивана и потащил меня за собой, так что я еле успевала переставлять ноги, чтобы не споткнуться и не упасть на пол. Мы бежали вверх по лестнице и забрались на чердак, через который без труда можно было выбраться на крышу. Макс подал мне руку и помог залезть вверх.

 

Романтический вечер

Передо мной открылась необыкновенная картина: посреди плоской, как бильярдная доска, крыши стояли стол на высоких металлических ножках, пара плетеных стульев с лежащими на них пухлыми подушечками. Макс засуетился и выудил откуда-то две чашки, круглый чайник и аппетитного вида тортик. Я изумленно таращилась на происходящее.

– Давай сюда! – он аккуратно усадил меня в кресло и неуклюже плюхнулся в соседнее.

Макс разлил чай по чашкам и быстро нарезал торт, я все еще была крайне удивлена и с интересом наблюдала за ним.

Закончив с приготовлениями, он легонько поднял мою голову рукой и повернул на запад.

– Вот что такое настоящий закат!

– Вот это да! – из груди невольно вырвался восхищенный вопль.

Совершенно красное солнце закатывалось за не менее красные облака, обрамленные ослепительной белой каймой. Закат отражался от стен соседних многоэтажек, заглядывал в каждое окошко и бликовал на стеклах, багряным светом озарял все, куда только мог дотянуться взгляд.

Порыв ветра раздул мои волосы, которые тоже стали красными. В воздухе пахнуло корицей и чем-то таким теплым и знакомым. Макс, затаив дыхание, наклонился ко мне и поцеловал. Я, ни секунды не задумываясь, ответила на его прикосновение, опьяненная закатом и любовью, которая сквозила сейчас отовсюду.

Дыхание сбилось, а сердце в груди отбивало бешеный танец страсти. Я отдала себя Максу всю, без остатка. Он целовал меня так нежно и так страстно, что казалось, до него еще никто и никогда этого не делал, его прикосновения были легкими, почти невесомыми, но тело реагировало на каждое из них фонтаном чувств. Его прохладные пальцы вызывали дрожь, и мурашки послушно бегали по всей коже.

– Макс, я хочу тебя! – сбивающимся шепотом произнесла я. Впервые за долгое время я чувствовала себя так прекрасно наедине с мужчиной.

– Я знаю, – прошелестел он.

Каждое его движение было так чутко, так аккуратно, словно я была старинной фарфоровой куклой, словно Макс боялся меня разбить. Он делал ровно то, что заставляло меня стонать и двигаться так, как я еще никогда этого не делала. Все было на своем месте. Макс двигался медленно, давая мне привыкнуть к ощущениям. Солнце закатилось, и на землю опустились сумерки, я закрыла глаза и поплыла по волнам любви.

– Ты в порядке? – спросил Макс.

– Да, – я глотала слезы, – да, Макс, это лучшее, что со мной случалось, спасибо тебе. Макс…

Наверное, это было странно слышать от такой прожженной жизнью падшей женщины, как я. Но это была чистая правда. С ним я не чувствовала себя уже столь грязной и низкой. Хотелось снова дышать и появлялась надежда, что для меня еще не все потеряно.

Он обнял меня и стал что-то ласково шептать на ухо, так что я медленно успокаивалась и приходила в себя.

Прошло еще несколько дней, и в один прекрасный момент Макс попросил меня сходить в магазин. Вид у него при этом был крайне обеспокоенный.

– Купи хлебушка, молока, ну может быть чего-то еще, сама посмотришь. Только мне звони обязательно, хорошо?

Я согласно кивнула и вышла на улицу. Это сделать было весьма непросто, ведь в доме было много этажей, лифт находился за очередным поворотом коридора, а чтобы выйти из подъезда, надо было набрать сложную комбинацию цифр на пульте. Я справилась, пусть и не с первого раза. В лицо ударил свежий, если его таким можно было назвать, Московский воздух. Впервые я была на свободе одна, в голову закрылась смешная мысль о побеге, и я только покачала головой. А ведь я осталась прежней, хоть Макс меня и порядком изменил.

Я ходила между полок в продуктовом магазине, глаза разбегались, и я только-только сообщила Максу по телефону, что у меня все прекрасно и получила рекомендации по поводу выбора молока, как трубка зазвонила снова.

Я не глядя скользнула рукой в карман и поднесла телефон к уху.

– Алло?

– Здравствуй, Лола, а я думал, что никогда уже не дозвонюсь до тебя! – вкрадчиво вещала трубка.

Я с ужасом отшатнулась от телефона, словно он мог меня схватить. Я узнала голос Казимира, этого подонка!

Я закричала в голос и выбежала из супермаркета. Люди расступались и странно на меня смотрели, я распихивала их локтями и поскальзывалась на вымытом полу. Я стала панически набирать номер Макса, но в трубке послышались лишь гудки.

Поступил еще один входящий вызов.

– Да, – голос предательски задрожал.

– Обернись! – хихикнула трубка.

Я резко крутанула шеей и чуть не потеряла сознание от боли и от того, что предстало перед моими глазами. Раскрывая хищные объятия прямо сзади меня стоял Казимир, чуть поодаль – его машина с распахнутыми дверцами, из нее выглядывал водитель.

"А растет-то Казимир!" – подумала я, почти ничего не соображая от страха. Я стала отступать назад. Около магазина, как назло, не было ни одного человека, как сквозь землю провалились! А если кто-то и шел вдалеке, то словно по мановению волшебной палочки переходил на другую сторону дороги. Наверное люди способны чуять, когда где-то пахнет жареным.

Казимир шел и о чем-то рассуждал, но я не слышала ни единого слова. И вдруг он резким кошачьим прыжком кинулся на меня и надел на голову мешок.

Конечно, я извивалась, как только могла, но без толку. Он мастерски скрутил руки, а потом огрел чем-то тяжелым прямо по голове, я покачнулась и упала прямо в его руки, но еще оставалась в сознании. Меня донесли до машины и запихнули в багажник, после чего еще раз ударили по голове. Что ж, действует Казимир весьма эффективно. И тут уж я вырубилась, и наверное надолго.

Машину все еще трясло, когда я открыла глаза, но разницы особой не было – на голове мешок, и все что видно – кромешная тьма. Вскоре послышался лязг тормозов, и машина остановилась, открылся багажник. Меня мертвой хваткой схватили за плечо, так что я не смогла выдернуть руку, и сделали какой-то укол. Я закричала. Тело мгновенно практически парализовало – я могла только хлопать глазами и кричать, что, собственно, я и делала, но толку от этого не было никакого.

Меня вынесли и куда-то потащили, кинули на что-то мягкое, а потом, наконец, стащили с головы мешок, в глаза ударил слепящий свет, и я зажмурилась.

Вокруг все было белым, ах да, это же стены! И потолок, он тоже белый.

– Где я? Отпустите меня! Макс меня найдет! И всех вас накажет!

– Не найдет, не переживай! – томно протянул Казимир. – Беспокойся лучше о себе, о том, что будет происходить сейчас, а не о возмездии. Тебе еще очень много предстоит отрабатывать!

И тут я увидела, что в комнате мы вовсе не вдвоем – в разных ее углах стояли еще четверо.

– Где мы? – истерически крикнула я.

– В морге.

– Что вы со мной сделаете?..

– Сначала изнасилуем, а потом уж как пойдет. Но ты не переживай, ребята тут работают. Убивать тебя никто не будет, по крайней мере пока. Ну хватит разговоров, давайте к делу!

Трупов тут конечно не было, вернее, они были, но в другом помещении. А я находилась в небольшой комнате, тут наверное заполняли бумаги и принимали звонки. А лежала я на высокой кушетке.

Мужчины подошли, каждый зАнялся своим делом – один сразу вставил член в рот и стал двигаться, двое раздевали меня, четвертый стоял и занимался самоудовлетворением.

Казимир курил на стуле и смотрел в окно, завешенное прозрачными занавесками. Я не могла пошевелить даже пальцем, поэтому и сопротивляться тоже не могла, да и что бы я сделала, когда вокруг столько людей, которые в разы сильнее меня. Они делали то, ради чего меня сюда и привезли – насиловали. Я была сейчас абсолютным бревном – уж не знаю, какое удовольствие трахать парализованного человека, который даже не может отбиваться?

Было больно, и я кричала, как только могла, пока не охрипла, но даже так, не прекращала издавать звуки. Было очень больно и плохо, я задыхалась, разрывалась плоть, по ногам стекала липкая горячая сперма вперемешку с кровью. Они входили в меня по очереди, красуясь друг перед другом, стараясь сделать еще больнее. Кажется, я плакала, а в ушах стоял непрекращающийся писк.

Взгляд упал на окно, оттуда, видимо присев на корточки, чтобы его не было видно, смотрел Макс. Мы встретились глазами, он показал руками несколько жестов, и я поняла, что они значат: "Все будет хорошо, я сейчас приду и спасу тебя". После этого он показал мне краешек пистолета.

Я была напугана и не знала, о чем и думать. Поймала в итоге себя на мысли, что почему-то сильно боюсь за Макса. Даже не за себя…

Но еще сильнее боялась того, что он всего лишь только мне привиделся, что это сон или галлюцинация, что именно – это уж значения не имело. Кто знает, что за дрянь эти черти в меня вкололи? Может какой-то синтетический наркотик… Я в них совершенно не разбираюсь, но слышала, что новые паралитики могут вызывать галлюцинации.

И вдруг дверь отлетела в сторону. Не открылась, а в буквальном смысле отлетела, Макс выбил ее ногой! Он стоял в дверном проеме с рваными краями, одной ногой наступив на дверь. Лица клиентов были одно лучше другого, а Казимир застыл на своем стуле, глаза его стали размером с пятирублевую монету каждый. Макс поднял пистолет и нацелился прямо в лоб сутенеру.

– Сука, как же я тебя ненавижу! – с этими словами он нажал на спусковой крючок, все замерли в ужасе.

Казимир с изумлением смотрел на Макса, а тот сделал еще несколько выстрелов, так и не успев ничего ответить, мой сутенер скатился на пол, из его тела хлестала кровь. – Ну! Кто следующий?! Ты? Ты? А может вы двое?

Он попеременно наводил дуло пистолета на каждого из присутствующих. Они отступили в сторону.

Макс, не опуская оружия, достал телефон из кармана и быстро заговорил:

– Главарь в отключке, сообщники ждут ареста, водитель в машине, обездвижен, – он посмотрел на меня, взгляд тотчас же смягчился. – Сейчас приедет полиция, и я помогу тебе! Две минуты, потерпи, милая, все будет хорошо, все закончилось!

Я тихо плакала на кушетке, не было сил говорить, но способность двигаться постепенно возвращалась ко мне, и я смогла закрыть лицо ладонями.

На улице завыла сирена. Вбежали несколько полицейских, оценив ситуацию, они пожали руку Максу.

– Спасибо за помощь, мы вызовем вас еще раз для дачи показаний и… ее тоже.

Макс кивнул, он подошел ко мне, обернул в огромное махровое полотенце и поднял на руки, я прижалась к нему и тихонько вздрагивала.

– Не плачь, – он погладил меня по голове. – Все хорошо, тебя больше никто не обидит, все закончилось, сейчас мы поедем домой. Домой.

Мне было больно, но так хорошо, что Он пришел за мной! Спас от злодея. Я думала, что мне крышка, но Макс не бросил меня в беде!

– Ты его убил? – удивленно спросила я.

– Этого козла? О, не переживай. Это не боевой пистолет. Отлежится, и придет в себя.

– Но я видела, как ты стрелял. И… там была кровь.

– Это травмат. И я целился в такие места, чтобы у него надолго отбилось желание насиловать женщин.

– Я люблю тебя Макс!

– Я знаю. И я тебя люблю.

Уже в машине я стала задавать вопросы.

– Как ты меня нашел?

– Я смог отследить твой мобильник, чудо, что его не выбросили прежде, чем тебя увозить.

– А Казимир, – при звуке этого имени я содрогнулась, – В общем, как так вышло с полицией?

– В прошлый раз, когда я сдал его, он смог сбежать, у него были очень хорошие связи. Я обзавелся парой контактов, и на всякий случай мне сказали, что если вдруг его увижу, то немедленно сообщить, а они его возьмут, живым или мертвым. Я взял на себя инициативу, они этого конечно не любят, но это был особый случай.

Вообще, это я виноват, что тебя похитили, один только я! Нельзя тебе было выходить, пока его не поймали!

– Ты не виноват, Макс. Спасибо тебе!

– Ладно, раз ты так считаешь, мне будет легче, а теперь спи, тебе нужно отдохнуть. Забудь пока об этом, когда-нибудь еще поговорим, – Макс улыбнулся. – Спи, милая.

Я откинула голову на сиденье и в ту же секунду задремала.

А машина гнала по безлюдному шоссе, и все было хорошо. Все было хорошо.

Сексуальный мачо

После моего почти чудесного, (хотя почему почти?), спасения из лап психически больного, как оказалось позже, сутенера – прошла ровно неделя. Ровно семь дней. Я просто постоянно спала, а Макс ложился рядом и нежно меня целовал в шею.

– Хей, Оля, гутен морген! – произнес знакомый любимый голос.

– Привет, – еще неразборчиво спросонья отозвалась я.

– Сегодня великий день! – Макс резко раздвинул шторы на окне.

– Ты нашел очередное приключение на зад?

– Если ты не заметила, то обычно я спасаю твою пятую точку! Так что приключения тебе полагается находить! – Макс весело засмеялся. – На самом деле не в этом суть. У меня есть несколько предложений, которые очень тебе понравятся, я гарантирую!

 

Я так резко села на кровати, что потемнело в глазах и я снова откинулась на подушку.

– О, Макс! Ты как всегда, в своем репертуаре! Что за авантюра? Мне интересно, расскажи! – я кинула в него еще одной подушкой.

– Тут неподалеку очень интересный магазинчик открылся, очень! – Макс закатил глаза. – Пойдем!

После того, как на меня напали и похитили в центре города посреди белого дня, да еще и возле магазина, я относилась с большой опаской и к тому же весьма скептически. Поэтому я замялась. Макс правильно понял мое молчание и уверил в том, что мне теперь вообще нечего бояться, да и пойдем мы вдвоем.

Я подумала и согласилась, не потому, что перестала переживать, а потому что уже долгое время с ума сходила по Максу. И какой же он все-таки обалденный парень! Его не смущала наша разница в возрасте, хотя я так и не могла пока понять, сколько же ему лет… На вид он выглядел примерно на 40, но на волосах уже была седина, на и рассуждал, как уже умудренный жизнью…

В любом случае, мне уже за 50… Разница в возрасте пусть и не сильно существенная, как с Александром, но все же есть. Странно, что он вообще выбрал меня в качестве объекта любви. Ведь столько молодых девушек вокруг него увивается! Он очень привлекательный и смелый мужчина.

Наверное именно это недоразумение меня и останавливало от полноценного погружения в счастье. Казалось, что судьба опять заманивает в ловушку, чтобы потом сделать мне больно.

А Макс так сильно привлекал меня, что я сходила с ума, стоило только посмотреть на него. Стоит такой прекрасный всего в нескольких дюймах от меня, с растрепанными после сна волосами в расстегнутой жилетке, из которой выглядывала обнаженная мускулистая грудь.

Я жадно пожирала его взглядом, Макс, легко флиртуя, подмигнул одним глазом, изогнул бровь и двинулся ко мне. Он прыгнул на кровать и коленями крепко сжал мои бедра, схватил за запястья и поднял их над головой. Из его груди раздалось хрипловатое страстное рычание. Я втянула полные легкие его невероятного запаха, от него даже закружилась голова!

– Хочешь меня? – полушепотом спросил он, наклонившись к самому моему уху.

– Да, да! – я легко застонала в предвкушении, ведь Макс был самым лучшим из моих многочисленных мужчин. – Да, Макс, пожалуйста! Я хочу тебя!

Он стал покрывать мою кожу ласковыми поцелуями – начал с левого уха и постепенно продвигался вниз. Я с трудом дышала: так сильно колотилось сердце! Когда Макс добрался до груди и задрал футболку, а кроме нее на мне были надеты одни только трусики, в них уже был настоящий водопад! Внизу живота скрутился тугой узел, а до самых кончиков пальцев разлилось желание.

– Макс! – закричала я. Он понял. Он все понимал, но все же не уступил и продолжил класть дорожку из поцелуев до самого пупка.

После этого Макс сорвал с меня футболку и трусики, а потом раздвинул ноги и опустился лицом к моей промежности.

Такого со мной уже давно никто не делал – язык Макса свободно скользил по мне, и я дугой выгибалась навстречу его прикосновениям. Было что-то особенно чувственное и изящное в каждом движении. А я находилась в небольшом трансе и просто кайфовала от всех манипуляций Макса.

Он работал языком так усердно и уверенно, поэтому в те редкие моменты, когда я поднимала на него взгляд, его язык буквально летал, он делал круговые движения, и каждый раз я сотрясалась мелкой дрожью от возбуждения и удовольствия.

И вот когда он довел меня до пика, я очень громко закричала и исхитрилась схватить Макса ладонями за лицо.

– А-а-а-ах! – застонала я, наблюдая за тем, как он ужасающе медленно расстегивал ширинку и как из штанов выглядывал его член. Он был огромных размеров и обычно на тон светлее, чем вся остальная кожа, но сейчас налился кровью и стал красным.

– Ты готова, Оля? – спросил он, тяжело дыша, поглаживая меня рукой по обнаженным бедрам.

– Конечно! Да, сделай это! Только быстрее, я не могу больше терпеть, Макс! Макс, ох-х-х! – отрывисто крикнула я, но дальше он заткнул мне рот горячим поцелуем.

Р-раз! Парень сделал скользящее движение и вошел в меня целиком.

Это был первый раз после того, как меня изнасиловали в морге, и ох, какая колоссальная разница была между этими двумя актами!

Было почти не больно – так сильно мы оба были возбуждены. Макс двигался все быстрее и быстрее, а я уже совершенно ничего не соображала. Я выкрикивала в воздух бессмысленные фразы, громко кричала и материлась.

Толчок, еще толчок я схватила руками часть съехавшей в сторону простыни и вцепилась в нее ногтями со страшной силой.

Я ощущала, как мы становились одним целым: между нами, казалось, не было ни миллиметра расстояния. Я чувствовала каждое прикосновение и каждый момент – от горячих поцелуев до его холодных пальцев, от тихого шепота до моих громких стонов.

Каждый раз, стоило ему прикоснуться ко мне, по моему телу бежали тысячи заряженных электронов, наслаждение рассыпалось миллионами хрупких осколков под симфонию нашего сбитого дыхания.

Я захлебывалась в удовольствии, смотрела в омуты глаз напротив и мечтала лишь об одном, чтобы время остановилось. замерло вокруг нас, как это и ощущалось, отдав нам единственным возможность функционировать дальше, под скрипы кровати и его нежные поцелуи.

– Да, да, да! – повторял Макс.

Он примерился и стал медленно подключать пальцы, засовывая их мне в попу – сначала один, потом два, постепенно доводя количество до четырех. Я охнула от неожиданности – конечно, раньше клиенты трахали меня и в попу тоже, но так этого еще никто не делал.

– М-м-м… – простонала я в изнеможении, пытаясь повернуться, но не чувствуя своего тела.

Он, будто умелый кукловод, управлял моим телом, дергая за неведомые мне доселе нити, заставляя дрожать и теряться, а после считать звезды перед глазами. Он покорил меня, как альпинист Эверест, он подчинил меня, как завоеватель новые земли, он овладел самой бурной стихией – мной, лишив меня возможности противостоять.

Раздался какой-то странный хлюпающий звук, и Макс, запрокинув голову и содрогаясь каждой клеточкой тела кончил прямо внутрь меня. Сразу стало так горячо, словно в меня засунули действующий вулкан, из которого вытекает раскаленная лава.

Макс аккуратно вынул член и рухнул рядом со мной на кровать, пытаясь привести в норму дыхание.

– Ты как? – поинтересовался он, все еще не открывая глаз.

– Хорошо… Макс, ты такой крутой! У меня просто нет слов! – счастливо засмеялась я.

Он притянул меня к себе, крепко-крепко обнял и зарылся носом в волосы, вдыхая запах клубничного шампуня.

Мы валялись так еще около часа, долго приходили в себя, потом завтракали, потом убирали постельное белье, Макс тянул интригу.

– Ты хотел меня в какой-то магазин отвести? – сгорая от любопытства, спросила я.

– Да, все будет! Мы ждем знак, – загадочно прошелестел он.

– Знак?

– Да.

Я была в полном недоумении. Что он такое хочет сделать? Может быть что-то натворил? А может?.. Ну нет, такого быть просто не может! Я еще не до конца научилась доверять людям, но доверять Максу было очень просто, ведь я влюбилась в него по самые уши. Даже странно, я ощущала в себе новую жизнь, словно все старое можно было теперь легко перечеркнуть и забыть.

Глупо? Безрассудно? Наверное… Но у меня было предостаточно времени, чтобы подумать о своей жизни.

Но сколько бы я не рефлексировала, мне было сложно понять, как же все-таки так получилось, что меня, полностью опустившееся на дно никчемное создание, смог вытащить из грязи и полюбить такой человек, как Макс? Это просто нарушает все законы логики.

Сколько времени я жила с ненавистью к самой себе, полагая, что судьба вполне заслуженно наказывает меня за ошибки. За что же мне внезапно свалилась такое счастье, в виде этого мужчины, который стал для меня опорой? Уж не желает ли ее величество судьба в очередной раз поиздеваться надо мной?

Всё то время, что мы были вместе с Александром, я теперь вспоминаю, словно это было не со мной.

Что меня заставляло каждый раз унижаться перед ним? Верить, что он исправиться, и что все у нас будет, как в сказке? А была ли эта сказка?

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12 
Рейтинг@Mail.ru