Страна Серебряных гор. История про большую любовь и вселенское зло

Лариса Галкина
Страна Серебряных гор. История про большую любовь и вселенское зло

«Бедняжка» Лала меньше всего интересовала князя. Он не любил ее, и что обручился с ней год назад, сейчас казалось недоразумением.

Дядя Ману каждый день с утра до вечера надоедал разговорами о женитьбе:

– Давно пора жениться, нужен наследник, посмотри, какая Лала красавица. Лала, Лала, Лала…

Лала действительно была очень красива, но, как оказалось, настолько же и глупа. Сначала это забавляло Рамира, и он думал, что она подыгрывает ему, пытаясь угодить. Эти широко раскрытые глаза, с подобострастием смотревшие на него, и бесконечное:

– Да, мой любимый господин.

– Нет, мой любимый господин.

– Что желает мой любимый господин?

Ему было приятно, что она его обожала и слушала открыв рот. Вот тогда-то он и попался в ловушку, хитро поставленную дядей Ману, и объявил помолвку.

Год назад к свадьбе был заказан шикарный корабль. Ману считал, что Рамиру давно пора было остепениться, жениться и обзавестись детьми. Вокруг красавца князя кружили толпы молодых девиц в надежде, что он обратит на них внимание. И он обращал внимание то на одну, то на вторую, то на третью… и так ни конца ни края. Но больше всего дядюшка боялся, что на ежегодном празднике Цветов племянник влюбится в какую-нибудь безродную девицу и захочет на ней жениться. Этого допустить было никак нельзя! Наследник престола должен быть благородной крови!

А Лала была из знатного рода. К тому же ее отец, министр, обещал Ману кругленькую сумму, если Лала станет княгиней. Одно другому не мешает.

Тем временем Лала своей безмерной глупостью начала раздражать князя, с каждым днем все больше и больше. Говорить с ней было не о чем, слушать ее бестолковую болтовню— невозможно. Целыми днями она ничего не делала, валялась на подушках, ела сладости и сплетничала с подружками. Они бесконечно могли обсуждать наряды и украшения. Подружки были под стать Лале – ленивые и тупые. Как-то после очередного свидания с Лалой терпение лопнуло, и он послал за дядей.

Войдя в покои князя и увидев его недовольное лицо, дядя спросил сладким голосом:

– Что случилось, дорогой племянник? Что за печаль омрачает твой светлый лик?

– Лала, – Рамир тяжелым взглядом смотрел на дядю. – Видеть ее больше не могу.

– Чем она тебя разгневала? – Ману удивленно поднял брови.

– Будто не знаешь! Глупостью своей безмерной и бездельем! – злился Рамир.

– Женщина и должна быть глупой, – Ману пожал плечами. – Ее дело – подчиняться мужу и вопросов лишних не задавать. А что бездельничает, так она дочь министра. Какие у нее могут быть заботы? С рождения в роскоши живет. Женщины высшего сословия все гусыни бестолковые. Посмотри на ее подруг, они еще и страшные, как ведьмы. А Лала – красавица, детей родит тебе здоровых и красивых.

– И глупых, – добавил Рамир, сморщившись.

– Ну что ты! – дядюшка замахал руками. – Дети будут прекрасные.

Долго дядюшка уговаривал племянника, приводя различные примеры. Наконец Рамир махнул рукой и со словами: «Пусть будет, как будет», – отпустил дядю.

Дядя, выйдя за дверь, выдохнул:

– Лала, конечно, дура дурой. А кому нужен ее ум? Ее дело – помалкивать, мужа слушать да детей рожать.

С того времени встречаться с Лалой князь стал очень редко, ссылаясь на государственные дела.

И тут представился случай отложить свадьбу на год! Нет корабля, нет свадьбы! Такой шанс упустить нельзя! В голове князя строился хитроумный план.

Только он размечтался, голос дяди Ману вернул его к действительности. Дядюшка сказал все, что только можно, чтобы у королевы не осталось никаких иллюзий.

– Так что, Ваше Величество, при всем уважении, корабль не продается! – закончил он свою речь.

– Я все правильно сказал, дорогой племянник? – дядюшка Ману картинно развел руки и посмотрел на князя.

– Да, дядя, ты, как всегда, прав. Но мне все же хотелось бы услышать ответ на один вопрос. Вы позволите? – он прищурил глаза и хитро смотрел на королеву.

– Спрашивайте, – Гера в упор смотрела на князя.

– Как я понял, корабль вам нужен, и это не просто женские капризы, – князь смотрел на Геру.

Гера кивнула.

– Ваше Величество, – продолжал Рамир, – если я продам вам мой корабль, то мне придется целый год ждать новый и на год отложить свадьбу. Во сколько же вы оцените причиненные мне, как вы сказали, «неудобства»?

Если бы только Гера знала, что князь в эту минуту готов был подарить этот корабль, лишь бы не жениться на Лале. Напротив, Гера думала, что князь ни за что не поменяет своего решения. Ему просто доставляет огромное удовольствие чувствовать свое превосходство.

– Только Вы, Ваша Светлость, можете их оценить, – вежливо сказала королева.

Дядюшка крутил головой, смотрел то на князя, то на королеву и не понимал, о каких «неудобствах» идет речь?

А князь совершенно спокойно сказал:

– Согласитесь, сделка всегда должна быть выгодной. Две цены – и корабль ваш! – он хлопнул рукой по столу. – Не слишком дорого?

Ни один мускул не дрогнул на лице королевы. Она величественно кивнула в знак согласия.

– Вы согласны? – брови князя взлетели вверх от удивления.

– Разумеется, – спокойствие королевы поражало. Не думаете же вы, что я буду торговаться?

– Если вы не передумаете, то утром произведем расчет, – сказал изумленный князь, не сводя с королевы глаз.

– Какой расчет? – дядюшкины глаза полезли из орбит.

– Я продаю корабль королеве! – сказал довольный Рамир.

Дядюшка подпрыгнул как ужаленный и завопил:

– Ваша Светлость, князь, одумайся! А как же свадьба? А как же Лала?

– Успокойся, дядя! Свадьба подождет, у меня такая выгодная сделка! Нечасто выпадает такая удача. Свадьбу через год сыграем, и Лала никуда не денется. А я и корабль новый построю, и дорогой подарок невесте куплю, – сказал князь со сладкой улыбкой, а сам подумал:

«Чтоб ей провалиться, этой Лале!»

Князь говорил очень убедительно, чтобы дядюшка подумал, что им движет только корысть. Дядюшка Ману так и подумал, поскольку сам был жаден до денег. И все же он настолько был возмущен происходящим, что собрался было опять возразить, но Рамир поднял руку, и Ману замер на полуслове.

Лицо князя стало серьезным. Глядя на Ману «колючим» взглядом, он властным голосом сказал:

– Я продаю корабль за две цены. Я так решил!

Глядя на племянника, дядюшка Ману не перечил. Когда у него был такой взгляд, хорошего не жди.

– И тебя, дядюшка, не обижу, барышом поделюсь, – князь похлопал Ману по плечу.

Ману кивал головой и нервно хихикал.

*****

Было уже темно, когда гости разошлись по своим покоям.

Князь улегся на диван, заложил руки за голову и думал:

«Под видом выгодной сделки я сумею отложить свадьбу, а может быть, сумею и отменить, да поможет мне Небесный Владыка!» – его красивое лицо сияло от счастья.

Королева оказалась удивительной женщиной. Все в ней было необычно, это волновало и привлекало князя.

«А все же интересно, зачем ей этот корабль за такие-то деньги? Хотя, какая мне разница, пусть покупает, раз ей надо. Главное, что свадьба откладывается», – эта мысль радовала больше всего.

Дядюшка Ману развалился на полу на мягких подушках и с удовольствием ел халву. Наконец-то он осознал, какие огромные деньги платит королева за корабль.

«Какая, собственно, разница от кого получить деньги – от министра или от племянника? – думал он. – И свадьба не отменяется, а откладывается. Рамир все равно женится на Лале, так я еще и от министра получу! Надо же, как все удачно сложилось!» – Ману тоже был доволен.

Винсент сидел в кресле перед камином и смотрел на тлеющие угли.

«Ай да королева Гера! Сделала невозможное! Чтобы князь да уступил даже за такие деньги? – Винсент был в недоумении. – Хотя деньги, конечно, огромные, но не для князя. Нет, здесь не корысть, здесь что-то другое. Князь передумал жениться? А что? Все может быть! Но все это не мое дело. Мое дело – строить корабли. Это моя жизнь. Каждый новый спущенный на воду корабль делает меня счастливее и, конечно, богаче, что приятнее вдвойне».

Гера сидела за столом и в последний раз смотрела на драгоценности. Каждую Гера брала в руки, любовалась и старалась запомнить. Она прощалась с ними навсегда.

– Прости меня, мама, – тихо прошептала Гера. – Не придется мне их надеть на свадьбу. Сегодня в последний раз я держу их в руках. Князь подарит драгоценности своей невесте, и она будет блистать в них на своей свадьбе. А моей, скорее всего, никогда и не будет. Гера уронила голову на руки, не в силах сдержать слез.

На следующее утро хозяева и их гости собрались в гостиной к завтраку. Ждали только королеву.

На столе в чайнике, расписанном золотистыми цветами, заваривался ароматный чай, а слуги не торопясь накрывали на стол. Вкусно пахло свежими булочками, сладким медом и корицей. Дядя Ману и жена Винсента непринужденно болтали о всякой чепухе, а князь с Винсентом говорили о постройке нового корабля. Князь все время поглядывал на дверь, ему не терпелось увидеть Геру. Он поймал себя на мысли, что все время думает о ней.

Вошла королева, и все замолчали. Она поприветствовала всех присутствующих и прошла к столу. Князь не сводил с нее глаз. Это была другая королева. На Гере был надет синий бархатный камзол, белая шелковая рубашка с кружевными манжетами и высокие сапоги. Длинные волосы были стянуты золотым шнурком и лежали волной на плече.

«Женщина в мужской одежде?» – удивлению князя не было предела, и он не удержался.

– Ваше Величество! У вас сегодня необычный для женщины наряд. С чего бы это? – спросил он.

– А с того, любезный князь, что в таком наряде удобнее летать на коне. В платье со шлейфом это весьма затруднительно, – спокойно ответила королева.

– Летать на коне? – переспросил князь.

– Да. Конь у меня крылатый, белый, как снег, и я на нем летаю. – Гера опустилась в кресло.

– Надеюсь, вы слышали о крылатых конях? – королева с любопытством смотрела на Рамира.

 

Он кивнул в ответ.

У князя тоже был крылатый конь. Когда он узнал, что есть такие кони, он сам поехал в страну Саргинию, где тех коней разводили, и купил самого сильного и красивого. Но не тому он удивлялся, что у королевы есть крылатый конь, а тому, что она на нем летает.

– И вы не боитесь? – князь был человеком смелым, и то поначалу побаивался.

– Не боюсь. Я чувствую себя свободной, с высоты вижу свои владения, что и где происходит, вижу, где какая дичь и где поохотиться…

– Поохотиться? – князь недоверчиво смотрел на королеву. Ману перестал жевать и замер.

– Да, князь, поохотиться. Видите ли, я очень неплохо стреляю из лука и в свободное от государственных дел время езжу на охоту.

Гере казалось, что она говорит о простых вещах, а князь все переспрашивал и удивлялся. Винсент смотрел на князя и дядюшку и тихонько посмеивался. Он знал, какая Гера. А в княжестве Рамира таких женщин не было, и быть не могло.

«На жареных куропаток, лежащих перед вами на серебряном блюде, вы охотитесь», – усмехнулся про себя князь. Ему с трудом верилось в то, что сказала королева, но внутренний голос шептал, что все так и есть.

– Вы не передумали покупать корабль, Ваше Величество? – между прочим спросил Рамир.

– Не передумала, – твердо сказала Гера.

Завтрак был закончен, и гости перешли в кабинет Винсента для окончательного расчета. Вслед за ними в кабинет зашли два охранника королевы, неся сундук с золотом. Вошел третий охранник и передал королеве шкатулку.

– Ваша Светлость, князь Рамир. К сожалению, у меня не оказалось с собой нужной суммы золотом. Недостающую сумму прошу принять драгоценностями. Она поставила шкатулку на стол перед князем и распахнула. Князь еле сдержался, чтобы не ахнуть, а дядюшка Ману не сдержался и взвизгнул. Глаза его заблестели.

– Я думаю, это достойный подарок для вашей невесты, – таких драгоценностей нет больше ни у кого, – с достоинством сказала королева.

Дядюшка дергал князя за рукав:

– Берем! Берем! Какая красота!

– Мы в расчете? – спросила Гера.

Князь молча взял перо, поставил подпись и печать на бумаге, по которой право владения кораблем теперь принадлежало Гере Кравской.

– Господин Винсент, я попрошу вас проводить меня до корабля. Мне срочно надо отправляться домой.

– С удовольствием, Ваше Величество! – сказал Винсент.

Потом он посмотрел на князя, который был в недоумении от слов королевы, и решил удивить его еще больше.

– Ваше Величество, а как же команда и капитан для нового корабля? – спросил он с наигранным удивлением.

– Команда ждет, а к штурвалу встану сама, – ответила Гера.

Это было слишком. Князь вскочил и изумленно воскликнул:

– Уж не хотите ли вы сказать, что можете управлять кораблем?

– Именно это я и сказала, – спокойно ответила Гера.

– Не может этого быть! – горячился князь.

– Все может быть, князь! Королеве надо многое уметь. И страной управлять, и кораблем, – усмехнулась Гера.

– Вы удивительная женщина, королева Гера, – прищурившись, сказал князь. – И много в вашей стране таких же умных и смелых женщин, как вы?

– Встречаются, – с улыбкой ответила Гера.

– А мне вы позволите проводить вас, Ваше Величество? – спросил князь и посмотрел на нее таким взглядом, что ее сердце забилось чаще, но сейчас королеве было не до любезностей.

– Если вам угодно, – сдержанно ответила королева.

– Дядя, мы едем провожать королеву! – властно сказал князь и быстрым шагом направился к выходу. Ману посеменил за ним следом. Когда князь ходил быстро, Ману еле успевал за ним, ему приходилось почти бежать: князь почти на целую голову был выше его.

– Я не могу пропустить такое зрелище, – тихо сказал он дяде.

Как только за ними закрылась дверь, Винсент подошел к секретеру и вынул из него внушительных размеров мешочек с золотом.

– Ваше Величество! Я не знаю, что у вас случилось, и не буду допытываться, но, судя по вашим действиям, что-то очень серьезное. Вы отдали все свои деньги, купив этот корабль, значит, у вас не было другого выхода. Мало того, вы отдали фамильные драгоценности. Я помню их, это драгоценности вашей матери. Только крайняя нужда могла заставить вас расстаться с ними. Поэтому не отказывайтесь, возьмите эти деньги. Они вам нужны сейчас намного больше, чем мне, – он протянул Гере мешок с золотом.

– Господин Винсент! На самом деле, я попала в очень страшную историю. Я не могу сейчас все рассказать, быть может, в другой раз, если он будет. Мы можем больше никогда не увидеться, потому я могу не вернуть эти деньги, – в словах королевы было столько горечи, что Винсенту стало страшно.

– Не надо возвращать. Вернитесь сами.

Королева взяла протянутый мешок и сказала:

– Благодарю вас, Винсент. Вы не только лучший мастер, вы еще и лучший друг.

Винсент поклонился.

– Могу я еще что-то для вас сделать? – спросил он.

– Нет, теперь все зависит от того, что смогу сделать я. И поверьте, я очень хочу вернуть вам долг. И если я это сделаю, значит, у меня все получилось, и я осталась жива.

Королева пожала руку Винсента и быстро вышла из кабинета.

От страшных слов, которые произнесла королева, Винсенту опять стало не по себе.

«Что же происходит с этой прекрасной женщиной? В какую беду она попала?»

Винсент, князь Рамир и дядюшка Ману садились в карету, когда Гера взлетела на коне в небо и сделала круг над дворцом Винсента. Все трое, задрав головы, смотрели на нее. Гера помахала рукой и, крикнув, «до встречи», улетела, как ветер.

Князь, сдвинув брови, смотрел на дядю.

– Значит, дорогой мой дядюшка, ты все еще утверждаешь, что все женщины дуры? – подозрительно ласково спросил Рамир. – И все эти дуры, судя по всему, живут в моем княжестве! – рявкнул он.

Винсент не выдержал и захохотал:

– Не гневайтесь, Ваша Светлость. Королева одна такая. Единственная и неповторимая!

Вернувшись на свой корабль, Гера отдала деньги своим людям и приказала купить все самое необходимое.

Когда карета с провожающими подъехала к берегу, Гера уже поджидала их вместе с командой. Все вместе они взошли на новый корабль, и Винсент с удовольствием обо всем рассказывал и отвечал на вопросы. Князь Рамир по пятам ходил за Герой, делая вид, что внимательно слушает Винсента.

Тем временем к кораблю Геры прибывала повозка за повозкой с разным товаром, который тут же грузился на корабль. Загрузившись до отказа, корабль был готов к отплытию, и капитан подал знак. Гера заторопилась.

– Мне пора. Благодарю вас, господин Винсент, за гостеприимство и участие. Я очень надеюсь увидеть вас снова и вернуть что должна, – она протянула Винсенту обе руки. Он взял ее руки, пожал и, поднеся к губам, поцеловал. Королева повернулась к князю.

– Благодарю вас, Ваша Светлость, за то, что согласились продать мне корабль! Если у меня все получится, может быть, когда-нибудь вы узнаете, как помогли в трудный час малознакомой королеве. Она протянула князю обе руки, как и Винсенту, по-дружески.

Князь взял ее руки в свои и пожал совсем не по-дружески, поднес к губам и поцеловал совсем не по-дружески. Губы были сухие и горячие, а руки дрожали.

Королева смотрела на красавца князя и думала:

«Что, князь, я все же произвела на вас впечатление! Может быть, когда-нибудь вспомните обо мне. Хотя вряд ли, у вас ведь красавица невеста. А я не смогу вас забыть! Как жаль, что мы никогда больше не встретимся»…

Руки Геры подозрительно долго оставались в руках князя. Гера, спохватившись, чуть потянула руки, князь нехотя отпустил и, взглянув на королеву, задал странный вопрос:

– А как зовут вашего коня?

– Гай, – ответила королева.

– У меня тоже есть крылатый конь, черный, как ночь. И я тоже люблю охоту и умею управлять кораблем, – Рамир отчаянно тянул время.

Гера посмотрела в глаза Рамира и, еле сдерживая дрожь, охватившую ее, сказала:

– Прощайте, князь! Прощайте, господин Ману! – Гера протянула Ману руку, которую он почтительно поцеловал.

– Процветания вашей стране и счастья вашему дому!

Королева сделала несколько шагов, резко повернулась и спросила:

– Князь, а как зовут вашего коня?

– Радж! – крикнул Рамир.

– Рамир и Радж. Красиво, – сказала королева.

Винсент, князь, дядюшка, их слуги, корабелы и просто зеваки смотрели, как хрупкая женщина уверенно выводит огромный корабль из гавани. Следом за ним шел второй корабль. Собравшиеся на берегу люди хорошо знали королеву, но не переставали удивляться и восхищаться ею.

– Небесный Владыка, храни королеву, и пусть ничего не омрачит и без того трудный путь, – прошептал Винсент.

Стоящий рядом князь Рамир слышал каждое слово. Он смотрел на уходящий в океан корабль и не понимал, что с ним происходит. Как будто железная лапа сдавила сердце и железными острыми когтями впивается все глубже и глубже. От нестерпимой боли темнеет в глазах.

Не корабль уходил в океан, а что-то самое важное уходило из его жизни, то, без чего и самой жизни не надо.

Корабли уже скрылись из вида, люди разошлись по своим делам, а князь так и стоял на берегу, вглядываясь вдаль океана. И никто не смел его потревожить.

Возвращаясь в дом Винсента, князь за всю дорогу не проронил ни слова. Отказавшись от ужина, он ушел к себе и приказал его не беспокоить.

На немой вопрос Винсента дядюшка Ману только развел руками, делая вид, что сам не понимает, что происходит. Но дядюшка, хитрый лис, догадывался, почему Рамир мрачен. Ему не просто понравилась Гера, он влюбился в нее.

«Ну, ничего, вернемся домой, успокоится и забудет», – думал Ману.

Хотя он и сам был восхищен Герой. Еще бы. Такая женщина!

«Это тебе не Лала, дура дурой», – подумал он и сокрушенно покачал головой.

На следующий день, утром, Винсент и князь Рамир обсуждали постройку нового корабля.

– Мне нужен точно такой же корабль, вплоть до мелочей. Чтобы каждая завитушка была на том же самом месте, – твердо сказал князь.

– Как желаете, Ваша Светлость, так и исполню, – сказал Винсент, а сам подумал:

«Да ты, никак, влюбился, друг мой. Немудрено. В такую женщину нельзя не влюбиться!»

Винсент сам был давно влюблен в Геру, но он был женат и намного старше ее. Потому он и скрывал свои чувства, довольствуясь дружбой.

Когда договор на строительство корабля был подписан, Винсент налил в хрустальные бокалы красное, как кровь, вино. Подняв бокалы, Рамир и Винсент кивнули друг другу и сделали по глотку.

– Я никогда не встречал таких женщин, как королева. Не могли бы вы рассказать мне о ней?

Вопрос князя застал Винсента врасплох. Он на минуту задумался и решил рассказать то, что знают все.

– Ее Величество Гера Кравская – наследница старинного и знатного рода правителей острова Кравт. Родители ее погибли, попав в страшный шторм, когда она еще была ребенком. А теперь, как вы изволили сами видеть, это очень достойная и умная женщина, наделенная многими талантами.

– Вот я и думаю, что заставило умную и, судя по всему, не расточительную женщину купить корабль за такие огромные деньги? Ведь ясно же, что это не капризы женские или самодурство, а острая необходимость. Притом настолько острая, что она отдала драгоценности, которые ей очень дороги. Вы что-нибудь знаете об этом? – князь в упор смотрел на Винсента.

– Не больше, чем вы, – уклончиво ответил Винсент.

– И все же! – настаивал князь.

– Насчет драгоценностей вы правы. – Винсент был весьма удивлен проницательности князя. – Эти драгоценности были очень дороги ей, они принадлежали ее матери. Я действительно не знаю, что произошло, но, если она решила все отдать за корабль, значит, оно того стоило. Корабль ей сейчас важнее всего, он ее спасение.

– Спасение от чего? – настороженно спросил Рамир.

Винсент только развел руками.

– Если бы я знал раньше, что ей угрожает опасность, я бы все сделал по-другому, я бы предложил ей свою помощь, – в голосе князя послышалось отчаяние.

– Неужели, Ваша Светлость, вы думаете, что я не предлагал ей помощь? Я многое мог бы сделать для этой женщины, но она отказалась, сказав, что все зависит только от нее.

– Зависит что? – глаза князя лихорадочно блестели.

– Я рассказал все, что знаю, – Винсент не повторил тех страшных слов, что сказала Гера.

Так отвратительно Рамир себя не чувствовал никогда. Получалось, что, воспользовавшись безвыходным положением королевы, он обобрал ее дочиста, еще и драгоценности прихватил. Хорош, нечего сказать. А она еще его благодарила и желала всего лучшего. Но он ведь не знал! На тот момент это была просто выгодная сделка для обеих сторон! Все так, но отчего же он чувствовал себя так мерзко?

«Придушить тебя мало, пресветлый князь!» – думал о себе с отвращением Рамир.

 

Душа ныла, а железные когти все глубже впивались в сердце. Железная лапа, завладевшая сердцем Рамира, крепко держала его и, питаясь его болью, получала ни с чем несравнимое удовольствие.

На следующее утро корабль князя Рамира направился к родным берегам.

Князь стоял на палубе с мрачным лицом и смотрел вдаль. Рядом стоял Ману и искоса смотрел на племянника.

«Надо же, как изменила его встреча с королевой. Всего каких-то два дня! – думал Ману. – Хотя, о чем это я? Мне достаточно было нескольких минут, чтобы влюбиться на всю жизнь в его мать! Как он на нее похож! Смотрю на него и вижу красавицу Шанти»…

– Не печалься, дорогой Рамир. Вернемся домой, ты успокоишься, и все будет как прежде. Лала, конечно, расстроится, но ты подаришь ей великолепные украшения, и она покорно будет ждать еще год, – вещал дядюшка Ману сладким голосом.

Князь резко повернулся к дяде и посмотрел на него так, что у того холод пробежал по спине.

– Только посмей мне заикнуться про драгоценности! Они только мои, и Лале их не видать! И знаешь, дядя, как прежде, уже никогда не будет. И свадьбы с Лалой не будет. Ни через год, ни через пять. – Рамир опять устремил взгляд в океан в ожидании очередного всплеска дядиного недовольства. Но дядя подозрительно молчал.

«И чего я пристал к нему с этой дурой Лалой? Счастлив он с ней никогда не будет, зато будет меня всю жизнь попрекать! Ну уж нет! Я себе не враг и Рамиру тоже! Конечно, он бывает несносен, чересчур заносчив и высокомерен. Но ведь это я его таким воспитал и, несмотря ни на что, я очень люблю его и хочу, чтобы он был счастлив. Пусть сам выбирает, на ком жениться!» – дядя Ману принял верное решение.

Рамир повернулся и внимательно посмотрел на дядю, настороженный его затянувшимся молчанием.

И вдруг дядя сказал удивительные слова:

– Свадьбы не будет? Ну не будет, так не будет! Ты князь, как хочешь, так и сделаешь. И никто не вправе оспаривать твое решение. Пусть хоть кто-то посмеет возразить, быстро рот заткну! Женишься, когда захочешь и на ком захочешь!

Сказать, что Рамир не был удивлен, – ничего не сказать!

– Спасибо, дядя, – произнес Рамир, с изумлением глядя на дядю Ману.

Такого он точно не ожидал. Рамир положил руку на дядино плечо, которое всегда было рядом, и думал о том, что дядюшка его, конечно, жадноват и с причудами, но он, как никто, любит и понимает его.

Они стояли, смотрели, как солнце садится за горизонт, свежий ветер дул в лицо, а корабль нес их все ближе и ближе к родным берегам.

И корабли Геры быстро шли вперед, рассекая водную гладь. Королева стояла на палубе. Подняв голову, она смотрела на звездное небо.

«Владыка Небесный! Лучше ослепнуть, чем увидеть то, что я должна увидеть!» – в отчаянии думала Гера.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35 
Рейтинг@Mail.ru