Женские страшилки и заморочки

Ланиус Андрей
Женские страшилки и заморочки

Недолгое счастье А

лександры

У Шуры Ашихминой, 38-летней сотрудницы рекламного отдела, была жгучая тайна.

Еженедельно ей на работу звонил её бой-френд по имени Стас. Телефонный аппарат находился на тумбочке у окна. Невольными свидетельницами разговора становились все другие сотрудницы – четыре молодые женщины, а также Маргарита Сергеевна – пасмурная особа увядающего возраста.

«Стасик, ты предлагаешь в ресторан? – с милой непосредственностью щебетала Шура. – Но, заинька, в ресторане мы были в прошлую субботу. Давай лучше в театр»…

Тайна заключалась в том, что никакого Стаса не существовало в природе.

А кто же ей звонил? Обычно это был какой-нибудь абонент, неправильно набравший номер. «Старина, ты?» – к примеру, раздавался в трубке чей-то голос. «Нет-нет», – улыбчиво отвечала Шура несколько раз подряд. Наконец, ее незримый собеседник прерывал связь, она же вела импровизированный диалог с мифическим Стасом.

Зачем ей эта игра? А что же ей оставалось, если четыре молодые сотрудницы-красавицы то и дело откровенно обсуждали перипетии своей личной, весьма бурной жизни? Жаловаться им на свою не сложившуюся долю? На отсутствие удачи в тонкой сфере женского счастья? Или же следовать манере Маргариты Сергеевны Зыриной, тоже одинокой женщины, с её устоявшейся репутацией злобной мегеры? Все ждут – не дождутся, когда та уедет в другой город к сыну. А сынок-то, между прочим, у нее неблагополучный, с ним связана какая-то темная история…

Шура жалела Зырину, хотя и не одобряла ее неуживчивого, склочного характера.

Нет уж, пускай все вокруг думают, что она – Ашихмина Александра Николаевна – самый счастливый человек на свете.

Попрощавшись со «Стасом», она обычно так и восклицала: «Девочки, хотите увидеть счастливого человека? Это я!» И они верили. И порой даже завидовали. А ей иногда хотелось плакать.

О подоплёке этой своей жгучей тайны она никому даже не заикалась.

Как-то раз она сидела в кабинете одна. Девчонки еще не вернулись с обеда, а Зырина вышла куда-то по своим делам.

Раздался телефонный звонок. Приятный мужской голос произнёс:

– Здравствуй, Шурочка! Это я, твой Стас.

У неё коленки подогнулись.

– Но ведь тебя нет, – прошептала она, поглядывая на дверь. – Я тебя выдумала.

– А разве ты не знаешь, что мечты обладают свойством материализоваться? – спросил он с мягким укором. – Ты ведь хотела, чтобы я был? И вот это произошло.

– Ой, кажется, кто-то идёт! – переполошилась она.

– Я позвоню тебе домой вечером, после десяти, когда уснёт твой Серёжа. Тогда и поговорим спокойно.

Он и вправду позвонил ей домой в четверть одиннадцатого.

Сначала поинтересовался, как там Серёжа, её сынишка. Учится хорошо? Молодец! Много времени проводит за компьютером? Не страшно. Но нельзя забывать о физкультуре. И делать по утрам зарядку тоже нужно. Затем Стас уточнил, какому театральному репертуару она отдаёт предпочтение? А кого из актёров выделяет? Нет ли проблем по хозяйству, был следующий круг вопросов? Может, кран течёт или замыкает проводка? Он может прислать от своего имени мастера.

«Приходи лучше сам», – мысленно попросила она.

«Обязательно приду, но позже, – ответил он. – Ты ведь и сама понимаешь, что наше общение не может ограничиться одними лишь телефонными разговорами…»

Напоследок Стас предупредил, что позвонит ей завтра на работу перед обеденным перерывом. «Только ты сама не спеши к аппарату, пусть трубку снимет одна из девушек. Пора им тоже услышать мой голос».

Оказалось, уже полночь! Время пролетело, как одна минута! Ах, как давно она не испытывала такой лёгкости!

Трубку сняла Леночка Веретенникова. Слушая абонента, она заговорщицки поглядывала на Ашихмину, хлопая своими длинными ресницами, затем объявила:

– Шурочка, возьми трубку, это твой Стас! Ой, какой он у тебя лапочка!

Стас снова огорошил:

– Дорогая, я хочу увидеть тебя немедленно, прямо сейчас!

– Я тоже думала об этом, – призналась она. – И вот что хочу тебе предложить. Ты много раз приглашал меня и в театры, и на выставки, и в рестораны. Теперь я хочу сделать ответный ход. Пригласить тебя в театр, а затем в хорошее кафе. Но завтра.

(Нет, она тоже хотела бы увидеть его немедленно, но не говорить же, что ради такого события ей хотелось бы принарядиться, посетить парикмахерскую…)

– Возражений нет, – ответил он. – И всё же я хочу, чтобы мы увидели друг друга прямо сейчас. Это проще, чем кажется.

– Подскажи, что я должна сделать?

– Выйди сейчас в коридор и пройди до чулана уборщицы. Чулан закрыт на замок, но ты ведь знаешь, что запасной ключ висит на гвоздике за кадкой с фикусом. Откроешь, включишь свет и войдёшь внутрь. У стенки стоит стремянка. Поднимешься по ней до маленького окошка под потолком. Оно, правда, запылённое, но не беда, через пять минут вымоешь свои ласковые ручки. Как только ты откроешь окошко, я увижу тебя, а ты, надеюсь, меня! Кстати, не забудь прихватить свой мобильник.

Она в точности выполнила его инструкции, дивясь, откуда он всё это знает. В глубине души надеялась, что из окошка увидит его, и что он будет похож на образ, созданный её воображением. Увы, стремянка оказалась слишком короткой. В окошко виднелись лишь верхушки деревьев, да квадратик неба.

В этот момент ожил ее сотовый.

– Стас, милый, где ты?

– Я рядом, – ответил он. – И вижу твою милую причёску. Лесенку бы чуть длиннее, да? Но всё равно, спасибо, Шурочка! Значит, встречаемся завтра возле театра?

– Да! Да! – жарко выдохнула она.

– Я тебя не разочарую. Надеюсь, и актёры сыграют как надо.

В шесть утра её разбудил настойчивый звонок в дверь.

На лестничной площадке стоял седоватый подтянутый мужчина.

Уж не он ли Стас, растерялась она?

– Разрешите войти, Александра Николаевна? Надо поговорить, – он раскрыл перед ней полицейское удостоверение и назвался, но она не запомнила ни его имени, ни звания.

«Случилось что-то нехорошее», – оцепенела Шура.

Они расположились на кухне.

– Сегодня ночью шайка Зырина пыталась ограбить кассу вашей фирмы, – сообщил ранний гость. – Мы были предупреждены и устроили засаду. Грабители взяты с поличным. Но в этой истории есть белые пятна. Мы должны их прояснить. С вашей помощью. Беседуем мы без протокола. Пока. Дальнейшее будет зависеть от вашей искренности. Вот объясните мне, что связывает вас, честную, порядочную женщину, с матерым рецидивистом Борисом Зыриным?

– Зыриным? – удивилась она. – Наверное, это сын Маргариты Сергеевны? Я знала, конечно, о его существовании. Но ни разу в жизни не видела его и даже не слышала его голоса.

– А вот это неправда! – резко возразил визитер. – На протяжении последней недели вы неоднократно вели с ним доверительные телефонные беседы. Называя его почему-то Стасом. Может, для маскировки?

Окажись собеседник менее деликатным человеком, Шура, скорее всего, замкнулась бы в себе, по крайней мере, сейчас. Но этому седому сыщику с усталыми умными глазами открыться было не стыдно. Она ничего не утаила. Рассказала о своих невинных фантазиях, о загадочной «материализации» Стаса, о назначенном на вечер первом свидании. Правда, случилась накладка. Билеты, которые она вложила в записную книжку, куда-то пропали. В офисе были на месте, а дома она их так и не нашла.

– Эти билеты? – гость выложил на стол узкие бумажные прямоугольники.

– Но как они попали к вам?

– Изъяты при обыске у Зыриной. Вместе с вашей пилочкой для ногтей. Шайка загодя готовила улики против вас. Вам отводилась роль наводчицы. Весьма нестандартный ход!

– Мне?! Но почему?!

– Потому что ограбление, окажись оно удачным, связывали бы с вами, а через вас – с несуществующим Стасом. На окошке в чулане уборщицы, как и на стремянке, обнаружены только однотипные отпечатки пальцев, и, полагаю, они оставлены вами. Следствие начало бы отрабатывать тупиковую версию. И, не исключено, увязло бы в ней. Да и вам не удалось бы вырваться из замкнутого круга. А настоящие грабители, между тем, праздновали бы удачу. И если всё в реальности сложилось иначе, то лишь благодаря утечке информации из шайки.

Шура наклонилась над столом:

– Клянусь, о том, что Стас придуман, я не говорила ни одной живой душе! Как они могли узнать, как?!

Сыщик сощурился:

– Полагаю, вашу наивную хитрость раскусила Зырина. Она могла приметить, что Стас «возникает» лишь тогда, когда к телефону подходите вы. Начала наблюдать. Очевидно, заметила и то, что разговор вы ведёте в пустоту. И, будучи сама женщиной одинокой, всё поняла. Она-то и была наводчицей. Правда, ей двигала жажда не столько обогащения, сколько мести коллективу, который, по ее мнению, не оказывал ей подобающих знаков уважения. Вероятно, именно Зырина предложила сыну разыграть вашу карту. От матери он знал про все ваши маленькие секреты. А по натуре этот «Стас» ещё тот артист!

Шуре вдруг стало очень грустно.

– Это был просто сон, – сказала она. – Сон, который уже закончился.

Ранний гость поднялся:

– Обещаю сделать всё возможное, чтобы про этот ваш сон никто более не узнал.

Рейтинг@Mail.ru