Нэнси Дрю и тайна 99 ступеней

Кэролайн Кин
Нэнси Дрю и тайна 99 ступеней

Carolyn Keene

THE MYSTERY OF 99 STEPS



All rights reserved including the right of reproduction in whole or in part in any form.

This edition published by arrangement with Grosset & Dunlap, an imprint of Penguin Young Readers Group, a division of Penguin Random House LLC.



© Carolyn Keene

© THE MYSTERY OF 99 STEPS

© Пивоваров Е. Д., перевод, 2020

© ООО «Издательство АСТ», 2020

Глава первая
Странный сон

– Как здорово, Нэнси! Твой папа и правда хочет, чтобы мы с Бесс поехали с тобой во Францию? – в телефонной трубке раздался голос Джорджи, верной подруги Нэнси.

– Да, Джорджи, вы поможете нам раскрыть пару тайн. Может, поужинаем втроем сегодня – я бы рассказала вам все подробности?

– Я не могу ждать так долго! – взмолилась Джорджи. – Хотя бы намекни!

Нэнси Дрю рассмеялась.

– Моя тайна связана с одним странным сном.

– Сон! – воскликнула Джорджи. – Мамочки! А какую тайну распутывает твой отец?

– Это не телефонный разговор, – ответила Нэнси. – Подъезжай к пяти часам, и мы обсудим все перед ужином. Бесс я сама позвоню.

Бесс Мавин и Джорджи Фейн были двоюродными сестрами. Им было по восемнадцать лет, как и Нэнси. И они уже очень долго дружили с симпатичной златоволосой сыщицей.

Приехали кузины быстро. Блондинка Бесс мило улыбалась, показывая ямочки на щеках. Темные волосы Джорджи были коротко подстрижены, она была худощавой и спортивной – полная противоположность своей полноватой кузине.

– Нам обеим разрешили ехать во Францию, Нэнси, – сказала Бесс. – Но, пожалуйста, пожалуйста, не впутывай нас в страшные истории, как в предыдущих расследованиях.

Нэнси усмехнулась и нежно приобняла Бесс.

– Обещать, конечно, не могу, но…

– Конечно, не можешь, – прервала ее Джорджи. – Собственно, поэтому расследования – это так увлекательно. Ну, а теперь расскажи нам все.

Девушки переместились в гостиную, где в камине уютно потрескивал огонь. На дворе стоял июнь, но день выдался на удивление прохладный. Бесс и Джорджи уселись в уютные кресла, а Нэнси осталась стоять, подставив спину огню. Ее голубые глаза сверкали от возбуждения.

– Начинай же! – потребовала Джорджи. – По одному твоему виду ясно, что мы не должны тратить попусту ни минуты.

– Как ты догадалась? – спросила Нэнси. – Папа уже улетел в Париж, чтобы заняться своим расследованием. Он будет ждать нас в гостинице. Мы проведем пару дней в Париже, а потом, девочки, отправимся в большое загородное шато.

Лицо Бесс просветлело.

– Настоящее шато? Божественно!

– И это еще не все, – продолжила Нэнси с улыбкой, – сегодня мы ужинаем с хозяевами этого шато.

– Мы что, будем жить с ними? – спросила Бесс.

– Нет, они приехали в Штаты на несколько недель и остановились у нас. А мы, девочки, в обмен на это поселимся у них.

Джорджи фыркнула.

– Меня, наверное, обменяют на парня, да?

Нэнси со смехом ответила:

– Они девушки – Мари и Моник Бардо.

Нэнси объяснила, что обо всем договорились ее отец и тетушка сестер Бардо. Карсон Дрю был известным адвокатом, которого часто приглашали заниматься сложными делами. А дочь ему с восторгом помогала.

– Тетушка этих девушек всего на несколько лет старше их матери, – продолжала Нэнси, – и живет тут, на Ривер Хайтс. Мари и Моник сейчас остановились у нее. Но ее квартира слишком мала, чтобы долго там гостить. Мое расследование связано с миссис Блэр. Собственно, она и обратилась ко мне за помощью.

Нэнси подошла поближе к огню.

– Вы же знаете миссис Жозетт Блэр, да?

– Конечно! – сказала Бесс. – Это очень милая женщина, которая живет в многоквартирном доме рядом с нами. Только не говори, что она снова попала в беду, ведь совсем недавно ее муж и сын погибли в автокатастрофе. А на днях она подвернула ногу. Бедная миссис Блэр! – с сочувствием добавила Бесс.

– Нет, тут дело в другом. – сказала Нэнси. – Это странная история. Каждую ночь миссис Блэр снится кошмарный сон, от которого она просыпается с колотящимся сердцем. Ей снится, что она стоит с завязанными глазами и вот-вот упадет с высокой лестницы, а кто-то шепчет: «Девяносто девять ступеней».

– Какой ужас! – пробормотала Бесс.

– Но, – вмешалась практичная Джорджи, – это всего лишь сон. В чем тайна?

– Тайна девяноста девяти ступеней. – ответила Нэнси. – Понимаешь, в детстве миссис Блэр жила в разных местах во Франции. И там-то с ней и произошла эта жуткая история. Но она совершенно не может вспомнить никаких подробностей, в том числе и где это случилось. Она давно забыла об этом случае, но теперь ей стал сниться этот сон. А затем случилось нечто, что очень сильно напугало ее.

– И что же? – спросила Джорджи.

Нэнси рассказала, что миссис Блэр получила письмо из Парижа, написанное по-французски.

– К сожалению, поддавшись панике, она уничтожила письмо. В нем было только одно предложение: «Никому не рассказывай о 99 ступенях. Мсье Нёф».

– Мистер Девятка? – пробормотала Бесс.

Нэнси кивнула.

– Наша задача, – продолжала она, – найти Мсье Нёфа и узнать, где находятся эти девяносто девять ступеней. Ну и разобраться во всей истории, чтобы несчастная миссис Блэр снова смогла бы спать спокойно.

Нэнси наклонилась к камину, поворошила угли и подкинула еще одно полено. Бесс застонала:

– Я уже предвижу кучу опасностей с этим таинственным мистером Девяткой.

Неожиданно девушки услышали громкое стрекотание.

– Вертолет! – воскликнула Джорджи. – Совсем близко!

Подруги замерли, напряженно прислушиваясь: они знали, что воздушным судам запрещается летать так низко над жилой зоной Ривер Хайтс. Неужели пилот попал в беду?

Через мгновение из каминной трубы ударил резкий порыв ветра. Он взметнул искры, сажу и пепел. Нэнси, да и вся комната, скрылась в плотном облаке.

– Боже, Нэнси! – закричала Бесс.

Они с Джорджи бросились на помощь. Хлопками ладоней они потушили искры на волосах и свитере подруги. Затем Джорджи затоптала вспыхнувший ковер.

На крик из кухни прибежала миссис Ханна Груен, экономка семьи Дрю. Это добрая женщина с приятным лицом в свое время помогла Нэнси пережить неожиданную смерть матери, скончавшейся, когда девочке было всего три года.

Ханна воскликнула:

– Что случилось? О, господи! – запричитала она, увидев Нэнси, покрытую пеплом с головы до ног.

– Это вертолет! – ответила Джорджи. – Готова поспорить, что все из-за него!

Бесс стала объяснять миссис Груен, что произошло с камином, Нэнси отправилась наверх, чтобы принять душ, а Джорджи поспешила на улицу. Вдалеке она увидела вертолет, заходящий на посадку в аэропорту Ривер Хайтс.

«Об этом пилоте стоит доложить куда следует!» – с гневом подумала Джорджи.

Когда Нэнси спустилась в гостиную, Джорджи озвучила свое негодование и Нэнси ее поддержала.

– Завтра с утра я заеду в аэропорт и все выясню.

– А пока, детектив Дрю, – вмешалась Бесс, – не могли бы вы рассказать поподробнее о вашем деле? Например, откуда мистер Девятка узнал, где живет миссис Блэр?

– Я думаю, от ее французских родственников. Когда Мари и Моник приедут, мы обо всем их расспросим. Может, они смогут дать нам какую-то полезную информацию.

В этот момент к дому подъехало такси, и оттуда вышли две привлекательные темноволосые девушки. У каждой в руках было два чемодана – большой и маленький. Нэнси пошла их встречать.

– Ты – Нэнси Дрю? – с улыбкой спросила та, что была повыше ростом. Голос у нее был очень приятный и очаровательный акцент.

Нэнси улыбнулась в ответ.

– Oui. А ты – Мари, n’est-ce pas[1]? – Она повернулась ко второй девушке: – Привет, Моник. Заходите и чувствуйте себя как дома!

Сестры Бардо зашли в дом, а Нэнси представила их Бесс, Джорджи и миссис Груен. Затем чемоданы отнесли наверх.

– Какой чудесный дом! – воскликнула Моник, когда они все вместе расположились в гостиной. – Это так мило с твоей стороны, Нэнси, пригласить нас. Мы бы не хотели быть для вас обузой. Так что миссис Груен может смело нагружать нас какой-нибудь работой.

Затем они заговорили о деле миссис Жозетт Блэр. Сестры уверяли, что никто из их родственников во Франции никому не сообщал ее адрес. Таинственное письмо, которое получила их тетушка, очень беспокоило Моник и Мари.

– Наверное, тетушке Жозетт лучше уехать куда-нибудь на время, – сказала Мари.

– Я уверена, миссис Груен будет рада принять ее здесь, – предложила Нэнси, – может, ей будет не так страшно, если она будет не одна.

– Merci bien[2], – поблагодарила ее Моник.

Тут Ханна позвала всех ужинать. За столом девушки продолжили обсуждать тайну девяноста девяти ступеней, но французские гостьи ничем не смогли им помочь. О деле, над которым работал отец Нэнси, юная сыщица не говорила. Бесс и Джорджи немного расстроились по этому поводу, но понимали, что дело действительно секретное и Нэнси им обо всем расскажет позже.

 

Сама Нэнси, в свою очередь, решила: «Когда повезу Бесс и Джорджи домой, расскажу им про папино расследование».

Когда Ханна Груен подала роскошный пирог с меренгой, в дверь позвонили.

– Я открою, – сказала Нэнси, – прошу меня извинить.

К удивлению Нэнси, за дверью стоял человек, лицо которого наполовину скрывала маска!

– Это дом семьи Дрю? – спросил он с сильным французским акцентом.

– Д-да, – ответила Нэнси. Опасаясь, что он силой вломится внутрь, она крепко схватилась за дверную ручку.

Но человек в маске не собирался врываться в дом. Нэнси быстро запомнила приметы его внешности. Он был высокого роста, с очень длинными руками и ногами.

На руках у незнакомца были плотные кожаные перчатки. Он протянул Нэнси запечатанный конверт, развернулся на каблуках и ушел прочь. Она отметила, что мужчина немного прихрамывает, и задумалась, не делает ли он это специально. Незнакомец скрылся за поворотом, и Нэнси закрыла дверь. Адрес на конверте был машинописным – письмо предназначалось мистеру и мисс Дрю.

«Зачем этому человеку понадобилось надевать плотные кожаные перчатки в июне? Как-то все это подозрительно», – подумала Нэнси, сыщицким чутьем улавливая опасность.

Она отнесла конверт наверх. Чтобы избежать возможного заражения, Нэнси тщательна вымыла руки и надела кожаные перчатки.

Она аккуратно вскрыла конверт ножом для бумаги. Оттуда выпал листок, на котором было напечатано:

Держитесь подальше от Франции.

Мсье Нёф.

«Мсье Нёф! – с тревогой подумала Нэнси. – Может, он и принес это письмо?»

Глава вторая
Испуганный финансист

Не медля ни секунды, Нэнси поспешила в комнату отца, откуда позвонила миссис Блэр. Она рассказала ей о полученном предупреждении и спросила, было ли первое письмо от мсье Нёфа напечатано на машинке.

– О да, причем на французской. Знаешь, там есть разница в символах на клавиатуре.

– А письмо, которое получила я, напечатали на американской машинке, – сообщила Нэнси. – Похоже, у мсье Нёфа в нашей стране есть помощник-француз. Кстати, миссис Блэр, как вы смотрите на то, чтобы погостить у нас в доме в компании с нашей экономкой, пока мы с папой в отъезде?

– Спасибо большое за предложение, – заколебалась миссис Блэр, – мне нужно подумать. Я беспокоюсь не о себе. Не хотелось бы, чтобы из-за меня вы подвергались неоправданному риску.

Нэнси ответила настолько спокойно, насколько могла:

– Что вы, не волнуйтесь, миссис Блэр, – когда я расследую какое-нибудь дело, то неизбежно подвергаю себя риску.

В голове у юной сыщицы пронеслись воспоминания о многочисленных ловушках и опасностях, которые попадались на ее тернистом пути начиная с самого первого дела – «Тайны Старых Часов» – до недавнего приключения, связанного с «Фантомом Соснового Холма».

– Конечно, ты всегда рискуешь, – сказала миссис Блэр, – но я умоляю тебя, будь осторожна.

Вернувшись к столу, Нэнси рассказала остальным о человеке в маске. Эта новость всех напугала.

– Боже! Нэнси, из-за нас с Моник ты оказалась в опасности, – всполошилась Мари, – нам нужно уехать.

– Нет, не нужно, – твердо ответила Нэнси. – Мсье Нёф пытается помешать моей поездке во Францию. Но я все равно туда отправлюсь. Папа ждет меня. Кроме того, у меня там работа – я должна раскрыть тайну вашей тетушки. Надеюсь, что когда я уеду, вас никто не побеспокоит.

Мари и Моник неуверенно переглянулись, но потом заулыбались. Моник сказала:

– Нэнси, твоя храбрость и доброта не знают границ. Мы остаемся.

Девушки поблагодарили миссис Груен за изумительный ужин, затем уговорили ее отдохнуть перед телевизором, а сами убрали со стола и прибрались на кухне. Мари и Моник отправились распаковывать вещи, а Бесс с Джорджи засобирались домой. Нэнси предложила их отвезти.

Как только они уселись в машину, Джорджи сказала:

– Ну, а теперь расскажи про дело, которое распутывает твой отец.

Нэнси в ответ усмехнулась:

– Он называет его «Дело Испуганного Финансиста».

Бесс хихикнула.

– И кто же этот толстосум? – спросила она. – И чего он испугался? Фондовой биржи?

– Зовут его мсье Шарль Лебланк. А чего он испугался, мы не знаем.

Бесс мечтательно пробормотала:

– Француз… ммм…

Нэнси продолжила:

– Он живет в шато в долине реки Луары, а его офис и завод, которым он управляет, находятся в Париже. Он богат и весьма влиятелен в деловых кругах, но большую часть своей финансовой империи получил в наследство. В последнее время Лебланк стал вести себя очень странно – снимает огромные суммы денег в банке и угрожает закрыть завод.

– И оставить кучу людей без работы? – хмыкнула Джорджи.

– Именно. Он распродал большое количество акций, что плохо отразилось на экономике страны.

– Нэнси, а какое отношение вся эта история имеет к твоему папе? – спросила Бесс.

– Деловые партнеры мсье Лебланка наняли папу, чтобы он выяснил, что заставило его вести себя подобным образом. Американский адвокат, приехавший во Францию на каникулы, не должен вызвать подозрений у «Испуганного Финансиста».

Закончив свой рассказ, Нэнси остановила машину около дома семьи Марвинов. Девушки пожелали друг другу спокойной ночи, и Нэнси поехала отвозить Джорджи.

– Кстати, – сказала Джорджи, – когда мы вылетаем?

– Послезавтра. Встречаемся в аэропорту точно в восемь тридцать утра. Спокойной ночи.

По дороге домой Нэнси погрузилась в размышления. Улица была совершенно пустынной, и когда с тротуара под колеса Нэнси неожиданно бросился какой-то человек, она испугалась. Он неловко шагнул в ее сторону, а потом упал на асфальт. Нэнси резко крутанула руль и ударила по тормозам, чтобы не врезаться в него. Она в потрясении уставилась на лежащего ничком мужчину.

– Помогите! – крикнул он с французским акцентом. – Мне плохо!

Первой реакцией Нэнси было броситься ему на помощь, но она протянула руку к двери и защелкнула замки. Человек на асфальте был тем самым незнакомцем в маске, который принес ей письмо несколькими часами ранее. Наверняка это ловушка! Он следил за ней и предугадал дорогу, по которой она будет возвращаться домой!

Нэнси быстро отъехала к противоположной обочине и нажала на газ. В зеркале заднего вида она увидела, что мужчина поднялся на ноги и поковылял к тротуару. Хотя Нэнси не была полностью уверена в том, что это был тот самый незнакомец, она все же остановила патрульную машину и рассказала полицейским обо всем, что случилось.

– Мы займемся этим немедля, мисс, – сказал офицер.

Вернувшись домой, Нэнси позвонила в полицию, и ей сообщили, что подозреваемый исчез. Юная сыщица была убеждена, что мужчина инсценировал плохое самочувствие, и рассказала обо всем своим французским подругам и Ханне.

Миссис Груен вздохнула.

– Слава небесам, ты дома, в целости и сохранности.

Мари и Моник выглядели обеспокоенными, но ничего не сказали. Нэнси показалось, что они думают, что, наверное, во всех американских домах происходят такие невероятные истории.

Но все неприятности были позабыты, когда гостьи предложили спеть дуэтом французские песни. Слушая их, Нэнси и Ханна получили огромное удовольствие.

– Это старинные мадригалы, которые традиционно поют в долине Луары, где мы живем, – объяснила Моник. – Когда приедешь туда, еще не раз их услышишь.

– Замечательно! – воскликнула Нэнси, хлопая в ладоши.

Миссис Груен тоже громко аплодировала.

– Я словно побывала на каком-то чудесном концерте, притом бесплатно, – сказала она с улыбкой.

Прежде чем все отправились спать, Нэнси предложила француженкам съездить с ней завтра в аэропорт. И рассказала им о происшествии с вертолетом.

На следующее утро девушки приехали в аэропорт. Нэнси переговорила со служащим за стойкой информации, и он направил ее в офис частной вертолетной компании.

Там за столом сидел молодой парень. На вопрос Нэнси он ответил только с третьего раза, беспрерывно ухмыляясь и пялясь на француженок.

– А, да… – наконец сказал он, – я разговаривал с этим человеком вчера. Он собирается построить вертолетную площадку на вашей крыше.

Нэнси сперва потеряла дар речи, а потом рявкнула:

– Да вы должно быть шутите!

– Она говорит – «шутите»! – Он закатил глаза и пожал плечами. – Нет, все так и есть.

Тут до Нэнси дошло, что этот парень просто стал жертвой мистификации мсье Нёфа. Она решила продолжить «интервью»:

– Кто вам сказал? – спросила она.

– А что? Ну, тот человек, которого я взял на борт. Наверное, вы его знаете – Джеймс Чейз.

– Он… э-э-э… работает на компанию, которая будет строить вертолетную площадку? – сообразила Нэнси.

– Да. Он показал мне письмо от вертолетной компании «АБ» с подписью ее президента. Правда, я не помню его имени. Там описывался план работ и содержался запрос на полет над вашим домом на малой высоте. И я получил на него разрешение.

– В следующий раз, летая на малой высоте, будьте поосторожнее, – предупредила его Нэнси. – У нас был разожжен камин, и из-за нисходящих потоков воздуха от вашего вертолета весь дом чуть не сгорел.

– Боже, мне очень жаль!

– Я не знакома с этим Джеймсом Чейзом, – сказала Нэнси. – А как он выглядит?

Летчик усмехнулся.

– Такой странноватый тип лет пятидесяти пяти. Лицо длинное, и руки с ногами тоже. Немного прихрамывает.

– Может, еще что-то? – спросила Нэнси, чувствуя, как у нее забилось сердце.

– Ну, он разговаривал с французским акцентом.

Нэнси поблагодарила молодого человека за информацию, и они с француженками ушли. Когда пилот уже не мог их слышать, Нэнси возбужденно сказала:

– Джеймс Чейз – это тот человек в маске, который принес мне письмо!

Мари с сестрой обменялись быстрыми взглядами.

– Нэнси, – не выдержала Мари, – нам кажется, мы знаем, кто он. Его зовут не Джеймс Чейз!

Глава третья
Зеленый лев

– Вы знаете, кто этот человек в маске?! – воскликнула Нэнси, не поверив своим ушам.

– Мы с ним не знакомы, – ответила Мари, – но я уверена, что он работал садовником в шато наших друзей. Его уволили за мошенничество. Потом его обвинили в краже крупных сумм из нескольких магазинов.

Моник подтвердила слова сестры:

– Мы запомнили его из-за странной внешности, хотя я не припомню, чтобы он хромал. Зовут его Клод. А больше нам ничего не известно.

– И, – сказала Нэнси, – он может оказаться мсье Нёфом! Но если Нёф пытается никого не подпускать к девяноста девяти ступеням, то зачем он уехал из Франции? В любом случае – девочки, вы поделились очень важной информацией. Поскольку вы говорите, что Клод был замечен в мошенничестве, использует вымышленное имя и прислал нам с папой эти письма с предупреждениями, мне кажется, что стоит известить обо всем полицию.

Когда они приехали в участок, Нэнси провела сестер Бардо к шефу полиции МакГиннису. Брутальный офицер средних лет давно дружил с семьей Дрю и встретил девушек приветливой улыбкой.

– Рад познакомиться с твоими французскими гостьями, Нэнси, – сказал он.

– Вы обрадуетесь еще больше, – сказала Нэнси, – когда они расскажут вам про человека, который пытается помешать мне лететь в Париж.

Выслушав историю девушек, шеф МакГиннис сдержанно кивнул и обратился к сестрам:

– Не могли бы вы, юные дамы, составить текст телеграммы своим друзьям, чтобы выяснить фамилию Клода, а также его французский адрес. Я отправлю ее сам, но ответ придет тебе домой, Нэнси.

Офицер подмигнул ей, добавив:

– Я бы не хотел, чтобы друзья Мари и Моник подумали, что у них какие-то проблемы с полицией Ривер Хайтс!

– О, нет, что вы! – сказала Мари, и они с сестрой рассмеялись.

Вскоре из Франции пришел ответ. Было пять часов вечера. Девушки только вернулись домой после поездки к реке Мускока. Ханна Груен как раз получила сообщение по телефону. Оно гласило: «Имя Клод Обер. Данные неизвестны».

– Хорошие и плохие новости одновременно, – заметила Нэнси. – Похоже, садовник Клод просто сбежал из родного города. Но как же он удивится, когда наша полиция найдет его здесь!

Не теряя времени, она позвонила в участок. Шеф МакГиннис был еще на месте. Выслушав отчет Нэнси, он сказал:

– Я свяжусь с миграционной службой в Вашингтоне и узнаю, легально ли въехал в страну Обер. Они, наверное, уже закрыты, но я все равно попробую позвонить. – Он немного помолчал. – Мои ребята уже ищут этого француза. Когда ты улетаешь, Нэнси?

– Завтра, в восемь утра.

– Хорошо, если у меня до этого появятся какие-то новости, я дам тебе знать. А сейчас – пока.

– До свидания и спасибо!

Моник повернулась к Нэнси:

– О, надеюсь, полиция поймает Клода! Он может причинить тебе вред, пока ты здесь.

 

Зазвонил телефон. Нэнси взяла трубку.

– Привет, Бесс! Как дела?

– Ты должна помочь нам сегодня вечером.

– Как?

– Просто сделай то, что ты любишь. Поиграй на пианино, покажи фокусы, расскажи какую-нибудь таинственную историю.

– Бесс, о чем ты говоришь? Это какой-то розыгрыш, да?

– Нет, серьезно, Нэнси! Сегодня молодежь развлекает стариков, ты помнишь? Ты уже один раз отказалась из-за своей поездки.

– Прости, Бесс, – сказала Нэнси, – но, боюсь, мне придется отказаться еще раз, по той же причине. Я еще не упаковала чемоданы и обещала миссис Блэр, что заеду к ней повидаться. Она рылась в старых дневниках своей матери и могла откопать там какую-то интересную информацию.

– Но Нэнси, нам нужен еще один номер. Не можем же мы разочаровать старшее поколение! Не могла бы ты просто…

– Бесс, – прервала ее Нэнси, – мне только что пришла в голову идея. Может, Мари с Моник споют свои мадригалы?

– Отличная мысль! – воскликнула Бесс. – Нэнси, ты гений! Быстрее, спроси их.

Француженки сперва запротестовали, считая, что недостаточно хорошо поют, чтобы выступать перед публикой. Но когда Нэнси стала убеждать их в том, что поют они замечательно, а миссис Груен поддержала ее, сестры сдались.

Моник возбужденно сказала:

– Мы с Мари привезли с собой старые костюмы, которые надевали знатные девицы в долине Луары. Думали, что тетушке Жозетт будет интересно.

– Это просто супер! – обрадовалась Нэнси и обняла девушек.

Бесс буквально завизжала от восторга, когда Нэнси сообщила, что девушки согласны.

– Я заеду за Мари и Моник в семь тридцать, – сказала Бесс.

Нэнси попросила, чтобы сестры выступали последними.

– Я постараюсь пораньше закончить с миссис Блэр и успеть на их номер.

Через несколько минут Мари и Моник спустились из своей комнаты в костюмах. Их появление вызвало бурю аплодисментов. Длинные, пышные платья с тесными корсетами были сделаны из тончайшего шелка, расшитого цветами. Платье Мари было синего цвета, его украшали тонкие полоски бархата. На Моник было розовое платье с фестонами из белых кружев.

Девушки сделали высокие прически и припудрили волосы, чтобы они напоминали парики, которые носили благородные дамы восемнадцатого века. На щеке у каждой была маленькая черная мушка – тоже дань моде тех времен.

– Вы произведете фурор, – уверенно сказала миссис Груен.

– Мерси боку, – сказала Мари, слегка покраснев. – Миссис Груен, а вы не поедете на наше выступление?

– Я не собиралась, ведь Нэнси не участвует, – ответила экономка.

Девушки принялись уговаривать ее, и Ханна согласилась.

– Ну хорошо, я переоденусь очень быстро.

Она поторопилась к себе в комнату и вскоре вернулась в темно-синем платье, подобающем случаю. Через несколько минут подъехала Бесс, и вся компания убыла. Нэнси же отправилась к миссис Блэр.

Дверь ей открыла привлекательная женщина лет сорока. Она радостно воскликнула:

– Я нашла в мамином дневнике несколько записей, которые могут быть нам полезны.

Они с Нэнси сели на низкий диван в гостиной и раскрыли небольшую книгу в бархатном переплете. Она была исписана ровным почерком, впрочем, в некоторых местах чернила поблекли.

– Я замучилась расшифровывать мамины письмена, – сказала миссис Блэр. – Речь тут идет, в основном, о путешествиях моих родителей. Иногда с ними ездила и я. Но вообще-то я вечно сидела со своей гувернанткой.

– Тогда в тех событиях, которые вам снятся, – предположила Нэнси, – могла участвовать и гувернантка. Она до сих пор живет во Франции?

– Честно говоря, не знаю. Для меня она была просто «Мадемуазель», да и в дневнике мама называет ее так же. Помню, она была очень доброй. Мне тогда было всего три года.

Миссис Блэр назвала несколько знаменитых шато, в которых они бывали. Среди них было и то, где жили Моник с Мари.

Глаза Нэнси сверкнули.

– Теперь у нас есть с чего начать! Мы объездим все эти шато и будем искать в них девяносто девять ступеней!

– Еще одно место, о котором говорится в дневнике, Шато Луар, было почти разрушено, – продолжала Миссис Блэр, – мама пишет, будто в нем обитал дух алхимика, работавшего там когда-то. Знаешь, Нэнси, в давние времена люди с недоверием относились к химикам и их экспериментам – закон запрещал им творить все эти «чудеса».

– Но они все равно творили их – тайно? – спросила Нэнси.

– О, да. У них была целая система знаков, символов и особых слов, чтобы рассказывать другим членам своего сообщества, чего они достигли.

– Как изобретательно… и смело! – сказала Нэнси.

Миссис Блэр встала и достала с полки книгу, тоже на французском. Она показала ее Нэнси.

– Тут есть один интересный набор символов: Красный Король, Белая Королева, Серый Волк, Черный Ворон и Зеленый Лев. Красный Король обозначал золото, Белая Королева – серебро. Значения Черного Ворона я так и не поняла, а Зеленый Лев означает что-то плохое. Он пожирает солнце – другими словами, это кислота, придающая золоту или серебру зеленый оттенок.

– Как интересно! – воскликнула Нэнси.

– Да, очень, – согласилась женщина, – сложно поверить, что запрещенное искусство алхимиков легло в основу всей современной химической науки. В шестнадцатом веке алхимики считали, что металлы способны расти, поэтому некоторые шахты были закрыты, чтобы у металлов был шанс отдохнуть и вырасти.

Нэнси внимательно слушала, а миссис Блэр продолжала:

– Очень долго над этой концепцией смеялись. Но сегодня ученые обнаружили, что металлы действительно растут и изменяются, хотя и крайне медленно. Боже мой! – воскликнула женщина. – Мы сами не заметили, как отклонились от основной темы нашего расследования, Нэнси. Но на самом деле я не нашла больше никакой информации, связанной с моим сном или девяноста девятью ступенями из моего детства.

Нэнси взглянула на наручные часы. Ей не хотелось уезжать, но она еще могла успеть на выступление Мари и Моник. Она предложила миссис Блэр составить ей компанию, но та отказалась из-за боли в вывихнутой лодыжке.

Нэнси встала и сказала, что ей пора.

– Теперь у меня есть с чем работать, миссис Блэр. Мне предстоит многое сделать во Франции! Au revoir[3], надеюсь, скоро у меня появятся хорошие новости для вас.

В актовом зале школы, где проходил концерт, освещение было приглушено, и Нэнси смогла незаметно сесть в заднем ряду.

Только что объявили выступление сестер Бардо, и они вышли на сцену. Прислонившись друг к другу головами, они запели. Когда номер закончился, раздался шквал аплодисментов.

Едва публика утихла, сестры затянули следующий мадригал. Нэнси стала разглядывать зрителей. Вдруг сердце ее замерло. Прямо напротив, в центре ряда, сидел Клод Обер!

«Нужно вызвать полицию, пока он не ушел!» – решила Нэнси. Быстро и незаметно она вышла из зала.

1Не так ли?
2Merci bien – Большое спасибо.
3Au revoir – До свидания.
1  2  3  4  5  6  7  8 
Рейтинг@Mail.ru