Нэнси Дрю. Дубль два!

Кэролайн Кин
Нэнси Дрю. Дубль два!

Carolyn Keene

NANCY DREW: GIRL DETECTIVE #6

ACTION!

NANCY DREW and colophon are registered trademarks of Simon & Schuster, Inc.


Published by arrangement with Aladdin, an imprint of Simon & Schuster Children’s Publishing Division и литературного агентства Andrew Nurnberg


All rights reserved. No part of this book may be reproduced or transmitted in any form or by any means, electronic or mechanical, including photocopying, recording or by any information storage and retrieval system, without permission in writing from the Publisher


Иллюстрация на обложке Алисы Перкмини

Перевод с английского Анны Тихоновой


Copyright © 2004 by Simon & Schuster, Inc.

First Aladdin Paperbacks edition July 2004


© А. А. Тихонова, перевод на русский язык, 2020

© Алиса Перкмини, иллюстрация, 2020

© ООО «Издательство АСТ», 2020


Позвольте представиться: Нэнси Дрю.


Друзья называют меня Нэнси. Враги – по-разному, например: «Девушка, которая испортила мне всё дело». Честное слово, они так и говорят! Впрочем, чего ещё ожидать от преступников? Видите ли, я – детектив. Ну не совсем. Лицензии или вроде того у меня нет. Ни значка, ни пистолета. Во-первых, потому что к пистолету я бы и так не притронулась, а во-вторых, по закону я не могу носить оружие. Зато я достаточно взрослая для того, чтобы обращать внимание на несправедливость, обман и подлые поступки. И знаю, как остановить негодяев, поймать их и отдать в руки полиции. К этому у меня подход очень серьёзный, и ошибаюсь я крайне редко.

Мои лучшие подруги, Бесс и Джордж, не всегда со мной согласны. По их мнению, я то и дело допускаю ошибки и меня приходится выручать, чтобы я не упала в грязь лицом. Бесс говорит, что я плохо одеваюсь. По-моему, у меня обычный повседневный стиль. А Джордж считает, что я безответственная. Это она про те случаи, когда я в очередной раз забываю заправить машину или захватить с собой достаточно денег на обед. Правда, обе они прекрасно понимают, что к преступлениям я подхожу со всей ответственностью. Всегда.

Нэнси Дрю

Глава первая
Нерешительная звезда

– Нэнси Дрю – и не доела вафли?! – воскликнула Ханна Груэн. – Не может быть!

Я вздрогнула от неожиданности. Ханна стояла, склонившись над моей тарелкой, где лежали половина вафли и две полоски бекона.

– Извини, – пробормотала я, хватая вилку. – Наверное, опять витала в облаках.

Ханна улыбнулась и пошла на кухню налить ещё кофе для папы. Он всегда выпивал по две чашки за утро. Я отреґзала себе кусочек домашней вафли.

Ханна работала у нас экономкой, а ещё восхитительно готовила, и я её просто обожала. Правда, сейчас даже ароматные вафли Ханны не могли отвлечь меня от переживаний. Я страшно волновалась. До ужаса.

Вилка упала на тарелку, тихо звякнув. Я живо представила, как непременно опозорюсь и все в Ривер-Хайтс будут надо мной смеяться!

– …Нэнси! Земля вызывает Нэнси!

Я подняла взгляд. Ой, и давно это папа пытается до меня докричаться?

– Извини, – сказала я.

Папа изучающе посмотрел на меня. Я сразу узнала типичный прищур Карсона Дрю. Он был одним из лучших адвокатов города и умел буквально читать чужие мысли. Можно сказать, видел людей насквозь. Мне это тоже хорошо давалось и всегда пригождалось, когда я разгадывала какую-нибудь тайну, что, кстати, случалось нередко.

Только сегодня меня тревожило не загадочное преступление, а кино. Точнее, как пробудить в себе актёрский талант.

– Думаешь про съёмки? – спросил папа и попал в точку.

Я кивнула.

– Мне всё ещё кажется, что я недостаточно хорошо помню свои реплики.

Совсем недавно мне предложили роль в фильме «Кража грома», который снимали у нас в городе. Сценарий написали по мотивам самого знаменитого исторического события в Ривер-Хайтс: крупного ограбления, которое провернули братья Рэкхемы. Они отняли у Этана Махоуни, производителя наковален, целое состояние. Никто так и не узнал, куда пропали братья Рэкхемы и украденные деньги. Это осталось тайной. В фильме я играла Эстер Рэкхем, сестру бандитов, и эта роль очень мне подходила. Эстер пыталась помешать своим братьям и была очень близка мне по духу.

Папа похлопал меня по руке.

– Волноваться перед съёмками – это нормально, – сказал он. – Ты справишься, обещаю.

– Просто … – Я не знала, как описать свои чувства. Обычно меня переполняла уверенность в себе, но от одной мысли, что придётся играть перед камерой, к горлу подкатывала тошнота. Я уже успела отрепетировать несколько сцен до того, как съёмки пошли полным ходом, и заметила, как это нелегко – вести себя естественно перед камерой.

– Я не актриса! – воскликнула я.

Папа ухмыльнулся.

– Ты себя недооцениваешь. Разве ты не играешь роль, когда действуешь под прикрытием или вытягиваешь сведения из подозреваемых?

– Можно и так сказать, но это не совсем то. Когда я разгадываю тайну, для меня главное – получить ответы и найти истину. А здесь суть другая. Мне надо притвориться той, кем я не являюсь!

– Звучит весело, – заметила Ханна, возвращаясь в столовую с чашкой кофе для папы.

– А, вот в чём загвоздка – я просто не привыкла веселиться, – пошутила я. – Мне обязательно нужна какая-то цель, какая-то задача!

– Знаешь, ты уже раскрыла одно преступление на съёмочной площадке, теперь пора немного отдохнуть, – заметил папа.

Это случилось совсем недавно: я нашла ключ к тайне всего пару дней назад. Проект чуть не свернули из-за того, что ответственная за снабжение и один из актёров активно ставили нам палки в колёса. Я вовремя догадалась, что это они во всём виноваты, и фильм не закрыли. Актёра уволили, а на его место взяли моего хорошего друга Гарольда Сафера. Всё устаканилось, и сегодня меня ждал первый полноценный рабочий день на съёмочной площадке.

– Ну не знаю, получится ли там развеяться, – призналась я. – Моррис и так потерял уйму времени и денег из-за всех этих диверсий. Теперь будет непросто уложиться в бюджет.

– Не переживай, – отмахнулся папа. – Моррис Доновитц – опытный продюсер и режиссёр. Он придумает, как сэкономить и успеть вовремя.

– Да, а ещё актёрам вроде тебя и Гарольда не надо платить такие же огромные гонорары, как голливудским, – вставила Ханна. – Моррису это тоже на руку.

Я нервно сглотнула. В этом-то и загвоздка! Моррис нанял двух неопытных актёров на важнейшие исторические роли! Не знаю, что об этом думал мистер Сафер, но я места себе не находила от волнения. Моррису и так пришлось несладко. Мне совсем не хотелось портить его фильм.

Вдруг зазвонил телефон, и я аж подпрыгнула на стуле.

– Дом Дрю, – сказал папа, поднимая трубку. Несколько секунд он молча слушал собеседника и задумчиво хмурился. – Конечно, Пётр. Может, заедете сегодня ко мне, и мы всё обсудим?

Я со вздохом впихнула в себя остаток вафли. Если сейчас же не перестану думать о том, как мне страшно, будет только хуже!

– Один из твоих клиентов? – спросила я папу, когда он закончил разговор.

Папа кивнул.

– Да, Пётр Вышиньский.

Вид у него был отрешённый. Наверное, мистер Вышиньский позвонил с плохими новостями.

– Это же новый финансовый директор компании «Рэкхем»? – уточнила я. Мне всегда была интересна папина работа. А иногда я даже сама помогала его клиентам.

– Да, – коротко ответил папа.

– Что-то не так?

Я понимала, что для папы такой влиятельный клиент очень важен. Всё-таки компания «Рэкхем» – самая крупная в нашем городе. Поэтому я надеялась, что ничего серьёзного не случилось.

– Похоже, что да, – признался папа. – Пётр не хотел говорить об этом по телефону. Пока не знаю, в чём там дело. Придётся подождать, пока он ко мне заедет.

– Нэнси, ты всё? – спросила Ханна, кивая на мою тарелку.

Я сунула в рот последний кусочек бекона и встала из-за стола, чтобы отнести грязную посуду в раковину.

– Вот теперь всё, – сказала я. Ханна уже начала протирать стол. Мне очень хотелось обсудить с папой его нового клиента, но все мысли занимали предстоящие съёмки. В ближайшие дни должны были отснять все важные сцены с моим участием, и я не могла прийти неподготовленной.

Я поднялась к себе в комнату, почистила зубы и спустилась вниз. Только я надела кроссовки и собралась уже выходить, как вдруг вспомнила, что забыла ключи от машины на комоде. Пришлось возвращаться за ними на второй этаж.

По пути назад я заглянула в столовую.

– Пока, пап!

Он поднял взгляд от кофе:

– Удачи, милая.

Я улыбнулась и пошла к двери.

– Нэнси, подожди! – окликнула меня Ханна. – А как же сценарий?

Она выбежала из кухни и вручила мне листы, которые я оставила на тумбочке.

– Спасибо, Ханна. Что-то я всё сегодня забываю.

С этими словами я потянула на себя дверь, но Ханна снова её захлопнула.

– Ты забыла кое-что ещё, – с ухмылкой сказала она.

– Что?

Ханна кивнула на старинное зеркало, висевшее в прихожей. Я взглянула на своё отражение и пришла в ужас. Волосы у меня выглядели, мягко говоря, неопрятно, а одна светло-рыжая прядь торчала вверх, будто антенна пришельца.

– Ну и ну! – воскликнула я, приглаживая причёску.

Ханна рассмеялась, но вот мне было не до смеха. Если я забываю причесаться с утра, как же тогда запомню все реплики для фильма?!

Глава вторая
История или тайна?

На площадку я пришла первая. Наручные часы показывали девять утра. Я сверилась со своим графиком съёмок. Помимо сцен там было указано время, в которое должен прийти каждый актёр. Меня ждали к десяти пятнадцати. Я вздохнула. Ну вот, так распереживалась, что даже забыла проверить расписание!

 

Надо было позвонить одной из моих лучших подруг, Бесс Марвин или Джордж Фейн. Во время последнего расследования они обе присоединились к съёмочной команде. Точнее, Джордж стала ответственной за компьютеры, а Бесс заменила главного плотника. Им обеим нравилась их работа, и они, в отличие от меня, не переживали, что придут не вовремя или в чём-то оплошают. К сожалению, я не догадалась с ними созвониться и теперь осталась в гордом одиночестве на ближайший час.

– Ладно, зато будет время проникнуться персонажем, – сказала я сама себе. Вроде бы реплики я запомнила, но боялась, что не смогу правильно их подать. Чтобы убедительно сыграть Эстер Рэкхем, надо научиться думать как она.

Я пошла к своему фургону, который делила с мистером Сафером и двумя актёрами, исполнявшими роли братьев Рэкхем, – Беном и Люком Альварез. Говорят, на съёмках крупных голливудских кинокартин каждому актёру предоставляют личный фургон. Он служит этакой личной гостиной, в которой можно отдохнуть и повторить сценарий. Только у нас проект был низкобюджетный, и фургоны приходилось делить с кем-то ещё, чтобы сэкономить деньги. Меня это ни капли не расстраивало. Мистера Сафера я знала давно, да и братья Альварез оказались неплохими ребятами.

На входе были написаны имена наших персонажей: Эстер Рэкхем, Этан Махоуни, Джон и Росс Рэкхемы. Я зашла и плюхнулась на небольшой диванчик. Ещё здесь поместились кухонька, узкий стол и ванная комната. Фургон был предназначен для одного человека, и я боялась, что вчетвером мы поместимся с трудом.

После того как преступников, которые пытались сорвать съёмки, арестовали, процесс наладился. Моррису Доновитцу пришлось остановить всё на четыре дня и переписать план вместе с новым ответственным за снабжение, Кевином Келли. Они с Моррисом хотели убедиться, что для продолжения съёмок всё готово и лишних трат не предвидится.

Я достала сценарий и начала листать. Свои сцены я помнила, но не помешало бы ознакомиться и с остальными. Моррис кратко объяснил мне, как создаются фильмы, когда только принял в команду. Больше всего меня удивило то, что сцены снимают не по порядку. Главное – в каком месте происходит действие. Всего за один день могут отснять множество сцен из совершенно разных частей фильма, основываясь не на хронологии, а на местоположении. Хотя по сюжету между ними может быть несколько дней, а то и месяцев. Так съёмочная команда экономит деньги, потому что нужное место можно арендовать не десять раз, а всего один или два. Некоторые декорации строят в специальном павильоне, ими можно пользоваться сколько угодно, поэтому к ним обращаются чаще всего.

Из-за этого очень сложно следить за развитием своего персонажа. Поэтому я решила перечитать сегодняшние сцены, чтобы разобраться в чувствах Эстер.

Я открыла сценарий на моей любимой части, где Этан Махоуни, владелец компании «Наковальни Махоуни», приходит в чувство на своей лодке и обнаруживает, что вокруг него бушует пламя. Братья Рэкхемы подожгли судно, оглушили мистера Махоуни и оставили его там умирать. Однако здесь ему удалось выйти победителем. Этан вскоре очнулся, потушил огонь и пустился в погоню. Он нагнал братьев у пещеры рядом с рекой и почти поймал! Помешала пума, которая набросилась на Этана Махоуни и серьёзно его ранила. Ему удалось отпугнуть хищника, но идти он не мог, как и позвать на помощь. Там, посреди дикого леса, одинокий и истекающий кровью, мистер Махоуни непременно бы погиб, если бы не моя героиня – Эстер Рэкхем.

Учитывая, что это её братья украли деньги Этана и подожгли его лодку, мне казалось особенно очаровательным то, что именно Эстер нашла и спасла его. Наверное, между ними вспыхнула любовь с первого взгляда. После того как мистер Махоуни поправился, они сразу поженились.

Никто не знал наверняка, почему Эстер оказалась в тот момент у пещеры. Они с Этаном жили в уединении и ни с кем особо не общались. Честно говоря, больше всего меня мучил именно этот вопрос: как так вышло, что Эстер очутилась в нужное время в нужном месте?

Может, если я сумею поставить себя на её место, смогу лучше понять её чувства? И блестяще исполнить роль? Я уронила сценарий на колени, откинула голову на спинку дивана и закрыла глаза, пытаясь представить себя на месте Эстер Рэкхем. Что она почувствовала, что подумала, когда увидела раненого незнакомца в непроходимой глуши?

Братья Эстер были знаменитыми преступниками из банды Рэкхемов. На самом деле их было всего двое, поэтому не знаю, справедливо ли такое громкое название. В любом случае Эстер не могла не любить своих братьев. Знала ли она, что они затевают? Может, даже договорилась встретиться с ними у пещеры? Или пошла туда, чтобы их остановить?..

Я вздохнула. Нет, так нельзя. Мне нужно проникнуться чувствами Эстер, а не разгадать её тайну!

– Спишь на рабочем месте, а, Нэнси? – прервал мои мысли чей-то голос.

Я распахнула глаза и увидела Лютера Элдриджа, моего хорошего друга и историка, которого Моррис Доновитц взял в команду консультантом. Лютер знал всё-всё-всё про историю Ривер-Хайтс. Он идеально подходил на роль человека, на чьих плечах лежит обязанность помочь фильму сохранить историческую правду. Честно говоря, я очень обрадовалась, когда он согласился на эту работу. И не только потому, что Лютер – отличный специалист. Много лет назад он потерял жену и дочь в автомобильной аварии и до сих пор никак не мог справиться с горем. Он почти не выходил из дома и ни с кем не общался. В детстве я дружила с его дочкой Мелиссой и до сих пор сильно по ней скучала. Мне казалось, поддержать её отца – мой долг. Я боялась, что разбитое сердце Лютера залечить уже невозможно, но работа над фильмом немного его приободрила, и мне приятно было видеть своего друга полным жизни.

– Нет, не сплю. Наоборот – пытаюсь сосредоточиться. Представить, что ощущала Эстер Рэкхем, и проникнуться её чувствами.

– А-а, – протянул Лютер. – Хочешь стать мастером перевоплощения!

– Кем-кем? – уточнила я, смахнув прядь волос со лба.

– Это такая техника в актёрском мастерстве, – объяснил Лютер. – Когда пытаешься наложить свои чувства и впечатления на ситуацию, в которой находится твой персонаж.

– Ну, мне это, похоже, не особо помогает, – признала я. – Из головы не идёт тайна, связанная с Эстер Рэкхем.

Лютер кивнул.

– Да, сейчас ты актриса, но в первую очередь – детектив, – с улыбкой сказал он.

– Знаю. Вот только Моррис на меня рассчитывает. Как и съёмочная команда. А после неудач последних дней мне совершенно не хочется всё испортить.

Лютер изучающе на меня посмотрел.

– Ты и правда сильно переживаешь?

Я кивнула.

– Всё не могу понять, как мне играть Эстер.

Лютер опустился на диван рядом со мной.

– У тебя ещё есть немного времени до начала съёмок. Хочешь, я тебе помогу?

– Было бы здорово. Думаю, никто не знает об Эстер Рэкхем больше тебя.

– Не уверен, что тут я тебе пригожусь. О ней мало что известно.

– А как же её дневник? – не сдавалась я. – В сценарии написано, что она каждый день записывала всё происходившее с ней в мельчайших подробностях!

– Да, дневник действительно существовал. Почти всё, что мы знаем о Ривер-Хайтс, было взято оттуда, – признал Лютер. – Она не пропускала ни единой детали и прилежно вела записи с десяти лет.

– Тогда я прочитаю их, и Эстер сама мне расскажет, почему отправилась в тот день к пещере! – радостно воскликнула я. Конечно, я и раньше слышала о дневнике Эстер, но мне не доводилось его читать. Этот старинный документ хранился в мэрии в герметичном контейнере, чтобы бумага не рассыпалась от времени. – Как думаешь, мэр выдаст мне разрешение? Или удастся найти копию …

– Толку будет мало, – заверил меня Лютер. – Честно говоря, я уже получил разрешение мэра перечитать дневник и сделал копию. Алтея ходила вместе со мной. Она пришла в восторг, когда про него узнала.

Лютер слегка покраснел, когда упомянул автора сценария – Алтею Уотерс. Я подозревала, что между ними что-то есть.

– Мы с ней хотим сегодня попросить Морриса добавить несколько сцен с Эстер, ведущей дневник, – добавил Лютер. – Мне кажется, так фильм будет выглядеть более достоверно.

Ага, и у меня появится больше работы. Ох. Как всегда.

– В любом случае дневник не ответит на твои вопросы, – продолжил Лютер. – Там нет записей ни про тот день, когда Эстер нашла Этана Махоуни, ни про предыдущий.

Я изумлённо посмотрела на Лютера.

– Как, совсем ничего?

Это звучало очень подозрительно. Я раскрыла много тайн, и у меня выработалось, скажем так, шестое чувство на такие вещи. И сейчас интуиция мне подсказывала, что девушка, которая всегда исправно вела дневник, не могла бросить его без причины! Тем более накануне крупного ограбления, задуманного её братьями.

– Да, странно это, – сказал Лютер. – Такое впечатление, что эти страницы вырвали. Остались только обрывки, торчащие из переплёта.

Очередная загадка!

– Кому могло это понадобиться? – спросила я.

– Боюсь, мы никогда не узнаем.

– И она никому не сказала, что случилось с её братьями и куда они уплыли!

– Да, – признал Лютер, – но далеко не факт, что Эстер об этом знала. Вряд ли они продолжали общаться после того, как она вышла замуж за человека, которого ограбили братья Рэкхемы!

Я улыбнулась.

– Да, пожалуй.

– Тем не менее нам многое известно именно благодаря Эстер. Например, она записала, сколько именно денег украли её братья у Этана.

– Я думала, они забрали всё …

– Всё, что было в сейфе у него в кабинете, – уточнил Лютер. – В те времена в городе не было банка. Эти места ещё только осваивали. Этан Махоуни хранил все свои сбережения на территории фабрики.

– То есть они забрали его сбережения, но наковальни остались, – заметила я. – Разве нельзя было их продать и заново сколотить состояние?

– Всё не так просто, – объяснил Лютер. – Рэкхемы стащили в том числе и предоплату за наковальни. Этан получил огромный заказ на сотни наковален, потому что в то время ещё строились железные дороги.

– Значит, у него остались, по сути, проданные наковальни, – заключила я.

– Даже хуже – он не успел изготовить все, а денег на это уже не было – Рэкхемы оставили его ни с чем. Мало того что Этан обанкротился, так ещё и оказался должен железнодорожной компании.

– Ничего себе … а я думала, Этан Махоуни сохранил своё богатство, несмотря на всю эту историю. Разве нет?

– Отчасти ты права. После смерти Этана и Эстер их наследники получили огромное состояние, чего, кстати, совершенно не ожидали.

Я нахмурилась.

– У них же не было детей!

– Нет, но у Этана остались дети от первого брака. Он был вдовцом, когда познакомился с Эстер.

– Наверное, она сильно любила Этана, раз решила за него выйти даже при том, что он обеднел, – заметила я.

– Наверное. После свадьбы Эстер перестала вести дневник. Этан всё пересказал местному шерифу, и больше они ни с кем не заговаривали об этом ограблении.

– Мне кажется, оно должно было усложнить их отношения, – сказала я, размышляя вслух. – Ну, то, что это братья Эстер его ограбили. Такие вещи могут испортить брак.

Лютер пожал плечами.

– Они не принимали гостей и держались особняком, поэтому нельзя сказать, счастливый у них был брак или нет. Или откуда они взяли деньги. По словам сына мистера Махоуни, Этан удачно инвестировал весь скромный капитал, который остался у него после ограбления.

Мне слабо в это верилось. Если братья Рэкхемы в самом деле забрали из сейфа все его сбережения, вкладывать ему было особо нечего.

– Но семья Махоуни – одна из богатейших в Ривер-Хайтс, – напомнила я. – Половина всех зданий в городе названа в их честь!

– Правда, – согласился Лютер, – но это заслуга последующих поколений. Они приумножили состояние Этана. К тому же все Махоуни много жертвовали на развитие города. Похоже, для их семьи это было особенно важно.

Я сразу подумала о миссис Махоуни, пожилой вдове и одной из последних представителей рода. Она пользовалась услугами моего отца, поэтому я очень хорошо её знала. Почивший супруг миссис Махоуни был известным скрягой, но после его смерти она начала жертвовать большие суммы на благотворительность.

– Ну, для миссис Махоуни это действительно важно, а вот для её мужа было не очень, – заметила я.

Лютер кивул.

– Корнелиус Махоуни не считал нужным раздавать свои деньги.

– Я вот думаю, миссис Махоуни много жертвует для того, чтобы все забыли, каким он был ужасным человеком, – сказала я. – Если совершить много добра от его имени, рано или поздно люди начнут думать, что он был великим филантропом!

Вдруг в фургон постучали, и я вздрогнула от неожиданности.

Это была Джейни Грэйсен, одна из помощниц продюсера. Она открыла дверь и заглянула внутрь.

– Извините, если помешала, но Моррис просит всех собраться в офисе перед началом съёмок.

 

Лютер поднялся.

– Если я что и знаю о киноиндустрии, так это то, что режиссёра всегда надо слушаться.

Я не сразу смогла встать с дивана. Волнение снова зажало меня в тиски. Идти никуда не хотелось.

– Да, ты прав, – медленно произнесла я.

Лютер заметил мою тревогу.

– Не переживай, Нэнси, ты отлично справишься! Я тебя давно знаю и могу сказать: ты можешь многое – стоит только захотеть! – Он тепло мне улыбнулся. – Ну что, готова?

– Конечно, – ответила я, поднимаясь, но в глубине души понимала, что нет – нисколечко. Вдруг из-за меня весь фильм полетит к чертям?

Рейтинг@Mail.ru