Ореол главного героя для попаданки

Кристина Воронова
Ореол главного героя для попаданки

ГЛАВА 1

Инга улыбнулась, полностью захваченная их небольшим спором. Лучший друг, почти брат, Влад, размахивал руками, выпучивал глаза и едва не натыкался на людей в торговом центре. Всё пытался ей доказать свою правоту.

– Послушай, из тебя бы действительно вышел идеальный герой. Мужчина, понимаешь? Ты бы точно спасла мир и раздала бы всем сёстрам по серьгам и звездюлей злодеям. И не стала бы ни с кем миндальничать и давать вторые, третьи и десятые шансы, – убеждённо говорил он. – А из меня бы вышла отличная женщина. Я бы с удовольствием попал в Звёздные войны в тело Падме. И показал бы Энакину, что это такое – настоящая славянская женщина!

– И боялся бы он после этого скалок и других продолговатых предметов после пьянки, – рассмеялась Инга, качая головой. – Знаешь, не пугай меня так, я же знаю, что ты нормальной ориентации. У тебя даже ребёнок есть. Кстати, как там Ольга?

– Не знаю, надо позвонить, – он отмахнулся, скуксившись. – Мы с Инной после развода редко общаемся, ты же знаешь. Она каждый раз отчитывает меня, как даже мамочка не чудит. Я у неё и идиот, и хиппи, и безголовый придурок. Можно подумать, я в свои двадцать девять лет кардинально изменился. В двадцать я был точно таким же, только более наивным и добрым. Поэтому и повёлся на её груди. Согласись, только очень воспитанный и интеллигентный молодой человек запалбы на эти обвисшие прыщики вместо бюста!

Инга хохотнула и шутливо ударила его в плечо.

– У меня тоже грудь маленькая, так что перестань. А то сделаю тебе по-настоящему больно.

– Ого, у нас тут БДСМ наклёвывается, круто! – рассмеялся он, легко уворачиваясь от тычков.

– Ты из-за маленькой груди меня в будущие герои записал? – поинтересовалась Инга, склоняя голову к плечу. Словно попугай ара, натачивающий клюв на противных людишек.

– Нет, из-за характера. Ты – просто кремень. Помнишь, как ты нас с Колей поддерживала, когда мы в Тихом океане на яхте заблудились? Если бы не ты, мы бы потеряли надежду и могли бы даже не дождаться помощи.

– Ага, я помню, как застукала вас за обсуждением, стоит ли меня съесть, а если да, то когда, – ворчливо заметила она, снова ударяя его.

– Это было несерьёзно, – отмахнулся он от неё, всё же поменявшись в лице. – Мы бы никогда так с тобой не поступили! Тем более, что рыба исправно ловилась и вообще…

– Забей! – отмахнулась она. – Было и прошло. Хорошо, что выжили. Это было незабываемое приключение. А куда вы сейчас с ребятами отправляетесь?

– В Гоа, – заулыбался он, радуясь перемене темы, которая всё ещё оставалась для него кошмарным воспоминанием. – Думаю, зависнем на пару месяцев. А когда начнётся сезон дождей – отправимся в горы. Манго наедимся от пуза! Да и вообще, накупаемся. Я специально целый год деньги откладывал, ничего себе не позволял, чтобы как следует покутить под пальмами. Хочу себе новую татуху набить, уже рисунок почти подобрал. Думаю, это будет Посейдон или русалка, в память о нашем морском приключении. Ха-ха, хорошо, хоть не подводном! А ты с нами хочешь? – он повернулся к ней. – Последние два года ты ведёшь какое-то растительное существование. Даже повадилась книги читать. Зачем тебе это надо? Лучше уж живое веселье, чем вымышленные приключения! Я предпочту поваляться на океанском пляже, выпивая кокосы и заедая бананами и манго, чем читать о том, как кто-то другой валяется на пляжах и попивает коктейли. Работаешь в маленьком магазинчике, продаёшь всякую мистическую фигню. Не, ладно, книги о чёрной магии и черепа животных – это круто. Но всё-таки… Может, забьёшь на этот весь бред и отправишься с нами?

– Не знаю, Влад, – тяжело вздохнула невысокая светловолосая девушка с низким хвостом. Она почесала живот под зелёным топиком. А затем ногу под рваными джинсовыми шортами. – Можно и рвануть, в принципе. Действительно, застоялась я что-то. Забродила, как квас, забытый на столе в жару. Заплесневела как… Ну, как плесень, да. Просто у меня сейчас какой-то странный период, когда я никак не могу определиться с будущим. Что делать, как мне жить дальше. Мне ведь уже двадцать восемь, тоже скоро тридцатник. Морщины скоро полезут, а с ними и комплексы. И буду переживать о том, что я – одна.

– Жаль, что мы не можем быть вместе. Учитывая, что у меня не очень хорошие отношения в семье, я просто не могу быть хорошим мужем и отцом, – развёл руками парень. – Поэтому и с любимой своей развёлся. А ещё потому, что она – стерва, которой были от меня нужны только деньги. Ну и статус замужней. Чтобы подружкам незамужним кольцо в морды тыкать. Да и вообще, забей! Нужно жить настоящим, в сегодняшнем дне, – уверенно заявил он, кивая сам себе и шаркая кроссовками по плиткам пола. – А то так и депрессия накатить может. А там и спиться можно. А я не хочу! Ты же знаешь, я особо не пью, я за здоровый образ жизни. Хочу как можно дольше наслаждаться жизнью, приключениями, поездками, а для этого нужно сильное тело. Да и чтобы красотки на шару давали, тоже надо форму поддерживать. Не, конечно, знакомому моего отца – алкашу бабы дают из жалости. Но они страшные, что пипец!

Он скривился, а затем встряхнулся, широко улыбаясь.

Инга глянула на него и подумала, что её друг обладает очень странной внешностью: слишком широкие скулы, слишком широко посаженные большие серые глаза, слегка вьющиеся густые волосы, которые он особо и не пытался усмирить. Сам худощавый, но хорошо сложенный. Иногда может днями не есть, если чем-то увлечён. В такие дни кожа натягивается на лице, а тело становится похожим на суповой набор для бедняков. Но алкоголь действительно почти не употребляет, что и позволяет ему быстро приходить в себя и выглядеть не как Кощей Бессмертный в тюрьме на хлебе и воде.

– Так почему ты решил, что из меня выйдет классный мужик, а из тебя – смазливая тёлка? – с интересом спросила она, возвращая его к началу их беседы.

– Ну, я-то натурал, как и ты натуральнее некуда, – тут же выпалил он, выставив вперёд ладони и делая испуганные глаза. – Но души-то бесполые! Да и хочется познать чего-то новенького в следующей жизни, ага? Да и ты любую бабу можешь на место поставить, а наших ребят – заставить по струнке ходить. И тебя не обмануть типичными женскими штучками. Ты даже смогла бы перед большими сиськамиустоять, – он загоготал, словно гусь в эпилептический припадке. – И не стала бы спасать всех дур подряд, стоит им только обронить скупую слезу и попросить о помощи.

– Да нет, ты знаешь, я до сих пор даже себя понять не могу, не говоря уже о других женщинах, – покачала она головой. – Да и мужчины тоже странно себя ведут. Помнишь Егора, который был таким типичным шовинистом, презирал и использовал всех женщин вокруг, а потом начал бегать, поджав хвостик за уродливой Лерой? А затем едва не спился, когда она вышла за другого? Мы его всей толпой едва вытянули его сначала из запоя, а потом из депрессии. Так что люди могут быть очень уж внезапными в своих поступках. И могут говорить одно, думать другое, а делать – третье. Тут даже Фрейд без поллитрушечки не разберётся. Ну, ладно, хорошо, я согласна мужиком побыть одну жизнь, – великодушно махнула она рукой. – Чисто, чтобы доставить тебе удовольствие, дружбан. Но вот в какой бы мир попасть, как думаешь?

– Уж точно не в параллельный нашему! – сразу же оживился Влад, широко улыбаясь, словно безумный, и сверкая серыми глазами слегка навыкате. Отчего ей всегда становилось не по себе. Казалось, что эти глазищи однажды выпадут и укатятся куда-то в тёмный угол – ищи их потом.

– Это же скука смертная! Особенно, если попасть в мир с техническим отставанием и терпеть весь этот жизненный бред, ещё и без Интернета. И попадать в СССР тоже не стоит, пусть сами спасают Сталина, я как-нибудь обойдусь! – он разгорячился и едва не ударил проходящую мимо девушку, размахивая руками. Но та, поглядев в его большие глаза, лишь мило захихикала.

– В какую-нибудь современную американщину я тоже попадать не хочу, – раздухарилась и Инга. Сонная депрессия последних недель куда-то испарилась, словно утренняя дымка. – А то могу внезапно очутиться в теле одноногой чернокожей женщины редкой степени уродливости, которая сделала операцию по изменению пола, чтобы стать мужчиной. Бр-р! – её передёрнуло.

Он заржал.

– А ты в какую-нибудь фэнтезятинулучше попади, – покивал он с умным видом. – Помнишь, когда мы застряли на Бали из-за муссона, то пересмотрели множество фильмов и сериалов, начиная с Властелина колец. Как раз подходящий мир для мужика: красивая внешность героя, сила, умение дать в морды миллионом разных способов. И, конечно, гарем!

– Там не было гарема, – рассмеялась она. – Это ближе к «Тысяча и одной ночи». Хотя… Это же сказки, хоть и для взрослых, а значит, считается. Но, фу! – её перекосило. – Тут с одной бабой с трудом справляюсь, – она показала на себя пальцем. – А что делать с целым взводом оголтелых феминисток, которые тоже умеют драться, являясь крутыми воительницами или девушками-волшебницами? И ещё неизвестно, кто кому наваляет. Которые ещё и истерички, при этом девочки-девочки. Вообще, сколько смотрела недавних сериалов и фильмов тематики фэнтези, фантастики или мистики, ни одной достойной героини не увидела. Либо ни рыба ни мясо, либоМэри Сью. Либо же склочная бабёнка сомнительной внешности, которая ведёт себя так, словно у неё одновременно ПМС и климакс. Ещё и застарелые душевные травмы. И что бы обязательно был третий лишний во фрэндозоне, которому ничего не светит. И который существует лишь потому, что нужно показать значимость главной героини. Мол, что она не одному лишь главному герою нужна. А я за такое бы била бы по морде канделябром. Ладно, а ты… Ой, а что это?! – Инга ошеломлённо уставилась на громадное дерево, которое будто бы выросло в небольшом ответвлении коридора на втором этаже гипермаркета. – Ах да, это же фотозона! Вечно они как что-то придумают. Особенно на Хэллоуин, – она облегчённо рассмеялась. – Все эти жуткие скелеты и тыквы. А однажды даже чёрный гроб поставили, прикинь? Я то место десятой дорогой обходила.

 

– А красиво, – заценил Влад, подойдя поближе. – Выглядит почти как настоящее. Только слишком яркое, словно мультяшное.

Инга кивнула, ступив вперёд.

Вместе с другом они встали под крону ненастоящего дерева, наслаждаясь приятным ветерком, ароматом зелёных листьев и неповторимым запахом свежего воздуха, которого не бывает в городе.

Яркие солнечные лучи ложились пятнами теней на пол. Солнечные лучи и тени создавали подрагивающую сетку, в которой запутались две фигуры: мужская и женская.

Инга и Влад одновременно блаженно заулыбались и протянули руки вверх, касаясь листьев.

И внезапно исчезли, растворились, превратившись в два плода, повисших на ветке. А затем, налившись соками, созрев, упали, пролетев через космос, словно две яркие звёздочки.

ГЛАВА 2

Инга с грустью рассматривала себя в зеркале, стараясь как-то сжиться с новым отражением. Первый шок, как второй и третий и так далее, уже прошли.

Это было удивительное, восхитительное чувство, когда сжатый шар энергии, в который превратилась её душа, влетел в новое тело. И остановившееся сердце вновь забилось. По артериям и венам вновь начала циркулировать кровь, а по костям – магия.

Магия?!

Пока она валялась на полу, словно прекрасная сломанная кукла в человеческий рост, воспоминания полностью открылись в новом теле, словно цветок мгновенно раскрыл все лепестки.

Её душа полностью заняла тело, овладев не только плотью, но и воспоминаниями, и даже эмоциями. Теперь она уже не могла отделить тебя от прошлой владелицы тела.

Словно бы она прожила и её жизнь тоже. И не просто просмотрела фильм с великолепными эффектами и отличным звуковым сопровождение, как в самом современном кинотеатре.

Но будто прожила всё это сама, заполучив все чувства девушки, сохранив многие её привычки и все чувства.

У несчастной была полноценная семья, в отличие от прошлой жизни, в которой родители развелись ещё до её рождения, а отца она так вообще никогда не видела.

А ещё у неё был брат-близнец, которого умершая любила всей душой и ощущала продолжением себя. Словно они так и не разорвали пуповину, связавшую их двоих в материнской утробе.

И, впервые открыв глаза в этом мире, Инга ощутила, что безумно любит своего брата. И всегда будет его защищать до последнего вздоха.

С трудом справившись с другой координацией движений из-за более высокого роста и иного телосложения, Инга добралась до туалетного столика и застыла перед зеркалом.

И бывшая Инга уже час торчала возле зеркала, отображающее её во весь рост и тихо ненавидела Влада, который посоветовал ей возродиться мужчиной!

Или, скорее, проклял.

Потому что нормального мужчины из неё так и не вышло. У девушки, чьё место она неожиданно заняла, было прекрасное лицо истинной красавицы, из тех, кто свергает царства и влюбляет в себя всех подряд, от простолюдинов до аристократов. И местные каноны красоты соответствовали вкусу самой Инги, так что своим лицом она была более, чем довольна.

Опускать взгляд не хотелось, словно бы ей предложили не посмотреть на собственную грудь, а поместить голову на плаху.

Груди не было. Ни одной!

Она была совершенно плоской, прямо доска – два кружка.

Да и вообще, по местным стандартам, очень напоминала удивительно красивого юношу из аристократической семьи. Она была родом из ответвления мощной семьи Феникс в столице королевства Небесной Удачи.

Выше среднего роста, стройная, с тонкой талией, длинными ногами, красивыми руками, утончёнными пальцами.

Всё в лице и теле было практически идеально, кроме груди. Точнее, её отсутствия.

В прошлой жизни она не могла похвастаться большим бюстом, лишь первым размером. Но в этой жизни она вполне могла купаться без лифчика – никто бы не заподозрил в ней девушку. Ну, пока не увидел полностью голой, конечно же.

Кроме этого, из воспоминаний девушки, любящей подслушивать перешёптывания слуг, а затем из непростого и печального разговора той с родителями, она узнала, что у несчастной мужская героическая магия, проявляющаяся особым строением костей.

В этом мире магия удивительным и загадочным образом зависела от костей. То есть, от скелета. Когда она это полностью осознала, то с ужасом поняла, что окружающие её человекоподобные существа – совсем даже не люди. Кости каким-то образом резонировали с окружающей планету энергией и генерировали её в магическую силу. Которая даже могла срабатывать неосознанно, если местного жителя никто никогда не обучал. Так что и нищие в этом мире могли стать опасными.

Новые знания подсказали, что существовало множество разновидностей телосложений с различными магическими свойствами.

В этом мире практически всегда телами с героическим телосложением обладали мужчины. И это означало множество плюсов в развитии – совершенствовании тела и духа. Боевые навыки людям с героическим телосложением давались гораздо легче, чем другим. Их скелет отличался крепостью звёздного металла, то есть, был почти неразрушимым. Кроме того, телосложение героя давало силу и ловкость в сражениях. Подобные люди становились истинными машинами смерти. Их боялись и почитали, низко кланялись даже аристократы, а императоры наперебой приглашали в свои армии, предоставляя самые высокие военные должности.

Да, в телосложении героя можно было отыскать множество плюсов, особенно в новом мире, где сражения происходили регулярно, а физическая сила, ловкость и стойкость в бою являлись несомненными достоинствами.

Но все эти «плюшки» предназначались мужчинам.

Девочки, родившиеся с телосложением героя, с трудом могли дотянуть до двадцати лет и погибали в муках, когда кости слишком сильно сжимались и травмировали внутренние органы.

Как она поняла – бывшая владелица тела как раз от этого и погибла. Но приступ отчего-то бесследно прошёл после смерти бедняжки. И в данный момент Инга чувствовала себя неплохо. У неё ничего не болело, а тело было послушным и не пыталось вновь её уничтожить.

Кроме того, все вокруг принимали таких девушек за юношей благодаря особой ауре героя. И в таких ситуациях неизбежно возникали казусы, которые могли привести к ещё более ранним смертям. Например, от разгневанных девиц, влюбившихся в красивого юношу, и обнаруживших, что их избранник – девушка.

Даже родители зачастую путали пол своих детей, поддаваясь воздействию резонанса героической ауры. Ведь они же не заглядывали своим детям в трусы каждый день?

И могли в какой-то момент устроить помолвку своего «сына» с другой женщиной. Что тоже приводило к самым негативным последствиям, среди которых будущая вражда с другой семьёй или кланом была ещё цветочками на лужайке.

Так что жизнь ей предстояла ужасная, хорошо, хоть недолгая.

Дрожащей рукой Инга коснулась пряди волос и заправила её в причёску. Она сморщила носик и попыталась отыскать в новой жизни хоть какие-то плюсы.

Да, она попала в «фэнтезятину» с огромными городами, где свободно помещались миллионы жителей, а континенты были размером с её бывшую планету. Её новая семья не была достаточно влиятельной, но и бедной её нельзя было назвать. Её родители управляли рестораном среднего класса «Цветущая вишня». Большую часть прибыли они отправляли своему клану, чьей собственностью и управляли.

Вокруг было полным-полно бойцов, обладающих таинственными боевыми навыками, чьи возможности напоминали ей старые фильмы про кунг-фу и фэнтезийные приключенческие киноленты.

В семье она была очень близка со своим братом близнецом. С одной стороны Инга пожалела, что в его тело не попал Влад. С другой радовалась, иначе лично прибила бы этого придурка! Из-за которого они и «попали». Но всё же она желала ему счастья и попадания в выбранный мир со звездолётами и красивыми джедаями с золотистыми волосами.

Подумав немного, она тряхнула головой, подумав, что не пожелала бы брату участи погибнуть и отдать своё тело непонятно кому.

Чуть прищурившись, она снова обстоятельно осмотрела себя. Да, она была удивительно красивой. С большими глазами и яркой бирюзовой радужкой. Длинные чёрные волосы она небрежно завязывала в хвост или закрепляла высокой заколкой и причудливо украшенными шпильками на всякие праздники или во время визита важных особ.

И теперь её звали Лорелей Феникс.

Несмотря на то, что она попала в тело только сегодня, девушка ощутила себя полноценной личностью. И немного чужой, будто её лицо и тело являлись маской истинной сущности.

– Лорелей, ты в приличном виде? Я могу войти? – раздался голос самого близкого ей человека за обе жизни. Даже Влад и другие друзья и подруги не могли с ним сравниться. Не говоря уже о всегда равнодушных к ней родителях – и в этой, и в той жизнях.

– Да, заходи, – она кивнула и отошла от зеркала. – Я одета и готова к приключениям и подвигам.

Двери открылись, и на пороге её комнаты появился родной брат-близнец. Её сердце затрепетало, а чувства прежней владелицы тела всколыхнулись в ней.

Лорелей улыбнулась парню, подумав, что если бы не память прошлой жизни, она бы отчаянно позавидовала ему. Ведь у него было то, чего не было у неё. Точнее, было почти всё тоже самое, с поправкой на пол, но со знаком плюс, а не минус.

Они были очень похожи, почти как отражение в зеркале и оригинал. И у брата тоже было тело героя, только оно ему помогало, а не вредило. Уже с детства он был гениальным воином, но при этом добрым человеком с глубокой, словно океан, душой и широким сердцем. Его жизненная сила была столь велика, что даже удары острых мечей и духовного оружия были ему почти не страшны.

По её мнению, он был похож на терминатора из второго фильма. С удивительной регенерацией и титановой прочностью костей. Магия, циркулирующая в костях, защищала внутренние органы надёжней, чем самый прочный доспех.

Лорелей оглядела брата и широко улыбнулась. Тот выглядел безупречно. Ей понравилась местная одежда. Лёгкие штаны из одновременно тонкой и прочной ткани, поверх которых накидывалось что-то вроде кафтана. Простые люди обходились рубахами из грубой ткани.

Бойцы надевали верхнюю одежду с прочными нарукавниками и наплечниками. Широкий пояс являлся гордостью каждого воина и аристократа. Ибо в нём были скрытые карманы с расширением пространства, куда можно было спрятать как оружие, так и лекарство, а то и артефакт. На ноги обычно надевали ботинки или сапоги из тонкой, отлично выделанной кожи, в которых ноги не потели в жару и во время сражений.

Представительницы прекрасного пола обычно носили платья, которые позволяли свободно передвигаться. Некоторые девушки осмеливались даже носить экстремально короткие варианты. Платья обычно облегали грудь, но свободно струились, позволяя скрадывать и полноту, и беременность. Рукава были, по её мнению, слишком широкими. И в них можно было спрятать как любовную записку, так и кинжал.

Впрочем, короткие модели напомнили ей коктейльные платья. В них обычно не сражались, а развлекались на различных торжественных мероприятиях. И такие платья плотно облегали фигуру, позволяя продемонстрировать красивые изгибы – при их наличии, конечно.

Ещё с прошлой жизни она тяготела к шортам, к джинсам и прочим вариантам одежды унисекс. Платья она ненавидела всей душой, особенно слишком короткие или же чересчур пышные. Поэтому и в новом мире решила надевать мужскую одежду. И пусть недоброжелатели начнут шептаться, что она подражает брату, но ей просто не хотелось начинать носить платья в повседневной жизни. Но, конечно, на какой-нибудь значимый праздник она всё же решила облачиться в платье посвободнее, чтобы не сковывало движений и не стесняло её.

Дамиен обошёл вокруг неё и усадил на плетённый стул возле косметического столика.

– Давай, я заплету тебе волосы. А то у тебя опять какой-то ужас получится, – предложил он со смешком. – А потом ты опять тряхнёшь головой и скажешь, что я – мужлан, который ничего не понимает в женской красоте.

– Я не люблю все эти высокие заколки и шпильки, – поморщилась она. – У меня от них голова раскалывается.

Инга порадовалась, что в этом они с Лорелей совпадали, так что она пока что не выпала из образа.

Девушка с грустью подумала, что, если бы они встретились, то могли бы стать хорошими подругами. У них были похожие ценности, вкусы и желания.

– Тогда я заплету тебе косу, – сказал он, берясь за гребень. – И пойдём на встречу с нашим другом.

– Это же не будет мальчишник? – с улыбкой поинтересовалась она, встречаясь с ним взглядом через отражение в зеркале. Его глаза были ближе к синему, чем к бирюзовому, как у неё.

В этом мире тоже существовали девичники и мальчишники, так что она не побоялась заговорить об этом.

– Пока что нет, – юноша очаровательно порозовел скулами. – Да и стал бы я тебя приглашать на мальчишник?!

 

– Девушку с мужской героической магией можно, – хмыкнула она. – Хотя нет, лучше не надо! А то распутная девица, выпрыгнувшая из торта, ещё в меня влюбится. И придётся бежать как можно быстрее коридорами, зигзагами и тёмными переулками. А потом по крышам, по крышам, пугая котов и наёмных убийц.

Они рассмеялись, весело переглядываясь в зеркале. А затем её настроение внезапно испортилось, будто в ясный день внезапно пошёл дождь.

Лорелей нахмурилась и немного опустила голову, чтобы не встретиться с ним взглядом в зеркале. Ей не хотелось, чтобы он догадался о её мыслях. А так как он и Лорелей были близнецами, то он иногда едва ли не читал в голове сестры. А так как она унаследовала её воспоминания и отчасти характер, то тоже мог догадаться, что она задумала.

Ей категорически не нравилась невеста брата!

Все инстинкты били в набат, устраивали истерику и требовали сделать хоть что-нибудь для спасения несчастной жертвы женского произвола.

Соединив в единое целое два набора воспоминаний, она внезапно осознала, что в Дарине Светозарной есть что-то мерзкое и противное. И дело совсем не сестринской ревности! Она и в прошлой жизни не ревновала Влада и других близких друзей и приятелей. И сейчас ей бы хотелось порадоваться за подаренного судьбой брата, который вот-вот проснётся окольцованным… Но не получалось. Потому что мрачное предчувствие подсказывало, что после брачной ночи её брат не проснётся никогда.

Она снова прокрутила в голове свои догадки, чтобы самой себе не казаться истеричкой с манией преследования. Лорелей вспомнила, что брат всегда мало интересовался девушками. Больше всего на свете он любил собственный меч, и мог тренироваться целыми днями. И сестру таскал за собой, так что той иногда приходилось сбегать и прятаться. Но, по крайней мере, Лорелей развила навыки скрытности и могла при надобности поиграть в ниндзя. Ну, если бы знала, кто они такие. Сама же Инга позже пообещала себе протестировать её навыки.

Нет, на красоток Дамиен иногда заглядывался, в этом плане он был адекватным. Но тут же начинал размышлять о том, что ему ещё нужно сделать, чтобы развить свои таланты мечника и почувствовать дух меча. А ещё где можно отыскать настоящее духовное оружие, которое их семья не могла себе позволить. И любая красавица тут же терялась в вихре столь горячих – и острых – фантазий.

Лорелей иногда думала, что если в этом мире найдётся девушка, умеющая превращаться в меч высокого уровня, то Дамиен женится на ней немедленно. Инга разделяла выводы, сделанные девушкой.

И среди их сверстников было множество прелестных девушек, но Дамиен редко с ними общался, и быстро терял интерес, считая глупыми и недалёкими. Была одна девица, Мэредит, на которую бывшая Лорелей надеялась, так как та тоже была мечницей. Но девушка отправилась в армию, в подразделения защиты континента Радость Семи Небес от внешней угрозы. Но, проанализировав сохранившеся воспоминания, Инга пришла к выводу, что девица не слишком-то и хороша внешне. А когда девушка уступает в красоте своему парню, это как-то стрёмно.

Но вот на Дарину её брат тоже никогда не смотрел. Несмотря на то, что привлекательная кокетка постоянно носила короткие платья и крутилась вокруг парней с самым завлекательным видом, надувая губки и строя глазки.

Инга не отрицала, что Дарина прелестная девица и происходит из более влиятельной семьи. Но также и помнила, что брат никогда такими беспечными кокетками не интересовался. Ему нравились красивые и серьёзные девушки, которые знали толк в холодном оружии и могли хотя бы отличить кинжал от меча.

А Дарина, при всей своей внешней привлекательности и умении использовать женские чары, боевыми искусствами не владела. Да и телосложение её было обычным, что значительно снижало её ценность как будущей матери для одарённых детей. Такие, как она, даже из знатной семьи, всегда оставались только наложницами или любовницами. Либо же их выдавали за человека гораздо более низкого положения или очень бедного. Или того, кто в долгу перед семьёй девушки.

А уж мужчина с героическим телосложением всегда мог отыскать вариант получше!

Да и скорость протекания влюблённости и страстное желание брата сделать Дарину главной супругой настораживали. Не то, чтобы Инга не верила в любовь с первого взгляда и навсегда, но Дамиен знал Дарину довольно давно, они же проживали в одном и том же городе, да и посещали похожие заведения. Они сами едва дотягивали до местной «золотой молодёжи», но всё же со скрипом влезали в элиту. А Дарина крутилась среди состоятельных представителей известных семей как золотая рыбка в воде. Только желания не исполняла… Хотя были у Лорелей насчёт неё стойкие подозрения, что желания некоторых красавчиков девушка по ночам выполняла. Но, увы, доказательств не было.

Нахмурившись сильнее, Лорелей прикинула, что недавно их город посетил крупный караван. И ей подумалось, что Дарина могла приобрести какое-то зелье или артефакт, чтобы заворожить Дамиена.

В общем, Инга приняла твёрдое решение держаться за брата, как репейник за одежду, и постараться не оставлять его наедине с той подозрительной девицей.

Когда брат закончил заплетать ей косу и вплёл в волосы алую ленту, в дверь постучали.

– Входите! – выкрикнула Инга, разворачиваясь к выходу. Брат остался стоять, касаясь ладонью её плеча.

В комнату едва ли не на коленях приползла до крайности перепуганная служанка. Она опустила голову и с трудом выговорила, едва не плача:

– Госпожа Лорелей, ваша матушка купила для вас наложницу.

– Что?! – в этот момент Инга едва не поверила, что на самом деле спит и видит кошмарный сон. Она ощутила, как глаза постепенно вылезают из орбит и пытаются эмигрировать на Марс. Возможно, не существующий в этой вселенной.

Дамиен, скотина такая, неожиданно заржал.

– За что?! То есть, зачем мне наложница?! – продолжила вопить Инга.

Служанка задрожала так сильно, что казалось, будто девушка бьётся в конвульсиях.

– Думаю, наши драгоценные родители опять забыли, что у них родились разнополые, а не однополые близнецы, – сквозь дикий ржач простонал Дамиен.

– И что мне теперь делать? Я к ней не пойду! Я её боюсь, – затараторила Инга, с ужасом вспомнив случаи, когда на бывшую Лорелей едва ли не вешались дамочки. В такие моменты Лорелей мечтала стать самой обычной девушкой, пусть даже некрасивой, чем странным феноменом с мужской магией. – Иди к ней, раз тебе так весело! Вместе и похохочите, – она развернулась к брату и, подняв руку, ущипнула его за бок.

Парень моментально изменился в лице:

– Нет, я тоже не пойду. У меня вообще-то невеста есть, вот! А Дарина очень сильно обидится, если я возьму наложницу.

– Так что нам с ней делать? Может, продать? Или подарить кому-нибудь? – задумчиво постучала она указательным пальцем по губам. – Или сделать её служанкой?

Девушка покачала головой, пытаясь справиться с инстинктивным страхом перед женщинами, доставшимся ей по наследству.

– Или, может, просто отпустить её на все четыре стороны? В общем, чтобы принять решение мне нужно с ней встретиться. Но я не хочу. Нет, пусть мама забирает её обратно. Она купила, так пусть и забирает себе. Да и вообще, ты-то чего её боишься? У меня есть оправдание: я – женщина. А у тебя какое? Подожди, неужели ты боишься своей невесты?

Инга прищурилась, с подозрением уставившись на брата. И жестом отпуская служанку, поднявшую голову для дальнейших указаний. Той мгновенно и след простыл. Умчалась на реактивной тяге из слёз.

Дамиен тупо уставился в одну точку, словно робот со сбоем в программе.

Инге второй раз после попадания стало так страшно. Брат уже стал частью её жизни, так что она действительно перепугалась за него. И уверилась, что с ним точно случилось что-то плохое. По вине треклятой Дарины!

– Братик, – Инга осторожно потрогала его за руку, но он никак не реагировал. А затем пошатнулся и свалился бы на пол, если бы она его не подхватила и не унесла на небольшой уютный диванчик. В этот момент она почти не осознавала свою неженскую силу, её беспокоило только состояние брата.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13 
Рейтинг@Mail.ru