Консульские рассказы

Константин Николаевич Леонтьев
Консульские рассказы

Поручивши ему следить за первым появлением заговорщика, я решился немедленно на другой шаг: я послал за стариком Гончаровым, и запершись с ним в кабинете, прямо спросил его: знает ли он поляка Каминского (положим).

– Каминский?.. Каминский? Нет, такого не знаю…

– Не знаете… Ну, так я вам, Осип Семеныч, вот что скажу: вы уверяете нас в преданности вашей; вы первый подписались на адрес дунайских староверов Государю; обманули тогда и поляков, и русских бунтовщиков Герцена и Кельсиева; ходите к нам, и не только нами, консулами, но и генералом Игнатьевым приняты хорошо. Смотрите, теперь есть случай вам послужить России. Этот Каминский замышляет какой-то вздор – бунтовать раскольников ваших против России. Конечно, это смешно, и что он может сделать… Но все-таки он хочет представиться Петром III и попытать счастья.

Гончаров улыбнулся и покачал головою…

– Что же Петр III для наших староверов! Это для них ничего не значит. Их этим не поднимешь. Вот для скопцов – другое дело; да ведь их мало. Да и какая же теперь в России может быть пугачевщина; после того как мужикам волю дали – совсем другое дело стало. И мы здесь видим разницу. Прежде народ сюда из России валом валил; потому – у турка – воля. А теперь совсем и нейдут сюда… Это поляки глупости одни затевают…

– И я думаю то же самое, – отвечал я. – Конечно, они ничего теперь сделать не могут; но вы знаете, что моя обязанность за всем подобным здесь следить. А вам – это прекрасный случай доказать, что некрасовцы в самом деле стали опять настоящими русскими людьми и даже тени злоумышления против Государя и против России не допустят…

– Будьте покойны, К<онстантин> Н<иколаеви>ч; уж положитесь на старого Гончара… Я уж все вам отрапортую вовремя…

После разговора с Гончаровым я увидался и с Жуковским; и у него попробовал, между прочим, спросить – не знает ли он галицийского уроженца Каминского… («Гольденбергом» я его не назвал, чтобы Жуковский не знал, что я Гольденберга ожидаю в Тульчу). Жуковский начал раздумывать не хуже Гончарова и сказал потом решительно: «Нет, Каминского не помню; кажется, не знавал»…

Ему я не поверил; мне хотелось только испытать его.

Несколько дней еще спустя опять пришел Гончаров и сказал мне так:

– Вот вы спрашивали о том поляке, я теперь вот что вспомнил. Сидели мы недавно с Жуковским у нашего (т. е. староверческого) попа Григория. Я стал об Василии Кельсиеве вспоминать и говорю: хоть и безбожник он был, и детей своих не крестил, и пьяница, а уж что за умнейший человек-то… Вот голова!.. И говорю Жуковскому: у вас небось таких нет. А он говорит: «И у нас тоже есть не хуже Кельсиева и по учености, и по всему; вот хоть бы Каминский».

Рейтинг@Mail.ru