Мертвый мир. Анклав

Кирилл Шарапов
Мертвый мир. Анклав

С утра ей опять пришлось торчать на НП, пока Сергей, замесив в большом ярко зеленом пластиком тазу цемент, перемешанный со щебнем, заделывал лаз.

Жанна, не отрываясь, смотрела в оптику, выискивая опасность, шаря по окнам домов, держа под наблюдением улицу, ведущую к дороге, которая огибала город. Она мысленно похвалила сама себя за то, что вспомнила про этот коттеджный поселок, в городе оставаться незамеченными было бы намного сложнее. А здесь почти пять сотен метров открытого пространства. Конечно, враг мог спрятаться в высокой траве на пустыре, но всё-таки его можно было бы обнаружить, а в городе, где видимость сильно ограничена стоящими рядом домами, охрана базы стала бы проблемой.

Жанна на секунду оторвалась от оптики и протерла слезящийся глаз. Несмотря на то, что ночью спала урывками, она чувствовала себя бодрой и хорошо выспавшейся. А крепкий варёный кофе придал сил. Девушка заметила крем глаза, как что-то шевельнуло ветки кустов, ведущих к дороге, и тут же навела прицел на это место. Она прекрасно знала, что даже если противник обшаривает местность с помощью бинокля, то он не сможет ничего обнаружить. Сергей великолепно замаскировал НП, а дым из каминной трубы уже не шёл.

Ветки снова шелохнулись. Жанна сосредоточилась и с трудом сквозь густую листву разглядела нечто зеленоватое, явно инородное. Она отложила автомат и взяла бинокль, стало заметно лучше. Зелень кустов приблизилась, и Жанне наконец-то удалось разглядеть то, что она скрывала. Без всякого сомнения, это был человек в старой армейской форме песчаного цвета. Девушка бросила взгляд на Тигра, мирно прислонившегося к стене. Даже для этой винтовки подобная дистанция велика, да и вообще укороченная переработанная СВД позволяла работать метров на триста, максимум четыреста, нужно будет подумать о нормальной снайперке. На складах арсенала ворот имелась пара интересных образцов, как отечественных, так и западных. Хотя Жанна мечтала о винтовке СВЛ Лобаева или ОРТИС Т-5000, эти винтовки изготавливалась частными компаниями и обладали уникальной точностью, позволяя вести прицельную стрельбу на расстоянии до двух с небольшим километров. Правда и стоили такие винтовки около четырехсот тысяч зелёных, делали их штучно, на заказ, исключительно под человека. Раньше Жанна не могла позволить даже пострелять из подобной роскоши, а теперь просто не имела возможности. Хотя можно попробовать заказать винтовку, но девушку смущало то, что для изготовления требуется непосредственное присутствие клиента. Похоже, что придётся обходиться стандартными образцами. Надо заказать СВ98, с которой можно работать на дистанции до восьмисот метров. Конечно, не СВЛ, но лучше Тигра.

Человек в кустах старался не афишировать своего присутствия, хотя делал он это плохо: то ветку качнет, то высунется. Жанна видела, как он обшаривает территорию в старый обшарпанный бинокль, видимо, найденный в брошенном городе, но её он не видит и чувствует себя в относительной безопасности.

– Сергей, – выйдя на связь, позвала она спутника, – у нас гость.

– Ничего не предпринимай, иду, – отозвалась рация.

Долго ждать не пришлось, Рыбак буквально взлетел по ступеням лестницы и вбежал в комнату. Жанна протянула ему бинокль.

– Где?

– Правее ориентира развалины, на одиннадцать часов, кусты.

Несколько минут её спутник вглядывался в густую зелень.

– Один?

– Я больше никого не заметила, – ответила девушка. – Прячется он плохо, выдал себя почти сразу.

– Наблюдай за ним, – возвращая бинокль, приказал он. – Если пойдёт к нам, зови. Короче, будут изменения, докладывай. Мне нужно ещё минут пятнадцать, я нашёл ещё одну дыру, придётся и её заделывать.

– Думаю, сегодня кого-то останется на НП, похоже это разведчик, и если он убедится, что здесь всё в порядке, то могут явиться и остальные. Афганку ведь зэкам выдавали. Остальные нормальный комок покупают, а если это разведчик зэков, значит, он тут явно не один.

– Логично, – согласился Сергей, – я пошёл. Наблюдай.

Жанна снова заняла своё место. Наблюдатель по-прежнему сидел в кустах. Жанна видела куски его одежды и бликующие стекла бинокля. Неожиданно он резко обернулся, после чего со всей дури ломанулся к дороге или к тому, что от неё осталось. Девушка старалась не выпускать его из поля зрения, она заметила ужас, отпечатавшийся на лице беглеца. Следом через кусты вылетела тварь, напоминающая человека. Скорее всего, когда-то давно она была человеком. Сейчас Жанна наблюдала процесс эволюции в обратном направлении. Мышцы мутанта при каждом его движении красиво перекатывались под зеленоватой кожей. Девушка мгновенно оценила его скорость, человек несся на пределе возможного, наверное, так бежать можно только от ужаса, но мутант в три прыжка сократил расстояние почти вдвое.

– Серёга, быстрей сюда, тут такое… – выкрикнула Жанна в гарнитуру.

Рыбак влетел в комнату буквально через пару секунд. Он как раз успел к финалу драмы. Жанна быстро передала ему бинокль. Мутант настиг беглеца и одним ударом мощной когтистой лапы снёс голову, которая отлетела метров на десять. Преследователь, распахнув полную зубов пасть, стал жадно пить кровь, бьющую фонтаном из обрубка шеи. Девушка, наблюдающая за развязкой через оптический прицел, брезгливо отвернулась. Сергей же, не отрываясь, смотрел на жуткое пиршество. Тварь быстрым отточенным движением вспорола одежду, для этого она использовала коготь, росший на том, что когда-то было указательным пальцем. Вскрыв шмотки, мутант принялся за еду, отрывая куски мяса, он глотал их, не жуя. Сергей опустил бинокль.

– Жрёт, – прокомментировал он увиденное.

Жанна кивнула в ответ.

– Он очень быстрый, догнал человека в пять прыжков, хотя тот нёсся, как кенийский бегун на олимпиаде.

Рыбак снова поднял к глазам бинокль, тварь, не торопясь, отрывала куски мяса, но ела уже более спокойно. Через пять минут на месте трапезы остались только кровавые ошмётки, на которые быстро набежало много мелкой живности, хотя рассмотреть, кто это, мешало расстояние. Часть из них потом стали добычей двух лысых кошек-мышек, те подкрались к пиршеству и атаковали потерявших бдительность зверьков. Вскоре на дороге остались только разгрызенные кости, окровавленная одежда и карабин.

– Конец спектаклю, – подвёл итог Сергей, – надо сходить туда, подобрать оружие и боеприпасы. Сейчас закончу с норами, и прогуляемся.

– А тварь?

– Не думаю, что она вернётся. Она наелась, какой смысл ей сидеть над трупом?

– Если ты уверен, тогда сходим, – согласилась девушка.

Сергей ушёл, а Жанна вернулась к наблюдению. Смерть человека была стремительной и жестокой, хотя, наверное, довольно гуманной, если учитывать, что тварь снесла ему голову, а не стала жрать живьём. Но всё равно кровавое пиршество выглядело мерзко. Ещё Жанну очень напугал мутант, большой, сильный, быстрый, он мог стать проблемой. Похоже, он, или такой, как он, убил обитателя дома по соседству.

Серёга объявился через двадцать минут.

– Я закончил, там, на плитке, чайник закипает, сейчас глотнём кофейку растворимого и сходим за стволом. Потом работаем по мародёрке.

– А НП?

– Не думаю, что они сунутся. Их человек погиб, данных у них нет, я даже сомневаюсь, что они пошлют людей его искать.

– Может, ты и прав. Понаблюдай, а я кофе приготовлю.

Сергей кивнул и устроился поудобней, вооружившись биноклем.

– Надо будет ещё оптики заказать, не подумали сразу.

Жанна кивнула и пошла вниз. Вскоре по жилой комнате, которая выполняла роль столовой-спальни-кухни, потёк аромат крепкого кофе. Вчера в одном из домов удалось набрести на целый склад этого чудесного напитка, пять банок с «Черной картой» надолго хватит, а если учитывать, что был ещё запас молотого и в зёрнах, то с этим «стратегическим» сырьём пока что проблем не было.

До места смерти зэка добрались быстро, правда, шли осторожно, страхуя друг друга, внимательно всматриваясь в малейшее шевеление.

– Жанна, прикрой, а я посмотрю, что там от него полезного осталось.

Девушка кивнула и припала на колено, пластиковый щиток наколенника звонко стукнул о какой-то камень, держа под прицелом довольно густую зелёную стену из кустов, деревьев и высокой травы.

Сергей быстро добежал до места жуткой трапезы, обрывки окровавленной одежды, раздробленные кости, на которых копошились какие-то насекомые. Немного в стороне в траве валялся карабин СКС, почти новенький, только недавно со склада длительного хранения. Никакой оптики, обычный армейский вариант, даже штык на месте. Рыбак подобрал его и закинул на плечо, после чего обшмонал разорванную одежду и старый сидр. Трофеев было немного: три золотых кольца, два из которых были обручальными, но сильно потемневшими от времени, пять пачек с патронами и пять снаряжённых обойм. Больше ничего интересного не нашлось.

– На базу? – спросила Жанна, когда он присел рядом.

– Да, возвращаемся, заброшу добычу, и пойдём мародёрить домики, их тут немало.

Дальше работали по ранее обкатанной программе: входили в дом и быстро обыскивали, всё ценное сваливали у выхода. Правда, после вчерашнего вели себя осторожней, стычка в тёмном гараже научила, что они могут легко стать добычей. Калаши тащили с собой, но в дома входили, держа в руках дробовики. Сергей оставил при себе ружьё Юры, Жанна вооружилась трофейным Бинелли. Целый день они вскрывали дом за домом, четырежды пришлось вступать в перестрелки с кошками-мышками, лысыми, с мерзкой белесой шкурой, вытянутыми крысиными мордами, но прыгучими и быстрыми, как кошки, да и размером не уступали, а некоторые особи и превосходили. В одном доме их гнездилось аж пять штук, они бы разорвали Сергея, если бы не картечь. Твари прятались в темноте и атаковали быстро. Последняя зверушка вцепилась в голенище ботинка Рыбака, пришлось добивать её из пистолета. Прокусить не прокусила, мощные челюсти ногу сжали так, что он несколько минут на неё наступить не мог. Дважды относили трофеи на базу, быстро перекусывали и шли обратно.

 

– Одиннадцать, – подвёл итог Сергей, кода они вечером расположились у камина, обедая гречневой кашей, крупа прекрасно сохранилась за тридцать лет. – И трофеи богатые, больше трёх сотен патронов к дробовикам, и даже один автомат и четыре магазина, пара пистолетов, кое-какие продукты, сорок литров бензина, который не выдохся, и здоровый газовый баллон, на год или полтора хватит.

Они вдвоём его еле дотащили, разных украшений набрали и даже рванули один сейф, правда, впустую, в нём сгорело около двадцати тысяч долларов. А вот что действительно ценно, так это старый армейский УАЗ, который был переделан под экстремальный туризм, и сейчас Сергей размышлял, как бы поставить его на ход.

– Ещё восемь домов, – подбила Жанна остаток. – Если повезёт, за завтра управимся.

Рыбак согласно кивнул.

– Жанна, ты молодец, твоя идея окупилась на все сто. Даже без подарков из-за ворот мы сможем выжить. Завтра обследуем оставшиеся дома и займёмся укреплением базы. Правда, есть одна вещь, которая меня беспокоит, в каждом доме, где мы были, нора и твари, тут всё пронизано их ходами, значит, где-то у них тут логово.

– Думаешь, оно в одном из оставшихся домов?

Сергей кивнул.

– Очень похоже на то, надо его найти и уничтожить.

– И как?

Сергей указал на пять бутылок с зажигательной смесью.

– Не напалм, конечно, но полыхать будет жарко. Если удастся отрезать их от ходов, то может получиться. Три-четыре удравших твари будут не в счет, с ними поодиночке легко справимся. Ладно, отдыхай, я первый на НП, через два часа сменишь.

Жанна кивнула и полезла в спальник. Сергей же тихо поднялся на второй этаж, прислушался, за окном в траве кто-то стрекотал, может, цикады. Он поставил стул поближе к окну, раздвинул смотровую щель, яркая луна неплохо освещала высокую траву с редкими кустиками, дальше шла сплошная зелёная стена, за которой возвышался мёртвый город. Где-то на первом этаже, заснув, тяжко вздохнула его спутница. Рыбак знал, что через несколько минут она начнет плакать, не просыпаясь, из-под опущенных век на подушку будут стекать слёзы. Может, она снова будет кричать, а может, тихонько говорить, обвиняя его. Через пару часов сработает будильник, Жанна проснётся, но не вспомнит ничего этого, а он не скажет, ему хватает того, что девушка страдает во сне, не стоит ей страдать наяву.

Снизу послышался голос Жанны:

– Это ты во всём виноват, ты позволил ему умереть!

Сергей вздохнул и взял бинокль, что-то двигалось вдалеке.

Глава 3. Кое-что о новом быте

– Ещё два дома остались, – устало заметила девушка, – и мародёрка этого района закончена. Дальше придётся лезть в город.

Сергей кивнул. Дом, к которому они подходили, ему не нравился – выбитые окна, распахнутая дверь… Таких в посёлке было мало, за время мародёрки встречались три или четыре.

– Внимание, – приказал он и, подсвечивая себе путь тактическим фонарем, вошёл в небольшой холл.

Жанна следовала за ним, держась чуть правее, аккуратно ставя ногу, чтобы не поднять шум, руки напряжены, лицо усталое. День близится к концу, шесть домов уже проверено, в одном пришлось отбиваться от давешних знакомых кошка-мышек, в количестве штук шести, четверо сбежали, двоих разорвала картечь. Но что Сергею не понравилось больше всего, так это совсем свежий труп, человек в обычном городском камуфляже лежал лицом вниз, головой по направлению к двери. Камок разодран в клочья, на костях не осталось не грамма мяса, только в крепких армейских ботинках, которые зверьё не смогло вскрыть, догнивало то, что осталось от человека. Под рукой мертвеца лежал автомат, обычное старое «весло» или, по-научному, АК74, ковёр вокруг пропитан кровью.

– Ему дней десять, может, пятнадцать, – прошептал Рыбак. – Похоже, он оказался здесь немного раньше нас. Вот только я понятия не имею, кто он. Если бы на нём была обыкновенная афганка, нет вопросов, но он в городском, разве что где-то раздобыл себе костюм, или…

– Или что?

– Или он местный, – закончил фразу Сергей и, подняв автомат, быстро осмотрел его. – Он не из наших, – подвёл итог Рыбак. – Ствол очень старый, нарезы почти стерлись. Посмотри, что в рюкзаке.

Жанна аккуратно раскрыла валяющийся рядом с телом туристический рюкзак, которым часто пользовались.

– Спаренные магазины, – начала перечислять она, – ещё четыре пачки патронов, какие-то сушёные грибы, вяленое мясо, нож, вилка, ложка, трансивер "Моторолла", две пары обмоток, бутылка с водой, складной котелок. Всё.

– Ни маяка, ни золота? – спросил Сергей.

Девушка отрицательно покачала головой.

– Значит, мы здесь не одни шаримся, он местный.

– Похоже, ты прав. Есть предположения, как он погиб?

– Есть, – произнес Сергей хмуро и навёл ствол дробовика на дверь в противоположенной части холла, она была приоткрыта. Луч фонаря с трудом освещал проём, но в темень гаража даже не проникал. – Похоже, он сунулся туда и нарвался на наших зверушек. Они его догнали и съели. То, что он убегал, без сомнения. Я только не могу понять, у него проломлена голова, словно кто-то запрыгнул к нему на плечи и нанёс сильный удар чем-то длинным и острым.

– Хвост, – неожиданно догадалась девушка.

– Что? – не понял Сергей.

– Его убили наши старые знакомые кошки-мышки, у них на конце хвоста небольшой костяной нарост, словно шило или стилет, одна тварь вскочила к нему на спину и успела ударить хвостом.

– Похоже на правду, – согласился Сергей. – Что делаем?

– Идём в подвал, – немного подумав, ответила девушка, – мы же искали гнездо и подготовились к этому. Возможно, оно здесь.

Рыбак кивнул и, вжав приклад дробовика в плечо, тронулся в сторону двери. Жанна шла чуть позади, прикрывая напарника. Дверь, противно заскрипев несмазанными ржавыми петлями, медленно открылась. Лучи фонарей обежали гараж, машин не было, а вот дерьма много, очень много, и запах, запах грызунов, такое бывает в банке с хомяком.

– Кажется, мы нашли, доставай бутылки, – приказал Сергей, – я прикрываю.

Жанна кивнула и, скинув рюкзак, достала две бутылки с зажигательной смесью. Наструганное мыло, перемешанное с бензином, не напалм, конечно, но тоже неплохо. Гараж оказался пуст, дверь в подвал приоткрыта, Сергей шагнул вперёд и толкнул её стволом дробовика та скрипнув нехотя пошла вперед. Мышиный писк едва не сбил с ног, будто кто-то сунул микрофон, подключённый к усилителю, а тот в свою очередь к стоваттным колонкам в клетку с сотней мышей. Жанна успела заметить, как глаза Сергея расширились от ужаса. Сглотнув, парень рванул с разгрузки РГДшку и швырнул гранату внутрь, после чего подскочил к двери и захлопнул её. За дверью грохнуло, какофония писка пробилась даже через преграду, заставляя морщиться. Писк раздражал, он приобрёл другою тональность, словно кто-то врубил циркулярную пилу, а потом ещё одну, и ещё.

– Бутылки, – приказал он, но приказ больше походил на истеричный крик, было понятно, что он напуган.

Жанна чиркнула зажигалкой, и пропитанная бензином тряпка вспыхнула, она передала бутылку Сергею и подожгла вторую.

– На счет три. Раз, два три… – и Сергей ногой пнул дверь, после чего швырнул бутылку почти себе под ноги.

Жанна кинула свою мгновением позже, но уже в середину комнаты. За краткий миг она сумела увидеть, что весь пол подвала скрыт под серыми спинами, но разглядеть, что конкретно творилось в комнате, не успела.

– Назад, бегом, – что есть мочи заорал Рыбак и, швырнув ещё одну гранату, захлопнул дверь. С другой стороны снова грохнуло.

Жанна в два прыжка оказалась в холле, быстро развернувшись, навела дробовик на дверь, та вздрогнула от удара, словно её пытался протаранить довольно крупный человек.

Сергей быстро вбежал внутрь и заперся.

– Что там? – спросила девушка.

– Ничего хорошего, – испуганно ответил напарник, он даже не пытался скрыть свой испуг.

Жанна его прекрасно понимала, в этом мире не проходит бравада, бояться вполне разумно. Развитый инстинкт самосохранения, помноженный на вполне обоснованный страх в разумных пределах – залог выживания.

– Их там десятки – большие, маленькие, я не успел всё рассмотреть, но мне показалось, что посредине что-то огромное, размером с тумбочку, а может, и больше. Твоя бутылка разбилась почти рядом с ней.

– Матка?

Сергей неопределённо пожал плечами.

– Может быть, – его руки дрожали. – Надо повторить.

– Думаешь, этого недостаточно? Бутылки-то литровые.

Сергей отрицательно покачал головой и достал ещё пару из своего рюкзака.

– Поджигай. Я распахиваю дверь, ты держишься позади, одну бутылку швырнёшь вправо, другою влево. Только не в стены.

Жанна кивнула, Сергей спустился в гараж, держа помещение под прицелом дробовика. Дверь в подвал была закрыта, но в тонкую щель между ней и полом отчетливо видны всполохи огня. По ушам бил писк сгорающих в огне тварей. Сергей не стал мудрить, как только Жанна зажгла бутылки, он распахнул дверь ногой и тут же выстрелил в пол, это спасло ему жизнь, через огонь на него прыгнула очередная тварь, но была остановлена зарядом картечи.

– Бросай, – передергивая затвор, выкрикнул он, стреляя снова.

Жанна швырнула бутылку вправо, затем влево, после чего взялась за дробовик. Мелкая дробь, создающая хорошую зону поражения, рвала в клочья небольшие тушки, пытающиеся вырваться из огненной западни.

– Отходим, – Сергей захлопнул дверь, за которой полыхал огонь, и начал запихивать в дробовик патроны, Жанна тоже перезарядила свою бенелли.

– Уходим? – спросила она, прислушиваясь к бушующему за дверью пламени.

Писка больше не было, только огонь.

– Ждём, – взвесив "за" и "против", тихо сказал Сергей. – Погаснет, пойдём внутрь. Обследуй пока гараж.

Жанна пошла по кругу. Отсутствие машин и разных крупногабаритных препятствий в виде шин и коробок с барахлом существенно упростило задачу.

– Нашла нору, – доложила девушка.

– Швырни туда РГДшку! Только аккуратно.

Жанна достала гранату, выдернула кольцо, звякнул о каменный пол спусковой рычаг, девушка выждала полсекунды и швырнула ее в дыру, через пару секунд грохнуло, из отверстия вылетел одинокой осколок и пылевое облако.

– Вроде чисто, – доложила она.

– Дороговато выходит, – заметил Сергей. – Если в каждую дыру гранату кидать, не напасемся.

– Разок можно, – отмахнулась Жанна, – а то вылезли бы у нас в тылу, проблем бы больше было.

– Вроде погасло, – через пять минут напряженного ожидания тихо сказал Сергей. – Зажигалка наша выгорела, а кроме трупов там больше гореть-то и нечему, хотя я плохо разглядел.

Он толкнул ногой деревянную дверь, и та рухнула внутрь, оказывается, пламя хорошо потрудилось над косяком. В коридор пошёл удушливый дым, перемешанный с запахом горелого мяса, паленых волос и бензина. Весь пол был усеян тушками, в центре помещения на каких-то тряпках лежала та самая тумбочка, только теперь обугленная.

– Матка, – пытаясь определить, как это выглядело до того, как поджарилось, подвел итог Рыбак.

Тварь мало чем отличалась от своих детей, только размером в три раза больше.

Быстро обследовали подвал, шли прямо по обгоревшим тушкам, которые противно хрустели под ногами. Твари ломились через выходы, протискиваясь по двое, застревая там и задыхаясь. Каждая нора была забита тушками, рядом с одной разбилась бутылка, горючка затекла внутрь, отрезав путь к спасению. Посреди помещения лежали два обугленных человеческих костяка, но, скорее всего, они уже здесь валялись довольно давно, даже обуви не уцелело, многие кости разгрызены. Возможно, с них началась колония мутантов.

– Похоже, спаслось не так уж и много, – подвел итог Рыбак.

– Пошли отсюда, пахнет мерзко, – попросила Жанна, хоть на лицах и были респираторы, какие доктора носят, но помогали они слабо.

– Пошли, – согласился Сергей. – Хорошо поработали.

Жанна кивнула. Дом обшаривать не стали, только взяли трофейный рюкзак, вернув обратно содержимое.

– Чем завтра займёмся?

Жанна пожала плечами. Ужин съеден, в камине потрескивали дрова, в руках бокалы с коньяком – заслуженное окончание трудового дня, да и повод отметить в наличии – рассадник мутантов выгорел дотла. Вроде победа, а внутри у девушки разрасталась пустота, пока были дела, пока держало напряжение, некогда было грустить, и вот теперь возле камина в спокойной расслабленной обстановке накатило. Сергей что-то говорил, предлагал, а перед глазами Жанны стояла их квартира, свадьба в Австралии, кукурузник, из которого она в первый раз прыгнула с парашютом. Теперь она осталась одна, она потеряла часть себя, огромную часть, часть, которая являлась смыслом её жизни, которая дарила ей радость. Теперь же осталась только одна половинка, не знающая, как можно существовать дальше. Одинокая слезинка скатилась по щеке и упала в бокал, потревожив безмятежную гладь янтарной жидкости.

 

Сергей взглянул на отрешённое лицо девушки, несколько секунд сидел молча, от него не укрылась печаль в больших серых глазах и мокрая дорожка на щеке. Он понимал. Тихо встав, он поставил свой бокал на стол, взял автомат, прислоненный к креслу, бинокль и вышел. Сейчас с Жанной говорить бесполезно, она слышит только себя и своё горе, но если это не прекратится, придётся с ней разговаривать серьёзно, одно дело, когда она грустит в подобной ситуации, другое, если девушка впадёт в ступор во время выхода, или ещё хуже – во время боя. Пока, к счастью, она держится неплохо и проблем не создает, но как знать, женский ум штука непредсказуемая.

Сергей поднялся на НП и, раздвинув тяжёлую портьеру, принялся изучать местность. На улице уже стемнело, луна не набрала свою силу, поэтому видимость сильно ограничена. Рыбак несколько минут стоял, всматриваясь во тьму, вроде бы ничего подозрительного, хотя он прекрасно представлял, что может скрываться в местах, куда не достигал свет.

Жанна даже не заметила, что её спутник ушёл, она по-прежнему смотрела в пустоту, сейчас существовала только она и боль. Жанна подняла голову и бросила взгляд на пламя, пожирающее дрова. Мгновенно она увидела полуразвалившийся дом и пожирающие его языки пламени, боль тупой иглой кольнула в сердце. Девушка зажмурилась и отвернулась, так она сидела несколько минут, приходя в себя. Зачем жить, если Юры больше нет? Зачем ей этот мир? Они ушли сюда, чтобы владеть им, теперь всё потеряло смысл. Жанна, не отрывая глаз, потянула из кобуры Грач. Затвор передернут, последняя преграда предохранитель, приставить к виску и спустить курок. Предохранитель щёлкнул, холодное дуло приятно остужало кожу на виске, осталось только слегка согнуть палец…

Ощущение беды нахлынуло на Сергея, словно цунами, оно буквально швырнуло его к двери. В два прыжка он добежал до лестницы, в три спустился на первый этаж и влетел в гостиную. Доля секунды ушло на осознание ситуации. Жанна сидела к нему спиной, приставив к голове дуло тяжёлого армейского пистолета. Он рванулся вперёд и едва успел отклонить его, грянул выстрел. Пуля, срикошетив от бронзового бюста какого-то поэта (к своему стыду они с Жанной так и не опознали его), унеслась в коридор. Оттуда послышался звон разбитого стекла, видимо, угодила в зеркало. Рыбак выбил пистолет из руки девушки и, выщелкнув магазин, передёрнул затвор, магазин отбросил в угол, пистолет сунул себе в карман. Жанна потирала руку, Сергей при захвате не церемонился и ударил в полную силу, в глазах девушки стояли слезы.

– Зачем? – вскочив с кресла, закричала она. – Зачем ты мне помешал?

Сергей ничего не стал ей отвечать, просто отвесил быструю, хлесткую пощечину, сейчас с ней бесполезно разговаривать, у девушки истерика.

Жанна несколько секунд открывала и закрывала рот, словно рыба, выброшенная на берег, после чего её прорвало, слезы покатились из глаз, и она заревела, заревела чисто по-женски, в голос. Рыбак обнял её и прижал к себе, пусть плачет. Так они стояли несколько минут. Сергей порадовался, что на нём непромокаемый камуфляж, иначе бы одежду пришлось сушить. Через некоторое время Жанна успокоилась. Сергей подвел её к дивану и усадил, дав в руки бокал с коньяком. Жанна покачала головой, но тут же рефлекторно поднесла его ко рту и сделала маленький глоток.

– Нам надо поговорить, – присев рядом, твердо произнёс Рыбак. – Я обещал Юре, что буду заботиться о тебе, если с ним что-нибудь случится. И твой сегодняшний поступок едва не сделал меня клятвопреступником.

– Он не имел права брать с тебя подобные обещания, – сердито заметила девушка, – это нечестно. Мне плохо, все эти дни я крепилась, но мысли множатся, тяжёлые мысли, они не отпускают меня ни на секунду. Я думаю только о нём, и мне больно, я хочу, чтобы боль ушла. – Она шмыгнула носом и ещё раз отхлебнула. – Зачем всё это? Я пришла сюда с ним, ради него, теперь переход потерял смысл.

Сергей не мешал ей, пусть говорит, сейчас самое важное – выплеснуть то, что накопилось, он будет молчать и слушать, а потом попытается ей помочь. Жанна снова сделала глоток.

– Скажи, что мне делать? – после затянувшейся паузы, наконец, спросила она. – Я не хочу его забывать.

– И не нужно, Юрка всегда будет с тобой. Он рассказывал о тебе, когда мы встретились после моей отсидки, он ждал меня у ворот тюрьмы, он помог мне, и я благодарен ему. Пока мы ехали, он рассказывал о тебе, рассказывал, какая ты, как похожа на него. Потом, когда я познакомился с тобой, я понял, насколько он был прав. Его нельзя забывать. Да, его больше нет, но он всегда будет с нами. Я сейчас говорю какие-то прописные истины, но я считаю, что они правильные.

Сергей забрал из рук девушки опустевший бокал и быстро дополнил его до половины. Жанна, не сопротивляясь, взяла его, алкоголь начал действовать, девушка расслаблялась.

– Мы будем помнить Юру, – ещё раз повторил Сергей, прикуривая сигарету, он секунд двадцать смотрел на тонкую струйку дыма, поднимающуюся от тлеющего огонька, потом, словно очнувшись, сделал большую затяжку. Жанна молчала, ожидая продолжения. – Юрка не хотел, чтобы ты умерла. Не надо идти на поводу у чужих желаний, он бы не хотел заставлять тебя против воли делать то, что тебе не нравится. Нельзя прожить жизнь за другого человека, но можно прожить достойно. Помни Юру, но не стоит идти к нему с помощью самоубийства, и смерть искать не стоит, она сама тебя найдёт, тем более в этом мире… – Сергей несколько долгих секунд молчал, затем усмехнулся. – Тебе придётся найти свою дорогу. И когда ты её найдешь, если позволишь, я буду рядом.

Он снова забрал опустевший бокал.

– Помоги мне лечь, – попросила Жанна.

Сергей поднял её на руки, перенёс на матрас и помог забраться в спальник.

– Я обязательно найду эту дорогу, – сонным нетрезвым голосом произнесла девушка. – И я не против, чтобы ты шёл со мной. А правда, что время лечит?

– Нет, – покачал головой Сергей. – Оно просто стирает всё плохое и оставляет только хорошее, но помнить ты будешь всегда.

Жанна кивнула и, закрыв глаза, мгновенно уснула. Впервые за прошедшие дни она спала спокойно, её лицо уже не выглядело напряжённым, она не ворочалась, не кричала и не разговаривала, только раз улыбнулась, словно увидела что-то замечательное, то, что сделало её счастливой. Сергей сам против воли улыбнулся и, взяв автомат, поднялся на так стремительно покинутый НП. Почему-то он знал, что завтра Жанна проснётся другим человеком, она не станет прежней, но горе не будет тяжким грузом лежать на плечах и пригибать к земле.

План на завтра был готов, они запросят из ворот кое-какое снаряжение, например, им нужна полноценная снайперская винтовка, а лучше не одна. Цены на них, конечно, кусаются, но для обороны дома такое оружие необходимо. Ещё нужен генератор, топливо, и переправить в ворота некоторые трофеи – золото, монеты, украшения, а потом, когда они разберутся с этим, можно будет сходить в город. Пора выяснить, что творится там и что за человек погиб на дороге.

Когда Жанна проснулась, поняла, что-то изменилось, не было пустоты, которая разрасталась в ней всё больше и больше с того момента, как погиб Юра. Словно что-то заняло её, она снова чувствовала себя единым целым. Предыдущий вечер вспоминался с трудом. Девушка выбралась из спальника, сунула руку под подушку, пистолет был там. Жанна выщелкнула обойму и быстро пересчитала патроны, одного не хватало. Она вспомнила, как щёлкнул предохранитель, как приставила дулу к виску, она слышала выстрел, а потом плакала на груди у Сергея. Но что-то всё-таки изменилось, боль ушла. Она вспомнила Юру, высокого красивого с его неповторимым шрамом, тянущимся от виска к затылку. Но воспоминание было ярким и красочным, оно не вызывало грусть. А ещё она вспомнила, что видела его во сне. Он улыбнулся и поцеловал её, прошептав:

– Ты не одна, ты помнишь меня, а значит, я с тобой.

– Все правильно, – уверенно сказала Жанна, – я помню, а значит, ты со мной. Доброе утро, Сергей, – увидев стоящего на пороге друга, поздоровалась она. Его бровь изумленно выгнулась. – Ты не ослышался, утро действительно доброе. Что хочешь на завтрак?

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17 
Рейтинг@Mail.ru