БлокАда

Кирилл Шарапов
БлокАда

Клим, не обращая внимания на остальных мертвых зеков, добрался до мобильной баррикады. Ошибся, защитников было семеро, все они погибли с оружием в руках, у стены сидел еще один человек, в отличие от охранников он был в военной форме с орденскими планками на груди и погонами генерала. Клим напряг память, вроде бы он его даже видел один раз, когда приходил профессор или академик, забыл, как он именовался. Так вот, этот с ним был, и докторша с тугим пучком на голове. Форма у него офисная – темно-зеленая рубашка, на голове кепи, на груди под планками на кармане шеврон – М.Д. Ломов. Вероятно, он был смертельно ранен, пистолет в правой руке генерала и дыра в виске говорила о том, что тот застрелился.

Клим обошел весь этаж, заглядывая в кабинеты, и везде натыкался на трупы. Много здесь народу погибло, люди прятались, их находили и жестоко разрывали на куски или разделывали с особым садизмом при помощи подручных средств.

На выбитой двери под табличкой «Академик Р.Д. Демин» была прибита голова того самого академика, кто-то очень сильный вогнал ему лоб острый тонкий штырь, пробив насквозь голову и дверь. Тело академика нашлось в кабинете, там все было залито кровью, издевались над ним долго. Одежды не было, ее сорвали, теперь она обрывками валялась по всему помещению. Руки переломаны, из живота торчат ручки и карандаши, рваные раны на ногах, не хватает пальцев, причем один обглоданный нашелся в пепельнице. Ну как палец? Кости.

Клим поднял планшет, все тот же армейский вариант со звездным логотипом. Компьютер покойного хозяина кабинета был разбит, а вот девайс уцелел, а в ящике стола нашлась зарядка. Клим воткнул вилку в розетку и вставил штекер в разъем, и тот, подмигнув зеленым диодом, показал значок пополняемой батареи. Оставив девайс на столе, Клим продолжил осмотр этажа. Везде разгром – выбитые двери, какие-то разбросанные бумаги, разбитые ящики, в которых были папки с делами, там кто-то пытался устроить костерок, но не вышло. Некоторые документы слегка обуглились, но дальше дело не пошло. Клим не просто так шатался, у него была конкретная, в самом конце уровня, в тупике рядом с туалетом, нашлась маленькая комната со столом, на котором угнездился компьютер с монитором, серверными стойками и пультом управления, с кучей мониторов. И самое главное – все это работало, питание было, сюда озверевшие зэки не добрались. Повезло – крепкая дверь, высадить ее пытались конкретно, Николаеву пришлось открывать картой одного из охранников, лежащих в коридоре, никакие другие, коих у него уже штук пять, не срабатывали.

Труп оператора с внушительной железкой в шее валялся у дальней стены. Как он погиб, неясно, но одно точно – умер он раньше ребят из коридора, иначе бы дверь была распахнута настежь. Заняв место оператора, Николаев подергал мышку, на мониторе возникла заставка операционной системы, и снова звезда, как на планшетах, но на этот раз в ее центре пустое окно пароля. А вот его Клим не знал. Захотелось пошутить и набрать «Дер парол», как во «Властелине колец» в переводе Гоблина. Но он задушил этот порыв, вдруг количество неправильных введений ограничено.

Внимательно осмотрев стол и карманы покойника, Таран огорченно вздохнул, ничего похожего на пароль он не обнаружил. Он, в принципе, и не особо надеялся, но все же, чем черт не шутит, пока бог спит?

Клим покинул такое уютное и, наверное, дорогое кресло и отправился изучать местную столовую-кафетерий, для этого, правда, нужно спуститься на уровень ниже. По пути он заглянул в комнату охраны и прихватил из ближайшего шкафчика с фамилией Блинов маску-противогаз. Это оказался новенький ПМК-4, такие только начали поступать в войска. Сам Николаев с подобными не работал, но знал людей, которые уже перешли на него и очень новинку хвалили. Надевать пока не стал, убрал в сумку, которая теперь болталась на левом боку, кожаную сумку с консервами он снял и положил на стол, чего лишнее таскать? Он не очень опасался неприятного запаха, все, что могло сгнить, уже сгнило.

Клим оказался прав, ничем там не воняло, только воздух затхлый, все на витрине давно стухло и покрылось толстым слоем плесени. Прямо за витриной на прилавке стояла довольно неплохая кофемашина со встроенной кофемолкой, способная приготовить все – от простого эспрессо до капучино и латте. Абсолютно автоматический агрегат. Клим порылся в ящиках и уже через минуту был обладателем пакета немолотого кофе. Очистив от уже смолотого, давно выдохшегося порошка, кофемолку, Николаев засыпал новую порцию, и пока та тихо жужжала, сменил в баке воду, вот фильтр пришлось выкинуть, он был просто убит старым засохшим кофе, но это оказалось не проблемой, нашлись запасные. Запустив очистку, Клим прикурил, очень хотелось капучино, любил он этот вид кофе с высокой молочной пенкой. Но где в мертвом бункере взять молоко? Даже если есть в холодильнике, то оно уже успело умереть, и не один раз. Так что, пришлось довольствоваться крепким двойным эспрессо, правда, первые пять чашек пришлось вылить в раковину, очищая кофеварку. Вскоре он был обладателем чашки горячего кофе, который пах просто божественно.

Усевшись за пустой стол и отвернувшись от неаппетитно выглядевшей витрины, Клим наслаждался напитком, обдумывая дальнейший план. Лезть наверх, не зная иноформации о том, что произошло, верх абсурда. Когда он сюда попал, мир шатался, словно пьяный. Гегемон за океаном, охреневший от своей значимости, крушил и без того хрупкое равновесие. Уже когда он лежал здесь, один медбрат делился новостями с воли. Вслед за Центральной Азией вспыхнула Молдавия и Румыния. Украина и так тлела, и снова полыхнула, какой-то гениальный стратег решил, что если Россия занята на другой границе, можно исполнить мечту украинских нациков и покататься на танках по Кубани и Краснодару. Покатались, сорок два из них остались навечно стоять обгорелыми остовами на приграничной полосе, еще двадцати удалось уйти. Рвущиеся следом за танками в надежде пограбить богатого соседа добровольческие банды превратились в обугленные головешки. И для всего этого хватило ракет «калибр» с одного из фрегатов, стоящих на рейде в Севастополе. Но мир только разогревался. Последняя новость, которую Клим помнил, была с Балкан, сербы снова решили под шумок вернуть свое и вошли в Косово, а Китай наехал на Южную Корею. Так что, учитывая обстановку и что четыре из восьми стран, официально владеющих ядерным арсеналом, вовлечены в пограничные конфликты, могло и бахнуть, причем круто бахнуть. И возможно там, наверху, нет ничего живого, и, высунув кончик носа, можно хватануть смертельную дозу радиации. Так что, пока он не выяснит, что там за замут, наружу ни-ни. Но проверить, закрыт ли объект или ему на голову может свалиться кто угодно, просто жизненно необходимо. Как в том анекдоте – сейчас покурим и пойдем.

Сигарета горчила и была невкусной. Клим огляделся и увидел над прилавком знакомые ящики, забранные жалюзи, следуя дурацкому закону о борьбе с курением, чтоб детишки не видели. Какой смысл в них в секретном подземном бункере? Неясно, люди тут вроде взрослые. Подняв шторку, Николаев довольно заулыбался, десятки пачек, и ведь наверняка это не все запасы, где-то должен быть склад. Лейтенант вытащил крепкий оригинальный Lucky Strike в мягкой пачке и, выбив щелчком пальца сигарету, прикурил. Вот это уже был нормальный табак. Допив кофе, он продолжил осмотр местной столовки. Рассчитана она была человек на пятьдесят, а больше и не нужно для маленького секретного бункера. Вот здесь на складе нашлись и овощи, и фрукты, все они безвозвратно сгнили. Холодильник Клим решил не вскрывать, несмотря на противогаз, сейчас это не к спеху, и уж если тестировать, то делать это на нижнем уровне. Нечего здесь вонищу устраивать.

Посещение склада оставило тяжкое разочарование, консервов было мало, и то в основном всякие персики да ананасы, оливки с маслинами, кое-какая рыба, маринованные овощи. Это, конечно, все здорово и вкусно, только вот наесться почти нереально. Так же обнаружились крупы и макароны, вот этого добра хватало, ведь тут минимум три раза в день кормили полсотни народу. Так что, склад был полон. Только его еще нужно очистить от гнили.

Клим вышел в коридор и направился к лифту, планшет академика уже наверняка зарядился и можно попытаться его включить. Правда, что будет, если он затребует пароль? А ведь он наверняка его затребует, при этой мысли Клим тяжело и обреченно вздохнул, все равно других вариантов прояснить ситуацию не было. Но прежде…

Лифт без проблем отреагировал на карточку Ломова и поднял Николаева на самый верх. На всякий случай Таран напялил противогаз, предварительно проверив фильтры. Что ж, ничего необычного он не увидел – длинный коридор, метров двадцать, пост охраны прямо посередине, за ним решетка с распахнутой дверью, прутья толстые, так просто сходу не проломиться, перед решёткой два тела в черном обмундировании и три «красных» покойника. Клим прошел дальше, больше трупов не обнаружилось. Дверь в конце коридора была с руку толщиной, имела поворотное колесо замка. Она привела его в фильтрационный блок, зайти и выйти можно только с разрешения дежурного. Все просматривается камерами, и просто так эта стальная толстенная дверь не откроется, как и та, что вела наружу, но все они довольно широкие, метра по три, на случай, если груз какой тащить. Лифт тоже не маленький, а других входов на объект, скорее всего, нет. И сейчас дверь наружу очень плотно закрыта, и красный огонек говорит о том, что она заперта. Для надежности лейтенант повернул колесо замка внутренней двери, блокируя объект с этой стороны, и теперь ее можно открыть только изнутри или нехилым зарядом взрывчатки, хотя, судя по толщине, тут и грузовика с полным кузовом тротила будет мало. Что ж, здесь больше делать нечего, поэтому, подобрав оружие охраны и оставшиеся боеприпасы, Клим вернулся обратно на административный этаж. Теперь он точно был уверен, что находится в безопасности, во всяком случае, внезапно никто в гости не придет.

И вот настало время выяснить, что же тут случилось. Сидеть в кабинете с изуродованной мумией не хотелось, прихватив планшет и зарядку, Клим перебрался в соседний. Пока он разбирался с кофеваркой, батарея девайса подзарядилась достаточно для включения. Нажав на кнопку, Николаев смотрел на красиво мерцающие грани белой контурной звезды, потом выплыла стандартная графическая система пароля, как на обычном смартфоне – нарисуй ключ, получи доступ.

 

– Сукааа, – коротко и емко охарактеризовал Клим свое видение ситуации.

Ради интереса он ввел самую простейшую комбинацию – цифру семь, на что мгновенно получил сообщение, что ключ неверен, осталось две попытки, после чего устройство будет заблокировано.

– Падла, – добавил он в пустоту мертвого бункера. – Как же тебя, железяку бля…ю, ломануть-то?

И тут перед глазами возник уже знакомый голубоватый прямоугольник, десять на двадцать, тот самый призрачный планшет, который он наблюдал в капсуле.

«Автономный персональный интерфейс готов к работе. Мысленно, чётко сформулируйте задачу».

Клим ошарашенно уставился на красные буквы на полупрозрачном голубоватом виртуальном экране. Наконец, ступор прошел, и он принялся за формулирование задачи.

– Требуется взлом электронного устройства, – мысленно выдал он.

«В радиусе доступного взлома находится восемь устройств, уточните цель», – гласило новое сообщение.

– Устройство, находящееся в моих руках.

«Установка принята. Не разрывайте контакта с устройством, производится снятие блокировки, расчетное время – тридцать секунд».

Клим почувствовал легкое покалывание в пальцах, которое быстро прошло. Экран в этот момент зарябил, словно смазавшись. Пара секунд, и вот картинка вернулась в прежнее состояние, подключение каким-то неведомым ему способом состоялось, и теперь на дисплее с безумной скоростью менялись одна за другой черточки ключа. Вот одна мигнула, став зеленой, затем вторая и третья. Надо сказать, что планшет академика имел двадцати символьный ключевой рисунок, причем достаточно сложный.

«Доступ к устройству получен, желаете изменить ключ?» – появилась новая надпись на полупрозрачном экране.

– Желаю, – понимая, что ему не повторить профессорский рисунок, быстро среагировал Клим.

Виртуальный планшет мгновенно очистился от текста, и на нем появилась надпись: «Введите ключ», а затем появились точки, как на экране девайса. Клим не стал заморачиваться и ввел букву Z. И тут же на гаджете академика исчез старый ключ.

«Пароль изменен, можете воспользоваться устройством. Для того, чтобы воспользоваться личным интерфейсом, в следующий раз необходимо мысленно вызвать меню». После чего полупрозрачный экран пропал.

– Ну и как, нахер, я это сделал? – озадаченно произнес вслух лейтенант. – И что я еще могу, если я вот так, играючи, взломал защищенный армейский девайс?

Код подошел, мигнула пятиконечная белая звезда, и открылся рабочий стол. Конечно, до дорогих западных аналогов планшет не дотягивал, был он толстым и тяжелым, в противоударном корпусе, полное отсутствие элегантности, но Клим мог зуб дернуть, что его можно топить, ронять, и очень тяжело взломать обычными средствами.

Интерфейс недалеко ушел от старого виндовоза, и по стилю напоминал семерку. Несколько ярлыков, кнопка пуска в левом нижнем углу. Вместо обоины фотография Демина с семьей, высокая женщина в годах со строгим, стервозным лицом, и пара крепких парней лет двадцати, но вид у них был никак не научный, не похожи они были на ботаников.

Клим посмотрел на ярлыки, первый оказался папкой с названием «Отчеты», второй – программкой с подпись «С2.0», именно он и заинтересовал лейтенанта больше всего.

Ткнув пальцем в иконку, Клим матюгнулся, на экране возникло поле, требующее ввести пароль.

– Меню, – мысленно произнес он.

Мгновение, и вот снова появилось полупрозрачный интерфейс.

«Задача».

– Взлом пароля в открытой программе, – уже вполне освоившись, затребовал Николаев.

«Выполняю, не выпускайте из рук устройство».

На этот раз непонятный интерфейс возился гораздо дольше, цифры, буквы и знаки менялись один за другим, вот появился первый, примерно через минуту второй. На расшифровку пароля из десяти символов ушло шесть минут.

«Доступ разрешён, новый пароль 0000».

– Годится, хрен забудешь, – хмыкнул Таран. – Все равно кроме меня эти секреты пока что больше никому не нужны.

После ввода нового пароля перед Климом открылось меню программы:

Исследования.

Результаты испытаний.

Проект «Солдат 2.0».

Подопытные.

Персонал.

Снабжение.

Объект Аврора.

Клим внимательно пробежался глазами по разделам, похоже, его ждал не один час увлекательного, и не очень, чтения. Прихватив с собой планшет и зарядку, он направился к лифту, лучше всего постигать истину там, где есть кофе и разные вкусные вещи.

Глава третья

Клим отложил планшет и посмотрел на засыпанный сигаретным пеплом стол. Если бы не хорошая вытяжка, то кафетерий просто утонул бы в дыму, блюдце, которое он использовал, как пепельницу, напоминало спину ежа, такая гора окурков в нем скопилась. Другую часть стола занимали грязные кофейные чашки и, как ни странно, банка с маринованными огурцами уже пустая, только на дне, среди веток укропа, плавал одинокий корнишон. Часы над забрызганными кровью дверьми, которые исправно отсчитывали время, сообщили, что лейтенант 246 мотострелкового полка Клим Николаев вот уже половину суток читает без передышки информацию по проекту «Солдат 2.0». Таран уже разобрался, чего хотел добиться академик Демин, что случилось с остальными подопытными, а еще он узнал много нового о себе, о том, что с ним сделали. Идеальный солдат, непревзойденный разведчик, все, о чем он читал в различных фантастических книжках про будущее, самые смелые идеи фантастов, вдруг обрушилось на него. Хочешь изменить облик? Не проблема. Хочешь взломать компьютер? Пожалуйста. Пробить кулаком кирпичную стену? Не вопрос. Наниты, живущие теперь внутри него, лечили и заботились о теле, давая мгновенную регенерацию, скорость, силу. Только у всего была своя цена – миллиарды микро роботов в нем гибли после выполнения задачи. Они могли все, кроме одного – воспроизводить сами себя. Прочитав сорок страниц объяснений, состоящих из научных терминов, Клим понял лишь одно, совершив определенное действие, они гибнут, другие работоспособные поглощают их, но с каждым разом их становится все меньше, эффективность падает, и если не обновить этих полезных крошек, следует мгновенная смерть. В виртуальном интерфейсе, который работает за счет импланта, внедренного в его голову и подключенного напрямую к мозгу, обнаружилась шкала нанитов, сейчас она почти полна – девяносто три процента, но что будет, когда она доберется до нуля? Из планшета академика Николаев выяснил, что в день катастрофы на складе бункера оставались всего три инъекции нанитов. Вроде и не мало, если не учитывать, что у Клима повышенная наноемкость, и если обычному подопытному достаточно одной инъекции, то ему требовалось четыре. Демин ждал поступления новой дорогостоящей партии через три дня, но понятно, что секретный груз уже никогда не придет. Что делать, когда полоска уйдет в ноль, Таран не знал, но паниковать не спешил, у него будет время разобраться с этим. Он выяснил, что провел в коме два года, ну почти два, девятнадцать месяцев и одиннадцать дней, если совсем уж точно, на дворе конец апреля 2022. Почему наниты не активировались раньше и не поставили его на ноги? Неясно. Предположительно, капсула, которая его лечила, подавляла их, заботясь о своем пациенте самостоятельно.

Информация обрушилась на Тарана сплошным потоком, теперь он знал, что находится в секретном бункере «объект Аврора», а тот, в свою очередь, глубоко под ЗАТО «Рубежным». Население – пятьдесят шесть тысяч, место расположения – Владимирская область, вернее граница Владимирской и Московской. Бункер находится под научно-исследовательским центром в самом центре городка, Рубежный, стережёт специальный батальон охраны периметра, ракетный дивизион противовоздушной обороны, управление ФСБ, отдел полиции. Два оборонных завода, выпускающих секретные хрени для секретных хреней, одна река, которая и крутит турбину, которая и дает свет в бункер. Выяснилось, и почему сбежавший материал не пользовался оружием, большинство подопытных погибло при первой стадии эксперимента – введение нанитов, в живых на момент восстания осталось сорок три особи. И Клим оказался прав в своем предположении, выжившие, получив свой заряд, быстро тупели, это как-то связано с какими-то характеристиками организма, то ли гены, то ли еще что-то. Таран, прочитав это, сначала испугался, но потом успокоился, его деградация не касалась, он, и еще один объект, были признаны перспективными образцами, лейтенант Николаев и серийный маньяк Чистый. Вот с этим Таран так и не понял, его бокс размещался в соседней лаборатории, где «спал» Клим, но когда он обшаривал лабораторный комплекс, то не нашел никаких других боксов, хотя была дверка, которую он так и не открыл, ни одна карта не сработала. Так что, на этот вопрос еще предстояло найти ответ. Изучив личное дело Чистого, Клим понял, кто так потрудился над девушкой и академиком. Давид Андреевич Зайцев, девяностого года рождения, был абсолютно больным ублюдком, только доказанных эпизодов двадцать шесть, но следователи считали, что их в два раза больше, поскольку часть преступлений Зайцев совершил в сопредельных государствах. Три года он держал в страхе Ивановскую и несколько соседних областей, и попался случайно при попытке скрыть тело, кто-то заснял его на телефон. Но важно не это, важно то, что есть еще один человек. Хотя после всех изменений, человеком как-то неправильно именоваться, да еще и падаль эту человеком называть, это разом оскорбить весь род людской. Кому вообще в голову взбрела идея, делать из этого ублюдка суперзлодея, если выражаться языком комиксов? Так вот, одно Клим знал точно, тварь пережила бунт и она на свободе, хотя по логике должна была уже давно загнуться без нанитов, проблему-то никто не отменял. Но в бункере его точно нет, а значит, либо он шляется по городу, либо его убили, когда он вылез. Но то, что здесь не было никого уже два года, факт. И вообще нужно заняться серверной, как выяснилось, там еще и пост слежения, на который заведена вся охранная система объекта – и внешняя, и внутренняя. Всего на объекте было двадцать четыре охранника. Клим нашел не всех, остальные, похоже, погибли вне обследованных им территорий. Скорее всего, оставшиеся лежат где-то в гараже.

Клим еще раз посмотрел на часы, вот уже сутки он на ногах, и все это время он чем-то занимался. Не сказать, что он чувствовал себя уставшим, но отдых не повредит, вроде два года спал или не спал, но все равно зевал Николаев все чаще. Затушив сигарету, он направился к ближайшей чистой комнате. Сорвав покрывало с кровати, он уставился на почти чистое постельное белье. Клим стянул разгрузку и повесил ее на стул, пистолет сунул под подушку, «Зубр» устроился на стуле. Дверь Клим на всякий случай подпер вторым стулом, банальная паранойя, а вдруг зеки в полночь как встанут да как пойдут стонать: «Мозгии!!!» Но это так, мысленно посмеяться, хоть и не верилось, что именно сейчас кто-то явится в бункер, но все равно, как сказали в одном фильме: «Бережённого – бог бережёт, а не бережённого – конвой стережёт».

Как ни странно, Николаев вырубился мгновенно, и продрых десять часов без всяких сновидений. Первым делом он проверил шкалу нанитов, она осталась на прежнем уровне, и это внушало определенную уверенность, и если не тратить их направо и налево, то хватит надолго. Теперь важно было сделать четыре вещи: первая – выяснить, есть ли на складе те дозы, упомянутые академиком. Если нет, тогда действительно все плохо, и жить ему два понедельника. Второе – разобраться с системой безопасности бункера, это его дом. Третий пункт гласил, что необходимо прояснить обстановку наверху. Ну и четвертый и не менее важный – найти адрес места, где делали нанитов. Сейчас жизнь Клима зависела от того, найдет он источник или нет.

Утро Клим начал с кофе и тушёнки с макаронами. Хотя, что значит утро? На дворе глубокая ночь, часы показывали два. После изучения данных академика, он пришел к выводу, что можно жрать, что угодно, и заворот кишок ему, в принципе, не грозит, по большому счету, ему теперь вообще мало что могло грозить, наниты надежно защищали организм симбионта.

Первым разочарованием было отсутствие на складе нанитов. Что ж, этого стоило ожидать, Чистый пытал профессора не просто так, ему, в отличие от Клима, не было нужды копаться в планшете, у него имелся живой источник, который при определенной стимуляции выдал весь расклад и объяснил прокаченному маньяку, что, и как. Теперь понятно, почему у Демина не было колюч-карты, ее забрал Чистый. Почему маньяк не сделал бункер своей базой, было непонятно, одно ясно, он провел тут несколько дней.

 

Закончив с печальной инвентаризацией, Клим приступил к выполнению второго пункта плана – хакерству системы наблюдения и контроля. Тут обошлось без сюрпризов, взлом системника с помощью нанитов занял тридцать секунд, но стоил Тарану еще одного процента на шкале. Найдя дату побега, Клим принялся отсматривать сохраненный материал. После гибели бункера система, не получившая команд на дальнейшее функционирование, перешла в пассивный режим и вела ежедневную запись только с пяти камер, одна из которых располагалась в подземном гараже, в котором находился и лифт для спуска в шахту. Там было пусто, только несколько трупов, на которых даже одежды не уцелело, так, разбросанные кости, никакой техники, ничего. Повертев камеру, которая давала довольно четкую картинку, Николаев смог полюбоваться на распахнутые ворота, потрескавшийся бетон, из которого росла молодая травка. Больше там ничего интересного не было.

– Весна, однако, – пробормотал Клим и нашел запись двухгодичной давности, день, когда все началось.

Что ж, все оказалось до примитивного просто. Чистый пришел в себя, когда у него в боксе был один из сотрудников – молодая женщина в белом защитном комбезе. Снаружи стоял охранник, который должен был выпустить ученого. Маньяк, надо сказать, сориентировался гораздо быстрее Клима, в отличие от лейтенанта, он не стал непонятливо таращить глаза, а сразу воспользовался своими преимуществами. Он пробил женщине грудь, сокрушив кости, скорее всего, она умерла мгновенно. Тут уже сплоховал охранник, этот придурок даже тревогу не поднял, он сдуру вошел в бокс, нарушив все немыслимые правила. Но, заглянув в планшет академика и порывшись в делах персонала, Клим быстро понял, почему это произошло, в боксе умирала его подруга, и он не мог ждать. Вторую ошибку он совершил, когда решил захватить объект живым, он использовал шокер, сильный, наверное, этот разряд смог бы свалить кого угодно, только не заряженного нанитами озверевшего подопытного. Смерть охранника была быстрой, Чистый в два шага сократил дистанцию, и в прямом смысле оторвал бойцу голову. Вот тут Клим впервые увидел чудеса нанотехнологии, минута, и лицо маньяка стало точной копией фейса охранника. Стянув с того форму, Чистый оделся, заныкал тела за капсулу, где их камера не могла разглядеть, и спокойно вышел в распахнутую дверь. Все ясно, объект погиб из-за человеческого фактора. Маньячила без проблем прошел через пустую лабораторию, похоже, она на настоящий момент не использовалась, и вышел в коридор. Никого не трогая, он добрался до лифта, и вот уже через минуту вышел на административном этаже. Клим закурил новую сигарету, откуда-то этот страшный человек знал где что расположено, он провел карточкой погибшего охранника по панели доступа, и дверь КПП распахнулась перед ним, непринужденно махнув рукой охраннику за стеклом он направился к комнате, в которой сейчас находился Клим. Дальше все оказалось банально и прозаично – постучался, помахал рукой в камеру, оператор открыл дверь, хотя, скорее всего, по уставу не должен был делать ничего подобного. Ну, это маленькое нарушение можно понять, кого боятся в безопасном бункере, особенно, если приятель в дверь стучит? На этом его активность и кончилась. Клим так не понял, откуда взялась железка, торчавшая теперь в шее ошеломленного оператора. Втолкнув умирающего внутрь, Чистый занял его место за пультом. Местной системе оказалось все равно, кто ей рулит…

– Что ж, отличное прохождение по стелсу, – заметил Николаев, которому в прошлом были не чужды различные шутеры.

Ну, а дальше начался кошмар, последствия которого Таран наблюдал последние сутки.

Суперзлодей, получивший доступ к системе безопасности, и не просто к системе, а приоритетной, способной блокировать все остальные пульты, пошел в разнос. Первым делом он открыл все камеры. Охранники, ломанувшиеся исправлять произошедшее, были смяты в течение нескольких минут. Последним погиб оператор, который выскочил на помощь своим с пистолетом и успел разрядить магазин. Лифты так же перешли под контроль Чистого. Похоже, каким-то образом маньячила сумел связаться с подопытными, и у зверья появился командир. Оно безоговорочно подчинялось Чистому, их действия стали гораздо осмысленней, стадо прекратило метаться по этажу и теперь трамбовалось в лифт. В бункере уже знали о прорыве, ревели баззеры тревоги, долбились в заблокированную дверь пункта управления бойцы во главе с прибежавшим из кабинета академика генералом, они теряли драгоценное время, которое еще можно было использовать для организации обороны.

А вот противник его не тратил. Платя трупами, зеки в считанные минуты прорвались на уровень научного комплекса, там же полегли отправленные для их прикрытия трое бойцов бодрянки. Они задержали десяток измененных всего на минуту, затем их смели, убивая разбегающихся в панике сотрудников лабораторий. Вторая группа атаковала жилой уровень, потеряв контроль над лифтами, охрана проиграла свой последний бой.

Самое ожесточенное сопротивление зэки встретили на административном этаже, пятеро последних бойцов держали открытую нараспашку дверь КПП, но их было слишком мало, а противник очень живуч. Измененные дорого заплатили за прорыв, но это уже ничего не значило, прямо посреди защищающихся охранников возник Чистый, десять секунд, и все кончено. Выжившие зэки, повинуясь команде предводителя, набились в лифт и рванули в город, сам же Чистый занялся академиком, он был единственным выжившим, он и девочка с модельной внешностью, которой удалось спрятаться под кроватью. Демин под пытками рассказал все, он орал, плакал, хрипел. Климу было противно смотреть, но ему нужна информация, и он ее получил. Нанитов делали на спец производстве в Новосибирске. Еще одним откровением было то, что можно выкачивать их из покойников с помощью специального шприца-сборщика, он видел такие на складе. Правда, для этого труп должен быть свежим. Это последнее, что он сказал, Чистый оторвал академику голову и пришпилив ее к стене. Забрав карточку, он пошел на склад, где забрал три последних иъектора с нанитами, а затем обошел все трупы погибших соратников, и с помощью специального шприца сумел собрать еще две порции. Там он нашел девочку… Клим перемотал больные извращения, тут не было полезной для него информации. Шесть часов она умирала, шесть часов непрекращающейся агонии… Вот ее тело дернулось и замерло. Чистый встал, ухмыльнулся в камеру и вышел. Он взял немного еды, переоделся в запасной костюм академика и покинул базу. Почему никто не пришел на помощь защитникам комплекса, было неясно, ведь Ломов отправил сигнал о побеге, как только открылись двери камер.

Клим нашел еще одну запись, которая требовала прояснения, гибель техника. Что ж, и тут не оказалось никакой тайны, немолодой мужчина, осматривающий протекшую трубу, при звуках тревоги вздрогнул и схватился за сердце, ударившись виском о вентиль.

К сожалению, камеры НИИ не были подключены к системе мониторинга бункера. Почему? Да, черт его знает. Хотя логично было бы, если бы объект представлял из себя единое целое. В серверной больше делать нечего.

Клим еще раз перемотал запись, и на этот раз внимательно послушал разговор Демина и генерала прямо за несколько минут до начала бунта. Все встало на свои места. Воспользовавшись планшетом, лейтенант заглянул в директорию последние действия и обнаружил документ за длинным номером, в которой говорилось про масштабную атаку биологическим оружием по всему миру, и приказ – зачистить контингент и перевести объект «Аврора» на осадное положение. Больше ничего ценного Климу найти не удалось, и он направился к посту охраны административного этажа. И снова взлом компьютера, и вот тут он нашел продолжение данных с поверхности, какое-то время они еще поступали, проясняя ситуацию, вот только отвечать на них было некому, бункер к этому моменту был мертв. Сначала шли запросы с требованием прояснить ситуацию на объекте, но не получив ответа, сообщили, что к ним выдвинулась спецгруппа из местного управления ФСБ, вот только никто сюда не доехал. Следующее сообщение пришло по спец линии час спустя, к этому моменту в бункере в живых оставалось три человека – хрипящий академик, Чистый и девушка, прячущаяся под кроватью. И естественно, что новыми данными уже никто не интересовался. Да, этот день был самым невезучим в истории объекта «Аврора». В этот день все сложилось против Демина и тех, кто с ними работал. Массированная биологическая атака, произведенная неизвестным противником, по крупнейшим городам мира и крупным областным и стратегическим центрам. Никто ничего не понял, люди летели с катушек, убивая всех вокруг себя. Не было различий между бомжами, офисным планктоном, силовиками и чиновниками, просто разом все начали убивать тех, кто еще сохранял разум. При этом те, кто подвергся заражению, по каким-то одним им видимым признакам объединялись в группы, не трогая друг друга. Приказ генералу Ломову был один – держитесь и ждите помощи, как только будет нормализована обстановка, на объект выдвинут дополнительные силы. Приказ запоздал, некому было держаться.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19 
Рейтинг@Mail.ru