Моя драгоценность

Кира Стрельникова
Моя драгоценность

Пролог

Уютную небольшую детскую освещал только ночник, большой кристалл изумруда со светящимся внутри шариком и искусно вырезанными контурами зверей. Кристалл медленно крутился, и по стенам так же медленно двигались тени, настраивая на умиротворённый и сонный лад маленьких обитателей детской. Девочка лет четырёх со светлыми льняными локонами и мальчик помладше, с тёмными кудряшками, смотрели на мать одинаковыми внимательными глазёнками необычного цвета – вокруг зрачка радужка переливалась всеми цветами, от тёмно-синего до серебристо-белого. В остальном, дети выглядели как обычные дети их возраста.

– Мам, а сказка будет? – звонким голоском спросила девочка, нетерпеливо ёрзая в кроватке и сжимая в руках большую игрушку – пушистого дракончика василькового цвета.

– Пло лыцарей! – восторженно отозвался мальчик, блеснув глазами.

– Нет, про принцесс! – девочка капризно поджала губки и вздёрнула подбородок.

– Ску-у-у-учно, – скривился мальчик и потянулся к дракону сестры.

– И ничего не скучно! – девочка на всякий случай подвинулась подальше – братик, несмотря на то, что младше, уже довольно уверенно управлялся с магией, и кто знает, что мог придумать в стремлении добраться до дракона.

Хотя у самого вон полный шкаф игрушек, в том числе и таких дракончиков. Пухленькая, миниатюрная молодая женщина с роскошной копной светлых волос мягко рассмеялась, с любовью глядя на детей.

– Не ссорьтесь, милые, – приятным, грудным голосом сказала она, наклонившись и придержав сына. – Будет вам и про принцесс, и про рыцарей, – на полных губах появилась мечтательная улыбка, взгляд женщины заволокла дымка воспоминаний. – Про любовь, конечно же, – тут девочка радостно подпрыгнула на кровати, – и про приключения, – а при этих словах заулыбался мальчик. – Я расскажу вам четыре истории, и первая будет искристая, как снег, прохладная, как горный ручей, и сияющая, как алмаз…

Речь молодой матери лилась плавно и неторопливо, а мысли витали далеко-далеко, в тех временах, когда она была другой, и те, с кем училась все годы в Академии, тоже ещё не подозревали, что им уготовила коварная судьба. Они были молоды, и у каждой имелась мечта, которую обязательно хотелось осуществить…

История первая. Алмазная радуга

Глава 1

Около восьми лет назад, столица Димарии Таниор, резиденция главы клана Алмаз.

Досточтимый герцог Эланд де Ливера был крайне расстроен и недоволен поведением шестнадцатилетней дочери Норрэны. Любимая супруга оставила его, давая жизнь Нори, его светлости пришлось воспитывать её одному, что являлось трудной задачей. Конечно, он любил дочь, как же иначе, хотя у него и младший сын имелся, от второй супруги. Но почему Норрэна не хочет понять, что он действует только во благо ей? Всего неделя, как прошёл торжественный выпуск из Академии Её Величества, в парадном зале дворца, и Эланд не думал, что уже возникнут сложности, он надеялся, учёба сгладит характер Норрэны. Лорд Алмаз ошибался…

– Папа, я не пойду замуж за маркиза, он мне не нравится! – от избытка эмоций обычно сдержанная молодая герцогиня топнула ногой и сжала руки в кулаки. – Я вообще замуж не хочу, мне всего шестнадцать, я неделю назад Академию закончила! Мне не нужен сейчас муж и дети, я магии учиться хочу дальше, папа!

Тонкие смоляные брови девушки сошлись на переносице, серебристые, с вертикальным зрачком, глаза грозно сверкнули. Эланд беззвучно ахнул, слушая дочь. О, нет, только не это, неужели ей не привили нужный образ мысли в Академии? Чему там тогда вообще учили?

– Ты где успела нахвататься таких мыслей, дочь?! – он тоже не выдержал и повысил голос, нахмурившись. – В Академии?! И куда дальше-то, в Школу Рэкко не пущу! – заявил герцог де Ливера, скрестив руки на груди. – Нечего тебе там делать…

– Да хоть бы и в Академии! – с досадой перебила его Норрэна. – Оставь эту мысль, папа, к алтарю тебе придётся тащить меня связанной и с кляпом во рту! – категорично ответила девушка, вздёрнув подбородок. – А в Школу я и так пойду, и тебя не буду спрашивать! – запальчиво добавила она и поняла, что, кажется, перегнула палку.

Но отступать от задуманного Норрэна не собиралась. Герцог фыркнул и стукнул кулаком по столу так, что подпрыгнул письменный прибор из целой друзы горного хрусталя. Нори и бровью не повела, никак не отреагировав на батюшкин гнев.

– Вы подчинитесь, миледи, и точка! – побагровев, почти прорычал глава клана, его глаза полыхнули серебристым пламенем. – Я не намерен больше слушать ваши возмутительные речи! Извольте вернуться в свои покои, с этого дня вы под домашним арестом! – Нори вздрогнула, зрачки расширились, а на лице отразилось недоумение пополам с недоверием. – И ни слова больше! Я ваш отец и я лучше знаю, что для вас хорошо!

Юная герцогиня задохнулась от возмущения, несколько раз открыла и закрыла рот, а потом, издав невнятный возглас, резко развернулась, так, что ворох шёлковых юбок закрутился вокруг ног маленьким водоворотом, и вылетела из кабинета. Эланд вскочил, почти бегом выбежал из-за стола и рявкнул вслед дочери:

– Норрэна, стой!!

Строптивица и не подумала подчиниться. Подхватив юбки, она вихрем пронеслась по коридору, свернула в крыло, где располагались её покои, и захлопнула дверь перед самым носом отца. Тот снова фыркнул, приложил ладонь к замку, и внутри что-то щёлкнуло.

– Вот так, – удовлетворённо кивнул герцог Алмаз и скупо усмехнулся. – Потом спасибо мне скажешь, – он вздохнул, покачал головой, услышав с той стороны ещё один возмущённый вопль дочери – она почувствовала магию, с которой не сможет справиться, – и развернулся.

Предстояло продумать детали брачного контракта, как-никак, его Норрэна – богатая наследница. А девочка посидит до завтра, подумает, успокоится и примет решение отца. Не нравится ей маркиз – зато ему Нори очень даже понравилась, и его дракону тоже – встреча на выпускном балу произвела на молодого человека впечатление. Семья у него хорошая, род Бериллов уважаемый и древний, Алмазы с ними в тесном родстве, поскольку браки между семьями заключались часто. У Нори будет время получше познакомиться с женихом и принять его, и её драконице тоже, пока они ещё обе совсем молодые и свобода не ударила им в голову. Если протянуть с браком, к двадцати пяти годам обычно девушку под венец уже не загнать, если она и её зверь против. После нескольких печальных случаев, когда после церемонии молодая жена, обернувшись, избавлялась от неугодного мужа, король официально издал указ, что до двадцати лет судьбой дочерей распоряжается семья, с двадцати до двадцати пяти решение о замужестве принимается совместно с девушкой, учитывается её желание. А вот после двадцати пяти, если семья ухитрилась не подсуетиться о судьбе дочери, молодая леди вольна поступать так, как считала нужным. Да уж, так Природой заложено, драконицы больше держатся за свою свободу, чем драконы…

Герцог Алмаз вздохнул и покачал головой, вспомнив недавний разговор с дочерью. В шестнадцать лет заявлять, что не хочет замуж? Вот что значит, расти без матери. Вторая супруга, конечно, занималась только любимым сыном. Кстати, завтра же должен вернуться на выходные из Академии Гилерт. И девушки, и юноши при поступлении переселялись на территорию учебного заведения и жили в общежитиях, это обязательное условие. Таким образом молодёжь приучали к самостоятельности. Эланд заложил руки за спину и неторопливо отправился к себе, насвистывая под нос. Мысли снова вернулись к дочери. Надо бы ещё поставить охрану у дверей, на всякий случай. Его магию, конечно, Нори не одолеет, даже если привлечёт на помощь своего зверя, – всё же, по уровню он выше, – но лучше не оставлять места случайностям. Что же до окон, покои дочери на втором этаже, до земли несколько метров, балкона в её комнатах нет, а в небольшом саду дежурит личная охрана герцога. Да и вряд ли Нори умеет лазать по стенам, она же девушка. Окончательно успокоившись, его светлость вернулся в кабинет, к делам.

…Норрэна распахнула двери гардеробной, яростно сопя, эмоции клокотали, требуя выхода. Обида на отца жгла изнутри кислотой. Её, одну из лучших учениц Женской Академии Её Величества для благородных девиц, замуж?! Сделать из неё в шестнадцать лет степенную даму, да ещё и мать?! Драконица, Радужная, заворочалась внутри, беспокойно заворчав – ей тоже не нравились планы отца. Нори фыркнула и закатила глаза, небрежным жестом отодвинув ворох разноцветных платьев. Ну уж нет. Тем более, без её согласия, за какого-то невнятного молодого человека – девушка смутно помнила предполагаемого жениха, по выпускному балу, и ей ещё тогда не понравился восторженный блеск его глаз. Ни на Норрэну, ни на её зверя парень не произвёл совершенно никакого впечатления, и пусть отец сколько угодно говорит, что ему виднее! «Спокойно, Рада, мы это терпеть не будем!» – обратилась она к драконице и получила в ответ волну согласия.

– Ничего не виднее, – пробормотала юная герцогиня, расшвыряв в стороны тонкие батистовые нижние рубашки и бельё. – И вообще, я в Школу Рэкко всегда хотела! И его позволение мне не нужно!

Она замерла на мгновение, мечтательно прикрыв глаза. Закрытая школа для девочек, где можно продолжить обучение и после Академии – туда принимали как раз с шестнадцати лет, учёба длилась три года. Там не то, что в Академии: этикет, танцы, умение вести дом, светскую беседу, одеваться, флиртовать, и так далее – чисто женские занятия. В Школе Рэкко серьёзно изучали магию, а Нори была помешана на ней. Она перечитала все доступные книги в отцовской библиотеке, изучила все доступные материалы про эту Школу – прискорбно мало, к досаде герцогини, – и задумала после выпуска уговорить отца отдать её туда. Норрэна была уверена, что сдаст вступительные экзамены, ведь она – дочь главы клана Алмаз, и способности у неё приличные. Молодая леди тряхнула головой и вернулась в реальность. Из вороха одежды она выдернула узкие чёрные штаны, чёрную же шёлковую рубашку со шнуровкой и к ним удлинённую куртку, прикрывавшую упругую попку девушки. Нори знала, что красива, поклонники ей надоели ещё при учёбе в Академии. В Школе лишнего внимания к ней не будет, там парней вообще нет, и само заведение находится на острове недалеко от порта. Железное правило для учениц: переступив порог и успешно сдав вступительные экзамены, они поступали в полное распоряжение настоятельницы Школы. На все три года. Настоятельница принимала решения, куда идти, с кем встречаться воспитанницам, даже с родителями. И это Нори несказанно нравилось.

 

Девушка мстительно улыбнулась, потянулась к узлу шнуровки на спине и дёрнула ленты. Повела плечами, выпутываясь из домашнего наряда, небрежно откинула ногой ворох льдисто-голубого шёлка. Это ей ещё долго не понадобится, если Нори повезёт. Юная леди Алмаз хмыкнула, независимо вскинула подбородок. Повезёт? О нет, она обязана поступить в школу Рэкко! Доказать папочке, что сама знает, что ей лучше!

– Он ещё пожалеет, что сам не отвёл меня туда, а решил замуж выдать! – пробормотала юная герцогиня, схватив штаны.

Норрэна натянула их на чулки, надела рубашку, куртку, и туго заплела волосы, заколов шпильками. Теперь предстояло добраться до гавани, где находилась площадка для оборота – из-за величины зверей во всех городах действовал запрет на перекидывание, кроме специально отведённых мест. До острова лететь всего несколько минут, и хитрая система защиты вокруг настроена так, что пропускала только дракониц, остальных – исключительно с разрешения настоятельницы. Ну или приходилось нанимать небольшое судёнышко и плыть по воде желающим попасть на остров. Нори подошла к туалетному столику, открыла шкатулку с артефактами, задумчиво оглядела лежавшие в своих ячейках украшения. Что может понадобиться? Пожалуй, вот эта изящная цепочка на голову, с крупным грушевидным бриллиантом – против ментального воздействия, зачаровывал сам отец. Кольцо с россыпью тех же камней – усиливает эффект от иллюзий, заставляет окружающих воспринимать их, как настоящие, тоже полезная вещица. Пожалуй, всё. Пора идти. Всем необходимым Нори обеспечат в Школе, в течение всех трёх лет учёбы воспитанницы Школы Рэкко получали денежное довольствие. В одной из энциклопедий в Королевской Библиотеке упоминалось, все расходы по содержанию учениц настоятельница берёт на себя.

Нори глянула на отражение в зеркало, заправила выбившийся локон за ухо и подошла к окну.

– Если папочка думает, второй этаж помешает мне сбежать, он глубоко ошибается, – насмешливо произнесла Нори и распахнула створки.

Вспомнилось, как в Академии они с девчонками освоили трудную задачу лазанья по деревьям, когда выяснилось, что высокий забор граничит с городским парком. После всех занятий скучно было сидеть в своих комнатах и зубрить конспекты, и барышни повадились устраивать вечерние прогулки по дорожкам парка. Хотя, судя по отполированным веткам дерева, они далеко не первые и не последние, кто это делал. Поскольку их ни разу не поймали, такое положение вещей наводило на мысли, что наставницы знали о лазейке, но поскольку парк – место безопасное, смотрели сквозь пальцы на подобные отлучки.

Норрэна, прищурившись, оглядела тёмный сад – она знала, где-то там прогуливается патруль. Девушка хмыкнула, небрежно повела плечиком и ловко запрыгнула на подоконник, привычно воспользовавшись силой Рады и окружив себя невидимым рассеивающим барьером. Это поможет отвести глаза случайным свидетелям её побега. Высунувшись, Нори внимательно оглядела завитушки лепнины, украшавшей фасад, аккуратно ступила на узкий карниз под окном и с помощью воздушной петли прикрыла за собой окно. Нечего облегчать отцу задачу по выяснению, как же дочь ухитрилась покинуть фамильный особняк. Нори легко слезла на землю, ловко цепляясь за выступы лепнины и поддерживая себя невидимыми воздушными верёвками. Проходя мимо стражи, она не удержалась, показала язык невозмутимым охранникам и вприпрыжку направилась к ограде. Настроение стремительно росло, то, как просто удалось провести отца, грело душу, и Норрэна надеялась, родитель не успеет поймать её. Только бы до гавани добраться и улететь! А там будет уже поздно, она станет ученицей Школы Рэкко. Широко улыбнувшись, Нори легко перемахнула забор и быстрым шагом направилась по улице по направлению к порту.

Далеко уйти не успела: едва свернув на следующем перекрёстке, девушка по родовой связи с отцом почувствовала, что он очень, очень раздражён и расстояние между ними потихоньку сокращается.

– Ой, – тихонько выдохнула Нори, сердце учащённо забилось, и по телу прокатилась волна дрожи.

Да, превратиться папа не сможет до самой площадки, но он может воспользоваться лошадью, а она пешком. Девушка сжала губы, мотнула головой и припустила бегом, ловко обходя прохожих. Не оглядываясь, она неслась по улицам, постоянно напряжённо прислушиваясь к внутренним ощущениям – где отец? Стук копыт и колёс экипажей сбивал с толку, а посмотреть, догоняет он или нет, не было возможности. Нори сворачивала на соседние улицы и переулки, руководствуясь внутренним чутьём Рады – зверь прекрасно ориентировался в расстояниях и подсказывал, куда бежать. Вторая сущность не меньше Норрэны не желала подчиняться герцогу де Ливера и дать засадить себя в золотую клетку. Гавань приближалась, но и отец тоже. Нори, представив себе герцога, носящегося на лошади по улице, с риском сбить пешеходов и врезаться в экипаж, едва не расхохоталась и пропустила поворот. «Напр-р-р-раво, Нор-р-р-ри!» – рыкнула Радужная, и девушка словила волну раздражения ещё и от зверя.

– Да, конечно, извини, – пробормотала она, а губы сами разъехались в ехидной усмешке.

Норрэна послушно повернула и успела заметить, как на перекрёстке неподалёку мелькнула знакомая фигура. «Прямо три дома, потом налево, прямо и ты в гавани», – снова мысль от Рады, и в ней слышалось предвкушение и радость. Ей тоже не терпелось расправить крылья, в обычной жизни выпускать драконицу получалось не так часто. «Заметил», – через несколько минут отозвалась Радужная, и Норрэна к своему беспокойству услышала буквально на соседней улице громкий голос отца:

– Нори, непослушная девчонка, не позорь меня!..

– Ой, можно подумать, – чуть задыхаясь, выпалила девушка, ускорившись, хотя лёгкие уже горели от долгого бега. – Меня… никто не… видит!..

Точнее, не узнаёт. А папа зря во всеуслышание заявляет, за кем бегает по улицам Таниора. Наверное, сильно злится, раз настолько потерял самообладание. Нори поднажала, чувствуя, как тяжело бьётся сердце, и выскочила прямо на шумную площадь перед пристанью, от которой вправо и влево тянулась набережная.

Площадка для превращений находилась в левом конце, и Норрэна поспешила туда. Отец на лошади вряд ли сумеет быстро двигаться сквозь пёструю толпу, что ей только на руку. Солнце уже почти село, заливая гладь залива последними лучами, чуть в стороне виднелась тёмная громада острова, где находилась Школа Рэкко – конечная цель Нори. Вожделенное место добавило ей сил, и девушка радостно улыбнулась, ловко пробираясь к площадке. Хорошо, там очереди не наблюдалось, как раз только сел большой, мощный зверь льдисто-белого цвета, с острым гребнем вдоль хребта. На костяных пластинах поблёскивали крупные алмазы и кое-где виднелись вставки из пластин перламутра. Нори невольно засмотрелась, и едва не пропустила появление в гавани отца. Оно сопровождалось возмущёнными криками и руганью, перекрывавшей обычный шум порта. Юная герцогиня оглянулась, их взгляды встретились. На мгновение девушка почувствовала укол сожаления, но всего на мгновение. Она молча покачала головой и отвернулась, как раз вовремя, чтобы увидеть, что площадка освободилась.

Прилетевший дракон встряхнулся, выпустил струю пара из ноздрей, его на мгновение заволокла дымка, и вот на площадке уже стоит высокий, статный мужчина средних лет с острыми чертами лица. При превращении магия драконов позволяла одежде оставаться на теле человека, поэтому конфузов не случалось. Мужчина сошёл с площадки и Нори быстро поднялась на его место. Рада нетерпеливо заворочалась – давненько она не разминала крыльев! «Надеюсь, в Школе получится летать чаще», – со вздохом подумала Норрэна и отпустила невидимые путы, сдерживавшие вторую ипостась.

Через мгновение на площадке переминалась с лапы на лапу изящная, гибкая драконица чистого серебряного цвета. По крыльям радужной россыпью сверкали алмазы, они же украшали чешую – и больше никаких вкраплений других камней, хотя её мать и была из Рубинов. Радужная фыркнула, коротко разбежалась и подпрыгнула, поймала поток, сильные крылья понесли её к видневшемуся вдали острову. Её мечте. Её надежде на другое будущее, чем скучные приёмы в компании такого же скучного мужа и дети, желания иметь которых Нори пока не испытывала. Может, потом, когда станет взрослее… Но не сейчас, ведь жизнь только начинается! А она у аристократов-драконов длинная.

…Герцог Эланд стоял на набережной, вцепившись одной рукой в гранит, другой сжимал поводья лошади. Его взгляд не отрывался от серебристого зверя, удалявшегося в сторону острова. На лице главы Алмазов смешались разочарование и грусть. В Школе Рэкко он Норрэну не достанет, при всём желании. Как только дочь сдаст экзамены – а она сдаст, – и официально будет зачислена в Школу, родовая связь прервётся, Эланд потеряет все права на Нори. И караулить, когда она снова появится в Таниоре, бесполезно: прикоснись он к ней хотя бы пальцем без дозволения наставницы, и на стол королю ляжет официальная жалоба.

– Нори, Нори, упрямая девчонка, – прошептал герцог и покачал головой. – Что ж ты натворила, девочка моя…

Лорду де Ливера ничего не оставалось, как вернуться домой и дожидаться, пока Норрэна отойдёт настолько, что сама захочет встретиться с отцом. Это может случиться очень нескоро, может даже не раньше, чем через три года.

– Сын, я не одобряю твоего выбора, – граф де Сано, лорд Халцедон, нахмурился, глядя на старшего сына, с безмятежной, небрежной улыбкой смотревшего в окно. – Ты наследник, у тебя есть обязательства.

– Пап, хочешь сказать, что собираешься в скором времени покинуть этот бренный мир и оставить меня с братом сиротой? – усмехнулся Ормар де Сано и выгнул густую, чёрную бровь. – Огорчительно, весьма.

– Не ёрничай! – повысил голос глава Халцедонов. – Я серьёзно говорю. Ормар, Охотник – не самый лучший выбор для наследника рода, это опасно.

– Зато интересно, – невозмутимо отозвался молодой человек. – Пап, извини, но мне откровенно скучно здесь, – Ори скривился. – И я не горю желанием вступать в права наследования и становиться твоей правой рукой, – дымчатые, серо-голубые глаза Ормара прищурились, зрачок в них стал вертикальным. – По крайней мере, в ближайшее время точно.

Граф досадливо крякнул, побарабанил пальцами по столу.

– Вот чувствовал, не стоит тебя в столицу отпускать, – пробормотал он, помолчал немного, потом решительно продолжил. – Хорошо, тогда так. Даю тебе десять лет на то, чтобы нагулялся. Потом – или возвращаешься и принимаешь обязанности наследника, или подписываешь отречение в пользу брата, – старший Халцедон взглянул на сына. – Так тебя устроит?

– Более чем, – Ормар согласно наклонил голову. – Я могу и сейчас…

– Десять лет, Ори, – перебил его отец. – Приходи, поговорим через десять лет. Удачи тебе, подавай весточку время от времени, – граф длинно вздохнул, окинул наследника взглядом. – Надеюсь, нагуляешься за это время.

Ормар де Сано пожал плечами, поднялся и кивнув родителю, вышел из кабинета. Он давно всё обдумал, ещё во время учёбы в Академии в Таниоре. И жаждал вернуться в столицу Димарии, не желая сидеть в небольшом, уютном Брондисе, центре провинции, где проживал род Халцедонов. Может, когда-нибудь, в отдалённом будущем… Пока же Ормара больше привлекала карьера Охотника – и он готов сделать всё, чтобы стать одним из лучших исполнителей деликатных дел в Таниоре. Благо, задатки у него очень неплохие, и в поисковой магии в том числе. Охотники занимались расследованиями, от поисков пропавших вещей до людей, их нанимали для выполнения сложных дел и платили соответственно. Но, конечно, молодого графа привлекали отнюдь не деньги.

Ори собрал всё необходимое и вышел из особняка, отправившись к площадке для превращений. Она находилась недалеко от Дома Порталов, которыми пользовались в основном обычные люди. Драконам ни к чему порталы, которые к тому же принадлежали Королевской Дорожной Службе, и проход через них стоил не так уж дёшево. Да и присматривали за порталами Алмазы, они же поддерживали сеть в рабочем состоянии – кроме этого клана больше никто не умел обращаться с пространством и воздухом и создавать их. Ормар дошёл до площадки, порадовался, что она пустует, и через несколько мгновений с площадки взлетел мощный зверь с чешуёй приглушённого серебристо-серого цвета, кое-где украшенной алмазами и пластинками дымчатого халцедона. Дракон полетел на юг, в столицу Димарии. Ормар верил, его ждёт интересная и насыщенная жизнь.

 

Два с половиной года спустя.

– Норрэна, ты должна заинтересовать графа Ормара де Сано, – настоятельница внимательно посмотрела на одну из своих лучших учениц, соединив кончики пальцев. – Как девушка.

Гладкое, без морщин, лицо женщины совершенно ничего не говорило о её возрасте, ей могло быть как сто, так и все пятьсот лет. И Норрэна ничего не слышала о том, что с основания Школы Рэкко её начальница менялась. Когда основана школа, никто толком тоже не знал. Такие вот дела. Нори моргнула, услышав задание настоятельницы, растерянно посмотрела на неё.

– Простите… Что?.. – переспросила она, нарушив негласное правило – задания не обсуждались, их принимали, и их выполняли.

Но юная герцогиня никак не ожидала услышать такое… задание от настоятельницы! Что значит, заинтересовать, да ещё и как девушка?! Да она за все два с половиной года учёбы не появлялась в Таниоре в своём истинном облике! Для вылазок в столицу у неё имелась совсем другая внешность, кардинально отличающаяся от нынешней. Мужчины Нори только мешали бы. Бровь настоятельницы чуть поднялась, прозрачно-зелёные глаза насмешливо блеснули, но больше ни одна эмоция не отразилась на невозмутимом лице.

– Нори? – прохладно произнесла женщина.

Девушка задержала дыхание, успокоила эмоции и скупо кивнула.

– Да, матушка. Я поняла. Заинтересовать графа Ормара де Сано, – кратко повторила она задание, выпрямившись на стуле и посмотрев в глаза собеседнице. – До какой степени должна дойти его… заинтересованность?

– Умница, – та наклонила голову. – До какой степени? Думаю, лёгкая влюблённость годится, – настоятельница рассеянно кивнула. – Чтобы думал только о тебе. Не волнуйся, у тебя проблем не возникнет, – на губах женщины мелькнула улыбка. – Я дам знать, когда задание будет выполнено, и присмотрю за тобой. Держи, здесь всё, необходимое, – она протянула ученице тонкую папку. – Завтра приём, на котором он будет, приглашение на него внутри.

– Сколько у меня времени? – по-деловому спросила Норрэна.

Настоятельница махнула рукой и откинулась на спинку кресла, улыбка стала шире.

– Сколько понадобится, но не затягивай, – последовал ответ. – Адреса ювелира, портного, и всех, кто может понадобиться, ты знаешь.

– Да, матушка, – Нори встала и склонила голову.

– Удачи, девочка, – молодой герцогине показалось, в голосе женщины проскользнули ехидные нотки.

Однако она вышла из кабинета, не оборачиваясь и не переспрашивая. Прошла по коридорам учебного корпуса, вышла на улицу и направилась к общежитию. Эмоции уже улеглись, вспышка недоумения и раздражения утихла – Нори научилась контролировать себя, да и вообще характером обладала сдержанным, как все Алмазы. Конечно, от мамы Норрэне досталась некоторая горячность и вспыльчивость, но только тогда, когда девушку действительно доводили, как с отцом вышло. Юная леди коротко вздохнула и переступила порог общежития, здороваясь с попадавшимися по пути знакомыми девушками. Вспомнила первые дни в Школе Рэкко, удивление, когда узнала, кого на самом деле готовили здесь… Губы Норрэны тронула слабая улыбка: не только магии обучали на острове, далеко не только ей.

Школа Рэкко выпускала лучших шпионок и исполнительниц деликатных дел, Охотниц, и об этом в официальных источниках не писали. Услуги учениц стоили недёшево, чтобы нанять их, надо было официально отправить запрос на посещение острова настоятельнце, она назначала встречу, на которой и обсуждались детали. Конечно, девушки получали свою долю, и приличную. Нори тут нравилось учиться. Обучение касалось всего: воровских навыков, физической подготовки, фехтования, владения различным метательным оружием, актёрского мастерства, маскировки, да много чего ещё. Магия, безусловно, тут деление шло по кланам: Алмазы, Рубины, Изумруды и Сапфиры, ибо в каждом клане своя специфика и свои нюансы. И очень скоро Норрэна стала одной из лучших учениц, в чём сама девушка не сомневалась, когда поступала в Школу. Задания ей, как и всем, стали давать со второго курса, сначала простенькие и с напарницами, а в последние полгода молодая леди работала уже одна, в том амплуа, которое выбрала для прикрытия. Нори не провалила ни одного задания.

Герцогиня поднялась на третий этаж и открыла дверь в комнату, которую делила со смешливой, непоседливой второкурсницей из Рубинов, Ясирой. С общежитием Королевской Академии не сравнить, конечно, там ратовали за скромность, мотивируя тем, что бархат и шелка ждут учениц дома, а тут серьёзное заведение. Новое жилище Норрэны выглядело очень уютно: две кровати у стены с резными деревянными изголовьями, длинный стол у окна, вместительный шкаф, полки с книгами, ковёр, на стенах шёлк приятного цвета кофе с молоком. Балкончик, с которого открывался потрясающий вид на школьный парк и залив с пляжем. Ещё имелись две отдельные ванные, выложенные мозаикой сине-зелёного цвета – это вообще роскошь для учебного заведения.

Ясиры пока не было, у неё ещё занятия не закончились. Нори скинула сапожки, плюхнулась на кровать и открыла выданную настоятельницей папку. Кстати, имя матушки не знал никто, такая вот особенность Школы Рэкко. К ней никогда не обращались по имени, только – «матушка».

– Граф де Сано, и кого же мне предстоит обаять? – пробормотала Норрэна, пробежав первые строчки отчёта по будущей жертве герцогини.

Наследник рода Халцедон – уже неплохо. Охотник – хмммм, не слишком хорошо, это немного усложнит задачу. С другой стороны, леди Алмаз любила заковыристые задачки, это добавляло азарта. Ага, любитель женского общества, попросту – бабник. Нори пренебрежительно хмыкнула, повела плечиком. Мужчина, что с него взять. Предпочитает легкодоступных, с которыми не надо долгих ухаживаний. Ещё более предсказуемо. Что ж, можно попробовать поиграть на его инстинктах, Охотник он или кто? Девушка хихикнула, чувствуя, как в душе зашевелился тот самый азарт. Игра предстоит интересная, по какой бы причине настоятельнице ни понадобилось, чтобы граф де Сано влюбился в Нори. Ещё одно правило учениц Школы: не задавать вопросов «почему» и «зачем». Задание есть, за него заплачено, по выполнении определённый процент отправлялся на личный счёт ученицы. Или выпускницы – после окончания Школы настоятельница в любой момент могла воспользоваться услугами окончившей её заведение, это знали все, главное условие озвучивалось ещё на вступительных экзаменах. Конечно, матушка чётко знала, кто из бывших учениц какую жизнь вёл, и к кому с какой просьбой можно обратиться. Большинство всё же через несколько лет после выпуска выходили замуж и вели степенную, спокойную жизнь. Нори не собиралась совершать подобной глупости, жизнь Охотницы ей нравилась гораздо больше.

Она вернулась к документам в папке. Просмотрела оставшиеся страницы, где говорилось о характере Ормара де Сано, предпочтениях графа. По внешности таковых не оказалось, и Норрэна решила не сильно корректировать свою, родную. Вряд ли кто вспомнит молодую герцогиню де Ливера, она же так и не вышла в свет, сбежала сразу после выпуска из Академии. Отец же… Нори отложила папку и уставилась в потолок рассеянным взглядом. Те, кого принимали в Школу, давали клятву настоятельнице, и с этого момента родовая связь переставала работать. Теперь только матушка могла почувствовать, где находится ученица. Даже если до отца каким-то образом дойдут вести, что дочь в городе, он не посмеет к ней подойти. Настоятельница не позволит причинить вред ни одной из своих учениц.

– Так, ладно, подумаем про приём, – пробормотала Нори, встала и прошлась по комнате.

Много надумать не успела – распахнулась дверь и впорхнула Ясира.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47 
Рейтинг@Mail.ru