Лилия. Мы – дети пригородных вокзалов

Камрян Кинге
Лилия. Мы – дети пригородных вокзалов

27

Увиденное заставило приглядеться к детям внимательно. Изменения, происходящие на глазах постепенно, день за днём без перерыва, сглаживают видимость преобразований, но они наступают неумолимо, безжалостно. Как только Даша вернулась из школы, сбросила портфель и проследовала за стол, мама, встрепенувшись, заметила округлившиеся бедра, чуть выступающую грудь и ей внезапно вздумалось, что стоило бы обсудить, может быть происходящее беспокоит. Но она опоздала, Даша все знала, все-все, она уже не была наивной девочкой, той малюткой ростом с локоть. Осторожная разведка, оброненная фраза: «бывает небольшое кровотечение» неожиданно встретило резкое: «прекрати мама, у меня уже было» и на несчастную родительницу обрушилась краткосрочная история, как «изверглась красным и обильным, от чего стыд сквозь ужас вогнал её в краску – она подумала, что умирает». Даша не была подготовленной, многие одноклассницы также оказались не готовы, но были заведомо информированные, снабдившие прокладкой, успокоившие, сопроводив хихиканьем – соплеменницы одной планеты.

Матери захотелось перемотать время назад, исправить оплошность, подготовить и сожаление об упущенном усадило её резко на стул. Она обняла дочь, глаза заволокло слезами, сказала: «прости меня». Последнее прости!

В семье посторонних не принято говорить о сокровенном. Каждый со своим миром и потаённой страстью. Мы были чужими друг другу – четыре совершенно разных личности, лишь отдалённо и нечаянно имеющих одну две черты характера, скорее от совместного проживания, чем наследием генов.

«Шарик», пятый член семьи – даже он отличался от других питомцев, выбивался из общепринятых собачьих стандартов. Наш милый пёсик, вскоре покинет нас. После того как семья распалась и оставила любимую мною деревянную избушку, он остался. Удивительно, но его привязанность к этому месту оказалась сильнее, чем верность хозяевам. Он подбегал к нам, заслышав детский радостный клич, узнавал по истечении несколько лет, но всегда возвращался в ту самую обитель – верный своему единственному дому, в котором он был хозяином.

Пытаясь загладить свою вину, откупиться, мать раздобыла путёвку в детский лагерь в двухсот пятидесяти километрах от нашего места жительства. Страшившаяся неизвестности Даша была успокоена – её в этом «грандиозном» путешествии будет сопровождать Лилия.

Вернулась Даша несколько загадочной и замкнутой. Впрочем, никто тогда не обратил на это особого внимания. Мало ли какие глупости в девичьей голове.

28

Возникла срочная необходимость в ещё одной комнате. В тот заполненный ревностью день супруга увела мужа в другую комнату:

«Ты замечаешь, как они повзрослели?»

«Да брось, они всего лишь дети!»

«Ты разговаривал с ним по этому поводу?»

«Нет!»

«А может пора уже?»

В бане, отец краем глаза обратил внимание, что сын уже не ребёнок. Вполне неигрушечное ответвление достигло того состояния, при котором дальнейшее взросление не окажется таким стремительным. Осторожно прощупывая предстоящий разговор, попытался упомянуть о том, как появляются дети. Мальчик смутился, замкнулся, никакой возможности продолжить беседу не было. Пришлось также сконфуженно замолчать и почувствовать, насколько далеки они друг от друга, словно сын чужой и не его вовсе. Позже пришло насаждаемое успокоение: «вероятно время ещё не пришло, рано».

29

Мама встрепенулась вовремя, почуяла опасность: дочь женщина, сын – мужчина. Могло случиться непозволительное, назревало вызванное интересом противоположных полов и жаждой экспериментов, побуждаемое жгучим желанием резко повзрослевших детей.

Происходило то, что и должно происходить. Я уже чувствую её бесцветный запах, предательски источаемый природой, не разбирающей родство; украдкой наблюдаю отвернувшуюся и натягивающую на ночь майку; вижу белоснежные бикини, наполовину скрывающие тугие ягодицы с натянутой светло-медной кожей (смугла как мать); наполнившиеся женственностью бедра; некую кошачью грацию, проявляющуюся неосознанно, но неумолимо, как и заложено в чертовскую натуру. Коварная богиня Рати[8], естественно, не могла упустить жертву и не освоить плоть в ещё одном земном многообразии.

Ночью, я просыпался в томительном мучении. Всё моё тело сковывало напряжённое неудобство подросткового максимализма. В некоторых случаях Даша, казалось бы, спящая, в ответственный момент подозрительно затихала. В это время я боялся шевельнуться и замирал выжидая, но позже все равно заканчивал, обо терпеть не было сил, но к утру организм пробуждался раньше и восстанавливался быстро под впечатлением от десятка эротических сновидений. Разумеется, сестра замечала неестественно выпирающий холм, но быстро отворачивалась, не показывала виду. Это был наш негласный уговор, поскольку со своей стороны я также обращал внимание на несколько прерывистое дыхание, и шорох, и глубокий выдох, и налившиеся кровью горошины, проступающие сквозь тонкую майку по утрам, и особенно блестящие загадочностью глаза в моменты особого переживания.

Лилия явилась нашим спасителем.

Глава вторая

Даша

1

Черед «счастливчиков», обладателей отпрысков-девочек. Да-да, обладателей, они же у вас «есть». К вашему сведению:

Период полового созревания у девочек начинается в десять-двенадцать лет. Первый признак – рост молочных желёз, которые сначала только прощупываются, затем околососковый кружок выделяется более наглядно. Постепенно грудь увеличивается, откладывается жировая ткань. Бюст обретает законченную форму уже к моменту менархе[9].

В это же время пробиваются волоски вначале на лобке, затем подмышечных впадинах, усиливается рост на голове. Железы, особенно под мышками, выделяют пот со специфическим для женского пола запахом. Усиливается секреция сальных желёз лица, в результате чего во второй половине периода (в отдельных случаях) происходит образование угрей, которые со временем проходят, без лечения. У большинства девочек в двенадцатилетнем возрасте случается кровотечение – основной показатель половой зрелости, указывающий на способность организма к беременности. В это время у девочек повышается чувствительность экстрагенитальных зон, что влечёт некоторую податливость и отзывчивость на сексуальные раздражители.

«Сексологический словарь».

2

Дневник.

Примерно на это же время приходятся первые публикации дневника Даши, который я обнаружил позднее. Гораздо позднее чем следовало бы. Дневник сохранил. Во времена особенно нахлынувшей тоски, в редких попытках расслабиться за бутылкой вина и сбросить хотя бы ненадолго груз ответственности за прошлое, я его перечитываю. На следующий день даю слово не прикасаться к нему более, но неизбежно возвращаюсь. Уничтожить же его я не в силах.

Практически каждая её заметка начинается со слова «Привет». По всей видимости, начать писать таким образом было легче. Может быть, она приветствовала свой дневник или же читателя, втайне надеясь, что кто-либо в будущем вникнет и оценит. Её желание сбылось, правда навряд ли она предполагала, что именно я окажусь тем самым читателем.

Изложу всего три фрагмента дневника, более или менее упорядочено насколько это возможно и синхронизируя по времени с течением событий настоящей истории. Передать все в присущем мне стиле изложения не представляется возможным, поскольку ума не приложу как это сделать. К тому же в таком случае измышления моей сестры будут несколько оторванными от реальности.

Период времени, описываемый дневником, затрагивает два с лишним года. Я отобрал самые (как мне показалось) значимые. «Приветы» пропущу, чтобы не загромождать лишним. Потерпите, заметок не много: Даша, как и я особенным постоянством не отличалась, но уж как есть.

3

Первый фрагмент дневника.

«Второе февраля.

Настя рассказала, что её родители разводятся, то есть папа отныне будет жить отдельно. По-моему, она ничуть не расстроена – он у неё строгий и жестокий. Мне кажется она даже рада. Как хорошо, что мой отец не такой, я не могу представить, чтобы он поднял на нас руку. Хотя… было ли это или у меня взыгралось воображение? По-моему, папа ударил маму один раз. Надо как-нибудь спросить у мамы.

У нас лучшая семья в мире, я уверена они любят другу друга, хоть и ссорятся часто в последнее время. У Лены вообще нет отца, по крайней мере она его не помнит, а мама у неё работает медсестрой в больнице. Она всегда одевается как будто у них ни на что не хватает денег. Хорошо, что у нас с этим все в порядке. У меня всегда новая и красивая одежда.

P.s. В любом случае папа нас любит и не уйдёт никогда…»

«Десятое февраля.

Сегодня замечательный день – мой день рождения. Мне уже *** лет, и я чувствую себя совершенно взрослой. Мама, как всегда, приодела меня во все новое и подарила мне… Куклу! Куклу! Представляешь? Она меня считает маленькой девочкой? Я сделала вид, что обрадовалась. В школе, когда я рассказала Насте с Галей, они долго смеялись. Они сказали, что мне пора дарить «гондоны», а не куклу. Я тоже рассмеялась, хотя и не знала, что такое «гондоны». Что это? Надо спросить у мамы…

 

Мама, в любом случае спасибо за все, хоть ты меня совершенно не понимаешь, мы иногда ругаемся с тобой и мне даже хочется убежать из дома.

P.s. Новые джинсы все же великоваты. Я ужасно тощая и не складная, они на мне висят, а низ приходится заворачивать. Отложу, пожалуй, может быть вырасту…»

«Двенадцатое февраля.

Я была в гостях у Насти. У неё такая замечательная и крутая мама – даёт читать взрослые журналы. Она уже накопила целую коллекцию, и я даже прочитала некоторые из них. Я все же не нашла, что искала и решилась спросить. Настя мне рассказала, но сначала посмеялась. Было стыдно. Почему она все про это знает, а я нет? Настя предложила мне взять пару журналов домой. Ааа! Настя – это невозможно. Вспомни куклу.

«Двадцатое февраля.

Сегодня был диктант по русскому языку и контрольная по математике. Как обычно Настя у меня списывала. Господи, она не знает, как написать правильно элементарные слова. Кошмар. Мне кажется ничего сложного. Я всегда пишу диктанты на пять.

Настя и Галя такие крутые. Настя стащила у отца сигареты, и мы в уличном туалете курили. Мама меня убьёт если узнает. Правда я сделала всего две затяжки и потом долго кашляла. Фу, какая это мерзость. Для чего люди курят? Я никогда не буду курить и пить.

P.s. Классная сегодня же и проверила. Диктант я написала на пять! Как всегда…»

«Двадцать второе февраля.

Господи, у меня растут волосы. Там. Это вообще нормально? Это конечно же круто, у мамы там есть волосы, но я же вроде как со слов матери ещё ребёнок?! И у меня увеличилась грудь. Почему у Насти и Гали ничего такого не происходит? Впрочем, у соседки Лилии тоже уже есть грудь. Надо спросить у мамы…

Этот же день, вечер.

Я пыталась спросить у мамы. Она всего лишь посоветовала не обращать внимания и что это нормально и мне рано ещё об этом думать…

P.s. Все-таки какая крутая мама у Насти, она ей все рассказывает…»

«Двадцать седьмое февраля.

На математике со мной за одной партой сидел Вадим. Он красивый и нравится мне, но он придурок – осмелился тронуть меня за колено. И как раз тогда, когда в нашу сторону смотрела Лариса Васильевна. Я не могла пошевелиться, а он ладонью задрал мне юбку почти до трусиков. Было щекотно и как-то необычно. Я ударила его по руке, и он убрал руку.

В туалете Галя сказала, что видела и спросила меня: «Возбудилась ли я?».

Что за глупости! Было щекотно и все!!!

А ещё он постоянно пялится на мою грудь. И не только он.

Кажется, Галя и Настя мне завидуют. Теперь-то я на них отыграюсь…»

«Пятое мая.

Сегодня случилось страшное. Из меня пошла кровь, и я вспомнила какой-то фильм, в котором истекающая кровью девушка медленно умирает на руках у жениха. Я очень испугалась, мне показалось что я тоже умру. Слава богу Настя и Галя заметили и дали прокладку. Когда я спросила: «Что со мной?» они дружно рассмеялись и спросили в ответ: «Ты не знаешь?». Мне было очень стыдно. Оказалось, что это и есть месячные и я теперь способна родить. Господи, а почему так рано, мне же всего ***? У Насти и Гали этого ещё не было, а они уже знают, что это такое. Да у них даже грудь не появилась. Ну почему мама мне это не рассказала? Было бы не так стыдно. Я чувствую себя лохушкой.

P.s. Грудь у меня уже торчит совершенно неприлично…»

«Девятнадцатое мая.

После школы мы пошли к Насте, и она опять попросила меня показать грудь. По-моему, это как-то уже ненормально, но я показала, и она снова пощупала. После этого мы смотрели порнографические журналы, забытые её отцом, и она меня спросила: «Кончала ли я когда-нибудь?» Я сказала: «Да», хотя и не припомню такого и даже не знаю, как это вообще происходит…»

«Двадцать пятое мая.

Вадим заявил, что проводит меня и взял мой портфель. Всю дорогу он пытался казаться очень серьёзным и взрослым. Вадим, какой же ты ещё ребёнок! Мы дошли почти до моего дома, и я попросила его уйти, иначе может увидеть мама. Я счастлива, кажется, я люблю его и весь день он не выходил у меня из головы. У него папа начальник чего-то там, а мама бухгалтер и он красиво одевается, не то, что какой-нибудь Николай или Артём. Вадим красавчик…

P.s. Я думаю рано или поздно мы будем встречаться».

«Двадцать девятое мая.

Ураа! Каникулы! Кстати, Вадим теперь провожает меня практически каждый день. Мы уже встречаемся? Ха, Настя с Галей завидуют мне однозначно. Мне кажется, Галя сама бы не прочь встречаться с Вадимом, хоть и говорит, что он ей не нравится. Галя, бабушке своей расскажи, думаешь я не вижу?

Вадим я буду скучать по тебе.

P.s. А у Насти с Галей грудь так и не появилась…»

«Пятнадцатое июня.

Скучно без шляпы… Упс! Без школы конечно же. Шляпа, ха-ха. Такая красивая шляпка у Брук Шилдс…

Сначала радовалась, а теперь не знаю куда себя деть целыми днями.

Мама сказала, что заходила Лилия. Соседка. Меня не было дома, я была у бабушки. А Лилия приходила вовсе не ко мне, а к брату. Странно. И вообще мне она кажется странной, рассматривает как будто изучает и даже не улыбается. Мне как-то неуютно, когда она на меня смотрит. Хм… она же младше меня. Да и мама, у неё странная, постоянно какая-то грустная и задумчивая. Мама говорит, что она одинокая и легкомысленная. Что значит легкомысленная? Легкие мысли? Мама как обычно ответила, что пойму, когда подросту. Мамочка, я уже подросла, если ты не заметила. Впрочем, у тебя никогда нет на меня времени. Скучаю по Вадиму.

P.s. Надо как-нибудь познакомиться с Лилией поближе…»

«Двадцать второе июня.

Я часто просыпаюсь ночью и слышу, как брат занимается этим. Я и не предполагала, что он делает именно это. А Лиля говорит, что он…

Интересно, откуда она это знает? Сначала я не поверила…

Он что делает это каждую ночь? Плохо что у меня нет отдельной комнаты…

P.s. С Лилией мы подружились и теперь практически все время вместе…»

«Двадцать девятое июня.

Я ненормальная? Я уже ужасно хочу заняться этим с кем-нибудь, да так сильно что я иногда схожу с ума. «Трахаться» фу какое противное слово. Я не буду «трахаться», я буду заниматься любовью. Когда-нибудь… и только с Вадимом. Конечно же мы поженимся.

У Лилии тоже есть грудь, а она младше меня. Мы стояли у зеркала и сравнивали. Все-таки у меня чуть больше. Интересно у Насти и Гали появилась? Они же старше Лилии. Надо как-нибудь сходить к ним в гости.

P.s. Вадим я скучаю по тебе…»

«Семнадцатое июля.

Господи, я извращенка. Ночью… Я чудовище… Надо уничтожить дневник, вдруг кто-нибудь прочитает, я покончу с собой.

Вечер. Я точно извращенка и видимо Лилия тоже.

Сегодня Лилия сказала, что она хочет переспать с моим братом. Я покраснела. Она спросила:

«Хочу ли я переспать с каким-нибудь мальчиком?»

Я не ответила. Она сказала:

«Хочешь я тебе помогу кончить?»

Я сказала:

«Нет».

И я ушла домой. Больше не буду с ней дружить…»

«Девятнадцатое августа.

Я плюс ко всему ещё и лесбиянка? Мама меня убьёт. Я опять была у Лилии, и мы выпили по половинке рюмки портвейна. Я в первый раз в жизни попробовала спиртное. Я не хотела, а она сказала, что я трусиха. А я не трусиха…

У меня закружилась голова и поначалу очень испугалась. Потом стало так весело и легко, все окрасилось в нереально яркий цвет. Лилия говорила о мужчинах, а я хихикала как дура. Потом мы стали говорить о брате, а она сказала, что обязательно переспит с ним. Я сказала, что он ей «не даст» и мы смеялись, а потом в шутку начали бороться, и она повалила меня на кровать и уселась сверху на грудь…

Кончить, кончить, кончить! От слова КОНЕЦ?

После этого стараясь не смотреть ей в глаза ушла домой. Было стыдно.

Мама ничего не заметила, слава богу.

Не знаю, может быть, если я приду домой совершенно пьяной она наконец обратит на меня внимание?

Р.s. Дневник, мне надо тебя уничтожить…»

«Двадцать второе августа.

Лилия зашла к нам в гости. Она ведёт себя как ни в чем не бывало, как будто бы мы и не занимались с ней этим. Она позвала меня гулять, и я согласилась – не хотела показывать маме, что между нами что-то произошло. Мы пошли на вокзал и долго сидели, наблюдая за поездами. Лилия сказала, что как-нибудь мы с ней умчимся далеко, в город или даже другую страну.

Я думала… Ты знаешь, а я бы с ней уехала… Но ещё рано. Мама и папа не отпустят.

Скорее бы уже, как осточертела эта дыра. Но я уеду только туда куда поедет Вадим.

Лилия была очень грустной. О чем она постоянно думает? Не рассказывает.

Мама, папа, я буду вас навещать…»

«Первое сентября.

Я счастлива и чувствую себя невероятной красоткой. Мама приодела меня во все новое и модное.

Но есть проблема – я вдруг заметила, что выше всех в классе. Ну разве что некоторые мальчики вровень. Это вообще нормально, что я такая дылда? Они все смотрят только на мою грудь. Вадим даже ущипнул на перемене, придурок. Но он все равно мне нравится. Интересно если бы у меня не выросла грудь, он бы обратил на меня внимание? Мне кажется, все мальчики только об этом и думают.

О моей груди, конечно же, а ты, о чем подумал?

У Насти начала расти грудь, а у Гали все ещё нет. Господи, я чувствую себя рядом с ними очень взрослой, какие же они все дети.

P.s. Джинсы, которые я отложила мне теперь как раз и сидят зачетно. У меня такая классная попа в них».

«Третье сентября.

Достала эта Алина. Все пытается втиснуться в нашу тусовку. Как она не понимает, что не ровня нам? Мы самые крутые девчонки в классе. Я, Настя и Галя. Оставь уже нас в покое.

В итоге мы довели Алину до слез. Настя обозвала её словом «колхозница». Она расплакалась. Мне стало немножко стыдно и жалко её, но виду я не подала…»

«Пятнадцатое сентября.

Сегодня случилось ужасное. В туалете Настя и Галя курили, а я была с ними. Вошла Лилия и я с ней поздоровалась. Настя сказала: «Что ты здороваешься с этой дурой? У неё мать – проститутка!» Они с Галей рассмеялись. Вдруг Лилия молча подошла к Насте и с размаху вмазала кулаком прямо в лицо. У Насти пошла кровь из губы. Я даже дар речи потеряла, а Галя стояла с выпученными глазами. Лиля молча вышла.

Потом Настя стояла и отплёвывалась, а Галя совала ей платочки. И обе молчали…

P.s. Какая же она все-таки крутая – Лилия…»

«Пятнадцатое ноября.

Мы опять выпили, и я опьянела. Потом долго разговаривали, и Лилия предположила, что мы «нимфоманки», ну то есть гиперсексуальные. Сегодня она разглядывала моё тело и сказала, что я буду сводить мужчин с ума.

Хм. Ну не знаю, иногда я кажусь себе ужасно не складной.

Лилия просто сводит меня с ума, чтобы я делала без неё. Она сказала, что я чуть не раздавила бёдрами её голову, сжимала очень сильно…

Все же я не лесбиянка, я ужасно хочу попробовать это с Вадимом.

P.s. Кстати он опять ущипнул меня за грудь. Иногда он мне кажется дебилом. Ну что за ребячество. Но я все же кажется люблю его…».

«Десятое февраля.

А мне уже ***. И я чувствую себя самой счастливой девочкой на свете. Мама снова меня одела как куколку, и я долго крутилась около зеркала и любовалась собой.

Какая-то она странная в последнее время, да и папа тоже. Постоянно ссорятся. Лилия сказала, что у них тоже так было, а потом ее папа уехал и больше она его никогда не видела. Хм…

P.s. Нет. У нас так быть не может, не могу представить, что они разведутся…».

«Второе апреля.

А брат оказывается у меня поэт:

Когда же свет развеется туман?

Ответь же мать, вокруг обман.

Как быть скажи? Как жить? Любить?

Как ненависть в душе изжить?

Как не создать себе кумира?

Ждать не войны, а счастье мира?

Как верный путь, ведущий к ней

Найти, в обход болот, морей.

Болот несчастий и разлуки,

Морей тоски, апатий, скуки,

Где верный ключик раздобыть

В ту дверь, где правда может быть?

Как жить?

Живи как барин-не робей!

Коль бьют – не плачь, сильнее бей.

Не можешь сладить-не молчи,

Зубами рви, стреляй, кричи!

Люби себя и процветай,

Гони врагов – врывайся в рай!

Себя не любишь? Стань святым.

Все для других? Не будь таким!

Презренней тот, кто ради бога

Себя забыл – он нищ, убогий.

Ответив за грехи других,

Он к богу ближе? Нет! Враги

Все эти люди и себе,

И человеку в чьей судьбе

Они посмели роль играть.

А твой удел – удел страдать.

Жизнь коротка и так трудна,

Всю горечь выпьешь ты до дна.

Из всей толпы тот человек –

Кто исстрадается весь век.

Я даже переписала!

Сохраню и покажу ему лет через десять, а то он как обычно бросит и потеряет все свои творения.

P.s. Замечательная погода на улице, сейчас пойду гулять. Они опять ссорятся. Что-то часто это теперь случается, невозможно находится дома. Достали. Перестаньте уже!»

 

«Двадцатое мая.

Со школы нас отправили в рейд по пожилым людям. Господи, какие же они все артисты. Только я это вижу? Кажется, Настя и Галя ничуть не замечают фальши.

В одном журнале прочитала следующее:

«Пожилые люди, осознавая, что конец близок становятся весьма религиозными. Не все, но особенно лицемерным выглядит поведение некоторых, начинающих соблюдать все обряды, канонические нормы и т. п. Покупают расположение?! Как глупо, предполагать, что бог подобен человеку и его можно купить.

Театральное следование религиозным правилам не что иное, как попытка дать взятку всевышнему. Если после смерти человека ждёт загробный мир и создатель в том виде, каком представляется в священных книгах, разумно предположить, что мздоимство также порицается. Там!

Мало того, что в современном мире уже вовсю возродилась практика покупки-продажи индульгенций, так ещё лицемерие по отношению к богу, и торговля за положение на том свете, процветают. Особенно это заметно среди политиков и бизнесменов. Они страхуются и мотивируют тем, что: «А вдруг там что-то есть? Необходимо подстраховаться, сходить в церковь, раздать милостыню!» Об истинных благородных помыслах и речи быть не может. Благотворительность, милостыня и другие внешне богоугодные деяния совершаются без какой-либо истинной заботы об обделённых и униженных, а именно с целью обезопасить своё потустороннее будущее и с целью показушной публичности: «Мол, смотрите какой я великодушный и благородный»».

P.s. Как все мерзко кругом. Представила вдруг как Иисус Христос говорит: «Какая же мерзость – это ваше христианство!».

«Семнадцатое июня

Мама раздобыла путёвки в лагерь. Круто. Особенно круто, что и Лиля со мной поедет. Одной все-таки страшно, я надолго и так далеко ещё ни разу не отлучалась. Скорее бы уже второе июля, жду не дождусь.

Папа, мама, достали скандалить, каждый день ссорятся. Успокойтесь уже.

Дневник, наверное, придётся оставить дома. Где я его там спрячу?

Сегодня почти весь день провела с Лилией. Мы загорали во дворе, почти голые, у них там высокий забор без щелей. Необычно. Потом мы опять выпили по две рюмки вина, и я боялась идти домой, потому что опьянела.

Р.s. Лилия, мы так сопьёмся…»

«Двадцать второе июля.

Как только приехали бросилась к дневнику проверить не обнаружили ли его.

Боже мой, это случилось. Правда не так как я ожидала. Как же это больно.

Дневник, я не знаю с чего начать…

В лагере городские девчонки и мальчики – крутые, это просто нечто. Настя и Галя по сравнению с ними просто лохушки. Они там практически все курят и уже у всех был секс… с мальчиками. Мы там спали в одной большой комнате, девочки отдельно, разумеется, и они только об этом и болтают. Я страшно возбуждалась, когда они про все это рассказывали. Некоторые вовсю занимаются прямо у себя в квартире и мамы все знают. Как так можно? Я просто не представляю такое же у себя дома.

В один из вечеров, на дискотеке, Лилия сообщила, что один парень на меня постоянно смотрит, и я обратила внимание на него. По виду, если сравнить с учениками из своей школы, ему должно было быть лет шестнадцать не меньше. Вадим рядом с ним просто первоклассник.

Он сам подошёл и познакомился с нами. Потом мы ушли подальше в темноту, и он достал бутылку вина, которую мы распили втроём. Я здорово опьянела, а потом Лилия ушла, несмотря на то что я ей сигнализировала страшными глазами, чтобы не уходила. Я тоже хотела улизнуть, но Олег меня схватил за руку, остановил и поцеловал в губы. Я потеряла голову, он был такой… такой… настырный что ли. Хорошо, что все закончилось быстро. Я ушла, а потом выбросила трусики в туалет, они были в крови.

P.s. Я больше не подпущу к себе мужчину – это так больно. А если я забеременею? Он же испачкал своим вонючим потом всю меня и дёргался как паралитик так, что я оттолкнулась. Фуу…

С Лилией все не так. И зачем вообще нужен мужчина?

Лилия, я уже хочу домой…».

8Рати – в индуизме богиня сексуального влечения.
9Менархе – первое менструальное кровотечение.
Рейтинг@Mail.ru