На родном Оилтоне

Юрий Иванович
На родном Оилтоне

Глава первая
Дома лучше, чем в гостях

Взлетали мы ранним утром. Со мной отбыла отобранная группа самых проверенных и преданных людей. Фактически лучшие силы гвардии баронства. Почти все они даже не предполагали цели нашего полета, но многолетняя выучка не позволяла задавать праздные вопросы. Надо – значит, надо! Да и охранять жизнь наследного барона была их прямая обязанность.

Но самые лучшие из самых лучших и хорошо законспирированных агентов отбыли на Оилтон чуть ли не неделю назад и полным ходом раскидывали в столице империи настоящую сеть. Ведь первые же сообщения о моем туда полете заставят встрепенуться все вражеские силы. И они начнут плести против меня заговор. Возможно, устроят засаду еще до моего прибытия.

Моя группа, возглавляемая Алоисом, тоже натянула свою сеть прикрытия. Стараясь не пересекаться с известными им от меня направлениями и ходами людей барона Аристронга.

Помимо этого было отправлено тайное послание лично принцессе Патрисии, в котором опечаленный отец, раздосадованный неповиновением сына, просто умолял ее высочество принять надлежащие меры по охране моей персоны. Подробно описав все причины для этого и слезно умоляя дать мне категорический отказ и отсеять мою кандидатуру в первом же туре. Тогда, мол, сын образумится и немедленно вернется под защиту родительского замка.

Насколько я знал характер Патрисии, подобные просьбы вызывали у нее совершенно противоположную реакцию. Она считала, что родители имеют право воспитывать своих детей только до пятнадцатилетнего возраста, и дальнейшую опеку и давление воспринимала с ярой критикой и возмущением. А подобные крепкие эмоции всегда оставляли следы в ее памяти. Значит, мое имя засядет в ее прекрасной головке еще до нашего знакомства. Что мне и требовалось.

Кроме того, наследница престола могла вспомнить и фамилию Аристронг из того времени, когда у нас была наиболее продолжительная разлука. Полгода мне пришлось выполнять особое задание на промерзшей насквозь планете Нирвана. И хотя в рассказах об этом периоде я в основном упоминал имя Артура, вполне возможно, что пришлось упомянуть и его отца, Зела Аристронга. Но даже если она об этом не вспомнит, я намеревался как можно быстрей хвастаться своими личными и дружескими отношениями с Тантоитаном Парадорским.

Весь полет прошел нормально. Скучать мне не довелось, приходилось настойчиво штудировать подборку всех мало-мальски важных событий, которые произошли в империи за последние полтора года. Да и во всей Галактике. Плюс освежить свои познания в новейшей истории и почерпнуть кое-что из древней. Подобные знания являлись необходимыми и по условиям отбора и в целях более полной схожести с выбранной мною жизнью наследного барона. Плюс ко всему постоянные физические упражнения. В этом аспекте нужна была уверенность в том, что соперников, равных мне по силе, не окажется. К тому же мы как бы проводили совместные тренировки, так как и Булька старался оказать свою помощь во всех мало-мальски силовых упражнениях. Так, например, я мог висеть на турнике почти неограниченное время. Стальной прут, который я безуспешно пытался согнуть собственными силами, с помощью риптона складывался с удивительной легкостью. Предельный вес штанги, которую я мог толкнуть, после совмещения наших усилий увеличился на тридцать килограммов. Ну и остальные разные весьма впечатляющие и эффектные мелочи должны были идеально повысить мои шансы и оставить далеко позади всех моих конкурентов.

Поэтому в гостиницу «Рока» я вселялся с полной уверенностью в своей победе. Если уж мне удалось покорить сердце принцессы один раз, то почему бы это не сделать и во второй?

Предобеденное время как нельзя лучше способствовало нашему прибытию. Прислуга и носильщики доставили наши вещи в номера. А моя личная охрана стала проводить полный комплекс обнаружения и отторжения средств прослушивания и шпионажа, устанавливая при этом свои приборы записи, слежения и оповещения. Фактически мы оккупировали весь второй этаж гостиницы. Единственным посторонним на нашем этаже оказался граф Шалонер, который, угостив меня в первые же минуты нашего «знакомства» лучшим коньяком из подвалов моего «папочки», стал моментально закадычным и верным другом.

А когда через два часа мне сообщили, что есть возможность уже сегодня попасть на первый прием, граф вполне естественно вызвался меня сопровождать. И мы, весело и оживленно переговариваясь, отправились в императорский дворец. Граф больше всего радовался тому, что за эти долгие дни кажущегося безделья остался примерно с тем же капиталом. Удачи и проигрыши у него чередовались и даже склонялись более к плюсам. Но огромные расходы на угощения для новых знакомых моментально съедали все прибыли от игры. Меня же больше радовала возросшая популярность графа Шалонера среди местных аристократов. Он даже умудрился переспать с несколькими дамами из высшего общества. И очень быстро снискал себе славу компанейского и нежадного человека.

Поэтому он уже во многом разбирался, многих знал не только в лицо, а с довольно большим количеством знати даже завязал дружеские отношения. При этом, конечно, он полностью полагался на предварительные рекомендации и сведения, которые ему предоставлял Алоис. Они вместе сработались просто прекрасно и уже вчера знали о перенесении сроков первых аудиенций. Неожиданное решение принцессы начать ознакомительные приемы на два дня раньше намеченного объяснялось слишком большим наплывом желающих побороться за место консорта в такой огромной и мощной империи, как Оилтонская.

Порадовали, разрешив немного расслабиться, и поступившие из двух центров моей подстраховки сообщения о том, что пока ничего подозрительного против меня не наблюдается. Неужели враги Зела Аристронга так долго раскачиваются? Или совсем не оказались готовы к подобному повороту событий? А может, наши тайные силы оказались не на высоте? Время покажет.

Еще на подходе к западному крылу дворца, где каждого участника обязывали пройти регистрацию и опознание, мы увидели солидную толпу разряженных аристократов. Кое-где среди них мелькали симпатичные женщины в пышных платьях.

– Да их гораздо больше тысячи! – в ужасе воскликнул граф Шалонер.

– Вряд ли! – возразил я, внимательно присматриваясь. – Просто каждый прибыл со своим родственником или другом. Да плюс один-два телохранителя. А у кого и того больше. И корреспонденты между ними как угри вьются. Им вообще работа привалила – когда они еще раз столько наследных аристократов в одном месте увидят? Разве только на свадебной церемонии!

Наша группа сразу привлекла к себе внимание именно своей многочисленностью. Кто-то даже выкрикнул в нашу сторону:

– Вот это охрана! Или принц, или его на руках носят! Совсем больной!

Под сдержанный смех близстоящих я надел на свое лицо хищную улыбку и внимательно рассмотрел крикуна. Тот нисколько от моего взгляда не стушевался. Даже наоборот: вызывающе подбоченился. Ну еще бы! Все претенденты как на подбор. Здоровые, мощные, наглые и самоуверенные. Большинство явно бравировало своими вздутыми мускулами и каменной несокрушимостью. Хоть и виднелись порой лица интеллигентные, но и они взирали на остальных с презрительным высокомерием, внутренним превосходством.

– Ого! – забеспокоился мой сопровождающий. – Да тут такие волчары собрались! И это же только первый день! Ведь не все знают о приеме. Остальные лишь послезавтра подвалят. Драка будет несомненная! Ох и повеселится пресса!

– Да не только пресса! – согласился я. – Такого события уже давно не случалось в истории Галактики. Здесь скоро не протолкнуться будет от обывателей и ротозеев. И уж поверь мне – политики тоже здесь появятся. И немало. А уж эмиссары и представители «Доставки» не упустят случая протолкнуть свои интересы при таком скоплении влиятельных личностей.

– Ого! Да здесь соберется не только цвет Оилтонской империи?

– Конечно! И военные всех рангов попытаются заключить выгодные союзы и создать новые альянсы. Эти смотрины только с виду выглядят посмешищем для здравого смысла и развлечением для народа. На самом деле здесь в ближайшее время решатся судьбы не одного миллиона разумных особей.

– Не люблю я политику, – вздохнул граф Шалонер. – Только «зеленые» мне по нраву. Да и то не всегда их идеи и действия понять можно.

Пока мы так беседовали, прошло примерно полчаса. За это время на площадь подтянулось еще с полтысячи человек. На прилегающих улицах показались многочисленные автомобили телеканалов и прочих компаний, вещающих в эфир и ведающих новостями. Видимо, информация о первой аудиенции изрядно запоздала и никем из прессы и телевидения не была предугадана.

Как только открылись громадные ворота, претенденты потянулись вовнутрь. В приглашении указывалось конкретно: каждый может быть с одним сопровождающим. И вдвоем они будут присутствовать на балу и торжественном ужине. Но принцессе представят только претендента. Аудиенция заключалась лишь в представлении и ответе на один-два вопроса наследницы. И то если она соблаговолит их задать. Проявлять инициативу и самому встревать в разговор возбранялось.

Как ни странно, среди сопровождающих оказалось довольно много женщин. Особенно молодых, хоть и не всегда достаточно красивых. Многие мечтали воспользоваться таким случаем и побывать на императорском балу пусть даже с братом, кузеном или племянником.

Поэтому охрана оставалась на площади, а претенденты разноцветным ручейком вливались во внутренний двор, почти по всему периметру которого располагалось пятьдесят совершенно автономных помещений. Раньше их здесь явно не было. По крайней мере, в мое время. Видимо, их соорудили специально для предстоящих смотрин и для того, чтобы максимально ускорить процедуру идентификации каждого претендента и его сопровождающего. Ведь не будут же гордые и своенравные наследники громких титулов, а часто уже и обладатели этих титулов, стоять в очереди часами! Словно бездомные бродяги за тарелкой бесплатного супа.

 

На входе в каждое помещение стояли гвардеец из дворцовой охраны и распорядитель. Последний, источая самое милое и дружелюбное обаяние, проводил претендентов внутрь, и уже после проверки, которая занимала десять минут, гости выходили в зал внушительных размеров. По моим воспоминаниям, здесь раньше располагался императорский кинозал и в нем спокойно могло уместиться несколько тысяч человек. В принципе как и во всех залах западного крыла.

Нам удалось попасть во вторую волну, поэтому мое имя оказалось в конце первой сотни. Все имена по порядку высвечивались на огромных стенных табло. И любой гость без труда мог следить за ходом аудиенции и подходить к переходу в соседний зал в нужное время. Организаторы постарались на славу и проявили весь свой талант, выдумку и оригинальность. Пробок и столпотворений вполне можно будет избежать и в те дни, когда наплыв претендентов перевалит за тысячу.

Всего желающих заполучить в жены наследницу Звездного престола в первый же день собралось около трехсот. И по моему мнению, именно они обладали наибольшим даром предвидения и похвальной предусмотрительностью. Ведь немаловажным плюсом было представиться принцессе в самых первых рядах. Пока у нее в глазах еще не потемнело от равномерного мелькания новых лиц, а уши не оглохли от обилия и разнообразия титулов, имен и комплиментов.

Лишь только первые гости из второй сотни показались в зале ожидания, а аудиенция уже началась. Конвейер работал отменно. Мы тоже постепенно подтянулись ко входу и влились в притихшую очередь титулованных аристократов. В минуту мы делали с десяток шагов и очень скоро рассмотрели, что же происходило в зале приемов. Главный распорядитель делал жест рукой, претендент ступал на красную дорожку, и глашатай объявлял его титул и имя. Сопровождающий претендента тут же отходил в сторону и мог спокойно поджидать своего визави в любом удобном месте гигантского помещения. Сама принцесса восседала в центре зала на высоком троне, и ее туфельки располагались на одном уровне с головой каждого, так что даже припасть к божественной ручке было весьма проблематично.

Зато оделась Патрисия просто потрясающе. Да и лицо привела в идеальный порядок. Если уж не меня, то всех остальных она прямо ошеломляла своей красотой и величием. Лишь когда я подошел ближе, то сразу заметил в ее глазах ледяную пустоту и бесстрастный металлический блеск. Хотя на лице играла милая и благожелательная улыбка. Чувства свои я собрал в кулак и затолкал на самые задворки разгоряченного встречей сознания. Так что даже боюсь сказать, какие именно среди них превалировали. Главное, что на моем лице светились восхищение, страсть и влюбленность.

Справа от трона в весьма удобном кресле сидел маркиз Винселио Грок и зачитывал принцессе повторно титул и имя претендента. Время от времени распорядитель подносил ему очередной листок с пронумерованными строчками крупных букв. Зрение у маркиза явно стало сдавать. А слева переминался с ноги на ногу нынешний командир дивизиона, крутой солдафон и бравый вояка Хайнек. Он подозрительным взглядом буравил каждого гостя, пытаясь высмотреть под одеждой несуществующее оружие или телепатически услышать крамольные мысли. Ни того, естественно, ни другого ему сделать не удавалось, и он только провожал расстроенным взглядом каждого отходящего аристократа.

Иногда принцесса кратко переговаривалась с прибывшими молодыми мужчинами, и тогда очередь замирала, в душе завидуя счастливчику. Но это было редко и только в тех случаях, когда принцесса знала кандидата лично.

Но вот меня она все-таки выделила. Предварительные наши деяния не пропали даром. Когда маркиз повторил мое имя, она вздернула вверх правый уголок своих губ, что у нее означало иронию, и спросила:

– Вам все-таки удалось вырваться из-под опеки вашего батюшки?

– Ваше высочество! Я благодарен отцу за факт моего рождения, но в жизни я всего добиваюсь только своим умением, физической силой и знаниями. И я обязательно добьюсь вашей руки!

На мои быстрые, как пулеметная очередь, слова Патрисия поощрительно кивнула, а Хайнек засопел гораздо громче и чуть ли не влез между нами.

– У вас прекрасный голос, – продолжила принцесса. – Наверняка хорошо поете?

– Увы, ваше высочество! Слуха не было с детства. И только в последнее время появились улучшения.

– Тогда желаю вам удачи в первом отборочном туре! – томно проворковала Патрисия и тут же перевела свой взор на претендента, стоящего за моей спиной.

Я отвесил изящный поклон и отошел в сторону, огибая трон и разыскивая глазами графа Шалонера. Когда я подошел к нему, привлеченный поднятой рукой, он тут же возбужденно зашептал:

– Когда ты отвернулся и стал уходить, принцесса очень странно и пристально на тебя посмотрела. Тому старому дядьке пришлось еще раз зачитывать имя стоящего за тобой парня.

– Прекрасно! Именно этого мне и хотелось – запечатлеть свое присутствие!

Хотя в голове зароились разные мысли. А если она меня узнала?! Ведь Зарина узнала чуть ли не моментально! Хотя нет… вряд ли. Такое вообще невозможно! Ведь даже запах мы с Булькой изменили! И походку! И голос… А почему она так заинтересовалась моим голосом? Понравился? Да нет! Ей всегда было наплевать на певческие способности. Хотя со мной она позволяла себе наслаждаться лучшими произведениями эстрады и классики… И любила, когда я ей пел под гитару… Издеваясь при этом над моим несуразным голосом… Хотя когда это было!.. И зачем она все-так и спросила?

Дальше мы переговаривались ничего не значащими фразами, неспешно переходили с места на место и изредка присматривались к моим конкурентам. Но основное внимание мы уделяли происходящим возле трона представлениям. Да и не только мы. Буквально все с нескрываемым напряжением ловили каждое движение губ принцессы, ее взгляд, жест или улыбку. И сразу фиксировали малейшие признаки благосклонности или заинтересованности по отношению к любому соискателю, сразу автоматически зачисляя счастливчика в свои личные враги. Ну может, и не совсем уж во враги – не хватало только аристократии перестрелять друг друга по поводу предстоящей женитьбы на принцессе! Но благожелательности к молодым мужчинам, выделенным венценосной особой, никто не испытывал.

Процесс представления уже подходил к концу, когда распорядитель подал маркизу Винселио Гроку последний листок. Но не отскочил, как всегда раньше, а прошептал несколько фраз начальнику дворцовой стражи прямо в ухо. После этого маркиз надел очки и стал постоянно посматривать на вход, где уже отчетливо виднелся хвост очереди. Напряглась и принцесса, отличавшаяся особой остротой зрения. А Хайнек выступил на два шага вперед, став на один уровень с претендентами, кланяющимися ее высочеству. И вот на дорожку ступил тот, кем заранее заинтересовались намного больше, чем мной. Если бы я был не я, то сразу же подумал бы, что к трону приближается Тантоитан Парадорский. Ну или его почти точная копия. Настолько мало виделось различий. Но самое главное бросалось в глаза сразу. У этого кандидата вызывающе блестела лысина! Лишь за ушами да сзади, чуть ниже затылка, кустились жиденькие волосы. Тем более смешно смотрелись на его лице густые, средней величины бакенбарды. Ну а в остальном… Хотя нет, походка тоже отличалась! А вот голос… Почти все в зале замерли и застыли, но все равно разговор у трона расслышать не удалось. А Патрисия с ним проговорила дольше всех – чуть ли не две минуты. Но видимо, успокоилась после этого, так как даже не посмотрела вслед моей копии, когда та отходила от трона.

Странно! И кто он такой?! Когда глашатай прокричал его имя, никто из претендентов и их друзей не обратил на это особого внимания. А престарелый маркиз повторял его тихо, только для ушей принцессы. Но все равно – надо обязательно узнать, что это за пародия на меня самого!

Пока последние кандидаты представлялись принцессе, мне удалось пройти поближе к Бакену, как мы с графом сразу его окрестили, и присмотреться внимательней. Вроде ничего особенного: такие же мышцы, как у меня прежнего, примерно тот же вес, та же мимика. Разве только чуть ниже… Да, наверняка! Сто восемьдесят три сантиметра, не больше! А то и меньше… Но откуда такая схожесть? Научить его передвигаться как следует, приклеить парик, сбрить дурацкие бакенбарды – и никакого отличия! Вот уж воистину велика Вселенная, но Галактика необъятна!

– Ты хоть видишь кого-либо из своих новых знакомых? – спросил я своего товарища.

– Конечно! – оживился граф. – С двоими я уже успел обменяться взмахами руки, а еще одного вижу в другом конце зала.

– Направляйся к ним и приложи все усилия, чтобы выведать имя этого Бакена. Хотя они могут и не знать. И постарайся организовать нас всех в одну кучку и познакомить. Лучше всего, если мы усядемся за столом рядом. Будет что послушать и с кем пообщаться. А я тут тоже увидел одного человека. Хороший парень – может, удастся с ним заново «познакомиться».

И мы поспешно разошлись каждый в свою сторону. Не присматриваясь больше ни к кому, я подошел к одной из немногочисленных разнополых пар и смело спросил:

– Разрешите представиться?

И девушка, и парень удивленно переглянулись, но тут же согласно кивнули.

– Наследный барон Артур Аристронг!

– Виконт Корт Эроски! – представился парень сам и повернулся к своей спутнице, намереваясь представить и ее.

Но я очень вежливо его перебил:

– Извините… но имя этой очаровательной девушки мне известно. Амалия Эроски! Разве только подскажете степень вашего родства…

– Она моя кузина.

– Я так и предполагал! Разрешите, прекрасная Амалия, выразить вам мое восхищение и истинный восторг. Именно такие чувства вызывает у меня ваш несравненный талант.

– Вы, наверное, видели меня в одном из кинофильмов? – догадалась девушка, довольно улыбаясь.

– Конечно! – пылко воскликнул я. – Четыре года мне пришлось жить в условиях, далеких от настоящей цивилизации, и фильм о древней царице мне доставлял много радостных минут и удовольствия. Я его смотрел раз двадцать. Поэтому сразу же вас узнал и, еще раз прошу извинить меня за назойливость, не мог позволить себе не выразить своего восхищения!

При последних словах я протянул ей ладонь, и она вложила в нее свою очаровательную ручку. Галантно поклонившись, я поцеловал нежную кожу запястья. Девушке понравилось не только это.

– Мне даже странно, что вы жили где-то в глуши. Ваши манеры указывают на постоянное пребывание в высшем свете.

– О да, прекрасная Амалия! Четыре года я был высоко в горах и услаждал свое сознание только вашим высоким искусством! – Этой шуткой я вызвал довольный смех у обоих. – К сожалению, мне неведомы ваши последние роли…

– Увы! – Губки красавицы печально сложились бантиком. – С тех пор мне не удалось сняться ни в одном фильме…

– Но это же настоящее кощунство! – воскликнул я с горечью. – Прятать такой талант от ваших истинных поклонников!

– Мне кажется, – не выдержал наконец виконт, – что вы пришли с целью понравиться принцессе?

На его лице играла добрая и благожелательная улыбка. И я ответил ему тем же тоном:

– Естественно! И не только понравиться, но и жениться на ней впоследствии! Но это не значит, что я не буду оказывать внимания лучшим актрисам и перестану покровительствовать искусству!

– Только не надо об этом говорить во всеуслышание, – пошутил Корт, – а то вас отсеют еще до начала первого тура!

На нас действительно уже оборачивались, и я с деланым испугом закрыл себе рот ладонью. Амалия при этом мило рассмеялась и добавила:

– И не только вас, барон, но и всех, кто с вами разговаривает!

Теперь уже виконт картинно повторил мой жест, и мы захихикали все втроем.

Корта Эроски я знал прекрасно и давно. Семь лет назад мы вместе сражались на столичных баррикадах с мятежниками. А потом еще с год часто встречались по делам и просто на отдыхе. После этого я отбыл на целую серию специальных заданий, а он окунулся в дела своего аристократического рода. И наши пути практически не пересекались. Но человек он был очень веселый, любил розыгрыши и имел превосходное чувство юмора. Поэтому уже через десять минут мы опять стали с ним если не друзьями, то уж хорошими знакомыми точно.

Еще через четверть часа граф Шалонер подвел к нам группу из шести человек. Одного кандидата и двоих сопровождающих он с гордостью представил как друзей, а уж остальным нелепо было отказываться знакомиться. Хотя после представления некоторое время чувствовалась особая натянутость и официальность в разговоре. Но тут уж опять постарался граф Шалонер:

– Господа! Предлагаю вам представить одну вещь. Пусть каждый из вас убедит себя в том, что именно он станет избранником принцессы. А остальных своих соперников наградит утешительным призом в виде веселых рассказов, историй и шуток. Как бы то ни было, сегодняшний вечер надо провести радостно и непринужденно. А будни непримиримых состязаний откладываем на завтра! Договорились? Кстати, я знаю один анекдот о троих принцах…

 

И отношения наладились. Уже через полчаса мы были самой раскрепощенной, шумной и веселой группой во всем зале. Возможно, именно поэтому к нам с ходу присоединилась еще одна парочка: некий маркиз со своей родной сестрой. Они оказались с кем-то из нас знакомы. После этого многие стали смотреть на нас с осуждением и непониманием. Хотя в большинстве взглядов читалась обычная зависть.

А когда всех позвали в соседний зал к накрытым банкетным столам, мы сразу оккупировали самую удобную и выгодную оконечность. Именно там совсем рядом находился переход в другой зал, танцевальный. Об этом «по секрету» сообщил граф Шалонер. И мы уселись там компактной группой. Тогда как остальные чуть ли не дрались, расталкивая друг друга и пытаясь занять места как можно ближе к возвышению, на которое через некоторое время гордо воссела наследница Звездного престола.

Когда первая, сугубо официальная часть ужина осталась позади, наша компания раньше всех расслабилась и позволила себе многочисленные вольности. Тут опять постарался граф Шалонер, принявшийся с юмором описывать кандидатов, которым повезло оказаться в непосредственной близости к принцессе:

– Нет, вы только гляньте! Тот с квадратным лицом, слева от наследницы. Да он еще ни разу к вилке губами не прикоснулся! Очевидно, боится подавиться, если к нему обратятся с вопросом! А тот, что рядом с ним, – да я таких локонов и у женщин не видел! Хочет очаровать ее высочество томным взглядом!

Слушая его комментарии, мы вначале еще как-то сдерживались от смеха. Но давалось это нам с трудом. И постепенно хихиканье все больше набирало силу. А мой товарищ наконец-то заговорил об интересующем нас человеке:

– А тот лысый – да он вообще о чем-то задумался! Словно забыл, где находится! Хоть и сидит недалеко от принцессы… По-моему, кличка Бакен ему в самый раз! – Посмеявшись со всеми, он спросил: – Между прочим, кто он ей? Я его представления так и не услышал.

– О, это не кто иной, как герцог Лежси из системы Шакаван! – тут же отозвался наш новый знакомый, маркиз. – Это именно его отец год назад попался на сотрудничестве с работорговцами и был приговорен к пожизненному заключению. Ну вы же помните тот скандал, что тогда разразился? – Я вместе со всеми согласно покивал, хотя о том событии, скорее всего, и не слышал. – Так вот, его сын находится в изгнании, и он с отцом состоял в непримиримой вражде. Но все равно это верх наглости – прибыть на подобную церемонию! И его возраст, как мне казалось, уже давно за тридцать…

– Нет, не давно! – Корт Эроски сделал вид, что заступается за герцога. – А совсем недавно. Да и по виду… он молодо выглядит – никто ему не даст больше… тридцати шести!

При последних словах мы не выдержали и прямо грохнули смехом. Чем и притянули к себе всеобщее внимание. Патрисия наклонилась к Винселио Гроку, и они стали копаться в листках со списками. Тут же подскочил один из помощников начальника дворцовой стражи и, видимо, перечислил всех нарушителей спокойствия. Нас это нисколько не испугало. Хоть Амалия и прошептала дрожащим от смеха голосом мне и своему кузену:

– Вот теперь уж точно вас вычеркнут из списков!

Корт только еще больше рассмеялся в ответ. А я тем более не расстроился. Уж я-то знал, с какой завистью Патрисия всегда смотрит на шумные и веселые компании. Она и сама не прочь там оказаться, невзирая на свою почти постоянную строгость и надменность. Поэтому оставшиеся полчаса торжественного ужина я изо всех сил старался держать бразды веселья в своих руках и конкретно выделиться собственной непосредственностью.

Сменами блюд гостей не баловали. Легкие закуски, минимум салатов и лишь под занавес нечто мясное с овощным гарниром. В самом начале масса прохладительных напитков на столе заставила графа Шалонера огорченно воскликнуть:

– Безалкогольный бал?!

Но впоследствии целые вереницы лакеев проворно наливали из-за наших спин любую выпивку на заказ. И возле нашей компании получилось наибольшее столпотворение. Так нам хотелось попробовать максимальное количество сортов вина, коньяка и ликеров из императорских запасов.

Но вот лакеи исчезли со своими веселящими столикам на колесах. А главный распорядитель объявил:

– Ее высочество приглашает всех гостей в бальный зал.

Все встали и чинно дождались, пока наследница престола помпезно продефилирует через весь зал и войдет в соседнее помещение для танцев. Проходя мимо нас, Патрисия не удержалась и пристально осмотрела дюжину застольных весельчаков и балагуров. Как я и предвидел, презрительного выражения на ее лице мы не увидели. Скорее, легкая настороженность и явное любопытство.

Как только принцесса поравнялась с широко распахнутыми дверьми, распорядитель объявил:

– Дамы и господа! Первыми выходят гости из-за близстоящих к бальному залу столов!

Вот так мы и оказались ближе всех к наследнице престола. Я мог даже дотронуться до нее рукой, когда мы пересекали огромный, отделанный светло-зеленым мрамором зал. Здесь устроители бала также подготовили существенную для всех неожиданность. Вдоль стен малыми и большими группами стояла столичная аристократия. Да и не только столичная. Но самое главное – среди желающих потанцевать подданных императора преобладали дамы молодого возраста.

И я внутренне зааплодировал дальновидности Патрисии. Ведь огромная часть претендентов отсеется в первом же туре. И вот тогда мимолетные знакомства на вечернем балу могут перейти совсем в иную стадию отношений.

От шикарных нарядов, блеска драгоценностей, дурманящих парфюмерных запахов и приятных, а то и обворожительно прекрасных лиц граф Шалонер пришел в полный восторг:

– Какое счастье, что я не кандидат! Уже сегодня я смогу выбрать себе будущую супругу!

От этого грубого нарушения всех предписанных правил этикета ее высочество чуть замедлила движение и повернула голову в нашу сторону. И высказанная ею «угроза» вызвала улыбки на лицах всех, кто находился рядом с ней:

– Попробуйте только не найти себе суженую на сегодняшнем балу!

– Ваше высочество! – Похоже, мой друг не испытывал ни малейшего смущения перед венценосной особой. – А если все они откажут мне в моем предложении?

– Тогда… – Патрисия мгновение подумала и сочувственно вздохнула, – придется вас лишить титула и всех поместий! Так что, граф, дерзайте!

И она опять поспешила к наиболее освещенному возвышению в конце зала. А я про себя немало удивился: раз она умудрилась запомнить титул даже моего сопровождающего, то насколько же тогда она заинтересовалась мной? В этом вопросе тоже перестараться не хотелось. Слишком рано привлекать к себе внимание всех тайных служб Оилтона. Пусть они поначалу пар выпустят на тысячах моих конкурентов.

Расположились мы чуть ли не на первых ступеньках возвышения. Остальные соперники возбужденной рекой растекались по периметру зала, оставляя центр свободным. Раздалась легкая музыка, призванная настроить присутствующих на должный лад. И опять распорядитель принялся описывать предстоящее действо:

– Ее высочество желает выбирать себе партнеров на танцы. На первый вальс…

Распорядитель сделал длинную паузу, в течение которой происходил выбор первого кавалера. Наследница престола уже и шаг успела сделать в сторону нашей компании, но потом явно передумала. Слишком уж все претенденты стояли окаменелые и неподвижные. Поэтому она просто отправилась в центр зала. Видимо, прямая связь подсказала распорядителю дальнейшие действия, и он выкрикнул:

– На первый вальс партнер будет выбран по воле жребия!

Тут же загудел автомат на возвышении. Он весьма походил на старинные образцы, устанавливаемые в казино. Только на нем были цифры. Десять секунд вращения, три щелчка – и вот они, три цифры, составляющие число сто пятьдесят три.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14 
Рейтинг@Mail.ru