Брошенная и восставшая!

Ирина Майская
Брошенная и восставшая!

«Женщина – поразительное создание.

Какая бы беда её ни постигла, она будет держаться и жалеть других, и помогать близким, и кормить, и лечить, и будет ласкова, заботлива и терпелива, и сквозь слёзы будет улыбаться, чтобы никого не огорчить своим страданием…»

Алёна Полынь

 

Я просто есть, и это классно!

Я просто есть, и я – прекрасна:
Прекрасна в утренней улыбке
И в совершённой мной ошибке,
Прекрасна в злости и в печали,
В конце прекрасна и в начале.
Никто, как я, не рассмеётся,
Моей походкой не пройдётся,
Ход мыслей мой не повторит,
Стих за меня не сочинит.
А оттиск пальца моего?
Такого нет ни у кого.
И глаза радужки такой
Нет больше в мире ни одной!
Я – уникальна, несравненна,
Я есть, живу, и это ценно.
И мне доказывать не надо,
Что я ни в чём не виновата,
Что пользы много приношу.
Я просто есть, живу, дышу!
В картину целостную мира
Я свой, один мазок вношу.
Но без него на полотно
Легло бы белое пятно.
В цветной мозаике Вселенной
Дыра была бы непременно.
Я – штрих, песчинка мирозданья,
Но всё ж прелестное создание.
И потому – меня любите
Такой, как есть, и не судите
Мои поступки и слова.
Я – есть! Я – чудо! Я – жива!
Ведь кто-то ГЛАВНЫЙ точно знает,
Зачем Он звёзды зажигает.
Вы спросите: «А ты – звезда?»
Отвечу без сомненья: «Да!»
Я – даже целая планета,
Я есть, живу, прекрасно это!
Ведь каждый ценен тем, что он
Такой один на миллион.
И здесь успехи неважны,
Мы перед Богом все равны,
Он любит всех Своих детей
И без прикрас, и без затей.
Я сквозь толпу иду отважно,
Её признанье мне неважно.
И пусть свирепствует молва,
Я – есть! Я – чудо! Я – жива!!
 
Ирина Серебрякова

1. Любовь с первого взгляда


У меня с детства стопроцентная интуиция.

Но, ослеплённая любовью к Глебу, я не ожидала, не предчувствовала, что он бросит меня с маленьким ребёнком на руках.

На что я надеялась? Вела себя как идиотка. Порола ему правду-матку в глаза, проводя свои детективные расследования и включая дедуктивный метод, доказывая его многочисленные измены, не думая о последствиях.

В свои двадцать с небольшим лет я наивно думала, что если прижать мужика к стенке фактами измены, то это исправит его, вернёт «блудного сына» в семью.

Осознание истинных причин развода придёт гораздо позже. И я уже не стану считать виноватым во всём только супруга, принёсшего мне двенадцатого декабря повестку в суд на рассмотрение иска о разводе.

За десять лет до этой роковой даты он ворвался в мою жизнь настолько стремительно, что это было сродни торнадо. В первый же день его появления в нашей школе мы столкнулись с ним напротив кабинета директора, и я сразу утонула в его карих глазах. Он был безумно красив и сексуален. Его улыбка и ямочки сразу располагали окружающих к себе, не оставляя ни тени сомнения, что это однозначно положительный герой нашего времени. Да, обаяния ему было не занимать… За пять минут общения с девушкой он влюблял её в себя своей бешеной энергетикой. И целый косяк одноклассниц – десятиклассниц порхал вокруг него на всех переменках.

На школьной дискотеке в актовом зале, где выступал школьный ансамбль и пела талантливая девчонка из седьмого класса, я пригласила его на белый танец, и он закружил меня в вихре танца. Глеб был необычайно галантен, чувствовалось хорошее воспитание манер, привитое ему с детства. Это была любовь с первого взгляда.

Он покорил меня игрой на гитаре, чувственными романсами и модными песнями Владимира Высоцкого, голос которого звучал из магнитофонов в каждой квартире страны.

Я была авторитетом и заводилой в классе, ну а по линии пионерской и комсомольской работы – даже командиром пионерского штаба Калининского района города. В моём собственном девятом «А» классе за меня боролись пацаны. Они наперебой предлагали мне дружбу, передавали любовные записки, таскали мой портфель после школы и провожали меня, как конвой – с обеих сторон, до дома.

Но мне с некоторых пор никто не был нужен, кроме Глеба. Я была увлечена им настолько, что прямо на уроках на промокашках в тетрадях тренировала подпись его фамилии для образца росписи в новом паспорте в связи со сменой фамилии. Интуиция мне подсказывала, что мы обязательно поженимся. Я установила себе в голове эту программу. Просто зомбировала себя на брак с ним. Я верила, что он мой мужчина «по судьбе», что именно он – моя вторая половинка в этой жизни.

Мальчишки нашего дружного класса не хотели подпускать «чужака» ко мне. Они допускали только одну вероятность – это мой выбор друга среди своих родных одноклассников. После уроков был организован бой местного значения по честным правилам «один на один». Основной кандидат в мои поклонники из одноклассников – это Егор. Он давно занимался боксом, но Глеб сумел одолеть его, нокаутировав на пятнадцатой минуте. Победой он закрепил меня своей девушкой и был принят пацанами. Он стал вхож на наши вечеринки и посиделки, которые мы устраивали по кругу по вечерам в тех квартирах, где родители либо отсутствовали, либо не возражали против нашего общения вне стен школы, считая, что лучше тусовка под присмотром, чем в «подполье» – на чердаках и в подвалах домов.

Это были шальные 80-е годы. В СССР наступила золотая эпоха русского рока. Мы зажигали под музыку групп «Машина времени», «Браво», «Наутилус Помпилиус». Нам безумно нравился Виктор Цой и группа «Кино». И Алла Пугачёва уже пять лет надрывно выдавала свой смех, исполняя «Арлекино».

Мы относились к поколению X – так называемых детей с «ключом на шее». Нас приучали к ранней самостоятельности, к борьбе с трудностями. Мы сами делали уроки, разогревали обеды на газовой плите. Мы всё познавали на собственном опыте.

Нашу страну захватил процесс сексуальной революции, и сдержать его по сути было уже невозможно.

Были сломаны общественные консервативные нормы, такие как секс вне брака и целомудрие. Для неженатого мужчины пользование услугами проституток считалось естественным. Оральный и анальный секс перестали быть «табу», особенно среди молодёжи. Не миновала сексуальная революция и возникновения близких отношений у нас с Глебом.

Как ЭТО произошло первый раз?

Моя подруга Ленка побоялась ночевать дома одна. Её паханы и старшая сестра выехали срочно в область на похороны близкого родственника. Я отпросилась у мамы и рванула к ней на выручку. Вдвоём нам тоже оказалось страшновато, и Ленка как-то ухитрилась вызволить из дома к себе на ночёвку Димона и Глеба. Молодое дело – нехитрое. Поиграв в детские игры, мы с Глебом совершили нашу собственную сексуальную революцию, окропив белоснежную простынь. У него уже был серьёзный опыт по этой части с девочкой Зоей старше его на десять лет, когда он отдыхал в Крыму прошлым летом.

Так у нас с ним закрутились очень близкие отношения, которые не знали ограничений в способах сексуального удовлетворения.

Стать настоящей женщиной, а именно, женщиной, испытавшей первый оргазм, мне удалось не сразу. Но когда это случилось, я была настолько потрясена волшебным наслаждением, что считала этот день самым лучшим, самым главным днём в моей жизни – в моей женской жизни!

Как нам хорошо было вместе! Мы открывали все новые и новые возможности и проходили вместе уроки любви. Я была уверена, что лучше Глеба нет, ну просто не может быть мужчины! Это была не просто любовь чувств, это была любовь тел, любовь наслаждений, любовь от счастья быть вместе и дарить друг другу безумный восторг!

Мы хотели быть вместе навсегда! Нам так было кайфово! Но родители упёрлись, что брак нужно отложить и получить образование, встать на ноги, получив профессию…

И тогда мы с Глебом поклялись, что никогда не перестанем заниматься любовью, пусть даже тайно. Даже если мы не поженимся, даже если мы поженимся, но разойдёмся, даже если Глеб женится на другой девчонке, пока я сама не захочу прервать эти сладостные отношения. Мы идеально подходили друг другу. Мы чувствовали друг друга. У нас отсутствовали какие-либо комплексы. Ничто не могло разлучить нас!

В тот момент мы с Глебом не понимали, что звёзды не одобряют наш союз. Мы слишком разные. Я ориентирована на земные радости жизни. Глебу подавай всё самое-самое изысканное и утончённое. Наши орбиты не должны были пересечься на просторах Вселенной.

2. Скелеты в шкафу


Беззаботные школьные годы стремительно пролетели, оставив крепкую нерушимую дружбу с одноклассниками и учителями.

Мы получили путёвку в жизнь, и каждый устремился поступать в вуз и приобретать профессию. Меня «цепляли» точные науки, поэтому я поступила на факультет экономики. Любимый уже учился в СибАДИ.

Наши отношения с Глебом напоминали затяжной прыжок с парашютом. Мы проводили много времени вместе, но предложения стать его женой никак не поступало…

Как водится у молодёжи, мы «тусили» на студенческих вечеринках, пили горячительные напитки, кружились в танцах и пели под гитару полюбившиеся романсы Александра Розенбаума, ставшего одним из популярных бардов с авторскими песнями. Алкоголь тёк рекой, и только в 1984 году в стране был принят закон о запрете употребления алкоголя гражданами, не достигшими 21 года.

 

В стране нарастал сексуальный бум: в студенческих общежитиях коменданты стали закрывать глаза на то, что студенты противоположного пола посещают друг друга и занимаются тем, чем им нравится, при этом не сталкиваясь с дисциплинарными взысканиями. Вечеринки с алкоголем проводились прямо в общежитиях, если, конечно, получалось достать алкоголь.

Где алкоголь, там глупости, и мы стали с Глебом допускать лёгкие флирты с участниками таких вечеринок. Наверное, нам хотелось обострения чувств и некой ревности. Например, могли слишком близко прижаться к партнёру в танце и даже поцеловаться. А когда ум затуманен дозой алкоголя, то такие невинные шалости со стороны второй половинки казались нам катастрофой.

В моей жизни рядом с Глебом меня просто преследовали катастрофы.


Катастрофа номер один

Я припоминаю, как однажды Глеб приревновал меня к парню на вечеринке и кинулся на балкон, перемахнув через перила. Он реально решил прыгать. В последнее мгновение мы ухватили его за рукав пальто и стали вытягивать обратно. Я не совсем понимала, почему он был в пальто, видимо, собирался молча покинуть вечеринку, но затем возникла идея суицида… Он практически повис на одной руке, квартира находилась на восьмом этаже, и прыжок вниз однозначно покалечил бы Глеба, если не убил бы… Невероятными усилиями ещё нескольких парней его вытянули обратно на балкон.

Однако Глеб вырвался и кинулся вон из квартиры. Я, конечно, выбежала за ним, флиртовать дальше мне совершенно расхотелось. Любимый целенаправленно бежал в сторону реки Туры. Это был марафон с дистанцией в пять километров. Достигнув берега реки, Глеб в полном обмундировании – в пальто и ботинках – стал входить в ледяные осенние воды реки. В этом месте течение реки было стремительным, и он с трудом продвигался на глубину. Не раздумывая, я бросилась за ним в реку. Откуда у меня взялись силы тянуть тяжёлого, сопротивляющегося и пьяного парня из воды на берег, я до сих пор не понимаю. В стрессовой ситуации мы способны на чудеса. Мой организм мобилизовался, когда я увидела, что Глеб находится между жизнью и смертью. И я сотворила чудо. Чуть позже я узнала, что моё чудо было обыкновенным, поскольку в новостях передали на следующий день, что одна женщина подняла машину, под которой оказался её ребёнок.

И ещё я обратила внимание на одну странную вещь – моя операция по спасению Глеба длилась несколько минут, но время, казалось мне, застыло, оно просто остановилось надолго, пока мой любимый не оказался уже вытащенным на берег реки. Возможно, я черпнула энергию из его биополя и, подзарядившись, сделала невозможное?


Катастрофа номер два

Мне кажется, я должна сообщить вам ещё об одном инциденте, который также связан с алкоголем и о котором никто до сих пор не знает…

В мои семнадцать лет отец Глеба хотел меня изнасиловать. Это была эпоха 80-х годов, и бум сексуальных домогательств прокатился по всем странам.

В этот день была Пасха – большой христианский праздник, когда верующие целуются трижды, радуясь воскрешению Христа, произносят: «Христос воскресе! – и отвечают – Воистину воскресе!»

Мы с Глебом отправились на молодёжную алкогольную вечеринку. Организовалась игра «в бутылочку». Пьянея, Глеб подолгу страстно целовался с каждой, на кого указывала бутылка.

Я ревновала…

И вдруг я совершила ужасную глупость, а именно, с горя демонстративно выпила большую дозу водки, почти стакан…

Мне стало плохо… Мы поехали к Глебу домой, чтобы я протрезвела. Он положил меня на свою кровать и принёс тазик, потому что меня рвало. Я находилась в отключке, еле соображая, что с работы уже пришла его мама.

Она говорила что-то о том, что нужно ехать к родне в район цирка. Учитывая моё плачевное состояние, будущая свекровь оставила меня дома трезветь, уехав с сыном в гости вдвоём.

Я проснулась, почувствовав на себе тяжёлое тело и поцелуи в губы.

Отец Глеба хотел овладеть мною, пользуясь беспомощностью перепившей девицы…

Он, конечно, знал о близких отношениях с его сыном и то, что я уже не девственница.

Мне было стыдно, страшно и позорно до ужаса!

Я заорала, что буду его невесткой! Что я безумно люблю Глеба и не прощу себе никогда, если он меня трахнет!

Я дала жесточайший отпор, закричав, что меня сейчас вырвет ему прямо в рот.

Он выпустил меня из плена и, угрожая, предупредил молчать:

– Если, доченька, ты только заикнёшься Глебу или его матери о том, что здесь было, ты об этом пожалеешь. Ты точно тогда не войдёшь в наш дом!

Я пообещала сохранить эту тайну, заблокировав этот скелет в своих мозгах, как запертом шкафу.

Позже он рассказывал, что в Германии существуют традиции, которые являются серьёзными культурными барьерами для славянского населения. Менталитет немцев другой. Он отличается свободными европейскими взглядами. Все бани в Германии совместные. Женщины, мужики, пожилые люди и дети – все парятся и моются вместе полностью голыми. Немцы не стесняются своей наготы. Подростки голыми купаются рядом с одноклассницами и их мамами. Они не усматривают в этом ничего неприличного. Если вы ведёте бизнес с немцами, то бизнес-партнёр может пригласить вас в домашнюю сауну, и вы должны будете, не краснея, голышом париться вместе со всеми, не прикрывая интимные места и не разглядывая пристально окружающих.

Как тяжело и трудно мне было в дальнейшем жить под одной крышей с этим старым распутником!

Осенью Глеба в очередной раз положили в больницу с хроническим бронхитом. Я приготовила передачу и отправилась его навестить. Передачу приняли и унесли в палату, но Глеб все никак не спускался на свидание со мной. Я вышла на улицу и стала кричать его по имени. На балконе стояли какие-то парни из числа госпитализированных, и они сказали мне, что я жду Глеба напрасно, что он в процедурном кабинете развлекается с симпатичной мед сестрёнкой. Я не верила своим ушам и продолжала звать его. Наконец Глеб спустился и вышел на улицу. Он улыбнулся своей неотразимой улыбкой с ямочками и спокойно сказал, что товарищи по палате так зло шутят. Я поверила его словам. Ведь я так сильно любила его. Мы нежно обнимались и целовались, гуляя по тропинкам больничного парка…

После выписки из больницы наши встречи стали, как прежде, регулярными и близкими. Но существенное время в студенческой жизни занимали конспекты по политэкономии и научному коммунизму, заучивание работ Ленина и Маркса, сессии и экзамены.

Я, конечно, помогала Глебу с английским и конспектированием лекций. Но, честно сказать, он сам учился довольно прилично. Математику он знал блестяще, на устных экзаменах по другим предметам, если экзаменатором была девушка, его всегда выручала обольстительная улыбка, и ниже отметки «Хорошо» он не получал никогда. «Хромал» только родной русский язык, но и тут он выкручивался, освоив практику использования шпор. В части начертательной геометрии ему всегда помогала мама, она работала в проектном институте, и работа с чертежами являлась её профессией.

Незаметно пролетели осенние дни.

Приближался самый яркий и весёлый праздник – Новый год. До нашей свадьбы оставалось восемь месяцев и три дня, но в последний день уходящего старого года мы с Глебом ещё не догадывались об этом.

31 декабря я позвонила ему, чтобы уточнить, у кого из друзей мы всё-таки встречаемся вечером? Где будем праздновать Новый год? Накануне Глеб отнекивался и говорил, что пока всё ещё решается. И только в последний момент по телефону он сказал, что мы расстаёмся, что он меня бросает и встречает праздник без меня. Я догадалась, что мой любимый встречает Новый год с той самой медсестренкой по имени Людмила.

Ошеломляющая новость за шесть часов до новогодней ночи была настолько неожиданной, – она придавила меня безысходностью ситуации, горечью обиды.

Я была Брошенной.

Я была Нелюбимой.

Мои мечты разрушились в одну минуту.

Я запаниковала: «Как мне дальше жить без Глеба? Ведь Он – моя Судьба!»

Весь последующий месяц я находилась в трансе, я искала выход из ситуации, я не хотела отступать от своей мечты!

Случайно на глаза мне попался журнал «Болгарская женщина». На одной из страниц я увидела статью о женщине, которая, голодая сорок дней, кардинально изменила свой вес, превратившись в миниатюрную блондинку. Рядом с фотографиями «ДО и ПОСЛЕ» давался очень простой рецепт диеты – ничего не есть и пить воду до трёх литров в день. Я приняла решение, не сомневаясь ни одной минуты, начать голодать. С первого февраля начался этап борьбы организма с железной силой воли, которой я захлопнула свой рот и ничего не забрасывала в «топочку». На завтрак, обед и ужин у меня была одна вода, кругом вода…

Через неделю я начала медленно, но упорно сбрасывать вес. В первые пять дней легко рассталась с четырьмя килограммами. Через две недели полностью исчезло чувство голода.

Я реально становилась дистрофиком. За сорок дней я сбросила двадцать пять килограммов, поменяв гардероб с 50 размера на 44. Став худосочной, такой, как любит Глеб, я отправилась к нему домой покорять Эверест.

Я позвонила в дверь. Глеб открыл и не узнал меня.

– Иришка, это ты? – изумлённо воскликнул он. – Заходи, – пригласил он меня, распахнув дверь в квартиру.

Он рассматривал меня и не верил своим собственным глазам. Перед ним находилась девушка его мечты, его любимая девушка!

Подтверждалась поговорка, что мужчина любит глазами…

Восьмого июня в СибАДИ проводилась масштабная студенческая вечеринка, на которую меня с удовольствием пригласил Глеб. Он вообще меня таскал за собой теперь с огромным удовольствием, словно устраивал мировой показ мод. После танцев, уже поздно ночью, провожая меня домой, мой любимый признался мне в любви и предложил руку и сердце. На ночном небе сияли звёзды, обстановка была очень романтичной, и я сказала: «ДА».

Мы не стали говорить родителям о своём решении пожениться и тайно подали документы на регистрацию брака на третье сентября.

Однако я решила провести «обработку» родителей Глеба самостоятельно, тщательно подготовив аргументы. Я назначила отцу Глеба срочную встречу. К этому моменту у меня были два скелета против него, запрятанные глубоко в шкафу, и я начала шантаж.

Я объявила будущему родственнику о том, что мы с его сыном подали документы в ЗАГС.


«Мы давно любим с Глебом друг друга, и мы близки.

Да, я знаю, что я нищебродка, и вы мечтаете о другой партии для своего сына.

Но я настойчива, умна, красива, обладаю силой воли и твёрдым характером.

Я рожу вам внука!

Я буду пылинки сдувать с Глеба.

Я умею держать язык за зубами, и вы в этом убедились лично. За три года с момента вашей попытки изнасиловать меня, ни одна живая душа не знает об этом. Кроме этого, год назад мне стало известно, что вы имеете вторую жену – гражданскую жену, и воспитываете вне брака дочь. Эта информация проверена и стала мне известна от подруги вашей гражданской жены, которая являлась моим учителем биологии в школе. На тот момент Глеб бросил меня, закружившись с медсестрой, и, узнав, что я рассталась с вашим сыном, учитель облегчённо вздохнула. Ведь яблоко от яблони недалеко падает… Она была абсолютно уверена, что в вашем роду сексуальный кобелизм передаётся мальчикам из поколения в поколение. Она проявляла женскую солидарность и просто хотела уберечь меня от ошибки.

Меня эта генетика не останавливает. Я ЛЮБЛЮ Глеба, и мне всё равно, что будет дальше…

Я хочу носить вашу фамилию и быть счастливой столько, сколько отведёт мне Господь.

Вы можете быть уверены в моём молчании и сохранении этих двух секретов. Со мной можно идти в разведку!

Прошу благословить наш брак и не препятствовать ему…»


Отец Глеба обдумал мои слова и ответил: «Хорошо, я даю согласие. Но у меня есть одно условие: ты никогда не будешь тянуть сына уйти из нашей квартиры! Мы всегда будем жить вместе! Мои частые отлучки во вторую семью будут менее заметны при таком раскладе».

Мы ударили по рукам.

Далее я устремилась в проектный институт к матери Глеба и вызвала её на беседу. Я достала пригласительные билеты на регистрацию брака на третье сентября и предъявила их ей.


«Я безумно люблю вашего сына. Я с 16 лет мечтаю стать его женой.

Сейчас Глеб часто срывается во всё новые романтические отношения.

У вас уже были неприятные встречи с родственниками беременной несовершеннолетней девочки – солистки нашего школьного ансамбля, которой якобы Глеб сделал ребёнка.

Это был тяжёлый момент для вас, в том числе, страх от неясности того, является ли вынашиваемый плод вашей кровиночкой.

 

Я разговаривала с этой девочкой. Она честно сказала только мне, что ребёнок нагулян. Что в день зачатия она имела сексуальные отношения с двумя клиентами в отеле и даже не знает, от кого из них понесла беременность. Она сама пришла мне это рассказать, поскольку мы дружили.

Вам как матери будет спокойнее, если у Глеба появится семья и прекратятся его сексуальные похождения.

Я буду хорошей хозяйкой и в доме, и на даче. Я буду с радостью принимать все ваши советы по ведению хозяйства. Я буду любить вас как родную маму, и вместе мы сломаем стереотип того, что свекровь и невестка не уживаются вместе.

Мы будем жить все вместе! Мы будем одной дружной семьёй!

Я рожу вам внука! Я обещаю».


Через несколько дней по русскому обычаю родители Глеба с сыном приехали к нам домой сватать невесту.

Ни мои родители, ни Глеб никогда не узнали о проведённой мною психологической атаке на родителей любимого накануне сватовства.

Я умела бороться за своё счастье! И я интуитивно знала, на какие кнопки необходимо нажимать, пробиваясь к намеченной цели…

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10 
Рейтинг@Mail.ru