Записки лжецов

Индира Искендер
Записки лжецов

Глава 22

– Спешу вас обрадовать, тест отрицательный! Вы здоровы.

Дежурный врач-терапевт, женщина средних лет с улыбкой наблюдала за ее реакцией. Слова, давшие Сати пропуск в дальнейшую жизнь, эхом отразились от бездушного кафеля, который не мог разделить ее радости, как и горя тех, кто слышал совсем другой вердикт. Девушке подумалось, что для такого известия здесь должна быть припасена как минимум пара петард и хлопушек с конфетти. Облегчение было почти физически ощутимым. Хотя сделанному дома экспресс-тесту Сати вполне доверяла, ожидание здорово подточило эту убежденность. Сати постаралась скрыть искреннюю радость, чтобы врач не догадалась, насколько ей было страшно – она не любила показывать свою слабость.

– Спасибо, – сказала она и едва не спрыгнула со стула, чтобы поскорее оказаться за дверью пресно-белого кабинета.

День в ожидании результата анализа. Сати нарочно запрещала себе искать в интернете что-нибудь о ВИЧ, чтобы не накручивать, не выискивать у себя симптомы, которые могли быть простым совпадением. Она продолжала уверять себя, что с ней и Хади все в порядке. Она не могла себе представить, что было бы, подцепи она вирус. Из плюсов – возможно, Лаура помирилась бы с ней из жалости. Ну и Илез бы отвял раз и навсегда… Впрочем, он и так на горизонте не появлялся.

Сати вышла из кабинета, и навстречу ей поднялся Хади – он шел вторым.

– Ну как? – с волнением спросил он.

– Все в порядке, отрицательный! – Сати обняла его, но Хади быстро отстранился. С тех пор, как он увидел две полоски, нарочно или неосознанно, но он держался от нее подальше. – Я уверена, все будет хорошо.

Сати постаралась смотреть на него бодро, но Хади отвел взгляд.

– Все будет хорошо, – повторила она, желая его подбодрить.

Хади кивнул и прошел в кабинет, а Сати села в кресло в длинном пустом коридоре. Она все же не больна. О, Всевышний, какое же это счастье – знать наверняка.

«Спасибо Тебе! Спасибо! – еле слышно прошептала девушка. – Прошу тебя, защити и его тоже. Пусть тест ошибся! Пусть у него не будет этой гадости! Он много грешил, но он не заслуживает такого!»

Все время, пока муж отсутствовал, Сати не могла сосредоточиться ни на чем другом, кроме этой простой молитвы. Теперь, когда страх за себя прошел, беспокойство за Хади возросло многократно. Она твердила себе, что это просто ошибка. Она верила, что мысль имеет свойство материализовываться, и нельзя настраивать себя на плохой исход.

Хади задержался в кабинете дольше, чем она. Когда он вышел, Сати поднялась ему навстречу, ища признаки радостной вести. Но Хади отвел взгляд и сел, и ей пришлось опуститься рядом с ним. Он потер лицо руками, словно очень устал, и уставился в одну точку. Сердце Сати екнуло.

Все кончено.

Она все ждала, когда он вдруг воскликнет, что это шутка и он здоров, крепко обнимет ее и отпустит пару своих коронных острот. А он все сидел и таращился куда-то за пределы стены напротив, за пределы этой жизни.

– Хади? – осторожно позвала Сати. В глазах уже щипало от слез.

И «вдруг» произошло. Он склонил голову и закрыл глаза. Из-под черных ресниц по щекам скатились две слезинки и быстро затерялись в щетине. За ними поспешили еще две, и еще – Хади плакал, впервые на ее глазах.

Наверное, нет хуже зрелища, чем когда плачет мужчина. Это значит, что выхода нет даже для его силы и воли. Это значит, что вся его мощь, хитрость, расчетливость и власть не могут разрешить проблему, с которой он столкнулся. Сати смотрела, как без единого всхлипа, зажмурившись, плачет Хади. Ей хотелось вопить от отчаяния, бить его, ругаться – делать хоть что-нибудь, чтобы этого не видеть, вычеркнуть это зрелище из памяти. Он был сильным, она это знала. Несмотря на рост, он был невероятно сильным духом человеком… И сломался в момент.

Хади закрыл лицо руками и начал плакать по-настоящему.

– Мы что-нибудь придумаем! – затрясла его Сати. По щекам сбегали теплые ручейки слез, но она не обращала внимания. – Хади, не смей раскисать! Слышишь? Мы что-нибудь придумаем!..

Она обхватила его руками и прижала к себе. Хади вцепился в нее и плакал, сдерживая всхлипы, тяжело дыша, уткнувшись в ее плечо.

Спустя пару минут ему все же удалось взять себя в руки. Он отвернулся от Сати, стыдясь своего малодушия, и поднялся.

– Никому не говори, – велел он. – Ни единой живой душе. Для своих придумаешь что-нибудь. Скажешь, что я тебя избил или привел бабу. Беременную, кстати, – он попытался улыбнуться, но вышла гримаса боли. – В общем, что угодно, только не то, что у меня ВИЧ.

– Я… не понимаю, о чем ты? – удивилась Сати. – Я могу вообще ничего не говорить, зачем что-то врать?

– А как ты объяснишь, почему мы разбежались?

– Что?..

Сати, не веря своим ушам, поднялась с места. Как обычно она смотрела на него сверху вниз, но ощущала себя крошечной и беспомощной.

– Я… – Хади взглянул на нее и судорожно сглотнул. – Я даю тебе развод. Спасибо тебе за все. Ты, пожалуй, лучшая девушка, с которой я когда-либо… встречался.

Хади зашагал прочь по коридору, а она растерянно смотрела ему вслед. А что еще? Он поступил благородно, он должен был отпустить ее в такой ситуации. Не подвергать риску. Взять всю вину на себя. Но вот почему-то облегчения Сати совершенно не испытывала. Больше всего ей хотелось броситься за ним, удержать… Нет, идти с ним вместе. До конца. В тупик?

– Подожди! – Сати догнала его, он обернулся. Больше всего на свете ей захотелось просто его поцеловать. – Мы ведь друзья?

– Да, конечно, – сказал Хади. – Я просто… должен побыть один. Все это переварить. Потом созвонимся, тамам мы?

– Тамам… – дрожащим от слез голосом ответила Сати.

Когда Хади ушел, она снова опустилась на скамейку и, шмыгая носом, уткнулась в салфетку. Расчет был простой – отреветься сейчас. Перед мамой и Лаурой она должна быть железной женщиной, не потерпевшей унижения изменой.

Внезапно на ум Сати пришел другой тест, без полосок:

«Если ты сейчас навсегда исчезнешь из моей жизни, я не пророню и слезинки».

Она почувствовала, как скрутило все в груди, и едва не задохнулась от нового приступа рыданий.

***

Лаура вздрогнула, когда где-то в коридоре зазвонил ее сотовый. Выходной январский денек был настолько тих и умиротворен, что вторжение пусть и приятной мелодии в ее нирвану было просто возмутительным. И все же ей пришлось выползти из-под теплого одеяла и отправиться на поиски трубки.

– Я пока покурю, – сказал Азамат, последовав ее примеру, и потянулся за брюками, комом валявшимися на полу. С вечера не успел сложить.

Лаура не отказала себе в удовольствии провести взглядом по его слаженному телу, жар которого еще недавно подогревал ее собственное, а потом заторопилась к телефону. Увидев на экране имя сестры, она тихо выругалась. И из-за нее она покинула объятия Азамата?! Надо надеяться, что случилось что-то действительно экстраординарное и это не простое поздравление с Новым годом, который все равно уже прошел.

– Лаур, ты дома? – спросила Сати после приветствия.

Лаура воровато оглянулась – не слышал ли Азамат.

– Да, а что?

– Хорошо. Я сейчас приеду. Просто у меня же нет ключей.

– А что-то случилось?

– Да. Я тебе потом расскажу. Просто никуда не уходи, пожалуйста. Я скоро буду.

Озадаченная Лаура отложила сотовый и задумалась. И что могло случиться у Сати, раз она вдруг решила приехать, зная, что мама с Сальмой на неделю выходных уехала к родственникам? Хотя что голову ломать? Сейчас объявится и сама все расскажет. Лаура уже не испытывала к Сати прежней ненависти – ее поглотило новое волшебное чувство, охватывавшее ее всякий раз, когда она смотрела на Азамата. Она не считала, что влюбилась в него, но до этой зависимости было рукой подать, и похоже, она снова наступала на те же грабли – выбрала человека, которого не следовало выбирать.

Лаура вернулась в комнату. Азамат в одних брюках стоял у едва раскрытого окна и курил, выпуская дым в щель. И как против такого устоять? Статный, заботливый, мужественный, властный – идеал мужчины в ее глазах. А что он творил с ней в постели… Лаура зарделась от воспоминаний. Она никогда не позволяла себе так вести себя с Илезом, хотя поначалу он тоже, довольно робко, намекал на разные эксперименты. Но Лаура считала, что такие вещи – постыдное занятие, достойное лишь проституток. А она – жена, из уважаемой семьи, не должна так себя вести…

Азамат раскрыл ей глаза. Раскрыл ее саму. Порой он действовал грубо, давил, пользуясь ее слабохарактерностью. Порой делал, что хотел, даже не спрашивая, нравится ли ей это – ставил перед фактом: «это будет так, как я сказал». Нет, она была уверена, что имей она способность отказать, он бы не стал действительно принуждать ее. Но отказать Азамату… Вы шутите? Она никогда не признавалась ему, как ее возбуждает подобное отношение, как привязывает к нему – Азамат видел это и сам. Он будто угадывал ее желания и всегда попадал в точку.

– Тебе надо уйти, – сказала Лаура с сожалением. – Сейчас приедет сестра.

– Что ей надо? – спросил Азамат и вальяжно выпустил струю дыма прямо в комнату. – Ты сказала, она будет тусоваться у подруг.

– Она… Просто решила приехать раньше. Сам понимаешь, она не должна тебя здесь видеть.

– Понял.

Азамат раскрыл окно и щелчком отправил окурок в свободное падение. Лауру обдало морозным холодом с улицы, она поежилась, ведь кроме домашней футболки на ней ничего не было. Азамат подошел к ней, обхватил за ягодицы и по-хозяйски привлек к себе.

– Замерзла, малышка?

– Немного.

– Не хочу тебя тут оставлять.

– Может, она побудет немного и уедет, – предположила Лаура. – Тогда ты сможешь остаться еще на одну ночь.

– А твой когда приезжает из командировки?

– Он точно не знает пока… Как получится.

– Хорошо, – Азамат отпустил ее и продолжил одеваться. – Позвони, когда Лаура уедет. Я бы не отказался снова проснуться в твоих объятиях. Без всей этой суеты.

 

Лаура кокетливо улыбнулась, хотя когда он упоминал ее имя в третьем лице, это здорово напрягало. Когда Азамат уже стоял на пороге, он вдруг нахмурился и с озабоченно посмотрел на Лауру.

– Слушай, совсем забыл сказать об одной вещи… – он в кои-то веки выглядел сконфуженным. – Тут такое дело… Мне так неудобно об этом просить, Сатиш, но я не представляю, к кому еще можно обратиться…

– Что случилось?

– Ко мне на днях приезжает младший братишка. Ему должны сделать операцию на глазах. Она довольно дорогостоящая, и я почти собрал всю сумму. Но немного не хватает… – Азамат отвел взор и почесал затылок. – Ты не знаешь, у кого можно было бы занять?

– Не нужно ничего занимать! – воскликнула Лаура. – Сколько не хватает? Скажи, я помогу.

– Нет, не стоит, – начал отпираться Азамат. – Мне неудобно, правда…

– Ерунда! Я буду рада помочь!

– Сати, ну правда… Я отдам…

– Нет-нет! Не в долг. Это ради Всевышнего. Пусть это будет садака (милостыня) твоему брату. Сколько?

– Двадцать пять тысяч.

– Это не проблема. Скинь мне номер своей карточки, я переведу.

Азамат широко улыбнулся, обнял ее и подарил долгий нежный поцелуй.

– Ты просто чудо! – оторвавшись от губ Лауры, сказал он. – Ты невероятная девушка. Добрая. Щедрая. Красивая. Сексуальная. Идеал любого мужчины. И козел тот, кто этого не оценил.

Чувство собственного величия Лауры взметнулось до недостижимых высот. Илез никогда не говорил ей таких слов. Да еще и вот так – от всей души, глядя в глаза таким взглядом, что хочется, как Чеширский кот, превратиться в одну сплошную улыбку до ушей. Неужели он?.. Может ли быть, что он?.. Лаура не осмеливалась думать дальше. Они еще слишком мало знают друг друга, чтобы говорить о любви. А потом, когда Азамат решится… Она тоже решится. И даже пойти против отца.

До прихода Сати Лаура успела как следует проветрить всю квартиру, чтобы уничтожить запах сигарет и мужского одеколона, а также запах чего-то недозволенного и эйфоричного, которым, ей казалось, она сама пропитана насквозь. Правда, едва увидев сестру, Лаура смекнула, что ей не до таких мелочей. Сати явно плакала, но сейчас стояла скалой, со сжатой челюстью, словно собиралась одна биться в Третьей мировой войне. Лаура испытала одновременно злорадство и жалость, но вслух первую эмоцию выражать не стала.

– Мы с Хади развелись, – с порога объявила Сати, едва она успела открыть рот.

– Почему?! – опешила Лаура.

– Мы поссорились. Он слишком много общается с посторонними девушками. Я не выдержала и ушла.

Сати отчеканила предложения, как солдат на плацу, быстро разделась и прошла в комнату, оставив Лауру так и стоять в шоке посреди прихожей. Возвращение Сати совершенно не входило в ее планы, теперь риск разоблачения увеличился многократно. Конечно, это могла быть просто ссора, но зная упрямый характер Сати, Лаура сомневалась, что если Хади захочет вернуть ее, она покорно прибежит обратно. Надо будет выяснить все подробнее, когда она придет в себя, и продумать, как теперь встречаться с Азаматом. Надо было с самого начала сказать ему правду… Две разведенные дочери. Отца точно хватит второй инфаркт.

Глава 23

– Что за хрень она себе позволяет?!

– Пап, я…

– Не прошло и года после всей этой свистопляски с кражей и свадьбой, как она возвращается домой?!

Лаура решила, что самое время умолкнуть и дать отцу как следует выругаться. Трубка в ее рука разве что не раскалилась от его криков, громкой связью разносившихся по комнате. Сати сидела в кресле напротив, отвернувшись к окну, словно этот разговор ее не касался.

– Не надо было ее слушать! Вечно от нее одни проблемы! Четыре месяца прошло. Она что думает, что это игрушки?! Вышла замуж – сиди! Сохраняй семью во что бы то ни стало! Всевышний, чему вас учила мать… Две разведенки на мою голову!

Лаура понимала отца и даже где-то была с ним согласна. Но в своем разводе она была совершенно не виновата… Кроме одной маленькой лжи. А вот что произошло у Сати, так и оставалось тайной. Сестра не хотела откровенничать, видимо, памятуя об их ссоре из-за Илеза.

– Завтра чтоб она сюда приехала! – завершил гневную речь Эмран. – Уж я ей вправлю мозги. Разводиться-сходиться они мне тут будут… Так и передай ей. Азамат заедет за ней в час.

– Хорошо, отец.

Лаура дождалась, пока он отключит вызов, и посмотрела на Сати. Вот и час разоблачения настал… Завтра приедет Азамат, и ее ложь раскроется. Лаура почувствовала, как по коже забегали мурашки. Простит ли он ее обман?

– Я никуда не поеду, – бесцветным голосом заявила Сати.

– Но… Отец же велел…

– Я. Никуда. Не. Поеду.

Она все также изучала пейзаж за окном. Уже второй час.

– Сати, – жалость окончательно вышвырнула из сердца Лауры всю ненависть к сестре. – Поезжай. Может, он поможет все уладить. Ты же знаешь, он хочет как лучше. С Дачиевыми он очень много говорил, когда пытался сохранить наш брак. Может, у вас все получится? Не принимай поспешных решений. Если ты его любишь, надо бороться.

– Ничего не получится, – покачала головой Сати. – Он… Мы… Мы так решили. Ты же его знаешь. Он всегда был… бабником. – Голос сестры дрогнул. – Глупо было надеяться, что он станет другим…

– Он все-таки изменил тебе?

Сати бросила быстрый взгляд на Лауру и замотала головой.

– Нет. Нет, до этого не дошло. Я думаю… Ну, наверное, не дошло…

Сбивчивые ответы Сати ничего не объясняли, лишь вызывали большие подозрения. Она что-то скрывала, нечто большее, чем флирт мужа с какой-нибудь секретаршей. Однако Лаура не могла не признаться, что ее отказ ехать к отцу «на ковер» был как нельзя кстати. Еще одна отсрочка перед неизбежным разоблачением. Она уже решила, что снова притворится Сати, когда к ним заедет Азамат, а уж отцу скажет лично, что сестра не послушалась.

Дорога до дома отца заняла на полчаса больше времени, чем обычно. Не доехав до поселка пару километров, Азамат свернул машину на какую-то боковую дорогу, а там по пути нашел еще один укромный уголок. Снова, не спрашивая, хочет ли этого Лаура. Она по определению должна была хотеть.

– У вас с отцом все нормально? – спросил Азамат, когда они вернулись на передние сиденья.

– Почему ты спрашиваешь? – настороженно спросила Лаура. Она передвинула зеркало заднего видения на себя, чтобы поправить размазавшуюся губную помаду и припорошить румяные щеки солидным слоем пудры.

– По ходу он был зол, когда звонил вчера. Матюкнулся даже, а это с ним редко бывает.

– А, да… – Лаура вернула зеркало на прежнее место, и Азамат настроил его под себя. Он еще раз бросил взгляд на заднее сиденье, чтобы убедиться, что они не оставили никаких следов своего преступления. – Дело в том, что мы с мужем развелись. Вот он и бесится.

Азамат удивленно посмотрел на Лауру.

– Почему развелись? Надеюсь, он не узнал про нас?

– Не узнал. Ты же знаешь, у нас были… разногласия. Вот все накопилось и… Он дал мне развод.

– Вот дибил! – воскликнул Азамат. – Прости, но я не могу сказать, что мне жаль. Надеюсь, теперь мы сможем чаще встречаться?

– Не знаю. Мне придется жить у мамы. А там еще и Лаура.

– Возможно, она скоро оттуда свалит.

– Как это? – опешила Лаура.

– Я на днях вез Эмрана Раифовича домой, и он говорил с Дачиевым. У твоего деверя же такая фамилия?

– Да…

– Он звал их в гости, хотел обсудить, как он выразился, «больной вопрос». И упомянул про мальчика. Я так думаю, шла речь о том, чтобы ее вернуть. Они должны были встретиться вчера. А сестра тебе ничего не говорила?

– Нет.

– Что ж, может, и не срослось.

Лаура похолодела от одной мысли, что у отца с Дачиевым могло «срастись». Она не ожидала, что он не оставляет попыток примирить ее с Илезом, действуя через его родителей. Для себя она мысленно похоронила их отношения, закопала настолько глубоко, насколько это было возможно. Забирая Камала, когда он соизволял его привезти, она могла без дрожи в коленях и собачьего взгляда смотреть на него и отворачиваться именно тогда, когда сама сочтет нужным, а не когда его машина скроется в потоке. Все мысли и чувства Лауры отныне сосредоточились на Азамате, и меньше всего она хотела, чтобы в один прекрасный день Илез вдруг решил ее вернуть.

А он мог. Согласно их традиции в течение трех месяцев Илез мог вернуть ее, просто забрав с собой, а по истечении этого срока был бы вынужден снова заключать религиозный брак. Лаура начала судорожно высчитывать, сколько времени прошло с момента их развода. Выходило как раз три месяца. Впрочем, особого значения это не имело – если Илез предложит, если отец скажет… Она не сможет не подчиниться.

– Сати, – позвал ее Азамат перед тем, как она вышла из машины, – я хотел сказать… Твой отец наверняка будет наезжать на тебя за развод, но твое счастье в твоих руках. Если этот человек тебе не подходит, ты не обязана быть с ним, кто бы что ни говорил. Понимаешь? Я чувствую, что этот парень тебя не достоин, иначе ты не пришла бы ко мне.

Мужчина имел в виду брак Сати с Хади, но как же его слова подходили под ситуацию самой Лауры.

– Мне… Мне очень стыдно за то, что произошло, – смущенно сказала Лаура. – Я не должна была…

– Тихо, – Азамат приложил палец к ее губам и быстро поцеловал. – Я ни за что тебя не виню. Ты – самое дорогое, что у меня есть, и я принимаю тебя любой. Со всеми твоими ошибками.

Что это такое теплое мерцает в его глазах? Лаура, убаюканная его словами, понимала, что настал один из тех моментов, когда можно было бы во всем признаться. Раз он принимает ее любой, то примет и Лаурой. И если бы он мог предложить ей что-то большее, она бы смогла противостоять отцу в случае, если он заговорит о ее возвращении к Дачиеву.

– Азамат, я должна тебе что-то сказать… – начала Лаура и запнулась. Страх сводил ее сердце и губы.

– Что, родная?

Его рука все еще покоилась на ее щеке, нежно поглаживая.

– Ты… м-м-м… Ты серьезно ко мне относишься?

– Серьезнее не бывает, – улыбнулся Азамат. – Я люблю тебя.

У Лауры дыхание перехватило от этого неожиданного признания. По телу растеклось сладкое неописуемое чувство. Наконец-то кто-то ее действительно любит… Она уже почти приготовилась раскрыть Азамату свою тайну, как вдруг зазвонил ее телефон. Это был отец.

Лаура, чертыхнувшись, скорее подняла трубку. Естественно, Эмрану было любопытно, почему машина заехала в гараж несколько минут назад, а дочь все еще не стоит на пороге дома. Соврав отцу что-то насчет потерянной сережки, Лаура быстро вышла из машины. Решимость пооткровенничать с Азаматом быстро угасала. К чему вообще все это, если ее вернет Илез? Может, пусть оно остается как было? А если она не вернется, у них с Азаматом будет еще много времени все обсудить.

– Сати, ты что-то хотела сказать? – напомнил Азамат, выйдя из машины вслед за ней.

– А? Это не срочно, – ответила она. – Потом скажу.

– Сати… – он поймал ее за талию и прижал к груди. – А ты любишь меня?

– Потом скажу, – лукаво ответила Лаура, уклоняясь от ответа, и отстранилась.

Сати, Сати, Сати! Как она устала слышать это имя! Иногда ей казалось, что с Азаматом она превращается в другого человека, пытаясь вести себя иначе, не так, как она себя бы вела. С одной стороны, ей это нравилось, она ощущала себя более раскрепощенной и свободной. Но в основном это касалось постели, а в другие моменты ей приходилось пересиливать себя, строить ту, кем она не являлась.

Она улыбнулась Азамату на прощание и поспешно вышла из гаража.

Отец, увидев ее, недовольно воскликнул:

– А где Сати? Я же велел, чтобы приехала она!

Он никогда их не путал, как бы Лаура ни одевалась и красилась.

– Она не смогла, – ответила Лаура. – Она… Ну, не хочет никуда ехать, она очень расстроена.

– Еще бы не быть расстроенной, когда твой муж приводит в дом беременную шлюху!

Лаура ошарашенно посмотрела на отца – сестра ни о чем таком не говорила.

– А она тебе не рассказала? – в свою очередь удивился Эмран. – Я разговаривал с его отцом. С этой плешивой офисной шестеркой! Честно признаться, еле его достал – он как чуть что, сразу типа не в Москве и вне зоны доступа. Ну ничего, хвала Всевышнему, у меня есть люди, которые могут организовать круглосуточный доступ к любому человеку!..

– Что он сказал? – перебила Лаура. В последнее время отец иногда терял нить разговора и уходил в такие дебри, что потом не мог припомнить, с чего начал и к чему вел.

– Что у его сынули… Которому еще тогда надо было хребет сломать… Обнаружилась самка, которая от него залетела. Твоя сестра узнала об этом и ушла. И правильно сделала. Чмо такое!

Лаура прижала руки к щекам и покачала головой. В принципе, немного зная Хади, она ожидала, что он выкинет нечто похожее. Но не ТАКОЕ! А ведь судя по словам Сати, она его действительно любит… Как же ей наверное горько и омерзительно было об этом узнать.

 

«Так ей и надо! Это кара за ее шашни с Илезом», – мелькнула в голове мысль. Но если еще пару месяцев назад она принесла бы большое облегчение, сейчас Лаура лишь вяло согласилась с ней и сразу забыла. Если бы не Сати, не вскрылась бы подлая личина Дачиева, и она до сих пор билась бы в навечно закрытую дверь и не узнала бы, что такое быть любимой по-настоящему.

– Ну, я этого так не оставлю, – все еще кипятился Эмран. – Зря я тогда его простил! Они еще не знают, что такое плюнуть в лицо Сайларовым! Как он вообще посмел!..

«Также, как ты посмел изменять маме», – чуть не вырвалось у Лауры. Она наблюдала за разъезжавшим взад-вперед на каталке отцом и не могла не думать, что и это – кара Всевышнего, которая обрушилась на него в его потомках.

– Ну и ей поделом! – продолжал Эмран. – Не послушала меня. Я же говорил ей, что он ей не пара! И вот результат! Хорошо хоть Дачиев пошел на мировую. – Тут он развернулся к Лауре, будто только вспомнил про нее. – Да! Хорошо, что ты приехала. Черт с ней, с твоей сестрой! Потом разберусь. У меня для тебя радостная новость. Я все уладил с Дачиевыми. Он тебе еще не звонил?

С упавшим сердцем Лаура отрицательно покачала головой.

– Ничего, еще позвонит. Жди! Только вчера все решили. Ох и упрямый же у тебя муж, ни во что слово родителей не ставит! Но ничего, совесть проснулась. Отнять у ребенка мать…

– Как решили? – тупо переспросила Лаура.

– Ну так, – пожал плечами Эмран. – Вы семья. Снова.

– Но уже прошло три месяца…

– Разве? Не проблема. Поставим вам снова брак. Ну, без всей этой суеты со свадьбой.

Лаура, раскрыв рот, смотрела на отца, который в миг растерял все желание расправиться с мужем Сати и теперь сиял от радости, что смог исправить личную жизнь другой дочери. Как она теперь ему скажет, что не хочет возвращаться к Илезу? Она не может так с ним поступить после всего, что он для нее сделал. Это Сати, Мика, Надим могут позволить себе быть неблагодарными. Она – нет. Лаура ощутила, как на глаза набежали слезы. После мимолетного счастья с Азаматом снова вернуться в вечную мерзлоту дома Дачиева, где ее любят только сын и свекры… Но отец не должен знать, какую боль ей только что причинил.

– Ой, прости, я сейчас, – сказала она, изо всех сил заставляя голос звучать непринужденно, и поспешила в туалет.

Проклятый Илез! И что ему в голову пришло вернуть ее после всего, что он наговорил? Раскаяние? Да плевала она на него. И даже если он упал бы к ее ногам, осыпая клятвами в вечной любви – он был ей уже не нужен. Его слова простить и забыть невозможно, а теперь у нее вообще есть Азамат… Точнее, был. Лаура, сотрясаясь в беззвучных рыданиях, сидела в туалете. Она скажет Азамату, что все кончено. Чтобы он не искал с ней встреч. Что при встрече она будет его игнорировать и делать вид, что с ним незнакома. Что ж, зато это – идеальный выход из паутины лжи, в которой она успела сильно увязнуть. Если он когда-то пересечется с настоящей Сати и она его пошлет, это будет выглядеть логично – ведь она его предупреждала.

Правда, Азамат наверняка захочет знать почему… Почему? Потому что она возвращается к мужу? Так она в роли Сати только что с ним развелась… Как все глупо получилось. И Илез – как его подпустить к себе после всего, что у нее было с Азаматом? И вдруг он узнает, что она была с кем-то, пока находилась в разводе? Без брака! Хоть он ее и не любит, но взбесится точно и снова выставит за дверь. Расскажет всем…

Лаура обхватила и с силой сжала руками голову. Единственный выход из ситуации оставался один – покончить с собой, но и на это смелости у нее бы не хватило.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23 
Рейтинг@Mail.ru