Записки лжецов

Индира Искендер
Записки лжецов

– Все это очень мило, – перебил ее Хади. – Мне правда приятно, что ты пытаешься меня спасти, но к сожалению, того факта, что я весьма далек от идеала интересных разноплановых девушек, твоя проповедь не исправит. Нормальная девушка и не посмотрит в мою сторону!

– Посмотрит! Любят же и инвалидов, и настоящих уродов. Тебе грех жаловаться, у тебя руки-ноги на месте. Ты очень симпатичный парень, несмотря на рост. – Сати вспомнила, как ее накрыло сегодня днем, и понадеялась, что в лучах заходящего солнца ее румянец не будет так заметен.

– Это мне говорит влюбленная в ходячую модель девушка, которая смогла отдаться мне только на пьяную голову. Брось! – Хади снова, как обиженный ребенок, отвернулся к морю. – Не знаю, как там выкручиваются инвалиды и уроды. Возможно, это все просто сказки, и на самом деле их никто не любит. Живут с ними только из жалости. Или этого вашего женского желания пригревать за пазухой всяких убогих, нянчиться с ними… Мне такое не нужно!

– Тебе так важно, чтобы тебя хотели? – спросила Сати.

– Естественно! – фыркнул Хади. – А карликов не хотят! И не нужно меня утешать. Я знаю, что это правда.

– И как с таким самомнением тебе удалось заслужить славу парня, который меняет девушек чаще, чем носки?

– Хм… – Хади задумался. Его брови снова едва заметно сошлись на переносице. – Не знаю. Я… Не знаю, как это получилось.

– Может, это все вранье? – продолжала Сати. – Может, ты преувеличил свои подвиги раз эдак… в десять?

– Нет.

– Вот видишь. Значит, с хотелкой все нормально? Значит, ты сексуально-привлекателен для девушек.

Хади не ответил. Сати видела, что он в кои-то веки пытается анализировать свое поведение и не может свести два конца воедино. Для нее же все было достаточно очевидно: страх отказа, который доказал бы Хади, что он прав, заставлял его не избегать общения с девушками, как делали многие закомплексованные парни, а наоборот, снова и снова захватывать цели, поражать их и опять открывать охоту. Бесконечная борьба за высокую самооценку могла закончиться только в случае, если бы Хади наконец поверил в себя и перестал пытаться что-то себе доказать. Как его к этому подтолкнуть, Сати не знала. Она была лишь психологом-самоучкой, как и все девушки, хоть раз дававшие советы подругам.

– Сати… – сказал наконец Хади после затянувшейся паузы. – Сделаешь мне одолжение?

– Какое? – спросила девушка. У нее вдруг возникла мысль, что он попросит ее переспать с ним снова, чтобы подтвердить ее слова. Она не могла сказать, что этот вариант ей бы не понравился, хотя по закону жанра она должна была бы его отправить в далекое путешествие.

– Скажи еще раз «сексуальный». У тебя так сексуально получается это произносить, – в сгустившейся темноте глаза Хади озорно сверкнули. Минута самоанализа подошла к концу.

Сати хотела было ответить очередной грубостью, но неожиданно для себя приблизилась к его лицу и страстно выдохнула:

– Сексуальный.

– Еще раз? – приподняв бровь, попросил Хади.

– Сексуальный, – едва сдерживая смех, не теряя интонации прожженной шлюхи по телефону, повторила она. – Секс. Страсть. Похоть. Желание. Либидо…

– Нет, «либидо» вычеркни. Я не врач. А вообще неплохо. Я даже немного возбудился.

Сати прыснула со смеху и отстранилась. Хади улыбнулся и вдруг протянул руку, явно собираясь погладить ее по волосам. Девушка замерла, не веря, что он к ней прикоснется не для шоу перед родней. Однако инстинктивное движение оборвалось на полпути, он неловко поймал ее трепыхавшуюся на ветру прядь, потом снова отпустил и отвел взгляд.

– Кажется, я оказываю на тебя плохое влияние. Ты уже начала пошлить.

– С кем поведешься…

Парень поднялся и потянулся, разминая тело, потом серьезно посмотрел на Сати.

– Ты прикольная. Не думал, что когда-нибудь смогу дружить с девушками.

– Это комплимент?

– То, что ты пробралась в мою френдзону? Безусловно! Может, я даже перестану склонять тебя к исполнению супружеского долга, от которого ты бессовестно отлыниваешь. Ради дружбы.

Глава 16

Поначалу Сати опасалась, что Хади именно так и поступит. Его остроты «ниже пояса» уже не вызывали в ней былой неприязни, наоборот, ей понравилось отвечать ему той же монетой. Более того, в ее взбудораженный разум закралась мысль о том, что все же можно было бы как-то воспользоваться его безотказностью и попробовать то, чего ей уже так давно хотелось. Фантазии, одолевавшие Сати еще со школы, еле сдерживаемые родительскими установками, взорвались гейзером, едва Илез дал ей понять, что согласен сократить дистанцию. Только они никогда не доходили до основного процесса, всегда ограничивались ласками, пусть и до изнеможения. Сати все еще любила Илеза, но терпеть было уже выше ее сил. Она просто хотела уже сделать это, хотя бы с Хади, тем более что он, в отличие от всех остальных мужчин, включая Дачиева, не был для нее запретным плодом. Хочешь? Бери и пользуйся! Все официально.

Впрочем, опасения насчет того, что Хади перестанет ее доставать, оказались беспочвенны. Он продержался недолго, и через несколько дней, когда они переехали в отель на побережье Средиземного моря, чтобы завершить медовый месяц без участия родственников, сорвался…

– Держите меня четверо! Какая шикарная кровать! – воскликнул Хади, едва переступил порог их номера люкс, оплаченного щедрым дедом в качестве подарка молодоженам. Он отшвырнул в сторону чемодан и с разбегу завалился на широкую двуспальную кровать, на которой Сати могла бы с комфортом спать и вдоль, и поперек. – Теперь твоя очередь спать на полу, – заявил он, обнимая пухлую подушку и сворачиваясь калачиком. – Я буду спать здесь!

Сати попыталась улыбнуться, а у самой ноги ослабели при мысли о том, что Хади окажется с ней в одной постели. Ночевать на полу она точно не собиралась – дополнительного матраса или хотя бы мягкого ковра на устилавшем пол ламинате не было. Она могла бы, конечно, настоять, чтобы он перебрался вообще в другой номер, но…

Заметив ее затравленный вид, Хади сложил руки, как в молитве.

– Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Я буду хорошо себя вести, обещаю!

– Ты не станешь ко мне приставать ночью? – строго спросила Сати.

– Нет…

«А жаль», – подумалось ей.

– Если не скажешь волшебное заклинание, – продолжил Хади.

– Какое заклинание?

– Беним кызы яла, – сказал он и, расхохотавшись, откинулся на гору подушек.

– Хорошо, я учту, что на тебя действует сильнее всего, – ответила Сати. Бесполезная информация. У нее никогда язык не повернется ему такое сказать. А ведь Илезу она говорила и кое-что погорячее.

Отель, в который их направил дедушка Мехмет, находился на грани закрытия после туристического сезона. Анимация на нуле, в корпусе – остатки туристов, собранные из всех отелей сети. Сати и Хади то уходили на пляж, чтобы погреться на солнышке, то бродили по улочкам поселка, то просто сидели в номере и смотрели местное телевидение, и Хади переводил ей турецкие сериалы. Впрочем, назвать качественным переводом «Короче, она сказала, что бросает его» или «В общем, он сказал, что любит другую» после пятиминутной речи героев – было сложно.

В первую ночь Сати еле заснула. Непривычная близость Хади не давала ей расслабиться, хотя через минуту после того, как они выключили свет, он уже спал без задних ног. А она все ворочалась, вслушивалась в его спокойное глубокое дыхание и, разумеется, боролась с собой, чтобы снова не заняться тайной привычкой. Проиграла. Только теперь в ее фантазии был вовсе не Илез…

Сати не знала, какие эмоции испытывает от этой обстановки ее супруг. Он сдержал слово, не лез к ней, сразу отворачивался на другой бок, спал в трениках и футболке (подчеркнув, что вообще-то предпочитает не стеснять тело одеждой, но ради ее спокойствия наступит на горло собственной привычке). Это было очень благородно, мило и… обидно, особенно учитывая, что Хади нашел некий баланс между естественной серьезностью и подчеркнутой горячностью, заставляя Сати то внимательно его слушать, то краснеть от намеков и фантазий.

…Девушка снова беспокойно перелегла на спину, бессонными глазами уставившись в полумрак номера. Прошло почти две недели, а Илез так не позвонил и не написал. Она терялась в догадках о причине такого резкого изменения в его поведении, но склонялась к мысли, что он просто так переваривает ее свадьбу. Для всех было бы лучше, если бы на этом все и осталось, но она знала Илеза – он, как и большинство парней ее нации, был слишком упрям, чтобы легко отступиться от выбранной жертвы. Может, стоило все же сказать ему, что она спала с Хади? Наверняка это бы здорово поостудило его пыл, а то и заморозило навсегда. Впрочем, никогда не поздно объявить об этом. Сказать, что они с мужем зажили нормальной семейной жизнью. Мол, стерпелось-слюбилось. Даже если это правда лишь отчасти.

Сати очень хотелось лечь на правый бок, но она терпела, потому что сейчас на левом лежал Хади. А когда она оказывалась с ним вот так близко, нос к носу, ее охватывало возбуждение, снять которое можно было только одним способом, иначе спокойной ночи не видать. Как можно любить одного мужчину, а хотеть при этом еще и другого? С тех пор, как Сати познакомилась с Илезом, остальные парни перестали для нее существовать. Она понимала, что вот тот или другой внешне симпатичен, но никогда не чувствовала желания с ними пообщаться. Весь мужской пол автоматически переехал в категорию «знакомые» без вариантов перейти ее границы. Если она мечтала о сексе, то только с Илезом, все фантазии были связаны исключительно с ним. И вот на тебе! Неожиданная, почти животная тяга к Хади, словно она сама – озабоченный плейбой.

Мышцы онемели, не в силах полноценно расслабиться без сна, и ныли, требуя от Сати занять другое положение. Она скрепя сердце перевернулась на правый бок и вздрогнула, едва не вскрикнув от неожиданности: Хади не спал, молча глядя на нее из темноты.

 

«Да уж, не мог он спать спокойно в одной постели с особью женского пола», – промелькнуло в голове Сати, пока она беспомощно прислушивалась, как под темным взором парня по телу струится знакомый пожар.

Они некоторое время в полной тишине таращились друг на друга, но Хади не предпринимал никаких попыток посягнуть на ее часть кровати. Наверняка ждал намека или сигнала, не желая нарушать обещание.

– Не спишь? – тихо спросила Сати, не в силах больше выносить эту странную прелюдию.

– Нет, – так же шепотом ответил он. – А ты?

– Нет…

Они оба хрюкнули от смеха.

– Почему не спишь? – снова спросила Сати.

– Я думаю.

– О чем же?

– Если скажу, – нехотя произнес Хади, – ты вышвырнешь меня из кровати. А мне надоело спать на коврике возле двери.

Он все также не сводил с нее пристального, тяжелого взгляда.

Это было неизбежно. Наивно было бы думать, что такой, как он, не воспользуется ситуацией и не попытается выйти из собственноручно очерченной френдзоны – именно поэтому Сати и разрешила ему спать с ней. Она пассивно ждала. И дождалась. И от этого было одновременно страшно и приятно. Сердце поджало ее за горло, нога, ступившая на край обрыва, была готова ступить в пропасть.

– Может, не вышвырну… – еще тише сказала Сати.

– Обещаешь?

– Да.

Хади громко выдохнул и ничего не сказал.

– Ну?

– Сати, – с легким укором сказал парень. – О чем еще может думать парень, лежа в одной постели с симпатичной девушкой? – Он умолк на мгновение, не решаясь продолжить. – Я хочу тебя, естественно. Все-таки уже две недели без секса. Давай начистоту. Как друг другу. Я знаю, что ты влюблена в другого чувака и вряд ли мне дашь. Приставать не буду, не волнуйся, я могу держать себя в руках. Просто полежу, помечтаю и засну. Идет? Бить не будешь?

В голосе Хади слышалась легкая насмешка, он оставлял им обоим путь к отступлению, к сведению этого разговора в очередную пошлую шутку.

– Жаль, – с замирающим сердцем сказала Сати.

Недоверчивая тишина с той половины кровати.

– Что не буду приставать? – уточнил Хади, он все еще ёрничал.

– Мгм…

– Ну… – Хади замешкался. Не понимал, тоже ли это шутка или она говорит серьезно. – Если ты так настаиваешь…

Он осторожно протянул к ней руку и провел по щеке, поправил волосы за ухом. Сати с трудом сдерживалась, чтобы не взять дело в свои руки, но Илез отбил желание проявлять инициативу с парнями… Илез… Это что, получается, она собирается ему изменить?.. Пальцы Хади коснулись ее губ. Медленно. Слишком медленно. Он ей не верил.

– Ты так до отлета собираешься копаться? – не выдержала Сати. Нутро обжигало и давило, заставляя ее нервничать, забывать о том, что она пытается вести себя скромнее.

Хади резко придвинулся к ней, оказавшись почти вплотную, так что у нее дыхание застряло на полпути к горлу.

– Ты… Ты сейчас прикалываешься, да? – нервно спросил он. Сати чувствовала исходившие от него флюиды желания, и они возбуждали еще больше.

– Нет. Я не шучу.

– Ты хочешь… чтобы я… чтобы мы… – Он вгляделся в ее лицо. – Ты пьяная что ли?

К черту его! У нее больше не было сил разговаривать и ждать. Сати обвила шею Хади руками и приникла к его губам, однако он тут же засопротивлялся и отстранился.

– Эй-эй! Погоди-погоди-погоди… Это шутка? Пранк? Ты собираешься меня послать, да? Учти, что если так…

– Блин, это не пранк, Хади! – с легким раздражением сказала Сати. – Не думала, что ты такой тормоз!

– Ну, я просто хотел убедиться…

– Ты в прошлый раз тоже меня так допрашивал?!

– Ну… Э-э… Почти.

Сати провела рукой по его щетинистой щеке и запустила ладонь в волосы, позволяя коротким кудрям ручейками пробежать сквозь пальцы. Такой понтовщик и такой неуверенный, когда рядом девушка старше восемнадцати. Она улыбнулась своим мыслям, и Хади наконец поверил, что зеленый свет дан. Он сгреб ее в охапку и поцеловал, сразу жадно раздвигая языком губы. Сати ответила на поцелуй не менее горячо и прижалась к его телу. Хади знал ее, и строить из себя невинную скромницу не было необходимости. Он отстранился от нее, чтобы снять одежду, и она не стала отводить взгляд, позволяя себе внаглую разглядывать его тело, освещенное лишь слабым отсветом фонарей в окнах. Мысль о том, что сейчас он возьмет ее, как она и представляла в фантазиях, и она будет помнить каждую минуту, выбила новый жгучий гейзер в ее животе.

Хади придавил Сати к матрасу весом своего тела и, нашептывая ей на ухо, как он ее хочет, продолжил сказку.

Утром, после короткого, но крепкого сна, Сати обнаружила рядом с собой обнаженный мужской торс, едва прикрытый одеялом.

«Хвала Всевышнему, я знаю, кто это. И имею право здесь находиться», – подумала она, снова в неге прикрывая глаза, окунаясь в воспоминания.

Это было какое-то безумие. Она так долго ждала этого момента, так часто представляла себе, как это будет, и не разочаровалась. Наоборот, она хотела снова ощутить в себе напористые движения Хади, услышать непристойные, но такие возбуждающие фразы, которые он щедро шептал ей на ухо. Потрясающая ночь.

А как же Дачиев?

Вспомнив про Илеза, Сати нахмурилась. Настроение сразу упало.

«Тебе нечего стыдиться! Хади кто? Твой муж. Ты имеешь право делать с ним, что хочешь. А Дачиев кто? Никто. Муж твоей сестры. Так что успокойся, детка!»

И все равно на сердце словно уронили бетонную плиту. Сати поскорее оделась, чтобы как-то отгородиться от Хади, хотя тот еще спал. Она чувствовала себя ужасно виноватой по отношению к Илезу, словно действительно изменила ему. Или это все же измена?

Хади заворочался и с трудом разлепил глаза, щурясь от света с непривычки. Они с Сати несколько секунд выжидающе смотрели друг на друга, пытаясь понять, какие теперь их связывают отношения.

– Мы не пропустили завтрак? – спросил Хади. Видимо, решил не выяснять этот вопрос на голодный желудок.

– Пропустили, – ответила Сати, взглянув на телефон.

– Тогда приглашаю тебя в кафе, – он бесцеремонно сбросил одеяло, и Сати моментально отвернулась. При свете дня она не могла его не стесняться, хотя ночью видела более чем достаточно.

Заказав себе и Сати стандартный турецкий завтрак и чай в армудах в ближайшем к отелю ресторанчике, Хади некоторое время напряженно молчал, бросая на нее косые взгляды. Девушка ждала. Он вел себя не слишком ласково для любовника, а значит, что-то осталось недосказанным.

– Слушай, насчет вчерашнего… – в итоге начал Хади. – Это… М-м-м… Я надеюсь, ты понимаешь, что это ничего не значит? То есть, я хочу сказать, что у нас был уговор, помнишь? Несмотря на клеймо женатого, я остаюсь свободным мужчиной.

– Я все помню, не беспокойся, – ответила Сати. Ее немного покоробило его напоминание. Вроде бы и неуверенный в себе, но предполагать, что она может в него влюбиться – это наглость. – Тебе не о чем волноваться.

– Ладушки… – Хади потер лицо руками и задумчиво пригубил крепко заваренный чай. – То есть, ты не будешь закатывать мне истерики и все такое? Ты в меня не это… Не втрескалась?

– Хади, милый, – мягко сказала Сати и нарочно засунула в рот большой кусок омлета, чтобы выглядеть еще пренебрежительнее, – если ты сейчас выйдешь из этого кафе и навсегда исчезнешь из моей жизни, я не пророню и слезинки.

– Ох, круто! – воскликнул Хади, но ей показалось, что звучало это излишне радостно. Он не ожидал от нее такого откровенного безразличия. – Как хорошо, что мы друг друга понимаем. Но… Почему ты тогда?..

– Тебе ведь можно спать с девушками, которых ты не любишь? Так почему мне нельзя? Тем более что наши отношения законны.

– А… Секс без обязательств, – Хади кивнул и расслабился. – Помню-помню, ты говорила, что хотела бы попробовать. И как тебе?

– Ничего, нормально.

– Хочешь, повторим этой ночью?

– Может быть.

Слова были полны безразличия, но при мысли о повторении что-то приятно ёкнуло. Однако Сати не повела и бровью, кинула в стаканчик ложку сахара и отвернулась к морю. Она не понимала, что должна испытывать в такой ситуации, негласный кодекс ее народа этого не прописывал. Либо у вас с мужем любовь-морковь, либо игра в одни ворота, в которой стоять на этих самых воротах приходится женщине, а мужчина обычно сам гордой походкой удаляется с поля. Вот два шаблона отношений, которые она встречала в своей жизни среди знакомых и родственников, и ее опыт замужней жизни не подходил ни под один из них. Сати чувствовала себя неуютно из-за того, что снова выпала из стандартов.

Хади осклабился, глядя на ее невозмутимое лицо.

– Прикольно… – Он подпер кулаком щеку и принял максимально заинтересованный вид. – Тебе действительно все равно, с кем перепихнуться? А как же твой баскетболист?

– Он вне зоны доступа, так что проехали! – Упоминание об Илезе нагнало на Сати новую волну неконтролируемого чувства вины. – И мне не все равно. Я бы тебя в жизни не подпустила, если бы мы не оказались женаты!

– Или ты не была бы под мухой?

– Сколько можно уже напоминать?! – рявкнула Сати. Намеки Хади ее здорово разозлили. – Ты действительно считаешь, что я готова переспать с любым парнем просто из-за того, что у меня такой темперамент? Тот случай был… Из ряда вон. Один-единственный на всю мою жизнь, и я уже устала винить себя за это, потому что сделанного не вернешь! А за Дачиева я собиралась выйти, я была в нем уверена, только поэтому позволила ему большее. И получила хороший урок: мужики не ценят хорошего к ним отношения! Как и ты! Стоило дать тебе волю, и ты тоже начал считать, что я готова лечь под любого!

Удивленный ее внезапной вспышкой, Хади огляделся по сторонам.

– Да ладно, успокойся ты, – миролюбиво сказал он. – Не считаю я так. Просто подкалывал. Для меня это все немного… м-м-м… необычно. Слышать такое от девушки, тем более моей землячки. Моей жены, блин. Я не до конца тебя понимаю, но я не силен в психологии. Я не хотел тебя обидеть, извини.

Сати вспомнила, как похожие разговоры с обвинениями в свой адрес она уже проходила с Илезом. Прежде чем произнести «извини», он выливал на нее ведро подозрений и ядовитых слов, разъедавших душу. И лишь убедившись, что она принесла все возможные извинения и поклялась всеми возможными клятвами, что чиста перед ним, снисходил до того, чтобы извиниться и признать, что перегнул палку. Илез мастерски умел носить ее на руках и баловать, чтобы потом неожиданно швырнуть в грязь. А потом снова поднять, омыть ей ноги, посыпать голову лепестками роз и понести дальше. И как скоро забывалось все плохое, как цеплялось за сердце все хорошее, что он для нее делал.

– Ну что, если ты меня не прокляла, выпьем за свободные отношения в браке? – Хади с невинной улыбкой поднял свой армуд.

– Не за свободные, – поправила его Сати, все еще задетая его словами. – У меня есть условие.

– Говори.

– Раз уж так складываются обстоятельства… – Она почувствовала, как начинает краснеть, хотя после всех их разговоров да прочего стесняться, казалось, уже нечего. – Я попрошу тебя об одной вещи. Пока мы… Ну…

– Занимаемся сексом? – услужливо подсказал Хади.

– О, Боже… Да! Занимаемся сексом! В общем, ты не будешь бегать туда-сюда, от каких-то левых баб. Мне это неприятно. И если тебе надоест заниматься со мной сексом, сразу мне скажешь. Истерики я закатывать не собираюсь. Просто останемся друзьями и, возможно, разведемся. Хорошо? Ну, и естественно, если надоест мне, ты не будешь лезть с претензиями, что я не исполняю свои обязанности.

Сати снова сделала вид, что любуется видом моря, раскинувшегося за террасой кафе. Щеки горели костром от только что произнесенных слов, но лучше сразу расставить все по своим местам. Раз их отношения выбились из всех шаблонов, значит, она и вести себя будет так, как ей хочется.

– А у тебя деловой подход! – восхищенно сказал Хади. – Но, знаешь ли… Вообще-то я довольно голодный до этой темы человек. Сразу предупреждаю. Мне быстро надоедают девушки, приходится менять. Да и не всем надо столько, сколько мне.

«Тоже мне испугал», – с сарказмом подумала Сати. Уж чем-в чем, а в темпераменте они явно сходились.

– И сколько тебе надо?

– Много. И часто, – ухмыльнулся парень, его темные глаза подернулись нефтяной пеленой, от чего у Сати приторно засосало под ложечкой. – Посмотрим, кому надоест раньше? – и он протянул ей армуд.

– Посмотрим, – небрежно ответила она.

Стаканчики звякнули, скрепляя этот странный договор.

Хади умел возбуждать одним взглядом. Вот и сейчас он лежал на своей половине постели, глядя в глаза стоявшей в дверях ванной Сати, и она без слов знала, что он хочет еще. Она больше не стыдилась его и не краснела, как школьница. С тех пор, как они условились, что могут иметь друг к другу полный доступ, пока кто-то кому-то не наскучит, прошло уже три дня, и Хади сполна оправдывал свое предупреждение. Сати это вполне устраивало. Несмотря на то, что после определенного количества заходов внизу уже начинало щипать и печь, она, как пресловутый ёжик-любитель кактусов, отвечала на его ласки, отдавалась ему, наслаждаясь и процессом, и почти неизменным ярким финалом.

 

– Иди сюда, – потребовал Хади и похлопал рядом с собой по простыне. – Полежим, поболтаем, сделаем друг другу массаж? Если ты, конечно, не устала.

– Я не устала, но… – Сати поправила тюрбан из полотенца на голове и вышла из ванной.

Она присела рядом с ним на край кровати, и он не преминул заглянуть в декольте ее махрового халата, состроив излишне заинтересованный вид. Сати тихо рассмеялась. Хади не переставал ее забавлять, будь то нарочно или нет. Порой она начинала улыбаться сама себе, вспоминая какие-то шутки, постоянно проскальзывавшие между ними. То, с какой легкостью они перешли от дружбы к постели, удивляло ее и радовало. Хоть что-то в ее жизни стало ясным, хоть перед кем-то уже не нужно было притворяться и юлить. Сати старалась ничего не загадывать наперед и не думать о том, как могут закончится такие отношения. Завтра – возвращение в Москву и неизбежная встреча с Илезом. Как она посмотрит ему в глаза? Как теперь устоит перед ним, узнав на практике, какое удовольствие он мог бы ей подарить, окажись он на месте Хади? Муж отвлекал и развлекал ее, но Илез прочно забаррикадировался в глубинах ее сердца и никак не желал сдавать бастионы.

– Ты так вкусно пахнешь, – Хади приблизил лицо к вырезу на ее халате и вдохнул аромат геля для душа, потом нежно поцеловал в ключицу, раздвигая ткань. Сати глубоко вдохнула и постаралась задвинуть подальше Дачиева вместе с ни к месту заявившимся раскаянием.

– Но… – повторила она.

– Но что? – промурчал Хади, уже пустивший в ход руки.

– Я не могу.

– Почему? – он не слишком ее слушал, больше заинтересованный ее бедрами, чем словами.

– У меня это… Началось.

Парень замер, потом нехотя вытащил руку из-под халата и с недовольством уставился на Сати. Она фыркнула, увидев его расстроенное лицо. Судя по всему, хоть он и не был ярым поборником традиций их народа, запрет на интим во время «красных дней календаря» все же имел для него значение. Сати и сама расстроилась, когда, стоя в душе, обнаружила, что в их страстном междусобойчике наметился перерыв, хоть и временный.

– Ты умеешь обламывать, – сказал он, подчеркнуто аккуратно сдвигая полы ее халата обратно. – Может, пройдемся тогда перед ужином? А то мне как-то не по себе, когда мы одни в закрытом помещении.

– Можем и пройтись… – теперь уже Сати положила руку на его покрытое одеялом бедро и погладила, еле касаясь паха. – Но я могу придумать что-нибудь еще.

Хади все понял. Его лицо приобрело характерное осоловевшее выражение, которое Сати уже хорошо знала – в этот момент он уже не мог думать ни о чем другом.

– За что мне такое счастье?.. – пробормотал он и отбросил одеяло. – Прошу тебя, придумай что-нибудь поскорее!

Как же хорошо было не сдерживать свою натуру, не притворяться, не бояться, что тебя заподозрят в прошлых грешках, как это произошло с Илезом и могло бы произойти с Русланом, если бы Сати за него вышла. Она хотела быть такой – жаркой, чувственной, открытой – и Хади с радостью принимал ее, поощрял ее страстность, отдавая не меньше взамен.

– Всемогущие небеса, какая же у меня классная жена… – расслабленно сказал Хади, когда Сати улеглась рядом и взяла в руки телефон полистать новые сообщения. – Твой… Как фамилия у того лоха, который тебя профукал?

– Дачиев.

– Я бы назвал его «Дибилов». Упустил такую девушку, – он завел руку за ее голову и прижал к себе покрепче.

– Спасибо, – с улыбкой отозвалась Сати. Она не обижалась, когда Хади удостаивал Илеза очередным обидным прозвищем. Наверное, он был прав. Да и сам Илез это не раз признавал.

Трубка в руках Сати залилась саундтреком к фильму «Криминальное чтиво», и она, раскрыв рот от неожиданности, уставилась на экран.

ОН.

Перебирая в голове миллион причин, почему Илез звонит именно сейчас и что она ему могла бы сказать, Сати никак не могла решиться принять вызов. Снова безумный стыд за связь с Хади затопил сердце. Трубка бодро наигрывала мелодию, и Хади потянулся посмотреть, почему она не реагирует.

– Легок на помине, – усмехнулся он и вдруг выхватил у нее из рук телефон, провел пальцем по экрану в сторону зеленой трубки и приложил ее к уху.

Сати не слышала, что говорит Илез, со страхом ожидая, что собирается ему выложить Хади. Он должен обо всем рассказать – поэтому она и не бросилась отнимать трубку. Так будет лучше для всех. И больнее. Хади с презрением молча послушал несколько фраз, которые, очевидно, Илез выдал, не дожидаясь ее приветствия.

– Я все понял, чувак, – внезапно сказал он. – А теперь слушай сюда! Если я еще раз увижу твой номер на экране моей жены, я тебя поломаю, понял? Я не шучу. Не звони ей больше, придурок!..

– Не надо, – прошептала Сати, но Хади лишь махнул на нее рукой и снова вслушался в ответ. Сати закрыла рот ладонью, с ужасом представляя, как завелся Илез.

– У тебя какие понятия вообще, что ты мне такое говоришь?! – взревел вдруг Хади. Тон его голоса поднялся процентов на пятьдесят. – Ты в курсе, что я ее муж?.. Ты… Ты вообще попутал? Ты под чем там… Как тебя? Дибилов? Дачиев? Прости, я не запомнил твою фамилию… Что? Если я ее пальцем трону? – тут Хади бросил на нее злорадный взгляд и хищно оскалился, от чего сердце у Сати просто остановилось. Он скажет. – Братуха, это моя жена. Я не только ее трогаю. Я имею ее с утра до ночи и с ночи до утра, с перерывом в пятнадцать минут! Сати, милая, подтверди.

Хади внезапно сунул телефон ей в лицо, но ошарашенная Сати не смогла произнести ни слова.

– Она не хочет тебя расстраивать, – констатировал он. – В общем, возвращай свою тупицу-жену и сиди тихо. Вы стоите друг друга! А к Сати больше не подходи, понял?!

И он сбросил вызов. Сати закрыла лицо руками и неподвижно лежала в кровати, силясь поверить в то, что сейчас произошло. Мало того, что Хади все выложил Илезу про их отношения, он еще и наехал на него, взбесив окончательно, и Илез будет последней тряпкой, если не ответит. Она не понимала, злиться ли на Хади или благодарить. Ясно было только одно: он только что подвел под их с Дачиевым историей любви жирную черту.

– Так было надо, – сказал Хади. – Ты же понимаешь?

Сати, не открывая лица, кивнула. По щекам заструились горячие слезы, а ей не хотелось, чтобы Хади видел ее с красными глазами и опухшим лицом.

– Он не должен был тебе звонить. Ты замужем, он женат. Я понимаю, у нас договор и все такое… Но прости меня, это просто оскорбление в мою сторону. Я не собираюсь это терпеть. Я тебя предупреждал, что если захочешь с кем-то замутить, не надо делать это за моей спиной. Я тебя не держу. Да и потом… – Хади помолчал. – Он козел. Он тебя недостоин.

– Да уж, спасибо за заботу, – всхлипнула Сати. – Что он хоть сказал?

– Он сказал, что твоя сестра наплела про беременность. И дал ей развод в прямом эфире.

– Как развод?! – Сати села в постели, забыв о внешнем виде. Хади уже натягивал джинсы, словно это его никоим образом не волновало. Он обернулся к ней и покачал головой.

– Что? Почуяла шанс?

– Нет! Я волнуюсь за Лауру! Как это в прямом эфире дал развод?

– Ну, сказал, что они у врача, что беременности нет. И сказал кому-то типа «Ты мне больше не жена». Еще сказал, чтобы ты бросала своего коротышку, потому что теперь вы сможете быть вместе.

Что ж, это тоже объясняло агрессию Хади – Илез наступил на его больную мозоль. Но… Как же это?.. Лаура соврала про беременность? Чуть ли не три месяца водила его за нос, чтобы удержать? И теперь разведена? А как же Камал? И… Они и правда могли бы быть вместе?

Нет! Нет! Да и теперь уже точно нет. Сати залезла с головой под одеяло, сотрясаясь в рыданиях. Как же больно! Как больно вскрывать рану, которая гноится уже не первый год, заражая весь организм. Ей хотелось, чтобы Хади, жестокий хирург, ее утешил, но через минуту входная дверь хлопнула. Ушел и он.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23 
Рейтинг@Mail.ru