Записки лжецов

Индира Искендер
Записки лжецов

– Какого массажа? Почему ты здесь? Вдруг ему что-то понадобится?

– Если понадобится, он позвонит, – Азамат продемонстрировал ей телефон. – А пока мне велено ждать здесь.

Лаура в нерешительности стояла у двери, не зная, что делать. Она пришла навестить отца, как обычно, по воскресеньям, но задержалась на пару часов. Он ничего не говорил про массаж… Или говорил, но она забыла, занятая своими проблемами?

– Не волнуйся. Думаю, он скоро освободится, – сказал Азамат. – Можешь пока подождать тут.

И он кивнул на подоконник рядом с собой. Лауре ничего не оставалось делать, как подняться к нему. Садиться рядом она не стала, чтобы не оказаться слишком близко к постороннему мужчине, а встала неподалеку, опершись на перила.

– Что за массаж? – спросила она снова. – Я не помню, чтобы отец что-то говорил на этот счет…

– Естественно, – ухмыльнулся мужчина. – Вообще-то это входит в мои обязанности, но… – и он умолк на полуслове.

– Что «но»? – нетерпеливо спросила Лаура и, увидев, что он не горит желанием рассказывать, повторила: – Ну? Что «но»-то?

– Мой массаж, скажем так, лечебный. А этот… м-м-м… профилактический. При котором присутствие посторонних не требуется.

– Я не понимаю…

Азамат потер поросшую темной щетиной шею и оглядел ее с ног до головы. Его взгляд дольше положенного задержался на обтянутых узкой длинной юбкой бедрах Лауры.

– Тебе сколько лет, девочка?

– Двадцать пять, – обиженно сказала она. – Почти.

– Мда. Ладно, скоро сама увидишь.

Его нагловатая ухмылка, не сходившая с губ, породила в душе Лауры смутные подозрения, но она их отмела. Невозможно. Отец парализован. Это не могло быть то, на что намекал Азамат.

Между тем, сам мужчина откинулся прямо на стекло и углубился в телефон, выставив его перед собой. Небольшой мобильник тонул в его широких руках – не руках, а настоящих лапах. Даже его мизинец был размером с ее большой палец, а то и больше. Темные волосы небрежной копной спадали ему на лоб, и Азамат то и дело встряхивал головой, откидывая их, но непослушная шевелюра неизменно сползала на глаза. Щетина густо обрамляла все его лицо, неподправленная, как у Илеза, спускалась по шее до растянутого ворота футболки, из-под которого торчали уже другие волоски бурной, судя по всему, растительности на груди. У Лауры на языке крутилась пара едких замечаний насчет его прически и ухоженности, но она как благовоспитанная девушка, держала свое мнение при себе. От нечего делать она украдкой придирчиво осмотрела заодно и серые треники, и дешевые шлепки Азамата. Он работал у отца уже месяц и наверняка должен был получить хоть одну приличную зарплату, чтобы обновить гардероб.

«Большинству мужиков на себя насрать, – вспомнила Лаура жалобы одной из подруг о том, что ее муж не следит за свежестью своих рубашек и носков. – Тебе повезло, что Илез такой аккуратный. Всегда с иголочки, приятно посмотреть!»

Это была истинная правда. Ей никогда не приходилось осматривать и обнюхивать его вещи, чтобы определить степень их заношенности, она никогда не собирала по комнате носки, доведенные до такого состояния, что их можно было использовать вместо гранат со слезоточивым газом. В этом плане ей повезло, но для счастья этого катастрофически не хватало.

– Что, запала? – вдруг спросил Азамат, поднимая на нее глаза. Он развернул к ней телефон и продемонстрировал экран, включенный в режиме камеры.

Лишенная дара речи от подобной наглости, Лаура мгновенно залилась румянцем.

– Что?.. Как вы… Как ты… – залепетала она, но не успела продолжить – в тишине подъезда раздался звук открываемого замка.

Лаура инстинктивно отпрянула подальше, но потом все же подошла ближе к лестнице, чтобы посмотреть, кто вышел. Из двери в квартиру Сайларова появилась девушка немного моложе ее и, закрыв ее за собой, нажала кнопку вызова лифта. В меру броско накрашенная и в меру откровенно одетая, она не была похожа на путану, но и на умудренную опытом массажистку, способную работать с инвалидом, тоже. Но ведь… Азамат сказал, что массаж профилактический?

– Теперь видела?

– А что такого? – все еще отпиралась Лаура. – То, что женщина делает ему массаж, еще ничего не значит! Я бы вообще на вашем месте не совала свой нос в дела своего клиента. А если я расскажу, что вы меня снимали на камеру, отец вообще вас уволит!

– Мы перешли на «вы»? – спокойно спросил Азамат, слезая с подоконника. – Я ничего не снимал, если что. А насчет той шлюшки – можешь считать, как тебе угодно. Мое дело было предупредить, чтоб ты не беспокоила моего КЛИЕНТА во время… профилактического массажа.

Азамат фыркнул и полез за ключами. Он открыл дверь в квартиру и пропустил Лауру вперед. В коридоре пахло женскими духами.

– Эмран Рафиович, это я! – окликнул хозяина парень. Ответа не последовало. Обеспокоенная Лаура поспешила в комнату, служившую отцу кабинетом, но там его не было. Азамат же направился прямо в спальню и заглянул туда, потом вышел и прикрыл за собой дверь.

– Он вздремнул, – вполголоса сказал он и подмигнул ей. – Массаж – дело утомительное.

Лаура, вздернув голову, прошествовала на кухню. Отец любил домашнюю еду, и хотя готовить обеды также входило в обязанности Азамата, Лаура старалась заходить пару раз в неделю, чтобы приготовить что-то самой. На Сати тут не было никакой надежды, а Альбике, если и навещала бывшего мужа, то только для того, чтобы он мог повидаться с дочерью – не более. Несмотря на то, что отец пытался убить собственного сына и вторую жену, Лауре все равно было его жалко. Она искренне не понимала, почему у других людей возникали с ним проблемы. Подчиняйся и не перечь – вот всего две простые заповеди, соблюдая которые можно было жить с отцом в мире и согласии. И она была рада следовать им и получать максимум его любви.

Пока она размышляла над тяжелой судьбой своей семьи, в кухню зашел Азамат и развалился на одном из стульев, подставив под ноги другой.

– Что готовишь? – спросил он.

– Мясное рагу, – холодно ответила Лаура, все еще рассерженная его грязными намеками в отношении отца. – Он его любит.

– Какое совпадение! Я тоже! А ты еще винегретик случайно не намешаешь?

Лаура покосилась на Азамата и поймала на себе его явно заинтересованный взгляд. Она быстро отвернулась, чувствуя, как от этого повышенного внимания вздрогнуло сердце. Не то, чтобы этот мужлан ей нравился, но на нее очень давно никто не смотрел вот так, и это не могло не льстить ее самолюбию.

– Не намешаю, – резко ответила Лаура, хотя мысленно уже прикинула, хватает ли на салат ингредиентов.

– Отчего же?

– Мне некогда.

Лаура продолжала нарезать и забрасывать в кастрюлю овощи, подозревая, что он за ней наблюдает. Надо было надеть юбку посвободнее и блузку не такую короткую, что боишься лишний раз руку поднять… Или не надо было? Как давно Илез вот так смотрел на нее в моменты, когда не предполагалось исполнение супружеского долга? Обычно он «включался» только в постели, и, видимо, это была лишь животная нужда, пустая, безэмоциональная. В остальном Лаура была для мужа не женой, а соседкой или в лучшем случае сестрой.

– Чайник поставишь? – подал голос Азамат.

– У меня руки грязные, – ответила Лаура, не желая давать ему повода думать, что с ней можно замутить. В конце концов, она замужем! Как ему не стыдно приставать к ней?! Хотя, раз Мике не стыдно было приставать к жене собственного отца, чему уж тут удивляться…

Азамат поднялся с места, налил в чайник воды из кулера и подошел к плите, оказавшись в опасной близости от Лауры. Будто нарочно он задел ее руку своей, доставая пьезу, чтобы зажечь огонь. Девушка метнула на него гневный взгляд и демонстративно отступила.

– Да что ты такая нервная, Сати? Я случайно, честно, – рассмеялся он.

– Сати? – оторопело повторила Лаура, не веря своим ушам.

– Ну, тебя так зовут, верно?

– А-а…

Теперь Лаура поняла, почему Азамат позволяет себе такое отношение. Он работал у Сайларова совсем недавно и то ли не был поставлен в курс, что у босса дочери-близнецы, то ли попросту спутал их. Лаура встречалась с ним лишь дважды и то мельком, когда он уходил по какому-то поручению отца. И Сати наконец-то отрастила волосы настолько, что они с Лаурой вновь стали очень схожи. Естественно, Азамат не мог точно знать, кто сейчас стоял перед ним.

– Забыла свое имя? – снова улыбнулся тот и поставил чайник.

– Нет… Нет, просто задумалась, – Лаура не стала признаваться ему, что она не Сати. Вдруг подвернется случай поприкалываться над ним с сестрой? Правда, вспомнив, что они с ней в ссоре, Лаура приуныла. А ведь раньше они, как и все близнецы, любили использовать внешнее сходство для дружеского стеба.

– Так как прошла помолвка? – спросил Азамат. – Все-таки выходишь за того чувака, который тебя тогда похитил?

– Да, – кивнула Лаура, еле сдерживая ухмылку. – После похищения, сам знаешь, мне уже не выйти за другого. Нашим парням важна чистота, а за чужого отец меня не отдаст, – и она нарочито тяжело вздохнула.

– Но если ничего не было, для тебя это не проблема, – вскинул бровь Азамат.

Лаура многозначительно промолчала. Под своим именем она бы в жизни не стала откровенничать о таких вещах с посторонним парнем, послав его не матерно, но жестко, однако делать это под маской Сати – другое дело. Пусть теперь этот Азамат тоже думает, что сестра была с Хади до свадьбы! Эта месть еще слишком маленькая за то, что она посмела целоваться с Илезом.

– Понятно, – сказал Азамат. – Ну, что ж, я надеюсь, это все взаимно.

Лаура состроила трагичное лицо и снова вздохнула, потом подняла на него полный боли взор.

– Нет.

– О… Мне жаль.

Сбитый с толку, Азамат вернулся на свое место, а Лаура, встав к нему спиной, смогла наконец улыбнуться во весь рот. Ловко она его обдурила. Можно еще что-нибудь придумать, только бы отец ее не спалил – он-то никогда не путал дочерей.

 

Когда Сайларов проснулся, и Азамат переместил его в зал, Лаура, накрывавшая перед ним обед, внутренне напряглась. Любое лишнее слово могло раскрыть ее маленькую ложь. Чтобы до поры до времени сохранить эту тайну, Лаура быстро попрощалась с отцом и поспешила покинуть квартиру. Пока она обувалась, Азамат вышел в коридор, чтобы закрыть за ней дверь.

– Слушай, Сати… Я надеюсь, у вас с твоим женихом все наладится…

Лаура уже стояла в дверях, а когда обернулась на эту неловко сказанную фразу, снова невольно вошла в роль.

– Вряд ли, – ответила она, скользнув взглядом по парню. – Я его терпеть не могу! Думаю, мы с ним быстро разбежимся, ведь это все – показуха. Только не говори отцу, – она заговорщицки улыбнулась и прижала указательный палец к губам, – а то он расстроится.

Едва входная дверь за ней закрылась, Лаура тихо рассмеялась, вспоминая недоверчиво-заинтересованный взгляд отцовской «няньки». Кажется, он и правда поверил, что она с ним флиртовала! Вот дурак неотесанный! Жаль, что этой проказе недолго осталось – наверняка правда быстро всплывет наружу. Но покамест этот обман – единственное, что принесло ей настоящую радость.

Спустившись на первый этаж, Лаура нутром почувствовала, что перевеселилась, и в руке явно чего-то не хватает… Пакет из магазина! Вот проклятье! Опять тащиться на четвертый этаж!

– Что-то забыла? – с порога спросил Азамат, открывший дверь, едва она нажала на кнопку звонка. – Это?

Он достал из-за спины руку с пакетиком из сексшопа и вытянул его на указательном пальце перед носом Лауры.

– Да, спасибо, – девушка взяла пакет, молясь, чтобы Азамат не оказался настолько наглым и любопытным, что сунул в него свой нос.

– Кстати, милые наряды.

Оказался.

– Прости, я не нарочно. Просто увидел в коридоре и не знал, чей он. Ну, теперь знаю. Все же твоему жениху повезло!

Лаура залепила бы Азамату пощечину и велела не лезть не в свое дело, но возродившаяся в ней Сати устремила довольно откровенный взгляд ему в глаза и полушепотом сказала:

– А это не для него.

Все, пора уносить отсюда ноги. Лаура быстро развернулась и поспешила вниз по лестнице, стараясь не рассмеяться во весь голос. Ладно, на сегодня шуток достаточно. Ее щеки пылали от стыда за наглое поведение, но ведь никто не узнает, что это она! Если Азамат и начнет с кем-то обсуждать поведение дочки Сайларова, он будет уверен, что это вытворяет Сати! Гениальный прикол!

Вечером, когда Камал уже крепко спал в своей кроватке, Лаура загородила его небольшой ширмой и надела купленный кэтсьют. Костюм из мелкой сетки с узорами полностью облегал ее тело и смотрелся так эффектно, что даже располневшие бедра казались соблазнительными и аппетитными. Лаура оглядывала себя в зеркало, стыдливо прикрывая руками грудь, так как сетка не скрывала абсолютно ничего, и чувствовала себя последней шлюхой. Никогда прежде она не носила ничего подобного, максимум – кружевные стринги, да и тех было немного. Она уже начала сомневаться, что это поможет привлечь Илеза, слишком уж пошло и низко выглядело ее отражение. Однако выбор был небольшой. По легенде Лаура должна была быть на втором месяце беременности, но так как Илез ловко ее избегал, шанс забеременеть по-настоящему никак не представлялся. Еще была возможность признаться, что она что-то напутала, но Лаура все же надеялась на удачный исход этой затеи и продолжала делать вид, что ждет ребенка.

В коридоре раздался скрип паркета, и Лаура метнулась к постели, закрылась одеялом по самый подбородок и затаилась. Сердце лупило по ребрам, как в их первую брачную ночь, когда ей наконец воздалось за ее терпение, и она получила и сплетение рук, и жаркие поцелуи, и все остальное. Не может быть, что и тогда он притворялся…

Илез по обыкновению сначала подошел посмотреть на спавшего сына, потом разделся, аккуратно сложил вещи на стул и залез под свое одеяло. Лаура еще с минуту лежала в сомнениях, но потом все же придвинулась к нему и прошептала:

– Илез, я кое-что купила сегодня. Надеюсь, ты не против?

– М-м? – он соизволил повернуться к ней лицом. – Что это?

– Я… Стесняюсь сказать.

Илез приподнялся на локте, взгляд его стал заинтересованным.

– Я – твой муж. Чего ты стесняешься?

Лаура медленно стянула с себя одеяло до пояса. Илез включил ночник и уставился на кэтсьют, потом стащил ее одеяло полностью. Его взгляд жадно ощупывал ее тело, и Лаура подумала, что это была не такая уж плохая идея. Она представила, как бы вела себя на ее месте Сати, и провела рукой по груди, вдоль живота и ниже. Вышло не очень сексуально, но Илезу хватило. Он перетащил ее к себе и усадил сверху.

– Продолжай, – велел он.

Итогом эксперимента стал бессовестно разорванный Илезом в порыве страсти кэтсьют, но Лаура не жалела. Ночка выдалась жаркой, и у нее появилась надежда, что уж теперь-то беременности не избежать.

Встретившись с Сати в гостях у матери, Лаура, пока Альбике не было поблизости, вручила ей второй купленный комплект.

– Держи. Это тебе подарок к свадьбе, – она даже не старалась придать голосу хоть каплю нежности. – Знаешь, я взяла себе такой же. Эффект – бомба, я проверяла!

Сати с невозмутимым видом приняла пакет – она всегда умела отлично скрывать свои чувства, но и Лаура знала ее достаточно хорошо, чтобы видеть, как задел сестру этот комментарий.

– С нетерпением жду вашей свадьбы! – продолжала Лаура. – Надеюсь, ты в танце не затопчешь своего жениха?

– Постараюсь, – холодно ответила Сати. – Даже не знаю, кто будет больше от этого переживать, я или ты.

– Ты сама во всем виновата!

– Я знаю.

Лаура с неприязнью смотрела на подавленную Сати, но жалости не испытывала к ней ни капли – не после того, как застукала их с Илезом. Она не была уверена, что сможет простить ее даже после свадьбы. Возможно ли вообще когда-нибудь простить подобное предательство?

***

Тяжелый дым окутывал зал торжеств, стелился по полу, цепляясь за ноги гостей. Заставленные едой и напитками столы, казалось, парили в облаках. Дым был и в голове Сати, стоявшей в стороне от торжества, в предназначенном для невесты, украшенном цветами и лентами углу. Мама всегда уверяла ее, что день свадьбы – самый счастливый в жизни девушки, но сегодня Альбике почему-то отводила взгляд.

Свадьба представляла собой довольно странное смешение традиций и современного подхода. Хади оказался из местности, где не принято было, чтобы невеста сидела за столом, как это происходило на свадьбах Лауры и Надима, и Сати пришлось смириться с тем, что здесь обычай нарушен быть не может. Покуда Хади сидел с друзьями за праздничным столом, она вынуждена была стоять и наблюдать, как гости едят вкусные блюда, пьют и танцуют на празднике, который ее никак не касался. Подойди она к столу даже ради стакана воды, и опозорит обе семьи.

Послаблением же было присутствие на свадьбе членов семьи и близких друзей с ее стороны, которым была отведена отдельная часть зала. Там были и отец с матерью, и Надим с женой, и Лаура. И Илез, ревниво поглядывавший то на нее, то в другой конец зала, на Хади. Никто из них не мог подойти к Сати, чтобы подбодрить или поздравить, и она чувствовала себя невыносимо одинокой, стоя на стороне незнакомых ей родственников Хади.

Сати пыталась представить себя замужней женщиной, которая не должна допускать общения с посторонними мужчинами. Она не имеет права изменять мужу, даже если ей наплевать на него и по сути никакой он ей не муж, а палочка-выручалочка в критической ситуации. И все же, каждый раз ловя на себе взгляд Илеза, Сати опасалась, что может пасть еще ниже, хотя, казалось, она и так достигла самого дна.

Муж! Этот самовлюбленный, ржущий с друзьями тип – ее муж… Хоть подстригся и выглядит посолиднее, и на том спасибо. Сати дежурно улыбалась подходившим сфотографироваться гостям, кивком головы отвечала на поздравления и благодарила Бога, что на их свадьбах не принято целоваться под крики «Горько!» или выносить окровавленную простыню.

А еще не надо было танцевать в обнимку медляк. Когда начался танец жениха и невесты, Сати, опустив глаза долу и строя из себя невинную стеснительную лань, медленно пошла по кругу, одной рукой придерживая пышное платье, выписывая другой легкие узоры. Поначалу с ней танцевал один из приглашенных танцоров, но потом его место занял Хади.

«Танцует неплохо, – подумала Сати, искоса наблюдая за его ловкими движениями и пируэтами. – Не будет так комично смотреться, когда это видео облетит все страницы наших свадеб с заголовком «Свадьба Гулливера и лилипута».

Место Хади занял кто-то из его друзей, потом еще один и еще. Сати в отрешенности все бродила по кругу, покачивая рукой, но не стараясь попасть в такт. На ее голову сыпались пятисотки и тысячные купюры и улетали куда-то под ноги. Лезгинка, меняя ритм, приглашала в круг все новых танцоров, и вскоре Сати начало казаться, что она танцует уже битый час. Шок от того, что это происходит действительно с ней, отступил, и теперь девушка хотела лишь, чтобы все поскорее закончилось и их отпустили домой – подальше от людей, перед которыми нужно строить из себя счастливых молодоженов.

Когда они с Хади наконец оказались в машине одни, не считая водителя лимузина, Сати казалось, что она прожила на свадьбе полжизни. Никакого ощущения праздника, только чудовищная усталость и капелька радости от того, что ей все же удалось все это пройти ради чести семьи и счастья сестры.

– У меня для тебя дома подарок, – сообщил Хади. Теперь он получил право с ней разговаривать и естественно этим воспользовался.

– Какой?

– Сюрприз!

«Только бы не еще одна секс-игрушка, – подумала Сати. – Кэтсьюта мне вполне хватило».

– М-м, – без энтузиазма хмыкнула она. – Кстати, куда мы едем?

– Ко мне, конечно. Куда еще?

– Мы же договорились, что будем жить раздельно.

– Я помню! Но я еще не нашел подходящую квартиру. Я тебе не миллионер, чтобы снимать четырехкомнатную за сотку в месяц, – с раздражением сказал Хади и выглянул в раскрытое окно. – Да и будет странно, если мы сейчас разбежимся по разным хатам, потому что за нами едут мои друзья.

– Зачем?

– Провожают до порога да еще завтра с утра завалятся. Так что лучше побудь пока у меня. Надеюсь, ты готовить научилась? Мика не очень лестно отзывался о твоих успехах на кухне.

Сати сжала губы. Ей сейчас было не до споров, шуточных или нет. Она не стала поднимать вопрос и о спальном месте – помнила, что у Хади был не только диван в гостиной, но еще и отдельная спальня, которую она и собиралась занять.

– Ты насчет первой брачной ночи не передумала? – лукаво спросил Хади.

Вместо ответа Сати закатила глаза и отвернулась к окну. Где-то среди огней большого города Илез вез домой Лауру. Не ее. Слезы сами навернулись на глаза.

– Есть салфетка? – спросила она, и голос выдал ее с головой.

Хади молча протянул ей носовой платок. У Илеза всегда были одноразовые салфетки. Он пользовался другим одеколоном. Он говорил по-другому, пошлил по-другому. Знал, как ее утешить. Хади ни о чем ее не спрашивал, просто уставился в свое окно, будто ее и не было рядом. Впрочем, учитывая его дурацкий характер, и это было благом.

Сати думала, что эта ночь будет самой унылой и длинной из всех ночей за двадцать четыре года – ночь тоски по несбывшимся мечтам. Однако, когда она переступила порог квартиры Хади, ее действительно ждал сюрприз!

– Мика! – закричала Сати, едва увидев младшего брата, и бросилась ему на шею, чуть не сбив с ног пышным платьем.

– Эй, тихо-тихо, – рассмеялся он и крепко обнял ее.

Всевышний, как она по нему скучала! С тех пор, как ему пришлось бежать за границу, Мика не появлялся в Москве, общался с семьей – теми, кто от него не отвернулся – только по Скайпу. И вот он здесь, такой родной, бесшабашный и невезучий, как она сама. Сати отстранилась и погладила его по щетинистой щеке. Когда из любопытного мальчишки он превратился в мужчину с блестевшей в самой глубине темных глаз грустинкой?

– Братишка… Как я рада, что ты приехал!

– Я не мог пропустить твою свадьбу.

– Я же сказал, что сюрприз понравится, – заявил Хади из-за ее спины. – Дай-ка любимому мужу обнять своего другана!

Сати отступила, давая ему потискать Мику. За такой подарок она готова была еще потерпеть сегодня его подколы и снова поймала себя на мысли, насколько противоречивой личностью являлся ее новоиспеченный муж.

– Брат, я тебя поздравляю… – Мика переводил взгляд с нее на Хади. – Это было очень неожиданно, честно говоря… Не знаю, что и сказать. Надеюсь, ты теперь остепенишься.

– Конечно, бро, о чем речь! – воскликнул Хади. – Теперь я – порядочный семьянин. А где твоя жинка? В Лондоне?

– Я тут.

Все трое обернулись на негромкий голос из глубины гостиной. Зара, которую Сати и Хади не заметили в полумраке, поднялась с дивана. Она подошла, и Сати заключила ее в не менее крепкие объятья.

 

– Я могу обнять? – спросил Хади. – Нет? Ладно, ты всегда был жадиной!

Первая брачная ночь Сати прошла в болтовне с Зарой и Микой. Они вчетвером сидели у кухонного «островка», глушили кто чай, кто шампанское, смеялись и вспоминали. Ближе к рассвету парни вышли покурить, и девушки остались одни. Зара оглянулась, будто они могли услышать ее с лестничной клетки.

– Сати, я хотела с тобой кое-что обсудить, – смущенно сказала она. – Мика просил.

– Я слушаю? – кивнула Сати, удивляясь про себя, что у брата есть темы, которые он не может ей озвучить сам.

– Насчет всей этой истории с твоей кражей… И свадьбой… В общем, Мика считает, что вы с Хади… Ну, были вместе, хотя ты всем говоришь обратное. Он не хочет знать, почему ты так поступила, но думает, что тебе не следовало за него выходить, даже чтобы спасти честь семьи. Он не хотел портить все это событие, поэтому промолчал.

– Вот как? – вскинула бровь Сати. Хорошо, что в приглушенном свете квартиры не было видно, как жестоко она покраснела. У них с Зарой был один общий секрет, который девушка до сих пор никому не выдала, потому Сати не видела необходимости ей врать. – Почему же мне не стоило этого делать?

– Потому что он бабник и будет трепать тебе нервы, как ваш отец вашей маме. Мика сказал, что если ты хочешь, можешь развестись с ним через пару месяцев, пока все не зашло слишком далеко… Чтобы было более-менее прилично, понимаешь?.. И потом переехать к нам в Лондон. Он мог бы помочь тебе как-то устроиться.

– Я думала над этим, – призналась Сати. – Но не хочу уезжать далеко от мамы. Да и вообще переезжать. Мне здесь нравится. Здесь моя работа. Передай Мике спасибо, но я как-нибудь справлюсь.

– А… Как дела с Илезом?

– Хреново. Лаура ждет второго ребенка. Он пристает ко мне. Я еле держусь. Знаешь, я теперь тебя хорошо понимаю. Быть рядом с любимым человеком и постоянно запрещать себе думать о нем, касаться его…

– Ты сильнее меня, – с грустью заметила Зара. – Я быстро сломалась.

– Я тоже почти сломалась, – Сати подперла руками голову и уставилась в мраморную поверхность столешницы. – Я ведь и поэтому пошла за Хади. Наверное, скандал я еще бы пережила, но и это… Я пытаюсь спрятаться от него и от себя.

– Но ты с ним в одном городе. В Лондоне ты была бы на расстоянии…

– Послезавтра мы с Хади улетаем в Турцию на две недели.

– Этого мало.

– Знаю. Представь, я сама сказала ему, что это подставной брак… Я такая дура! Но я приложу максимум усилий, чтобы забыть его. Скажу, что полюбила мужа и не собираюсь расходиться. А там посмотрим.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23 
Рейтинг@Mail.ru