Яналия и Гермес: Трюки в петле времени

Герман Рыльский
Яналия и Гермес: Трюки в петле времени

Глава 1. Яналия попадает в неприятности

2.08.2813. Планета Корот, звезда Корот-7, созвездие Единорога.

Цирк дал шесть представлений – каждый день новый город и новая публика. По вечерам, едва роботы сворачивали ярмарку, огромный диск бесшумно взлетал к небу, чтобы спустя несколько минут приземлиться в другом городе. Сегодня гастроли заканчивались, «Олимп» давал последнее представление и покидал планету. Яналии не хотелось улетать, но тут уж ничего не поделаешь – циркачи жили согласно графику гастролей.

Яналия, четырнадцатилетняя артистка цирка «Олимп», лежала на воде, раскинув руки и закрыв глаза. С берега доносились голоса Тиши и Гая, строивших песочный замок:

– Гай, осторожней, не зацепи башню.

– Тиш, я стараюсь…

– Пойди лучше, поищи ракушек, украсим ими стены.

Корот-7, звезда, вокруг которой вращалась планета Корот, пылала в небе, согревая море, песчаный берег и стеклянный, похожий на зыбкое видение, город. После недели на Глизе 581, среди вечной мерзлоты и снега, это было именно то, что нужно. Корот был известным на всю Галактику курортом, и цирк мистера Валруса наведывался сюда регулярно. Туристы-инопланетяне моментально раскупали входные билеты, так что на представлениях всегда был аншлаг.

Днём, пока техперсонал готовил манеж, у циркачей было свободное время. Кто-то шёл в кафе или по магазинам, а Яналия и Гермес отправлялись на пляж. В этот раз они позвали с собой Тишу Крейн, Гая Молестуса и Гулфи Тока. Маленькое беспилотное такси, которое вызвал Гермес, едва вместило всю компанию.

Яналия почти задремала, когда что-то холодное и скользкое коснулось её ноги. Девушка брезгливо отодвинулась, и тут её обдало тучей брызг. С шумом и плеском из глубины появился Гермес. На нём была маска для подводного плавания, а в руках – пульсирующий розовый комок.

– Даже не думай! – крикнула Яналия, и в следующий момент на голову ей упала медуза. По волосам растеклась отвратительная липкая слизь. Девушка с визгом бросилась на Гермеса, и они вместе ушли под воду. Вслепую отвешивая приятелю тумаков, Яналия сорвала с него маску. Через мгновение оба вынырнули на поверхность, отплёвываясь и тяжело дыша.

– Ну ты и дурак! – выпалила Яналия, отбрасывая с лица мокрые рыжие пряди.

– Не обижайся! Вот, это тебе, – Гермес протянул ей бирюзовую с мраморными прожилками ракушку. – Бери, ты же собираешь!

– Оставь себе. Или Тише подари! – Яналия кивнула в сторону пляжа.

– Неее!.. – Гермес усмехнулся. – Тише я ничего дарить не буду. Она же потом не отстанет!

Все девочки были без ума от Гермеса. Яналия, его лучшая подруга и соратник во всевозможных авантюрах, находила это весьма раздражающим. Ничего не ответив, она развернулась и поплыла к берегу.

Вообще, ожерелья из раковин можно было купить в любой сувенирной лавке, но так поступали только ленивые туристы, прилетавшие на Корот ради особого золотисто-бронзового загара. Яналия предпочитала сама доставать ракушки со дна. За неделю она собрала небольшую коллекцию, которая теперь украшала столик в её гримёрке.

Девушка неспешно вышла на берег, увязая в мягком горячем песке. Заметив её, Гай неловко повернулся и снёс одну из башенок. Следом за Яналией из воды появился Гермес.

– Мы закончили замок, – пролепетала Тиша, когда молодой человек подошёл ближе. За несколько дней проведённых на Короте, её волосы, и без того светлые, стали почти белыми. Глаза, необычного бледно-голубого цвета, как будто выгорели на солнце вместе с волосами. – Тебе нравится?

– А что с башней? – спросил Гермес, небрежно стряхивая с рук и торса капли воды.

– Это я случайно задел, – вздохнул Гай. – Песок быстро сохнет и осыпается…

Тиша расстроенно опустила голову. Внезапно Гермес наклонился к ней и произнёс:

– О, смотри-ка! А что это у тебя такое?

От неожиданности девушка широко распахнула глаза. Отработанным движением Гермес достал у неё из-за уха бирюзовую ракушку, ту самую, которую недавно предлагал Яналии.

– Ой! – выдохнула Тиша, мигом покраснев.

Яналия презрительно фыркнула. Гермес Гудини был фокусником, и только что он исполнил до неприличия старый трюк.

– Держи, – Гермес протянул ракушку Тише. – Кстати, отличный замок!

Робко улыбнувшись, девушка приняла подарок. Гермес был в своём репертуаре! Яналии захотелось со всей силы пнуть его в колено, чтобы стереть с физиономии самодовольную улыбку. Впрочем, сбить лоск с Гермеса Гудини было не так-то просто.

Закончив красоваться перед Тишей, Гермес посмотрел на часы и произнёс:

– Пора собираться. Где Гулф?

– Плавает где-нибудь с рыбами, – отозвался Гай. – Ты же его знаешь. А может, заблудился.

– Так позвоните ему, – пожала плечами Яналия.

– Не получится, – сказал Гай. – Он оставил коммуникатор на берегу.

Гулфи вырос в цирке, но его родина была здесь, на Короте. Как и любой борирр, он мог часами плавать в море, позабыв обо всём на свете.

– Так уж и быть, подождём немного, – решила Яналия.

В ожидании Гулфи, Тиша Крейн фотографировала песочный замок и отправляла фотографии на свою страницу в космонете. Подарок Гермеса она сжимала в руке, словно величайшее сокровище. Яналия тоже достала коммуникатор, пролистала список друзей и новости. Абир Ар-Рази уже оценила фотографии Тиши и оставила комментарий: «Хватит валяться на пляже! Публика заждалась!». Яналия зевнула и убрала коммуникатор в клатч.

Сейчас ей больше всего хотелось кофе. Яналия мысленно обругала недотёпу Гулфи, который вечно что-то терял или забывал. Времени на то, чтобы заглянуть в один из ресторанчиков, разбросанных вдоль пляжа, уже не было, зато можно было взять кофе в автомате и выпить по дороге. Девушка стряхнула прилипший к ногам песок и, нацепив сандалии, решительно поднялась.

– Всё, уходим? – всполошилась Тиша.

– Нет ещё, – сказала Яналия. – Я на минуту, к автоматам.

Общественный пляж, открытый для всех желающих, был самым популярным местом отдыха в городе. На песке бок о бок загорали греи, люди, борирры, пангоиды и десятки других существ с разных концов Млечного Пути. Вдоль берега тянулась бесконечная череда фешенебельных отелей, один другого шикарней. Рыжая полоска пляжа разделяла город на две части, наземную и подводную. Дело в том, что борирры, местные жители, одинаково хорошо чувствовали себя и на суше и в море. Там и сям прямо из воды поднимались острые шпили и купола, между ними скользили серебристые прогулочные лодочки, полные туристов с далёких планет. Наземная часть города напоминала причудливый сервиз, выставленный на солнце. Дома-аквариумы из разноцветного или матового стекла были частично заполнены водой, которая поступала прямо из моря.

Яналия издалека приметила торговый автомат. Миновав компанию загорающих пангоидов, она с разочарованием обнаружила за прозрачной витриной только засахаренных омикронских кузнечиков. Под слоганом «Не грусти – кузнечиком хрусти!» был нарисован весёлый бунглон. Следующий автомат специализировался на рыбных закусках для пангоидов, а тот, что за ним, торговал исключительно сырым мясом. Пожилой беззубый астрозавр сунул в прорезь автомата банковскую карту и получил чашку охлаждённого фарша. Чавкая и роняя кусочки клонированного мяса на впалую грудь, дряхлый ящер проковылял к своему лежаку.

Яналия обошла окрестности, но среди дюжины автоматов обнаружила только один, предназначенный для людей. И предлагал он – подумать только – сладкую вату! Яналия начинала понемногу закипать. Она ненавидела сладкую вату – это раз. Она хотела кофе – это два.

– Это дискриминация какая-то, – пробормотала девушка, вспомнив лекции учителя Га о межвидовом гуманизме. Поставить для людей единственный автомат (со сладкой, будь она неладна, ватой!) на весь пляж – это же не что иное, как ущемление прав человека!

Яналия решила, что, так или иначе, получит свой кофе.

На подземной стоянке, где беспилотные такси высаживали и забирали пассажиров, располагалась целая галерея торговых автоматов. Именно туда направилась Яналия. Спустившись на эскалаторе, она очутилась в огромном искусственном гроте. Её взору предстали длинные шеренги легковых машин и такси. Яналия огляделась, выискивая автоматы, но длинный грузовик-цистерна загораживал обзор.

– Вторая половина суммы?

– Как договаривались. Платеж будет проведён сразу же, как только груз окажется на борту.

Этот голос – лишённый живых интонаций баритон – принадлежал агенту Моррисону. Услышав его, Яналия остановилась.

Роджер Моррисон настаивал, чтобы к нему обращались «агент Моррисон». Раньше он действительно работал в спецслужбах, но сейчас был всего лишь начальником охраны цирка. На корабле про Моррисона ходило много слухов, например, что он был уволен из Службы Космической Безопасности после нервного срыва, когда начал стрелять во всех подряд.

– Я надеюсь, груз в порядке? – спросил Моррисон.

– В полном.

Собеседник Моррисона говорил приглушённо, как будто в картонную коробку. Борирр, сообразила Яналия. Из-за дыхательного пузыря вокруг головы речь борирров всегда звучала глухо.

– Документы?

– По накладным в цистерне пищевой планктон. Никто не будет проверять.

Застав школьников в неположенном месте в неположенное время агент Моррисон мог устроить допрос или отвести к профессору Мут, поэтому избегать встреч с начальником охраны у молодых циркачей вошло в привычку. Здесь, на нейтральной территории, Моррисон ничего не мог ей сделать, однако Яналия на всякий случай спряталась за ближайшим автомобилем. У неё возникло ощущение, что разговор, который она подслушала, не предназначался для чужих ушей.

На стоянке воцарилась тишина. Скорее всего, в этот момент Роджер Моррисон изучал накладные.

Яналию начало разбирать любопытство – что за махинацию проворачивал начальник охраны вдали от цирка? Она потихотьку выглянула из-за укрытия и увидела Моррисона в компании трёх борирров. Жители Корота отличались один от другого не больше, чем клонированные сосиски, которые Яналия ела на завтрак. Тем не менее, эти трое определённо были не из «Олимпа». Это доказывали и коричневые рабочие комбинезоны с незнакомым логотипом – силуэтом рыбы, взятым в треугольник. Один из борриров повернулся к Яналии спиной, и она увидела рукоять парализатора, торчавшую у него из заднего кармана. Агент Моррисон стоял у распахнутой двери грузовика и, сдвинув брови, вглядывался в экран планшета. Его чёрные с проседью волосы как всегда были аккуратно зачёсаны назад, строгий костюм выглядел так, словно только что побывал в чистке. Яналия знала, что в кобуре под пиджаком начальник охраны носил электрошокер, а в кармане – баллончик со слезоточивым газом. Этот арсенал предназначался для усмирения хулиганов, если вдруг такие окажутся среди посетителей цирка.

 

Агент Моррисон вернул борирру планшет, и в этот момент коммуникатор Яналии заиграл «Пробуждение Гуула». В гулком помещении вызов грянул, точно цирковой оркестр. Борирры всполошились, рука Моррисона потянулась к скрытой кобуре. Мысленно выругавшись, Яналия прижалась спиной к холодному кузову автомобиля. Отправляясь за кофе, она взяла только клатч, в котором лежал коммуникатор. Нет бы, последовать примеру Гулфи, и оставить вещи на пляже! Яналия вытащила проклятый коммуникатор, едва не оторвав застёжку клатча. Звонил Гермес. Девушка сбросила вызов, оборвав мелодию на середине.

– Вы двое, перекройте выходы, – резко скомандовал Моррисон. – Не стрелять, схватить и привести ко мне!

Яналия не поверила своим ушам. Выходит, эти борирры могли в неё выстрелить? И как это следовало понимать?!

От грузовика-цистерны Яналию отделяло три ряда машин. Недолго думая, она юркнула под автомобиль, проехавшись голой спиной по шершавому полу. Секунду спустя мимо промелькнули чьи-то ноги, обутые в рабочие бутсы. Уже очутившись под кузовом, Яналия сообразила, что Гермес будет перезванивать. Она поспешно перевела коммуникатор в беззвучный режим. Внизу экрана шла бегущая строка – последние новости и сообщения. Тим Каев прислал очередной стишок собственного сочинения, а Лилия О`Хара добавила себе на страницу смешное видео с мохнатыми грюками. Яналия подумала, не послать ли друзьям текстовое сообщение, с просьбой привести на стоянку полицию.

– Здесь никого! – послышался голос со стороны эскалатора.

– Проверяйте под автомобилями! – крикнул агент Моррисон.

Писать сообщение было некогда. Яналия убрала коммуникатор в болтавшийся на запястье клатч и выскользнула из укрытия. Опасаясь, что кто-нибудь из бандитов, заглядывая под днища машин, заметит её ноги, Яналия взобралась на капот. Она была тонкая как щепка и двигалась осторожно, так что машина даже не покачнулась.

– Внизу тоже никого нет!

– Смотрите лучше, он где-то здесь!

Автомобиль, на который влезла Яналия, как и большинство машин, созданных бориррами, напоминал перевёрнутую чашку на круглом блюдце. Девушка пригнулась, пытаясь укрыться за сферической кабиной пилота. Она понимала, что единственная возможность избежать встречи с Моррисоном и его подручными – найти место, где они точно не станут её искать. Например, на крыше грузовика! Разувшись и оставив сандалии на капоте, Яналия легко перепрыгнула на соседний автомобиль, прильнув к блестящей обтекаемой поверхности. Для воздушной гимнастки, рождённой и воспитанной в цирке, это была пара пустяков. Перескочив на спортивный автомобиль, а с него на подножку цистерны, Яналия стремительно вскарабкалась наверх. Моррисон и его компаньоны рассредоточились по стоянке – видимо, искали её в каком-нибудь тёмном углу. Никем не замеченная, Яналия распласталась на крыше грузовика.

Борирры прощебетали что-то на своём языке, следом раздался голос Моррисона:

– Уезжаем. Если понадобится, я разберусь с этим позже.

Это прозвучало угрожающе. Как назло, несколько дней назад Яналия поставила на вызов мелодию из «Пробуждения Гуула». Эта музыка звучала на каждом представлении, и Моррисон, конечно же, понял, что на стоянке был кто-то из своих.

Хлопнула дверь, завёлся мотор, и грузовик тронулся.

Ничего он мне не сделает! – размышляла Яналия, – Даже если вычислит, что это была я.

Однако полной уверенности у неё не было. Роджер Моррисон был параноиком, помешанным на слежке. Кто знает, как далеко могли зайти его игры в секретных агентов? Яналия осторожно приподняла голову и увидела несколько торговых автоматов, выстроившихся вдоль стены. Кофе больше не хотелось. Полученной дозы адреналина вполне хватило, чтобы проснуться.

Грузовик покинул стоянку и вырулил на шоссе. Жмурясь от яркого света, Яналия достала коммуникатор и набрала Гермеса.

– Наконец-то! – послышалось из трубки. – Гулфи давно вернулся. А что это у тебя шумит?

– Это грузовик.

– Какой ещё грузовик? Ты где сейчас?

– Долго рассказывать. Возьми, пожалуйста, мои вещи. Я вернусь на корабль своим ходом.

– Понял, – сказал Гермес и дал отбой.

Яналия убрала коммуникатор. Она знала, что Гермес не станет задавать лишних вопросов. Множество передряг, больших и маленьких, научили их действовать как слаженная команда.

Вернуться на корабль своим ходом – сказать это было легче, чем сделать. Цистерна неслась по шоссе в потоке других автомобилей, спину припекало, а встречный ветер трепал волосы. Яналия озиралась, но видела только здания-аквариумы, зелёные скверы и залитые ярким светом площади с фонтанами. Опоздать на представление было нельзя, а время поджимало. Знать бы, куда мы вообще едем, – подумала Яналия, и в этот момент впереди показался знакомый серебристый купол. Девушка с облегчением выдохнула.

Космический корабль, в котором гастролировал и давал представления цирк «Олимп», был похож на гигантский диск. Отец говорил, что это дань старинной традиции – циркачи прошлого выступали в шатрах или зданиях круглой формы, повторяющей форму манежа. Корабль был создан греями на судостроительных верфях планеты Серпо, и назывался в честь первого космонавта-человека – «Юрий Гагарин». На его борту циркачи жили и работали. Яналия родилась на корабле, и другого дома у неё не было. Кроме манежа, зверинца и всего необходимого для работы цирка, на борту имелась школа, больница, парикмахерская, парк, несколько магазинов и ресторанов. По сути, корабль был небольшим летающим городом.

Яналия отчаянно соображала, как незаметно эвакуироваться с крыши грузовика, когда впереди показался пешеходный мост, перекинутый через дорогу. Прозрачный коридор, по которому туристы и местные жители переходили с одной стороны улицы на другую, был заключён в металлический каркас. Яналия быстро прикинула расстояние, и решила, что будет прыгать. Она поднялась во весь рост и поплотнее натянула на запястье петлю клатча. Не имея при себе спортивной магнезии, Яналия вытянула руки, чтобы встречный ветер высушил ладони. Шумный поток автомобилей перестал существовать, она целиком сосредоточилась на трюке.

Когда цистерна начала въезжать под мост, Яналия прыгнула. Мгновение – и её пальцы сомкнулись на горизонтальной трубе. Девушка подтянулась как на турнике и прильнула к горячему пластиковому коридору. Внутри кто-то удивлённо вскрикнул, пангоид в изумрудно-зелёной рубашке и оранжевых шортах нацелил на неё фотоаппарат. Яналия показала ему язык и вскарабкалась на крышу моста.

Отсюда открывался великолепный вид, город вокруг искрился и сверкал. Нагретый воздух преломлял свет, подобно линзе, и казалось, что до самого горизонта раскинулся сказочный, зыбкий мираж. Провожая взглядом грузовик, Яналия задалась вопросом – а что на самом деле находилось в цистерне? Что агент Моррисон хотел провезти на корабль под видом пищевого планктона?

Глава 2. Промокший цирк

– Узнайте свою судьбу, заходите в шатёр мадам Симоны!

– В нашем тире только настоящие пиратские бластеры! Попади в мишень и выиграй игрушечного пангоида!

– Сейчас, на ваших глазах, великолепный Буфадон Гудини заставит эту даму исчезнуть! Ловкость рук и никакого мошенства!

– Только сегодня и только для вас! Уникальные сестры-близнецы, для разума которых нет ни преград, ни тайн!

Голоса ярмарочных зазывал разносились далеко по окрестностям. Из колонок звучал цирковой марш, сливаясь с разноголосым гомоном и смехом; в горячем воздухе витал запах сладкой ваты и воздушной кукурузы. Ярмарка, шумная, красочная и полная всевозможных чудес, открывалась задолго до представления. Гости могли покататься на каруселях и аттракционах, или просто поглазеть на глотателей шпаг, фокусников, эквилибристов, клоунов, жонглёров или экзотических зверей с далёких планет. Некоторые одноклассники Яналии, дети циркачей, пока что не занятые в основном шоу, обслуживали ярмарку.

Яналия остановилась неподалёку от входа. Дыхание с шумом вырывалось из груди, по лицу крупными каплями стекал пот. Добраться сюда оказалось не так просто. Беспилотные такси проносились мимо, Яналия не знала, как их остановить. В итоге, весь путь от пешеходного моста до цирка она преодолела бегом, по самому пеклу. Представление уже началось, а ещё надо было переодеться, нанести грим, получить допуск у инспектора… Анфиса Стрикт не терпела опозданий!

Немного отдышавшись, Яналия прошла через арку под вывеской «Добро пожаловать в космический цирк "Олимп"!». Надпись, сделанная на всеобщем языке, переливалась и мигала. Вокруг было шумно и весело, но чтобы увидеть ярмарку во всей красе, сюда следовало заглянуть после заката. С приходом сумерек сверкающие гирлянды преображали каждый шатёр и каждую карусель, а в белых, с красными носами клоунских лицах, появлялось что-то загадочное.

Робот-охранник, знавший всех циркачей, никак не отреагировал на Яналию. Будь на его месте человек, он бы, конечно, насторожился. Босая, взмыленная и в одном лишь купальнике – любой бы понял, что она побывала в серьёзной переделке.

На центральной аллее, ведущей от арки до входа в цирк, было не протолкнуться. По обе стороны располагались аттракционы – «Марсианские горки», «Колесо Ориона», «Дом с привидениями». Балаганщики, в большинстве своём с пышными усами и в полосатых жилетах, зазывали гостей пострелять в тире, покидать кольца или испытать себя на силомере. Там и сям роботы-торговцы предлагали воздушные шарики, игрушки, угощения на любой вкус.

Яналия хотела незаметно проскользнуть через ярмарку, смешавшись с туристами. Не тут-то было – сделав несколько шагов, она нос к носу столкнулась с Антонией Пановой, своей одноклассницей. На Антонии было пышное красное платье с фальшивыми рубинами и стоячим воротником в виде сердца. Сердечки украшали рукава и юбку, похожую на купол. Антония была королевой карточных фокусов и всегда выступала в наряде Червонной Королевы. Яналия неохотно кивнула в знак приветствия.

– Привет, – поздоровалась Антония. Она стремительно тасовала колоду. Карты в её руках разве что не искрились, при этом лицо сохраняло совершенно невозмутимое выражение. – Нужна помощь?

Антония соображала так же быстро, как тасовала карты.

– Ага, – произнесла Яналия, чуть задыхаясь. – Можешь дать мне какую-нибудь рубашку?

Антония кивнула и двинулась через толпу. В небо с шипением вырвался язык пламени, послышались удивлённые возгласы и аплодисменты. Аплодировали Игорю Ланде, парню из их класса, делавшему трюки с огнём. Вреднее Ланде были разве что синтетические чипсы… и то не факт. Яналия постаралась встать так, чтобы спрятаться от него за кринолинами Червонной Королевы. Игорь её не заметил, однако, проходя мимо небольшой эстрады, девушка поймала на себе удивлённый взгляд Буфадона Гудини – полноватого коротышки в цилиндре и атласном фиолетовом костюме. Завидев полураздетую Яналию, прячущуюся за юбками Антонии, он невольно замешкался, на мгновение позабыв про публику.

Буфадон – отец Гермеса – показывал традиционные фокусы. Он распиливал ассистентку, запертую в ящике, доставал из цилиндра живых кроликов, заставлял срастаться разрезанную верёвку. Его шоу было недостаточно зрелищным для основной программы, поэтому Гудини довольствовался сценой на открытом воздухе. Гермес, куда более амбициозный, чем его отец, мечтал пробиться на манеж.

Антония обогнула карусель и остановилась у небольшого полосатого шатра.

– Сюда, – она отодвинула полог и пропустила Яналию вперёд. Это была гримёрка, где балаганщики готовились к выходу на публику. Сейчас в шатре было пусто. На металлических кронштейнах вперемежку висела повседневная одежда и сценические костюмы; Антония сняла с крючка футболку, шорты, и протянула Яналии.

– Одевайся. Принесёшь к закрытию ярмарки.

– Конечно, спасибо!

Одежда оказалась велика, но это было лучше, чем ничего. Яналия быстро оделась и покинула шатёр. Уже не скрываясь, она миновала центральную аллею, взлетела по ступенькам и очутилась в холле. Все зрители были в зале, а циркачи – на манеже или за кулисами, и только Цезарь Молестус, больше известный под псевдонимом Ромбик, слонялся туда-сюда. На нём был пёстрый клоунский наряд и всклокоченный рыжый парик. Старший Молестус начинал свою антрепризу прямо на трибуне, сходу вовлекая зрителей в игры.

 

– Какой номер идёт? – на бегу спросила Яналия.

– Дрессированные халлаки! Опаздываешь?

– Немного!

Яналия остановилась возле служебного лифта и, пробежавшись пальцами по сенсорной панели, ввела код доступа. Двери ещё не успели полностью распахнуться, а девушка уже была в кабине.

– Давай же, давай, – бормотала Яналия, вдавливая кнопку.

Наконец двери захлопнулись, и лифт начал подниматься. Яналия кусала губы, представляя, какую выволочку устроит ей инспектор Стрикт. Да и отец за такое по головке не погладит…

Где-то между пятым и шестым этажом у Яналии внезапно потемнело в глазах. Она привалилась к стене лифта, чувствуя, что вот-вот потеряет сознание. Дурнота накрыла её как тёмная приливная волна. Я, наверно, перегрелась! – подумала Яналия. – Как не вовремя! Через мгновение всё вокруг стало ослепительно-белым, как будто включился мощный прожектор. Кабина лифта начала таять, причём не только зрительно. Плечо, только что упиравшееся в твёрдую поверхность, провалилось в пустоту, а ноги потеряли опору. Прежде Яналии несколько раз доводилось терять сознание, в том числе, после падения из-под купола, и ощущения тогда были совсем другие. Она попыталась за что-нибудь уцепиться, но кабина лифта, а вместе с ней и шахта, попросту исчезли. Внизу, было что-то синее и сверкающее, совсем не похожее на металлические перекрытия «Юрия Гагарина». Пролетев несколько метров, девушка с головой ушла под воду.

Всё случилось настолько быстро, что Яналия даже не успела задержать дыхание. Она посмотрела наверх. Голубая вода стремительно темнела, становясь чернильно-синей – Яналия погружалась на дно. Над её головой, как нитка жемчуга, возникла цепочка пузырьков. Изумление сменилось паникой. Яналия начала барахтаться; несколько отчаянных толчков ногами, и её голова показалась над поверхностью воды.

На смену давящему безмолвию пучины, пришёл плеск волн и резкие крики морских птиц. Яналия выплюнула воду и с хрипом вдохнула. Она успела наглотаться морской воды, и теперь к горлу подступали болезненные рвотные позывы. Яркое солнце слепило, мешая сориентироваться, но вдруг на её лицо легла тень. Девушка помотала головой, отбрасывая мокрые волосы. На расстоянии вытянутой руки находилось нечто, покрытое слизью и ракушками; Яналия несколько раз ошарашенно моргнула, прежде чем сумела осознать, что это борт лодки. В воду свешивалось весло, его черенок был обмотан осклизлой, прогнившей верёвкой. Из лодки на циркачку смотрели четверо борирров, страшнее которых Яналия в жизни не встречала. Они были одеты в какие-то лохмотья, похожие на заплесневевшие рыбацкие сети, запястья украшали браслеты из ракушек и рыбьей чешуи. Дыхательные пузыри были непривычно мутными, так что лиц Яналия толком не разглядела. У каждого из борирров в руках был короткий гарпун с костяным наконечником.

Яналия провела ладонью по лицу, надеясь, что наваждение исчезнет, но лодка и жуткие борирры никуда не делись. Один из них крикнул что-то на своём наречии.

– Где я?! – спросила Яналия на всеобщем. – Что тут происходит, а?!

Вместо ответа борирр привстал и замахнулся гарпуном. Яналия вскрикнула, закрываясь руками, и в этот момент море и лодка растворились в белой вспышке. Девушка рухнула на пол кабины лифта, как марионетка, у которой разом перерезали все нитки. С одежды и волос ручьями стекала вода.

– Что за чертовщина здесь… – Яналия не успела договорить – её вырвало солёной водой.

Двери лифта распахнулись, струйки потекли в зазор между этажом и кабиной. Придерживаясь за стену, Яналия поднялась на ноги, и чуть пошатываясь, вышла из лифта.

В коридоре царил хаос – хлопали двери, слышались крики, рыдания, кто-то громко и бессвязно ругался. Мимо Яналии проносились мокрые, с потёкшим гримом, циркачи.

Не совсем ещё пришедшая в себя, Яналия свернула в полутёмный служебный коридор, через который воздушные гимнасты попадали под купол цирка. С трибун доносился встревоженный ропот, который, как молнии чёрную тучу, прорезали отдельные вопли. Коридор обрывался в пустоту, дальше можно было передвигаться, только повиснув на трапеции. Остановившись на самом краю, Яналия глянула вниз, на манеж и трибуны. Зрители ломились к выходам, кое-где началась давка.

Скачок – так, не особо задумываясь, Яналия назвала случившееся – застал цирк во время номера «Танцующие халлаки». На месте манежа сейчас находился круглый аквариум; в прозрачной воде, как серебристые торпеды, метались хищные рыбы. Дрессировщики-борирры столпились на плавучей платформе в центре аквариума. Они даже не пытались загнать взбудораженных халлаков в их вольеры. Конечно, неожиданное купание не могло навредить бориррам, но выглядели они перепуганными.

Из динамиков загремел голос Роджера Моррисона:

– По техническим причинам мы вынуждены прервать представление! Пожалуйста, сохраняйте спокойствие! Служба охраны поможет вам безопасно и быстро покинуть корабль! Вам ничего не угрожает, никакой опасности нет!

– А тебе-то откуда знать? – раздражённо бросила Яналия.

Хотя, возможно, о случившемся следовало спрашивать именно у агента Моррисона. Он провёз на корабль таинственную цистерну, и тут же случился скачок. Подозрительное совпадение!

Вытряхнув из клатча воду, Яналия достала коммуникатор. Гермес ответил после третьего гудка:

– Яналия? Ты сейчас где?

– Я внутри, а ты на ярмарке?

– Да! Из цирка бегут зрители! Что там у вас творится? Только не говори, что на манеж выпустили Гая!

Несмотря на перенесённый шок, Яналия усмехнулась.

– Значит, вы не искупались?

– Что? Ты о чём говоришь?

– Ясно! Наверно, это произошло только здесь, на корабле. Представь, я была в лифте и вдруг оказалась в море! Чуть не захлебнулась, выплыла, а там какая-то гнилая лодка и в ней – дикие борирры! Один замахнулся на меня гарпуном! А потом – раз! – и я снова в лифте! Нас всех куда-то швырнуло! Понимаешь?

– Нет. Я ничего не понимаю, – Гермес ненадолго замолчал, из трубки доносился только цирковой марш и перепуганные крики. – Все, кто появляется из цирка – насквозь мокрые! У вас там что, аквариум прорвало?

– Да какой к чертям аквариум! – разозлилась Яналия. – Я тебе говорю, это был скачок! Вот что, потом поговорим!

Девушка оборвала связь и направилась прочь из коридора. Она хотела оглядеться, оценить масштабы бедствия.

Циркачи, следовало отдать им должное, быстро взяли ситуацию под контроль. Впавших в истерику привели в чувство, нахлебавшимся воды оказали первую помощь. Воспользовавшись эскалаторами (на всякий случай она решила держаться подальше от лифтов), Яналия поднялась на восьмой этаж. Здесь располагался парк и несколько ресторанов, в том числе «Клевер», завсегдатаями которого были Яналия и Гермес. Обитатели корабля собирались группами, шумно обсуждая происшествие. В толпе Яналия увидела заплаканную Тишу Крейн. Она была в сценическом костюме, плотно облегающем тело и усыпанном серебряными блёстками. Увидев Яналию, Тиша бросилась ей навстречу:

– С тобой тоже это было? Ты упала в воду?

– Да, – пожала плечами Яналия. – Похоже, все кто был на корабле, окунулись.

– Я видела остров и борирров на скалах, – затараторила Тиша, размазывая слёзы по щекам. – Одни стучали в барабаны, а другие танцевали. Мне кажется, это был какой-то магический обряд, честно!

История Тиши заинтриговала Яналию. Выходит, скачок раскидал их в разные места!

– А я видела лодку, – сказала Яналия. – Один борирр чуть не проткнул меня гарпуном!

Тиша охнула, прижав ладонь ко рту.

– Спокойно, – отмахнулась Яналия. – Меня так просто не возьмёшь. Я бы им ещё показала, но меня швырнуло обратно…

– Да, да, вернуть полную стоимость билетов! Компенсация? Я ненавижу слово «компенсация», от него у меня начинается изжога! Откуда я знаю, вы юрист, вот и займитесь этим!!!

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28 
Рейтинг@Mail.ru