Дублер

Георгий Лопатин
Дублер

7

Стоило только бармену закрутившись с клиентами окончательно потерять Экскарта из виду, как к парню подсел хорошо одетый господин лет тридцати-тридцати пяти с чистым от растительности лицом (хотя в моде были тонкие усики), в черном пальто, под которым виднелся серый кожаный жилет с золотой цепочкой идущей от средней пуговицы к кармашку для часов на левом боку, красный галстук с золотой запонкой с каким-то символом, высокий кожаный цилиндр в руках. Трость, на вид слишком толстая, что говорило о наличии в нем скрытого клинка. Пулевого оружия не видно. В общем, это заведение было явно не его уровня. Но вот странность, на него, такого здесь чужеродного, почти никто не обратил внимание, а те, кто обратил, довольно быстро о нем забыли, вернувшись к собственным делам.

– Не помешаю? – с располагающей улыбкой поинтересовался состоятельный сосед.

– Ничуть…

– Угостите?

Экскарт удивленно поднял бровь и снова посмотрел на соседа. Оно и понятно, богатый человек просит угостить его у бедняка… быдла с кем и разговаривать-то на равных моветон. Успел уже он насмотреться на подобную публику и общаться ними не было никакого желания.

– О, не волнуйтесь! Я заплачу за всю бутылку.

В подтверждение своих слов странный господин жестом фокусника выудил откуда-то серебряный империал и положил на стойку.

– Да пожалуйста… – пожал плечами парень.

Видимо опьянение все же сказалось, да и поведение теперь уже собутыльника провоцировало, так что он проявил определенную наглость, чего в трезвом виде себе бы не позволил и добавил с язвительностью в голосе:

– Экзотики захотелось?

– Можно и так сказать, – все так же благодушно улыбнулся состоятельный сосед. – Как сказал один мудрец, чтобы понять вкус хорошего вина нужно познать вкус… чего-нибудь попроще. От себя добавлю, что сравнительный анализ надо делать регулярно. Освежать, так сказать, память.

Странный сосед плеснул себе ликера и пригубил, после чего прокомментировал:

– А неплохо…

– Фришбоу откровенное… «чего-нибудь попроще» старается не держать.

Ну не знал парень о махинациях своего друга, не знал.

– Тут он прав, репутация, в наше время, прежде всего. Стоит ее потерять и все…

– Так что за «чего-нибудь попроще» надо в другой бар зайти. Могу порекомендовать «Лузу» на следующем перекрестке в сторону центра. Вот уж где мерзкое пойло подают…

– Я собственно не на дегустацию… «чего-нибудь попроще» сюда пришел, – более серьезным и каким-то деловым тоном произнес эксцентричный «дегустатор».

– А зачем?

– Точнее – к кому.

– К кому?

– К вам.

– Ко мне?! – удивился Экскарт.

– К вам.

– Зачем? А-а!.. – совсем развезло парня. – Позвольте угадаю, вы адвокат и пришли чтобы сообщить мне, что умер мой… ну пусть будет троюродный дядюшка и оставил мне в наследство пару миллионов империалов?

– Ха-ха-ха, – рассмеялся сосед, но чуть натужно, после чего сказал: – Вы почти угадали молодой человек.

– Да? И в какой части я угадал?

– Я действительно адвокат, вот моя визитка… что до всего остального, про дядюшку с наследством, то мимо.

С этими словами состоятельный господин протянул Экскарту кусочек качественного белого картона на котором значилось: «Рамони инс Лонг. Адвокат. Адвокатская контора Лонг и Ко», ну и номера телефонов, а так же адрес, последнее из-за мелкого шрифта, сумрака в помещении, а так же опьянения, что не самым лучшим образом сказалось на фокусировке зрения, было видно неразборчиво, но оно и не важно.

«Инс» сказало парню, что перед ним сидит дворянин, но не владеющий землей, то есть обычный шевалье, каких еще называют перекати поле, в сословном плане лишь на ступеньку выше тех же мещан и личных дворян, в общем низшие среди высших.

– Занятно, сэр. И что адвокату, да еще из благородного сословия, нужно от бедного ассенизатора подлого сословия, если с наследством я пролетаю? Я вроде ничего такого не натворил, свидетелем чего-либо, тем более преступления, не являюсь…

– Ничего такого. Все проще и… сложнее.

– Я заинтригован, сэр.

– Вы знаете этого человека? – спросил Рамони инс Лонг, протянув новомодную цветную фотографию размером с ладонь.

– Хм-м, надо же, – несколько удивленно воскликнул Экскарт, посмотрев изображение. – Какое однако у нас сходство…

Сходство и впрямь было очень сильным, разве что лицо на фото имело чуть более тонкие черты и высокомерный, даже надменный вид. Но если Экскарта нарядить в дорогую одежду, приклеить пижонские усики, да слегка загримировать, то обознаться было бы немудрено даже тем, кто хорошо знал типа с фотографии.

– Но нет, я не знаю этого человека. И кто он если не секрет?

– Второй сын графа Эстара Сандора фон Маренонг – Трексар.

– И при чем тут я?

Несмотря на хмель Экскарт стал подозрительным и невольно подобрался.

– Как понимаете у благородных людей, вопреки расхожему мнению, жизнь состоит не из одних только развлечений.

– Правда? – делано удивился Экскарт.

– Уверяю вас, это так, – с усмешкой кивнул адвокат. – Особенно у тех, кто владеет какими-то предприятиями: заводами, фабриками, верфями, рудниками и прочими объектами, при этом их собственность находится в разных концах империи. Приходится частенько мотаться из одного конца государства в другой, а то и в колонии заносит на другом конце Хаймата.

– Надо же… А что же управляющие и прочие проверяющие вроде аудиторов?

– В том-то и дело, что этих управляющих и надо время от времени контролировать, чтобы не зарывались и воровали в меру. Что до проверяющих и аудиторов, то полагаться на них полностью нельзя, так как могут сговориться с теми, кого должны выводить на чистую воду. И тут можно надеяться только на себя и членов своей семьи. В общем если высокородные не хотят однажды остаться на мели, то должны сами за всем присматривать, а то ведь оглянуться не успеешь, как все, что было нажито предыдущими поколениями в прах может обратиться. И такое случается, особенно в последнее время, век пара, довольно регулярно. Могущественные династии насчитывающие больше тысячи лет и игравшие вескую роль в жизни империи полностью теряют свою значимость и в конечном итоге вынуждены торговать своей фамилией… Печальное зрелище, но при этом достойное лишь презрения ибо не смогли перестроиться в новых условиях, а это говорит лишь о косности мышления, а то об отсутствии ума и вырождении.

– Теперь понятно.

– Замечательно.

– Но ни за что не поверю, что знать прямо-таки вкалывает от рассвета до заката… светскую хронику я иногда тоже почитываю от нечего делать.

Адвокат на это только засмеялся.

– Вы правы, без развлечений конечно тоже не обходится, но они быстро приедаются, – продолжил Рамони инс Лонг. – Все эти балы, пустые разговоры о скачках, лошадях, собаках, охоте, политике, последних технических новинках, литературе, сплетни о том кто с кем спит, очередной скандальной выходке и прочем… очень скоро превращаясь в нудное времяпрепровождение, от которого однако нельзя отказаться. Весь смысл подобных увеселений заключается в том, чтобы мелькнуть в свете и тебя не посчитали затворником, что может плохо сказаться на репутации, а значит и на деловых контактах. Ну и подобные вечеринки имеют второй слой, а именно возможность наладить деловые контакты в неформальной обстановке…

– А Трексар стало быть затворник?

– Нет конечно, но у него есть свои интересы, которые отнимают значительное время. К тому же в последнее время он несколько ослаб здоровьем и не может выполнять все наложенные на него семейные обязательства в полном объеме.

– Что, даже магодоктора не могут помочь?! – удивился Экскарт.

– В некоторых случаях даже они бессильны. Опять же требуется много времени и лучше при этом находиться в покое.

– Отравили?

– Кхм, нет… там другое. Бывают неприятные наследственные болезни, как раз связанные с магией из-за чего нынешние даже сильнейшие магодоктора практически бессильны, всякие родовые проклятья, что преследуют фамилию с еще древних времен, а в условиях когда магия в нашем мире вырождается с каждым поколением, все эти негативные вещи наоборот обостряются. В лучшем случае магодоктора облегчают последствия. Но иногда случаются обострения…

– И? Я до сих пор не могу понять, для чего вы пришли ко мне и все это рассказываете, сэр, – начал терять терпение Экскарт. – Переходите уже к делу или уходите…

– К делу так к делу. Сэру Трексару Сандору нужен двойник, точнее дублер, что станет выполнять самые простенькие задания, но требующих много времени на переезды. Какие-то публичные выступления, малозначащие, но необходимые для имиджа семьи встречи с журналистами, рабочими, и тому подобное, где не требуется принимать какие-то решения или в отношении которых вы будете проинструктированы особо.

– Мн-да… – опешил парень.

– Что вас смущает?

– Да как-то все очень…

– Понимаю, для вас это неожиданно.

– Верно…

– Но думаю оно того стоит. Это хорошая и интересная работа. И, что хочу отметить особо, хорошо оплачиваемая.

– Да у меня вроде как есть работа и даже на повышение пошел.

– Бросьте Экскарт, – пренебрежительно махнул рукой адвокат. – Работая дублером моего клиента, вы за год заработаете больше, чем за десять лет на той должности, что вам предлагают. Тем более что эта работа не на год и даже не на два. Поработав лет пять, вы обеспечите себя на всю оставшуюся жизнь. А это минимальный срок.

– М-м…

– Что еще вас смущает?

– Я время от времени хожу в синему и там есть подобные сюжеты, когда главные герои на подобной работе узнают много лишнего… про него еще говорят, что он слишком много знал. А потом этого неудачника находили мертвым.

Адвокат негромко рассмеялся.

– Не вижу ничего смешного…

– Уверяю вас, ни к каким секретам вы допущены не будете. То синема, а у нас реальная жизнь и это две большие разницы.

 

– Так-то оно так…

– Поверьте Экскарт, вам с этой точки зрения абсолютно нечего опасаться. Но при этом вы будете жить в роскоши, побываете в самых разных уголках империи, а то и за границей. Такая возможность человеку выпадает раз в жизни и то не каждому. В конце концов, что вас тут держит при таких замечательных перспективах, Экскарт?

– По большому счету уже ничего, – со вздохом вынужден был признать парень, вспомнив о Кэтрин, что очень уж вовремя его бросила.

Пожалуй, она единственное обстоятельство, что могло бы удержать его на месте, ведь вряд ли бы ему позволили взять Кэт с собой, даже в виде этакой «дорожной» любовницы. Хотя в последнем качестве вполне могли позволить ее прихватить с собой, но вот беда, она становилась слабым звеном и могла проболтаться или еще какой-нибудь крендель выкинуть, с женщинами в этом плане все очень непросто, никогда не знаешь, что они вытворят в следующий миг.

Но сосредоточиться на мысли о слишком своевременном расставании с любимой девушкой ему не дал адвокат, голосом профессионального военного вербовщика, расписывавшего все прелести предлагаемой работы:

– Приняв предложение моего клиента, ты заработаешь кучу денег, и как я уже сказал: при этом за счет работодателя увидишь практически весь мир. Я уже молчу про дорогих умелых шлюх и прочих мелких радостях жизни.

Экскарт всерьез задумался, на удивление выпитое ему почти не мешало или что вероятнее он так думал. Мысль про шлюх ему понравилась, тем более очень уж хотелось отомстить Кэт хоть так. Мелочно и глупо, но… Адвокат уловив этот момент парню мешать не стал.

Предложение же и впрямь было более чем заманчивым. Повышение на прежнем месте это конечно замечательно, но… в жизни всегда хочется чего-то большего и у него есть возможность это большее получить.

– Где надо расписаться кровью? – встряхнув головой, пробурчал Экскарт.

– Пока нигде, а что до крови, то ее вполне заменят обычные чернила.

– Когда я должен быть готов к выезду? – перешел на деловой тон парень.

– Да можно прямо сейчас. В смысле утром уже надо отъезжать.

– К чему такая спешка?! – с накатившим от поспешности подозрением спросил Экскарт. – В конце концов, мне надо разобраться с нынешним работодателем. Уйти вот так, даже не попрощавшись… плюс уладить дела с наймом жилья, это минимум день…

– О, с этим вы можете не волноваться! Я как адвокат с легкостью разрешу все эти ваши мелкие бытовые проблемы, так что можете не волноваться о последствиях.

– Допустим. Но я все равно не понимаю причину такой поспешности.

– Экс, какие-то проблемы? – поинтересовался Фришбоу, заметив, что приятель странно себя ведет, да и этот его собеседник в хорошей одежде ему тоже чем-то не понравился, а вот чем именно он сам бы сказать не мог.

– Нет Фриш, все в норме.

– Точно?

– Да…

Хмуро взглянув на адвоката, бармен только кивнул и пошел к очередному клиенту.

– Так что за спешка?

Адвокат поморщившись, ответил:

– Это моя вина. Я непозволительно сильно затянул с выполнением этого поручения нанимателя. Сам ведь должен понимать, что найти двойника крайне непросто, тем более так, чтобы не спровоцировать к этому поиску большого интереса со стороны. А слежка у аристократов друг за другом поставлена очень хорошо. Потом пришлось потратить время на полет сюда, а живешь ты не близко относительно основного места проживания нанимателя. По сути на другом конце империи.

– Понимаю…

– А сэр Трексар, немного нетерпелив, точнее говоря, требует пунктуальности. Как я понял дублер срочно требуется на какое-то мероприятие, что должно произойти в ближайшее время и от которого сложно отказаться без репутационных потерь. А слово в среде аристократии значит очень много, это можно сказать краеугольный камень высшего общества. Потому дирижабль будет идти на максимальной скорости, чтобы выиграть хоть несколько дней, дабы успеть доставить тебя на место и соответствующим образом подготовить.

– Как-то меня не греет служить у подобного самодура…

– У всех своих слабости, – пожал плечами инс Лонг. – И не сказать, что он такой уж сильный самодур. Просто довольно требовательный человек. Ну и не бывает так, чтобы получать высокую плату совсем без проблем…

– Справедливо.

– Тем более что я плохо себе представляю, как может сказаться на вас его самодурство в рамках контракта, если вы именно этого опасаетесь. Вы вообще будете очень редко пересекаться с нанимателем. Подозреваю, что даже все свои пожелания по заданиям он будет передавать в письменном виде.

– Хорошо, – чуть успокоился Экскарт. – Что ж, раз счет идет чуть ли не на часы, то не вижу смысла медлить. Мне только надо зайти домой и взять несколько личных вещей.

– Конечно.

Адвокат, взмахом руки подозвав бармена, расплатился за окончательно допитую за время разговора бутылку ликера.

– Пока Фриш, меня долго не будет в городе. Передавай привет Марте и детишкам.

– Уезжаешь?

– Да, нашел новую работу.

– Что за работа? – с подозрением глянув на соседа приятеля, с которым тот трепался вот уже почти полчаса, спросил Фришбоу.

– Кх-м, – с намеком на то, что не стоит сильно трепаться о сути, кашлянул адвокат.

– Нормальная… В общем я тебе отпишусь или позвоню, как только все устроится. В общем дам знать. Не беспокойся.

– Не связывался бы ты с… благородными, Экс. От них всегда одни неприятности простому человеку. Не доверяю я им…

– Все нормально Фриш. Дело чистое…

– Ну как знаешь… Парень ты взрослый, своя голова на плечах имеется.

– Вот именно. Ну бывай!

– До встречи…

8

Вещей набралось немного, едва на треть кожаного саквояжа, какими еще пользуются участковые и сельские доктора, а так же полицейские криминалисты. Получив заверение адвоката, что его обеспечат всем необходимым, да и глупо было при такой работе ожидать иного, Экскарт взял только какие-то памятные и дорогие сердцу предметы: фотографии, коллекцию марок с паробайками, стопку открыток с ними же, а так же треугольный вымпел мусорной корпорации с почти двумя десятком значков «лучший работник месяца» и двумя значками «лучший работник года». Даже возникло сожаление, что третьего значка ему уже не получить, хотя на это были все шансы.

Что самое смешное и неоднозначное, так это то, что основными его конкурентами в борьбе за поощрения были как раз те, за чей счет эти поощрения и выдавались, то есть дурачки. Спасало только то, что при прочих равных показателях результативности и прочих параметров награду отдавали валидам, то есть здоровым без приставки «ин».

– Интересуетесь паробайками? – заметил адвокат интерес Экскарта, показав на большой настенный постер его паробайка-мечты.

Висевший над кроватью постер изначально был черно-белым, но парень его раскрасил. Забирать его с собой было глупо, да и помнется…

– Да…

– Тогда думаю вас обрадует тот факт, что теперь уже и ваш наниматель так же интересуется сей двухколесной техникой.

– Правда?!

– Да. Потому у вас будет свой паробайк, собственно один как раз находится на дирижабле. Во время технических стоянок сэр Трексар любит прокатиться с ветерком по окрестностям. Так что и у вас будет не просто возможность научиться на нем ездить, но совершать подобные прогулки, чтобы не выбиваться лишний раз из образа.

Едва зародившиеся сомнения по мере отрезвления по поводу правильности найма на работу дублером (а ну как что-то не получится и он не получит обещанной работы и прежней лишится и останется у него тогда один путь – в армию) стерло как рукой. После того как его бросила Кэтрин, паробайки встали на первое место в жизненных интересах парня.

– Едем! – воскликнул Экскарт и решительно захлопнул саквояж, до этого раздумывая, что бы еще взять с собой, уж очень он пусто выглядел, даже появились какие-то глупые мысли, что и его жизнь похожа на этот саквояж, такая же пустая, что рождало в душе дискомфорт.

Медлить действительно не стали, адвокат был откровенно рад, что клиент не стал упрямиться и не пришлось ждать утра. Загрузившись в ожидающую их конную бричку-такси они поехали на аэродром – огромное поле за городом плотно забитое дирижаблями всех мастей, подсвеченных как изнутри (в основном средние и большие дирижабли внутри оболочек которых имелись технические ходы и каюты членов экипажа), так и снаружи. Этакий город из летающих домов со своими кварталами и улицами по которым двигался частный и служебный транспорт обслуживающий эти громады, забирая отходы и завозя продовольствие, топливо и воду.

Где-то шли активные ремонтные работы и проехал порогрузовик с цистерной гелия. Видимо у кого-то произошла утечка из баллона. Такое случалось весьма часто и как правило виноваты в этом были всякие неадекваты палившие по дирижаблям из своих крупнокалиберных карамультуков.

А может это были подкупленные производителями летучего газа люди. Ведь если отремонтировать оболочку и залатать баллоны можно силами экипажа еще в полете, то вот восполнить потерю гелия проблема. Запас как раз на такие случаи есть в специальных емкостях, но не так уж много и нужно потери восполнять.

Это ведь не относительно дешевый водород который можно производить самим, надо лишь иметь несложное оборудование, источник энергии да воду. Вот только водород взрывоопасен… Сотни дирижаблей сгорели в ужасных катастрофах унеся тысячи жизней в начале эры воздухоплавания. Хотя водородные дирижабли до сих пор использовали в различных глухих уголках империи и странах третьего мира, что не могли себе позволить дорогой гелий или его месторождения вообще не было.

Долго по аэродрому ездить не пришлось. Графская семья Маренонгов числилась среди одной и самых состоятельных в империи, а потому могла позволить себе оплату стояночного места по повышенным расценкам на короткий срок, а чем ближе место к городу, тем естественно дороже.

Бричка подъехала к трехпалубному дирижаблю. Впрочем, количество палуб не вводило в заблуждение. Дирижабль относился скорее к легкому классу, чем к среднему, или где-то посередине. Ведь это по сути воздушная яхта, а значит много груза брать не предназначена, потому как ее основное предназначение довезти ограниченное количество людей с максимально возможным комфортом. Из-за чего страдала автономность (ведь повышенный комфорт достигался за счет снижения взятого на борт объема топлива и воды), составляющая около суток или тысячу километров, плюс минус сотня в зависимости от погодных условий.

Впрочем, скорость движения, а так же дальность хода в условиях попутного ветра можно было дополнительно увеличить за счет парусов, что ставились на телескопические мачты. А как известно ветер на разных высотах дует в разную сторону иногда и вовсе в противоположную, так что найти подходящее относительно попутное воздушное течение вполне реально в четыре случаях из пяти.

Как машинально отметил Экскарт по довольно густому дыму идущему из труб от мотогондолы находящейся почти в самом хвосте дирижабля (систему уравновешивали топливные и водяные танки расположенные в центре воздушного судна), паровые котлы держались в разогретом состоянии, чтобы можно было моментально отчалить и двинуться в путь.

«Видимо действительно сильно опаздывают», – подумал он.

Пассажирская гондола представляла собой прямоугольное сооружение пятнадцать метров в длину, тридцать в ширину (сужаясь к концу отчего походила на каплю если посмотреть снизу) и восемь в высоту. По сути своей трехэтажный фанерный дом на каркасе из очень легкого металла, причем днище было не плоским, а как у лодки.

Такая форма делалась на тот случай если дирижабль вследствие потери «воздушной плавучести» потерпит крушение и упадет на воду. Тогда при избавлении от подведшей оболочки, а снимается она как раз на такой случай достаточно быстро, достаточно отстегнуть дюжину замков, дирижабль превратится в корабль, что при известной удаче и небольшом волнении может дотянуть до берега собственными силами (если конечно имеется в наличии мачта и парус) или дождаться спасательного корабля.

Экскарт как любой любознательный человек не чуждый техники знал, что у всех дирижаблей, вне зависимости от их типовых и размерно-весовых категорий, нижняя палуба отдавалась под самые тяжелые технические нужды, при катастрофе с посадкой на воду игравшие роль балласта.

На дирижаблях попроще (но не на этом) там еще располагался двигательный отсек с танками технической воды и топлива. Грузовой, где содержались запасы еды и питьевой воды. И собственно технический, а если еще правильнее, то сантехнический, те самые емкости которые ему приходилось осушать на своей прежней работе.

Вторая палуба в данном дирижабле отдавалась под рубку управления и жилой отсек: каюты для капитана и его старпома и кубрики на четыре человека для команды из примерно дюжины человек полюс-минус пара-тройка, а так же сопровождающих лиц: личных слуг и охранников, общим числом в десять-пятнадцать человек. А так же камбуз, где готовили исключительно для владельца и капитана дирижабля, ну и особо приближенных лиц. Остальные довольствовались лишь разогретыми заранее приготовленными блюдами.

 

Третья, она же господская палуба, как правило, была разделена на три части, вопрос лишь в соотношении пропорций.

Первая передняя часть отдавалась исключительно во владение хозяина яхты: спальня, кабинет, отдельная уборная. В средней части располагался общий зал, он же столовая, а в третьей задней части в отдельных каютах, путешествовали приближенные лица, без которых ни один уважающий себя богач и тем более благородный никуда не поедет: врач, юрист, как минимум один личный телохранитель. И чем человек богаче и знатнее, тем больше подобных лиц и их профессиональных принадлежностей, вплоть до личного стилиста. У благородных как правило есть благородная же свита, типа друзья-товарищи, этакие дармоеды… если смотреть со стороны.

Стоило только бричке остановиться у трапа, как из дирижабля появилось пять человек. В одном из них, мужчине с жестким лицом, лет сорока среднего роста и плотного телосложения, одетого в длиннополый кожаный плащ и носившего широкополую шляпу-ковбойку с плоским верхом, Экскарт быстро определил бойца. Даже не столько по двум пороховым револьверам по бокам, ножу на правой голени и гогглам на шляпе с одной линзой-телескопом, при этом вторая линза зеленого цвета явно отвечала за ночное зрение, а по манере двигаться, неуловимой грации хищника.

Видел он уже таких типов у богатых людей, что по ошибке (или острой нужде) иногда приставали к их причалам предназначенных для средних пароходов и парусных шхун на своих малых парусных и паровых яхтах, коим действительно требовались профессиональные телохранители, а не внушительного вида гориллы, коих нанимают скороспелые нувориши чисто для представительности, типа необходимого их положению аксессуара.

Во втором, высоком, щуплом, облаченного в белое короткополое пальто и светло-серых брюках, длинноволосому, лет тридцати, может чуть моложе, больше благодаря сложным очкам-гоглам на котелке белого же цвета с дополнительными увеличительными стеклышками и прочими разноцветными линзами непонятного назначения, Экскарт определил доктора, даже скорее маголекаря.

С оставшейся троицей в сюртуках темных цветов так что сразу не определить, сильно подшофе, но еще достаточно твердо держащиеся на ногах пусть и не без помощи тростей на которые они опирались, тоже все среднего роста, нормального телосложения, лет двадцати трех-двадцати пяти, с пижонскими навороченными гогглами на высоких цилиндрах, Экскарт несколько затруднился с опознанием их профпринадлежности. Потому как выглядели они типичными прожигателями жизни, то есть небольшой свитой из прихлебателей-подпевал более знатного и влиятельного аристократа, но в том-то и дело, что его, в смысле аристократа, тут нет. Тогда вставал закономерный вопрос, что эта тройка тут делает? Но искать ответы на подобные вопросы под какими-то странными ожидающе-оценивающе-заинтересованными взглядами было некомфортно.

Эта троица Экскарту не понравилась. Он вообще не любил подобных высокомерных мажоров, считающих что им все должны кланяться в ножки и целовать в засос задницы, а во-вторых, было в их лицах что-то такое гадливое и это не привычное высокомерие знати.

Первым отреагировал маголекарь. Подойдя к Экскарту и внимательно вглядевшись в его лицо, (даже руками его хотел схватить, наверное чтобы оттянуть веки и заставить высунуть язык, но жертва профессионального докторского интереса в ужасе отшатнулся), радостно воскликнул:

– Превосходно! Потрясающе!! Удивительно!!! Просто поразительное сходство! Довести вас до оригинала, так что и не отличить, будет несложно даже мне в походных условиях!

От этих слов маголекаря остальные встречающие словно отмерли, они оказывается были очень напряжены, заулыбались, даже о чем-то между собой с видимым облегчением перекинулись несколькими словами и даже хохотнули.

Лишь боец не принял общего участия в веселье, хотя тоже расслабился, но при этом, продолжая бесцеремонно вглядываться в лицо Экскарта.

– Тогда не будем задерживаться, – сказал адвокат. – Взлетаем немедленно.

– Вы тоже? – удивился Экскарт. – Вы же обещали уладить мои дела с работой и жильем…

– Я это с легкостью могу сделать даже с борта дирижабля по беспроводному радио! Не волнуйтесь вы так об этих пустяках. Поднимаемся.

– Ладно.

Первыми пошатываясь, взобралась троица холеных мажоров, за ними пристроили Экскарта, коего словно конвоировал телохранитель, будто боялся, что он сбежит. Последними поднялись маголекарь и адвокат, о чем-то тихо и быстро перешептываясь между собой.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18 
Рейтинг@Mail.ru