История года

Ганс Христиан Андерсен
История года

Куда ни оборачивались дети – всюду кусты и деревья покрывались зелёными почками, трава росла всё выше и выше, хлеба́ зеленели ярче. Девочка так и сыпала на землю цветами; у неё в переднике было такое изобилие цветов, что как она ни торопилась разбрасывать их, передник всё был полнёхонек. В порыве резвости, девочка брызнула на яблони и персиковые деревья настоящим цветочным дождём, и – деревца стояли в полном цвету, даже не успев ещё, как следует, одеться зеленью.

Девочка захлопала в ладоши, захлопал и мальчик, и вот, откуда ни возьмись, налетели, с пеньем и щебетаньем, стаи птичек: «Весна пришла!»

Любо было посмотреть кругом! То из одной, то из другой избушки выползали за порог старые бабушки, поразмять на солнышке свои косточки и полюбоваться на жёлтые цветочки, золотившие луг, точь-в-точь как и в дни далёкой юности старушек. Да, мир вновь помолодел, и они говорили: «Что за благодатный денёк сегодня!»

Но лес всё ещё смотрел буро-зелёным, на деревьях не было ещё листьев, а одни почки; зато на лесных полянах благоухал уже молоденький дикий ясмин, цвели фиалки, анемоны и скороспелки. Все былинки налили́сь живительным соком; по земле раскинулся пышный, зелёный травяной ковёр, и на нём сидела молодая парочка, держась за руки. Дети Весны пели, улыбались и всё росли, да росли.

Тёплый дождичек накрапывал на них с неба, но они и не замечали его: дождевые капли смешивались со слезами радости жениха и невесты. Юная парочка поцеловалась, и в ту же минуту лес оделся зеленью. Встало солнышко – все деревья стояли в роскошном лиственном уборе.

Рука об руку двинулись жених с невестой под этот свежий густой навес, где зелень отливала, благодаря игре света и теней, тысячами различных тонов. Девственно-чистая, нежная листва распространяла живительный аромат, звонко и жизнерадостно журчали ручейки и речки, пробираясь между бархатисто-зелёною осокой и пёстрыми камушками. «Так было, есть и будет, вовеки веков!» говорила вся природа. Чу! раздалось протяжное кукование кукушки, зазвенела песня жаворонка! Весна была в полном разгаре; только ивы всё ещё не снимали со своих цветочков пуховых рукавичек; такие уж они осторожные, – просто скучно!

Дни шли за днями, недели за неделями, землю так и обдавало теплом; волны горячего воздуха проникали в хлебные колосья, и они стали желтеть. Белый лотос Севера раскинул по зеркальной глади лесных озёр свои широкие зелёные листья, и рыбки прятались под их тенью. На солнечной стороне леса, за ветром, возле облитой солнцем стены крестьянского домика, где пышно расцветали под жгучими ласками солнечных лучей роскошные розы и росли вишнёвые деревья, осыпанные сочными, чёрными, горячими ягодами, сидела прекрасная жена Лета, которую мы видели сначала девочкой, а потом невестой. Она смотрела на тёмные облака, громоздившиеся друг на друга высокими, чёрно-синими, угрюмыми горами; они надвигались с трёх сторон и, наконец, нависли над лесом, как окаменелое, опрокинутое вверх дном море. В лесу всё затихло, словно по мановению волшебного жезла; прилегли ветерки, замолкли пташки, вся природа замерла в торжественном ожидании, а по дороге и по тропинкам неслись, сломя голову, люди в телегах, верхом и пешком, – все спешили укрыться от грозы. Вдруг блеснул ослепительный луч света, словно солнце на миг прорвало тучи, затем вновь воцарилась тьма, и прокатился глухой раскат грома. Вода хлынула с неба потоками. Тьма и свет, тишина и громовые раскаты сменяли друг друга. По молодому тростнику, с коричневыми султанами на головках, так и ходили от ветра волны за волнами; ветви деревьев совсем скрывались за частою дождевою сеткою; свет и тьма, тишина и громовые удары чередовались ежеминутно. Трава и колосья лежали пластом; казалось, они уже никогда не в силах будут подняться. Но вот ливень перешёл в крупные, редкие капли, выглянуло солнышко, и на былинках и листьях засверкали крупные перлы;[2] запели птички, заплескались в воде рыбки, заплясали комары. На камне, что высовывался у самого берега из солёной морской пены, сидело и грелось на солнышке Лето, могучий, крепкий, мускулистый муж. С кудрей его стекали целые потоки воды, и он смотрел таким освежённым, словно помолодевшим после холодного купанья. Помолодела, освежилась и вся природа, растительность развернулась с небывалою пышностью, силой и красотой! Стояло лето, тёплое, благодатное лето!

2Перл – устар. жемчужное зерно, жемчужина.
Рейтинг@Mail.ru