Ночные стрекозлы

Галина Полынская
Ночные стрекозлы

Глава третья

Не прошло и часа, как Тая вылезла из ванной. К этому знаменательному моменту собрались все обещанные десять гостей. Народ оказался на удивление пунктуальным. Благоухающую Живанши Таиску бросились наперебой поздравлять, я только успевала выхватывать букеты и определять их в разнообразную тару. Влад чмокнул ее в напудренную щечку и преподнес мобилу.

– О-о-о! У меня снова есть телефон! – она торопливо распотрошила коробку, желая поскорее добраться до заветного аппаратика. – Я опять при мобильнике! Спасибо, дорогой, спасибо!

Тае презентовали флакон итальянской туалетной воды, большую картину из янтаря, железную фигурку, изображающую непонятно что, две вазы, набор гелей для душа, кулинарную энциклопедию, страшненькие сережки с малахитом, комплект постельного белья и… шахматы из оникса. Блестящая идея одарить Таисию дорогущими шахматами пришла в голову лысоватому мужчине лет тридцати пяти в костюме и красном галстуке. Интересно, он задумывался хоть на минуту – нафига Таюхе шахматы? Она же играть умела только в шашки и то исключительно в «Чапаева», да и делала это, по-моему, раза два в жизни, не больше.

Потом все расселись за стол, Влад открыл шампанское и народ принялся пировать. Салаты мои капустные ели и не морщились, и я малость расслабилась. Гости между собой быстро перезнакомились, в общем и целом они производили впечатление довольно милых людей, раздражала лишь молодая женщина, кокетничающая с Владом. Звали ее Ларисой, раньше Тайка работала вместе с ней в банке, в одном отделе. Лариса хлестала шампанское, хрустела капустой и постоянно порывалась поведать публике о своем увлечении флористикой, но за столом не нашлось ни одного человека, которому хотелось бы послушать о ее экибанах.

Одноклассники делились воспоминаниями о том, какой веселой троечницей была наша милая Тайка, как она гоняла с пацанами в футбол и успешно симулировала всевозможные смертельные болезни, чтобы прогулять физкультуру или математику.

За непринужденными разговорами время летело незаметно. То и дело кто-нибудь нажимал на пластмассовый краник, подливая себе из коробки винца, мужчины лакировали шампанское водочкой, за столом царила атмосфера любви и дружбы. И в дверь позвонили.

– Разве не все еще пришли? – спросила я.

– Вроде все, – Тая на всякий случай обвела гостей взглядом. – Правда я еще Горбачева приглашала, но он сказал, что ему кровь из носу нужно на выходные попасть на дачу, у него там вроде крыша на бане обвалилась.

В дверь опять позвонили.

– Иди, открывай.

Тайка выбралась из-за стола и, слегка покачиваясь на своих железных каблуках, поцокала в прихожую. Оказывается, явились Тайкины родители. Надо сказать, что отношения со своей семьей она поддерживала крайне натянутые, они практически не общались, а если и общались, то словно посторонние люди и по деловым вопросам. Я этого не понимала. Ладно, мои родители, они до глубокой пенсии останутся оторванными от земли хипарями, даже не заметившими, что у них получился ребенок, но Тайкины… стабильные, обеспеченные граждане, крепко стоящие на ногах и – ноль контакта. Поэтому я немного удивилась, чего это они вдруг явились ее поздравлять. С гостями родители поздоровались, но за стол не сели, увели Таю на кухню. Вскоре я услышала, как хлопнула пробка, вылетевшая из бутылки, и занервничала – уж не нашли ли припрятанное крымское?

Пробыли они чуть больше получаса, попрощались с гостями и отчалили. Тая проводила их и, заглянув в комнату, поманила меня рукой. Я поспешила к подруге. На кухонном столе стояла открытая бутылка шампанского «Asti Mondoro», лежал сложный цветочный букет в пышной упаковке. Тая спешно ополоснула бокалы и внезапно бросилась меня тискать-обнимать, повизгивая от радости.

– Чего такое? – я попыталась аккуратно избавиться от любимой подруги. – От какого счастья изволим беситься?

– Кажется, мои родители решили раскурить трубку мира, – Тайка выпустила меня на свободу и щедро разлила по бокалам шампанское. – Сенчик, они мне шестьсот долларов презентанули, прикинь?

Я прикинула.

– Ты понимаешь, что это означает? – с сияющей мордахой, она протянула мне бокал.

Я задумалась, ибо вариантов было несколько. Таиска не стала дожидаться, покуда я завершу все сложные мыслительные процессы, и выпалила:

– Мы едем в отпуск! На моря!

– Здорово, – заулыбалась я, – наконец-то ты отдохнешь.

– Не я, а мы!

– Нет, дорогуша, не мы, а ты.

– Это почему еще? – слегка сбавила обороты именинница. – Ты не хочешь со мной на курорт? Это что еще за свинячество такое запредельное?

– Не в том дело, хочу или не хочу, – я глотнула шампанского и машинально отметила про себя, что ничего, ровным счетом ничего особенного из себя это дорогущее «Mondoro» не представляет, – дело в том, что вышеозначенной суммы нам не хватит на двоих, чтобы прокатиться в самый сезон на моря-океаны. Дорога в оба конца, проживание-питание… нет, Таюнчик, сие без вариантов. Ты можешь поехать одна и, пусть не шикарно, но все-таки отдохнуть, поплавать…

– Нет уж, – упрямо тряхнула она локонами, – без тебя я никуда не поеду, мне и море будет не в тему и отдых не в кассу. Нет, нет и еще раз нет.

Я расчувствовалась, растрогалась аж дальше некуда, прямо чуть слезу не пустила. Только мы принялись потреблять шампанское на брудершафт, закончив клясться друг другу в любви и преданности, как к нам на кухню полез развеселый Владик.

– Девчонки, чего вы тут сидите? Мы вас уже совсем потеряли, гости брошены на произвол судьбы и сильно печалятся.

– Нигде от него нет покоя! – Тайка полезла в холодильник, извлекла солидную эмалированную чашку, эдакий мини-тазик и сунула Владу. – Вот тебе холодец, неси на стол.

– Разве не надо его красиво порезать и разложить на культурное блюдо? – поинтересовалась я.

– Культурное блюдо занято тортом, – отмахнулась Тая. – Так слопают, не министры.

Но, только Влад наладился с добычей на выход, как подруга его остановила. Снова заглянув в холодильник, она достала пучок петрушки, мелко его накрошила и щедро посыпала содержимое миски.

– Все, теперь иди.

Влад послушно поволок холодец «не министрам», а мы продолжили допивать шампанское.

– Ты знаешь, – в легкой задумчивости произнесла я, разглядывая дверцу холодильника, уляпанного разноцветными фигурками на магнитиках и бумажками с памятными записками, которые Тайка оставляла сама себе, дабы не просклерозить что-нибудь важное, – идея насчет отпуска очень неплоха. Конякин мне давеча даже намекнул на отдых в резкой форме. Я ведь имею право на отпуск, да?

– По трудовому кодексу – да, – Тая щелкнула зажигалкой, прикуривая. – Ты когда вообще в последний раз была в отпуске?

– В последний раз? – я напрягла память. – Никогда…

– Так я и знала. Ваш сатрап обязан отпустить тебя на все четыре стороны минимум на две недели.

– А максимум?

– На месяц.

Батюшки, как сладко это прозвучало! Я даже зажмурилась от удовольствия. Неужто я и впрямь могу, как достойный гражданин потребовать отпуск и как приличный человек в него уйти? Прямо райская песня для израненного сердца! Хотя было одно «но»…

– Тай, а чем я стану заниматься две-три недели отпуска в Москве? Я ж со скуки лопну.

– Да прям уж, – наморщила нос подружка, – при желании можно хорошо провести время не отъезжая сильно далеко. Если мне не изменяет память, то где-то между Выхино и Люберцами навалом разнообразных озер, куда граждане ходят купаться и загорать.

– Вряд ли я решусь искупнуться в каком-нибудь московско-подмосковном водоеме, враз мутантом стану.

– Сен, что за бредни! Каждое лето открывается купальный сезон, берутся пробы воды и все такое прочее. Если бы все без исключения водоемы были отравлены, мутанты попадались бы на каждом шагу! Ты пошевели мозгой, поспрашивай у соседей, какие у вас там поблизости водные ресурсы на хорошем счету у населения и пойдем загорать-плескаться. Тем паче, у нас есть деньги, прикупим чудо-купальники, обновим летний гардеробец и – вперед. При наличии желания и фантазии можно такой роскошный отдых запупырить не особо отдаляясь от МКАДа, что все в осадок выпадут от зависти. Кстати говоря, пресноводный загар держится гораздо дольше морского и выглядит красивее, вот!

Кто бы с этим посмел спорить…

А Тайка между тем прямо не на шутку загорелась пляжной идеей, размечталась, как потрясающе мы отдохнем, загорим и накупаемся. И как все это будет круто. В результате я прониклась идеей и страх, как сильно захотела в отпуск.

– Девочки, ну что за дела такие, а? – снова возник в дверном проеме нудный Владик. – Потом поговорить не успеете? Там ваши гости между прочим…

– Все, идем, идем, не скрипи!

И вправду, пора бы и гостям показаться.

Остаток праздничного вечера мы веселились на всю катушку, мы пели на два голоса, мы плясали гопака под Верку Сердючку, короче, бесились от радостного предвкушения замечательного отдыха, как могли.

Довольные посиделками гости расползлись в двенадцатом часу, сытый и пьяненький Влад остался помогать убирать последствия праздника.

– Девчонки, а все-таки, чему вы так бурно радовались? – Влад составлял из грязных тарелок пирамиду. Сбросив туфли, Тая курила, потягивая шампанское, я собирала бокалы. – Вы сначала нормальные были, а потом как взбесились.

– Мы с Сенкой решили устроить себе супер-пупер отпуск-отдых, – соблаговолила ответить именинница. – А еще мне родители деньги подарили.

– Здорово. Куда собираетесь?

– К сожалению, финансов перепало не настолько много, чтобы мы могли куда-то далеко собраться. Но отдохнуть нам очень хочется, поэтому мы будем загорать и купаться на озерах.

– В Серебряный Бор поедете, что ли? – Влад принялся складывать в пирамиду пустые салатницы.

– А что, кроме Серебряного бора уже и поехать некуда? Мы хотим где-нибудь поближе от дома, рядом с Сенкой, кажется, навалом водоемов.

 

– Это да, – Влад тщательно примерился, сможет ли унести все салатницы разом и не расколотить стеклянную пирамиду, – есть Наташинские пруды…

– Пруды? – перебила Тайка. – Фи! Пруды для нас слишком мелко! Что там есть еще?

– Есть озеро Белое, там большой пляж…

– Значит, куча народу, грязная вода и всякая зараза, – подытожила подруга.

– … а есть озеро Черное, оно не такое популярное и, кажется, пляжа там особого нет, так полудикая местность, народ туда не особо ходит.

– А почему? – заинтересовалась я, напрягая извилины в попытке припомнить, где ж такое озеро находится.

– Да какая-то мрачная история с этим озером связана, не помню, какая именно, – Владик все-таки решил нести салатницы по частям, видимо, не особо полагаясь на свои ослабленные алкоголем силы. – А само по себе озеро очень красивое, в чудесном месте находится, я ездил туда с одной знакомой на шашлыки, недалеко еще церковь расположена…

– Это в Люберцах, да? – посетил меня проблеск воспоминаний. – Кажется, я знаю, о чем ты говоришь, местечко и впрямь знатное.

– Вот туда и поедем, – решила Тая.

– Тебя разве не пугает неизвестная мрачная история? – приподняла я одну бровь.

– Не пугает, я вообще не из пугливых, к тому же темные истории всегда добавляют пикантности. Так, я не поняла, в чем дело? Давайте, давайте, убирайте со стола, чего расселись? Именины уже закончились!

Возились долго и нехотя, но к половине второго все-таки управились, перемыли посуду, подмели полы.

– Спать хочу зверски, – Тайка вышла из ванной в халате и без косметики. – Сена!

– Я!

– Завтра же поедем за купальниками и летними нарядами.

– Я еще с работы не отпросилась, – замялась моя особа, – вдруг не отпустят? Меня, скорее всего, действительно не отпустят…

Тая посмотрела на меня, как на пакость, недобитую «Доместосом», и я поняла, что отпустить меня обязаны. Мне нужно будет все для этого сделать возможное и невозможное, ведь подруга из-за меня пожертвовала поездкой на курорт, следовательно, я, во что бы то ни стало, должна составить ей компанию по посещению озера Черного.

Владу постелили на полу, мы с Тайкой уместились на кровати. Выключили свет и дружно отчалили в царствие Морфея.

Глава четвертая

Влад разбудил нас в половине двенадцатого.

– Ско-о-о-олько времени?! – я подпрыгнула и бесцельно заметалась спросонок. – Бедный Лаврентий! Мой несчастный, невыгулянный песик!

– Сена, мы идем за купальниками… – сквозь сон пробормотала Тая.

– У меня собака невыгулянная! Некормленая!

– Сен, – зевнул Влад, – я все равно собираюсь сейчас ехать в твою сторону. Давай зайду к тебе, погуляю с Лаврушкой и покормлю его.

– Ты золотой человек.

– В курсе. Я у вас в холодильнике пиво видал, можно выпить?

– Только одну бутылку, – буркнула Тая, отворачиваясь к стенке.

Как следует раскачались часа через два. Напившийся пива Влад уже давно ускакал и никто не мешал нам бродить по квартире в разобранном виде и нюхать цветы в вазонах.

– О, Сена, смотри, что я нашла! – раздалось из кухни, и я пошла полюбопытствовать, чего же она там такого отыскала.

Оказалось, Тайка наткнулась на бутылку крымского шампанского.

– Какая прелесть, откуда это?

– Влад принес, я решила на стол не выставлять, чтобы нам больше досталось.

– Очень мудро, – она убрала шампанское в холодильник. – Так, давай, собираемся и едем за купальниками. Воскресенье – чудный день для поездки на барахолку.

– А если меня Конякин не отпустит?

– Тогда ты уволишься и вместе пойдем в «Фараон»! – Тая налила полный стакан холодной минералки и принялась ее жадно заглатывать. – Ты обязана получить свой законный отпуск не смотря ни на какого Конякина. Ты только представь, какие блистательные сюжеты ты изобретешь с новыми силами.

Зазвонил телефон. На проводе был Горбачев. Пока Тая принимала поздравления от доблестного детектива, я успела одеться и причесаться.

Позавтракав, а вернее пообедав оставшимися от вчерашнего банкета разносолами, нарядились, малость подкрасились и устремились на ближайшую барахолку. Что ни говори, и мой, и Тайкин летний гардеробец страстно нуждался в обновлении, что же касается имевшихся у нас купальников… нет, их лучше вовсе не касаться.

Едва ступив на тряпочный рынок, сразу схватили по паре тончайших расписных рубашек длиной практически до колен, затем вплотную занялись купальниками. У второго прилавка я заприметила симпатичную штучку.

– Может, что-нибудь поярче? – Тая с сомнением рассматривала причудливые черные цветы на синем фоне. – Как-то очень уж замогильненько.

– В самый раз, мне нравится.

Себе Таисия приобрела два купальных наряда: один закрытый ядерно-лимонного цвета, другой раздельный красный с черной надписью на попе «Bad Gearl».

В приподнятом настроении купили по короткому сарафанчику на тонких лямочках, шорты, пару символических маечек и яркие пластмассовые шлепки.

– Еще надо взять панамы и полотенца, – заявила Тая, сворачивая к прилавку со шляпами, – а то напечет мозги с непривычки.

Против панамы я не возражала, хотя сроду шляп не носила. Таюха сразу схватила плетеную шляпу с широкими полями, щедро утыканную алыми маками.

– Ну, как? – она кокетливо сдвинула шляпу на бок.

С черными волосами смотрелось отлично. Шляпа стоила недорого, мы вполне могли позволить себе эти тряпочные маки. Поразительно, но мне не подошла ни одна шляпа из трех десятков, имевшихся в наличии! Я смотрелась на редкость глупо во всех панамах, просто какой-то гриб с глазами.

– Может, вам примерить кепку? – посочувствовала продавщица. – Попробуйте.

Она протянула мне синюю кепку с белой надписью «HELLO!». Примерка показала, что кепки, особенно такой вот кепон «с приветом» мне к лицу.

– Берем, – торопливо сказала утомленная солнцем и рынком подруга.

Разобравшись с головными уборами, переместились к полотенцам. Тая выбрала с изображением девушки в шляпе с вишенкой во рту, а я с пальмами и надписью «Таити».

Еще с полчасика побродив по барахолке, мы отправились по домам весьма довольные покупками.

Лаврик встретил меня благостно зевая, Влад добросовестно выгулял и накормил мое лохматое сокровище.

– Здравствуй, пупсик, здравствуй, сладкий, – я расцеловала расписную сенбернарью мордуленцию. – Соскучился по мамочке?

Лаврентий согласно чихнул, повилял хвостом, расцеловал и пошел досыпать в свою «будку» – под письменный стол. Я же занялась тщательным изучением обновок. Разложив покупки на диване, залюбовалась, представляя, как здорово блесну красотой на диком озерном пляже… Хотя, может, не такой уж этот пляж и дикий, вдруг на пикничок вылезут какие-нибудь молодые-симпатичные бизнесмены? М-да, похоже, я заразилась от Таисии Михайловны идеей фикс касательно знакомств с противоположным полом.

– Конечно, все это прекрасно, – произнесла я вслух, обращаясь к купальным трусам, – осталось дело за небольшим – вырвать отпуск из цепких лап начальства. И для пущего успеха предприятия не мешало бы к начальству подлизаться новой статьей… большой, красивой, эксклюзивной статьей.

Присев за многофункциональный письменный стол, вставила в печатную машинку чистый лист и потерла лоб, разогревая мозг. За темой далеко ходить не стала и бодро настучала заголовок: «Кошмарная история Черного озера!» Оставалось только придумать, чего ж такого кошмарного стряслось с этим несчастным озером. Но, мне ли быть в печали с моим-то опытом работы в желтушной прессе? Излучая радужный свет вдохновения, я принялась расписывать следующую историю. Давным-давно, по неизвестным причинам, утонула в этом водоеме молодая красивая (а как же без этого? Утопленница должна быть непременно красивой, а то не тот коленкор получится) незамужняя девушка… Да-да, незамужняя, буквально на следующий день была у нее назначена свадьба, но осчастливиться белой фатой она не успела, потому что ее за каким-то чертом понесло на это озеро. Так вот, утонула эта раскрасивая молодка, жених, конечно в слезы-сопли ударился, но по прошествии какого-то времени женился. И приехал с новой женой на это озеро, дабы поведать ей душещипательную историю своей первой невесты. Вот таким вот жених был балбесом. И пока он разводил свои базары, водная гладь вдруг возьми, да ка-а-а-ак надуйся громадным таким пузырем, из пузыря вышла утопшая барышня со всеми характерными утопленническими приметами, схватила жену своего жениха и в озеро уволокла. И вот с тех пор на Черном озере стали пропадать молодые девушки, в которых утопленнице чудились новые жены ее суженого-ряженого… на голову контуженного… А по ночам над неподвижной гладью разносится эхо девичьих голосов, слышен плеск воды – это мертвые «русалки» ждут и манят к себе новых подруг. Вот так вот… Разве не прелесть? Разве я не молодец?

Выпив чашечку кофе, повела Лаврентия на вечернюю прогулку с ощущением не напрасно прожитого дня.

Утром свежая и бодрая полетела я в редакцию с твердым намерением растрясти Конякина на отпуск любым способом. Уверенности в себе предавала блистательная статья, она прямо таки жгла сквозь сумку.

Каким-то изумительным образом я умудрилась приехать в издательский дом «Комета» практически вовремя, с опозданием на жалкие восемь минут, вот что значит приподнятое настроение, любые подвиги становятся по плечу. Поздоровавшись с нашим секретарем-кроссвордистом Петюней, заглянула в «офис» и обнаружила, что приехала вообще раньше всех! Неслыханная удача явиться раньше Тины Олеговны! И раз пошла такая везуха, я решила незамедлительно брать быка за рога. Достала статью из сумки, сумку бросила на стол и пошла обратно в Петюнин предбанник. Он сидел за своим глючным компьютером и, щелкая мышкой, что-то сосредоточенно рассматривал в мониторе, прикрытом допотопным защитным экраном.

– Что, Петя, новую машину тебе так и не поставили? – поинтересовалась я, подходя к его столу. – Все обещают?

– Обещают, – с философским спокойствием кивнул он.

– У себя Станислав Станиславович?

Петя кивнул.

– В духе?

– Как обычно.

От всей души пожелав себе удачи, я поскреблась в кабинет начальства.

– Войдите! – рявкнуло оно.

Я приоткрыла дверь и просочилась внутрь. Конякин сидел за столом и копошился в ворохе каких-то бумаг.

– Чего тебе, Сена?

– Станислав Станиславович…– жалобным голоском начинающего паралитика начала я.

– Короче, Сена, без вступлений! Что тебе надо?

– Отпуск! – выпалила я и приготовилась к расстрелу.

– Когда? – Конякин похоже удивился.

– Сегодня. Прямо сейчас.

И быстро, пока он не опомнился, зачастила:

– У меня уже мозги спеклись! Мне нужен отпуск, я больше не могу, если я не отдохну, совсем ошизею! Отпустите меня, отпустите, ну, пожалуйста! Я сегодня такую великолепную статью привезла, вот здесь вам на столик положу…

–Ты куда-то ехать собралась? – голос Конякина прозвучал на удивление спокойно, и это вселяло в сердце сверкающую надежду.

– В Подмосковье, – я смотрела на него с пронзительной тоской во взгляде. – На озеро, в санато… в пансионат – практически здравницу всемирного значения. Я так больна, Станислав Станиславович, так больна… если бы вы знали, какие у меня проблемы со здоровьем… А что творится с моей нервной системой! Вы бы знали!

– Я тебя отпущу с одним условием.

– С каким? – я уже пританцовывала от нетерпения, готовая сорваться с места и рысью, рысью в отпуск.

– Принесешь не менее пяти статей!

– Конечно, разумеется, принесу и шесть, и семь…

– Скажи Петру, пусть оформит бумагу, я подпишу и получишь в кассе отпускные.

– Станислав Станиславович, – мой голос сам собой взрыднул от счастья, – спасибо вам! Большое человеческое спаси…

– Кыш!

Я выскочила в предбанник и передала Петюне указания начальства.

– Бумагу мне, бумагу!

– Сейчас нарисуем, – невозмутимо кивнул наш секретарь-кроссвордист и защелкал по клавиатуре.

Я же схватила трубку телефона и накрутила Таискин номер. Как только она ответила, я возбужденно заверещала:

– Таечка, меня отпустили! Сейчас получу отпускные и свободна!

– Здорово, я верила в тебя! Может, приедешь ко мне? Вскроем крымское шампанское.

– Давай лучше ты ко мне, все-таки места отдыха в моей стороне находятся.

– Верно, хватаю вещи, шампанское и лечу к тебе!

Пока Петя готовил мне вольную, явились остальные сотрудники нашей газетки, разумеется, внимание всех и каждого привлек мой излишне радостный вид. Чтобы не рассказывать о причинах своего ликования каждому индивидууму в отдельности, оповестила сразу все общество:

– Граждане, я в отпуск ухожу!

У граждан вытянулись лица. Никто и не подозревал, что такое в принципе возможно. Коллектив привык думать, что покинуть редакцию «Неопознанного трупа» на длительный срок можно только вперед ногами.

 

– Здорово, – расплылся в улыбке Влад, – не думал, что у тебя получиться.

– Значит, плохо ты меня знаешь, – довольно хмыкнула я, убирая всевозможные бумаги с поверхности стола в ящик.

– Куда-нибудь поедешь? – поинтересовалась Макакина.

– Да, – небрежно кивнула я, – собираюсь в пансионат, уж отдыхать, так отдыхать.

– Отдыхать она едет! Интересно, отчего ж ты так успела устать? – незамедлительно раздался противный скрип со стороны Тины Олеговны.

Я хотела ответить: «От вас, Тина Олеговна», но решила не вступать в дискуссию, не портить себе настроение.

– Отпуск это круто, – мечтательно произнес наш художник Лёвик Иловайский, – эх, я бы махнул сейчас куда-нибудь на побережье! Девчонки, винцо и все такое…

– А я бы махнул куда-нибудь заграницу, – совсем уж круто размечтался наш корректор-верстальщик Дима, – в Турцию или Египет, всегда хотел пирамиды посмотреть.

Мне оставалось только посочувствовать их несбыточным фантазиям.

– Сена! – раздался из предбанника голос Петюни. – Готово!

– Ура! – Я схватила сумку, послала всему редакторскому составу воздушный поцелуй и помчалась к Пете. К свободе, воле, радости и счастью.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17 
Рейтинг@Mail.ru