Кинжал милосердия

Галина Полынская
Кинжал милосердия

Глава 11

Взяв мобильник Валентина, Феликс поприветствовал Анатолия и спросил, отчего тот не позвонил ему напрямую.

– Да по привычке Валю набрал, – ответил он. – Значит так. Предложил родителям поехать на оптовый рынок с зятем, мол, день у него свободный и он с машиной в их распоряжении. Продукты родители выбирают тщательно, закупаются долго, так что полдня дом в вашем распоряжении. Где-то через час они уедут, и можем выдвигаться. Пока доберёмся…

– Хорошо, я понял. Вы на машине, или вас забрать?

– На машине. Давайте знаете где с вами встретимся…

Анатолий принялся обрисовывать маршрут и место пересечения. Феликс его выслушал, сказал, что немедленно выезжает, и вернул телефон Сабуркину.

– Так, сейчас еду осматривать дом. Валя, Никанор, давайте со мной. Не уверен, что пригодитесь, но на всякий случай будете рядом.

– Есть! – козырнул Сабуркин.

В секретарской Никанор задержался проинструктировать расположившихся за его столом сотрудников: всё за собой убрать, кружки помыть, да не просто сполоснуть, а хорошенько вымыть, и стол протереть сначала влажной тряпкой, потом насухо…

Валентин с Феликсом вышли на крыльцо, и Феликс спросил:

– Как ты себя чувствуешь? Выглядишь вроде хорошо.

– Как ничего и не было. Только будто пустота вот тут, в макушке.

– Возможно, приступ связан с грозой, которая собиралась, но так и не собралась. Сегодня вспышек нет, небо спокойное – и ты в порядке. Последи за своим состоянием в преддверии грозы, начнёт ли что-нибудь меняться. Главное – понять, отследить, что может провоцировать такие приступы. Там придумаем что делать.

– Будет сделано, – кивнул Сабуркин.

Из особняка показался Никанор, и все вместе они направились к машине Феликса. Старик расположился на заднем сидении, Валя сел впереди, и «Ауди S8» взяла курс на Каширское шоссе.

На выезде из города к ним присоединился чёрный джип Анатолия и поехал впереди, показывая дорогу.

Весь путь до посёлка под названием Озерцы занял почти два часа. Никанор уже начал ворчать, но джип, наконец, свернул с трассы к поселковым домам, огороженным практически одинаковыми серыми заборами. Машины затрясло на разбитой дороге, которая вскоре и вовсе сменилась ухабистой земляной. Даже не пытаясь объезжать ямы с рытвинами, Феликс следовал за джипом, поглядывая по сторонам.

Озерцы представляли собой довольно печальное зрелище. Было видно, что не так давно это был крупный, живой посёлок, имелся даже полуразвалившийся дом культуры, но лучшие времена миновали. То и дело попадались брошенные дома с заколоченными окнами, в округе царило запустение, даже редкие прохожие – и те выглядели брошенными.

Джип подъехал к относительно крепкому одноэтажному дому с черепичной крышей и остановился у высокого, метра два – не меньше, забора. Следом затормозила «Ауди». Пассажиры обеих машин вышли. Сабуркин с Толей пожали друг другу руки, и Феликс представил Анатолию своего сотрудника Никанора Потаповича. После впечатления, которое при первом знакомстве произвёл на Толю сам Феликс, тот уже больше ничему не удивлялся и деревенского вида пенсионер в качестве сотрудника детективного агентства вопросов тоже не вызвал.

Анатолий открыл калитку и впустил гостей во двор. Большой участок с садом-огородом даже в пору глубокой осени выглядел ухоженным. Сам дом, хоть и старый, но выкрашенный свежей бежевой краской, тоже смотрелся достойно.

Показалось, что в двери не менее пяти замков, так долго Толя гремел ключами, открывая их один за другим. Когда дверь наконец-то отворилась, он шагнул за порог и включил в прихожей свет.

– Не разувайтесь, проходите так.

Гости вытерли обувь о половик и проследовали за хозяином через кухню и комнату к кладовой. Толя распахнул деревянную дверь, щёлкнул выключателем, и взорам предстала комнатка от силы три на два метра с рядами полок, заставленных банками по всему периметру. С левой стороны пол был забетонирован, в бетонном квадрате находилась деревянная крышка погреба, остальной частью пола служила слегка разрытая земля. Помещение располагалось сантиметров на тридцать ниже порога, и вниз вела одна широкая ступенька.

Окинув взглядом эту картину, Феликс произнёс:

– Странное архитектурное решение.

– Не мы строили, – ответил Толя, – у прежних хозяев покупали. Мои не захотели переделывать, их устраивает.

– Ясно. Анатолий, можете сейчас нас оставить? Мы должны сосредоточиться при осмотре, иначе можем упустить детали.

– Да-да, – торопливо закивал он. – Буду на кухне, крикнете, как закончите.

Толя ушёл, а Феликс спустился в кладовую, поднял крышку погреба и заглянул внутрь. Неглубокий погреб, похожий на большую коробку, был целиком забетонирован и хранил ящики с картошкой и луком.

– Валя, попробуй потянуть из земли металл. Сможешь, или тяжеловато тебе будет после вчерашнего?

– Не должно. – Сабуркин тоже спустился вниз. – Говорю же, нормально всё со мной, как новый.

– Я тебе не помешаю?

– Нет, если там и будешь стоять.

Пройдясь по земляному полу, Валентин остановился, склонив голову, раскрыл ладони и опустил руки. Никанор, стоявший в дверях, и Феликс – у крышки погреба, внимательно наблюдали за ним. Сначала ничего не произошло, но вскоре лицо Сабуркина покраснело, на лбу выступили бисеринки пота, словно им овладело некое сильнейшее внутреннее напряжение, пальцы рук стали подрагивать, и из земли начали вылетать мелкие железные предметы. Не долетая до рук Валентина, они зависали в воздухе, сантиметрах в пяти от его ладоней.

Вскоре краснота стала сходить с лица. Сабуркин расслабил пальцы, тряхнул кистями рук, и на землю посыпался металлический мусор. Им оказались несколько монет советских времён, пара бутылочных крышек, женская заколка-невидимка, пара ржавых гвоздей да несколько спиралей от бельевых прищепок.

– Не густо, – сказал Феликс. – Никанор, давай-ка ты теперь посмотри.

Валю в кладовке сменил старик. Тут уж Феликсу пришлось выйти – Никанору он мешал. Походив кругами по кладовой, заглянув в каждый угол, осмотрев полки с банками, Никанор присел на корточки возле добытого металла и понемногу стал разрывать землю, втягивая воздух ноздрями.

Но сколько Никанор не обследовал кладовую, ничего, выходящего за рамки обычного набора запахов деревенской кладовки-погреба, не обнаружил. Даже людей, сюда заходивших, по запахам описал – тоже никого экстраординарного.

– Хм-м-м… – сказал Феликс. – Ладно, будем думать. Идёмте.

Они выключили свет в кладовой, закрыли дверь и пошли на кухню, где у открытого окна курил Анатолий. Увидав детективов, он затушил окурок и поинтересовался:

– Ну как? Нашли улики?

– Нашли информацию к размышлению, – уклончиво ответил Феликс. – Теперь будем думать. Всё, давайте прощаться, мы поехали.

– Дайте ещё две минуты. Пару слов хочу Вале сказать. Это так, по нашим делам.

– Конечно, ждём на улице.

Феликс с Никанором вышли из дома, за ограду, и старик закурил.

– За что зацепляться-то будем, сердешный?

– Есть уже за что, не переживай.

Калитка в заборе одного из домов напротив приоткрылась и выпустила пожилую женщину. Поглядев на чужаков, она решительно направилась к ним. Невысокая, полная, в шерстяном платке и мужской куртке поверх халата, женщина подошла к Никанору с Феликсом и поинтересовалась, не случилось ли чего у Николаевых.

– Нет, всё в порядке у них, – ответил Феликс. – Мы из строительной фирмы, обсуждали стройматериалы для ремонта.

Женщина окинула взглядом его фигуру в строгом костюме, покосилась на старика рядом, покивала, но уходить не стала.

– А что тут у вас, милая, интересного вообще в округе? – спросил Никанор Потапович. – Что за дела да за события происходят?

– Дурные тут события, да дела скверные, – понизив голос до громкого шёпота, ответила она, и в мутноватых глазах неопределённого цвета блеснул диковатый огонёк. – Призраки маются, ходят, страдают души растревоженные, беспокойно им.

– Отчего же это им беспокойно? – Докурив, Никанор бросил окурок на землю и аккуратно затоптал его. – Кто разбередил?

Женщина подвинулась к нему вплотную и прошептала прямо в лицо:

– Кладбище тут было. Негоже на погосте дома строить, никому покоя не видать, никому!

Тут из дома вышли Анатолий с Сабуркиным. Женщина бросила в их сторону недовольный взгляд, отвернулась и заторопилась к своей калитке, не попрощавшись.

– Что от вас хотела эта чокнутая? – спросил Толя, подходя к машинам.

– Да ничего, – ответил Феликс, – просто интересно ей стало, кто к вам приехал.

– Что бы она вам ни наболтала, ничему не верьте – съехавшая баба. Одни проблемы от такого соседства.

– Ничего, всё в порядке. Скажите, Толя, а что, на месте этого посёлка раньше было кладбище?

– Ходят такие дурацкие слухи, – поморщился он, – что в годах семидесятых сюда частично заходил старый погост, но по мне так это всё фантазии бесноватых бабок. Даже если и заходил, что тут такого? Можно подумать, города не на костях построены. Столько народу за века померло, в пять слоёв повсюду небось захоронено, и ничего, живые живут – не знают, ни о чём не переживают. А стоит кому-то слух пустить, и всё – начинаются басни.

– Согласен, – сказал Феликс. – Мы поехали, будем на связи. Если что, звоните мне напрямую.

Они пожали друг другу руки и расселись по машинам. Выезжая на трассу, Феликс сказал:

– Довезу вас до города и отправлю в агентство на такси. Сам поеду домой, а то со вчерашнего дня там не был.

– Конечно, – закивал Никанор, – езжай, отдыхай, сами с хозяйством справимся.

Тут зазвонил мобильный Феликса – вызов был от Германа.

– Слушаю.

– Феликс, у нас посетитель с делом. Без тебя не стали расспрашивать подробности. Ты приедешь, или сказать, чтобы завтра пришёл?

– Часа через полтора буду. – Отключившись, Феликс сказал своим пассажирам: – Домой отменяется. Едем в агентство, у нас клиент.

 

Глава 12

На гостевом диване в секретарской дожидался крепко сбитый мужчина лет пятидесяти в джинсах и свитере болотного цвета. Увидав вошедшую троицу, он сходу определил главного, поднялся, протягивая Феликсу руку, остальным лишь кивнул. Представившись Борисом Евгеньевичем, он сразу приступил к изложению своего дела.

– Мать моя замуж собралась! – выпалил, обводя многозначительным взглядом всё собрание. Собрание ответило молчанием, ожидая продолжения. – Восьмой десяток, а туда же – в ЗАГС навострилась, невеста выискалась!

И замолчал, глядя на сотрудников. Феликс вопросительно приподнял брови, а Алевтина постаралась помочь:

– За молодого альфонса, что ли?

– Да нет, такой же старый дурак, сосед её по даче! Участки у них напротив, вот и снюхались! Сначала чаи вместе гоняли, теперь женихаться вздумали!

– Так это же прекрасно, – заулыбалась Аля. – Люди в любом возрасте хотят быть счастливыми.

– И я не понял проблемы, – пожал плечами Сабуркин. – Что в этом страшного-то?

– Как что? Там же детишки с дедовской стороны мигом к нашему имуществу подскочат!

– Вы ж сказали, у деда дача есть. Вроде не бездомный.

– Да что там эта халупа деревянная против нашего кирпичного дома! – раздражённо отмахнулся Борис Евгеньевич. – Да и в городе у них квартирка тоже так себе. Ютятся в двушке панельной всей толпой – сын, невестка да дочка школьница. Ещё и журналисты они какие-то там газетные, а все эти писаки поголовно алкаши да наркоманы – вмиг к нашему добру пристроятся и промотают!

– А есть что проматывать? – сложив руки на груди, Алевтина Михайловна поджала губы, с прищуром глядя на посетителя.

– А как же! – воскликнул он. – У меня автосервис, у жены магазин продуктовый, пусть небольшой, но бизнес хорошо идёт. Две квартиры – в одной живём, другую сдаём. Нормально у нас всё, не бедствуем, да вот только чужую ораву кормить не нанимались!

Высунувшись из кухни, Никанор Потапович послушал разговор и скрылся обратно, оставив дверь открытой.

– Вообще-то ваши дети наследники первой очереди, – сказал Герман. – Причём тут дети будущего мужа вашей мамы? В конце концов, можете составить завещание или дарственную, в суде их очень сложно будет оспорить.

– Сын с дочкой далеко живут, на Сахалине, – поморщился Борис Евгеньевич. – Только прочухают про завещание, мигом примчатся и быстренько нас всех тут изведут, лишь бы до наследства поскорее добраться! Знаю я их!

– Конкретно от нас вы что хотите? – подал голос Феликс.

– Чтобы вы на эту семейку компромата насобирали!

– Какого именно компромата?

– Любого! Лишь бы у матери глаза открылись, кого она к нам пристроить собирается!

– А если семья окажется приличной и не к чему будет придираться?

– Не окажется! Всегда найдётся, за что зацепиться! В крайнем случае, я вам приплачу, чтобы нашлось!

– Иными словами, вы нам предлагаете этот компромат сфабриковать? – уточнил Феликс.

– Называйте как хотите! Лишь бы мать успокоилась с загсами этими! Придумала тоже, на старости лет…

На бесстрастное лицо директора агентства «ЭФ» легла тень брезгливой скуки. Увидев это, Алевтина шумно вздохнула и сказала:

– Такими делами мы не занимаемся, уж извиняйте.

– Что значит – не занимаетесь? Вы ж детективное агентство – вот и делайте, что вам говорят! Ищите, копайте, собирайте!

– У нас на вывеске при входе написано: «Частный розыск. Помощь в беде». Мы в беде помогаем, а не создаём беду, – повторила Аля слова Феликса, уже однажды сказанные другому посетителю.

– Обратитесь в другое агентство, – поддержал Гера. – А сейчас простите, рабочий день окончен, мы закрываемся.

– Ты ж смотри, какие выискались! – с кривой ухмылкой Борис Евгеньевич встал с дивана. – Ну ничего, я вам устрою!

И с этим покинул секретарскую, хлопнув дверью.

– Не меняются они, эти мелкие лавочники, – произнёс Феликс. – Через века – одни и те же. Значит так, сейчас разъезжаемся по домам. Заданий пока никаких нет, отдыхайте. Гера, а я сегодня, пожалуй, позвоню твоей подруге.

– Какой?

– Инне, будущему врачу-реаниматологу. Она в городе, никуда не уехала?

– Да вроде нет. А что, есть для неё дело?

– Намечается. Хочу восстановить засохшую кровь с кинжала, понадобится её помощь.

– Звони, конечно. Думаю, она рада будет помочь. Сейчас позвонишь?

– По дороге. Хочу домой наконец добраться. Давайте, всем счастливо, до завтра.

Феликс ушёл, а сотрудники принялись неторопливо собирать свои вещи, попутно прибираясь в секретарской.

Проехав почти половину пути, «Ауди» встала в пробку, и Феликс достал телефон, чтобы позвонить Инне.

– Да, Феликс, вечер добрый, рада слышать! – Голос девушки прозвучал бодро и весело, словно она только и ждала этого звонка.

Поприветствовав её, Феликс в двух словах озвучил свою просьбу.

– Восстановить сухую кровь, при этом не разбавляя её?

– Именно.

– А чья кровь?

– Предположительно человеческая, но может быть и животного, птицы.

– Как срочно это нужно?

– Желательно завтра с утра уже заняться.

– Хорошо, я подумаю. Часиков в девять – десять звякну, нормально?

– Можешь звякать в любое время, начиная с пяти утра.

Мужчина улыбнулся в трубку, и они попрощались.

На удачу, по дороге больше пробок не встретилось, но добрался домой Феликс всё равно уже в восьмом часу вечера. Поставив машину на парковку, он зашёл в холл подъезда и приветственно кивнул охраннику, сказав уже привычное:

– Что, Алексей, сменщика тебе так и не нашли?

– Представьте себе, нет, – с сожалением ответил охранник. – Должен был вроде парень один прийти и не пришёл. Почему не хотят на такую хорошую работу, не понимаю, зарплата ведь приличная. А ещё говорят – кризис, безработица. Враки это всё.

– Бывает. Знаешь, говорят иногда, что место будто заколдованное. Ко мне никто не приходил?

– Да нет… А! Приходил! Какая-то дама.

– Дама? – Феликс замедлил шаг и вернулся. – Какая дама? Когда?

– Да вот буквально с час тому назад. Странная какая-то особа. Постояла на пороге, спросила, тут ли вы живете, и ушла. Всё топталась в дверях, но не проходила, будто её что-то не пускало.

Феликс бросил быстрый взгляд на дальний угол стола за застеклённой конторкой. Там, словно примороженный, стоял на острие клинка небольшой серебряный кинжал с рукояткой, увитой стеблем розы.

– Молоденькая, такой… модельной внешности. Не знаю, как точнее выразиться. Фигура такая… – охранник очертил в воздухе контур то ли вазы, то ли гитары. – Ноги длинные, прям вот отсюда, – он коснулся ребром ладони своей груди. – Брюки на ней в обтяжку, куртка короткая, кожаная, волосы длинные собраны замысловато, и такие большие заколки, вроде гребней, причёску держат. И черные очки на лице. Что в темноте в черных очках видно – не понятно.

– Волосы какого цвета?

– Коричневые вроде, немного красными кажутся.

– Ясно, спасибо.

Феликс снова пошёл в лифтовую.

– Что ей сказать, если снова придёт? – крикнул ему вслед Алексей.

– Она не придёт! – донеслось в ответ.

Квартира встретила хозяина тишиной. Пройдясь по комнатам и не обнаружив крысы с вороном, Феликс отправился на кухню и приготовил большой бокал кокосового молока с вином, добавив на этот раз вина больше обычного. По пути в гостиную он бросил в гардеробную пиджак, расстегнул рубашку и, ступая босиком по старинному шёлковому ковру, подошёл к своему любимому креслу. Поставив бокал на круглый стол рядом, Феликс включил напольный светильник, посмотрел по сторонам, словно проверяя, все ли предметы на месте, после взял телефон, сел в кресло и набрал номер Дааны.

– Здравствуй, – ответил женский голос, похожий на текучий мёд. – А мы тебя потеряли.

– Я нашёлся, – произнёс он, рассеянно глядя в пространство. Перед мысленным взором возникли солнечные лучи с крутящимися в них сверкающими пылинками, копна волос, чьи пряди так похожи на длинную медную стружку, и глаза диковинного разреза и странного цвета – словно в чистой воде соединили весеннюю зелень с золотыми блёстками. – Мои питомцы к тебе не заглядывали?

– Заглядывали, – улыбнулся голос. – Только что ушли. Они хотят, чтобы я купила им мобильный телефон. Говорят, что от тебя этого не добьёшься. Они на тебя жаловались.

– Купи им сразу ноутбук, эти ребята далеко пойдут. Возможно, даже найдут в сети работу. Хотя вероятнее всего, они пойдут по пути интернет-мошенничества и неплохо в этом деле преуспеют, – усмехнулся Феликс. – У агентства новое дело, так что снова иной раз придется не ночевать дома. А что ещё остаётся этим склочным созданиям? Только жаловаться.

– Они хотят, чтобы ты им сообщал, если не придёшь, и иногда, что с тобой всё в порядке.

– Порой мне кажется, что я женат. Или ко мне приставлена хлопотливая нянька.

Даана рассмеялась и сказала:

– Мы давно не виделись, Феликс. С тех пор, как ты вернулся из Греции. Может, съездим куда-нибудь? Просто так, прогулки ради.

– Можно, но не сейчас. Боюсь, новое дело займёт меня полностью.

– Любопытное дело?

– Надеюсь. По крайней мере, начало обещающее.

– Понадобится помощь – всегда можешь обратиться. Я буду рада посодействовать.

– Благодарю. Приходи просто так, без приглашения. Ты же всё равно знаешь, где я и чем занят.

– Знаю, – снова тепло улыбнулся голос. – Доброй ночи, Феликс.

Повесив трубку, он допил свой напиток, после встал и прошёлся по комнатам. Отодвигая портьеры, Феликс осмотрел окна. Во внутренней части оконных рам поблёскивали тусклым серебром шляпки гвоздей и лежало по два медальона размером с десятирублёвую монету с мельчайшим выгравированным текстом.

Опустив жалюзи и задёрнув плотнее занавески, Феликс пошёл в спальню.

Глава 13

Из глубины утреннего сна Феликса выдернуло ощущение чьего-то постороннего присутствия поблизости. Открыв глаза, он увидал крысу с вороном, сидящих на пороге комнаты. Сидели они непривычно тихо, бок о бок, и сверлили его взглядами. Мужчина резко поднялся и сел на краю кровати.

– В чём дело, что случилось?

– К тебе этой ночью никто не заходил? – сдавленно проскрипел Паблито.

– Нет.

– Мы кое-что видели, – пискнул Дон Вито.

– Что? Не тяните.

– Мы были на улице, во дворе, – торопливо заговорил крыс, – собирались к тебе заходить, как вдруг увидели это…

– Я увидел! – поправил ворон. – С фонаря! Ты бы снизу не заметил!

– Да-да, ты увидел, ты. Так вот, между окном и балконной дверью гостиной находилась женщина. Она была как ящерица на стене. И явно пыталась попасть внутрь, но её словно что-то не пускало. А потом она спустилась вниз…

– Вниз головой! – с ужасом в голосе добавил Паблито.

– … спрыгнула на асфальт и пошла за угол дома.

– А я полетел за ней! Там она села в машину и уехала!

– За руль села, или в машине ещё кто-то находился? – спросил Феликс.

– За руль!

– На женщине была короткая кожаная куртка?

– Да!

– И что вас так напугало? Я ведь тоже передвигаюсь по стенам дома. Как ящерица.

– Но ты не спускаешься вниз головой!

– А… Ну да, это очень страшно, понимаю. – Феликс не сдержал улыбки.

– Кто это? Ты её знаешь?

– Знаю.

– Что ей надо?

– Соскучилась, наверное. – Феликс встал, выпрямляясь во весь рост, потянулся, разминая тело, и взял с прикроватного столика чёрный шёлковый халат. – Идёмте на кухню, приготовлю вам завтрак. Будете яичницу?

– Да нам после пережитого и кусок не полезет!

– А я вот почему-то уверен в обратном, – усмехнулся мужчина, завязывая пояс.

Он разбивал на сковороду третье яйцо, когда позвонила Инна. Прижимая плечом мобильник к уху, Феликс ответил, не прекращая готовить.

– Доброе утро! – Голос девушки как всегда звучал жизнерадостно, словно каждая минута в любое время суток добавляла ей оптимизма. – В общем, Феликс, для ваших нужд скорее всего подойдёт обычный физраствор. Подвезите ваш материал, я разбавлю.

– Инна, я хотел бы это сделать сам, у себя в агентстве.

– Нет проблем. Я выдам вам «ядерный чемоданчик» со всем необходимым. Сколько у вас этого материала? Мне надо рассчитать дозу раствора.

– В один слой покрыто всё дно чашки Петри.

– Ого! Это ж сколько кровищи было!

– Наверное, много. – Феликс накрыл сковороду крышкой и выключил плиту.

– Ладно, сейчас всё соберу, и подъезжайте где-то через час к Боткинской больнице, к центральной проходной. Годится?

– Да, но могу задержаться. Не знаю, как в городе с пробками.

– Ничего страшного. Просто позвоните мне от шлагбаума, я к вам выйду.

Отложив телефон, Феликс достал из буфета пару старинных расписных тарелок лиможского фарфора и произнёс, задумчиво глядя на посуду:

 

– Надо бы купить для вас что-нибудь попроще, раз уж ваши завтраки на моей кухне становятся традицией.

– Из собачьих мисок не желаем есть! – каркнул Паблито.

– Что-нибудь скромненькое, чистенькое, беленькое вполне подойдёт, – торопливо проговорил Дон Вито. Вытянувшись столбиком, крыс вдохновлённо смотрел на сковородку, поводя острым носиком. – Ах, какой дивный, дивный аромат!

Сняв крышку, Феликс разделил яичницу поровну, разложил по тарелкам, поставил на пол и пошёл в ванную.

Принявшись за свой завтрак, ворон с крысой некоторое время молчали, затем Дон Вито произнёс, аккуратно подбирая с пола упавшие кусочки:

– Ты не знаешь, как связаться с теми птицами-оборотнями?

– Петром и Павлом? Сам о них думаю. Бывал в их компании, видел особняк с офисом, но мы туда на машине ездили. Да и Феликс находился в таком состоянии, что я ехал под сидением, боялся, что разобьёмся. Так что дороги не знаю. Нам нужен телефон, Вито, нам очень нужен телефон, а все номера украдём из аппарата Феликса.

– Знаю, но негде пока взять.

– Может, Даане рассказать про эту вампиршу?

– Лучше Петру с Павлом.

– А сам Феликс, думаешь, не расскажет?

– Не уверен.

– Она может быть опасна?

– Не знаю. Но я не хочу, чтобы что-то угрожало нашему миру.

– Миру?

– Да, миру, в котором есть ты, я и Феликс. И ещё его агентство.

– Надо подумать.

– Надо.

Тут послышались шаги Феликса, и они замолчали, утыкаясь в тарелки. Мужчина появился в дверном проёме уже одетым и готовым к выходу. Окинув взглядом его статную фигуру в темно-синем костюме и рубашке цвета слоновой кости, Дон Вито сказал:

– Дорогой, а не пора ли накидывать верхнюю одежду? Пальтишко какое-нибудь, хотя бы лёгонькое? Ты же в холодные сезоны всегда так делаешь, чтобы среди людей не выделяться. Погода на улице неприятная.

– Ты прав, что-то я забылся на этот счёт.

Феликс ушёл и вернулся в чёрном полупальто строгого классического кроя.

– Так-то лучше, – закивал крыс. – Удачного тебе дня.

– Благодарю. Вы здесь будете или уйдёте куда?

– Здесь. Можешь закрыть все окна хорошенько…

– Очень хорошенько! – поддержал Паблито.

– Уже закрыл. В курсе, что вы боитесь вампиров. Хотите – сидите в квартире, надеюсь, сегодня не задержусь.

Когда за ним захлопнулась входная дверь, ворон с крысой в задумчивом молчании продолжили свой неторопливый завтрак.

Подъезжая к Боткинской больнице, Феликс набрал номер Инны и сказал, что через минуту будет у проходной.

– Отлично! У меня всё готово, выхожу!

Поставив машину неподалёку, Феликс прошёлся к проходной, остановился напротив шлагбаума и посмотрел на дорогу, ведущую на больничную территорию. На улице стоял промозглый холод с редкими, резкими порывами ветра, а беспросветные черные тучи обещали скорее снег, чем дождь. На дороге показалась высокая стройная девушка в длинном фиолетовом пальто, наброшенном поверх медицинской формы. Она несла объёмный целлофановый пакет. Феликс помахал ей рукой, девушка махнула в ответ.

Выйдя за шлагбаум, она протянула мужчине ладонь, как для рукопожатия, но он развернул её руку и поцеловал запястье.

– Боже, мне ещё никогда не целовали руку! – расхохоталась Инна. – Непривычное ощущение!

– Но не сказать, что неприятное? – На губах Феликса заиграла лёгкая улыбка.

– Не сказать, верно! Где поговорим – здесь или отойдём?

– Присядем в машину, вон она стоит. – Феликс указал на темно-зелёную «Ауди».

Они сели в салон: Феликс за руль, Инна на пассажирское сидение рядом, и девушка достала из пакета небольшой перевозной бокс, напоминающий мягкую сумку-саквояж синего цвета. Открыв его, она стала поочерёдно извлекать собранный комплект.

– Значит так, смотрите. Вот бутылка с физраствором – десяти миллилитров вам должно хватить. Это – автоматический дозатор, – она показала небольшое устройство, напоминающие пластмассовый шприц и авторучку одновременно, – здесь стерильные наконечники к нему. Дозатором будете по капле вливать в материал физраствор до нужной вам кондиции. Дальше это – петли, будете ими размешивать состав, – Инна достала бумажную упаковку пластмассовых спиц с круглым наконечником. – Стерильные пробирки – в них поместите полученный раствор, перельёте всё тем же дозатором, в чашке Петри лучше не оставлять. Так, ещё стерильная хирургическая салфетка – на ней будете проводить всю операцию, и комплект перчаток. Полученный раствор храните в закупоренной пробирке в холодильнике при температуре четыре градуса. Если понадобится транспортировка, то в боксе перевозите при такой же температуре. Держите.

Инна сложила всё обратно в бокс, закрыла крышку и протянула Феликсу.

– Реши, пожалуйста, как я смогу тебя отблагодарить, – сказал он, принимая бокс. – У тебя есть время до вечера, максимум – до завтра.

Рассмеявшись, девушка покачала головой:

– После подаренного вами мотоцикла я стала осторожней в своих желаниях. Удачи вам, Феликс, звоните, если что.

Она вышла из машины и быстрым шагом направилась обратно к проходной, ёжась в тонком пальто под порывами ветра.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18 
Рейтинг@Mail.ru