Шизофрения

Галина Игоревна Куриленко
Шизофрения

– Ты никогда не будешь писать о войне! Слышишь? Это я тебе говорю. Война не окончена. Стоит ли пытаться понять её логику и подоплёку?  Она в любой момент может вернуться.

– Кто  же расскажет о ней честно от  первого лица? Люди не догадываются насколько страшно быть заложниками  политиков. Я  знаю и могу рассказать.

– Найдутся честные люди, напишут. Или не найдутся. Но не твоё это дело.

– Напишут? Привирая, искажая, вешая ярлыки? Как делали все эти годы?

– Даже, если и так. Тебе – не всё ли равно? Зачем ты снова теребишь раны,  боль от  которых большинство не может понять?

– Я не верю в объективность других. Они , родившись в наших местах, но прожив в столицах некоторое время,  искажают всё о нас. Мы, оказывается, имеем склонность к бытовому сепаратизму,  всегда имели сепаратистские настроения, в большинстве своём имели протестные настроения, но боялись сказать об этом  и прочий пропагандистский бред.

– Ты не изменишь их мнение. Они популярны и читаемы. Им верят. Тебе  нет. Так стоит ли?

– Стоит . Для меня успеть написать правду важно. Обидно будет, если  не успею. Времени всё меньше остаётся.

– Ты уверена, что выплеснув всё на бумагу, тебе станет легче?

– Нет. Не уверена. Но потом прочтут дети, внуки и поймут, всё поймут.

– Дети были рядом  с тобой и знают правду. Дай им возможность забыть весь ужас 2014 года. Дай возможность спокойно растить своих детей и надеяться, что такое больше не повторится. Твои внуки узнали, что такое обстрелы в пять лет от роду. Им достаточно. Пускай забудут.

– Хорошо. Я буду писать для себя. Никому не дам читать. Но смогу проанализировать воспоминания, ощущения о тех страшных событиях. Систематизировать.

– Если, я не смогла отговорить тебя, то пообещай мне не делать выводов и оценочных суждений в своих воспоминаниях. Пускай их сделают историки потом, после, с расстояния прошедших десятилетий. Пускай они определят степень вклада в эту войну каждого политика, его геройство, лживость, цинизм, меркальтильность.

– Обещаю. Да и кто я такая – делать выводы?  Потерпевшая сторона самого нелепого противостояния в современной истории  в центре Европы, в 21 веке? Поэтому , Правда, Правда и ничего кроме Правды.

    Начало

На майдані коло церкви революція іде  (с)

 Пускай идёт. Нам не до неё. Нам надо деньги зарабатывать, детей кормить.  Зима, людям тепло в дома надо подавать. Город работает , хотя и настроение у всех мрачное.  Его слегка поднимает новогодняя кутерьма – подарочки детям под ёлку никто не отменял, сладости, костюмы, утренники, хороводы…

Ну, а революционеров разгонит мороз.  Знаем, проходили. Сценаристы  же были другого мнения . И столица пылает, наполняя умы, души и воздух дымом  горящих шин, коктейлей  Молотова, звоном цепей в руках малолеток. Соседка , учительница на пенсии плачет-тужит у экрана телевизора.

– Это же ещё дети! Где их родители, почему не заберут их оттуда? Их же всех там поубивают!!! Неужели взрослые не видят , что всё это добром не кончится?!

Взрослые знали, понимали и … добавляли треша в виде отрезанных ушей, обнажёнки на морозе, сакральных жертв залётных искателей  приключений.

 А наш город работал. И надеялся, что найдётся здравая сила, способная остановить это безумие. Но революция побеждала и к нам были направлены непонятные подразделения с целью привить любовь к революционерам, их языку, их героям, их вере. Мы были не готовы принять «прививку» и продолжали надеяться, что среди политиков найдётся всё же сила, способная защитить нас. Надеялись молча – ни митингуя, ни бастуя, ни призывая никого на помощь на вече, ни захватывая оружие в РОВД, как делали революционеры. Молча, сцепив зубы,  мы работали.

Но с каждым днём наше положение всё усугублялось . Стали звучать угрозы с властных кабинетов стереть нас  с  карты страны . Мы не благонадёжны, говорим не на том языке, голосуем не за тех и смотрим на Восток.

Рейтинг@Mail.ru