Рай беспощадный. Корпорация

Евгений Щепетнов
Рай беспощадный. Корпорация

– А хорошо было… – с сожалением заметил Хаган, глубоко вздохнул и, слегка улыбнувшись, подмигнул Сиххе, кусавшей губы, чтобы не расхохотаться. – А жаль, что мы его не догнали, правда? А что – вот ведь подлец, веселиться мешал! А еще выдал нам по плюхе! Помню – мне так хотелось стащить с него штаны и надавать по заднице!

– И мне хотелось… стащить с него штаны… – Сихха расхохоталась до слез, следом за ней Хаган, потом присоединился и Слай. Они смеялись так громко, так заливисто, как не смеялись очень давно. А может быть – никогда. А что? Молодость, здоровье, впереди приключения, почему бы не повеселиться? Жизнь прекрасна и удивительна! И пусть так будет и дальше!

– Хороший был эйфориак! Если бы мы наладили производство этого напитка – были бы богачами! Только ты ведь опять начнешь вопить, что это нельзя, что это плохо, что лучше возить оружие на воюющие планеты, а доставлять радость людям плохо, и это все неправильно!

– Заткнись, Хаг… не будет вам эйфориаков! На будущее, Зай, если готовишь какое-то лекарство – никаких эйфориаков. Наши друзья от одного их запаха начинают по стенам бегать, как насекомые!

– Да, это было забавно. Капитан, извини, я не знал, что так получится. Все-таки чисто человеческая раса, не сплавленная с генотипом зверей, на эйфориаки реагирует в гораздо меньшей степени. Видимо, у людей есть некий иммунитет, полученный в результате тысячелетней истории употребления этих снадобий, а при модификации новые расы этот иммунитет потеряли. Впрочем, возможно, что это особенность именно двух рас – кошачьей и волчьей, но сказать точнее можно только после серии опытов.

– Согласен предоставить свое тело для исследований! – тут же откликнулся Хаг и гаденько захихикал, перемежая смех сладострастным рычанием. Получалось что-то похожее на хрюканье, и Слай недовольно поморщился:

– Никаких опытов! Садимся, выгружаемся, возвращаемся на Морию и толпой идем на разграбление ресторанов! Там можешь ужраться до бесчувственного состояния, а тут не смей! «Бродяга» – территория запрета на эйфориаки, наркоту и спиртное!

Слай вдруг подумал, что мама была бы рада, она всегда хотела, чтобы сын вел здоровый образ жизни. А Слай вел очень нездоровый образ жизни, видимо, в знак протеста против ее нестерпимого давления – бунт, бессмысленный и беспощадный! Чем больше на человека давят, тем больше он хочет освободиться от гнета, распрямиться, как сжатая пружина, и тогда эффект может быть катастрофичен.

– Зай, приземление! Поехали!

Планета росла, заняла уже все небо, минута – и «Бродяга» разрывает густые кучевые облака, оставляя за собой шлейф раскаленного воздуха. Секунды, и он плавно, будто призрак, скользит над джунглями, зеленым ковром расстилающимися внизу.

– Красиво! Похоже на мою планету! – с тоской сказала Сихха, прижавшись лбом к стене-экрану. – Как бы я хотела покачаться на ветке, влезть на дерево и прыгнуть с него, ощущая, как прохладный ветер обдувает горячее тело! Как дождь стекает по лицу! Как…

– Капитан! Генераторы гравиполя работают нестабильно! Жесткая посадка! Жесткая посадка! Прошу сесть в кресла, вы будете зафиксированы! Скорее!

– Ребята, в кресла! – Слай взревел так, что зазвенело в ушах. Застучала кровь, мускулы напряглись, будто от них зависело, удержится ли корабль в воздухе или нет. Из кресла выскочили тяжи-ребра, плотно пристегнувшие Слая к спинке и поручням. Миг! И он был спеленат по рукам и ногам. Зафиксирована даже голова, прижатая к спинке. Глянул через датчики корабля – друзья лежат такими же коконами, как и Слай, – теперь остается лишь ждать.

Удар был сильным. Кресло, способное выдержать многократные перегрузки, устояло на месте, лишь тяжи впились в тело, удерживая его от того, чтобы торпедой врезаться в стену. Органы внутри Слая вздрогнули, получив «пинок», заныли, как если бы кто-то огромный с размаху врезал Слаю прямо в брюхо, пробивая стальной пресс поставленным тяжелым ударом. На секунду Слай потерял сознание, а когда очнулся, вокруг было тихо и темно, как в старинном склепе или подземелье.

– Ребята, вы живы? – Слай подал команду, и тяжи ушли в кресло, освобождая многострадальное тело. – Сихха? Хаган?

– Это не параллельный мир? Скорее всего – нет. Выпивки нет, девок нет – точно, не рай. И Сихха тут! А кошек в мой рай не пускают! Значит, я в этом проклятом мире! Жив, брат. Но хреново-то как. Болит все. Кстати, чуешь, как легко? Генераторы гравитации не работают!

– И я жива… Ну и денек сегодня! Кошмар просто. Точно, не работают генераторы.

– Зай, что случилось?

– Капитан, не знаю. Никаких неполадок. Просто генераторы отказались работать, и все тут. Без объявления причин. Потом вообще встали. А раз генераторы гравитации не работают – планетарные двигатели тоже. В общем-то, это и есть генераторы гравитации, как тебе это хорошо известно.

– Зай, без тупых банальностей, ладно? Все знают, что планетарные движки – это и есть генераторы гравитации! Почему они встали?! Корпус цел?

– Отвечаю на первый вопрос: не знаю. На второй: корпус цел. Не зря мы его усилили. Сломали десятка два деревьев, проделали просеку и теперь стоим посреди леса. Требуется осмотр механика.

– Уже работаю. – Сихха закрыла глаза и тихо попросила: – Не орать, не толкать, не портить воздух… всем заткнуться и сидеть тихо. Надеюсь, у меня получится. Молитесь, если умеете…

Глава 3

– Ничего! Неисправностей не нашла! – Сихха устало сняла шлем и потерла виски. – Капитан, я не знаю. Все узлы исправны, но не работают. Что будем делать?

Слай не успел ответить, вмешался искин:

– Капитан, у нас гости.

– Покажи.

– Сейчас, налажу аварийную сеть… готово!

Экраны вспыхнули, и Слай увидел группу беаргов, стоящих возле корабля. Они что-то обсуждали, так тихо, что из динамиков корабля доносилось только шипение и обрывки слов. Пошипев, аборигены замолчали, и один из них подошел к пассажирскому люку. Достал нож, постучал в броню, по которой стекали капли дождя, падающего с широких листьев дерева, угрожающе наклонившегося над «Бродягой». Звездолет пропахал широкую колею и остановился, упершись в этого гиганта, подрубив его под корень, будто огромный топор.

– Эй, там, выходи! – услышал Слай.

Беарг постоял и еще несколько раз стукнул в обшивку:

– Выходи! Не тронем! Разговаривать будем! Тебе все равно отсюда никуда не деться! Ты проклят!

– Что он сказал?! – не поверил своим ушам Слай. – Я – что?

– Ты проклят, – мрачно повторил Хаган. – Я щас выйду, и тогда мы узнаем, кто из нас проклят! У меня просто руки чешутся оторвать голову какому-нибудь из этих разукрашенных болванов. Позволь, Слай!

– Нет. Зай, переключи датчики так, чтобы он меня слышал. Я с ним поговорю.

– Сделано, капитан.

– Эй, уважаемый, ты кто?

– А ты кто? – Абориген схватился за нож и замер – весь в раскраске, худощавый, жилистый, как профессиональный спортсмен.

– Это ты ко мне пришел, потому отвечай первый! Ты же стучал в мою дверь! Так кто ты и чего от нас хочешь?

– Во-первых, это ты пришел в мой дом. Кто тебе позволил летать над моим лесом? Ты вторгся в мой дом и был проклят. Во-вторых… ты не один? Сколько вас? Много? Предупреждаю – каждый, кто выйдет из корабля без нашего позволения, будет убит или проклят! Нам здесь не нужно инопланетных захватчиков!

– Мы никого не собираемся захватывать. Это грузовой корабль, и мы прилетели в город, привезли груз. К вашим войнам не имеем никакого отношения. Просто грузовик, и все. Мы скоро починимся и отсюда улетим. Какие к нам претензии?

– Вы не починитесь и не улетите. Вы навсегда останетесь в этом лесу. Что вы привезли в город? Оружие? Чтобы они могли нас убивать? Не будет этого. Сдавайтесь, и мы обещаем, что вы не умрете. В противном случае вы так и останетесь внутри до конца жизни. Когда-нибудь вам все равно придется выйти, и тогда вы умрете.

– Теперь я понимаю, почему командор послал сюда именно нас! Как и прошлый раз – на убой! – тихо буркнул Хаган. – Вот это влипли!

– На самом деле влипли, капитан, – снова вмешался искин. – Корабль ушел в землю уже на четверть, и когда остановится – непонятно. Большой вес, почва мягкая, сырая… впрочем, это не объясняет того факта, что он погрузился на такую глубину – ведь должны быть корни, а он погружается, будто в болото! Кстати, реактор работает нестабильно, не выдает полную мощность. Если так пойдет дело, скоро мы останемся вообще без электроэнергии, и тогда вы задохнетесь, а я навсегда останусь под землей. Мне будет очень жаль!

– Уж как нам-то жаль! – кисло ухмыльнулся Слай. – Ты просто и представить себе этого не можешь! Кстати, они нас слышали?

– Нет, я на время отключил внешние датчики. Что делать, капитан?

– Договариваться, что же еще? Включи, чтобы они нас слышали.

– Готово.

– Мое имя Слай Драгон Донгар, я капитан корабля. С кем я сейчас разговариваю?

– Да кто тебя знает, с кем ты сейчас разговариваешь! – Беарг растянул губы в улыбке, и его янтарные глаза засверкали. – Вы, инопланетники, может, сами с собой разговариваете, откуда мне знать? Хе-хе-хе…

«Свита» аборигена поддержала его радостным смехом, беарг отсмеялся, сплюнул и продолжил уже серьезно:

– Я вождь племени Гоук, мое имя Терсс Шасс. Вы находитесь на моей земле. Все, что находится на моей земле, принадлежит мне. И вы в том числе. Я считаю вас нарушителями закона – никто не может ходить, стоять и сидеть на нашей земле без моего разрешения. Вы летели к отступникам, везли им какой-то груз, значит, вы враги. Что можете сказать в свое оправдание?

– Вот что, вождь… давай поговорим лицом к лицу. Ты войдешь в корабль, я гарантирую тебе неприкосновенность. Тебя никто не тронет. Мы поговорим, ты выскажешь мне свои претензии, я постараюсь убедить тебя в своей невиновности, и мы придем к какому-нибудь решению. Согласен?

– Ты хочешь взять меня в заложники? – усмехнулся Терсс. – Думаешь, ты такой хитрый? Хитрее меня? Ты дурак! Скоро ты погрузишься в пучину земли и будешь гнить там, как падаль! И не будет тебе прощения, проклятый инопланетник!

 

– Да что ты заладил – проклятый да проклятый! – не выдержал и рявкнул Хаган. – Другого слова не знаешь, болван?! Сказали тебе – корабль сломался, как починим – улетим, и вы нам на хрен не нужны! Проклятые болотные кошки!

– Мы не проклятые, это вы проклятые! – хохотнул вождь. – Ну что же, раз вы не хотите выходить, сидите в своем стальном ящике, подыхайте. Разговор закончен!

Абориген повернулся и пошел к толпе зрителей, одобрительными возгласами поддержавших предводителя. По всему было видно – он действительно не собирался продолжать разговор, и ему было плевать на запертых в стальном гробу инопланетян.

– Стой! – внезапно крикнул Слай. – Хорошо, мы сейчас выйдем. Нужно поговорить, мы так ничего и не выяснили. Выходим!

– Так-то лучше, – усмехнулся абориген и тихо прошипел что-то на неизвестном Слаю языке. Беарги немедленно сняли луки, висевшие у них за спиной, наложили на них стрелы и замерли, готовые к возможным неприятностям. Их было человек пятьдесят или больше, двойные изгибы луков выглядели устрашающе. Даже из корабля было видно – эти парни не шутят и с луками обращаться умеют.

– «Выключи звуковые датчики!» – передал Слай через шлем, получил отклик и тут же сказал вслух: – Зай, ремонтных роботов. Помнишь, как они нас ловко захватили? Как только дверь откроется, хватай вождя и тех, кто рядом с ним, – вон тех, раскрашенных, увешанных амулетами. Похоже, что это их жрецы или колдуны – хрен знает, кто они такие. Главное – не повреди, тащи в рубку и сразу закрывай люк. Тут и поговорим с придурками!

– Голова, командир! – Хаган радостно взмахнул здоровенными кулачищами. – Врежу им пару раз, тогда узнают, как рожи нам строить! Кошатины поганые!

Люк начал медленно открываться, и беарги загомонили, натягивая тетиву луков. «Раскрашенные» подняли руки вверх и что-то запели – речитативом, заунывно. Их было четверо – все мужчины, двое молодых, один совсем седой и один средних лет – он стоял впереди и делал какие-то пассы в сторону звездолета. Именно он особо не понравился Слаю, и остро захотелось, чтобы подозрительного типа не было среди нападавших. Почему? Ведь, казалось бы, у того не было никакого оружия – кроме ножа на поясе, – но именно из-за него Слай чувствовал необъяснимое беспокойство. Чего тот машет руками? Зачем? С какой целью?

Люк открылся, стало тихо. Замерли аборигены, ожидая выхода Великого и Ужасного Капитана. Неизвестно, чего они на самом деле ожидали, но, когда из люка вылетели шесть «жуков» со щупальцами на головах, не растерялись, а тут же отправили стрелы прямо в корпуса ремонтных роботов.

Насколько запомнилось Слаю, роботы-ремонтники были сродни боевому «жуку», что он уничтожил из корабельного плазмомета, которого не смогла уничтожить ракета из ручного бронебойного гранатомета. И уж точно роботам не могли повредить какие-то там стрелы, даже если они и были пущены из мощных, хорошо сделанных луков с двойным изгибом – это вам не в мягкие тела инопланетников стрелять!

Стрелы отскакивали от стальной брони роботов, высекая искры узкими жалами наконечников, но это приносило пользы не больше, чем яростные вопли стрелков и заунывное бормотание шаманов, стихшее сразу, как только роботы схватили их своими ловкими щупальцами.

Миг! И роботы исчезли в темных внутренностях корабля. Еще мгновение – и люк закрылся, отрезая захваченных от соратников, бесящихся и подпрыгивающих в бессильной злобе у блестящей бронированной стены. Отдельные особо злостные типы подбежали к звездолету и начали пинать его, бить кулаками, колотить длинными ножами, доставляя Хагану невыразимое удовольствие на уровне оргазма. Он хохотал, глядя на то, как несчастные пытаются пробиться в корабль, как муравьи, норовящие опрокинуть скалу. Суеты много, а толку – ноль.

Роботы вбежали в рубку и встали, как статуи, вдоль стены. Аборигены, которых они держали в своих щупальцах, извивались, пытаясь освободиться, рычали, шипели, и, даже не зная местного языка, Слай понял, что те ругаются, и, скорее всего, нецензурными словами. Подозрение подтвердил их предводитель, рассказав Слаю, что он думает о нем самом, о его предках и об их противоестественных сексуальных пристрастиях, почему-то все-таки позволивших завести такое гнилое потомство. Как вождь понял, что Слай здесь главный, было неясно, возможно выбрал его, потому что Слай сидел в центре со шлемом на голове, тогда как остальные инопланетники полулежали на своих местах, вольготно перекинув ноги через ручку кресла.

После того как гнусная сущность Слая была победно разоблачена, вождь обратил свое монаршее внимание на предательницу рода беаргов, которая явно наслаждалась муками и унижением своих соплеменников, попавших в предательские сети гнусных инопланетников.

Сиххе точно не было места в раю, и ее будет вечно грызть уюк, залезая в нее через интимные места, – так абориген представлял себе будущее слаевой компаньонки, таращившей на «соплеменника» такие же, как у аборигенов, желтые светящиеся глаза.

Соратники вождя молчали, пока он выпускал фонтаны красноречия, и лишь скалили зубы, возможно, надеясь напугать пришельцев. Зубы у них были острыми, белыми, и Слай в очередной раз с усмешкой подумал о том, что в людей неплохо было бы подселить ген, отвечающий за зубы, – людям не помешают острые клыки, с которыми легче пробиваться в тяжелой жизни. Впрочем – как и когти. В этом отношении беарги лучше подготовлены к встрече с неприятностями, поджидающими искателей приключений по всей вселенной.

В этот раз ни зубы, ни клыки аборигенам не помогли, как и матерная ругань. О чем Слай не преминул тут же известить шестерых пленников, разразившихся шипением и плевками, оперативно вытертыми выскочившим из стены роботом-уборщиком. Вид этого «паучка» почему-то так поразил аборигенов, что они затихли, с опаской наблюдая за исчадьем ада, с хлюпаньем пожиравшим их плевки. Слай взял себе на заметку такое дело и решил в случае чего попугать пленников этим «страшным» устройством – никогда не знаешь, что тебе пригодится в разговоре с упертыми до идиотизма людьми, не желающими слушать разумных аргументов.

– Итак, как вы поняли, я капитан корабля. Продолжим разговор. Прошу вас во время разговора не употреблять матерные слова, если не заметили, в экипаже есть девушка, и мне не нравится, когда при женщинах звучит грубая ругань. Договорились?

– Да пошел ты! Да я тебя! Да видел я тебя!

– Зай, пусть робот-уборщик оторвет ему мужской отросток и язык. А я буду разговаривать с кем-то поразумнее этого придурка!

– Будет сделано, капитан!

Робот-уборщик выскочил из стены, подбежал к роботу-ремонтнику и деловито полез наверх, под истошные крики предводителя беаргов:

– Убери эту тварь! Убери! Не буду! Я не буду ругаться! Ладно, поговорим!

– Убери, Зай. Пусть себе размножается дальше. Потом, когда мы улетим. Итак, как там тебя? А! Вспомнил – Терсс. Терсс, какого черта вы до нас докопались? Чего вам надо? Я тебе повторяю – мы тут случайно, привезли груз вашим соплеменникам, выбросим его и улетим! Нас ваши войны не интересуют! Установим причину поломки и улетим!

– Хе-хе-хе… не улетите! Никуда вы не денетесь! – глумливо захихикал вождь. – Я же вам сказал, вы прокляты! Ваша железная лоханка никуда с этой планеты не улетит!

– Что он несет? – Хаган презрительно сплюнул и сжал пальцы в кулаки. – Капитан, разреши, я ему сейчас дам в ухо! Может, тогда в его дурной башке что-то прояснится?!

– Подожди, Хаг… тут не все так просто. Ну-ка, вождь, поясни – что значит «прокляты»? Как ты это понимаешь?

– Да так, как обычно! На вас наложено проклятье, и ваша лохань никуда больше не полетит! – радостно сообщил Терсс, улыбаясь, будто получил самый лучший подарок в своей жизни.

– Кто наложил это проклятье? – спокойно спросил Слай, не позволяя раздражению вырваться наружу. Ему очень хотелось врезать по ухмыляющейся раскрашенной роже, но он сдерживал себя изо всех сил. Цивилизованный человек не должен опускаться до уровня дикарей! Хотя так иногда хочется это сделать…

– Мы, конечно! Наши колдуны! – так же жизнерадостно сообщил вождь, ухмыляясь во весь зубастый рот. – Так что давайте, прекратите сопротивление, отпустите нас и сдайтесь! И тогда я вас не убью! Иначе мы погибнем вместе, и нас воспоют в песнях! Только вы там будете выведены коварными, подлыми тварями, лишенными чести и совести! Подлыми наемниками-убийцами и…

– Растлителями детей, поедателями младенцев! А еще – жалкими растленными типами, живущими в нечестивом браке со своими родственниками! – не выдержал Хаган, оскалился и низко зарычал, как дикий волк на соперника.

– Точно! Я так и знал, что вы это делаете! Проклятые извращенцы! Убить вас мало! Нужно изготовить из ваших тел чучела и поставить на площади селения, чтобы каждый мог подойти и помочиться на ваши задницы! – откликнулся вождь и речитативом запел что-то на языке, в котором было много шипящих и гласных букв.

– Ненормальное племя! – рявкнул Хаган, перекрывая завывания вождя. – Сихха, ты понимаешь, что этот придурок выпевает? Может, ему зубы выбить, чтобы не фырчал?

– Какой-то беаргский диалект, кое-что разбираю, кое-что нет, – пожала плечами Сихха. – Слай, мне это все очень не нравится. Я сопоставила текст статьи со словами этого придурка и делаю вывод: на нас воздействовали неким неопознанным оружием, которое умудрилось вывести из строя генераторы, но внешне не оставило на них никаких следов какого-либо воздействия! И это меня пугает.

– Правильно пугает! Вам конец! – Вождь сочился удовольствием и благосклонно кивнул головой хмурой Сиххе. – Освободи меня! Я возьму тебя пятой женой! Ты красивая женщина и будешь хороша в постели! А тебя, урод четырехрукий, возьму телохранителем! Все вожди мне будут завидовать! А ты, капитан, ты…

– Заткнись! – с холодным презрением фыркнула Сихха, подойдя к спеленатому аборигену, выпустила из пальцев когти и зашипела, положив руку-лапу на бедро пленника:

– Я щассс ттттеебббяяя кассстрируйууу… и ооотправишшшшссссяяя ты в ад ни женщщщщщиной, ни мушшшшчиной!

– Эй, эй, ты чего?! – Вождь побледнел и задергался в щупальцах робота. – Прекрати! Ненормальная!

– Я абсолютно нормальна. Еще раз повторю – ты отправишься в ад! Будешь изуродован, лишен мужского достоинства! И Кошачий Бог тебя не примет! Только Сатана!

– Интересная у вас религия, как я погляжу! – хмыкнул Хаган. – Это что же, если ему отрезать… кое-что, он не сможет попасть в рай? Хе-хе-хе… хорошо! Спасибо за информацию, Си!

– Предательница! – Вождь плюнул в девушку, но не попал и бессильно зашипел, закатывая глаза. – Гадина!

– А что у нас эти типы молчат? Они там не померли со страху? – Хаган подошел к одному из шаманов и ткнул его в бок кулачищем. – Эй, болван, ты не сдох? Сейчас я тебя кастрирую, и ты никогда не попадешь в рай!

– Будь ты проклят! Чтоб у тебя отгнил…! Чтоб ты никогда не сходил по-большому и сдох, задавленный дерьмом! Чтоб тебя разорвало! Чтоб… ай!

– Вот и тихо стало! – радостно гыгыкнул Хаган, глядя на то, как шаман хватает воздух побелевшими губами. Удар пришелся как раз в ту часть тела, которую синтонианец предположительно собирался отсечь.

– Ругаются, ругаются! У меня ощущение, что они вообще не способны разговаривать нормально! Ну что вот такое, а?! Вы люди, в конце концов, или нет?

– Так, ребята, тихо! Я с ними поговорю, – остановил приятеля Слай, с тревогой наблюдавший за происходящим. – Если я правильно понял, уважаемый Терсс, вы сделали что-то, что нарушило способность нашего корабля передвигаться в пространстве. Так? Так. Если верить вам. Тогда сразу вопрос: способны ли вы сделать так, чтобы корабль снова полетел? То есть – снять проклятие?

– Можем, конечно, – нормальным голосом, без ругани и шипения ответил вождь. – Только мы этого делать не будем. Даже под угрозой смерти, или… в общем – не будем. Лучше умрем. Вы передадите оружие в город, город будет нас убивать. Мой народ понесет потери. И это тогда, когда мы почти добили этих отступников! Нет, этого не будет. Я погибну… мы погибнем, но вы не добьетесь от нас ничего! Правда, колдуны?

Колдуны упорно молчали, отводя глаза от вождя, и Слай воспрял духом – не все так плохо? Раскол в рядах противника?

«Зай, вытащи этого типа в коридор и сделай так, чтобы он ничего не слышал», – передал Слай мысленную команду.

Робот с вождем в щупальцах рванул с места и галопом ускакал за двери рубки. Звездолетчики переглянулись, и Сихха кивнула головой, слегка улыбнувшись Слаю. А Слай всмотрелся в лица оставшихся в рубке беаргов, выбрав для себя одного – татуированного по лицу, во всю грудь и шею, и предложил:

– В общем, так, парни. Сейчас я вас освобожу, и мы поговорим. Тут, в рубке. Предупреждаю – если вы начнете колдовать или же просто нападете – умрете. Мы вас пристрелим на месте. Вот он пристрелит! – Слай показал на Хагана, радостно закивавшего оскаленной головой. – Он просто горит желанием кого-нибудь пристрелить!

 

– Горю, ох, горю! – подтвердил гигант, и в его ладонях мгновенно появились лучевики. – Стреляю по четырем разным целям одновременно, вероятность попадания девяносто девять и девять десятых процента, то есть – всегда попадаю в цель!

– Вот так. Ну что, уважаемые гости, если вам все ясно – кивните. Ага, ясно. Зай, отпусти их. Но если что – будь готов к захвату. Ну что же, вот вы и свободны. Кто у вас старший? С кем мне говорить? Сдается, что вы поумнее вашего вождя, потому надеюсь, что мы найдем общий язык.

– Это вообще-то не вождь… это сын вождя, – проворчал татуированный шаман, тот, который размахивал руками у корабля. – Хотел прославиться. Пусть даже после смерти. Дурак, однако. Зачем слава мертвецу? Правда же?

– Глупцы! – фыркнул Хаган. – Чтобы после смерти вспомнили, нужно совершить подвиг! И тогда останешься в памяти людской!

– Глупый молодняк так думает, – фыркнул старший, не глядя на покрасневшего Хагана. – Сдохнешь, пройдет время, и никто уже не вспомнит, был ты или нет. Я присяду?

– Присаживайтесь, – радушно предложил Слай. – Стульев и кресел нет, только на пол.

– Нормально. Мы так привыкли, – кивнул шаман и грузно опустился на пол. По прикидкам Слая, ему было лет под сто, не меньше, а для беаргов это довольно большой возраст.

– Итак, что вы хотите знать? И зачем вы все-таки сюда прилетели? Теперь, когда вы убрали отсюда это молодого придурка, есть возможность спокойно обсудить наши дела.

– Ты довольно грамотно говоришь, – удивился Слай. – По вашему виду не скажешь, что вы можете общаться с людьми из другого мира!

– Если наша цивилизация не идет по пути технического развития, это не означает, что мы идиоты и ничего не знаем о внешнем мире.

Слай слегка ошеломленно посмотрел на раскрашенного «дикаря», озадаченно покусал губу и прямо спросил:

– Ты можешь мне объяснить, какого черта тут происходит? С чего началось противостояние между вами и городом? Почему идет война? Да, нас наняли, чтобы доставить груз – оружие. Да, мы совершенно тут ни при чем – нас буквально заставили это сделать. Но мы не хотим быть причиной смерти множества людей, понимаешь? Нам не надо вашей гибели или горожан – всего лишь заработать немного денег! А теперь мы вынуждены вступить в войну! Кстати сказать – вы напрасно думаете, что мы не можем летать по планете – у нас есть штурмовая шлюпка. Этого хватит, чтобы поджарить все ваши поселения, и вы ничего не сможете сделать!

– Ой ли? – Шаман улыбнулся уголками рта и по-рыбьи вытаращился на Слая. – Как ты думаешь, если мы смогли усадить ваш корабль, сможем ли сбить вашу шлюпку? Ты в самом деле считаешь, что все шаманы нашего народа здесь?

– Хмм… не считаю, – искренне ответил Слай и заволновался. Неприятности были налицо.

– Вот так! – удовлетворенно кивнул шаман. – Ссадим и вашу шлюпку! И что тебе хочу сказать: ну да, попались мы довольно глупо. Говорил я этому придурку – не надо подходить близко к кораблю! Не надо требовать, чтобы они вышли! Просто запечатать их в железном ящике, и все! Все на этом и закончится! Не первый раз ведь! Но придурку захотелось победить так, чтобы об этом пели в песнях. Вот и допелся. И сам сдохнет, и нас погубит.

– Все это хорошо, – нетерпеливо перебил Слай. – Но все-таки объясни мне, какого черта вы воюете? Что вам сделали эти горожане? Почему вы не любите инопланетян? Я вообще о вашем существовании узнал только несколько часов назад! Вы мне неинтересны – почему вы считаете, что все горят желанием нанести вам вред?

– Конечно, горят желанием, – пожал плечами шаман. – А что такое, как не вред, когда вы несете в наш мир то, что его разрушит? У нас уже был опыт, была техническая цивилизация, и чем это закончилось? Гибелью миллионов людей! Планета едва опомнилась от предыдущей войны, и вы норовите втолкнуть нас в следующую? Нет, капитан, мы этого не хотим.

– Если я правильно понял, ваши «отступники» считают, что будущее за единением с Империей, а вы против этого? И хотите друг друга уничтожить, чтобы никто не мешал пойти по своему пути?

– Верно. Именно так и есть. Мы едины с планетой, она нам помогает. Мы сильны, как никогда! И зачем нам допускать сюда инопланетян, которые разрушат наше единство, начнут вырубать леса, копаться в недрах, уничтожать наш мир?! Предатели считают по-другому. Они хотят, чтобы здесь снова все превратилось в залитые бетоном площади, чтобы вода стала отравленной и люди видели зверей только в зоопарке. Да, да, я все знаю! Я помню… у меня память предков, передающаяся от матери к детям. Я помню то время, когда небо гудело от пролетающих машин, когда реки кипели от яда, выливаемого в них заводами! Хватит! Планета едва выжила. Мы теперь с ней единое целое. И если придется погибнуть – погибнем. Послушай, ты вроде приличный парень, разве ты не видишь, что происходит? Разве тебе хочется быть орудием Империи, превращающей планеты в технологические помойки? Зачем тебе это?

– Ты и прав, и не прав. Не все планеты превращаются в помойки, не все. Империя – это благо. Хотя у нее есть много слабых мест. Она огромна, неповоротлива, не всегда адекватно оценивает ситуацию. Я уверен, если бы вы оставили в покое горожан, не нападали бы на них, не пытались уничтожить ретранслятор гиперсвязи – никто и не подумал бы снабжать оружием горожан. Насколько я знаю, есть закон, запрещающий вооружать противоборствующие стороны, если уровень их технологического развития меньше, чем… не помню маркировку уровней, но в общем… дикарям оружие не дают. Они для него еще не созрели. Если есть желание – пусть дерутся луками и ножами. Но тут случай другой – вы посягнули на имущество Империи, на жизненно важный объект – ретранслятор. Зачем вам это? Что вы имеете против ретранслятора? Он нужен Империи, чтобы оперативно передавать и получать информацию от отдаленных ее границ. Правда, я не понимаю, почему его поставили на другом материке, где нет людей… но это уже вопрос к инженерам.

– Никаких вопросов нет, – хмуро пояснил шаман. – Другие материки нежилые по причине их полнейшей неустойчивости. Вулканическая деятельность. Каким бы прочным ни был ретранслятор, его или раздавит в трещине, или расплавит магмой. Да и обслуживать нельзя, когда на тебя падает раскаленный пепел или поджаривает магма. Не в этом дело. Ретранслятор – как символ порабощения Империей. Не будет его – Империи незачем будет соваться в наш мир! А мы не хотим иметь дело с этим кровожадным монстром, протянувшим щупальца через вселенную! Мы хотим тихо жить в своем мире, никого не трогать, ну зачем, зачем вы к нам лезете? В наш дом?! Это не ваше, поймите, отстаньте от нас! Мы будем драться до последнего человека, и, заверяю вас, – наши возможности очень велики! Нас можно убить только вместе с нашей планетой, которая нас защищает, любит, бережет! Мы много раз говорили вашим людям: уходите, не приходите к нам! Вы нам не нужны!

– У меня для тебя плохие новости, шаман, – грустно усмехнулся Слай, лихорадочно соображавший, как бы выбраться из этого дерьма. – Империя никогда не отступает и всегда добивается своего. Чего бы это ни стоило. Пока они пытаются решить проблему руками ваших же людей, но если не получится – просто выжгут леса к чертовой матери. Вместе с вами! Вам это надо? Ты вообще представляешь мощь Империи? Ты представляешь, что будет, если по планете ударит имперский линкор? Останется нежилой материк, на котором будет стоять этот чертов ретранслятор, будь он проклят! Кстати, если уж зашла речь о проклятии, давай уточним – что такое проклятие? Как вы это делаете? Как вы вообще смогли сбить звездолет, он ведь защищен, и так, как вам и не снилось!

– Планета нам помогает, – улыбнулся шаман, – мы просим ее помочь, просим сделать так, чтобы проклятие пало на вашу технику, и она перестает работать. Этот ретранслятор мы проклинали уже раз пять… нет – шесть. Если бы не отступники, он бы давно сдох. Но эти твари защищают его своими заклинаниями. У них тоже есть шаманы, и увы – планета помогает им тоже. Как и нам. Только мы используем ее силу во благо, а отступники – ей же во зло.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17 
Рейтинг@Mail.ru