Грифон

Евгений Щепетнов
Грифон

Они были такими ясными, такими живыми, что если бы не их серая кожа и серая одежда, можно было принять за живых людей.

Я глубоко вздохнул, обнаружив, что если сейчас не вдохну, то могу свалиться в обморок, и стал лихорадочно размышлять – ЧТО ЭТО? Ясно, что так подействовал на меня неизвестный артефакт, я впитал жизненную энергию множества убиенных злодеями женщин. Но что изменилось, что я теперь могу – вот в чем вопрос! И тут же очевидный ответ – я вижу мертвых. Вижу мертвых?! Ой-ой… вообще-то некромантия не особо-то в ранге положенного для гражданина великой России, а уж тем более для добропорядочного полицейского. Почему? Потому, что в основе некромантии всегда лежат человеческие жизни, вернее – смерть человеческих жизней. Коряво – но правда. Чтобы стать некромантом, чтобы общаться с миром мертвых, чтобы делать странные вещи, присущие магии некромантов, надо лишить жизни множество людей. И не просто лишить жизни, но еще в определенное время. С определенными заклинаниями, более того – надо быть восприимчивым к данному виду магии. Так нам преподавали на курсах магии для полицейских.

И теперь что, я – некромант?! О боже, о мамочка ро́дная! Если в УВД узнают – мне закроют путь в полицию навсегда. Некроманты считаются неуравновешенными, непредсказуемыми типами, кроме того, в них частенько вселяются демоны! Мысленно проверил уголки своей головы и тела – может, и взаправду во мне уже сидит демон? Да как я могу это определить, если он, демон, со мной сросся наглухо! Никак. Ни-как! Есть для этого специальные средства, есть тесты, и то они не дают стопроцентного результата. Нет, можно со стопроцентной уверенностью сказать, есть демон во мне или нет, если отрубить башку. И тогда демон вылезет из моего тела и с хохотом исчезнет. Только вот не собираюсь я делать такие тесты – хрен вам всем! Я собираюсь охранять тело рыжей Василисы, заработать денег, купить себе приличную тачку и выйти на пенсию как минимум майором полиции, уважаемым пенсионером, в сорок лет – как положено магу-полицейскому.

С этими мыслями я и направился навстречу человеку, одетому в безупречного покроя серый костюм и галстук, медленно и важно шествующему к шлагбауму.

Глава 4

– Вы Василий Кольцов? – спросил важный господин, строго глядя на меня и как бы подозревая, что я точно взял чужую фамилию и пытаюсь под ней пройти на священную территории Гриньковых, дабы лишить девственности их рыжую дочь.

– Я Кольцов. Вам что, удостоверение показать? – немного агрессивно начал я.

– Желательно, – невозмутимо кивнул господин, заглянул в предоставленную красную книжечку и жестом пригласил идти за собой.

Так началась моя служба в роли телохранителя госпожи Василисы Гриньковой.

Семейство олигарха сидело в полном составе в светлой столовой и осуществляло диетическое питание под надзором прислуги и кухарки.

Мое появление на пороге комнаты вызвало разнообразную реакцию у присутствующих на завтраке лиц: Василиса радостно вскрикнула и бросилась ко мне, вскочив из-за накрытого белой скатертью стола, ее брат, Вадим, поперхнулся кофе и выплюнул его прямо на скатерть, образовав темное пятно, очертаниями напоминающее Северную Америку, мать Василисы покраснела, сжала в руках салфетку так, что стало ясно – вместо салфетки она представляет горло некоего оперуполномоченного. Отец Василисы иронично ухмыльнулся и весело помахал мне правой рукой, левой держа чашечку кофе с молоком. Слуга, стоящий рядом, никак не выдал своего настроения и отношения к появившейся фигуре – это был вышколенный слуга, видавший виды и знавший, что иногда лучше промолчать не подать виду, что чего-то увидел. Себе дороже…

– О господи! С такой рожей! – злобно буркнула потенциальная теща, а Василиса вцепилась мне в шею и попыталась впиться в мой многострадальный рот своими пухлыми губками. Ее мать скривилась и растерянно сказала:

– Николай, да сделай что-нибудь! Ну что ты сидишь и смотришь на это безобразие!

Мужчина оторвался от процесса питания, вздохнул и встал из-за стола:

– Пойдем со мной, побеседуем… Василий, да? Василий и Василиса! Интересно, – задумчиво поднял брови олигарх, чем вызвал яростное фырчание свой энергичной супруги.

Я прошел за хозяином дома через длинный коридор, напоминавший виденные мной картинки Эрмитажа, поднялся на второй этаж и вошел следом за мужчиной в большой кабинет, обставленный кожаной мебелью и рядами книжных полок, уходящими до самого потолка. Олигарх пропустил меня вперед, закрыл дверь, крутнув колесико стопора, и облегченно вздохнул:

– Теперь никто не помешает. Присядем вот тут. – Он указал на два кожаных диванчика светло-серой кожи, стоявших вокруг деревянного столика, сделанного вычурно и красиво. Похоже, что этот столик стоил больше, чем я зарабатываю за полгода. А может, и еще больше.

– Курить будешь? – Мужчина пододвинул мне коробку, где пулеметными патронами были уложены коричневые цилиндрики дорогих сигар. Рядом лежала гильотинка – подозрительного желто-золотого цвета.

– Благодарю – не курю, – отрицательно помотал я головой, и приготовился к длительному и нудному разговору на тему – какой я подлец, влюбивший в себя несчастную девочку.

– А я закурю, если ты не против, – для порядка спросил мужчина, а я подумал: интересно, как это я могу отказать в курении хозяину дома? Хватило бы у меня смелости сказать – нет, уважаемый, не курите при мне! Запах табака мне отвратителен, и вообще, ваша привычка есть дикарство и пережиток прошлого! Конечно, такой смелости у меня не было. И наглости.

Мужчина откусил гильотинкой кончик сигары, щелкнул зажигалкой, стоящей моей недельной зарплаты, выпустил клуб дыма, вежливо разогнанный его ладонью, и с усмешкой спросил:

– Ну что, попал? Да ладно – не тушуйся. Я же знаю, что ты не околдовывал, что ты честный мент и спас мою дочь – за что я тебе и благодарен. Но и расстраивать супругу я не хочу. Понимаешь… некоторым образом я ее люблю. И если буду выбирать между ней и тобой, как ни странно, выберу ее. Она мне дороже. Вот вбила она себе в голову, что ты Ваську околдовал. И все тут! Хоть кол на голове теши – она всегда была упрямой. И еще: если ты переспишь с Васькой, она тебя в гроб загонит – гарантия, даже не сомневайся. Я палец о палец не ударю, чтобы тебя вытащить. Мне свое душевное равновесие дороже. Моя дочь вся в мать – своенравная, если вобьет что-то себе в голову, это не вытащить. А если еще к этому приложить заклятие…

Мужчина помолчал, выпуская клубы дыма, уходящие куда-то вверх и втягиваемые системой вентиляции, потом продолжил:

– Итак, ты меж двух огней. Слева моя дочь, желающая немедленно с тобой переспать, а также – спать с тобой всю оставшуюся ей долгую жизнь, а справа моя супруга, которая обладает ресурсом, достаточным для того, чтобы не просто испортить тебе жизнь, но и просто лишить тебя оной. Ресурс-то в принципе мой, но как я могу отказать любимой жене? – Олигарх явно развлекался, глядя на то, как я краснею и бледнею.

– Итак, в твою обязанность входит: сопровождение моей дочери там, туда, куда она скажет, охрана – я тебе выдам приличный ствол, документы на него уже подготовлены. Надеюсь, ты умеешь им пользоваться. Ты получишь одежду, приличествующую твоей новой работе, – рядом с моей дочерью не может находиться человек в таких отрепьях, как на тебе. Ты будешь жить тут, в этом доме, – комната тебе уже подготовлена. Ты будешь питаться в этом доме – лучше у себя или со слугами. Впрочем, если пожелает Василиса, то и за нашим столом. Любопытно будет в этом случае поглядеть на физиономию моей женушки! – Олигарх хохотнул и затянулся сигарой. – В общем, все обеспечение лежит на мне. Кроме того – ты будешь получать жалованье двадцать тысяч евро в месяц, которые будут падать тебе на счет ежемесячно начиная с этого дня. Пока ты работаешь в качестве телохранителя дочери. Вот твоя банковская карта – Сбербанк, так, я думаю, тебе привычнее. – Мужчина достал из внутреннего кармана кредитную карту и щелчком отправил ее через стол ко мне, замершему в немом удивлении.

– За вами будут присматривать – надеюсь, ты не подумал, что я оставлю мою дочь на милость какого-то мальчишки-мента? Твоя роль номинальна – ты игрушка моей дочери. Но при этом все же – настоящий телохранитель со всеми его обязанностями. Если ты не сможешь защитить мою дочь – я тебя уничтожу. Если, конечно, возможность спасти была, а ты сбежал, испугался или сделал что-то такое, из-за чего она пострадала. Теперь перейдем к тому, что тебе делать ни в коем случае нельзя. Итак: перво-наперво – запрещается трахать мою дочь. Если она лишится с тобой девственности – зона тебе обеспечена. За совращение несовершеннолетней, использование служебного положения в личных целях и так далее. Из зоны скорее всего ты не выйдешь. Или я не знаю свою жену. Второе: тебе запрещается не уберегать мою дочь. Боже тебя упаси допустить, чтобы с нее слетел хоть один волос. Ты пострадаешь. Но это я уже говорил, повторяюсь. И третье: если хоть что-то, что ты увидишь в этом доме, услышишь случайно или намеренно, выйдет из этого дома, попадет к журналистам или же к моим конкурентам – ты умрешь. Я просто тебя убью. – Черты лица олигарха замерли, как будто окаменели, он разом превратился из веселого мужичка в статую горгульи, живо напомнившую о том, что, как писал Маркс: «В основе каждого крупного капитала лежит преступление».

Преступление в основе капитала гражданина Гринькова было, и, похоже, не одно. И одним больше, одним меньше – для него значения не имеет. Это я почувствовал совершенно определенно. Ну что было делать? Встать и уйти? Или не встать и не уходить. И в том, и в этом случае мне грозили неприятности, и очень большие. Но во втором случае – возможно, был какой-то выход. Опять же – деньги неплохие… в общем, я сдался.

– Где могу получить оружие? – холодно спросил я. – И еще – мне надо магические спецсредства. Список я вам передам через час.

– Хорошо, – не удивился олигарх. – Все, что необходимо, все получишь. За тобой закрепляется автомобиль «Мерседес-703» с бронированным корпусом. Машина одушевленная, но есть и ручное управление для экстренных случаев. Камень только что разогрели, так что проблем не будет. На забывай только подливать воду. Впрочем, это тебе не российский автопром, ее надо будет заливать раз в месяц при самой интенсивной езде. И еще – будь поосторожнее с моей супругой. Она так-то женщина хорошая, и мне не хотелось бы, чтобы она взяла грех на душу, убив тебя. Лучше смолчи лишний раз. И по дочери – пусть целует-обнимает, что угодно делает с тобой, но если ты лишишь ее девственности… любым способом… в общем – читай выше. Да! Первое твое жалованье упадет на карту через час. Если возникают какие-то вопросы – решать будешь с Борисом Викторовичем – это управляющий моим домом – он тебя встретил у КПП.

 

– Как мне вас называть?

– Владислав Петрович, а супругу Мария Васильевна. Я заместитель генерального директора «Главнефтепродукт сервис». Это чтобы ты знал. У меня еще есть сын Вадим, он старше Василисы на два года. Ты видел его за столом. Со слугами сам познакомишься. Одушевление машины записано на Бориса, подойдешь к нему, он тебя познакомит с машиной. Ну что же – вроде все. А! – забыл: начальник охраны Игорь Михайлович, у него и получишь оружие. Прямо сейчас шагай, он в курсе. Найдешь его на первом этаже, направо от входа, синяя дверь. Твоя комната на третьем этаже, Борис тебе покажет. Еще нюанс – парень ты молодой… с девушками из персонала можешь, сколько тебе угодно, по их согласию, конечно, и не так уж явно, чтобы не расстраивать мою дочь. Ведь она реально тебя любит. Не советую тебе ее расстраивать… Если захочешь найти развлечения в городе – нет проблем, девок сколько угодно, только сюда водить их запрещено. Итак: сейчас к Игорю Михайловичу, вооружаешься, потом к Борису Викторовичу, получаешь доступ к машине, к комнате, получаешь одежду и обувь, а затем – поступаешь в распоряжение моей дочери. Все, шагай!

И я пошагал. Комната оказалась довольно большой, светлой, с широкой двуспальной кроватью. Это был не намек, конечно, комната гостевая, и никто не станет специально переставлять, ставя для меня узкую, недвуспальную кровать. При комнате – туалет, ванная – светлые, большие, размером с нашу квартиру в Заводском районе. Живут же люди! В шкафу уже висели костюм, рубахи, галстуки – все, что мне нужно. Одних трусов штук тридцать, как бы на каждый день месяца. Тут же я с неприязнью подумал – чего я им, засранец, что ли? Столько трусов… Считают, что я в них делаю каждый день, наверное. Ну что сказать – я парень с рабочей окраины.

Получил и ствол. «Глок». Очень понравился аппарат – в кино такой видал. Плоский, небольшой, но очень мощный – последняя модификация. Есть все, даже запасная обойма с разрывными патронами. Начальник охраны – приличный дядька, чем-то напоминающий Семеныча, только гораздо старше, видно, что мент на пенсии.

Он внимательно осмотрел меня, вздохнул и сказал:

– Посещение спортзала обязательно. Он находится в полуподвале, там тренажеры и все, что нужно для того, чтобы сделать из тощего доходяги нормального человека. Ходи хотя бы через день. Это зал для охраны, хозяева занимаются в другом, на третьем этаже. Рукопашный бой – я сам преподаю своей охране – каждый день. Там же, в зале. Я знаю о тебе все, что можно знать. Ну что сказать, парень… бывает и хуже. Наслаждайся жизнью и забудь о неприятностях – что еще можно тебе пожелать?

«Действительно – что? Может, не видеть эти рожи?» – подумал я и с отвращением посмотрел на тень некоего старика, кивающего головой из-за начальника охраны. Старик был похож на Санта-Клауса, имел развевающуюся бороду и длинные белые волосы. Интересно, из какого века он вылез?

– Вот еще что – тир находится рядом со спортзалом, каждый день обязательно нужно выпускать по мишени минимум пять обойм. Сегодня зайдешь – я посмотрю, как ты стреляешь. Если плохо – будешь жечь патроны, пока не научишься хотя бы сносно попадать в цель. Знаю я эту ментовскую тренировку в стрельбе – хорошо, если свою задницу не прострелит: «Лейтенант Сидоров, на огневой рубеж шагом марш! Заряжай! Огонь! Лейтенант Сидоров стрельбу окончил! К мишени, шагом марш!» Млять – в поясную мишень семьдесят процентов недоумков попасть не могут. В наше время хоть стрелять умели, а сейчас менты совсем убогие сделались – мелкорослые, как карлики, хилые, чахлые. Впрочем, если тебя подкачать – ничего так будешь, рост у тебя нормальный. Может, потому и выкинули из ментовки, что слишком выделяешься?

– Никто меня не выкидывал, – попробовал огрызнуться я. – Я тут временно, пока не решу вопрос с Василисой.

– Интересно, а чего ты имел в виду под решением вопроса, – ухмыльнулся Игорь Михайлович. – Смотри, решальщик, не заигрывайся… Что касается «временно» – нет ничего более долговечного, чем бараки, которые строили на три месяца. Они потом стоят тридцать лет. Эта пословица раньше нас с тобой родилась, еще в домагическое время. Кстати, ты единственный маг в доме. Придется закупать тебе магические порошки отдельно. У нас ничего такого нет.

– Почему это? – не понял я. – Как вы без магов обходитесь? Неужто ни одного нет? И мутантов нет – оборотней, нимф и всякого такого прочего?

– Нет ничего такого. Хозяйка очень не любит магов и мутантов, испытывает к ним недоверие. Да и хозяин не очень-то этих кадров любит. Ну, представь, если появится оборотень, который своим волчьим слухом слышит все, что делается в кабинете хозяина даже через двойные двери. Даже сквозь звукоизоляцию. А у него деловая встреча, а бизнес – такое дело, что тут нельзя без тайных переговоров, без секретов. Зачем ему подслушивающие и подглядывающие шпионы?

– Ну я-то не оборотень, обычный маг-поисковик. Чего такого-то?

– Никто не знает, что вы, маги, на самом деле умеете. Вы и сами-то не знаете. Может, у тебя разовьются способности видеть сквозь стены, или подслушивать, или… в общем, не любят у нас магов. Не допускают их в дом. Ты – единственное исключение. Если бы не Василиса… кстати, ты правда ее не околдовал, ну так, чисто между нами?

– Не делайте из меня дурака, а? Может, я и выгляжу полным лохом, однако достаточно опытный мент-разыскник и ваши дешевые понты вычисляю на раз, уважаемый Игорь Михайлович, – окрысился я. – Зачем спрашивать то, на что будет однозначный ответ? Если я не околдовывал – отвечу на ваш вопрос – нет! Если околдовывал – тем более скажу – нет, так как преследую свои цели! Так какого черта вы спрашиваете?

– Хммм… ты и правда не так прост, как кажешься с первого взгляда, – усмехнулся начальник охраны. – Что же, мне кажется, мы с тобой сработаемся. Впрочем, нам ничего другого не остается. Я не могу тебя уволить без ведома хозяев, а ты не можешь уволиться – по той же причине. И все-таки, а ты можешь снять с нее заклятие? И вообще – зачем оно было наложено? Как ты это понимаешь.

– Снять – не могу. Не хватает уровня магии, не хватает контрзаклинания, а самое главное – ингредиентов для изготовления колдовского порошка, признался я, – ну сами посудите, как можно приготовить этот порошок для снятия заклятия, если одним из его компонентов является кровь, появившаяся у объекта воздействия после лишения ее девственности? То есть – снять можно, имея высокий уровень магии, но для того вначале нужно этот объект трахнуть! А за то меня сгноят в земле – обещали добрые наши хозяева. Я специально почитал литературу по этому заклинанию и контрзаклинанию на него. Кстати сказать – наложить заклинание легче, а вот снять его… практически невозможно. С годами оно теряет силу, ослабляется – но ненамного. Первые пять лет объект просто на стену лезет от желания быть рядом со своим объектом вожделения, видеть его несколько раз в день… спать с ним. А если не может этого всего делать – получает нервный срыв, иногда даже кончает с собой, если имеет слабые нервы.

– Хмм… интересно, – покачал головой начальник охраны. – Сочувствую тебе. Представляю, что тебя ожидает. Держись. Очень бы не хотелось, чтобы с тобой что-то случилось. И все-таки с какой стати маг-наркодилер наложил на нее такое заклятие? С чем это связано?

– Я скажу вам свои соображения, а вы мне расскажете, как вообще произошло похищение, ладно? Я же буду ее охранять, так что мне нужно знать.

– Без проблем. Ну, так что ты думаешь по вопросу?

– Итак, давайте рассуждать: есть некий маг, которому что-то нужно от объекта «Х». Например, время от времени брать у нее кровь. Как сделать, чтобы объект «Х» не только не протестовал против этого, но и всячески содействовал своему похитителю? Конечно, влюбить в себя намертво. Что и должно было случиться.

– Но как ты-то оказался на месте этого мага? – не выдержал начальник охраны. – Почему она влюбилась в тебя, а не в того самого мага? Нестыковочка!

– Видно, что вы плохо знаете магию, – усмехнулся я, а начальник охраны пожал плечами – что есть, то есть. – Я специально порылся в справочниках, в том числе и ДСП. Так вот – у заклинания подчинения – так оно называется в оригинале – есть побочное явление: после того как его налагают, объект воздействия впадает в состояние, близкое к коме, на неопределенное время. Первый человек, которого он увидит после пробуждения, и будет его предметом вожделения. Когда очнется заклятый – никто не знает. От минуты до нескольких суток – вот период комы. Сразу возникает вопрос – почему маг не мог наложить заклятие тогда, когда Василиса находилась у него в руках? Ведь ее не было три дня! Это может сказать только он, когда его поймают. Но он от нас ушел. Улетел. Можем только выдвигать предположения – например, не было нужного порошка. Или вульгарно некогда было. Заклинание непростое, его нужно налагать в определенное время суток, после определенных процедур. Ну что же – дальнейший результат вы знаете.

– Забавно. Слушай – а вот сказки о спящей царевне, там вроде как ее будили поцелуем, и она сразу влюблялась в принца… тебе не кажется, что магия была еще до падения болида? Что при падении метеора она лишь вырвалась наружу?

– Может, и так. Кстати, что касается пробуждения принцессы – в оригинале, насколько помню, поцелуем и не пахло. Принц совершил с принцессой половой акт, после чего она проснулась и в него втюрилась. Поинтересуйтесь вот, для интересу. Я интересовался…

– Вот это ты врешь, – усмехнулся начальник охраны. – В оригинале сказки принц занялся со спящей красавицей сексом, потом бросил ее в постели и спокойно уехал домой. А у нее через девять месяцев родилась двойня, и один ребенок стал сосать палец матери и высосал оттуда ядовитый шип, от которого она ранее и заснула. Девушка проснулась – оп-па! Она в постели и два младенца рядом! И совсем она не девушка даже! Так-то вот, «молодой», я лучше помню…

– Ну вы и постарше, древнее – сказка-то старая, вы к ней по возрасту поближе будете – так что вам и карты в руки, – ухмыльнулся я. – Мой вариант более приближен к реалиям. Все-таки к делу, расскажите, как исчезла Василиса. Неужели вы все, с вашими возможностями, вашей технической оснащенностью, не смогли уберечь одну девчонку? Даже не верится.

– И мне не верится, – сознался Игорь Михайлович. – Школа закрытая, охрана. Наши сидят в машине возле входа, на улице. Василиса не выходит. Начинается паника, ее ищут. Нет! Нигде нет! Она не выходила, но ее нет. Рюкзачок с учебниками исчез, девушки нет. Одноклассники ничего не видели, не слышали.

– А кто решил обратиться в отдел магов-поисковиков? Если вы так боитесь магов? Как вообще хозяйка решилась на такой шаг?

– А что еще оставалось? – пожал плечами начальник охраны. – Третьи сутки прошли, все попытки разыскать были безуспешны. И тогда я вспомнил о новом отделе – оперативно-магическом. Навел справки, и мне сказали, что там есть хороший маг-поисковик. Некий Кольцов, пацан молодой, но подающий надежды, и главное – всегда находит человека, если тот жив. Ну вот мы и обратились к тебе. Можно сказать, моя инициатива. Правда, за это я уже получил порцию дерьма. Маг-поисковик оказался злодеем, околдовавшим несчастную наивную девушку. А крайним оказался я, не рассмотревший в этом наивном пацане исчадье ада, хитрое, коварное и злобное, как три сатаны.

– Я чего-то даже как-то приподнялся в своих глазах – не все удостаиваются звания сатаны, да еще трижды! – хмыкнул я. – У вас там нет специальных знаков, носимых на заднице – «Адепт сатаны третьего класса»?

– На заднице у нас носят только следы пенделей, когда работника выкидывают пинком за профнепригодность, – невозмутимо ответил начальник охраны. – Это грозило всем нам, после того как Василиса пропала. Надо сказать, что она вообще-то любимица отца и матери и якобы ее метят на тепленькое местечко где-то в руководстве структурой нефтянки. Или версия два – замуж за очень важную персону – вот откуда и такая забота о ее девственности. В наше время очень трепетное отношение к первому акту любви, непонятно даже почему так. Во времена моей молодости к этому делу относились как к пережитку прошлого, времен Ивана Грозного. Ну какая разница – был у девушки до свадьбы секс или нет?

 

– А мне все очень даже понятно, – пожал плечами я. – Вы мыслите категориями прошлого, домагического времени. Кровь и части тела девственниц, особенно рыжих, особенно рожденных под знаком Скорпиона, входят в состав бесчисленного множества магических порошков, и некоторые из них стоят баснословных денег. Так что наша Василиса это ходячий капитал, и нет ничего удивительного в том, что ее похитили. Кстати, она-то что-то о похищении помнит? Впрочем, даю рупь за сто, что она ничегошеньки не помнит. Я бы на месте похитителя оглушил ее магией и стер память.

– Что он и сделал, – согласно кивнул головой начальник охраны. – Я всегда говорил хозяину – надо иметь в штате мага! Ну нельзя в наше время, время магии и чудес, работать дедовскими методами! Конечно, они тоже имеют право на существование, эти самые дедовские методы. За сотни лет наработан огромный опыт спецслужб, нельзя сбрасывать его со счетов. Но – в нем нет примеров борьбы с магами! Мы не можем противостоять магическому воздействию, и это печально. Если уж бог послал в этот мир Магию – надо к ней приспосабливаться. Видишь, как ты ловко все разложил по полочкам, ведь я некоторые вещи и не знал. Они слишком специфичны и не входят в круг интересов начальника охраны. Откуда вот я мог знать о принципе действия заклятия подчинения? Кстати, уже чисто для интереса – а если бы ее разбудила женщина? Ведь Василиса никогда не имела склонности к лесбийской любви. Как она бы отреагировала на такой пассаж?

– Хммм… искренне бы ее любила, заботилась бы о ней – исключив сексуальный мотив, если она не лесби и не би. Отдала бы за нее жизнь, если б понадобилось. Напрашивается вопрос про мужчин, да? – усмехнулся я. – То же самое. Если нет склонности к гомосексуализму, никакие заклинания не заставят совершать сексуальные действия с человеком одного с вами пола. Это же на генетическом уровне заложено, так что…

– Ффухх… ты меня успокоил, – рассмеялся Игорь Михайлович. – Не хватало, чтобы кто-нибудь кинул заклинание и я стал педерастом. Кстати, а возможно наложить заклинание подчинения на расстоянии? Вернее – так: на каком расстоянии можно наложить заклинание подчинения?

– На нулевом. Маг должен касаться жертвы руками, желательно обеими. Тогда магия легче входит в тело объекта. На расстоянии это сделать нельзя.

– А вот это хорошая новость! – обрадовался начальник охраны. – Надо предупредить ребят, чтобы не здоровались за руку с незнакомыми людьми. Ну ладно – поговорили хорошо, я доволен. Ты дельный парень, мы сработаемся.

– Прежде чем я приступлю к своим обязанностям, расскажите мне распорядок для Василисы и что конкретно я должен делать.

– Делать? Болтаться рядом с ней и ублажать ее всеми методами, кроме сексуальных. Это же понятно. Ее распорядок: утром ты отвозишь ее в школу, после окончания занятий забираешь и везешь туда, куда она скажет. В клуб так в клуб. Домой так домой. Ресторан так в ресторан. Вообще-то я считаю, что этой девушке позволяют слишком много, но это их дело, хозяев. Считают, что нормально для молодой девчонки оставлять в клубе по пятьсот баксов зараз, – это их дело. Это их деньги.

– А если она снова исчезнет из школы?

– Ну что теперь, поставить охрану прямо у нее за спиной? Ну что теперь поделаешь? Будем искать злодея и накажем по всей строгости. Охрану у нее за спиной, говоришь… – начальник охраны задумчиво посмотрел на меня, и я понял – неприятности продолжаются!

– Оставь ствол. – Начальник охраны сиял радостью и весельем. – И удостоверение оставь у себя в комнате. Ну какой школьник ходит с ментовским удостоверением?

– Порошки магические можно взять? – Мой голос был хмурым, как октябрьское утро.

– Возьми, почему и нет, – сиял Игорь Михайлович. – Не возбраняется! Главное – не забудь тетрадки и учебники. Слушай еще раз: руководство школы – директор, завуч – в курсе. Остальные учителя – нет. Учащиеся – тоже нет. Охрана строго-настрого предупреждена – не болтать – под страхом увольнения и репрессий. Твоя легенда: ты троюродный брат Василисы, Василий Симаков, приехал из Магнитогорска. Сирота. Родители погибли в авиакатастрофе. Она в тебя влюблена, поэтому ходит только с тобой, гуляет с тобой и так далее. Все ясно?

– Ствол-то отдайте…

– Никаких стволов! У школьника не может быть ствола! Все равно металлодетектор на входе в школу учует, и будет грандиозный скандал. Тогда вся задумка прахом. Твоя сила в магии, ты же маг, на кой черт тебе ствол? Не выдумывай, чего не надо! Ах, как хорошо я придумал… и овцы целы, и волки сыты. Физиономия у тебя детская, я бы тебе дал лет семнадцать точно, а то и меньше. И даже фингал в тему – пацаны же дерутся. Ты по легенде что-то вроде приживалы, влюбленного в Василису, как и она в тебя. И держись этой версии, без вариантов.

– Привет! – Василиса чмокнула меня в щеку и запрыгнула в «Мерседес», стоящий возле подъезда. – Ну что же ты, давай быстрее!

С тяжелым сердцем я уселся на заднее сиденье рядом со своим охраняемым объектом. С тяжелым – потому что все вышло не так, как планировалось. Вместо того чтобы нормально, важно сидеть в «Мерседесе» и дожидаться девчонки, изображая из себя великого телохранителя, я вынужден снова пойти учиться в школу.

Спросить любого из людей – хочет ли он снова пойти в школу? Хочет ли снова сесть за парту и пройти все эти круги школьного ада? Сомневаюсь, что они скажут – да! Вот и я не сказал бы, что сильно желал снова посетить школу.

Василиса в автомобиле тут же прижалась ко мне, положив голову на плечо, и я замер, боясь пошевелиться. От нее пахло каким-то кремом, легкими духами, в которых я ни черта не разбирался, а еще – пахло большими деньгами, которых у меня не было и скорее всего никогда и не будет. Для нее этот «Мерседес» последней модели был чем-то вроде автобуса, а я с интересом разглядывал салон автомобиля, конструкцию сидений, приборную панель, за которой сидел водитель в форме и фуражке, как в каком-то старинном видеофильме. Похоже, что родители Василисы испытывали излишнюю склонность к внешним эффектам.

Девушка сопела, прижимаясь ко мне, и я на минуту представил, что это не охраняемый объект, а просто моя девушка, которую я люблю и с которой мы едем далеко-далеко, туда, где не помешают нашей любви.

Это чувство быстро прошло, когда мой взгляд снова упал на приборную панель «Мерседеса». Парень с рабочих окраин точно не может иметь такую машину – максимум старая «Мазда» или «опелек».

Василисе объяснили всю ситуацию, и она была в восторге – что может быть лучше, чем не расставаться с возлюбленным нигде, даже в школе! Вот так мы и оказались сегодня вместе на заднем сиденье автомобиля.

Мой взгляд все время скатывался на обтянутые темными колготками колени девушки, и я ругал себя – нечего заглядываться! Не твое! Даже и не думай! Это мина! Не трогай ее! А мысли все лезли и лезли в голову… вот бы сейчас погладить эти гладкие бедра… а какая у нее упругая, твердая грудь… а какие губки – так бы и впился в них долгим-предолгим поцелуем!

Василиса как будто услышала мои мысли, завозилась, усаживаясь поудобнее, и как бы невзначай положила руку на мою ширинку. Я мысленно ойкнул и осторожненько убрал руку-агрессор от своих возбужденных чресел, переложив ее на бедро хозяйки. Она тут же поймала мою руку и сунула себе на внутреннюю часть бедра, с придыханием спросив:

– Тебе нравится? Я вызываю у тебя сексуальное желание?

– Ты же знаешь, – сердито ответил я, выдирая свою руку, зажатую твердыми бедрами девицы. – Прекрати приставать! Знаешь же, что я могу из-за тебя пострадать!

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23 
Рейтинг@Mail.ru