Прыжок за мечтой. Шинни

Евгений Косенков
Прыжок за мечтой. Шинни

Глава 1

Стакан разлетелся на кучу мелких осколков при ударе о кафельный пол, разбрызгав остатки слабо заваренного чая по стене и брюкам гостя. Тот лишь брезгливо посмотрел на неожиданную неприятность и не сдвинулся с места.

– Александр Иванович! Вы реально не понимаете, что Александров – враг народа! Или вы тоже с ним заодно? Я в органы отправил необходимые бумаги. Канадский хоккей! Уму немыслимо играть в буржуазную игру и учить этому молодёжь! Подрыв устоев партии и государства, а это я вам скажу, не много, ни мало – высшая мера! И вы готовы пожертвовать собой и своей семьёй?

– Кузьма Иннокентьевич, – не выдержал Румянцев. – Футбол, тоже буржуазная игра и пришла к нам из Англии. Так давайте и его запретим!

– Не надо передёргивать! Футбол никто не запрещал!

– Канадский хоккей тоже никто не запрещал! – возразил Румянцев.

– Но его заклеймили и вынесли приговор ещё в 1934 году! Это буржуазное действо вредит социалистическому строю!

– Где вы такое прочитали? Там всё иначе…

– Между строк прочитал! Меж-ду строк! Я всё читаю между строк и поэтому знаю больше, чем некоторые тренера, которым место на конюшне, а не возглавлять сборную города!

– Ну, знаете, с таким подходом можно всех во врагов записать! – Румянцев встал, не глядя, нащупал на столе бумажную папку с тесёмками. – Александров будет играть в моей команде!

– Нет! Не будет! Я поставлю вопрос о снятии тебя с должности тренера сборной города!

– Не ты ставил, не тебе снимать! – жёстко ответил Румянцев и вышел из кабинета.

Сборная Новосибирска готовилась к матчам Кубка СССР на стадионе «Динамо». Румянцев собрал в команду лучших хоккеистов города. Попадание в состав Костика для некоторых стал неожиданным. Отношения в команде с Павлом Ербухиным не сложились сразу. Оказывается ещё в игре со «Спартаком» Костик несколько раз обыгрывал Павла и делал это издевательски и ехидно, как сказал «невинно пострадавший». Ербухин на фронт так и не попал. Призванный летом 41-го он оказался под Смоленском в составе 127-й дивизии, которая позже была переименована во 2-ю гвардейскую. Но повоевать ему не удалось – воспаление лёгких, госпиталь. В октябре при следовании в часть из госпиталя попал под авианалёт. Ранение, осколок угодил в место, откуда растут ноги и опять госпиталь. Затем запасной полк, а в феврале 1942 года при переходе реки провалился под лёд. Вытащили, но опять воспаление лёгких и госпиталь. Вылечился, но на фронт больше не попал. Служил в интендантской роте до весны 1944 года, пока не напоролся ногой на гвоздь. Заражение, даже ногу чуть не отняли. Но повезло. В итоге вернулся домой, так и не выстрелив ни разу даже в сторону врага. Вот от этого он злился и любил позубоскалить зло и порой до мордобоя. Костик не ответил на его колкость раз, другой, и Ербухин начал сыпать в его адрес ехидными замечаниями и обидными словечками.

На одной из последних тренировок перед игрой со сборной Омска Костик не выдержал и от всей души ударил зубоскальщика в челюсть. Глубокий нокаут. Свидетелей не оказалось и виноватым в случившемся, стал Костик. Удар получился на славу, любой боксёр позавидует.

Звонарёв, Кузин, Занозин, Сентюрин заявили сразу, что Ербухин виноват сам, но инцидент вышел за пределы команды. В расположение сборной примчался Кузьма Иннокентьевич Шалошко, словно только этого и ждал.

– Я тебе говорил, Румянцев? А ты не стал слушать! Вот истинное лицо врага народа и проявилось. Сейчас товарищ из органов подъедет и разберётся, – потирая руки, и широко улыбаясь, сказал Шалошко. – Ты не дуйся на меня, сам виноват, что просмотрел врага и в команду взял.

– Ты что творишь? Александров военнослужащий. Сержант. Ты понимаешь, что и генерала Курдюмова ты сейчас обвинил в предательстве?

– Вон куда ниточка тянется! Бывший белый офицер – бывшим не бывает! – Шалошко даже ногой притопнул от удовольствия.

Румянцев нервно закурил, хотя зарекался не курить. Тем более в тренерской.

– Ненавижу интеллигентов! – изрыгнул из себя Шалошко.

– За это, Кузьма Иннокентьевич, не сажают.

– А жаль! – Шалошко выглянул за дверь. – Александрова сюда! Быстро!

Вместо вызванного Александрова появился капитан госбезопасности. Левая рука висела на перевязи. Во второй руке была зажата шинель. Взгляд выцветших глаз стальной, пронзающий насквозь. Он отстранил с пути Шалошко, который хотел с ним заговорить, и показал пальцами, чтобы все молчали. Прошёл за стол, стоящий в углу тренерской, повесил шинель на открытую дверцу шкафа, сел на стул и огляделся.

Шалошко остался стоять в дверях, слегка приподнявшись на цыпочки, а Румянцев мрачно поглядывал в сторону капитана.

– Кто из вас Шалошко? – спросил капитан таким тоном, будто вокруг одни враги.

– Ийя, – сглотнул внезапно образовавшийся комок Кузьма Иннокентьевич. – Йя и бумагу вам заслал… выслал…написал. Этот Александров…

Капитан вздохнул.

– И где Александров?

– Сейчас приведут, – стоя на цыпочках и умудряясь склонить голову в поклоне, ответил Шалошко.

– Я и сам пришёл, – буркнул Костик.

Капитан как-то странно глянул на Костика, и подавил улыбку. Сделал строгое лицо.

– Кто вызывал меня?

– Тая я и вызывал, – вкрадчивым голосом заговорил Шалошко. – Дело в том…

– Стойте там, где стояли.

– А вы у нас кто? – обратился капитан к Румянцеву.

– Тренер, – односложно ответил Александр Иванович и потушил папиросу о край стола.

– Шалошко, рассказывайте. Только по существу.

– Я всегда только по существу. Я по-другому не умею. Значит, так. Вот он, – Шалошко ткнул пальцем в сторону Костика. – Он пытался убить лучшего игрока сборной города. А ещё он пропраганди… пропангади… завлекает молодёжь буржуазной игрой. Канадский хоккей называется. Наше общество единогласно осудило эту игру ещё в 1934 году…

– Достаточно. Товарищ Румянцев, вы, как тренер, что скажете?

– Товарищ из обкома не знаком с ситуацией, – Румянцев скользнул взглядом по настороженному лицу Шалошко. – Бытовой случай. Ни политики, ни криминала.

– А вы, товарищ Александров, что скажете в своё оправдание?

Костик смотрел на капитана, и казалось, что он с ним где-то встречался. Голос казался смутно знакомым.

– Что тут скажешь? Он выпросил и получил.

– Хм, кратко и ёмко. Получил за дело? – с усмешкой капитан откинулся на спинку стула.

– Без дела какой смысл махать кулаками?

– Занимались боксом?

– Нет. Не люблю мордобой.

– Ха-ха-ха, – рассмеялся капитан. – Забавно. А удар у вас отличный, словно готовили вас в разведшколе.

– Благодарю за комплимент, – отозвался Костик и похолодел.

Его что, теперь ещё и немецким шпионом пытаются сделать?

– Интересный вы человек, товарищ Александров. Полно в вас неожиданных сюрпризов. Видел, как вы играете в бенди и должен сказать, весьма на уровне. Словно за вашими плечами не было никакой войны и голода, тяжёлых ранений и провалов в памяти. Товарищ Шалошко утверждает, что вы самый настоящий враг народа. У вас, если я не ошибаюсь, в городе есть родня?

– Они все враги! – вклинился молчавший до этого Шалошко.

– Я давал вам слово? – капитан полоснул по нему стальным взглядом, словно бритвой, от которого Шалошко отшатнулся и громко икнул. – Товарищ Румянцев, скажите, вы сами выбрали Александрова в команду? Или кто-то посоветовал?

– Сам. Это моё решение. В сборной должны играть лучшие. Александров, конечно, допускает много брака, но в созидании, скорости и обводке он лучший.

– Товарищ Шалошко, вы хоть и член обкома, но делать такие заявления на человека, который кровью и потом защищал родину и вас в том числе – по крайней мере, неправильно. Вы ведь не воевали, товарищ Шалошко?

– Э-э, ннет, я не мог. Здоровье, знаете ли, – заблеял Кузьма Иннокентьевич.

– Ну да, конечно, – капитан постучал пальцами по столешнице. – За что вы отвечаете в обкоме?

– По сельскому хозяйству я.

– Прямыми своими обязанностями не пытались заниматься?

– Партии до всего есть дело! – взвился Шалошко. – Партия…

– Слушайте сюда, товарищ Шалошко. Здесь произошёл неприятный, но житейский случай и раздувать из него что-то большее не следует. Мы и так задыхаемся от воров и саботажников. Канадский хоккей, как и футбол, буржуазные виды спорта, как вы говорите, но это всего лишь вид спорта и не более. Поэтому ваше заявление считаю рассмотренным и проверенным. А теперь оставьте нас с товарищем Александровым наедине. Ах, да, распорядитесь, чтобы нам принесли чая. Прохладно тут у вас.

Румянцев и Шалошко вышли. Костик почувствовал, что гроза миновала. И на первое место вышел интерес.

– Здравствуй, Александров, – капитан закурил. – Не думал, что доведётся встретиться.

– Кто вы?

– Не вспомнил? Впрочем, с той нашей встречи я сильно изменился. Ты тоже очень сильно изменился. Помнишь, после госпиталя, в сорок втором, лейтенант, который тебя отправил на второй круг в штрафбат? Крыленко моя фамилия. Я тебя тогда Звягину передал в роту Васильцова.

Костик вспомнил. Лейтенант тогда отнёсся к нему по-человечески. Дал поесть и нормально выспаться.

– Вижу, вспомнил. А я тебя запомнил. Сам не знаю, почему. Много людей через меня прошли, лица, имена стёрлись, а тебя не забыл. Ты тогда мне показался каким-то другим что ли. Не знаю, как объяснить.

Дверь открылась. Немолодая женщина принесла в руках два стакана чая.

– Сахарку нисколечку нету, – протянула она, поставила стаканы на стол и быстро ушла.

– В общем, запомнил я тебя, – капитан улыбнулся. – Иногда судьба дарит нам сюрпризы. Кто бы что ни говорил, а играешь ты здорово! Я видел игру с «Динамо». Как ты между двумя игроками проскочил, непонятно. Костя, расслабься. Всё в порядке. Война вот-вот закончится. А ты стал более замкнутым, чем был тогда.

 

Костик смотрел на прежнего лейтенанта и не знал, как себя лучше вести.

– По поводу ребят и канадского хоккея не беспокойся. Никто его не запрещал. Курдюмов о тебе неплохо отзывался. Игрок с блестящим будущим. Я полностью с ним согласен. Не так я нашу встречу представлял. Хотя чего я ждал-то? Я просто рад, что ты остался жив. Просто рад.

Капитан отхлебнул чая, накинул шинель.

– Я теперь в городе. Буду нужен, поговорить или по делу, обращайся, он хотел ещё что-то сказать, но передумал.

Он вышел, и Костик услышал удаляющийся стук его сапог.

Румянцев занял место капитана и внимательно посмотрел на Костика.

– Везучий ты, Константин. Даже не представляешь, какой везучий.

– Александр Иванович, можно сегодня к родственникам съездить? Завтра к утренней тренировке буду.

Румянцев задумался.

– Езжай, только в гражданке. И как понимаю, прощение у Ербухина просить не станешь?

– Мне не за что просить прощение.

Сердце застучало бешено и громко, когда Костик свернул на знакомую улицу. Пришлось остановиться, немного отдышаться и унять сердцебиение. У него сейчас было такое чувство, что он возвращается домой и скоро увидит всех своих близких. С другой стороны они и есть самые близкие и родные в этом мире. И поведение организма не удивительно.

Минус двадцать. Зимой темнеет быстрее. Сумерки уже легли на город, скоро будет совсем темно. Костик дошёл до калитки, и устало облокотился на неё спиной. Выдохнул горячий воздух и долго смотрел на темнеющее небо и появляющиеся звёзды.

Зигзаг судьбы изменил для Костика мир, его взгляды и всю жизнь. Тогда в сорок втором, он только мечтал о хоккее, а сейчас его мечты уже воплощаются. Они реальны. Он в сборной города в бенди. Но очень скоро бум канадского хоккея захлестнёт всю страну. Начнут проводить первенства города, страны. И вот тут его мальчишки могут наделать шороху. Давно не был в Мошково. Как они там без меня?

– Оппочки! Это кто тут у нас? – раздался совсем близко весёлый голос. – Никак денежку фраерок принёс, чтобы мы его не искали.

Костик опешил от неожиданности. Трое. С папиросами во рту. Руки в карманах. Вид блатной шпаны. Сплёвывают с уголка губ, не вынимая папиросы.

Мордовия. Так называется эта часть района. Отчего пошло такое название, Костик не знал. В этих местах проживало много тех, кто отсидел по самым разным статьям.

– И чего это мы тебя тут никогда не видали? Заблудился? Так мы поможем найти дорогу!

Они засмеялись и пропустили рывок Костика. Прямой удар в челюсть, и центральный, не успев вынуть руки из карманов, опрокинулся на спину. Локтём правого и удар левой сверху вниз – не боец. А третьего уже не видно. Сбежал? А нет. В сугроб упал и барахтается там. Вон как конечностями сучит.

– Забирай дружков и вали отсюда! Попадётесь мне на пути хоть раз, обижайтесь сами на себя. Ясно сказал? Или повторить?

Третьему удалось выбраться, наконец, из сугроба. И через минуту его уже не было.

Двое оставшихся еле шевелились. Значит, скоро придут в себя.

– Наше вам, с кисточкой! – ляпнул Костик и отворил калитку.

Успел к ужину, что называется. Радости родных не было предела. Дед улыбался и требовал от бабушки наливки по такому важному и неожиданному событию.

– Мне спиртное нельзя, – сразу отказался Костик.

– Из-за ранения? – осведомилась Нюра.

– Из-за него тоже, – соврал Костик. – Я ведь теперь в сборной города по хоккею с мячом. Завтра утром тренировка. А вечером игра.

– Вот это внучек! Вот это наша порода! А ты бабка не хотела наливку давать! Да за такого внучка каждый день надо!

– Я тебе, старый, дам, каждый день! Ишь, чего удумал!

– Да ну тебя! Во сколь играете? На водной станции?

– На «Динамо» в шесть, – говорил Костик, уминая за обе щеки картошку с солёными огурцами.

– Тощий, какой, – Нюра погладила Костика по плечу. – У Шуры жених пропал без вести ещё в сорок первом, а тут на него похоронка пришла, что погиб в Венгрии в начале января. Она его оплакать не успела, как пришло письмо из госпиталя. Представляешь, жив! Посекло сильно, думали – убит, забрали документы. А когда похоронная команда начала хоронить, он застонал. Вот ведь судьба, какая.

– На войне и не такое случается, – ответил Костик и вспомнил почему-то капитана. А вот фамилию его никак не мог вспомнить.

– Ты всё, вернулся? – дед слегка захмелел после нескольких стопок наливки. – Бабка верни! Такой случай!

Недовольная бабушка вернула на стол почти пустую бутылку наливки.

– Вернулся, но остался военнослужащим. Сержант. Играю в команде Дома офицеров.

– Оно как! Никогда не думал, офицеров вернут. В гражданскую офицеров к стенке ставили, а сейчас и свои офицерами зовутся.

– Когда это было? Сейчас другое время, – Нюра налила Костику чай. – Расскажи, что из себя игра представляет.

Почти час Костик рассказывал о бенди и канадском хоккее, об их различии. О ребятах, с которыми играл, о мальчишках, которых тренировал.

– Будь здрав, Константин! – хмельной дед опрокинул ещё одну стопку в рот. – Наш прострел везде проспел…

Костик и Нюра прыснули со смеху. Дед с трудом выговаривал слова. Бабушка решительно потянула его в спальню. Он пытался ещё что-то сказать, но так и не смог. Махнул рукой и дал себя увести.

Глава 2

В основу Костика не поставили. Румянцев сказал прямо: тузы надо держать в рукаве для важного и переломного момента в игре. Пришлось сесть в запас. Тренеру виднее.

Народу собралось в два раза больше, чем на первенство города. Нюра приехала с подружкой, которую звали Клава, и сразу постаралась их сосватать.

– Нюра, зачем? – шепнул он ей на ухо.

– Такой завидный жених и без девушки. Клава будет очень хорошей женой.

– Дорогая тётушка, давай я сам разберусь, кто мне нужен?

Нюра пропустила слова Костика мимо ушей.

– Шапочка у тебя интересная. Кто вязал?

– Откуда я знаю, кто вязал? Выдали всем, – пожал плечами Костик и посмотрел на Клаву.

Обычная девушка. Не красавица. Постоянно улыбается, словно в цирке. С Катей не сравнить…

«Катя? Я не видел её с последней игры на первенство. Она сегодня должна быть здесь. Но где она?»

За небольшой перегородкой толпилось много народа, но знакомого лица Костик обнаружить никак не мог.

«Не может быть, чтобы она пропустила игру! Или с ней что-то случилось?»

Эта шальная мысль испортила настроение, и Костику захотелось бежать и разыскивать Катю.

– Костя! Ты опять в окружении девушек! – Вениамин Быстров радостно распахнул объятия. – Познакомь со своими очаровательными спутницами.

– Моя тётушка Нюра, А это Клава. Перед вами девушки будущая звезда новосибирского спорта Вениамин Быстров!

– Звезда, не звезда, но тоже кое-чего могём. Нюра, а почему вы тётушка?

– Потому что, – засмеялась она и засмущалась.

– Ты сегодня опять в запасе? А меня в основу поставили! Я думал, с тобой сидеть будем.

– Как говорит Румянцев. Я у него туз в рукаве для важного переломного момента.

Все четверо засмеялись. Только Костик смеялся, чтобы поддержать компанию, а сам стрелял глазами по сторонам в поисках Кати.

– Сборная Омска не впечатлила. У них ярко выделялся только один Николай Кучанов, которому приходилось отрабатывать и в нападении и в защите. Звонарёв уже на 8 минуте открыл счёт, а Ларионов ещё через пять удвоил.

Быстров делает диагональную передачу на Васильева, тот обрабатывает мяч и отдаёт на ход Звонарёву. Два игрока омичей встречают нападающего новосибирцев. Мяч отскакивает Баринову, тот переправляет его на другой фланг под удар Занозина и вратарь Омска не успевает закрыть угол. 3:0.

Майоров начинает быструю атаку, пас на Ларионова. Звонарёв, Занозин, Ларионов. И потеря. Омичи продвигаются правым флангом. Вся игра гостей строится через Кучанова, но его плотно опекают и не дают удобно принять мяч.

Васильев опять разгоняет атаку новосибирцев. Быстров! Удар! Вратарь омичей каким-то чудом отбил мяч.

Первый тайм подходит к концу и счёт на табло 3:0 в пользу новосибирских хоккеистов.

В перерыве Александр Иванович Румянцев провёл замены. Видимо решил посмотреть всех своих игроков перед кубковой встречей.

Кузин вырезает потрясающий пас на Звонарёва, тот обводит последнего защитника и бьёт по воротам! Вратарь зацепил мяч ногой, но остановить его не сумел. Новосибирцы ударно начали вторую половину товарищеской встречи.

Баринов на Ларионова! Александров открыт на фланге и получает пас. Перед ним игрок омичей. Александров не снижает скорости, перекладывает клюшку в другую руку и запутывает соперника. Прострел и Звонарёв, будь поудачливей, мог забить свой третий гол в игре.

Ларионов прервал пас соперника, с трудом устоял на ногах и нашёл длинной передачей летящего по флангу Александрова, На такой безумной скорости защитники омичей не сумели остановить форварда новосибирцев и он оказывается с глазу на глаз с голкипером. Замах, вратарь омичей на льду, а мяч? Александров изящно прокатывается к дальнему углу и небрежным движением закатывает мяч в ворота! 4:0. Какое потрясающее хладнокровие! Не каждый опытный мастер сумеет выдержать такую долгую паузу, когда буквально на плечах висят несколько игроков соперника. Александров благодарит Ларионова за шикарный пас и машет кому-то из зрителей. Какая открытая и счастливая улыбка у восьмого номера!

Омичи начали с центра. Передача вперёд и.… Как тут оказался Александров? Растерянный нападающий омичей разводит руками. Восьмёрка новосибирцев, похоже, поймала кураж. Два игрока гостей пытаются зажать его в клещи! Он… эм… разворачивается к ним спиной и приседает! А ведь Александров ещё и скользит на довольно хорошей скорости! Игроки соперника сталкиваются между собой, а Александров, не глядя, посылает мяч на Звонарёва! Удар!! Гол!!!

Это шедевр! Ничего подобного я не видел! Какая атака с прекрасным завершением! И что сделал Александров, не поддаётся описанию! Партнёры бурно поздравляют и автора гола и того, кто его организовал.

Вы слышите, как кричат болельщики! А ведь они скандируют имя Александрова! Невероятно! Я до сих пор не могу поверить в то, что произошло на поле несколько минут назад! Может, это колдовство, какое?

Игра, с выходом на поле Александрова, приобрела праздничный и волшебный оттенок. Даже соперники хлопают по плечам молодого таланта. Да-да, таланта!

Омичи пытаются атаковать, и опять Кучанов имеет прекрасный шанс размочить Лопатина, но рикошет от защитника спасает ворота новосибирцев от верного гола.

Лопатин вводит мяч в игру. Занозин посылает длинную передачу верхом по центру. Защитник гостей не сумел обработать мяч и получился хороший пас на Звонарёва, который резко развернулся и отправил вперёд Кузина. Два игрока для Кузина, если он на хорошем ходу, не помеха. Размах! Удар! И ближняя девятка омских ворот затрепыхалась от вонзившегося в него мяча! 6:0! Негостеприимно обходятся хозяева со своими гостями из соседнего региона!

До конца тайма и всей игры всего пять минут. Отыграться по такой игре нереально, но забить гол престижа вполне возможно.

Александров! Как он увернулся сейчас от игрока гостей, который пытался откровенно руками вытолкнуть его за пределы поля! Невероятно! Успел отдать точный пас на Кузина. И прямо перед соперником плюхнулся на живот! В итоге соперник за пределами поля, а Александров поддерживает атаку команды!

Ларионов отыгрался с Бариновым. Александров. Баринов. Опять Александров. Снова Баринов. Александров. Поворот вокруг своей оси. Из-за спины Баринова вылетает Звонарёв и именно ему на ход идёт передача от Александрова! Удар! И вся команда омичей не удел! 7:0!

Эта товарищеская игра, которая по счёту совсем не товарищеская, предваряет игру на Кубок СССР со столичным клубом «Динамо». Игра пройдёт на этом же стадионе 4 февраля. Совсем уже скоро. Надеюсь, что болельщики придут и поддержат нашу сборную в непростом матче против очень сильной динамовской дружины.

А у нас очередная атака хозяев. Звонарёв играючи обходит двух гостей, смещается в центр и отправляет мяч на фланг, на ход Александрову. Александров резко меняет курс движения и простреливает вдоль ворот! Опасный момент и гол!!! Баринов! Вовремя он выскочил на ближнюю штангу и изменил полёт мяча! Голкипер омичей был пойман на противоходе, и помешать этому восьмому голу уже не мог! Вот так бы и с московским «Динамо»! Взять игру в свои руки и диктовать им свою волю!

Свисток судьи и матч завершён! Яркая и обнадёживающая победа новосибирского коллектива над омской командой оставляет в наших сердцах надежду на победу в кубке.

Костик при выходе с поля сразу попал в объятия Нюры и Клавы. Румянцев под смех и улыбающиеся взгляды игроков, только развёл руки в стороны, не успев к своему нападающему первым.

 

– Костик! Ты чудо! – кричала прямо в ухо Нюра, прыгая от радости и не выпуская из объятий мокрого и уставшего от игры Костика.

Клава плакала и прижималась к сырому хоккейному свитеру Костика. Смущённый общим вниманием, Костик прятал глаза и как мантру шептал слова: это просто игра.

И только удалось немного отвлечь девчонок, как перед Румянцевым, словно чёрт из табакерки, нарисовался корреспондент.

– Товарищ Александров! Пару слов для наших слушателей радио. Я потрясён вашей игрой и скоростью! Вы воевали?

– Это имеет какое-то значение? – сморщился Костик.

– Конечно! – искренне удивился корреспондент. – Страна пережила такую страшную войну и солдат, который прошёл её дорогами и теперь блистает на хоккейном поле, становится героем!

– Я воевал, но героем, ни там, ни здесь, себя не считаю. Я советский человек и делаю всё возможное, чтобы моя страна как можно быстрее вернулась к мирной жизни.

– Ещё один вопрос…

Румянцев отодвинул корреспондента в сторону и вместе со Звонарёвым, как охрана, увели Костика в раздевалку.

– О, видали! Любовь народа встречает героя прямо на выходе с поля! – крикнул Румянцев, как только они вошли в раздевалку.

Игроки засмеялись и не удержались от подколок.

– Всех девчонок города скоро заставишь любить хоккей!

– Что у тебя за одеколон, что девчонки на тебя вешаются?

– Это не одеколон! Это пот такой у него!

– Слышали, как его имя орали? Так до войны никому не кричали!

– После поездки задом не так кричать будут! Ты вот можешь спиной вперёд на бешеной скорости? А ещё и пас отдать! Точный, голевой!

– Ну, берегись, Константин, так просто по улицам города теперь не пройдёшь!

Румянцев подсел к Костику.

– Ты сильно не зазнавайся, у нас командная игра и каждый вложил в победу свою лепту. Но сыграл ты сегодня, действительно, блестяще. Так держать! И тогда не только местные корреспонденты будут брать у тебя интервью, но и столичные!

На выходе из раздевалки его выловила Катя и удивилась, когда на неё устремились две пары глаз с немым вопросом.

– Нюра, Клава, это Катя, – произнёс Костик и получил ощутимую пощёчину.

Быстров, оказавшийся за спиной Костика, прыснул со смеху. Нюра и Клава удивлённо переводили взгляд с Костика на Вениамина и Катю.

– Слишком молодо, тётушка, ты выглядишь. А страдаю от этого я, – развёл руками Костик.

Быстров после этих слов переломился пополам и ржал так, что остальные игроки команды сгрудились на выходе из раздевалки, и пытались понять безудержный смех товарища по команде.

Катя, которая собиралась уйти, отошла всего на несколько шагов и остановилась, обернувшись к Костику. Происходящее её озадачило и заинтересовало.

– Бьёт, значит, любит, – пробормотала Нюра и глубоко с шумом вздохнула.

Быстров уже ржал так, что партнёры по команде держали его, чтобы тот не свалился на пол. Костик смотрел на Катю и не знал, что сказать. Все слова вылетели из головы, а мысли разбегались и путались. Его лицо пылало, словно от беснующегося в топке огня. Клава с широко открытыми глазами, казалось, боялась дышать. И только Нюра сделала шаг в сторону Кати и протянула руку.

– Родная тётя Константина, Нюра, – махнула рукой за спину. – Моя лучшая подруга Клава. А вы девушка Костика?

Катя обвела взглядом всех и прыснула от смеха. За ней пошла цепная реакция. Нюра, Клава, Костик и вся команда.

Оставшись один в комнате общежития, где разместили команду, Костик долго лежал с открытыми глазами на скрипучей панцирной кровати и смотрел в потолок. Тени от веток яблони под окном, причудливо сплетали теневые узоры, к которым примешивались предметы, стоящие на пути фонарного света.

Нравится ли ему Катя? Несомненно, нравится. Симпатичная, умная, дерзкая, решительная. Но любит ли он её?

Он сел на кровати и бесцельно уставился в окно.

Любит ли он её?

В ответ услышал всхрап соседа, Вениамина Быстрова, и улыбнулся. Вспомнил, как тот безудержно смеялся над неловкой ситуацией.

И всё-таки, любит он её или нет?

Время пролетело быстро в тренировках и разборах тактики одной из сильнейших команд союза по хоккею с мячом. Румянцев не отпускал игроков в город, заставлял работать до изнеможения.

Костику не раз видел, как Катя пыталась пройти на стадион, но её постоянно вылавливали и выдворяли на улицу. Румянцев был непреклонен. Никто не должен из посторонних присутствовать на тренировке. Лишь один раз было сделано исключение, когда пришли представители обкома партии и комсомола. Но они посмотрели, помёрзли, благословили на подвиги и сбежали. Минус тридцать пять не шутки, а они в тонких пальтишках. Румянцев завернулся в тулуп и влез в валенки. А игроки поддели под свитера кто что мог.

К Костику подошёл среднего роста мужчина, поздоровался и поинтересовался о ребятах в Мошково, в какую игру они играют и как эта игра называется. Поговорили и он ушёл. Костик так и не спросил, как его зовут. А потом и вообще забыл о разговоре, и об интересовавшемся мужчине.

4 февраля 1945 года выдался морозным – минус тридцать градусов с пронизывающим ледяным ветром. Но интерес к игре оказался нешуточным. Ещё за час до начала игры стадион оказался забит под завязку. Мальчишки лезли отовсюду, оседлали всё, что можно. Игру посетили представители обкома комсомола. Тут и там щёлкали лейками корреспонденты. Катя и Нюра оказались в первых рядах болельщиков.

Быстров улыбался, глядя на Костика.

– Веня, ты чего?

– Потряхивает меня немного перед игрой. Давно такого не было. А я смотрю у тебя нервы стальные?

– Сам удивляюсь. Раньше трясло, словно при землетрясении, а сегодня спокоен.

– Хотя чего я. Ты же опять в запасе. Это мне на поле с первых минут. Кстати, за «Динамо» Сева Блинков играет. Раньше в Новосибирске выступал, и мы часто пересекались. Отличный парень. Тяжело нам сегодня будет.

– При такой поддержке тяжело будет им, – Костик обвёл гудящий стадион.

– Будто и не было войны, – вздохнул Звонарёв. – Всё как раньше…

Костик закутался в одеяло и поверх вязаной шапочки натянул ушанку. Интерес к игре был, но сама игра для него казалась какой-то нереальной что ли? Он будто смотрел на всё со стороны, не являясь участником событий. Словно сознание отделилось и пыталось охватить то, что происходило вокруг.

– Костя!

Костик вздрогнул и наваждение исчезло.

– Я тебя тормошу, тормошу, а ты будто не здесь. Не сиди, разминайся и будь готов выйти на поле в любую минуту.

– Большой спорт пришёл в наш прекрасный сибирский город! Хоккей с мячом! Кубок СССР! Одна восьмая финала! Сборная города Новосибирска встречается с одной из сильнейших команд – столичным «Динамо».

Когда диктор начал перечислять имена игроков «Динамо», сердце Костика забилось с такой силой, будто собиралось бросить своего хозяина и сбежать. Легенды хоккея! И именно против них придётся играть!

Вот когда Костика начало трясти. Зуб не попадал на зуб.

– Аркадий Чернышёв, номер…

– Замёрз? А я кому сказал разогреваться? А ну бегом! – Румянцев находился во взвинченном состоянии, и его трясло перед игрой не меньше. Все переживания были написаны на его лице.

– Всеволод Блинков, номер…

Костик икнул, уронил одеяло. Дрожащими руками поднял и не устоял на коньках. Потерял равновесие и оказался на коленях.

– Если у них вся команда так дрожит, то обыграть их труда не составит, – произнёс кто-то за спиной Костика. – А Михаил Иосифович?

– Ты лучше на игру ребят настраивай. На сложную борьбу. Сибиряки всегда этим славились. Ты вон на Севу глянь. Его тоже трясёт! Я вот играющий тренер. Казалось, сколько игр у меня за плечами, а тоже немного потряхивает. Недооценивать противника нельзя.

– Играющий тренер и капитан команды Михаил Якушин, номер…

Костик икнул в очередной раз и с трудом встал на ноги. Как же играть с легендами? Они на десять голов выше всех игроков Новосибирска!

– Игра началась! Гости разыграли мяч. Передачи на своей стороне поля. Пас в центр на Соловьёва. Чернышёв! Динамовцы откатились назад. Явно прощупывают оборону новосибирцев. Новая атака флангом и снова уходят назад, словно выманивают хозяев и предлагают попытаться отобрать мяч. Уверенно, очень уверенно действуют гости. Ильин на Медведева, тот ещё дальше, на Чернышёва. Поставнин совершает рывок по правому флангу, обходит сразу двух игроков хозяев и… мимо!

Быстрый ответ новосибирцев по левому флангу! Майоров! Капитан вырезает точную передачу на Быстрова! Надо бить! Гол! Вот это да! Вот это начало!

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21 
Рейтинг@Mail.ru