Параллельный мир Оружейной Палаты

Евгения Ляшко
Параллельный мир Оружейной Палаты

– Рано благодаришь, выздороветь сначала надобно, – буркнул Родионыч.

На дороге показался берущий человек.

– Поля, Поля, я тебе сапожки подыскал и малину с молоком несу, – кричал издали Коля.

– По-моему тебе надо присмотреться к этому парню повнимательнее. Возможно будущий родственник, – хихикнула Милана в ухо Мише.

– А мёда у них не было? – спросил Вениамин.

– Забыл! – Коля вручил Милане покупки и снова помчался на ярмарку.

– Во даёт, – ухмыльнулся Родионыч. – И в правду, дивчина дорога ему.

Ратники провели ревизию труппы шпильманов. Все кто хотел покинуть её мог остаться в селе или следовать в Москву вместе с обозом опричника. Двое вернулось в отчий кров, ещё трое не считая, Катеньки приняли предложение переместиться в столицу, где Богдан пообещал их устроить на Прядильный двор, куда ссылали всех бродяг, давая им кров. Но были и те, кто пожелал остаться. Ребята успели вкусить удовольствие, которые им давали за выступления вместо денег. Продажная любовь и вино сделали своё губительное дело на неокрепшей детской психике.

Коргоруш задумчиво смотрел на освобождённых детей: «Сколько судеб спасли. Сколько ещё чёрных воронок предотвратили. Пресекли заразу. Какие бы потомки были у этих ребят, только безнравственные. Теперь есть шанс, что вырастут кто в родительской любви, кто хоть в общественной заботе и сами добро сеять будут».

Глава 40

Дорога в Молоди пролетела в полудрёме. Сильная слабость не позволяла Полине даже мечтать. Обоз прошёл через село быстро, не задерживаясь на ночлег, и остановился у места, где ранее располагалось войско воеводы Хворостинина.

Богдан не хотел ничего слушать, по поводу того, чтобы сделать длительную остановку:

– Мы и так задержались. Войска на стоянке уже нет. Глянем одним глазком на место боя и в столицу. Авось нагоним по пути.

– Ну, хоть на часок, сбегать к бабе Авдотье. Я год у неё жил, она мне как мать была, – выпрашивал Коля.

– Ладно. Одна нога здесь, другая там. Потеряешься, никто тебя искать не будет, – проворчал Богдан.

Коля вприпрыжку поскакал к ведунье.

Коргоруш не отставал: «Надо бабушке в ножки поклониться, за добрый совет. А то бы до сих пор её избу охранял в наказании».

– Странно людей нет. Неужели у неё бывают не приёмные дни? – не веря своим глазам, оглядывал Коля пустой двор.

Коргоруш вбежал в дом и выскочил: – Пусто. Печь уж несколько дней не топлена.

– Куда это она запропастилась?

– Сказал бы я, что за сбором трав на болота ушла, да чувствую дело не в этом, – горестно проговорил Коргоруш.

– Дед Никифор будет знать, бежим! – осенило художника, и он выбежал на дорогу.

– Ты к нему сам. Я тут покумекаю, – отозвался Коргоруш.

«Не уберёг я хозяюшку. Домового вызывать надо. Ох, и влетит же мне» – волочил ноги Коргоруш, заходя в избу и плотно прикрывая за собой дверь.

Дед Никифор пригорюнившись, сидел во дворе около колоды.

– Подмогу ждёте, дров наколоть? – весело спросил Коля.

– Иди ты, малявник пожаловал! – встал дед.

– Если на скорую руку, то могу подсобить. А так меня ждут. Проездом я. Поздороваться забежал.

– С поленьями я уж как-нибудь сам. А вот Авдотье ни кто не поможет.

– Что так?

– Лечила она торговку одну. А та возьми и помри. Так все как сговорились. Отравила и всё. Воевода ушёл как раз с войском. Заступиться некому. Народ ведь какой. Если вылечишь, благодарят. А коли, кто помер, то во всех смертных грехах попрекают. И поди докажи им, что торговка могла представиться и по другой причине.

– Так, а где баба Авдотья? – охнул Коля.

– Ушла. Думаю на болота жить. А там, кто его знает, – развёл руками дед Никифор.

– Даже вам не сказала куда ушла?

– Куда там. Если народ бунтует знамо дело бежать надо.

– А что там, на болотах, есть, где ей жить?

– Обитает там травник один. Редкие растения лечебные приносил. Думаю, к нему подалась.

Коля стремглав вернулся в Молоди. В аккурат к тому моменту, чтобы увидеть дикую сцену между домовым и его помощником.

– Она сама меня спровадила, – присел Коргоруш, увернувшись от пролетающего над ним чугунка.

– Кто это место теперь охранять будет?! Не ты ли? Возгордился ли он, понимаешь ли! – замахнулся ушатом косматый плечистый домовой размером с телёнка.

– Мы её найдём, – робко вставил Коля.

– А ты почём отрок знаешь, что найдём? – устремил свой взор домовой на Колю.

– На болота надо идти к травнику, дед Никифор надоумил, – тихо отозвался Коля. – Но разве она вернётся? По-первах надо селянам объяснить, что не травила она торговку.

– Во как? – перевернул ушат и сел сверху домовой.

– Коли так, так мы её не вернём, – хмыкнул Коргоруш.

– А если у царя заступничества попросить. Она же помогала ратников лечить, – рассуждал Коля.

– Кто просить будет? – вспыхнул домовой.

– Да мы и попросим. Мы к царю едем, – выпятил грудь Коля, кивая Коргорушу головой в сторону дороги.

– Не обессудь, покарауль пока тут всё, а мы в град стольный за помилованием, – выбежал за ворота Коргоруш.

Коля вылетел следом.

Уже сидя в экипаже с теснившимися в одной повозке мужчинами и переводя дух от марафонского забега Коля озвучил: – Новая задача вырисовалась.

Веня, Родионыч и Миша уставились, не мигая на запыхавшихся бегунов.

– Ведунью надо оправдать. Она место особое покинула. Если поселиться на пересечении энергетических щелей, какой-нибудь чёрный колдун, так всем несладко придётся. Домовой пока посторожит, но не всесилен он. Любящий дом хозяин только может сберечь жильё от черны, – поделился Коргоруш.

– Что за энергетические щели? До границ тектонических плит тут далековато, – рассуждал, нахмурившись, Миша.

– Думаю это геопатогенная зона, – вставил Вениамин. – Огромное количество исследование есть по этой проблематике. Жилые дома в таких местах противопоказано строить.

– А как же тогда баба Авдотья там жила? И Мы с Полей, – охнул Коля.

– Не забывай, что она ведунья, – хмыкнул Родионыч. – Ей в таком месте самое то, энергию свою восполнять, после лечения других.

– Электромагнитные поля в таком месте не стабильны. Одним депрессию вызовут, другим помогут подзарядиться, – кивнул доктор психологии.

– Понятно только одно, выручать надо бабу Авдотью. А вот как, вопрос открытый, – вздохнул Миша.

– Схрон оружия без неё не сделать, – кивнул Веня.

– Богдан нас царю показать хочет. Свидетели мы бесчинств разных и добытчики для казны. Думаю там, и обмолвимся о бабе Авдотье, – рассматривал горсть камней с рунами Родионыч.

– Осталось только тронную речь подготовить, – икнул Коля.

Глава 41

Коля посмотрел в окно, просторный московский постоялый двор неожиданно стал местом заточения.

В трёх меблированных комнатах путешественники прожили уже сутки, радуясь возможности отоспаться и отмыться. В дальней комнате устроились Милана и Полина, которая больше спала, нежели бодрствовала. В средней комнате расположились Родионыч с Вениамином, а в передней Миша с Колей. Коргоруш же спал в любом месте, где ему заблагорассудится.

Миша только что принёс новость из корчмы. Неожиданный отдых превратился в тягостное ожидание участи. Коля встряхнул головой и прошёл к столу, посередине передней комнаты, вокруг которого уже сидели остальные, за исключением Полины.

– Я правильно понял, Богдан выставил стражу и был таков вместе с кладами? – переспросил Вениамин.

Миша хлопнул ладонью по столу: – Так и есть. Я хотел выйти осмотреться и был препровождён сюда до самой двери. С разъяснениями, что нам покои покидать не велено.

– А что велено? – поинтересовался Родионыч.

– Ждать. Ждать пока от царя указ не привезут, – сухо ответил историк.

Все переглянулись.

Вениамин встал и, прохаживаясь перед окном в конце вытянутого помещения, стал рассуждать: – Давайте так. Вполне логично, что Богдан должен переговорить с Иваном Васильевичем и рассказать ему свою версию. Он человек государев. А мы кто? Так себе неизвестно откуда взявшиеся попутчики.

В дверь постучали.

– Наверное, ужин принесли, – подскочил Коля и тут же присел обратно.

На пороге стоял выше среднего роста величавого вида человек в чёрной мантии.

Дверь позади его кем-то закрылась.

Волевое лицо с высокими скулами создавали величественный образ, выдавая благородное происхождение. Выразительные глаза сузились. Нос с горбинкой сморщился.

– Ну, здравствуйте люди добрые, – раздался зычный голос.

Миша онемевшими губами прошептал: – Здравствуй царь.

– Сказывайте, что за дело у вас, каким ремеслом владеете?

Все сидели неподвижно, и казалось, забыли, как дышать. Коргоруш шмыгнул под стол и тоже затаился.

Родионыч встал и, поклонившись в пояс, вымолвил: – Не гневайся Иван Васильевич. Пришлые мы. Ненадолго гостим. Противовес черноте добываем. Одно только дело к тебе. Спаси ведунью Авдотью из Молоди. Осерчали люди тамошние по неведенью. Заступись, верни её с болот. Светлый она человек. На твоей земле в её доме надобно схрон трофейного оружия сделать. С поля брани принести, где недавно битва была. Нельзя чтоб долго место пустовало, где жилище её стоит.

Родионыч замолчал. Царь продолжал внимательно на него смотреть, словно ожидая продолжения.

Родионыч кивнул и добавил: – Ещё одно слово к тебе есть. Библиотеку свою спрячь. Глубоко спрячь. Сильны недруги. Сожгут, да вырежут правду. Надо чтоб твои учёные хранилища уцелели до нужного времени.

Желваки Ивана Васильевича заиграли, брови сошлись на переносице, заставив всех присутствующих нервно сглотнуть. Он повернулся к двери, которая тотчас распахнулась. Занёс ногу через порог. Потом остановился.

Царь обернулся и проговорил: – Благодарствую желтоглазый. Исправился, поди, за пожары свои. Значит так, гостей домой, а тебя я жду завтра.

Дверь за царём захлопнулась. В комнате стояла тишина. Все переваривали происшедшее. Заспанная Полина вышла к столу.

 

– А я думала, ужин принесли. Есть хочется. А что это вы такие деревянные? – стала оглядывать девушка присутствующих.

– Что он в конце имел в виду? – пролепетал Коля, продолжая смотреть на дверь.

Полина проследила его взгляд и снова спросила: – Ребят, вы чего?

Коргоруш вынырнул из укрытия: – Он тоже ставленник не простой. Воронки чёрные закрывает. Чисткой занимается. Понял он, что я ваш проводник. Понял вашу миссию. Домой наказал отправить. Так что не обессудьте. Каждый откуда прибыл, туда и вернётся.

Домовёнок вскочил на стол и закружился веретеном. Первый исчез Родионыч. Затем Вениамин и Миша с Миланой, потом Полина и последним Коля.

Глава 42

Оглушительный рёв атаки закладывал уши. Миша, Милана и Вениамин бежали через реконструкцию битвы при Молодях. Неожиданно на них около палаток с раздевалками выбежала белокурая девушка в красном сарафане, которая, так же устремилась подальше от орущих людей в доспехах. Рыжеволосый доктор психологических наук как испуганный школьник начал приглаживать рыжую шевелюру.

– Девушка, подождите! – закричал он вслед красотке, и помчался за ней.

Миша поспешил переодеться. Он, воспользовавшись паузой отсутствия владельца авто, на котором они прибыли в Молоди, схватил телефон, чтобы позвонить сестре. Экран показывал отсутствие сети мобильного оператора. Миша написал сообщение и как в детстве стал подбрасывать телефон, в надежде, что какая-то из вышек с антеннами переправит его послание.

– Ну, что получилось? – поинтересовалась Милана, которая вновь приобрела прежний вид молодой девушки двадцать первого века.

– Даже ответ есть, – обнял её Миша. – Полина ждёт дома.

– Отлично, нам теперь бы только Ромео нашего отыскать, или … – усмехнулась Милана.

– Или что?

– Или домой на автобусе поедем, – рассмеялась девушка.

Полина плюхнулась на диван в квартире брата. Сарафан с сапожками это единственное, что говорило о том, что всё, что произошло, ей не приснилось.

«Я дома. Это просто невероятно. Сколько всего было. Я долго ещё буду обо всём этом размышлять» – девушка бродила по квартире как неприкаянная.

Под глаза попался кинжал брата, подаренный ему дедом.

Полина взяла оружие и вытащила клинок: «Подумать только, сколько силы в тебе невидимой. Надо же я, кажется, определилась с профессией. Не знаю, как это называется, но я хочу изготавливать холодное оружие. Освоить мастерство обработки металла. Пополнять энергетический потенциал страны. Теперь-то я понимаю, что много оружия это не к войне, а оберег, чтобы другие не напали. И чем искуснее современное оружие хоть в красоте исполнения хоть в технологическом совершенстве, тем спокойнее могут жить люди».

Завибрировал телефон. Полина схватила мобильник со столика. Рука автоматически поднесла экран к глазам. Сообщение от брата гласило «Мы в Молоди. Приедем вечером. Маме пока не звони. Вместе пообщаемся». Пальцы быстро написали ответ. Взгляд скользнул выше по экрану. Надпись гласила «31 июля 2021».

– Вот это да! Так у меня завтра свидание! – девушка подпрыгнула.

Полина вспомнила как с Колей и Коргорушем обсуждали их возвращение. Каждый вернётся в своё место и время. Лишь она вернётся позже на три дня, вместе с братом. И тогда же они с юным художником договорились, что он приедет из Минска в Москву 1-го августа 2021 и будет ждать её весь день в Оружейной Палате.

– Как же я его узнаю, он же на шесть лет меня старше? – бегала по квартире румяная девушка, пытаясь сообразить, что наденет завтра.

1  2  3  4  5  6  7  8  9 
Рейтинг@Mail.ru