Ингредиент Кадет

Евгения Ляшко
Ингредиент Кадет

И вот уже не осталось ни одной станицы из летописи, которую они не переложили в реальность. Посреди двора, под навесом выросло нечто, которому сложно было подобрать название. А летопись по этому поводу ничего не сообщала. Четыре вазообразные колоны имели сверху перекрытия, венчающиеся крышей. В колоннах в основании и наверху располагались внешние ступенчатые динамики, по типу рупорной антенны, по бокам которых виднелись вращающиеся элементы с трансформатором, напоминающее электроприводное устройство усиленное двумя катушками. Каждую колонну понизу обхватывал керамический зигзаг, по типу высокочастотной волны. Под крышей подобные зигзаги тоже были, но другой частоты. Крыша поддерживалась арками, между, которыми свисал конус, чем-то похожий на гирю. Которая видимо, играла роль резонатора. Металлическая конструкция под самой крышей имела крепления с наложением нескольких уровней арок волнового типа, идущих в противофазе. Стоя в центре, казалось, что отражаются звуковые волны. Или даже шёл резонанс переотражения волн. Верхняя часть конструкции представляла собой восьмиугольный купол с фрактальной антенной.

– То, что мы собрали похоже на вход в теремок, – рассеяно подметил Олег.

– Только без самого теремка. Крыльцо какое-то получилось, – хмыкнул Игнат.

– Такой формы и ротонды бывают, хоть они чаще круглые встречаются – высказал свою точку зрения Борис Иванович.

– А мне нравиться! Как в сказке о пряничном домике, – воскликнул вечно голодный Гена, доставая из как будто бездонного кармана очередной бублик.

– Станьте по внутренним углам это конструкции, – попросил Даниил, а сам встал в центр площадки между колонн.

Братья, учитель и Даниил были одеты в тёмно-синее халаты с нашивками училища. В сезон бабьего лета в них было удобно и комфортно работать. Плотная тёплая ткань позволяла не одевать дополнительные вещи, которые бы сковывали движения. Только Гена был одет в китель, потому что он выходил в магазин за хлебом для обеда и ещё не успел переодеться.

Немного постояв в тишине в ожидании следующего действия, Игнат и Олег начали переминаться с ноги на ногу. Борис Иванович ушёл в свои размышления, такие же глубокие как у Даниила и не замечал ничего вокруг. Когда бублики у Гены закончились, он нарушил тишину своим высоким голосом: – Даня, ты чего завис? Долго нам ещё так стоять?

Но Даниил казалось, не слышал его, глубоко уйдя в свои размышления.

Тогда, чтобы привлечь его внимание Гена запел: – Тра-та-та, тра-та-та мы везём с собой кота!

Неожиданно воздух словно качнулся от резонанса, и легкое облако окутало конструкцию со всеми её создателями.

Когда облако рассеялось, ребята зажмурились от яркого солнца, играющего всеми цветами начала осени на маленькой лесной полянке. Когда они открыли глаза, то почувствовали, как их рты тоже раскрываются. Вместо двора дачи физика они оказались в чаще леса, но по-прежнему стояли в конструкции, которую собрали.

– Смотрите! Вся наша металлоконструкция стала больше глиняной! – словно задыхаясь, воскликнул Олег.

– И-и-и правда. Это теперь это точно ротонду напоминает, – икая, сказал Борис Иванович.

– Да кому это понадобилось такое сооружение в лесу строить? – невольно спросил Игнат, пытаясь привести мысли в порядок.

– Может это и не лес вовсе. Давайте осмотримся, – предложил Даниил и вышел из ротонды.

Гена оценил этот шаг как предложение к действию и молча проследовал за Даниилом, а братья с учителем как завороженные смотрели как двое смельчаков пробираются между густыми зарослями.

В нос ударил запах слегка истлевшей травы. Лёгкий прохладный ветерок принёс аромат еды, заставив заурчать желудок Гены.

– Я думаю, мы идём в правильном направлении. Пахнет едой, значит там люди, – поделился он своей догадкой с Даниилом.

Но тот ни как не отреагировал. Даниил был занят рассматриванием местной флоры и фауны. Казалось, он не встречал подобную живность и растительность ни разу за огромное количество туристических походов, которые так любили в его семье. Странное чувство надвигающейся опасности стало подкрадываться в пульсирующем мозгу.

«Что же мы такое собрали?» – задавался вопросом Даниил. Он оглянулся и понял, что ротонда осталась где-то далеко позади. Гена благополучно отыскал какие-то спелые ягоды и набивает их себе в рот слева от него.

«А что же тогда мелькнуло справа?» – спросил себя Даниил, но ответ найти не успел, поскольку стал оседать на траву, которая хоть и имела желтеющие края, но выглядела манящим для отдыха покрытием.

Гена присел рядом: – Я засыпаю, – сказал он уже закрывшему глаза Даниилу.

Словно из глубины сознания послышался голос Игната: – Вот они. Я нашёл их.

Просыпаться не хотелось. Даниил чувствовал, как его волокут, но не имел сил открыть глаза. Затем снова наступило умиротворяющее спокойствие.

– Ничего не понимаю, что с ними? – спросил Олег.

– Я думаю это какая-то специфическая пыльца вон той травы. Они прошлись по ней и стали погружаться в сон. Ты же почувствовал дремоту, когда мы их выносили с той полянки. Место не знакомое, необходимо проявлять осмотрительность, – сказал Борис Иванович.

– Я разделяю вашу точку зрения. Их щёки стали розоветь, когда мы вынесли их оттуда, – кивнул Игнат.

– Хорошо, что ты забрался на ротонду и увидел, в каком они направлении пошли и что вдруг решили присесть, а то мы бы могли не успеть, – сказал Олег брату.

– Вопрос в другом – я не понимаю, в какой стороне и на каком расстоянии ротонда от нас сейчас. Мы побежали к ребятам, не позаботившись о том, как возвращаться, – сосредоточенно сказал Игнат.

– По-моему я слышу запах еды. Давайте двигаться в его направлении. Там наверняка есть те, кто нам поможет отыскать нашу ротонду. Я не думаю, что здесь много таких сооружений в лесу и местные жители сразу поймут, что мы имеем в виду, – сказал Борис Иванович.

– Мы пойдём все вместе, чтобы не потеряться, – ответил Игнат на немой вопрос Олега.

Игнат подхватил подмышки увесистого Гену, а Олег стройного Даниила. Борис Иванович шёл впереди, оглядываясь, не сбились ли с пути братья, таща своих товарищей вслед за ним.

Глава 5

Выйдя из леса, путники увидели какое-то неогороженное хуторское хозяйство. Несколько построек, словно рассыпанный горох стояли тут и там. Виднелись и огород и пасека. А между двумя домами на широком крыльце стояла женщина спиной к лесу. Она повернулась, когда зарычала собака, и стало понятно, что эта женщина весьма преклонного возраста.

– Тише, тише, Гавкуша. Что тебя встревожило? – ласковым скрипучим голосом обратилась она к собаке и, посмотрев по направлению, куда отреагировал питомец, заметила незнакомцев.

– Дед, дед! Скорее сюда! – закричала старушка, бросив взбивать масло в деревянной маслобойне.

– Что там у тебя? – послышался голос из-за амбара.

– Мастеровые видимо на дурман-траву набрели, – причитала старушка, весьма резво бросившись к путникам.

«Если бы не длинное платье она двигалась ещё быстрее» – невольно подметил для себя Борис Иванович.

– Что стоите? Быстрее в дом! Сразу видно не местные! – командовала старушка.

Олег и Игнат, растревоженные причитаниями, несмотря на усталость, подхватили своих друзей и с открывшимся вторым дыханием затащили их в дом, вслед за сердобольной хозяйкой. Деревянная изба была прибрана и красиво увешана рушниками, да расшитыми занавесками. Печь занимала добрую треть дома. Вся мебель была простая, увесистая и однозначно прочная. Старушка сразу же принялась греметь склянками над принесенным дедом котелком с водой.

– Кладите на лавки. А сами сядайте. Сейчас, сейчас милки. Только настоится немного, и будем отпаивать ваших братьёв, – приговаривала она.

– Это что староверы какие-то? – спросил Игнат у Бориса Ивановича.

– Кто знает? Главное, что они нам помогают, а потом разберемся, кто они, – ответил физик.

– А кто такие староверы? – поинтересовался Олег.

– Люди, которые не пошли за патриархом Никоном, когда он унифицировал обряды московской церкви с греческими, – пояснил учитель.

– А разве обряды не пришли вместе с заветами Божьми? – искренне удивился Олег.

– Всё что делает человек в религиозном отношении так или иначе было переделано людьми, даже если изначально и были какие-то каноны спущены сверху, – уклонился от ответа Борис Иванович, понимая, что он как человек науки в Бога верит только по большим праздникам типа Рождество или Пасха.

– Ну, всё, помогайте ребяты, – сказала старушка.

Она стала разливать зелье большой деревянной ложкой, приоткрывая рты, казавшимися бездыханными Геннадию и Даниилу. После третьей порции Даниил и Гена начали кашлять, а затем обоих вырвало в заблаговременно поставленный дедом тазик.

Полностью придя в себя Гена, покрутил головой и сказал: – Здесь прямо как у моей бабули. У меня бабушка с дедушкой живут в Переславле-Залесском. Это в ста сорока километрах от Москвы. Их город входит в Золотое кольцо России, вот.

– А где твоя Москва сынок находится? Чай в другом государстве? – спросил дед.

Улыбка застыла на лице Гены. Он бросил несколько взглядов на этих старых людей и решил не вдаваться в подробности.

– Ага, в другом. Далеко это, в общем, отсюда, – сказал вежливо Гена, получив согласие кивком от Бориса Ивановича.

– Мы немного заблудились. Подскажите нам, пожалуйста, где мы вышли из лесу? – спросил физик.

– Так это от нас в нескольких верстах город. Вы видимо из него в лесок вышли, да заплутали и аж к нам-то и добрались, – сказал дед.

– А это в какую сторону идти надо, чтобы вернуться в город? – спросил Игнат.

– Против солнышка, ступайте, да и придёте, – ответил дед.

– Куда это ступайте? Путь переночуют. Слабые они ещё. Вечерком в баньке попарятся, за ночь вся хворь и сойдёт, – сказала старушка.

– В баньке, так в баньке, – согласился старик и скомандовал: – А ну пойдёмте-ка, те, кто поздоровее. Будем баньку править.

 

Олег с Игнатом послушно поднялись с лавки и проследовали за дедом.

– А вы мне тут милки пока поможете. У меня хлеба готовы, заяц в сметане запечён. Осталось только картофель отворить, да зелень нарубать, – сказала старушка, доставая на стол овощи.

Олег носил дрова из высокой дровницы, расположенной метрах в тридцати за сараем, а Игнат помогал старику с розжигом печи. Недалеко от дровницы стояла лестницы, едва приметив, которую Олег решил слазить наверх и осмотреться, что он и сделал, как только ему было сказано не носить больше поленья. Вид завораживал своей красотой. Лохматые сосны, раскидистые ели, и величественные дубы соревновались в мощи друг с другом, образовав непроглядный полукруг позади хутора. Олег повернулся в другую сторону и обомлел. Вместо дачного посёлка под Краснодаром перед ним красовались километрах в пяти белокаменные стены с бойницами какого-то кремля, над башнями которого развивались полотнища знамён. Олег не помнил, как слетел с лестницы и побежал к брату.

– Ты предположил, что мы в каком-то хуторе старообрядцев, а тут и кремль и царь, наверное, имеется, – прошептал он Игнату.

Но тот стоял абсолютно без изменений в лице, словно ничего и не произошло. Старик пошёл за вениками, а к ним присоединился Борис Иванович и Даниил с Геной.

– Ты чего? – потянул Олег за рукав брата, стараясь его растормошить, и привлёк остальных к странному виду Игната.

– Я спросил у старичка нашего про ротонду и он мне сказал, что такая у царя перед дворцом стоит. А ещё он сказал, что царь мастеровых набирает в услужение, но в охраняемый кремль просто так не попасть. Вот теперь я думаю, как же нам туда попасть и нужно ли? – отсутствующим голосом с устремлённым взглядом вдаль поведал Игнат.

– Может, попробуем предложить свои услуги, чтобы иметь доступ к ротонде. Наши знания физики нам помогут, – предложил Борис Иванович.

– Вы уверены, что наши знания по физике нам помогут? Обернитесь, – еле выговорил Даниил.

Пять пар глаз увидели не подающемуся описанию картину. Ведра сами шагали по дороге.

– Теперь ещё и эти вёдра! Где мы? – уставился Олег на брата.

– Боюсь, мой ответ может не понравиться, – предупредил Игнат, стоя с растерянным видом. Даниил, Геннадий и Борис Иванович устремили взоры на Игната.

– Ты разобрался, где мы? – спросил Даниил.

– Это лишь рабочая версия нашего местонахождения. Но если сделать отступление от того, что мы знаем, то про ходячие вёдра мы все с вами слышали только в одном месте, которое видимо, является реальностью, а не сказочным вымыслом. В летописи было сказано, что ротонда работает на неисчерпаемой энергии. Может и у Емели вёдра по такому же принципу перемещались? – сказал Игнат, сам удивляясь своим словам.

Глава 6

Рано утром следующего дня растолкала старушка своих постояльцев: – Просыпайтесь, рассвело уж давно. Молока коровьего попейте, да ступайте. Я вам в дорогу котомку с сыром и лепёшками припасла.

Борис Иванович автоматически посмотрел на ручные часы, которые показывали шесть часов.

«Ну, да давно рассвело. Видимо с полчаса назад» – подумал он.

Сонные кадеты сперва даже не поняли, где они находятся.

– На зарядку зовут? – не открывая глаз, спросил Гена.

– Не-а, на прогулку в стольный град, – отозвался Даниил, разбудив своим ответом остальных.

Ещё раз, уточнив дорогу и выслушав предостережение о дурман-траве путники отправились в неизведанное. Их провожали взглядами добросердечные старики, машущие им белыми платочками с крыльца, на что Гена сказал: – Хорошие они. Моя бабушка говорила, что когда вслед машут, это значит, желают ровной дороги путникам. И приговаривают скатертью дорожка.

– Посмотрим, как нас в городе встретят и чем там махать будут, – с опаской проговорил Игнат.

– Я им про купольник царский сказал. Интересовались, где стоит, – сказал старик, смотря в скрывающиеся вдалеке спины ночных постояльцев.

– А чё про Лесной царевны купольник умолчал к нему же ближе идти? – спросила старушка, подавая ему на крынку молока.

– Она нашего царя и так извела. Сколько он ещё мучатся будет? Иссох от любви совсем. Может эти мастеровые ему, и помогут сердце её растопить. А то он как не изголяется, всё у неё есть. Ни что ей не интересно. Чуть диво какое соорудят, так её послы уже тут как тут – «Не диво это, у нас такое уже имеется», – проворчал в ответ старик.

– Это ты хорошо придумал. Люди ведь и её и царские тоже маются. Как согласится она за нашего царя замуж выйти, тогда и вражда прекратится. Вздохнут все с облегчением. А то посмотри, сколько отпрысков только и заняты тем, что сплетни собирают об этих двоих, а им и невдомёк, что подданные за их счёт потешаются, да доносят им, масла в огонь подливая. Вот уж и правда хвост собакой виляет, – согласилась старушка с мужем.

За амбаром мелькнула тень. Разведчик Лесной царевны узнал всё что хотел. Пятеро неизвестных мастеровых направлялись к царю. Их необходимо было срочно перехватить. Уже понятно, что их главный это розовощёкий мальчишка и мундир носит и говорит без умолку, а остальные слушают, значит в услужении у него. Двое помощников ожидали указаний.

– Их пятеро, а нас трое, – сказал первый.

– Там седой с усами и четыре отрока, справимся, – отрезал второй.

– А если упустим? – спросил третий.

– Тогда нам несдобровать, – стал почёсывать затылок второй.

– Может, мы проследим, а ты за подмогой сходишь? – спросил первый.

– Будь, по-твоему, – махнул третий и скрылся в лесной чаще.

Стараясь не заблудиться, путники следовали чётко по обозначенной тропинке, которая еле виднелась между деревьями.

– Судя по всему этой тропой не часто пользуются, – подметил Олег.

– Ты же видел, что у них и ведра сами ходят, может они этой ротондой как метро пользуются. Пришёл на станцию. Сказал пароль и переместился куда надо, – сказал Игнат.

– Вот бы и нам узнать пароль, – медленно проговорил Олег и тут же спросил: – Борис Иванович, я видел там крепостные стены. Как мы их преодолевать будем?

– Сначала надо дойти, а там и ворота где-то найдутся, – ответил физик.

– Может нам какую-то версию проработать, кто мы и откуда? – спросил Игнат.

– Правильно подметил. Только вот что? Мы мало разбираемся в местных обычаях и быте, – ответил Даниил.

– Так нам же уже сказали, что мы не местные мастеровые. Вот и будем ими. Мастеровые из Москвы, – предложил Гена.

– Это то, да, только что значит быть мастеровым? – спросил Даниил.

– А что тут думать? По-моему мастеровые, это просто ремесленники, – пожал плечами Гена.

– И какое у нас ремесло ты уже придумал? – спросил Даниил.

– А может, нам надо посмотреть какие ремёсла есть в городе и предложить то, чего у них нет? – вдруг предложил Олег.

– Хороший маркетинговый ход, – пошутил Игнат.

– А что? Займём свою нишу в местном торгово-ремесленном центре, – хихикнул Олег.

– Запустим своё кустарное производство? – спросил Борис Иванович также полушутя.

– Почему кустарное? Мы что в кустах чем-то заниматься будем? – удивился Гена.

– Кустарное и ремесленное производство это почти синонимы. Разница лишь в том, что ремесленникам делают заказы. А кустари делают свои изделия без заказов. Это, по сути, когда любой мужик, который для дома ложки выстрогал или стол сделал, – объяснил Борис Иванович.

– То есть женщины, которые полотенца вышивали, сувениры делали это тоже кустарное производство, получается? – спросил Гена.

– Совершенно верно, – закивал учитель.

– О, так мы постоянно какие-то подделки делали. Можно будет собрать модель самолёта, например, – обрадовался Гена.

– Чтобы собрать модель самолета ещё детали надо изготовить, – напомнил Даниил.

– Я думаю, если мы найдём инструменты, то сможем и детали нужные подготовить, – задумался физик.

– А как мы раздобудем инструменты? Кто их нам даст? – спросил Гена.

– У тебя шикарный высокий голос. Попоёшь на торговой площади. Денег заработаешь, и обзаведёмся инструментами, – пошутил Игнат, рассмешив всех, включая Гену, который умел посмеяться и над собой.

– Я ещё и плясать могу, – хохотал Гена.

– А я тоже могу петь. Будем с тобой дуэтом исполнять, – смеясь, предложил Олег.

– Надеюсь, на еду мы тоже так заработать сможем, – поднимая вверх котомку от старушки, сказал Гена.

– Так нам же ещё надо понять, где жить, пока мы домой не вернёмся, – охнул Гена.

– А вот на проживание доходов от ваших песен и плясок может уже будет недостаточно. Так что возвращаемся к первому плану про мастеровых, – сказал Даниил.

– Мы работы не боимся и многое умеем. Не переживайте, обязательно что-нибудь придумаем, – подбодрил Борис Иванович кадетов, но внутренне он не был в этом настолько уверен. Однако других пока вариантов развития событий, кроме как зарабатывать руками, у них не было приходилось рассчитывать только на свои знания.

«Хоть бы у них не было таких вот приспособлений ко всему на свете как с этими вёдрами» – мысленно взмолился Борис Иванович.

Неожиданный свист заставил отбросить всякие мысли и рассуждения. К ним со всех сторон надвигалась ватага людей, одетых в зелёные одежды, расшитые на груди дубовыми листьями.

Глава 7

Нападение было произведено так молниеносно, что ни кто из пятёрки ничего не успел разглядеть. Игнат хотел было стать в стойку, не зря он был лучшим по рукопашному бою в своём классе, но тут же понял безнадёжность положения из-за количественного превосходства противника и решил до поры до времени не выдавать своего возможного преимущества. Наблюдение являлось на данный момент беспроигрышным вариантом. Тем более, что особой физической силы к ним ни кто не применял. Всадники разобрали их по одному и, связав руки, усадили позади себя. Эта позиция, к сожалению, немного позволяла рассмотреть, но кое-что всё-таки стало понятно. Их опять везли в сторону леса, откуда они прибыли. Захватчики между собой практически не разговаривали. Из коротких обрывков стало понятно, что их везут к Лесной царевне. Сильва как её звали, всегда хотела пообщаться с новыми людьми.

Дорога заняла порядка двух-трёх часов. На вырубленной прямо посреди леса огромной поляне стоял высокий деревянный кремль, окружённый частоколом из дуба. За массивными воротами можно было рассмотреть расписные окошки и декоративные деревянные наличники дворцового ансамбля, которые выглядели как живые за счёт переливающихся в солнечном свете красок. Местные жители были заняты своими делами, и лишь ватага мальчишек сопровождала путников от самых ворот до крыльца царевны Сильвы. Спешившись главный в отряде, отличавшийся более богатой одеждой, показал рукой следовать за ним. Борис Иванович присматривая за кадетами, вошёл в покои последний, а впереди шагал, с любопытством озираясь по сторонам Геннадий. В роскошных покоях с расписанными преимущественно золотыми красками стенах, посередине тронного зала, на белом резном троне восседала красивая девушка в диадеме. Казалось она не намного старше самих кадетов, но умные глаза выдавали её возраст. Можно было предположить, что двадцать лет ей уже исполнилось. Внушительная коса её стройной фигуры была уложена в высокую причёску. Длинное платье, расшитое драгоценными камнями закрывало ей ноги до пола. Узоры и орнаменты на платье и во дворце в целом в своём большинстве напоминали некую растительность.

– Кто такие будите? – спросила мягким голосом царевна Сильва.

– А как к вам обращаться? – покашливая начал, было Борис Иванович, на что тут же получил пикой стражника в бок, а царевна повторила свой вопрос.

Кадеты переглянулись и увидели, что царевна смотрит в глаза Геннадию.

– Она у тебя спрашивает, отвечай, – шепнул Игнат Гене.

– Здравствуйте! – сказал Гена и поклонился почти до пола, заставив и остальных согнуться в поклоне своим поступком.

– Ты разгибаться думаешь или так, и будем на полусогнутых стоять, – прошипел Даниил.

– Будем, я просто думаю, что дальше делать, – пискнул Гена, выпрямляя спину.

– Я из стольного города Краснодара. Путешествую, – сказал Генка, обескуражив друзей и учителя своим ответом.

– С какой целью путешествуете? – продолжила спрашивать царевна Сильва.

– Хочу миру показать, чему отец с матерью научили, – отвесил новый поклон Генка, но в этот раз кадеты с физиком не двинулись, а лишь рассматривали диковинное поведение друга.

– И в чём же ты искусный мастер? – спросила царевна Сильва.

– По поварне я знания имею, – скромно сказал Гена, потупив взор.

Казалось, царевна подпрыгнула до самого потолка со своего трона.

– В поварне искусен? – воскликнула она, с грозным видом смотря на Геннадия.

– Да, – хитро улыбнулся Гена.

– А ну-ка ведите его с прислужниками в нашу поварню. Пусть покажут своё мастерство, – сказала царевна Сильва начальнику стражи и, повернувшись к Генке добавила: – Да чтоб к завтрему обед был готов! А обмануть вздумал, то знай, мой меч, твоя голова с плеч!

 

Генка втянул голову в шею по самые уши, и в такой черепашьей позе поспешил за начальником стражи.

– А вы, что стоите? Идите за своим господином скорее, – сказала царевна Сильва кадетам с физиком.

Препровождённые на кухню кадеты остались одни.

– Гена, не потрудишься ли объяснить, что это сейчас было? – спросил Даниил.

– Стресс у меня! Смотри, как руки дрожат, – вытянул Генка свои с легким тремором ладони.

– Это мы уже поняли. Ты теперь про свои россказни поясни-ка, – попросил Игнат.

– Меня первым везли и говорили со мной как с генералом. А вас позади держали, видимо решили, что вы мои слуги, – сказал Гена.

– И что товарищ генерал поведал нашим захватчикам? – спросил с лёгкой иронией Борис Иванович.

– Я поддерживал разговор как мог. Задобрить хотел. Даже лепёшки с сыром им раздал, – улыбнулся Гена.

– Во молодец! Мы голодные, а он провизию врагам раздаёт, – всплеснул руками Даниил.

– Да вы дослушайте сначала. Они подобрели и рассказали мне, что у них тут и как. Они не плохие. Местные царства можно преодолеть на коне за один день. Рядом, в общем, здесь всё. Царевна Сильва очень люба соседу царю Полянину. Она и не прочь за него замуж пойти, но хочет сперва убедиться, что он по разуму её превосходит. Вот и задаёт ему загадки одна за другой. Тот тужится отгадывает, а она всё ни как испытания не прекратит. Сейчас у них новая волна пошла. Друг перед другом хвастаются, у кого каких диковинных вещей больше. Приглашают мастеровых со всех сторон. Я спросил про диковинки, что это они вёдра ходячие имеют в виду, на что узнал, что ведра разные у них бывают. Просто гостил у них и у царя Емеля мастер, покуда, на свадьбу к сыну не уехал, вот и оставил после себя, – сказал Гена, стараясь не забывать давать подробности.

– А ещё у них есть вещи, которые сами по себе работают? – поинтересовался Олег.

– И я об этом спросил, на что мне ответили, что мне надо в лавку к китайцам обратиться. Это у них каких-то только штуковин нет. Но считают, что вёдра это самое полезное, а остальное так безделушки, – сказал Гена.

– Надо же и здесь китайцы преуспели, – хмыкнул Даниил.

– Это они имеют в виду других китайцев, тех которые в Китай-городе живут. Это торговая часть города. Она окружена жердями, которые в связке именуются китами. С ударением на первый слог. Оттуда название и закрепилось, – пояснил Гена.

– Это этимологическое отступление не приблизило нас к тому, что ты только что поваром представился, – напомнил Борис Иванович.

– А да. Из диковинок у них когда-то появилась скатерть-самобранка, – сказал Гена, которого перебил Олег урчанием желудка и, покраснев, сказал: – Это то, что точно бы нам сейчас не помешало.

– Так вот она, держи, – сказал Гена и, встряхнув одной из скатертей, лежавших на кухне, сказал: – Накрой нам!

Перед голодными ребятами и учителем тут же показались разные яства, на которые они без приглашения набросились.

С набитым ртом Игнат спросил: – Я не понял, если у них такое есть, то повар им зачем?

– Скатерть самобранка как появилась, так в поварах нужды не стало.

Обленились совсем, уже мало у кого, готовить получается. А скатерть только одни и те же блюда предлагает. В общем, тоска зелёная. Повар им очень даже понадобился бы, – закончил довольный собой Генка.

Глава 8

После перекуса Гена устроил масштабную инспекцию по поиску продуктов для приготовления пищи.

– Повезло, что осень и урожай уродился, – обрадовался Борис Иванович, просматривая клети и кладовые, доверху наполненные припасами.

– Вкусная еда, это простая еда. Каждое блюдо раскрывается с помощью специй или особых ингредиентов только тогда, когда их самая малость, – поучал Генка, бегая между собранными в поварне разнообразными продуктами.

Он составил меню из набора наспех собранных продуктов и стал готовить.

– Вы смотрите и учитесь. Хитростей особых нет, но во всём, как и везде нужна сноровка. Какие-то блюда хороши с утра, а какие-то к ужину, – наставлял Гена, колдуя в поварне.

Кадеты с Борисом Ивановичем неустанно выполняли мелкие поручения по кухне, которых Генка как шеф-повар раздавал великое множество.

Рейтинг@Mail.ru