Пленница

Elle Vina
Пленница

Я завожу машину и еду дальше. К рассвету мы добираемся до пункта назначения. Отыскав нужный дом, я постучалась в дверь, которая тут же открывается.

– София?

– Здравствуйте, Анна.

Она с удивлением смотрит на меня пару секунд, затем подходит ближе и обнимает. Какая чудесная женщина. В ее объятиях я чувствовала себя защищенной особенным теплом.

– Я так рада, что ты жива, – она посмотрела мне в лицо.

– Я тоже рада вас видеть. Мне нужна ваша помощь.

– Конечно. Что случилось?

Я повела ее к машине. Мы вместе подняли Артура, который был в отключке, и отвели в дом.

– Я осмотрю его, а ты сходи в душ. Выглядишь не очень хорошо. У меня есть одежда для тебя, – голос ее был нежным и успокаивающим. Никакой фальши.

– Хорошо. Спасибо.

Стоять под горячей водой так было приятно. Это уже не комната заключения. Ее уже не было. Ничего уже не было, все уничтожено. Я не имела ни малейшего понятия о том, что мне делать дальше. Впервые в жизни у меня нет никакой цели. Мне некуда идти, меня никто не ждет. Я никому не нужна. А что с Артуром? Мы перестали играть свои роли, я больше не его пленница. Я ему не нужна. Будет разумно оставить его здесь, Анна точно позаботиться о нем. Я не знаю, было ли правильно спасать его. Хотя вряд ли он захочет вернутся к старому, он же сам это сказал. Да и возвращаться было не к чему. Надеюсь, он выберет правильный путь. Его спасение стало моим искуплением. Хоть для кого-то я не принесла смерть.

А что с Филом? Прощу ли я когда-нибудь себя за то, что сделала? Утешала лишь мысль о том, что теперь он был с родителями в лучшем месте. Но научусь ли я жить с руками по локоть в крови?

“А куда ты денешься?”

После всего, что произошло, нельзя отказывать себе в чем-то. Нужно отправиться в путь и искать свое место. Ни в коем случае не думать о смерти. Нужно жить дальше. Ради родителей, ради брата, ради Эми.

Я выхожу из душа и направляюсь к Анне. Она возилась с Артуром, протирая влажным полотенцем его тело, меняя повязки на ранах и втыкая какие-то иглы.

– Что с ним?

– Нога сломана и несколько ребер тоже. Раны чистые, заживут быстро. Возможно повреждение некоторых внутренних органов. А вообще, состояние не смертельное. Не быстро, но он поправится.

– Хорошо, – услышав ее, я немного успокаиваюсь. – Хорошо. Ты ведь позаботишься о нем?

– А ты куда-то собралась?

– Я ухожу.

– Категорическое нет. Я запрещаю тебе как врач. Ты выглядишь нездоровой.

– Я в порядке.

– София, останься хотя бы на день. Отдохни. Позволь мне позаботиться о тебе, – она просит так, что я не могу больше сопротивляться.

– Ладно, но только до вечера.

– Идем, я накормлю тебя. Потом поспишь.

Мы направились на кухню. Анна накрыла для меня большой стол. Я принялась за еду с большим аппетитом. Она все это время сидела рядом со мной.

– Могу я спросить, что с тобой случилось? Ты нашла брата?

Я качаю головой, не поднимая глаза.

– Мне так жаль, – она накрыла своей ладонью мою.

– Все изменилось. Уже не будет так, как раньше, потому что никого не осталось.

– Раз так, значит все будет хорошо? Все наладится?

– Не знаю, – честно отвечаю я.

После завтрака Анна проводила меня в спальню. Она уже собиралась уходить, но я останавливаю ее, удерживая за руку.

– Анна, как вы думаете, я хороший человек?

– Почему ты спрашиваешь?

– Потому что я убеждена в обратном.

Она села ко мне.

– Ты спасла мне жизнь. И того человека, кем бы он не был, тоже спасла. Плохие люди так не делают.

– Но какой ценой? – к глазам подступили слезы. В который раз уже я плакала за последние дни?

– У всего есть своя цена, уж в такие времена мы живем. Смирись с этим, София. Я считаю тебя хорошим человеком. Благодаря тебе я все еще жива и помогаю людям. Скажи, ведь оно того стоило?

– Наверно, ты права.

– Отдыхай, – она похлопала меня по плечу и ушла.

Я проснулась только вечером. После ужина я отнесла в машину еду и одежду, которые мне так любезно предложила Анна.

– Тебе лучше поменять машину, – говорит она, когда мы уже прощались.

– Да, знаю.

– Не скажешь, куда направляешься?

– Я еще не решила.

– А что сказать ему?

– Ничего. Сомневаюсь, что он будет искать меня. Здесь наши пути расходятся. Позаботься о нем.

– Обязательно. Удачи тебе. Береги себя.

– И вы тоже. Спасибо за все, – я обнимаю ее в последний раз.

Прежде чем уйти, я захожу к Артуру. Вдоволь насмотревшись на него, я наклоняюсь и целую его в щеку.

– Прощай.

Помахав Анне напоследок, я сажусь в машину и уезжаю в сторону заката, оставляя позади свое прошлое. Теперь у меня новый путь.

Эпилог

Полгода спустя

Артур

Я решаю пройтись пешком, поэтому оставляю машину на окраине леса. В конце концов, нога уже восстановилась.

Когда я слышу пение птиц и шуршание листвы, в памяти начинают всплывать воспоминания из детства. Когда-то мы жили на лесной опушке, и отец часто брал меня с собой на охоту. Это было так давно, будто в другой жизни. Мы были обычной семьей с обычными житейскими делами. Пока не началась война и не убили маму.

Мне было четырнадцать, Ариане одиннадцать. Мы не были готовы к такому. Наша жизнь стремительно и бесповоротно изменилась за год. Один год – именно столько времени понадобилось отцу, чтобы прийти к власти. Он изменился: стал грубым, жестким, безжалостным и вечно хмурым. Безумцы быстро разглядели в нем лидера.

Как выяснилось, маму убили обычные горожане, которые бастовали из-за того, что их подчинили себе люди нового порядка. Отец обезумел: он приказал вырезать солдатам весь город. Его уже ничего не интересовало кроме мести, даже его дети. Мы с Арианой держались друг за друга. Она стала единственной, что еще имело смысл в моей жизни.

Мы выросли, наблюдая за тем, как отец отбирает у невинных людей все, что у них есть, а затем убивает их. Конечно, это оставило на мне определенный отпечаток. Я боялся стать таким же, как он. А он все говорил, что придет время, когда я займу его место.

Это случилось три года назад. Я не был к этому готов. Но куда деваться? Сбежать мы не могли, рано или поздно нас все равно нашли бы. Единственный выход, который я видел, – это остаться и продолжать сеять страх, ведь только так я мог обеспечить неприкосновенность себе, а, главное, своей сестре. Ариана меня всячески уговаривала и была крайне недовольна тем, что я делал. Но предложить альтернативу она не могла. Так мы и жили: я посылал своих солдат грабить и убивать, Ариана старалась помогать всем, кому могла. Такой вот контраст. Но я делал все ради нее, хотя она и отказывалась в это верить.

Так было, пока я не познакомился с ней. С безумно красивой девушкой с длинными каштановыми волосами, нежной бархатной кожей, сладкими губами и глазами цвета меда. Не знаю чем, но она зацепила меня с первой же минуты.

После того, как одна девушка выбралась из поселения и рассказа людям, с кем она трахалась, этого человека нашли и буквально растерзали голыми руками. После этого случая я решил, что не стоит ходить у всех на виду так же, как мой отец. Миллионы людей желали нам смерти, не стоило их искушать.

Проблему решили довольно необычным способом, но все девушки, которых к нам привозили, не сопротивлялись при задержании. По крайней мере, нам так говорили. Знал ли я о том, что некоторых из них похищают? Нет, да и не интересовался. Никто не жаловался, не кричал, не ругался. Никто, кроме нее.

София была очень сексуальной. Ее стройное тело притягивало к себе взгляд, словно магнит, а ее грубость заводила еще больше. Пока не перешла черту. Не помню, когда мне отказывали. Конечно, это задело меня. Я был так зол, что сам переступил черту. Лишь когда я увидел кровь, я осознал, что натворил. Я никогда не бил девушек и уж точно не насиловал. Зачем вообще нам привезли целку? Старой стерве Марии давно надо было вправить мозги.

Я отправил к Софии Ариану. Та сначала накинулась на меня с кулаками, затем начала читать лекции про мораль и честь. А потом не разговаривала со мной несколько дней. Как-будто я сам не понимал, как низко опустился. В каком-то смысле я смог переплюнуть отца.

Мне было стыдно, меня мучила совесть, но отпустить я ее не мог. Я просил водить ее только ко мне.

Софи быстро угомонилась и вошла во вкус, а я надеялся, что дело не только в страхе. Она завлекала меня своей энергией, я весь день думал только о ней. Как же мне было приятно слышать, что моя маленькая девочка ждала только меня.

Через несколько дней Макс сказал мне, что поймал девушку, которая пыталась бежать. Когда я узнал, что это была Софи, я вновь озверел. Не понимаю, что на меня находит. Она пробуждала во мне все чувства, в том числе и плохие. Обычно за такое убивали, но как я мог ее убить? Наказав ее сполна, я приказал запереть ее, чтобы она хорошенько подумала о своем поведении. Лишь на третий день я узнал (проколы со своей стороны подчиненные пытались скрывать), что подруга Софии покончила собой. О том, что они были подругами, я узнал от Ри. О том, почему Эмилия покончила собой, я тоже узнал от Ри. Когда я узнал, что это Софи нашла труп подруги, я понял, что снова облажался.

София была разбита вдребезги. Она столького натерпелась от жизни. Я хотел защитить ее, оградить от всего мира. Но как я мог это сделать, если защищать ее надо было от меня? Наверно моя девочка была сумасшедшей, потому что вновь доверилась мне и в этот раз уже отдалась полностью.

Со временем я понял, что испытываю к Софи не только сексуальное влечение. Я целыми днями думал только о ней и с нетерпением ждал нашей встречи. А когда мы были вместе, был на седьмом небе от счастья. Я понимал, что будет лучше, если я отпущу ее. Но нужно было все продумать, сделать так, чтобы она была в полной безопасности. Признаться, я всеми силами оттягивал этот момент. Но когда она призналась мне в любви, я понял, что ее освобождение – это единственное правильное решение.

 

Все мои мысли были заняты ею, поэтому неудивительно, что я не заметил, как вокруг меня устроили заговор. Я совсем потерял голову. Затем потерял самое дорогое – свою сестру. Ее смерть была на моей совести, хоть она и приняла ее с улыбкой, сказав мне на прощание “люблю тебя”.

Оказалось, у сумасшедшего Фила тоже была сестра. Как человек он мне не нравился, но он был хорошим солдатом. Он был головорезом, метившим на мое место, и я понимал, что со временем его придется убрать. Однако я упустил этот момент.

После того, как он убил Ариану, я был готов принять свою смерть, но кое-что все же не давало мне покоя. Для Софи происходящее не могло закончится чем-то хорошим. Я пытался донести это до нее. Ее ненависть, презрение и недоверие были вполне ожидаемы и оправданы, но в глубине души все равно было больно. Я был уверен, что она убьет меня. Но нет, Софи меня спасла. Поступки лишь подтверждали ее слова: она и впрямь меня полюбила. Поэтому я искал ее.

Я не удивился, когда Анна сказала, что Софи ушла. Возможно, она запуталась в себе и в своих чувствах. Или, может, просто пытается забыть прошлое и начать все заново. В таком случае, мне не следовало бы появляться у нее на глазах. Но я же конченный эгоист, я хочу ее найти. Я не думаю, что она ждет меня и бросится ко мне в объятия при встрече, но до последнего на это надеюсь. В любом случае, мне хотелось просто увидеть ее и убедиться, что с ней все хорошо. Моя девочка многого натерпелась и заслуживает лучшего.

Я выхожу из леса на открытую поляну, где стоял бревенчатый домик. Один мужчина из деревни рассказал, что несколько месяцев назад сюда приехала молодая девушка, по описанию очень похожая на Софию, поселилась здесь, чуть дальше от деревни в опустевшем доме, и помогала детишкам в местной школе.

– Мальчики, ко мне.

Это точно был ее голос. Сердце заколотилось сильнее, во рту пересохло. Не помню, чтобы когда-нибудь так волновался.

Дом стоял на берегу большого озера, рядом с которым бегали два больших черных пса. Один из них вошел в воду и поплыл к Софии. Второй же заскулил на берегу.

– Эй трусишка, иди сюда, – позвала она его к себе. Песель неуверенно зашагал к ней.

Я направляюсь к воде по помосту. Софи замечает меня, лишь когда начинают лаять ее псы.

Кажется, она смотрит на меня целую вечность. Точно не верит своим глазам.

– Долго же тебя не было, – наконец произносит она. От ее мягкого голоса внутри все тает. Ее губы расплываются в улыбке, а взгляд не скрывает радости.

–А ты ждала меня? – я сажусь на корточки. София приплыла к краю помоста.

– Возможно, – она хитро улыбнулась.

Я помог ей выбраться. Мокрый топ обтягивал аппетитную грудь, соски просвечивались через тонкую белую ткань. Черт. В штанах становилось тесно.

– Так зачем ты пришел? – она смотрит мне прямо в глаза. Эти чудесные глаза… Как я мог скрывать их за повязкой?

– Я не успел сказать тебе кое-что очень важное. Я люблю тебя.

Софи чуть краснеет, ее глаза светятся. Она так прекрасна сейчас.

– Поцелуй меня, чтобы избежать неловкого молчания, – она встает на носочки и тянется ко мне. Я хватаю ее за талию и прижимаю к себе. Ее губы встречаются с моими. Сколько тепла и нежности в ее поцелуе. Я забываю обо всем на свете и растворяюсь в этом мгновении. Ничего сейчас не имеет смысла кроме нее.

– Ты такая красивая, – говорю я, когда Софи отстраняется. Она смущенно улыбается и молчит, пристально изучая мое лицо.

– Пару недель назад я слышала, что меня кто-то разыскивает, – удивляет она меня неожиданным заявлением.

– И ничего не сделала?

– Мне было интересно, как сильно ты хочешь меня найти.

– Ах вот как. Сейчас я покажу тебе, как сильно я этого хотел, – я поднимаю ее за талию и взваливаю на плечо. От неожиданности она взвизгивает. Я иду в дом и ищу кровать. София весело хохочет.

Я бросаю ее на кровать и стягиваю с нее топ, и она остается в одних трусах. Она уже перестала смеяться, ее зрачки расширились, в глазах вспыхнуло желание. Черт, какая же она сейчас горячая.

Когда раздеваюсь, я краем глаза замечаю, как Софи с нескрываемым интересом изучает мое тело. Я наклоняюсь к ней и начинаю целовать везде, наслаждаясь тем, как чутко она реагирует на мои прикосновения. Знакомый аромат ее кожи дурманит мне голову. Кажется, я кончу прямо сейчас.

Я стаскиваю с нее трусы и провожу пальцами по влажным складочкам. Влажным не от воды. Она уже полностью готова для меня. Софи кусает губы, хватаясь руками за простыни. Я вхожу в нее и мне тут же сносит крышу. Она закрывает глаза и громко стонет. Я хватаю ее лицо одной рукой и большим пальцем провожу по губам.

– Смотри на меня.

Рейтинг@Mail.ru