полная версияЭффект Клинти

Елена Сазоновна Конева
Эффект Клинти

Новый сотрудник

Игорь Сергеевич позвонил из лаборатории Тимура:

– Инга, зайди на минутку. Тут тебя ожидает подарок.

– Бегу, – уже на ходу сообщила Инга.

Все пространство в фойе, около входа во владения Тимура, было заставлено коробками – видимо, он получил новую аппаратуру. Инга пробралась узеньким проходом и приложила идентификатор к считывающему устройству двери. В институте все заведующие лабораторий одного и того же отдела могли свободно входить в помещения друг друга. Дверь открылась, и, перед тем как войти в нее, Инга успела посмотреть направо. Через широкую щель между стеной и коробками она увидела человека, сидящего на стуле у окна. Его серые глаза взглянули на нее лишь на мгновение, но Инга почувствовала озноб.

– Иди сюда, – позвал ее Тимур из дальнего угла, где они с шефом рассматривали какой-то лист бумаги.

Но Игорь Сергеевич не стал дожидаться и пошел девушке навстречу.

– Подарок находится не здесь, Инга, – в фойе.

Лицо Инги изобразило показной ужас:

– Да вы что, Игорь Сергеевич? Зачем мне нужна вся эта крепость из коробок?

Шеф улыбнулся. Эти двое молодых сотрудников его отдела вызывали у него теплые чувства.

– Подарок сидит у окна. Твоя наблюдательность наверняка отметила его своим вниманием.

Внутри Инги что-то напряглось, но она все же пошутила:

– Сидящий на стуле объект, конечно, замечен мной, Игорь Сергеевич. Но какое отношение имеет он к обещанному мне подарку?

– Самое непосредственное. Ты просила лаборанта – получай.

Инга посмотрела на подошедшего Тимура. Тот кивнул:

– Да-да, новый лаборант.

– Игорь Сергеевич, но ведь Тимур первым подал заявку. Значит, этот подарок предназначен ему, – попробовала возразить Инга.

– Не совсем… – замялся Тимур. – Вернее, лаборант мне, конечно, нужен, и я был бы рад, если бы ты отказалась…

– Но из этого ничего не выйдет, – закончил за Тимура шеф.

Он взял из рук молодого человека лист бумаги и передал его Инге.

– Это заявление о приеме на работу. Сам текст можешь не читать, а вот с резолюцией дирекции ознакомься.

Инга взяла листок и прочитала вслух: «Зачислить Клима Федоровича Александрова в лабораторию Инги Егоровны Андреевой».

– Какая странная резолюция. Вы когда-нибудь такую видели, Игорь Сергеевич?

– Ни разу. В институте много отделов и еще больше лабораторий. Но чтобы вот так, поименно, направляли нового сотрудника, не припомню.

– Тимур, – обратилась Инга к коллеге, – ты не подумай, что я где-то у кого-то что-то специально просила.

– А то я тебя не знаю!

Шеф посмотрел серьезно, и молодые люди затихли.

– Есть, ребята, во всем этом одна непонятная деталь. Вам она станет ясна, когда вы пообщаетесь с новым лаборантом.

– Я, кажется, кое-что уже почувствовала, – поделилась Инга. – От него веет каким-то нечеловеческим холодом.

– Я сейчас, – Тимур быстро вышел в фойе.

Вернулся он весьма озадаченным.

– Твоя интуиция, Инга, работает без сбоев. Знаешь, на кого он похож? На биоробота.

Тимур вдруг осекся.

– Игорь Сергеевич, неужели это рэб?!

Шеф смотрел с интересом.

– Догадка не беспочвенна. В нашем институте ведутся разработки в этом направлении.

– Вы что – хотите сказать, что в мою лабораторию направляют рэба?! Но зачем?! – Инга ощущала сильное возбуждение.

Игорь Сергеевич забрал у нее листок с заявлением и предположил:

– Возможно, наши коллеги проводят эксперимент. Возможно, в нем должна участвовать именно женщина.

– Но почему они не предупредили нас? – Тимур был взбудоражен не менее Инги.

– Иногда чистота эксперимента требует неоглашения его условий. В любом случае мы должны выполнить то, что нам предписано.

Шеф направился к двери и, обернувшись, закончил:

– Думаю, Инга, что вы с Тимуром разберетесь.

В лаборатории Инги

Тимур забежал к Инге в конце рабочего дня.

– Рэб еще здесь? – спросил он.

Инга кивнула.

– Что-нибудь о себе рассказывает?

– Молчит. Я поручила ему записывать результаты эксперимента, и он делает это пунктуально каждые десять минут.

– Его поведение вполне соответствует тем байкам о рэбах, которые ходят внутри института. Сами рэбы бесед не начинают, но на конкретно поставленные вопросы отвечают.

– Это интересно, Тимур. Давай попробуем его порасспрашивать.

Инга провела коллегу в соседнюю комнату. Прозрачный резервуар, похожий на огромный, во всю стену, аквариум, притягивал к себе внимание. Он был заполнен чем-то голубым, и в этой однородной среде то тут, то там вспыхивали серебристые искорки, хорошо заметные под специально подобранным освещением.

Тимур видел эту картину далеко не в первый раз, но все же воодушевленно произнес:

– Никогда не перестану восхищаться этой красотой!

Лаборант сидел у стола и что-то записывал, никак не реагируя на появление в комнате людей.

– Клим, – позвала его Инга, – рабочий день закончился. Ты собираешься идти домой?

– Я останусь, – прозвучал бесстрастный голос.

– Это невозможно, – возразила Инга. – Я должна покинуть это помещение последней.

Отклика не последовало.

– Надо задавать вопросы, – напомнил Инге Тимур. – Клим, где ты живешь?

Ответа по-прежнему не было.

– Твой вопрос, наверное, звучит абстрактно, – предположила Инга. – Спроси как-нибудь поконкретнее.

– Клим, у тебя есть место, где ты питаешься и спишь?

– Да, – голос Клима был все таким же безучастным.

– Это место находится в институте?

– Да.

– Мы можем туда пойти с тобой?

– Нет.

– Почему?

Ответом было молчание, и Инга посоветовала еще раз:

– Спрашивай определеннее.

– Кто тебя кормит, Клим?

– Рита.

– Рита послала тебя к Инге?

– Да.

Тимур принес два стула, и они с Ингой расположились рядом со столом.

– Давай теперь я попробую, – предложила Инга и спросила: – Клим, Рита работает в нашем институте?

– Да.

– Ей сорок лет?

– Тридцать.

– У нее короткие светлые волосы?

Рейтинг@Mail.ru