Танцы с духами. Часть вторая

Екатерина Бердичева
Танцы с духами. Часть вторая

– Нормальное поведение монарха. – Улыбнулся Итон. – Ибо каждый, чьей страстью является власть, преследует исключительно собственные интересы. Если вы входите в их сферу, к вам станут прислушиваться. Переступите черту – вас уничтожат. Молодой человек, примите мои соболезнования.

– А Ваш внук, господин Който? Отдавая его во дворец, где чуть не убили Вас, какие интересы преследовали Вы?

– Возможно, расплатился его жизнью за собственный покой. – Тонкая улыбка скользнула по бледным губам. – Каждый живет ради себя, молодые люди.

– Мне рассказать о Ваших словах господину Лайсину?

– Мой внук все равно умрет, как бы я ни хотел, чтобы он жил. "Радуга" – не валериана. Избавиться от ее иллюзий человеческое сознание не в состоянии. Ваш друг Рочен Рейво всего-навсего отсрочил агонию.

– Спасибо, господин Който, что выслушали нас. – Поклонился Ден, глядя на так и не занятые ими стулья. – Просим нас простить за то, что торопимся вернуться обратно. Как только что Вы сами сказали, если наши интересы не совпадают, говорить нам больше не о чем.

– Ну почему же? – Мужчина улыбнулся. – Ведь вы до сих пор не знаете, из-за чего начались военные действия.

– Про наркотики, поставляемые принцем Корвесом в страну, нам известно. И про каналы их поставок в другие провинции и страны. Вероятно, Тэо не устроил процент со сделки.

– Молодцы. Но я хочу, перед тем, как вы уйдете, кое с чем вас ознакомить. Ренли, друг мой…

Двери бесшумно открылись, и в них вошел дворецкий.

– Будь добр, достань мне манускрипт семи печатей.

Ренли кивнул головой и затерялся между полок с книгами. Когда он вернулся, в его руках был черный цилиндр с рукописью. Поклонившись, он подал его господину и остался стоять за креслом.

– Вот здесь, – Итон надел очки, – описаны дела наших общих с этим юношей предков. Когда-то семья Фортис и Тэо была единой. И звались они Хранителями Хайтоми. – Старик посмотрел поверх очков на застывших оперативника и мальчика. – Вижу, вы не удивлены. Значит, уже о чем-то догадались?

– На подходе. – Ответил ему Ден.

– Людей в начале времен было мало. Они поклонялись духам стихий и просили их заботиться о процветании рода, отдавая за благосклонность часть урожая или товаров. Но были среди людского племени и такие, чьими предками были дети, рожденные от любви смертных с духами. Именно они были первыми магами. Их глаза прозревали картины мира тонкого и видели реалии нашего, материального. Им подчинялись силы стихий. Они знали имя своего родоначальника и, если происходили неприятности, звали его на помощь. Постепенно дома разделились на касты. Те, чьи духи были воинственны и сильны, стали королями. Другие, чьи родоначальники были мудрецами и созерцателями, стали хранителями или, по-другому, служителями. Храмы, построенные во всех землях, принадлежат именно таким домам. Дом Хайтоми, о котором шла речь, давно разделился надвое, поскольку в нем оказалось два прародителя из мира духов. Первого волновали милосердие и порядок. Вторым был воинственный дух, влюбившийся в прекрасную хранительницу. Он был героем и защитником слабых. Ему с радостью делали подношения многие жители земли. Но самым оберегаемым родом были Хайтоми. Однако, с некоторого времени в семье стали рождаться разные по характеру дети. Непоседы, забияки, путешественники никак не уживались под одной крышей с тихими и спокойными миротворцами. Тогда дом Хайтоми исчез. Но появились Фортис и Тэо. Так новые дома назвали себя именами их основателей. Фортисы любили переделывать мир под себя. А Тэо… Они остались служителями. Прошло много веков, но тот и другой дома помнили свою историю и продолжали считать себя родственниками. В этом манускрипте, – Итон погладил тубус и, открыв крышку, вытащил свиток, – говорится о том, что дух-покровитель Фортис был очень воинственным. Чем больше проходило времени, тем чаще он развлекался людскими конфликтами, к которым подталкивал целые народы. И понесли тогда люди хранителям дома Тэо подарки, чтобы они уговорили своего покровителя успокоить духа войны и покончить с бесконечным кровопролитием. Служители днями и ночами возносили молитвы. И он откликнулся. Здесь написано, что уговоры не помогли, но трое суток меж мирами шло сражение. Ночные небеса сияли светом, словно был день. На четвертые сутки все закончилось. Дух войны был опечатан семью печатями и уложен в недра земли с тем, чтобы спать там глубоким сном до тех пор, пока печати не будут сорваны по людской воле.

– Вот как? – Ден без разрешения присел на стул. Положив руки на спинку другого, во все глаза смотрел на Итона Който взволнованный Рик. – Полагаю, какие-то печати слетели раньше?

– Именно. Когда землям Фортис грозили бедствия, члены семьи приносили кровавые жертвы удерживаемому в недрах земли духу. Он не мог вырваться на свободу, но отзывался, томимый жаждой свершений.

– И что делали Фортисы? Убивали невинных младенцев? – Хмыкнул Ден.

– Нет. – Невозмутимо сказал Итон. – Жрец резал себе вены и проливал кровь на алтарь. То же самое делала его жена и дети. Дух, чувствуя кровь, становился сильнее и помогал своим потомкам. Но затем силы иссякали, и он снова засыпал под печатями. Но снятие каждой последующей печати требовало всё больших жертв. В конечном итоге в доме Фортис не осталось сильных магов. Но были Тэо… Теперь перейдем к последней печати.

– Простите… – Робко спросил Рик. – Но зачем Королю понадобился дух? Стране не угрожает никакая опасность.

– Дух может исполнить любое желание призвавшего его потомка. – Любезно ответил Итон. – Значит, Его Величеству понадобилось то, что он не может получить из окружающего мира.

– Он снова хочет стать молодым! – Воскликнул Рик. – В детстве няня читала мне похожую сказку!

– Возможно. – Пожал плечами Итон. – Сказки всегда вырастают из реальных событий. Но давайте вернемся к тому, ради чего я с вами говорю. В пророчестве о снятии седьмой печати говорится о том, что брат встанет на брата и сын на отца. Реки отведают дары смерти, и вода превратится в яд. Из-за неутоленных человеческих желаний пробудится тот, кто станет еще ужасней, поскольку привык он к крови человеческой. Но возвысится род его до небес, низвергая прочие роды в бездну. Пустынной станет земля. И только через множество веков на ней снова раскроются цветы новой жизни.

– Ужас! – Дернул плечами Ден. – Получается, Фортисы уничтожат множество людей? В вашем манускрипте не написано, как все это прекратить?

– Написано, что в это же время родится мальчик, воспитанный как воин, но тяготеющий к мудрости. И будет он отмечен звездой. Только этот человек не испугается сразиться с воплощенным демоном и победить его.

– И кто он? – Сверкнул глазами Рик.

– Мальчик, воспитанный воином, но тяготеющий к мудрости. Думаю, это ребенок, выросший, как Фортис, но на самом деле, принадлежащий дому Тэо.

– Герден! – Ахнул Дениэль.

– Когда я первый раз его увидел, меня поразила его аура. Она была… иной. Я совсем было хотел все списать на дом его матери, кстати, тоже хранительницы, но когда он нагнулся, то увидел на его шее, вот здесь, под волосами, небольшую родинку в форме звезды. А еще я понял, что дело не в структуре его ауры, а в ее постоянно меняющемся размере. Она словно бы мерцала. Ей не хватало сил для того, чтобы вырасти. И тогда я отправил с ним Лайсина, чтобы тот помог ему стать стабильней. Род Фортис, к которому мы принадлежим, силен, но мой внук оказался слишком слабым. Мне жаль.

– Черт! Теперь я понял, почему Герден просил Рочена о дружбе! – Вскочил на ноги Ден. – Рейво – сильный маг и может помочь принцу справиться с духом!

– Надеюсь, ваши вопросы закончились? Теперь, пожалуйста, ответьте на мой: где Герден?

– Здесь. Во дворце принца Корвеса. Его жену убили, а сам он чудом остался жив. И Рочен привез его сюда.

– Надо же… Никогда не думал, что волчонок простого рода сыграет в истории нашего дома такую значительную роль… Что ж, господа. Я буду на собрании. И хочу говорить с Роченом Рейво…

Проснувшись, Рочен взглянул на часы. Удивительно, что его никто не разбудил, ведь проспал он целых пять часов! Спустив с кровати ноги, он потянулся и потер небритое уже несколько дней лицо. Отросшая челка некогда модной стрижки кончиками волос попыталась влезть ему в глаза.

– Когда все кончится, подстригусь налысо. – Буркнул он и босиком пошлепал в ванную комнату.

Наплескавшись и переодевшись в чистую рубаху, кем-то заботливо повешенную на стул, он подошел к Гердену и снял крышку пенала. Раны на лице и груди затянулись полностью, оставив вместо себя белые тонкие нити. Надев перчатки, доктор повернул принца набок, чтобы осмотреть спину, где вместо кожи еще недавно было месиво из кровавых лохмотьев. Сейчас все аккуратно затянулось нежной, пока красноватой, пленочкой.

– Спасибо, Силь! – Поблагодарил он своего духа, доставая из личной аптечки маленькую коробочку с мазью. И тотчас тонкие руки обняли его талию.

Рочен посмотрел сверху вниз и улыбнулся.

– Привет, малышка! Где ты была?

– В своем мире. – Желтые радужки глаз скрылись под длинными черными ресницами. – Когда ты обо мне вспомнил, я сразу пришла сказать тебе, как соскучилась.

– Все дразнишься, совушка? – Он наклонился и поцеловал ее макушку. – Разве дух может привязаться к короткоживущему человеку?

– А человек может привязаться к духу? – Она просунула голову под его руку и потерлась носом о грудь в незастегнутой рубахе.

– Может, но не должен. Отпусти меня, мне надо обработать спину Гердена, а потом разбудить его и покормить. Пора ему включаться в суровые будни.

– Хорошо бы еще пару дней подержать. – Сильвия склонилась над мужчиной. – Но, боюсь, у вас совсем нет времени.

– Что случилось? – Продолжая обрабатывать раны, Рочен тревожно посмотрел на духа.

Та подняла голову и снова улыбнулась.

– Скоро все узнаешь сам. Нетерпеливый Денки бегает по коридору и ждет, когда ты проснешься. Ведь госпожа Ханна запретила тебя будить. Она тебе нравится? – Взгляд ярких глаз коснулся его зрачков и снова улетел в сторону. – Знаешь, Рочен, Ден – большой молодец. И так к тебе привязался! Ты же не разочаруешь его отказом?

 

– Ты вообще о чем говоришь? Кто кому нравится? И в чем я должен ему отказать?

– Как только он расскажет, что узнал, ты все поймешь… Да, пожалуй, Гердена пора поднимать на ноги. – Ладошки девушки, склонившейся над больным, засияли оранжевым светом. Плавно, не касаясь молодой кожицы, она начала водить ими, что-то шепча себе под нос. Потом из света начали появляться золотые круги. Рочен заворожено смотрел за ее действиями, пытаясь разглядеть то, что менялось при этом в энергетическом плане . Когда она закончила, доктор увидел почти чистую, с небольшими нитями шрамов, спину.

– Какая же ты умничка! – Восхитился он. – А я могу этому научиться?

– Можешь. – Силь отошла от Гердена и, привстав на цыпочки, обвила шею высокого доктора руками. – Поцелуешь?

– Если поцелую, то уже не оторвусь. – Усмехнулся он. – Сама знаешь, каковы мужчины: нам не до войны, если рядом – любимая женщина.

– Рочен! Значит я – любимая? – Захлопала в ладоши Силь.

– Просто ужас… какая. – Двусмысленно улыбнулся ей мужчина. – Но сейчас надо заниматься больными.

– Ну вот! – Надула губки Силь. – Сам сказал, что рядом со мной тебе не до чего!

– Так ты первая, если я раскрою объятия, пошлешь меня… лечить или воевать.

Он снял перчатки и попытался обнять Силь. Но она утренним туманом выскользнула из кольца его рук.

– Всему свое время! – Прошептала она и исчезла.

Но с кровати, на которой теперь лежал Герден, раздался слабый голос:

– Где я? Кто тут?

– Ваше Высочество! – Подошел к нему Рочен, накрывая обнаженное тело простыней. – Рад Вашему возвращению в наш бренный мир!

Герден повернул голову и согнул локоть, пытаясь перевернуться на бок. Черные волосы упали на его лицо, занавесив сонные синие глаза. Рочен нагнулся и осторожно их убрал, перекинув через плечо.

– Ты? – Узнал доктора принц. – Значит, это был не сон, и ты действительно меня спас?

– Вас, Ваше Высочество, спасла Ваша Служба безопасности. А я к ним присоединился. Теперь мы находимся в Сенко. Сейчас сделаю для Вас теплую ванну и попрошу наших девушек поискать Вашу одежду.

Рочен сделал несколько шагов к двери, как вдруг Герден его окликнул:

– Стой, Рочен. Иди сюда.

– Что-то болит? – Вернулся доктор.

– Душа. – Тихо сказал Герден и, взяв Рочена за руку, уткнулся ему в ладонь носом.

– Ну, всё, успокойся. Самое тяжелое осталось позади… – Подняв другую ладонь, доктор погладил черные волосы. – Что случилось?

– Я вспомнил, как ее убили. Ту девушку, мою жену. Это произошло так быстро! Вбежали люди, среди которых я узнал своего умершего секретаря. Кажется, он был не в себе. Они привели с собой двоих со спутанными руками и невидящими глазами. Хайсо взмахнул ножом, и моя жена упала с перерезанным горлом. Наполнив какие-то склянки ее кровью, он захохотал. Я схватил подушку и размахнулся, чтобы сбить его с ног… но меня ударили сзади. Потом помню только боль. Рочен, они меня били. За что? Почему никто не охранял мои покои? Кто они? Рочен, мне страшно!

– Прости, принц, но это, похоже, еще не конец. Твои оперативники за ту пару дней, что мы здесь, успели выяснить многое. Так что возьми себя в руки и перестань лить слезы. В том, что произошло, ты не виноват. Полежи немного, я наполню ванную…

Вернувшийся Рочен подхватил на руки слабое тело принца и осторожно положил его в горячую воду.

– Отмокай. Я попрошу горничных найти твою одежду и вернусь.

– Спасибо, Рочен! – Жалкая улыбка искривила принцу губы. – Возвращайся скорей!

Дежуривший под дверями Рик вскочил, когда сильная рука Рочена толкнула створку наружу, и скромно прижался к стенке, виновато поглядывая на доктора из-под ресниц.

– Рик! Найди горничных. Пусть принесут принцу теплую одежду и обувь. А еще сбегай на кухню. Пусть приготовят легкий куриный бульон.

– Да! – Засветились глаза парня. – Я все сделаю очень быстро!

– Угу. – Сказал Рочен его спине, мелькнувшей в конце коридора, где уже появился Денки.

– Рочи! – Подошедший мужчина протянул ему руку. – Выспался?

– Немного. Принц пришел в сознание и готов, если не к борьбе, то внимательно слушать. Ты чего-то узнал? Судя по твоему лицу – новость похожа на бомбу.

– Точно. Я узнал истоки и продолжение нашего "мистического" следа. Ты даже не представляешь, во что нас втянул безумный Король Исайтор!

– Ден… Время терпит? Если да, то расскажешь позднее. Я хочу, чтобы Герден послушал все версии с самого начала.

– Согласен. Тем более, в этой истории ему отведена главная роль!

– Понятно. Пока Рик бегает по девушкам, пойдем, поможешь мне поменять белье на кровати Лайсина и посидишь с ним, пока не закончится капельница. Потом я вернусь и подключу нового "донора". Согласен?

– Попробовал бы я отказаться! – Улыбнулся Ден. – У тебя такие лапищи, что пикнуть не успею, как ты одной левой…

– Что… – Рочен посмотрел на свои руки. – Действительно, я кажусь тебе огромным?

– Боги! – Расхохотался Денки. – Еще скажи, что у тебя развился комплекс неполноценности! Может, это я так завидую!

– Балда. – Покачал головой доктор и открыл ключом дверь, за которой, в глубине комнат, спал Лайсин.

Когда Рочен поставил капельницу и начал менять прибор, подающий жизненную энергию, Ден встал рядом и посмотрел на бледное лицо в обрамлении серебристых волос.

– Ведь интересный мужик. – Сказал он. – И умница. Почему же он довел себя до такого состояния?

– Психика не выдержала перегрузок. – Коротко ответил Рочен. Потом, закрепив манжеты, продолжил. – Не каждый может справиться с путем, куда, не подумав, ступил по чьей-то или своей воле. Он – не воин. Даже не творец. Просто созерцатель. Его предназначением была тихая провинциальная жизнь с редкими праздниками, домашними заботами и чтением книг. Такому, как он, не вынести пути, предназначенного избранным.

– Сложно понять, почему судьба сплела ему такую дорогу. – Ден сел у изголовья Лайсина на стул. – Скажи… Ты все еще привязан к нему?

– Когда передо мной лежит тело, я вижу только больного. – Усмехнулся Рочен. – Профессиональная этика.

– Тогда не обижай, пожалуйста, принца Гердена. Он тоже не виноват в своей судьбе.

– Ты интригуешь меня, Ден. – Рочен подошел к дверям и на мгновение обернулся. – За тобой – рассказ.

Рик обернулся очень скоро. Девушку-горничную он не привел, но на локте висела корзина с одеждой, а в другой руке болтались крепкие высокие ботинки со шнуровкой.

– Молодец. – Похвалил его Рочен. – Заходи и не забудь поклониться.

Пропустив парня вперед, из-за его спины он посмотрел на сгорбившегося под махровой простыней Гердена. Черные, с серебристыми нитями, волосы тонкими мокрыми прядками печально лежали сверху. А синие, обычно горящие нетерпением, глаза были прикрыты длинными ресницами, бросающими на белую кожу глубокие тени. Тонкая змейка шрама, пересекавшего бровь, исчезала на щеке. Большего у Рочена не получилось: слишком поздно принц попал в его руки.

– Здравствуйте, Ваше Высочество! – Прошептал Рик, кланяясь и ставя на пол корзину.

Ресницы дрогнули, открыв пустые глаза.

– Рикус Верус? – Бесцветно спросил Герден. – Откуда ты здесь?

– Брата… – Рик выпрямился и судорожно вздохнул. – Ларкуса убили. Меня – тоже.

– Странно. – Глаза принца открылись шире. – Мне кажется, что ты не похож на призрак.

– Наверно, я бы им стал. Но за мной прилетели господин Рочен и господин Дениэль. Они… сожгли Ларка. Вернее то, что осталось от него и машины. Я принес Вам одежду! Вот! – Рик поднял корзину и поставил ее к ногам принца.

– Хорошо, мальчик. – Ладонь Рочена легла на плечо сероглазого юноши. – Теперь сбегай на кухню и принеси бульон.

– Я быстро!

Дверь за собой Рик прикрыл очень тихо.

– Надо же, Рочен… Прямо-таки народный герой. – Съязвил Герден. – Защитник обиженных и униженных.

– Угу. – Рочен зашел к Гердену за спину и достал из кармана расческу и ленту. – Если будет больно, терпи.

И начал расчесывать темные густые волосы, подсушивая их собственной магией.

– Рочен…

– У?

– Я – не принц. И даже не Фортис.

– Угу.

– Я издевался над твоим лучшим другом.

– Он мог уйти.

– Я надел ему рабский ошейник.

– Который ничего не значил для вселенной, но стал замком для Лайсина. Сознание рисует жизнь.

– Ты все понял!

– Да.

– Ты все еще меня ненавидишь?

– Нет.

– Рочен! – Волосы выскользнули из руки доктора, когда Герден резко обернулся. – Ты когда-нибудь… сможешь стать моим другом?

Белые брови Рочена медленно поползли кверху, а на губах появилась усмешка.

– Неужели все еще веришь в дружбу и любовь?

– Идиот.

Герден замолчал, а Рочен, переплетя ему волосы, помог одеться и натянул на ноги ботинки.

– Ну вот: совсем другое дело! – Улыбнулся он.

Дверь снова открылась, и в нее вошел Рик с подносом.

– Покорми принца. – Приказал ему Рочен. – Мне надо снять пустую капельницу и освободить господина Дениэля.

– Он с господином Лайсином? – Повернул голову Рик.

– Да. Сейчас вернусь.

– Ты и этого сюда притащил? – Задрожал тихий голос Гердена. – Для чего? Тебе все еще дорога эта кукла?

– Рик! Вытащи из катетера иглу и накрой его колпачком. После чего возвращайся с Денки в зал. Скоро мы спустимся.

– Хорошо. – Удивленный парень вышел за дверь.

– Лайсин Който – не кукла. – Сел напротив Гердена Рочен. – Он – сломленный твоей силой человек. Ты виноват в том, что он стал таким. Хочешь, чтобы я стал твоим другом? Знаешь ли, принц, доверие надо заслужить. Пока же, кроме капризов, я не вижу никаких умных дел. Бери ложку и ешь.

– Не буду.

– Это – еще одна глупость. В данный момент, за тысячи километров, одни твои родичи убивают других. Хочешь пополнить ряды мертвецов?

– Нет. Я выжил только потому, что помнил твое имя. Когда мне было скверно, я его повторял.

– Кажется, понимаю… – Вытянул к центру комнаты длинные ноги доктор. – Тебе необходима моя сила. Но для чего, Герден? Какую тайну ты в себе прячешь?

Дрожащей от слабости рукой Герден взял ложку, зачерпнул бульон и поднес ко рту. Проглотив, сказал:

– Ты обещал сам сварить для меня суп. Я помню.

– Я тоже. Однако, если ты думаешь, что простолюдин упадет перед тобой ниц с идиотским выражением радости в глазах, ты ошибаешься. Так зачем тебе, холодному и расчетливому человеку, убеждать меня в том, чего нет?

Дверь снова распахнулась, и на пороге появился Рик со сведенными у переносицы бровями.

– Господин Рочен! Хоть мы с господином Герденом – дальние родственники, только я – обычный человек с небольшими магическими способностями. А он – хранитель! Великий маг, кровью которого Фортисы хотят сорвать седьмую печать!

– Что? – Захлопал глазами Рочен.

– Молчи! – Вскочил Герден. – Не тебе об этом говорить, дерзкий мальчишка!

– Не соглашайтесь на его дружбу! – Рик подошел к сидящему доктору и бесцеремонно обнял его шею. – Вы готовы для людей на все. А он, – колючие глаза посмотрели на тяжело дышащего принца, – с радостью положит Вашу жизнь на алтарь своего духа!

– Ничего не понимаю. – Рочен снял со своей шеи чужие руки, но не отпустил их, сжимая своей ладонью. – Дух, алтарь… Герден… что ты от нас скрываешь?

Принц, покачнувшись, опустился на стул и закрыл глаза рукой.

– Ты прав, Рочен. Я – холодный и расчетливый… нет, не аристократ. Слуга, призванный беречь последнюю печать. А еще я – проводник между мирами. Пойдемте. Я буду говорить со всеми своими людьми, до сих пор идущими за мной.

Глава десятая. Откровения Гердена

В нижней зале дворца, переделанной оперативниками под свой штаб, сидящие за экранами люди одновременно подняли глаза: в открытой настежь двери появились Рочен и Дениэль, между которыми, опираясь на их руки, шел бледный и хмурый Герден.

– Ваше Высочество! – Все встали и склонили головы. Идущий следом Рик быстро принес из угла удобное кресло. Рочен перехватил вторую руку принца и помог ему сесть. Ден накрыл его плечи принесенным с собой пледом. Оперативники молча смотрели, как устраивают того, кто еще два дня назад был между жизнью и смертью, но нашел в себе силы преодолеть недомогание и выйти к тем, кто хранил ему верность.

– Как Ваше самочувствие? – Поинтересовался Санс.

– Для того, чтобы слушать и говорить, оно вполне сносное. – Кивнул Герден и продолжил, глядя на замерших людей. – Благодарю вас за то, что поддержали друг друга и вашего принца в тяжелый для государства и всего мира час. Садитесь. Сейчас не время для этикета. Господин Санс, – синие глаза внимательно посмотрели на Главу Службы, – Вам – отдельная благодарность за сохраненные жизни сотрудников и великолепную работу.

 

Санс снова встал и поклонился.

– Прошу Вас, – продолжил Герден, – рассказать мне все, что вы успели узнать, не утаивая даже несущественные мелочи. Они также могут иметь значение.

– Конечно. – Санс выпрямился и встал так, чтобы Гердену не приходилось, глядя на него, задирать голову. – Вначале мы решили, что внутри дома Фортис идет борьба за каналы сбыта наркотиков.

– Так и есть. – Согласился Герден. – Отец, м-м… принц Корвес, давно наладил поставки очищенной и переработанной в концентрированный порошок "радуги" на наш материк. Когда об этом узнал Его Величество, то, немного пожурив творчески подошедшего к приумножению казны сына, стал получать свою долю с продаж, расходуя ее на содержание детей Корвеса: меня и принца Волдена. Именно эти деньги приходили на счета провинций Тамт, отписанной мне, и провинции Мэйт, принадлежащей брату. Там они, пущенные в дело, очищались и снова пополняли общий бюджет государства в виде налогов.

– Но в эту теорию никоим образом не укладывались события, касаемые Вашей свадьбы. – Продолжил Санс. – И того, что Вас, простите, Ваше Высочество, воспитывал неродной дед. Поэтому мы начали искать любую информацию о Вашей матери и Вашей скончавшейся жене.

– Да. То, что сейчас происходит, к наркотикам и переделу сфер влияния не относится. Честное слово, господа, я сам долго не мог понять, почему вокруг меня вершатся негативные события, закончившиеся потрясшим всех взрывом буровой и крушением Северного экспресса. Хотя у меня были нехорошие предчувствия: незадолго до этого с предприятия, где я работал, из цеха по разработке новых видов оружия украли опытные образцы. Благодаря вашему тщательному анализу я понял, что диверсии были сделаны с помощью этих устройств. Но зачем? Не было никакой причины стравливать между собой братьев-принцев. Тем более, оставляя всяческие указания на мое участие в этих актах. Все непонятные вопросы между ними давно были выяснены, а сферы незаконной деятельности поделены. Вы тоже ходили по кругу, чувствуя остаточные следы моей ауры. В некоторых кругах обсуждался вопрос, что я хотел очернить принцев в глазах Короля, чтобы самому занять трон. Каюсь, одно время мне казалось, что я смогу многое сделать для своей страны, имея в руках всю полноту власти. Наверно, несколько удачных политических афер заставили меня возгордиться… Да и Его Величество частенько намекал, что был бы счастлив, умирая, оставить государство тому, кому небезразлично его благополучие… Как же я был наивен! Мои глаза начали открываться, когда Король, настойчиво обещая трон и все земные блага, потребовал, чтобы я женился на девушке той же семьи, откуда родом моя мать. И это сразу меня насторожило, поскольку дом принадлежал жрецам и хранителям. Думаю, нет нужды объяснять, кто они такие.

– Я о них ничего не знаю. – Пожал плечами Рочен.

– Если коротко, – Герден повернул голову и посмотрел на невозмутимый профиль северянина, – это люди, живущие в двух мирах: человеческом и духовном. Они могут вызывать духов в мир людей или изгонять их обратно. Могут заставить уснуть бессмертных на долгие века. Хранители высшей касты, жрецы, господин Рочен, могут многое, поскольку их магия родом из того же источника, которым пользуются существа тонкого мира.

– Зачем Королю понадобился этот брак? И как он связан с обещанием отдать трон неродному внуку? – Почесал кончик носа Рочен. – Он вообще знал, что Вы, Ваше Высочество, ему приходитесь… кем?

– Дальним… очень дальним родственником. Нет, думаю, не знал, пока я по глупости не рассказал ему про приходящие ко мне тени. Он сразу сообразил, что я вижу духов и общаюсь с ними. Но в семье Фортис духов не видел никто. Все считали меня странным, поскольку в детстве и юности я вел себя несколько неадекватно. Но что сделаешь: если тот из родителей, кто передал ребенку дар, умирает, духи-покровители, вместе со слугами, переходят к следующему видящему или, по-другому, хранителю. Им оказался я. Скажу честно, мне было тяжело. Мать объясняла, как правильно себя вести, но все равно я не мог справиться с теми, кто сильней меня. Иногда сутками я пропадал в их мире, любуясь красотами или ужасаясь видениям, от которых стыла в жилах кровь. А здесь, в людском мире, я, вероятно, был без сознания. Возможностей юного тела не хватало сразу на два плана бытия. И тогда духи подсказали способ стать немного сильнее. Всего лишь нужно было найти чистую душу, друга, готового делиться со мной своей энергией. Выбор пал на Лайсина Който. Он понравился мне легким, податливым характером и какой-то веселой искренностью. Мне казалось, его сил хватит нам обоим. Действительно, духи направили меня в Сенко. Но не показали того, кто был мне нужен. Они хотели, чтобы я сам сделал выбор. – Герден, улыбнувшись, посмотрел на Рочена. – Вы, господин Рочен, постоянно болтались перед моими глазами. Но я не понял подсказок судьбы, призвав на службу не того.

– Вы сами наполнили светлый источник нечистотами. Так что не стоит пенять на духов. – Ответно оскалился Рочен. – Если бы Вы, Ваше Высочество, попытались проделать со мной то же, что с Лайсином, я бы размазал Вас по стене. И никакие духи не помешали бы мне это сделать. Но прошу Вас, давайте вернемся к событиям Вашей свадьбы.

– Несдержанность в словах и чувствах – отличительная Ваша черта, господин Рочен. Не понимаю, почему Вас до сих пор терпят в госпитале? – Герден с презрением посмотрел на доктора. – Однако, сейчас не время выяснять отношения с таким типом как Вы. Поэтому снова вернемся к нашему разговору. Еще до свадьбы я осознал, чего хочет Его Величество. Будучи человеком любопытным, я много времени проводил в библиотеках. И среди запыленных, никому не нужных томов и манускриптов целенаправленно искал записи о том, что должен уметь и знать хранитель. Меня никто не учил, но я учился сам. Попадая в тонкий мир, я отрабатывал заклинания на его обитателях. Иногда получалось смешно. – Герден хмыкнул. – Заклинания надо произносить определенным образом. И каждое по-своему. Одно из выученных в числе первых я решил опробовать на духе воды. Да… С тех пор я не люблю открытые водоемы. Запах тины все еще стоит в носу. Так вот, там же, в библиотеках, я узнал о духах-покровителях тех домов, жрецом которых я мог бы стать. Фортисов опекал дух войны, запечатанный экзорцистами дома Тэо с помощью своего покровителя – духа мудрости. Удовлетворяя ваше любопытство, скажу, что духом дома матери был повелитель теней. Теперь вернемся в современность. Старый Король, откуда-то узнав о духе своего дома и последней, седьмой печати, решил выпустить его на волю, поставив условием освобождения продление собственной жизни. В последние годы он чувствовал поступь приближающейся смерти, и ему очень не хотелось умирать. Но для того, чтобы снять удерживающую духа цепь, нужно не только вскрыть святилище – место его земного пребывания, но и пролить на алтарь кровь хранителя-жреца. Лучше всего – верховного жреца Дома. Когда ее слишком мало, свои запястья режут остальные члены дома. Не знаю, кто надоумил старикана, хотя есть мысль, что этими глупцами были родственники моей жены, но только самым мощным ключом для снятия любых печатей является кровь девственницы-хранительницы, только что вышедшей замуж, но не познавшей мужа. В случае нашей с ней свадьбы выполнялось сразу два условия: девушка, ставшая моей женой, после обряда получала принадлежность дома Тэо и до первой брачной ночи оставалась девственницей. Поэтому люди, пришедшие в наши покои согласно воле монарха, взяли ее кровь. А чтобы я не смог набраться сил, ее убили. Мне очень жаль… Я стремился к этому союзу: он открывал новые возможности. Если бы я прошел инициацию, то мог стать главным жрецом одного из домов. Согласитесь, это гораздо важнее трона. Хотя приятное с полезным можно совместить. – Улыбнулся Герден.

– То есть, если бы она стала Вашей женой, Вы заняли бы место главного жреца?

– Да. И до печати никто бы не добрался. Жреца трудно убить, поскольку он видит вероятное будущее на три дня вперед, с момента формирования события в тонком мире. К сожалению, меня застали врасплох. Не думал, что у деда хватит наглости, чтобы напасть на нас во дворце, полном охраны и гостей. Но жажда жизни затмила его разлагающийся разум. Что было потом, господин Санс?

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26 
Рейтинг@Mail.ru