Легенды древней Эдины. Травница

Екатерина Бердичева
Легенды древней Эдины. Травница

Он задумался. Снова в камине дрова затрещали,

Дым серый струился. -

«Ты, Роксана, не знала: такие дела…

Принцем этой страны я родился.

И пока вы спасали от смерти меня,

Вспомнил все, как я жил, понемногу.

Я не трус… Но боялся несчастного дня

Расставания с милым порогом.

Я неправильно мыслил, и множество дел

Сотворил по незнанию горьких.

Был беспечен, задирист не к месту и смел,

В страшных сечах сгубил люда сколько!

А теперь я обязан поправить дела,

Навести в государстве порядок.

И жениться». – Морщина на лбу пролегла. –

«Чтобы людям вернуть их достаток».

Тут голубка головку в крыло убрала.

«Болтовня утомила летунью?

Разберусь потихоньку. На сердце тоска…

Как мне хочется видеть колдунью!

Знай, небесная птичка, что сердце мое

В том лесу с ней навеки осталось.

Ах, пойми, как же плохо без милой житье:

Навсегда для меня потерялась.

И беспечной тропинки назад больше нет.

Зарастут к ней пути и дороги.

С чуждой девой окончится жизненный след…

Ведь у прошлого длинные ноги.

Ты прости, ты прости, милый ласковый друг!» -

Из очей серых слезы катились.-

«Ты не ведаешь, люди рыдают вокруг…

И во что мои дни превратились.

Я обязан вернуть и уют, и покой

В те дома, что война разорила.

Не дает нам судьба жизни вместе с тобой…»

Утро. Зорька край туч золотила.

Снова пламя в камине притухшем развёл,

Снял льняную, с узором, рубашку:

"Счастье больно терять, если только обрел…

Но я должен расстаться с вчерашним.

Он надел королевский костюм, лишь в косе

Седину нить в лазурь оттеняла.

Тут в покои вошел нервный старший министр:

«Вижу, ты потрудился немало!

Нам пора, скоро люди на площадь придут:

Облетело всех сразу известье.

Видеть жаждут тебя, и с надеждою ждут,

Что объявишь сей час о невесте!»

Тут голубка проснулась, и с кресла к плечу

Прилетела и крылья сложила.

«Так, мой друг, символ мира в довесок к мечу –

Словно Слава сама нам служила!»

Вот, хромая, Король вышел в свет, на балкон.

Под стенами волнуются люди.

Закричали в толпе: «Ах, Роллан, это он!

Нет, не зря мы молились о чуде!»

Ликовал и кричал, веселился народ.

От души все встречали Роллана.

Руку поднял монарх, и закрыли все рот –

Так хотят знать грядущего планы.

«Мой народ! – Голос эхом пошел средь домов. –

Перед вами хочу извиниться!

Постараюсь, чтоб мир цвел у ваших голов,

Жить без войн будем вместе учиться!

Мы изменим наш быт укрепленьем страны,

Чтобы голода не было ныне.

Позабудьте о муках и страхах войны:

Мой народ! Я женюсь на Дарине.

Посему засылаю сегодня сватов –

С этим делом не стоит возиться.

А пока всем на площади праздник готов:

Будем пить и гулять… Веселиться!» -

Заревела, качнулась людская толпа.

«Мир, – кричали везде, – будет счастье!»

«Ты – отличный Король. – Тут министр сзади встал. –

Вот спасибо тебе за участье!

Мы хотим, путник, как благодарность Богам,

Я уверен, сего ты достоин,

Наградить тебя саблей Роллана. Отдам –

И душе моей станет спокойней!»

Тот упал на колени и саблю принял.

Сталь холодную тронул рукою.

Прошептал: «Как же в битве тебя потерял…

Как отрадно – ты снова со мною!»

Он поднялся с колен, саблю в ножны вложил

И окинул людей чутким взглядом:

«Всем спасибо, кто раньше мне верно служил…

А предателей ждут бездны ада!

И еще: засылайте к Дарине сватов.

Передайте, что жду… и страдаю.

И пусть каждый из вас рассказать мне готов,

Кто работал, а кто… сам не знает». -

Он пошел в кабинет слушать все о делах.

На монаршем посту, все, как надо.

А голубка вспорхнула, два белых крыла

Понеслись над деревьями к саду.

Вслед за ней черный ворон внезапно с небес

Быстрой тенью на сад опустился.

Под деревья упал, через куст перелез,

Дядькой-лешим он враз обратился.

А под яблоней голой, на мокрой траве,

Поливая лист палый слезами,

Плачет девушка, жалуясь стылой земле.

Осень поздняя перед глазами.

«Ах ты, дитятко бедное, радость моя, -

Старый леший погладил голубку, -

Полетели домой, мы с тобою – семья.

А он пьет из хрустального кубка!»

«Нету, дядя, пока торной тропки назад, -

Встала девушка, капли в ресницах. –

Про него все узнала, сильней во сто крат

В его счастье должна убедиться». -

Враз ладонями стерла все горе с лица.

Улыбнулась глазами лучисто:

«Наш Король молодой доверял подлецам.

Знаю, в этой женитьбе нечисто!

Потерпи, милый дядюшка. Пара деньков

До приезда Дарины осталась.

Посмотрю… как готов будет брачный покров,

Я немедля с Ролланом расстанусь». -

Вот взмахнула рукой, словно белым крылом,

В бледном солнечном свете растаяв.

Следом в город за ней, через стенки пролом,

Ворон взмыл, всю надежду оставив.

Вот неделя проходит, и будит набат

Горожан, не проснувшихся рано.

Поднимаясь, на улицы люди глядят.

Там Дарины повозки исправно

В городские ворота, одна за одной,

Чередой проезжают. Кареты

В самоцветах. Блестят одна лучше другой.

Ну а краше Дарининой нету.

Подкатила к подъезду. Спустился лакей

И откинул кареты ступени.

Шел к подъезду Король, дабы свидеться с ней:

Дрожь в руках, бледный, как привиденье.

Дверь слуга отворил, Выплывает она,

Красотой неземною дарима.

Посмотрела очами – толпа обмерла.

Все застыли, увидев Дарину.

Брови черные, с черной косой за спиной,

Кожа белая, губы – как розы.

На венце – полыханье камней, но одно –

В черном взгляде мелькает угроза.

Принц подать руку девушке вмиг поспешил.

Ее пальцев коснулся губами:

«Королева моя, Вас увидев, решил,

Что счастливым мне стать только с Вами!»

Благосклонно Дарина, головку склонив,

Прошептала: «Мне тоже все в радость!»

И свой взгляд, на голубку Роллана скосив,

Рот скривила: какая же гадость!

И позволила принцу себя проводить

В отведенные даме покои.

Старый ворон прокрался за нею следить:

Сердце вещее чует дурное…

В вечер тут состоится блистательный бал:

Танцы, пир, за стенами – гулянье.

И на празднике том, как народ ожидал,

День помолвки объявят, венчанья.

Вечер, бал загремел, люстра в сотни свечей.

Всё флиртует, поет и кружится.

В суете, вихре музыки, ярких речей

Лишь голубка одна сторожится.

Король нежно Дарину ведет, красота

Воспалит мозг любого мужчины.

Он глядит ей в глаза, ее шепчут уста,

Только сдержан Роллан без причины.

Вот окончился вальс, и к Дарине в поту

Подбежала прислужница рьяно.

Ей сказала красотка: «Понять не могу,

Что мешает влюбиться Роллану?

Он глядит мне в глаза – колдовство не берет,

Красота не стесняет дыханье,

Я боюсь, что задумали, тут не пройдет.

Жаль, не помер в той сече заранее…» -

Бал продолжился. Пир, а потом фейерверк.

И в сердцах загоралась надежда.

Люди думали: день наш еще не померк,

Заживем скоро лучше, чем прежде.

Старый замок ожил в блеске тысяч свечей,

Пышут жаром большие камины.

В крышу дождик стучит миллионом мечей.

О помолвке Роллана с Дариной

Объявили. И люд, как один, поднялись.

Все кричали, желая им счастья.

Только слезы из глазок голубки лились,

Да ярилось за дверью ненастье.

Бал окончился. Все по домам разошлись,

Удалилась в покои невеста.

Лан вошел в кабинет, а голубка за ним.

Обессилев, он рухнул на кресло.

Ну а там, где Дарина, другой разговор.

Рейтинг@Mail.ru