Дорогу осилит идущий

Екатерина Бердичева
Дорогу осилит идущий

– Вы верите, что у нашего маленького городка могут быть собственные тайны и спрятанные под землей сокровища? Не верите? Зря. Они – здесь! – Димка отошел в траву и торжествующе посмотрел на друзей, оставшихся на дорожке.

Настя скептически прищурила глаза и заложила за спину руки.

– Обычная вытяжка подземного коллектора. – Пожала плечами она. – Дурак, ты, Димыч. Паш… Пошли на пруд. Хоть на уток с утятами посмотрим. Мороженку купим.

Настин брат-близнец Пашка почесал белобрысый затылок и согласно кивнул головой. В их слаженном дружном дуэте, как всегда, вела решительная и знающая, что им обоим нужно, Настя.

Димка, уже поставивший ногу на сбитый из досок щит, с негодованием посмотрел на темноволосую девчонку.

– Я вам, как лучшим друзьям, по секрету… – Печаль, замешанная на обиде, выплеснулась из карих мальчишечьих глаз. – Своими ушами слышал, как парни из соседнего подъезда о подземных ходах рассказывали! А Леха вообще ездит на своем мотике с такой штуковиной для поиска кладов. Между прочим, в том месяце купил себе почти новую «Ямаху». Говорил, лазил сюда, нашел археологическую древность и выгодно продал.

– Если бы нашел, не трепал бы тем, кто может сделать то же самое. – Настя отвернулась и сделала шаг к прячущейся в листах акации аллейке, которая, прижимаясь к железной дороге, вела в сторону лесопарка.

– Леха говорил, одному в подземельях страшно. А с теми, кто составит ему компанию, обещал поделиться! Я бы пошел… Только мелких, вроде меня, он не берет. – Совсем расстроенно выпалил Димка, спрыгивая вниз и снимая перчатки с ладоней. – Конечно, сначала дать слово и в последний момент отказаться может только девчонка! А ты, Пашка, вообще думать не умеешь. Ходишь с Настей за ручку и подчиняешься ее приказам, хотя именно из вас двоих считаешься пацаном! – Димка плюнул на землю и вытер тыльной стороной ладони рот. – За один стол я с тобой в школе тоже не сяду. И списывать на контрольных не дам. Ищите другого дурака!

Настя, качнув толстой косой, решительно обернулась, а спокойный Пашка сжал кулаки.

– Да! Что слышали! Драться я не собираюсь и слов обратно не возьму. Эх, думал, вместе посмотрим… – Димка снова надел перчатки и решительно полез по доскам к сетке вытяжки, осторожно обрезанной и слегка приподнятой с одного края.

– Дим, вернись! – Нахмурила темные брови и сверкнула серыми глазами Настя. – Мало ли о чем говорят и что делают взрослые парни! Если они таблетки у хромого Дылды покупают, ты тоже к нему побежишь?

– Дура. – Даже не посмотрел в ее сторону Димка. – У вас с Пашкой есть отец и мать. А у нас с Серым – только бабка. Да и та работает на двух работах, чтобы нас прокормить. Вот было бы мне четырнадцать! Устроился бы в пиццерию курьером…

– А пособия? – В Настиных глазах промелькнуло сочувствие.

– Знаешь ли… – Димка откинул сетку и сел на край бетонной вытяжки. – Мы не только кушаем, но и растем. Еще – льем воду, готовим, тратя недешевый газ… Сереге в этом году в школу идти. Представляешь, какие расходы? Хотя, откуда… Мамочка дает денежку на мороженое. А я… – Парень осторожно опустил ногу внутрь и накинул на торчащий из стены штырь карабин от веревки, закрепленной на дедовском армейском поясе. – Я забыл, какое оно на вкус…

Голова двенадцатилетнего подростка вместе с бейсболкой скрылась в шахте.

Задумчиво поглядев на брата, Настя поковыряла длинную царапину, полученную в сражении с кустами малины.

– Теперь я поняла, почему у него всегда горло болит. – Сказала она. – Дело-то вовсе не в гландах.

– Я пойду с ним. – Посмотрел на сестру Пашка. – Если что с этим балбесом случится, его братан останется круглым сиротой.

Достав из кармана такие же, как у Димки, рабочие перчатки, он надел их на ладони и, кивнув Насте, полез за другом.

– Паш… – Настя колебалась недолго. – Подожди. Если там, – она схватилась за протянутую ладонь брата, – что-то действительно есть, мы отдадим нашу долю Димке.

Павел помог сестре перебраться через сетку и опустил ногу в сырую темноту, нащупывая мыском скобу, забитую в бетон.

– Дим! Ты где? – Крикнул он, пытаясь что-то рассмотреть в кромешной тьме. – Мы идем за тобой!

Где-то далеко внизу блеснула полоска света и раздался приглушенный Димкин голос.

– Скобы держат… – Глухо отозвался парень. – Но тут сыро. Придется топать по воде!

– А крыс… нет? – Опустив голову, прислушалась к словам обутая в кеды Настя.

– Не видно.

– Нась… может, не пойдешь? – Спросил Павел у сестры. – У тебя кофта светлая. Испачкается. И ноги промокнут.

– Но твои тоже промокнут! – Свела брови упрямая девчонка. – Я понимаю, – продолжила она шепотом, – если бы это была подростковая блажь! Но Димка не хочет, чтобы его Сережка в школе стал изгоем! Ты же знаешь, как быстро мамаши просекут, что пацан из бедной семьи! «Деточка, с этим мальчиком не играй, ручки из пенала не давай…» Если что у кого пропадет, сразу на Серого подумают! Чего застыл? Спускайся!

Павел фыркнул.

– Мы-то с Димычем дружим. И для его брата обязательно найдется друг. К тому же, первый класс формируется из подготовительной группы детского сада. Эй, не садись мне на голову!

– А ты поторапливайся! Знаешь, как ему там внизу одиноко?

– Жалеешь?

– Нет! – Теперь засмеялась сестра. – Боюсь, совсем обидится и перестанет объяснять нам алгебру! А какая глубокая шахта! Мне кажется, с двухэтажный дом!

– Ну да… – Павел задрал голову и посмотрел на далекое облачко дневного света. – На туннель для коммуникаций не похоже. Слишком глубоко. Может, секретное метро? Как в Москве.

– Здесь?! Для чего?

– Сел наш мэр в вагончик, и… к уточкам!

Теперь брат с сестрой расфыркались вместе.

Вертикальная шахта, в которую залезли подростки, закончилась круглой комнатой, из которой в четыре стороны расходились коридоры под два метра в высоту. Димка поднял руку, в которой ярко сиял фонарь. Кое-где по стенам сочилась вода, а под ногами тек ручеек. Но ни проводов, ни каких-то других признаков цивилизации здесь не было.

– Тогда… зачем? – Павел коснулся руки друга. – И ты уверен, что Леха сюда спускался? Жутко тут, в темноте… Может, он все выдумал?

Дима потер испачканной в ржавчине перчаткой щеку.

– Действительно, тут… странно. Просто ходы. А может… эти туннели служат для вентиляции? Правда, не представляю, какой. А Леха, да-а… Он здесь ходил. В ту сторону. – Луч фонаря метнулся вправо, а в голосе послышался смешок. – По крайней мере, так на стенке накарябано.

– А если нас… Кто-то поймает? – Настя задумчиво посмотрела в темноту. – Не просто так за этим местом ухаживают. Смотрите, как кругом чисто! Ни крыс, ни плесени, ни паутины…

– Интересно, чего тут вентилировать? Мышиные норки? – Пашка посмотрел на сестру. – Скорее, в старину под землей от татарских набегов спасались!

– Не похоже. Слишком глубоко. Скорее, когда-то под холмами добывали уголь или медь. – Димка убрал большой фонарь и вытащил из сумки, висящей на поясе, три налобных. – Наденьте. Будет удобней. Леха говорил о каких-то старинных вещах. Там, – он кивнул в разведанный взрослым парнем туннель, – исторический центр города. Быть может, сосед лазил под Кремль и наткнулся на древние кладовые! Или раскопал какую-то археологическую штуковину.

– Корону Рюриковичей. – Хмыкнула Настя. – И променял ее на мотик.

– Ну раз мы все равно влезли… – Негромко сказал Димка. – Может, посмотрим?

– До центра – километра два. – Паша взял друга за рукав. – Если туннель начнет расходиться, мы заблудимся!

– Привяжи к скобе веревку и покрепче. – Димка протянул кусок прочной и тонкой нейлоновой нити, намотанной на большую катушку. – Как только она закончится, сразу повернем обратно. Обещаю!

Сделав несколько плоских узлов, Павел кивнул сестре и другу.

– И почему тут не работают телефоны? – Со вздохом сказала девочка, фотографируя брата и насупленного Димку. – Хотя, если выложим наши фотки, наберем много лайков.

– Ты бы лучше физику повторила. – Посоветовал Димка. – Ручаюсь, Игорь Саныч сходу поставит тебе лайк. Глупо днями напролет сидеть в Инстаграме и завидовать автозагару подруг. Между прочим, скоро осень.

– С чего ты решил, что это – автозагар? – Воинственно ответила девочка. – Море, пальмы… Все – настоящее!

– С того. – Шедший первым парень напряженно разглядывал уходящий вдаль мрак. – Варьке Синевой из 8 класса я сам три снимка фотошопил. Башка – ее, тело – какой-то модели на пляже. Вышло клево.

– Ты? Варьке?!

– Всего две тысячи, и твоими вечно спрятанными в джинсы ногами восхитится многомиллионная аудитория.

– Дурак! – Как-то облегченно выдохнула девочка. – А я-то ей завидовала!

Поскользнувшись на сырой глине, Димка чуть не свалился в ручей. Но, опершись на стену, снова встал и тихо выругался.

– Ноги не держат? – Ехидно поинтересовалась Настя. – Учти, на ручках обратно не потащим. Не справимся с силой тяжести!

– Угу. Молодец, что помнишь. – Рассеянно ответил Димка. Вылив из кроссовка воду, он нагнулся над лужей и запустил в нее руку. – Кажется, обо что-то споткнулся.

Побултыхав во взбаламученной воде рукой, он воскликнул «ага!» и выпрямился. В грязной и мокрой ладони лежало нечто, блеснувшее под строенным светом ламп.

– Ну-ка! – Отпихнув брата, Настя протянула к блестящей штуковине пальцы. – Цилиндр… Ох, какой тяжелый! А что это на нем за камушки?

После сестры неизвестный предмет попал в руки Павлу. Оглядев его со всех сторон и сполоснув водичкой, он отдал его Димке.

– Судя по виду, какой-то сплав. – Тот потер находку о штаны. – А камни… мне кажется, они – настоящие. Ну, как в серьгах или перстнях. Иначе, к чему их было гранить? И сияют, не как стекло. Я помню, мама носила на пальце изумрудный перстенек. До сих пор вижу прячущиеся в его светлой зелени искры…

– Я бы не удивился, если бы на искорки запала Настя. – Заметил Павел, взглянув на сестру. – Чего молчишь? Интересно, сплав технический или ювелирный?

 

– Это я удивляюсь тому, что мой брат, увлекшись воспоминаниями о таблице Менделеева, не заметил выгравированного по окружности узора. Смотри, Дим, какой красивый орнамент!

Димка, ощутив на своей ладони пальчики подруги, неожиданно смутился. Хорошо, что за светом ламп никто не увидел его пылающих щек…

Нервно покрутив непонятный предмет, он в раздумьях почесал нос.

– Это не узор, Насть. Какое-то южное, скорее всего, арабское письмо. Пишется справа налево и напоминает кружево. Но я в нем не разбираюсь. Давайте возьмем находку с собой, а потом попробуем найти нечто похожее в интернете.

– Может… дальше не пойдем? – Посмотрел на сестру и друга Павел. – А что если тут база арабских террористов?

Димка и Настя дружно усмехнулись.

– В нашем Хренопупинске, где на весь город всего два консервных завода и три армянских ресторана?

– Но кто-то же вырыл эту глубокую шахту?

– Если не древние обитатели нашего холма, значит, военные. – Пожал плечами Димка. – Вроде говорили, в советские времена за городом стояла ракетная часть. Так что коридоры могут относиться к заброшенной системе запуска. А эта штука, – он осторожно убрал цилиндр в сумку, – оказалась здесь случайно. Кто-то лазил сюда до нас и… потерял. На старинную она не похожа.

– Что будем делать? – Павлик взглянул на часы. – Мама уже ждет к обеду.

Димка с сожалением посмотрел вперед.

– Пройдем еще немного и вернемся. Настя была права: тут ничего нет. Только заброшенные шахты. А Леха, скорее всего, разжился медными проводами. Одному тягать несподручно, вот он и собирает крепких парней.

– Тогда смысл идти дальше? – Павел взял протянутую Димкой катушку с почти закончившейся нитью.

Сестра, брызнув лучом фонарика на брата, благодарно уцепилась за его ладонь. Тот привычно обхватил ее пальцы. Стремясь в компании мальчишек выглядеть «своим парнем», Настя бывала насмешливой и резкой. Но если кто-то сжимал кулаки из-за ее чересчур острого языка, за нее всегда вступался молчаливый Павел, отбивающий у ребят всякую охоту не только драться, но и объясняться симпатичной девочке в нежных чувствах. Близких подруг у нее не было. Зато был брат, сквозь уверенную силу которого она безбоязненно глядела на мир. А еще был одноклассник Димка. Умный, веселый, легкий на подъем парень, помогающий бабушке вырастить маленького Сережу… Иногда она посматривала на темные вихры друга с затаенной нежностью. Но тонко чувствующий настроение сестры Павел однажды покачал головой. «Почему?» – Спросила его Настя. «Он несвободен». – Улыбнулся голубыми глазами мальчишка. – «Семья для него – всё». «А мы?» – Приподняла черные стрелы бровей Настя. «Мы – день и ночь, которые всегда рядом!» – Пашка протянул руку и легонько дернул сестру за темную косу. «И в кого ты у нас такой светлый?» – Задала тогда Настя вопрос, который поднимался в их семье с того момента, как мать первый раз увидала своих детишек. «В прадедушку». – Привычно ответил парень. – «Жалко, фотографий не сохранилось!»

Рейтинг@Mail.ru