Великая Громбулинская равнина

Дон Нигро
Великая Громбулинская равнина

 
«Часто-часто с тех пор
Летом в лунную ночь
На прибрежных песках
Вспоминаем мы дочь.
Улетела она
В громбулинскую даль
И не встретиться
Нам суждено.
 
 
Часто-часто с тех пор
В ту июньскую ночь
Мы сидим на камнях,
И глядим на луну
Она плещется в водах
Чанкали Бугда
И ее не увидеть уж нам
Никогда».
 

Эдвард Лир «Сказка о пеликанах».


Действующие лица

ДИНА – молодая женщина чуть старше двадцати.

НЯНЯ – молодая женщина лет двадцати пяти.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК – мужчина лет двадцати пяти[1].

МАГЕЛЛАН – мужчина под сорок.

ЭПРИЛ – молодая женщина под тридцать.

Декорация

Две скамьи среди зелени.

(В темноте слышится музыка парка развлечений, старомодная оркестронная версия мелодии «Играл оркестр/The Band play on». Свет медленно загорается, мерцает, как в старом черно-белом фильме. ДИНА, молодая женщина чуть старше тридцати, сидит на ближайшей скамье среди зелени. МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК сидит на соседней скамье. НЯНЯ, молодая женщина лет двадцати пяти, выкатывает на сцену старомодную детскую коляску. ДИНА в современной одежде, но НЯНЯ и МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК одеты по моде 1890-х гг. МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК заворожен НЯНЕЙ, которая занята ребенком и ничего не замечает. Она роняет маленькую набивную игрушку. МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК смотрит на игрушку, колеблется. ДИНА с интересом наблюдает за ними. Мерцающие огни начинают гаснуть, МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК и НЯНЯ покидают сцену, а потом свет ярко вспыхивает, без всякого мерцания. ДИНА все также сидит на скамье. Поют птицы. Летний день. МАГЕЛЛАН, мужчина под сорок, в современной одежде, выходит на сцену, садится на скамью, на которой сидел МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК, начинает читать книгу. Какое-то время ДИНА изучающе смотрит на него).

ДИНА. И за что вы здесь?

МАГЕЛЛАН. Простите?

ДИНА. В чем именно заключалось ваше неприемлемое для общества поведение? Сюда берут всех, при условии, что у вас есть деньги.

МАГЕЛЛАН. Да, это точно.

ДИНА. Вы не выглядите богатым. А должны быть, чтобы сходить с ума в этом месте. Для богатого вы выглядите слишком настоящим. Вы маньяк-убийца?

МАГЕЛЛАН. Я похож на маньяка-убийцу?

ДИНА. Вы похожи на человека, у которого есть тайна.

МАГЕЛЛАН. А вы здесь за что?

ДИНА. Как думаете?

МАГЕЛЛАН. Считаете себя лошадью Наполеона.

ДИНА. Нет. Так было в прошлом году. Я это пережила. Но иногда у меня возникает безумная тяга к овсу. Приходит и уходит. Даю вам второй шанс.

МАГЕЛЛАН. Вы уверены, что в вашем нижнем белье живут цирковые животные.

ДИНА. Нет, но уже теплее.

МАГЕЛЛАН. Я сдаюсь. Так за что?

ДИНА. Если я вам скажу, вы подумаете, что я чокнутая.

МАГЕЛЛАН. Конечно, вы чокнутая. Не будь вы чокнутой, вас бы здесь не было. Вы должны быть чокнутой, если тратите такие деньги за пребывание здесь, не будучи чокнутой. Вопрос, который мы адресуем себе в этот самый момент, следующий: какая у нас разновидность безумия?

ДИНА. То есть вы признаете, что безумны.

МАГЕЛЛАН. Я сделал кое-что безумное.

ДИНА. Только раз?

МАГЕЛЛАН. На самом деле два. Я женился на своей жене.

ДИНА. Это, безусловно, что-то безумное. На ком мужчине не следует жениться, так это на своей жене.

МАГЕЛЛАН. А потом попытался ее задушить.

ДИНА. Так вы все-таки маньяк-убийца.

МАГЕЛЛАН. Боюсь, не очень удачливый. Просто человек вспыльчивый и допустивший ошибку в выборе жены.

ДИНА. Так она не умерла?

МАГЕЛЛАН. От шеи и ниже – нет. Жива и здорова.

ДИНА. А вы сослались на временное помутнение сознания?

МАГЕЛЛАН. Что-то в этом роде.

ДИНА. И где она сейчас?

МАГЕЛЛАН. В Акапулько с бразильским плантатором, выращивающим орехи. Прекрасно проводит время на пляже для нудистов. А я с вами, в дурдоме. Неисповедимы пути Господни.

ДИНА. Вы тоже не остались без пары. Только мы не голые. Во всяком случае, пока. Меня зовут Дина. Как в старой песне «Кто-то на кухне с Диной», исполняемой под треньканье на банджо. Вы ее знаете? Вижу, что нет. А как зовут вас?

МАГЕЛЛАН. Это имеет значение?

ДИНА. Не хотите выдавать эту информацию другим безумцам?

МАГЕЛЛАН. Пожалуй, что да.

ДИНА. Не очень-то дружелюбно с вашей стороны.

МАГЕЛЛАН. Я не очень-то дружелюбный. И я думаю, Дина, что став постарше и проведя больше времени подальше от кухни и банджо, вы выясните, что достаточно большой процент мужчин, попытавшихся задушить свою жену, не особо дружелюбны.

ДИНА. Вообще-то зовут вас Магеллан. Мне нравится ваше имя. Оно прекрасно.

МАГЕЛЛАН. Откуда вы знаете, как меня зовут?

ДИНА. Иногда помогаю в канцелярии. Для меня это трудотерапия. Обожаю совать нос в досье новых пациентов, и на фотографии вы показались мне таким милым, что я прочитала ваше досье от корки до корки, а потом наблюдала за вами. Вы не похожи на других людей, которые здесь находятся.

МАГЕЛЛАН. Не похож?

ДИНА. Нет. Вы в куда большей степени… ну, не знаю… владеете собой.

МАГЕЛЛАН. Если вы заглядывали в мое досье, тогда уже знали о моей жене. Почему задавали все эти вопросы?

ДИНА. Хотела посмотреть, солжете ли вы. В отношениях с людьми для меня важно как можно раньше узнать, могу я доверять человеку или нет. Поначалу я обычно излишне доверчива, и это не идет мне на пользу. Поэтому я пытаюсь избавиться от этого недостатка, развивая подозрительность.

МАГЕЛЛАН. Понятно. Что еще вы обо мне выяснили?

ДИНА. Больше ничего. Вернулась медсестра, которая бегала в прачечную, чтобы тайком выкурить сигарету, и едва не застукала меня. У вас такое удивительное имя. Вы же обогнули землю.

МАГЕЛЛАН. Не я.

ДИНА. И Магеллановы облака назвали в вашу честь.

МАГЕЛЛАН. Боюсь это было до моего времени.

ДИНА. Нет. Не было ничего до чьего-то времени. И не будет ничего после чьего-то времени.

МАГЕЛЛАН. Как это понимать?

ДИНА. За это я сюда и попала. Я – путешественница во времени.

МАГЕЛЛАН. Путешественница во времени?

ДИНА. Да.

МАГЕЛЛАН. Ох.

ДИНА. Это правда.

МАГЕЛЛАН. Вы путешествуете во времени?

ДИНА. Абсолютно.

МАГЕЛЛАН. Что ж… Ладно.

ДИНА. Думаете, это звучит безумно, так?

МАГЕЛЛАН. Не считаю я себя вправе судить об этом.

ДИНА. Я действительно путешествую. Это дар. Моя сестра безумно завидует моим способностям путешествовать во времени. Вот и отправила меня сюда.

МАГЕЛЛАН. Потому что обзавидовалась?

ДИНА. Да, и еще по одной причине. Он хочет, чтобы я ей кое-что сказала, а я не говорю, вот она и посадила меня в дурку, пока я не сдамся.

МАГЕЛЛАН. А что она хочет знать?

ДИНА. Это секрет.

МАГЕЛЛАН. Ладно, пусть так. А куда вы отправляетесь в своих путешествиях? В прошлую неделю? В завтрашний день?

ДИНА. В любое время. Куда пожелаю.

МАГЕЛЛАН. Машина времени у вас спрятана в кустах или как?

ДИНА. Не требуется мне машина времени.

МАГЕЛЛАН. Герберту Уэллсу требовалась.

ДИНА. Нет. Она требовалась персонажу его книги. А самому Герберту Уэллсу требовался только мозг.

МАГЕЛЛАН. То есть вы просто представляете себе, что отправляетесь в другое время.

ДИНА. Нет. Я отправляюсь туда.

МАГЕЛЛАН. Ну-ну.

ДИНА. Не смотрите на меня так, будто я безумная.

МАГЕЛЛАН. Между прочим, место, где вы сейчас находитесь, вы вполне здравомысляще назвали дуркой.

ДИНА. Вы тоже в дурке, но вы не безумный.

МАГЕЛЛАН. Вы предпочитаете воспринимать меня более-менее здравым, но неудачливым несостоявшимся убийцей, так?

ДИНА. Я путешествую во времени. Что мне до того, верите вы мне или нет? Вы бьете свою жену.

МАГЕЛЛАН. Я не бил свою жену. Я пытался ее задушить. Это две большие разницы. Я никогда бы не стал бить свою жену. Ни разу не ударил ее. Просто обхватил руками шею и какое-то время сжимал.

ДИНА. И что потом?

МАГЕЛЛАН. Потом перестал.

ДИНА. То есть на самом деле убить ее вы не хотели?

МАГЕЛЛАН. Может, секунду или две.

ДИНА. Почему?

МАГЕЛЛАН. Это секрет.

ДИНА. Она вам изменяла, так?

МАГЕЛЛАН. Да, было такое.

ДИНА. Если бы вы действительно любили ее, то простили бы.

МАГЕЛЛАН. Она изменяла мне с половиной мужского населения Коннектикута.

ДИНА. Да, это нехорошо. В Коннектикуте народу много.

МАГЕЛЛАН. Поэтому я начал пить, но лучше мне от этого не становилось, вот и попытался ее задушить.

ДИНА. Лучше стало?

МАГЕЛЛАН. Нет.

ДИНА. И теперь вы здесь.

МАГЕЛЛАН. И теперь я здесь.

ДИНА. А что вы делали, когда не душили жену?

МАГЕЛЛАН. Работал в службе охраны национальных парков.

ДИНА. Не может быть.

МАГЕЛЛАН. Это правда, клянусь. Я вам хоть раз солгал?

ДИНА. Жили в лесу и питались ягодами и фруктами?

МАГЕЛЛАН. Не совсем.

ДИНА. Ваша жена жизнь на природе не оценила.

МАГЕЛЛАН. Она думала, что ей понравится. Но ошиблась. Мы встретились в колледже. Я изучал деревья и пытался писать. Она загорелась. Представляла себе, как мы живем вдвоем в лесной чаще. Я каждое утро ухожу охранять белок, а она остается дома, в бревенчатой избушке, фотографирует цветы, фрукты, ягоды и все такое.

 

ДИНА. Звучит неплохо.

МАГЕЛЛАН. Для меня тоже звучало неплохо. Но не сложилось. Она начала сходить с ума.

ДИНА. Она сходит с ума, а в дурдоме запирают вас. Странный мир.

МАГЕЛЛАН. Она сняла квартиру в городе, чтобы иногда оставаться там, но однажды ночью я приехал без предупреждения и понял, для чего она ей нужна. Она поклялась, что больше этого не повторится, и я ее простил, хотя бы на словах. Потом это случилось вновь, и я начал ее душить. Остальное – история. Для всех, разумеется, за исключением вас, путешественников во времени. Для вас, как я понимаю, прошлое – всегда настоящее, во всяком случае, потенциально.

ДИНА. Прошлое всегда было настоящим. А что вы писали?

МАГЕЛЛАН. Ничего особенного. Вообще-то писал много. Но ничего особенного.

ДИНА. Мой отец был писателем.

МАГЕЛЛАН. Правда? Позвольте догадаться. Шекспир?

ДИНА. Нет, Спенсер.

МАГЕЛЛАН. Ох. Что ж, тот же временной период.

ДИНА. Нет, не Эдмунд, дурачок. Джон Джеймс Спенсер. Слышали о нем?

МАГЕЛЛАН. Думаю, что нет.

ДИНА. Он получил Пулитцеровскую премию.

МАГЕЛЛАН. Я уверен, что получил.

ДИНА. Не надо смотреть на меня свысока. Моим отцом был Джон Джеймс Спенсер и он получил Пулитцеровскую премию. Раскройте любой литературный справочник.

1НЯНЯ и МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК – роли эпизодические.
Рейтинг@Mail.ru