S-T-I-K-S. Везунчик из Пекла, или В поисках золотой жемчужины

Дмитрий Шатров
S-T-I-K-S. Везунчик из Пекла, или В поисках золотой жемчужины

– Вот и молодец, – Седой завалился на кровать. – Всё, отбой. Завтра дел много.

Новый день начался обыденными утренними делами. После плотного завтрака все разбежались по своим задачам: Седой пошёл ловить Майора, Баламут собирать слухи по посёлку, а Ракшас решил посетить местную скупку. Наличных средств у него хватало, и было интересно узнать, что предлагают здешние торговцы. Скупка в посёлке выполняла функцию универсального магазина и была под рукой администрации. Местные рейдеры притаскивали много чего. Оставалось даже на внешнюю торговлю. Пришлых торговцев в Перевалке не привечали – нечего плодить конкурентов.

На удивление ухоженная живая изгородь радовала взгляд перед зданием бывшего сельпо. На стене висела свежевыкрашенная зелёная вывеска «Военторг». Внутри покупателей ожидал просторный торговый зал. По периметру расположились сборные стеллажи в потолок, заваленные одеждой и обувью. У задней стены, во всю длину, стойка и ряд стеклянных витрин, тоже полных всякой всячины. Позади, между стендов с образцами оружия, дверь на задний двор. Широкая массивная стойка. За стойкой восседал смуглый коренастый кореец в камуфлированной униформе с непонятными знаками отличия. Хозяина магазина, кстати, ожидаемо прозвали Корейцем. Хитрые глаза пытливо ощупали посетителя. Ракшас снял с плеча замотанную в тряпку винтовку. Начал разворачивать свёрток.

– Купить, продать, может быть обмен интересует? – продавец с интересом наблюдал за манипуляциями потенциального покупателя. Когда «Выхлоп» освободился от оболочки, кореец восхищённо причмокнул. – Какой красавец!

– Есть патроны к нему? Такие вот, желательно, – рядом встал патрон. Последний оставшийся из бронебойных.

– Боюсь тебя огорчить, – Кореец потёр щёку, – ни таких, и вообще никаких к этому оружию. Дозвуковой патрон – большая редкость; в наших краях хоть и бывают, но сейчас – нет. Что-то ещё, может быть?

– Да, хотел что-то автоматическое присмотреть, крупнокалиберное желательно, – Ракшас прошёлся взглядом по выставленным образцам. Глаз зацепился за навороченный «Калашников» с трубой глушителя, хитрым прицелом и фонарём, укреплёнными на специальных планках. – Во, а глушитель к сто четвёртому найдём?

Торговля потихоньку пошла. Ракшас озвучивал свои пожелания, и довольный Кореец выкладывал на стойку предмет за предметом. Тактический глушитель, четыре рожка с патронами, такой же камуфляжный комплект, как на Ракшасе, только в размер, тактические перчатки, бандана с пятнистым рисунком. Кордуровая разгрузка, добротный спальник. Нашлась подходящая сумка-чехол для «Выхлопа». Кроме того Ракшас выбрал фирменный спортивный костюм с кроссовками того же бренда. Для гражданской жизни, так сказать. Больше, вроде, ничего не надо. Да и куча добра уже приличная образовалась, его ещё унести как-то нужно.

– Для ровного счёта, – продавец добавил спортивную сумку и сноровисто защёлкал кнопками большого калькулятора, – сто семьдесят споранов.

Ракшас начал отсчитывать зелёные виноградины. На улице рыкнул и затих дизель. Скрипнула входная дверь.

– Сразу минус тридцать, – вездесущий Баламут прихлопнул на стойку какой-то список, осматривая покупки.

– Он ваш, что ли? – проворчал Кореец, с послушным сожалением снижая сумму до ста сорока. Взял список, – С тобой, Баламут, никакой прибыли. Что тут?

– С нами, с нами, – Баламут хлопнул Ракшаса по плечу. – Давай, открывай закрома, куркуль хитрый.

– Хитрый – не дурной, – отозвался Кореец, скрываясь за дверью. – Рассчитались хоть?

– Ой, не начинай. Не рассчитались бы – не приехали. А то ты руку Майора не знаешь, – весело поморщился Баламут.

– Сейчас поедем твоего красавца дооборудовать. Давай в машину, – Баламут утёр пот со лба.

Последние полчаса прошли в погрузочных работах. Коробка с автомобильной радиостанцией. Две портативных рации. Коробка с рационами, запасная форма, несколько пар сапог на шнуровке. Двойной боекомплект для пулемётов, десяток зарядов для РПГ, второй НСВТ с танковым станком, пара цинков с автоматными патронами. Три трубы одноразовых гранатомётов. Ракшас уже собрался поставить ногу на подножку, чтобы залезть в отсек, когда его вдруг повело в сторону и в глазах потемнело. Пришлось упереться руками в борт броневика, чтобы не упасть. Подташнивало, появился шум в ушах, кружилась голова.

– Ох и… – Ракшас даже фразу не смог закончить, просто сполз на землю, оперевшись спиной о высокое колесо. Легче не становилось.

– Ракшас, ты чего? – всполошился Баламут, лёгкими оплеухами пытаясь привести того в чувство.

– Уйди, Христа ради, без тебя хреново, – промычал Ракшас, вяло отмахнувшись рукой от самозваного лекаря. Получилось неожиданно сильно. Его лёгкий товарищ отправился в короткий полёт, только ветки ближайших кустов колыхнулись.

– Ёпрст… – Баламут почти без потерь выбрался из кустарника и теперь матерился, потирая ушибленное мягкое место. Желание оказывать первую помощь у него пропало напрочь.

Ракшас пьяно покрутил головой. Зрение понемногу возвращалось. Чернота сменилась радужными пятнами. Разноцветные полосы изгибались морскими волнами. Яркие вспышки сливались в причудливые узоры. Весь этот калейдоскоп слегка напрягал, если быть откровенным.

– Ну-ка, хлебни, давай, – Баламут настороженно приблизился, протянул фляжку с живцом.

Ракшас сделал несколько глотков. Стало лучше. Помотал головой в разные стороны, прислушиваясь к себе. Отряхиваясь, медленно поднялся на ноги.

– Поехали, куда там ты собирался. Отпустило меня, вроде.

На зажатой бетонными боксами территории рядком выстроилась многоколесная техника военного назначения. Трёхосный бронеавтомобиль «Тайфун» на базе незабвенного «КамАЗа». Два бронетранспортёра с тридцатимиллиметровыми автоматическими пушками. Восемьдесят вторая модель, похоже. Видавший виды БРДМ-2 с пулемётным вооружением в башне. Он кстати и послужил прототипом для «Каймана», но это просто так, для справки. «Шишига», она же ГАЗ-66 с кунгом. Тентованный «Урал», по самый верх кабины, залепленный грязью. Ракшас с интересом воронил по сторонам, пока Баламут что-то втолковывал местному начальнику, периодически тыкая пальцем то в пикап, то в броневик.

Втолковав механикам, что от них требуется, Баламут снова умчался по каким-то своим делам. Седой тоже был занят, поэтому Ракшас отправился в гостиницу в одиночестве. Пока есть время, почему бы не подготовить снаряжение, да и оружие требовало внимания. Состояние после внезапного приступа пришло в норму. Только иногда зрение выкидывало неожиданные штуки. Окружающая картинка на несколько секунд становилась глубже и расцвечивала контуры предметов цветными штрихами.

По пути бросилась в глаза колонна, только что въехавшая в стаб. Футуристического вида бронеавтомобиль в чёрно-красной раскраске. Однообъёмный корпус сложной геометрической формы. Длинный пологий передний скос с разделённым на три части лобовым стеклом. Усиленная тремя прямоугольными выступами хищная морда. Зубчатые колёса, вынесенные за пределы кузова, под аркообразными крыльями. Компактный боевой модуль с парой стволов разного калибра. Это чудо автомобилестроения двигалось между двух коробчатых броневичков с пулемётными башнями в задней части. Где только нашли такие!

5

– Не, ну ты видел! – Баламут ворвался в номер в своей обычной манере. – Мажоры институтские! И знают же, где такие крутые ништяки брать!

– Ты чего опять кипятишься? – оторвался от своего занятия Ракшас.

Несколько часов ушли на уход за оружием и подгонку снаряжения. Рюкзак упакован и готов к выходу. Сто четвёртый обзавёлся новым глушителем. На спинке кровати висит разгрузка с полными магазинами. «Выхлоп» уложен в чехол. Ракшас как раз застёгивал молнию замка, когда явился взбаламученный товарищ.

– Два «Водника» и «Фалькатус», это же надо! Я про такую технику только в Интернете читал. Ну, когда был он, этот Интернет. Там, ещё в нормальной жизни, – Баламут говорил, одновременно вытаскивая содержимое большого пакета, который он приволок с собой. – Давай помогай, сейчас Седой уже должен подтянуться. Поедим хоть. Жрать хочу – не могу. А внизу не протолкнуться. Народ в очереди ждёт. Я договорился, чтобы с собой собрали, на вынос.

На столике появились три жареные курицы, банка маринованных корнишонов, две булки свежевыпеченного хлеба, пакет с какой-то сдобой, термос с горячим чаем. Сервировано на одноразовой посуде, без изысков. Полная бутылка булькнула, когда коньяк полился в стаканы.

– Давай, что ли, по маленькой, пока ждём. Аперитив, так сказать, – Баламут звякнул своим бокалом о бокал Ракшаса.

– Не, ты всё-таки вникни, – отрядный водитель вернулся к больной для него автомобильной теме, – Этот «Фалькатус» до двухсот выжать может по тактико-техническим характеристикам, а у «Водников» спарка пулемётная стоит. Четырнадцать с половиной миллиметров, такое не каждая элитка выдержит, я тебя уверяю. Наш крокодил, конечно, даже и получше будет местами. Но, блин…

– Отлично! Не опоздал, – дверь распахнулась, запуская довольного Седого. Баламут автоматически сунул ему наполненный бокал.

– Ну-с, братцы-кролики, приступим, чем бог послал. Ну и поговорим заодно, – командир разломил свою курицу пополам. Когда первый голод утих, Седой повёл разговор:

– Хороший сегодня день, много чего порешали. Боекомплект пополнили, крокодила обслужили. Пикап завтра тоже будет готов. Я на базе был, видел, им уже занимаются ребята. Должны управиться к сроку. Нам, по-хорошему, ещё пулемётчик теперь нужен. Но это решим со временем. Халк на поправку идёт – я в больничку тоже зайти успел. Знахарь говорит, что можно будет завтра забрать нашего парня. Теперь осталось решить, что дальше делать, и вообще хорошо будет.

– А варианты есть какие-нибудь? – Ракшас вытер жирные пальцы салфеткой.

– А вариантов, мой демонический друг, два, – Баламут разливал чай в одноразовые картонные стаканы. – Мы нормально разжились на последней элите, поэтому можем позволить себе полгода шикарной жизни, и это как минимум. То есть двинуть в центральные стабы и там оттянуться на всю катушку. Это самый приятный и спокойный вариант, но и самый скучный, как по мне. А можем сообразить какую-нибудь очередную тему и найти себе на задницу приключений. Смертельно опасно, но жутко весело. Это я тебе авторитетно заявляю.

 

– Собственно, да, так и есть. Ни прибавить, ни отнять, – согласно кивнул Седой.

– А что это было сегодня, у магазина? – Баламут как мог коротко поведал командиру о приключившемся казусе. Ракшас в ответ пожал плечами. Никаких версий по этому поводу у него не было.

– Похоже, жемчужина сработала, – после минутного раздумья выдал командир. – Ты, Ракшас, к знахарю наведайся. Как раз Халка проведаешь. Да, кстати, забыл совсем рассказать. Сегодня от Института важный фигурант приехал, человек двадцать сопровождения у него. Наверное, по поводу пропавшей экспедиции чего-то роют. Серьёзные дела закручиваются. Эти так просто кататься не будут.

В дверь постучали, и вошёл Кореец. Рейдеры не запирались – таиться было не от кого.

– О, снова-здорово, чего-то не сошлось? – жизнерадостно поприветствовал знакомца Баламут. – Проходи, гостем будешь.

– Разговор есть, – Кореец посмотрел на Седого. Тот в ответ прищурился.

– Дорого?

– Не дороже денег, – улыбнулся торговец. – На двух горошинах сойдёмся.

– Давай на одной сойдёмся, – Седой покатал между пальцев желтоватый шарик, показывая его собеседнику.

– Тоже хорошо, – не стал набивать цену гость. – Не моё дело, конечно, но недавно в стаб колонна зашла, знаешь?

– Знаю даже чья эта колонна. Не стоит эта информация гороха, – горошина тут же спряталась в кулаке.

– Погоди, – с улыбкой протянул Кореец и продолжил: – Это не просто рейдеры, это безопасники институтские. Так вот, они ещё приехать не успели, а уже во все дыры в Перевалке свой нос засунули. И один из вопросов который задали в частности мне… – тут последовала небольшая, но грамотно выдержанная, драматическая пауза, – не приносил ли кто на продажу «Выхлоп» и если приносил, то кто? – и, увидев недоумённые взгляды Седого и Баламута, пояснил: – Вон та дура, которая сейчас в том чехле стоит, в углу, называется ВССК «Выхлоп». Очень редкое оружие, между прочим. Уловил?

Горошина, в задумчивой тишине сменила владельца. Баламут налил гостю коньяку. Кореец поднял бокал в молчаливом тосте, выпил одним махом, довольно крякнул и направился к выходу.

– Я им ничего не сказал, но ваш парень достаточно засветился со своим ружьём по посёлку. Поэтому делайте выводы. Всё, я ушёл.

Стукнула, закрываясь, дверь. Баламут встал и на всякий случай задвинул засов.

– Давай-ка поделись с нами, как ты стал обладателем этой редкой чудо-штуки? – на Ракшаса смотрели две пары заинтересованных глаз.

Тот помялся немного, собираясь с мыслями, потом рассказал всё как есть. И как провалился, и как убегал от первой стаи, и как чуть не сдох от спорового голодания, и как напоролся на разодранную бронемашину. Про надпись «Институт» на борту тоже рассказал.

– Вот там я и нашёл эту вундервафлю. Ну, откуда я знал… – виновато развёл руками Ракшас.

– Вот, Седой, а ты расстраивался, – заржал после секундной паузы Баламут. – Нашлись приключения на задницу сами собой, даже ничего придумывать не пришлось. Будут гонять нас теперь по всему Улью все, кому не лень. Это если мы Ракшаса сами не сдадим институтским. По сходной цене. Шутю я, шутю, – Баламута охватил новый приступ веселья, когда он увидел нахмурившиеся лица товарищей.

– Угомонись, тарахтелка, – тоже улыбнулся Седой и посмотрел на понурившегося Ракшаса. – Ты вспомнишь, где это случилось? Ориентиры какие-нибудь узнаваемые? Сможешь обратно добраться?

– Да, смогу. А зачем? – задал вопрос Ракшас, хотя уже понял, к чему ведёт разговор.

– Как зачем? – взвился Баламут. – Ты что, не понимаешь? Только же разговаривали. Думали, что дальше делать. Варианты искали. А тут – бац, держи! Вариант нас сам нашёл. Это же вариант с большой буквы! Вариантище!!!

Не на шутку возбудившийся Баламут метался по номеру как дикий зверь в клетке. Седой тоже весь подобрался в напряжённом раздумье.

– Добираемся до места. Всё перелопачиваем там. Находим… Нет, что ты улыбаешься, как придурок? Куда ты полез? Зачем тебе рюкзак твой? Седой, скажи ему! А, что с тебя взять. Не проникся ты ещё. Находим, короче, то, что находим. Потом думаем: самим это съесть или институтским продать. За вознаграждение. Большое вознаграждение!

– Там места такие, что как бы самих не съели. Тебе ли не знать? – Ракшас с улыбкой разлил оставшийся коньяк по бокалам. – Выпейте, успокойтесь. Ну, за удачу!

– Да и не осталось там ничего больше: я всё что можно облазил. Наверное, вот это все ищут.

На стол шлёпнулся тяжёлый органайзер, который Ракшас успел достать во время пламенной речи Баламута.

Седой начал перелистывать ежедневник, просматривая записи. Баламут коршуном навис над его плечом.

– Похоже, оно. Смотри, записывали всё досконально. И даты примерно совпадают. Кстати, точка отправления как раз Перевалок и есть. Карта-схема маршрута с пояснениями. Вот тут мы с Ракшасом встретились. Так, место первой ночёвки. Ничего, подробненько так. Ещё одна схема. Тут вообще всё расписано, и комментариев три листа. Когда, где, зачем. Ориентиры, подъездные пути. Грамотный подход, ничего не скажешь. О, а это что такое? – пальцы командира нащупали в одном из кармашков обложки утолщение.

– Звездец! – одним словом ёмко охарактеризовал возникшую ситуацию Баламут. На ладони Седого лежали две маленькие карты памяти.

Ракшас снова полез в рюкзак. Вытащил смартфон, вставил SD-карту. Телефон блымкнул заставкой. Девять процентов питания. Пальцы пробежали по пиктограммам, и картинка видеосъёмки ожила.

На экране появилась панорама добывающего карьера, снимаемая сквозь ветки кустарника. Отвал мощного террикона на треть теряется в тёмной мути чёрного кластера. Камера пошла вдоль насыпи. Оператор периодически задействовал зум, выдавая крупные планы. Контрольный пункт с двумя неработающими, задранными вертикально вверх шлагбаумами. Брошенный карьерный тягач на дороге, БелАЗ, похоже. Трёхэтажная коробка карьероуправления с выбитыми стёклами окон. Перед ним пылились несколько легковушек. Грунтовая дорога для большегрузов. Объектив прошёлся по грейдеру и упёрся в громаду обогатительного завода. Километра полтора до него, не меньше. Дальше угадывается железнодорожная ветка. Гаджет пискнул, предупреждая о критически низком уроне заряда. Тут картинка размылась, возвращаясь опять к отвалу. Камера заметалась в попытках что-то поймать в объектив. Отчётливое движение на границе с чернотой… Всё, телефон сдох.

– Судя по тому, что я успел разглядеть, мы это здесь даже обсуждать не будем, – неожиданно посерьёзнел Баламут. От былого веселья не осталось даже слабого намёка.

– Совершенно в ёлочку, – Седой спрятал носители информации вместе с разряженным телефоном и захлопнул ежедневник.

– Так, что такое вы там увидели? – Ракшас пребывал в недоумении.

– Потом, дружище. Нам теперь бы выбраться отсюда без особых проблем. И дожить до момента, когда сможем воспользоваться этой информацией, – командир протянул парню пухлую папку органайзера. – Возьми, припрячь. И повнимательней теперь, прилететь откуда угодно может.

Ночь прошла неспокойно. Вчерашние события яркими образами толпились в голове. Ракшас до утра проворочался, наматывая на себя простыню, но так и не смог заснуть. Едва разгорелось утро, он уже был на ногах и расталкивал товарищей. Седой, некоторым образом нецензурно, объяснил, что он остаётся охранять место базирования отряда и выйдет только к подогнанным к крыльцу автомобилям. У Баламута не нашлось аргументированного повода отмазаться и ему пришлось вставать. Что, впрочем, он делал очень неторопливо, всевозможными способами оттягивая момент выхода на улицу.

– Ваша команда меня задолбать решила? – хмурый знахарь посмотрел на часы и запустил парней в приёмное помещение. – Забирайте своего громилу, все нервы он мне вытрепал. Уже сам выгонять хотел, с самого ранья канючит.

В коридоре маячил довольный, как удав, Халк, уже собравшийся и готовый к выходу. Даже с упакованным вещмешком за спиной. Седой накануне успел притащить сюда снаряжение бойца. Люди подобного склада не могут долго болеть, только если совсем уж припрёт. Особенности местных реалий, кстати. Повышенная регенерация тканей и практически полная невосприимчивость к привычным заболеваниям. Даже оторванные конечности, говорят, отрастают заново. Эскулап задержал мимолётный взгляд на Ракшасе. Брови лекаря удивлённо поползли вверх.

– Лихо вы, молодой человек. Давайте я вас посмотрю.

На сей раз манипуляции знахаря затянулись минут на десять. Халк с Баламутом, дабы не мешать, отправились вдвоём за дверь. Ракшас сидел, вслушиваясь в свои ощущения, почти не дыша.

– Очень интересно. Я такого раньше не наблюдал. Жемчужина? – доктор закончил процедуру и привычным жестом протирал руки влажной салфеткой.

– Ну да. Красная, – уточнил Ракшас и короткими фразами описал новые особенности восприятия.

– Что я вам могу сказать, – задумчиво протянул Эскулап. – В данном казусе однозначного ничего нет. Очень уж мало эта тематика изучена, можно только предполагать. Жемчужина сработала, это точно. Первый Дар ощутимо развился, м-да. Теперь вы сможете померяться силой с лотерейщиком, если не с кем покруче. Условно, конечно же. Рекомендую контролировать это умение, если не хотите платить за разрушенную мебель в местах общего пользования. Можете, кстати, на моём пациенте потренироваться. У него похожий Дар. Кроме того, приём жемчуга стимулировал развитие новых способностей. И вот здесь как раз много неясного.

Знахарь замолчал, подбирая понятные для собеседника термины. Ракшас смотрел на него с вниманием школьника, слушающего учителя.

– Я с подобным раньше никогда не сталкивался. Но, судя по всему, вы можете видеть волновую составляющую окружающего мира. Силовые линии и силовые поля, если обобщённо. Сможете ли управлять? Это пока открытый вопрос. Тут уже вам никто не поможет и не покажет. Экспериментируйте, пробуйте, – бывший военврач развёл руками. Ракшас в ответ протянул горошину оплаты.

– Нет, нет, нет, не надо, – категорически отказался знахарь. – Вы лучше при случае опять ко мне наведайтесь. Будет интересно понаблюдать за развитием вашего Дара. В динамике, так сказать. Всего хорошего, до свидания.

Осмысливая новую информацию Ракшас вышел на улицу и оказался в объятьях звероподобного Халка. Здоровяк без затей решил выразить чувство благодарности своему спасителю. Явственно захрустели кости.

– Халк, дружище, угомонись, – просипел остатками воздуха Ракшас. – Я, конечно, могу с лотерейщиком силой меряться, как доктор мне сказал, а вот с тобой, похоже, пока нет.

– Давайте прекращайте брачные игрища двустворчатой мебели. Забираем машины, потом за Седым и валим отсюда. Чем быстрее, тем лучше, – маленький Баламут с доброй улыбкой прервал излияния эмоций. Уловив вопросительное выражение в глазах Халка, покрутил в воздухе пальцами. – Тут такое завертелось… Вникнешь по ходу дела. Погнали.

В боксах ремонтной базы, несмотря на ранний час, уже вовсю кипела работа. Кто-то увлечённо долбил кувалдой по металлу. Молотил дизель-генератор, вырабатывая электроэнергию. Визжала болгарка, распушив оранжевый хвост искрящей окалины. Вспыхивал яркими синеватыми сполохами сварочный агрегат. Народ без дела не сидел.

Носом к воротам стояли подготовленные к походу машины рейдеров. Местные техники расстарались на славу. В кузове пикапа красовался новенький НСВТ на трубном каркасе. Причём сложная конструкция позволяла вести огонь на триста шестьдесят градусов. Полноценная турель получилась. Халк первым делом протиснулся между изогнутыми трубами. Покрутился, приноравливаясь, показал большой палец. Годится!

– Наша разработка, – с явной гордостью похвастался старший механик, забирая подписанные Баламутом бумажки. – Немного неудобно залезать внутрь, но это если без привычки. Думаю, будете довольны. Мы ещё борта бронеплитой усилили и БРДМ ваш обслужили согласно заявленному требованию. Пользуйтесь на здоровье.

Двадцать минут спустя «Кайман» и пикап стояли у «Одноглазого рубера». Погрузка не заняла много времени. Суета, обычная перед любой поездкой, шла к завершению. Баламут, высунувшись в средний люк, ещё раз проверял пулемёт. Халк возился в салоне «Форда», обустраиваясь на новом месте. Седой сидел на командирском месте в броневике, изучая записи пропавшей экспедиции. Ракшас, навьюченный своим скарбом, уже спускался по ступенькам, когда к гостиничному крыльцу подлетела машина.

Скрежетнув стёртыми колодками тормозов повидавший жизни пикап «Мицубиси L200» остановился прямо у входа, подняв облако пыли. В кузове, на криво сваренной дуге, болтался старенький ПКМ с коробом на двести патронов. Заскрипели, захлопали двери. Из машины выползла троица мужиков неопределённого возраста. Одежда их состояла из нелепых сочетаний кожи и камуфляжа. У двоих потёртые «Калашниковы» разных моделей в руках. Короткие донельзя стрижки, бегающие взгляды, развязные движения гопников с района. Эти трое были неуловимо похожи друг на друга, как шакалы в стае. Мутные, сказал бы про таких Баламут. Улей всех перерождает, не только заражённых. Многие превращаются в подобных отморозков. Правда, долго они тут не живут, но это другая история. Ну да ладно. В пыльном салоне остался сидеть лишь водитель – молодой, совсем ещё зелёный парнишка.

 

– Э, слышь ты. Иди сюда, – дёрганой походкой выдвинулся вперёд один из вновь прибывших персонажей, по-видимому, их старший. Пальцы рук нервно сжимались и разжимались, периодически лапая кобуру на поясе. Новенькая чёрная косуха сидела на нём, как на корове седло. Его спутники лениво подпирали машину спинами, отравляя воздух сигаретным дымом.

– Чё у тебя за пушка в чехле, а ну покажь, – дёрганый требовательно протянул руку.

– Ты бессмертный, что ли? – Ракшас одним движением скинул снаряжение на землю.

– Чё?!

– Ничё – правая рука скрутила толстую кожу куртки в жгут, поднимая противника в воздух. Быстрый подшаг, и Ракшас буквально вбил отморозка спиной в землю. Хрустнули рёбра, гопник захрипел. Стоявшие у машины мужики схватились за автоматы.

– Эй, говноеды!!! Стволы на землю! – Баламут крутнулся в турели, направляя жало пулемёта на автоматчиков. – Живо, я сказал!!!

– Заканчивайте тут и поедем, – Седой выглянул на секунду и вернулся к записям под лязг падающего оружия.

– Что ж от вас спасу нет нигде? – Ракшас в сердцах сплюнул и слегка смазал ладонью по щеке поверженного противника. Тот замычал, дёрнув головой. Живой, падаль! Сгрёб за воротник и ремень, забросил его в кузов L200. Подоспевший на помощь Халк уже разрядил автоматы и заканчивал снимать короб с ПКМ.

– Мы вас ещё найдём… – начал было один из стоявших у пикапа, но Халк оборвал угрозу смачным лещом, спрыгивая на землю. Грозившего мотнуло, и он врезался головой о стойку машины.

– Лучше не надо нас искать, – Халк наклонился и пронзительно посмотрел в глаза говорившему. – Вам же лучше.

Послышался приближающийся перестук бегущих ног и клацанье затворов. Патруль вынырнул с соседней улицы, выстраиваясь в грамотный клин.

– В чём дело, уважаемые? – старший повёл стволом автомата, осматриваясь.

– Всё нормально, сержант. Эти придурки заблудиться умудрились. Дорогу спрашивали, – Баламут улыбался в тридцать четыре зуба, скрестив руки на груди. – Мы без претензий, если что.

– Вы? – сержант посмотрел на стриженых. Те замычали, замотали головами, всячески показывая, что претензий тоже не имеют. Патруль ушёл, и команда под предводительством Седого, наконец, тронулась в путь. Машины, мигнув стоп-сигналами, свернули в конце улицы к выезду. Баламут болтал, отвлекая командира от его занятий. Ракшас следил за дорогой. Халк смотрел в зеркало, наблюдая за недавними оппонентами. У всех было занятие, поэтому никто не обратил внимания на человека в чёрной форме, стоявшего в палисаднике углового дома. Впереди была дорога и новые приключения.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17 
Рейтинг@Mail.ru