Наше дело

Дмитрий Чарков
Наше дело

…Быть бы вместе им, но:

Половина быкует, половина воюет,

Но а лучшие люди в лучшем мире давно

Тихо спят мертвым сном -

Вот такое кино.

А.Розенбаум

Конец марта выдался в этом году снежный. Солнце не успевало до конца растопить лежавший на газонах снег, как выпадал новый. Затем опять казалось: ну всё, весна – наконец-то! – но в пятницу снова метель, и снова сугробы, и уже конца-краю этому было не видно; небо будто измывалось над восточной Сибирью, компенсируя свою инертность на протяжении всей прошедшей зимы. Ирине стоило большого труда заставвлять себя периодически упрашивать охранников на стоянке возле своего дома пройтись лопатами вокруг её «Глории», чтобы расчистить доступ к водительской двери. Эта услуга стоила ровно в два раза дороже ночной парковки, а они ещё порой выкобенивались; но приходилось мириться и ждать, когда же на этом пятачке земного шара появятся крытые стоянки. Одно радовало – за свои деньги ей не приходилось мило улыбаться и беспомощно моргать длинными ресницами: парни молча и сосредоточенно отрабатывали вознаграждение, поглядывая время от времени и как бы ненароком на её сапоги, плотно облегающие стройные икры, безупречные формы которых подчеркивали высокие шпильки, оставлявшие миниатюрные скважины в липком мартовском снегу.

Ирина встала из-за широкого директорского стола и подошла к окну, раздвинув бежевые жалюзи. За окном сияло солнце, на тротуарах, вымощенных фигурной плиткой, стояли лужи, и было заметно раздражение прохожих, то и дело обходящих испаряющиеся бурые пятна.

Каркнула ворона. Каркнула два раза. Почему вороны всегда каркают чётное количество раз?

Девушка постучала ногтем по пластику подоконника и снова вернулась к столу, где её ожидала кипа счетов к оплате: за коммуналку, коммуникации, за аренду – мама дорогая, она и не представляла себе, что придется заниматься всей этой белибердой с утра до вечера, отслеживая при этом доходность бизнеса и соразмеряя поступающие средства с необходимостью гашения кредиторской задолженности. Со стороны это казалось всё так естественно и просто: поступают деньги, ты платишь своим людям зарплату, а остальное как бы и есть прибыль – только успевай распределять. На деле выходило совсем не всё так гладко: периодически увольняются сотрудники, приходят пожарные инспектора, теряются важные документы где-то в почте, шныряют проверяющие из торговых комитетов, напрягают партнеры; и всем нужны результаты и деньги, деньги и результаты, и как заставить всё это, называемое бизнесом, вертеться динамично и без сбоев?

Она подняла трубку и набрала бухгалтерию.

– Антонина Васильевна, насколько срочно нам необходимо погасить счет за коммуникации?

– Ирина Олеговна, если мы не оплатим до второго апреля, доступ к ресурсу будет ограничен, – ответил ей главный бухгалтер. – Обмен информацией происходит в оперативном режиме: по изменению цен, климата, дополнительных услугах. Системщик регулярно предоставляет развернутый отчет по использованному трафику. У меня, правда, не хватает времени перепроверить все страницы, которые посещают наши сотрудники, – в её голосе прозвучал сарказм, который Ирина, впрочем, совершенно не оценила, – но выборочно я их просматриваю.

– А нельзя обязать системщика это делать?

– Тогда на каждую страницу придется заходить по два раза, по сути. Сомневаюсь в рациональности такого решения.

Ирина прикусила губу. Антонина Васильевна продолжала:

– Я вас хотела попросить рассмотреть в первую очередь нашу задолженность за проданные апартаменты в Ла Мар прошлым месяцем – это было семь двуспальных и четырнадцать односпальных, мы должны в общей сумме шестьдесят три тысячи.

– Долларов?

– Евро, Ирина Олеговна: с испанскими клубами мы рассчитываемся в евро.

– Да-да, я помню. Конечно, евро. Хорошо, Антонина Васильевна, я сейчас посмотрю. Это всё находится… в общей кипе счетов?

– Они распечатаны на голубой бумаге.

– А, хорошо, – Ирина положила трубку и выудила из массы бумаг голубые листы.

Каждый счет был согласован старшим менеджером, что означало правильность выставленной к погашению суммы. Ирина еще раз взглянула на остаток по валютному счету – там было чуть больше шестидесяти семи тысяч евро. На оплату за проданные ими апартаменты во Флориде денег не оставалось, и на этой неделе ей опять придется разговаривать с агентом их американского партнера об отсрочке. И так изо дня в день – куда деньги деваются?

Снова каркнула за окном ворона. На это раз дважды по два раза. С коротким перерывом между карканьем. «Не каркай!» – хотелось ей крикнуть сквозь стекло…

Раньше все дела вёл муж.

Её муж… Он уехал на машине в командировку – как обычно, второй раз за месяц, и недалеко. Два дня его телефон молчал, и Ирина связалась через приемную с их филиалом, и оказалось, что он там так и не появился. Дальнейшие поиски результатов не дали: ни следов его белого «Террано», ни звонков по распечатке с мобильного – ничего, как в воду…

Фирма «Гранд» осуществляла продажу апартаментов на известных курортах частным лицам и организациям в паевую пожизненную собственность. Так это было прописано в документах.Любой желающий мог приобрести определенную неделю проживания, одну или две в году, в современном парк-отеле – в любой стране мира за сравнительно небольшую сумму, буквально обеспечив себе место под солнцем, и мог в дальнейшем производить обмены своих недель и курортов с такими же участниками проекта по всему миру, используя информационное поле единого банка данных. Такая система проведения отпусков была давно уже распространена за рубежом, имевшая название timeshare, но с трудом приживалась в России, пройдя изначально бум в начале 90-х прошлого века, но со временем идея окрасилась в сероватые оттенки, постепенно перейдя от бума к вялотекущему процессу. Муж Ирины был единственным учредителем фирмы, пройдя все стадии и перипетии этого бизнеса, и сумел удержаться на рынке выездного туризма, обеспечивая владельцев апартаментов посредническими услугами по обмену курортами, заказу и бронированию туров и приобретению билетов и виз. Введенная система операторов в отрасли не очень-то способствовала развитию.

Через две недели после его исчезновения Ирина приняла решение распрощаться со своей ролью домохозяйки, от которой сейчас не было совершенно никакого проку, и возглавить этот бизнес, несмотря на то, что никогда раньше себя не пробовала ни в роли офис-менеджера, ни тем более директора: просто её натура требовала, чтобы получаемые доходы были под контролем. Юридически она не могла прийти и объявить, что Ирина Олеговна Акимова является наследницей дел мужа: мало того, что еще не было установлено факта его смерти, так и различные процессуально-правовые инсинуации ставили под сомнение весь этот проект, и если б не хранившиеся в домашнем сейфе чистые листы, подписанные им когда-то «на всякий случай», то она и представить себе не могла, чем бы и когда это всё закончилось. А распечатать генеральную доверенность с образца на право ведения дел на её имя за его подписью сроком на три года оказалось проще, чем вовлекать себя во все судебные тяжбы. В «Гранде» не возражали и не роптали – коллектив был небольшой, и всё это время дела были под присмотром старшего менеджера, Галины Ивановны, которая прошла практически весь путь с Акимовым от становления бизнеса, и которой он доверял ведение дел на время своих командировок в филиалы.

Рейтинг@Mail.ru