Ушедшие. Родовые земли. Книга третья

Дмитрий Александрович Найденов
Ушедшие. Родовые земли. Книга третья

Глава 1. Учебная тревога

Народ рукоплещет всякому перевороту в правлении,

пока не разочаруется в очередной раз.

Шарль Дюкло

Сразу после ареста главы корпорации «Тоши-но», мы с полковником отправились на базу наёмников, где был развёрнут оперативный штаб и откуда было удобнее всего координировать наши действия. Вмешиваться в руководство операцией я не собирался, но хотел контролировать ситуацию, чтобы по возможности оперативно прореагировать.

В штабе все рабочие места были заняты, а охрана базы, и до того многочисленная, увеличена вдвое. Судя по оперативной информации, поступающей из многочисленных камер наблюдения и анализа активности в сети самой Службы Безопасности, куда удалось подключиться нашим айтишникам, информации об аресте директора корпорации в сеть пока не поступала.

Согласно последним данным, нам придётся заняться не только сотрудниками СБ, но и несколькими криминальными группами, которые имели контакты с Громовым старшим.

Точное число сотрудников СБ станции нам было неизвестно, но только по штату числилось около пятисот человек. Были ещё и те, кто работал на Службу Безопасности негласно.

Для захвата главы СБ и его сына я назначил им встречу в ресторане «Оазис», чтобы не насторожить их заранее. Помимо этого, на сегодня была запланирована тренировка моей службы безопасности и объявление учебной тревоги на трёх секторах станции. Ничего необычного в этом нет, так как такие тренировки проводятся постоянно, надеюсь, Громов старший не насторожится раньше времени. Но я решил подстраховаться, так как не доверял никому, а посещение станции псионом меня откровенно напрягало. Особенно после того, как он сказал мне не доверять Громовым. До этого я допускал мысль, что тот может предать или начать свою игру, но предупреждение псиона натолкнуло меня на мысль, что он сам внушил Громову начать свою игру. Его активность началась именно после того, как псион посетил станцию, и то, что Сотрудники Безопасности закрылись на своём уровне, наоборот, подтверждает эту версию. Для псиона такого уровня проникнуть в секретную и закрытую часть станции не представляет никаких проблем. А вот то, что они собрались в одном месте, наоборот, помогло псиону обработать всех сразу, а не гоняться за каждым по станции. Будь я на его месте, именно так и поступил бы. Скорее всего, он обработал ещё кого-то из криминальных кругов, поэтому нужно подготовиться к возможному противостоянию.

Встреча происходила на втором этаже в половине, которая будет теперь моей и посещать без меня которую никто не будет. Я сидел спиной к небольшому искусственному водопаду, и на это были свои причины. На столе уже ждал сделанный мною заказ и был активирован «полог тишины», а при появлении гостей я встал, приветствуя их.

– К чему такая спешка? – произнёс Громов старший, присаживаясь за стол, а его сын присел рядом с ним, как и стояли стулья.

– До меня дошла важная информация, я нашёл на станции как минимум одного агента псиона, – сказал я, внимательно наблюдая за реакцией обоих. Громов младший воспринял новость совершенно спокойно, а вот его отец напрягся и немного поменял позу на стуле, чтобы удобнее было достать пистолет, висящий на его поясе.

– И кто же это? – спросил глава Службы Безопасности.

– Я думаю, ты и сам прекрасно знаешь, понимаю, что шансов не выполнить его приказ, у тебя нет, поэтому нужно лишь обозначить, что ты раскрыт… – дальше договорить я не успел, так как мгновенным движением Громов старший выхватил пистолет и выстрелил прямо в меня. Буквально мгновением раньше между мной и обоими Громовыми встал силовой щит, а из-за моей спины, ломая искусственный водопад, появился огромный робот, которого я с огромным трудом протащил в ресторан под видом нового оборудования. В тот же момент, два плазменных выстрела с двух сторон разрезают тело начальника СБ на две части. Громов младший сидит, не шевелясь, поражённый произошедшим, опускать щит я не тороплюсь, да и не так просто это сделать. Одновременно с этим стол, разрезанный на две неравные части силовым щитом, падает на пол. Моя охрана, появившаяся секундой позже, спеленала юриста специальными наручниками и вколола ему снотворное для подстраховки, так как в нём я не был уверен до конца. Включённый прибор глушения связи дал нам возможность избежать передачи сигнала тревоги, да и было у меня подозрение, что бывший начальник мог заложить бомбы на станции для подстраховки.

Дальше началась специально спланированная операция, когда группа дебоширов под видом выяснения отношений была арестована сотрудниками СБ, но, так как выглядели они пьяными, их особо не обыскивали. Их целью было проникновение за первый уровень охраны. Когда их завели внутрь, включили учебную тревогу и активировали две мины ЭМИ, создающие мощный электромагнитный импульс, способный вырубить всю электронику в определённом радиусе действия. По-другому взломать самую укреплённую часть станции возможности не было, и то, до этого смог додуматься только я, так как даже предположить активировать корабельную мину внутри станции, местные не могли даже в самом страшном кошмаре. А я, просчитав возможный урон оборудованию, признал потери приемлемыми. Именно поэтому и учения решили провести, отключив три сектора от питания. У Службы Безопасности свой источник и вырубить его можно только изнутри, ну или корабельной миной, создающей ЭМИ. Операция началась по плану, и такого нестандартного хода никто не ожидал, дополнительно к этому мы создали ловушки, рассчитанные на поимку бегущих на базу сотрудников СБ, которые получили сигнал о нападении на их часть. Через пять минут сработало общее оповещение о проведении спецоперации по аресту некоторых сотрудников СБ, работающих на пиратов. Всем сотрудникам, находящихся за пределами базы Службы Безопасности, надлежало явиться в места дислокации временных сил полиции, которые на время расследования возьмут функции СБ на себя. Как я и ожидал, в игорной зоне, где располагался самый криминальный район, началось нездоровое движение. Почувствовавшие неладное бизнесмены в срочном порядке закрывали заведения и пытались нанять свободных наёмников. Я к этому был готов, и все наёмники были наняты мной на три дня с правом сдачи их внаём. Такого ещё не практиковали на станции, поэтому, взвинтив цену в двадцать раз, я рассчитывал неплохо на этом заработать, заодно обеспечив безопасность самого слабого звена на станции. Тех, кого начинают грабить при любом конфликте. В операции, с моей стороны, были задействованы около восьмисот человек в нападении на базу СБ и около трёхсот подготовлено для пресечения провокации со стороны преступных группировок, а более тысячи находилось в резерве. Как показала действительность, основная угроза исходила именно от бандитов. Они смогли мобилизовать около тысячи человек и очень быстро стали брать под контроль весь развлекательный сектор, стараясь подмять под себя остальные группировки и за их счёт увеличить свою армию. Нужно было срочно принимать решение, и я объявил на станции военное положение, призвав всех в шести секциях станции перекрыть все туннели и приготовится к отражению угрозы абордажа со стороны пиратов, заодно объявил общую угрозу, что предполагало, прекращение всей работы и следование на места согласно схеме обороны станции. План предусматривал активацию всех наружных систем обороны, и хотя мне этого не требовалось, проще было смириться с этим, чем пытаться изменить план всеобщей мобилизации.

Эти действия позволили перекрыть все транспортные пути и даже шахты обслуживания. Бойцы территориальной обороны, как они назывались, должны были полностью блокировать любое движение через вверенный им участок станции. Проходить можно только по пропускам, которые генерируются только в момент подачи сигнала с целью предотвращения подделки со стороны вероятного противника. Так как мне требовалось перекрыть любое движение на станции, я выбрал именно объявление тревоги по отражению атаки пиратов и абордажа. Так как план нужно было сохранить в тайне, я не мог заранее внести в него какие-либо коррективы. Следуя объявленной тревоги, любое движение в системе прекращалось, и в течение пятнадцати минут все должны были заглушить двигатели. В системе активируются автоматические станции обороны, минные кластеры, а во всех стационарных пушках, расположенных на внешней обшивке станции, появляются стрелки и активируют активные радары с целью пальнуть по любому подозрительному кораблю. Дополнительно включается активный радар, который работает на очень высокой частоте и способен выявить даже корабли, скрытые под полем невидимости. Мы уже находились во временном штабе на базе наёмников, и я наблюдал, как полковник руководит отрядами наёмников, подчиняющихся нам. Ситуация на базе СБ складывается в нашу пользу, её сотрудники были не готовы к такому жёсткому варианту и полностью утратили инициативу, но мы не торопились, выкуривая их постепенно, так как лишние жертвы нам были не нужны. Криминальные авторитеты, которых атаковали сообщники Громова, получили возможность перегруппироваться и занять оборону.

Через полчаса после объявления тревоги мне на коммутатор пришёл срочный вызов из центра контроля за космическим пространством.

– Господин Волков, в системе обнаружен неизвестный флот. Сигнатуры целей определить не можем, так как идут под полем невидимости. Целей около тридцати, и их количество постоянно растёт, скорее всего, выводят истребители и москитный флот с носителей перед нападением. Это явно недружественный флот. Они засветились на пределе действия радара, он у нас очень старый и поэтому действует практически на дальности действия орудий обороны. Прикажете открыть огонь? До входа в зону уверенного поражения осталось двенадцать минут, – сообщил диспетчер контроля на время тревоги, становящийся главным координатором внешней обороны.

– Перенаправьте все показатели на базу наёмников, они сейчас синхронизируют связь. Полковник, у нас гости в системе под полем невидимости, с центрального диспетчерского поста сейчас наладят связь, отдайте приказ вывести всё на главный экран и формируйте штаб обороны всей станции.

 

Буквально через минуту на развернувшемся голографическом дисплее во всю стену, высветилась наша станция, и стали видны все корабли, находящиеся в системе. Красными отметками стали видны множественные корабли, которые постоянно увеличивались в количестве.

– Нужно немедленно готовить к вылету все доступные истребители. Как только отработают системы обороны, они должны покинуть ангары, – сообщил полковник, а я только продублировал приказ диспетчеру.

– Выполняйте. Чем ещё мы сможем встретить гостей? – спросил я.

– Шестьдесят третья и шестьдесят четвёртая станция не отвечают на запрос, а флот идёт именно на стык между ними. Похоже на спланированную диверсию. Можно навести торпеды с тридцать второй, но там на пределе действий, и существенного урона они не нанесут. Рекомендую открыть упреждающий удар по координатам, они и так скоро поймут, что их засекли, – сказал диспетчер.

– Сократите мощность радара, на десять процентов и сокращайте каждые две минуты. Так они не поймут, что их засекли, – сказал Орлов, а я подтвердил выполнение приказа, дав указание.

– Полковник Орлов назначается ответственным за оборону станции.

Данный приказ был продублирован по всей станции. Хорошо, что при объявлении тревоги блокируется вся внешняя связь, а центр перехвата начинает глушить сообщения записями переговоров, чтобы не насторожить противника.

Ознакомившись с множественной информацией, поступающей на экран, полковник сказал:

– Через десять минут сообщите цели на орудийные посты обороны, до этого времени ни одно орудие не должно быть активировано. Сразу после передачи целей подготовиться к пуску первого залпа ракет среднего радиуса действия. Пуск произвести только после того, как поле невидимости будет разрушено выстрелами из плазменных орудий.

Вообще, судя по данным станции, нападения на неё не было уже тридцать лет, но проверка боеготовности происходила очень часто. За ненадлежащее выполнение учебных тревог можно попасть на крупный штраф или на пятнадцать суток, поэтому все выполняли свои обязанности весьма добросовестно.

– Господин, сообщники Громова пытаются наладить внешнюю связь в нарушение всех правил. Вероятно, они знают о приближении флота, и именно поэтому их не удалось застать врасплох. Они готовились к вторжению, только мы опередили их на полчаса.

– Вы знали об этом? – спросил полковник, посмотрев на меня.

– Нет. Это чистая случайность.

– Ох, не верю я в случайные случайности. Если бы не объявленная тревога, их бы не засекли, и тогда они смогли бы высадить десант, а при поддержке со стороны бандитов у них был шанс захватить станцию, – добавил Орлов.

– А сейчас у них нет шанса? – спросил я, посмотрев на него.

– Нет, будь у них военные корабли третьего класса и выше, они бы уже обнаружили наш радар, а у них или полное старьё или, скорее всего, переделанные транспортники. Да и откуда здесь взяться настоящим военным кораблям, а будь у них такие, то и смысла в скрытом перемещении нет. Они идут явно по маяку, отрабатывая заложенную программу, явно вслепую летят. Точно говорю, не военные корабли, а значит, пираты или кто-то хочет сыграть под них. Похоже, вам сопутствует удача, иначе это ничем не объяснить, – сказал полковник.

Я в это время смотрел на большой монитор, наблюдая, как отсчитывается время до начала боевого контакта. Времени как раз хватит, подготовить истребители к вылету, а это значит, противника ждёт неприятный сюрприз. Раз бандиты имеют к этому отношение, необходимо разобраться с ними как можно быстрее.

– Полковник, есть данные, кто лично присоединился к мятежникам, нужны поимённые списки? – спросил я.

– Да, мы всех идентифицировали по внутренним камерам. Они их отключили, но мы уже давно установили свои, там слишком часто их отключают, а район неспокойный, поэтому мы свои, дублирующие, поставили под видом ремонта и обслуживания старых, выделили им отдельный канал и резервное питание на сутки, – ответил Орлов, набирая сообщения и параллельно руководя несколькими секторами обороны. Было видно, что человек находится в своей родной стихии и соскучился по подобной работе.

– Тогда огласите список, и за каждого рядового члена банды назначьте награду по две тысячи кредитов, а за руководителей по пятьдесят тысяч. Нужно как можно быстрее покончить с ним, если получится взять живыми, накиньте ещё по тысяче, нужно постараться выяснить подробности, хотя боюсь, что здесь не обошлось без нашего псиона, – сказал я.

Что же, время, отпущенное до входа кораблей в зону поражения, практически вышло и пришло время сбить с противника маскировочный щит, чтобы выяснить, что за корабли летят к нам в гости.

Глава 2. Отражение атаки

Величайшее поощрение преступления – безнаказанность.

Цицерон

– Чётные номера батарей, залп, – скомандовал полковник.

И буквально через пять секунд на радаре высветились данные флота вторжения. Два носителя, по классификации Содружества, несущие до ста истребителей или мелких кораблей подобного класса. Два очень древних эсминца, второго поколения, девять кораблей, классифицируемых как старые транспортники, но судя по некоторым поступающим данным, обвешаны пусковыми установками и имеющие несколько дополнительных орудий. Около двадцати малых транспортных корабля, которые собирались использовать как десантные боты.

– Ну, с этим мы справимся. Слушай мою команду. Нечётные номера с первый по тридцатые, огонь по красному маркеру, с тридцать первого по пятьдесят третий, огонь по синему маркеру, долбите их до полного уничтожения.

Чётные номера после перезарядки огонь по всем доступным целям. Через шестьдесят секунд приготовиться к залпу противокорабельных ракет. Истребители, приготовиться со стороны флота вторжения, скоро ваш выход, задача связать силы противника и расчистить дорогу для торпедоносцев. Торпедоносцы, пойдёте второй волной. Остальным ждать команды.

В этом мире торпеды отличались от ракет возможностью прикрываться невидимостью и были в разы больше стандартных ракет. Это связано с очень мощной энергетической установкой и оборудованием для формирования поля невидимости. Сбить их было очень трудно, но и дальность у них была небольшая. Для уверенного поражения корабля нужно приблизиться к противнику очень быстро, в то время как ракеты можно запускать с большой дистанции.

Диспетчерская, следить за пространством, это может быть только первая часть флота вторжения. Выяснили точку появления, почему не зафиксирован выход из гиперпространства?

– Диспетчерская штабу, приказ принят, пространство мониторим, новых сигнатур пока нет. Точка появления за пределами системы, возможно, рядом внешним астероидным поясом, там наши радары сбоят последнюю неделю, предполагаем диверсию.

– Слишком всё просто. Господин, может, вы сможете понять, в чём смысл атаки, такими силами им станцию было не взять, здесь явно не все корабли.

– Диспетчерская, говорит Волков, кто сегодня должен пристыковаться к станции, из крупных кораблей? – спросил я.

– По расписанию, полчаса назад, должна была состояться стыковка для ремонта большого транспортника на восточную верфь. Они были остановлены требованием диспетчерской службы после объявления тревоги.

– Досмотровую команду к ним на борт и проверить трюмы. Орудийным постам с восемьдесят третьего по сто второй, взять транспортник на прицел, в случае попытки сближения, открывать огонь на поражение.

Тут запищал сигнал ракетной атаки. Корабли вторжения окрасились множественными целями, выпустив большое количество ракет, тут же сработали автоматические системы противоракетной и противоастероидной защиты. Началась дуэль автоматических систем, в которой, конечно же, наша станция имела существенное преимущество. Прорвавшиеся ракеты приняли на себя силовые поля, коими окуталась станция. После первого залпа корабли стали перезаряжать ракетные установки, в то время как станция продолжила обстрел, подключая новые установки взамен перезаряжающимся.

Атакующие корабли-носители вывели уже все свои истребители и торпедоносцы из своих трюмов. И огромная армада двинулась в нашу сторону. В ответ на это полковник отдал команду навылет нашему москитному флоту. Судя по растущим показаниям на экране, наших кораблей было намного больше.

Тут станцию потрясли два мощных взрыва с противоположной от нападавших стороны.

– Подорвались два грузовоза. Пристыкованные к разгрузочным шлюзам. Повреждён реакторный модуль. Падение щитов на восемьдесят процентов восточной стороны нижней полусферы, – доложили с диспетчерской, и тут же поступил следующий доклад от другого оператора. – Ориентация в космическом пространстве разделена на две полусферы, относительно линии эклиптики, по которой расширяется наша вселенная и ориентирование по сторонам света, с ориентацией на центр нашей галактики. Многие термины перешли ещё с моего времени, поменяв название, но в переводе на наш язык, они бы выглядели примерно так. На самом деле стороны света в современном языке Содружества, имеют совершенно другие и более сложные названия.

– Фиксирую сигнатуры второго флота, предположительно, два военных корабля абордажного класса, в сопровождении двух малых фрегатов и двух эсминцев. Приближаются с восточной стороны, дистанция до прямого контакта шесть минут. Идут под полями прикрытия.

– А вот и основная группа вторжения. Внимание, восточный сектор, приготовиться к отражению атаки второго флота вторжения. Начинайте вывод истребителей и торпедоносцев. Чётные номера группируются в верхней полусфере, нечётные в нижней. Не перекрывайте линию атаки орудийным и ракетным системам, – раздавал указания полковник.

На экране было видно, как второй флот противника произвёл слаженный залп. В повреждённую секцию станции, где произошла диверсия. Шиты, практически обесточенные не выдержали, и часть выстрелов пришлась в наружное покрытие станции. К счастью, там успели заменить броню на усиленную, поэтому плазменные заряды, пробили только внешнюю обшивку и глубоко внутрь не попали, но в любом случае, если они продолжат обстрел, то нас ждут серьёзные проблемы. Но полковник не дал развить ситуацию до критической. На подобный случай на станции были баржи со стационарными щитами, и один из таких кораблей, которым управляли два человека, прикрыл своим щитом повреждённую секцию станции. Долго он противостоять не сможет, но большего и не надо, истребители с торпедоносцами уже связали боем силы противника, отвлекая огонь на себя. Оба флота оказались скованы нашим маскитным флотом. У нас оставался ещё резерв, но полковник не торопился его использовать, но и долго выжидать было нельзя, противник сражался отчаянно, да и истребители были в большинстве своём сильно устаревшие.

– Резервный флот, помогите уничтожить корабли противника на Восточном рубеже, – отдал он приказ.

– Кто-нибудь может сказать, откуда здесь столько кораблей по наши души? – спросил Орлов, обращаясь к айтишникам.

– Мы проанализировали все известные пиратские группировки и тех, кто промышляет пиратством. Это новый игрок, вероятнее всего, кто-то маскируется под них. За ними может стоять кто угодно, включая аристократов. Ещё есть вероятность, что стало известно о сроках изменения статуса Фронтира и кто-то решил поторопиться застолбить станцию за собой, – ответил Ченг, возглавивший айтишников и группу аналитиков.

– Докладывает диспетчерская, связь с досмотровой командой утеряна, на промежуточный сеанс связи они не вышли, ещё должна сообщить, что транспорт находится всего в пяти километрах от станции и продолжает дрейф в нашу сторону.

– Немедленно направить в тот район противоабордажные группы из резерва, это десант.

В этот момент раздался взрыв на поверхности станции, в районе ангара наёмников. И воздух стал стремительно уходить из помещения. Сработали автоматические системы скафандров, и у всех раскрылись полусферы шлемов, полностью закрывающие лицо. Произошедшее практически не сказалось на управлении, так как подобные ситуации отрабатываются на учениях. Я же был облачён в стандартный войсковой скафандр, как и все присутствующие, поэтому никто в штабе не суетился, продолжая выполнять свою работу.

– Понизить давление на всей станции до минимального уровня, заменить коды свой-чужой. Произвести активацию противоабордажных систем.

– Полковник, – раздался возглас по внутренней связи, наблюдаю множественные цели, идут от транспорта, порядка тысячи. Судя по сигнатуре десант с ранцевыми двигателями, – доложил отслеживающий обстановку сотрудник штаба. Через минуту данную информацию продублировали из диспетчерской.

 

Тем временем, второй флот противника, нападавший на Восточную сторону, потерял оба эсминца, а два корвета, получили серьёзные повреждения. Резерв из москитного флота, отправленный к ним, помог уничтожить большую часть истребителей, а торпедоносцы нанесли точные удары торпедами. Сейчас шло сражение за десантные корабли. Понимая, что шансов выжить на них не осталось, десант начал массово покидать их, совершая затяжные прыжки в сторону станции. Судя по показаниям, выводимым на мой тактический шлем, в каждом десантном корабле, было не менее тысячи солдат, которые сейчас пытались покинуть, расстреливаемые корабли. Судя по показаниям, лететь им до станции, минут двадцать, а значит, шансов выжить у них практически нет.

– Перенаправить резерв в помощь первой группировке, остальным добить десант противника, – приказал полковник.

В принципе, если у противника больше нет сюрпризов, то битву он проиграл. Даже десант, который покинул транспортник, не сможет захватить станцию, да и противоабордажные системы начали активно уничтожать подлетающие фигурки десанта. Без средств усиления им не справится. Возможно, они хотят закрепиться и выторговать себе жизнь путём взятия заложников, но этого им никто не позволит, да и мы приготовили им немало сюрпризов. Не зря полковник нанимал всех доступных наёмников, и сейчас восемьсот человек были стянуты к месту возможного десанта. Это не считая двух тысяч ополченцев, готовых встретить десант. Но полковник поступил по-другому.

– Активировать электромагнитные мины по курсу десанта, – приказал он.

В тот же миг, сектор с десантом полностью вышел из системы мониторинга и контроля, электромагнитный импульс уничтожил всю электронику в том секторе, включая плазменное оружие и системы жизнеобеспечения скафандров. Понятно, что есть дублирующие системы и как минимум скафандры смогут перезапуститься, а вот всё дополнительное оборудование, гарантированно выйдет из строя. Станция при этом практически не пострадает, так как между броневыми листами находится специальный слой сетки и эммитеров, поглощающих подобные импульсы и вспышки радиоактивности.

Битва уже выиграна, а добивание флота вторжения – это дело времени. Полковник, контролируя ситуацию, переключился на решение внутренних проблем и отчитался передо мной:

– База Службы Безопасности полностью под нашим контролем. После того, как факт нападения на станцию подтвердился, большинство сложило оружие, и сейчас мои гвардейцы ведут поиск информации по агентам СБ и спящим агентам . В доме у Громовых велись обыски, а также проверялись все их связи. Работы в этом направлении не на один месяц, но уже сейчас есть данные, требующие уточнения и проверки. Из полученной информации, было видно, что Громов готовился к попытке захвата власти на станции ещё много лет назад, но улучшить свои позиции за всё это время он не смог. В то же время у него создана обширная сеть осведомителей и завербованных людей, к этому добавляется огромное количество компромата, который он накопил. Мы готовы полностью перехватить контроль над станцией, используя только наших людей.

С бандитами всё намного сложнее, перестрелка идёт до сих пор, а местами идут нешуточные бои, при этом там началась война всех против всех. С одной стороны, нам это на руку, но когда сюда хлынет поток криминала из пограничных зон, нам нужно будет на кого-то опираться, а свои бандиты всё-таки более лояльны нам, чем пришедшие отморозки. Поэтому я за то, чтобы помочь некоторым из них в этой разборке.

– Скиньте мне досье по всем бандам и их руководителям, я сейчас просмотрю их.

Получив информацию, я отстранился от внешней реальности и погрузился в изучение данных. Моё внимание сразу же привлёк один из молодых лидеров криминального мира. Ланцер – выходец из семьи чиновников, покинувших Содружество, когда ему было семь лет. В десять он уже основал свою шайку на большой станции, расположенной рядом с пограничной зоной, и занимался там поборами с пьяных посетителей борделей и казино, в четырнадцать попал под прессинг одной из местных банд, но отказался работать на них. Тогда его серьёзно избили, и он чудом выжил. Уже через полгода он расправился со всеми главарями этой шайки и взял контроль над ней. В это же время он начал активно учиться и скупать доступные базы знаний, а также все добытые деньги вкладывал в вооружение банды и обучение её боевиков. Это дало свои результаты, и в результате очередного передела бизнеса на станции он смог отхватить огромный кусок, только вот это не понравилось владельцам станции, и, когда на него натравили службу безопасности и другие банды, ему пришлось покинуть станцию, фактически бежав оттуда. Но напоследок он сильно хлопнул дверью, ограбив главное хранилище станции и обнеся несколько ювелирных салонов, принадлежащих конкурентам. На нашей станции он поселился четыре года назад, при этом в первый год его бывшие противники пытались активно мстить, натравливая на него не только наёмников, но и местный криминалитет. Свою нишу на станции он занял достаточно простым путём, используя украденные деньги и ювелирку, он просто пришёл к главарям местных банд и выкупил свою долю, объявив, что не хочет лишних конфликтов, но, если ему не дадут возможность работать здесь, он готов идти до конца. Тогда как раз авторитеты решали вопрос спорных территорий и пришли к согласию, что им выгоднее их продать, чем затевать новый конфликт. Год его никто не трогал, но когда одна из группировок попробовала перехватить контроль над его борделем, он ответил очень жёстко, забрав аналогичный у конкурентов. Были ещё некоторые попытки пощипать новичка, но он жёстко их пресекал. Помимо этого, за ним идёт слава блаженного и благородного человека. Есть немало фактов, когда он помогал людям выбраться со дна, куда опустила их жизнь. Некоторые считают, что он даже аристократ по происхождению, так как его поступки не всегда понятны даже близким к нему людям. Конкретных историй, когда он помогал, очень много, но также он никогда не прощал предательства, жестоко карая людей предавших его. К досье прилагалась аналитическая справка, где данный факт описывался предательством его друзей в подростковой банде, когда его бросили ближайшие соратники, сдав старшим конкурентам. Одним словом, я решил сделать ставку на него. Запрос обстановки в игорном секторе показал, что сейчас там наступило хрупкое равновесие, а значит, самое время вмешаться. Запросив контакты, я связался с ним напрямую, для чего мои айтишники выделили мне канал для связи, так как все частоты, кроме военных, как и внутренняя сеть, не работали, подавляясь мощными глушителями.

– Кто это? Откуда у вас мой номер и как вы связались, ведь связь не работает? – спросил молодой человек в военном скафандре, укрывшийся у одного из окон игорного заведения. Получив доступ к камерам наблюдения, я видел всю происходящую обстановку. Группа бойцов засела у окон с плазменными винтовками в руках, самое, что интересное, помимо сотрудников казино, тут было много разных людей, вставших с оружием на сторону криминального авторитета, что говорит о нём намного больше сухого досье.

– Я тот, кто владеет этой станцией. У меня не так много времени, поэтому я сразу перейду к сути вопроса. В скором времени на станцию хлынут преступные группировки со всего приграничного района, и меня совершенно не устраивает система отбора, которая используется на этих планетах и станциях. Мне необходимо иметь свою собственную, подконтрольную мне преступную группировку, в которой понятны моральные принципы. Понимая, что данная ниша свободной не будет, я хочу предложить вам возглавить все преступные кланы под своим началом. Вы, конечно, потеряете часть свободы в своих действиях, но и получите колоссальную поддержку с моей стороны. Меня устраивают методы, которые вы используете, и я буду рад, если они распространятся на весь теневой сектор, – сказал я.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15 
Рейтинг@Mail.ru